Текст книги "Ходатайства, заявления и жалобы"

Автор книги: Эльза Мурадьян

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Через отводы или их отсутствие проявляется в некоторой степени доверие‑недоверие к суду. И не только к суду. Можно отвести переводчика, эксперта, прокурора, но нельзя ни свидетеля, ни противную сторону.

Мыслимо ли парадоксальное право стороны отводить другую? В процессуальных измерениях это явный абсурд.

Но в том‑то и ценность разнообразия процессуальных средств ведения дела и защиты, что если неприемлемо одно процессуальное средство, то непременно существует другое, приемлемое для данного случая. И сторона в процессе, оказавшаяся привлеченной ошибочно или злонамеренно, будет заменена (сторона – ответчик)[92].

Конечно же, замена ответчика по инициативе истца или с его согласия не отвод, но тоже вид устранения субъекта из процесса[93].

Среди отводимых фигур ГПК некоторых союзных республик 20‑х годов предусматривался отвод свидетеля. Трудно однозначно оценить невключение такой процедуры в кодексы поколения 60‑х годов и в действующие теперь. Наверное, в целом это сделано психологически правильно. Учитывая то, что перспектива предстать перед судом в качестве свидетеля мало кого прельщает. Скорей наоборот. Реально свидетелей может быть избыток, но свидетели сплошь и рядом предпочитают скрывать то, что оказались очевидцами происшествия. В этом отношении внимание правоохраны к проблеме безопасности свидетеля вполне обосновано. Но проблема заинтересованности свидетеля в том, чтобы выполнять свой гражданский долг, еще не исчерпана.

Давать ли показания, – решать ему самому, исходя из характера проблемной судебной ситуации, а также из представлений свидетеля о гражданском долге, этической ответственности, порядочности.

На практике зачастую выходит несколько иначе: доминируют мотивы дружбы‑ненависти, а не объективные критерии. «Своему» оказывается «свидетельская поддержка». Постороннему при тех же объективных основаниях в свидетельствовании будет отказано или данные показания будут качественно иными, в зависимости от субъективной составляющей его субъективной оправданности спора, к этической (а не только правовой) позиции каждой стороны отсутствие возможности принуждать к показаниям вполне естественно для диспозитивного правосудия (правосудия без применения без процессуального принуждения к участию в процессе, независимо от их процессуального статуса. А наличие процедуры предупреждения свидетеля об уголовной ответственности за заведомо ложные показания или за отказ от дачи свидетельских показаний – бесценно своей направленностью на правду‑истину и нетерпимость к фальсификациям, оговору, недопустимость осуждения заведомо невиновного или хотя бы и виновного, но по лжедоказательствам).

В качестве свидетелей в суде выступают скорей «болельщики» сторон или подготовленные лица, отвечающие требованию держаться уверенно, не сбиваясь при ответах на проверочные вопросы. Иногда это свидетели с нулевой информацией, но для предвзятого решения, и это достаточное прикрытие. (В решениях, как видно из последующих жалоб на них, дается общая ссылка на подтвержденность определенного факта свидетелями, которые конкретных показаний по данному или другим существенным вопросам дела не давали.) Степень осведомленности свидетеля заранее суду неизвестна, если дело не уголовное. Но свидетель, супруг стороны по имущественному спору или свидетель, должностное лицо стороны по экономическому спору, – весьма условно соответствует свидетельскому статусу, когда по сути воспроизводит правовую позицию стороны, на которой выступает. Идет распределение ролей: кто будет представительствовать в процессе, а кто «свидетельствовать».

Заметим, что вопрос об отводах во всех кодексах требует заявления как формы обращения с ним (ГПК – ст. 19–21; АПК, ст. 24–26). Заявления об отводах и самоотводах предусмотрены правилами УПК, ст. 64–71. По сути дела о праве на самоотвод говорится в норме ч. 7 ст. 326 УПК.

В подготовительной части судебного заседания председательствующий разъясняет сторонам их право не ходатайствовать, а сделать заявление об отводе.

«Участникам процесса, в частности, разъясняется, что подсудимый или защитник, потерпевший или его представитель, а также государственный обвинитель могут заявить кандидатам в присяжные не более двух немотивированных отводов», – пишет комментатор гл. 42 И. Л. Петрухин[94].

Тем не менее в УПК при формировании коллегии присяжных наблюдается неоднородность формы обращения с отводом или самоотводом. Достаточно проанализировать нормы п. 1, 2 ч. 5 ст. 327 УПК и ч. 4‑16 ст. 328 УПК РФ.

Таким образом, обращение к суду самого кандидата в присяжные имеет уже другую процессуальную форму – ходатайства. Из ч. 10 той же ст. 328 видно, что и стороны обращаются с мотивированными письменными ходатайствами об отводах. В общем нехарактерная для процессуальных кодексов, но вполне уместная и отвечающая сущности института присяжных заседателей, процедура немотивированных отводов, записанная в п. 13 ст. 328, совершается путем вычеркивания присяжных из предварительного списка отводимых кандидатов. Это не ходатайство и не заявление, а особая процедура, волеизъявление сторон путем голосования.

В п. 14–16 ст. 328 прописан порядок немотивированных отводов. «Прокурор вправе, но не обязан согласовывать свою позицию при заявлении немотивированных отводов с другими участниками процесса на стороне обвинения», – пишет И. Л. Петрухин в комментарии к ст. 328.

Наивно «идеалистистический» вопрос: а вправе ли прокурор согласовать позицию по этому вопросу с противной стороной хотя бы в том случае, когда инициативу проявит сторона защиты (адвокат)? Нетрудно предвидеть ответ отрицательный. И в то же время наверняка найдется прокурор, для которого положительный ответ на данный вопрос не вызовет сомнений – в интересах обеспечения компетентного объективного состава присяжных. И когда участвующий в процессе адвокат не «противник» в переносном смысле, а профессионал с исключительной репутацией.

Практически важно продолжение комментария И. Л. Петрухина: «Подсудимый может заявить немотивированные отводы по своему усмотрению. В этом случае защитник немотивированные отводы не заявляет»[95].

К сказанному можно добавить следующее. Очевидно, это вопрос обязательного предварительного согласования адвоката с доверителем. На адвокате – сложная задача – психологически (а не только юридически) подготовить доверителя к судебному слушанию, предостеречь его от спонтанных действий, внешне эффектных заявлений (вопреки своей действительной позиции и интересу), ответов на вопросы‑ловушки во вред себе и прочих сюрпризов в результате «потери бдительности» в процессе «на свою голову». Кто будет заявлять отвод, адвокат или доверитель, – вопрос их предварительного обсуждения. И если адвокат рекомендует подзащитному, чтобы тот сам выступил с определенным заявлением или аргументированным ходатайством, а доверитель делится с ним своими сомнениями, сможет ли он. Возможно, что исходя из особенностей случая, адвокат решит, что, в самом деле, лучше не рисковать, и берет сложную процедуру на себя. Но есть случаи, когда информация убедительна «от первого лица», имеют значение детали не со слов доверителя, а из первых уст. Здесь доверителю придется пройти тренинг и преодолеть себя, делая самостоятельные шаги в публичном процессе.

Не пытаясь подробно систематизировать все многообразие заявлений в суд, для начала выделим в них три группы (группы А, Б, С), в зависимости от периода (этапа) процесса, на котором заявитель обращается к суду или субъекту предварительного расследования (сфера уголовной юстиции).

Группу А образуют инициативные заявления, обращениями, с которыми опережается и вместе с тем предопределяется начало судопроизводства, а по уголовным делам публичного обвинения инициативное заявление (сообщение) – пролог и к судебному и к досудебному производству. В группе А – заявления инициативные в гражданском и арбитражном процессах по любой категории дела в суде первой инстанции.

Две подгруппы в составе группы А:

1) Исковые заявления.

2) Неисковые заявления. По терминологии ГПК и АПК – неисковые заявления обозначаются и в кодексах и в судебных документах как «заявления».

В этой группе – такие особо значимые обращения, как заявление о преступлении; заявление о явке с повинной (ст. 141, 142 УПК).

Группа Б. Многообразные заявления «по ходу дела», сделанные различными участниками процесса на его разных этапах. В основном это – неисковые заявления. Здесь также заявление исковое, которым уточняется или изменяется первоначальное, после возбуждения судебного дела. К группе Б относятся исковые заявления встречные и регрессные, поскольку они не были или в силу закона и не могут быть поданы в стадии возбуждения производства по делу. Так, согласно норме ч. 2 ст. 44 УПК гражданский иск может быть предъявлен после возбуждения уголовного дела и до окончания судебного следствия при разбирательстве данного уголовного дела в суде первой инстанции[96].

Выдвинутое нами соображение теоретически ничего собой не представляет. Оно необходимо с точки зрения действительной защиты от преступления и таким образом важно с позиций как частной, так и общей превенции. К сожалению, предложения рациональные законодатель воспринимает, правда, чаще так поздно, что трудно найти, когда же впервые оно вносилось и сколько потерпевших так и не нашли в результате процесса реального удовлетворения морального и материального вреда.

«Издержки» данного предложения – в том, что будь оно принято, исковому заявлению гражданского истца в уголовном процессе надо будет не место в группе Б. Если предположить, что гражданский иск будет возможно заявлять, – по усмотрению заявителя, – одновременно с сообщением о преступлении либо в иной момент, вплоть «до окончания судебного следствия при разбирательстве уголовного дела в суде первой инстанции» (из ч. 1 ст. 44 УПК), то такое заявление невместимо ни в группу А, ни в группу Б. Оно обладает признаками обеих групп: и А и Б. И это несложно учесть. Грех перед наукой и практикой подгонять судебную жизнь, и без того во многом сложно драматичную, под незыблемые схемы.

Выход существует, и не один. Первый выход – в составе группы А выделить подгруппу заявлений (А1), которые могут быть поданы самостоятельно, одновременно с инициативными и во всяком случае на стадии возбуждения дела. Либо соответствующие требования (как заявление гражданского иска и его обеспечение) могут быть вписаны (включены) в завершающую часть искового заявления гражданского истца.

Представляется, что особенность подгруппы А1 – в том, что гражданский истец имеет право размышлять и самостоятельно выбрать, когда, на какой стадии заявить гражданский иск. Такое право у него есть, вплоть до завершения судебного следствия.

Вполне возможно, что суду не понадобится решать вопрос гражданского иска при условии, что будущий гражданский истец (потерпевший от преступления), подавая в суд заявление о преступлении (ст. 141 УПК), одновременно направит письмо (претензию) гражданину, по вине которого заявителю причинен определенный вред, и предложит ему выплатить возмещение в добровольном порядке. Если в разумный срок, указанный в претензии, ответа не последует или последует отказ, потерпевший начнет действовать официально, в судебном порядке. И это уже будет заявление подгруппы А2 – инициативное исковое или неисковое заявление, в рамках начатого уголовного судопроизводства.

В подгруппу А2 войдут и встречные исковые заявления по гражданским делам, в судах общей и арбитражной юрисдикции, а также встречные заявления по делам частного обвинения (правила ч. 3 ст. 321 УПК).

Группа Б. Всевозможные заявления по ходу процесса.

Подгруппа 1. Заявления судебно‑процедурного порядка.

Подгруппа 2. Заявления по вопросам материального права.

Подгруппа 3. Заявления с постановкой вопросов процессуальных и материально‑правовых, в их взаимосвязи.

К подгруппе 1 относятся заявления:

– отводов и самоотводов;

– о недопустимости повторного участия судьи в рассмотрении дела (ст. 22 АПК, 17 ГПК, ст. 63 УПК);

– по вопросам компетенции суда, подведомственности, подсудности;

– о процессуальном правопреемстве (ни в ст. 48 АПК, ни в ст. 44 ГПК, регулирующих процессуальное правопреемство, не указывается на форму обращения к суду по вопросу замены стороны правопреемником. По логике вещей и судя по известной нам судебной практике, это должно быть заявление; в сравнительно небольшом числе случаев судами приняты к рассмотрению и удовлетворены ходатайства правопреемника;

– заявление истца о согласии на замену ненадлежащего ответчика.

Подгруппа 2. К ней относятся:

– заявление об отказе от гражданского иска (ч. 5 ст. 44 УПК);

– заявление об обеспечении иска (ст. 92 АПК, ст. 141 ГПК)[97];

– заявление об увеличении или уменьшении размера исковых требований об отказе от иска (ч. 1 ст. 39 ГПК, ч. 1 ст. 49 АПК);

– заявление ответчика о признании иска полностью или частично (ч. 1 ст. 39 ГПК, ч. 3 ст. 49 АПК).

Группа В. Заявления, связанные с завершением процесса.

Обратимся к заявлениям группы А в гражданском процессе.

Подгруппа исковых заявлений и подгруппа неисковых.

В ГПК нет реестра видов исков, но некоторые виды исков упоминаются в статье 91 «Цена иска». Это иски:

– о взыскании денежных средств;

– об истребовании имущества;

– об алиментах;

– о срочных платежах и выдачах;

– о бессрочных или пожизненных платежах и выдачах;

– об уменьшении или увеличении платежей и выдач;

– о прекращении платежей и выдач;

– о досрочном расторжении договора имущественного найма;

– о праве собственности на объект недвижимого имущества.

Некоторые виды исков названы в Гражданском, Семейном, Земельном, Трудовом, Жилищном кодексах.

Так, в ГК предусмотрены виндикационный, негаторный иски, иски о признании и о присуждении. В нем же заложена конструкция превентивного (предупредительного) иска.

Заявление в заочном производстве (ГПК, гл. 22, ст. 233–244). Конструкции (процессуального института) заочного производства нет ни в арбитражном, ни в конституционном, ни в уголовном, ни в административном производствах[98].

Не всякое рассмотрение дела в отсутствии участника процесса является заочным рассмотрением – в строгом процессуальном значении того, что понимается под заочным производством (ГПК, ст. 233–244).

Заочное производство в гражданском производстве предусмотрено только по исковым делам. По аналогии ни заочная, ни иные сокращенные или упрощенные процессуальные формы неприменимы.

Как неприменимы правила аналогии и в отношении усложненной процессуальной формы. (Нельзя, к примеру, перенести модель рассмотрения дела с участием присяжных или арбитражных заседателей на гражданский процесс. Но законодатель такую задачу решать может, выполняя свою общую законотворческую миссию).

Виды заявлений в заочном производстве:

· Заявление истца о согласии на рассмотрение дела по заочной процедуре.

· Если истец заявил возражение против заочного производства, дело не может рассматриваться в заочной процедуре, и последующее слушание дела в отсутствие неявившегося ответчика считается обычным исковым процессом.

· Рассмотрение дела по модели заочного производства недопустимо вопреки:

1) возражениям истца;

2) сообщению ответчика о неявке по уважительной причине и его ходатайству о переносе слушания на более поздний срок, при условии, что суд не располагает сведениями, опровергающими уважительный характер его отсутствия.

· Заявление об отмене заочного решения.

· Заочное производство представляет собой разновидность искового процесса в суде первой инстанции, где с согласия истца дело рассматривается в отсутствие неявившегося ответчика, не сообщившего ни уважительных причин неявки, ни ходатайства о рассмотрении дела в его отсутствие.

· Если в деле несколько ответчиков, и хотя бы один из них:

а) явился в судебное заседание либо б) не явился, НО сообщил уважительную причину неявки, то ни в случае «а», ни в случае «б» заочного производства быть не может.

· Не может быть заочного производства и в случае, когда ответчик не был извещен надлежащим образом, т. е. не был точно и заблаговременно уведомлен о месте и времени судебного заседания по делу.

· Не считается надлежащим извещением стороны указание одного зала судебных заседаний, а проведение слушания – в другом, при отсутствии информации о слушании дел на электронном табло при входе в здание суда или объявления на дверях назначенного ранее зала судебных заседаний. Сам по себе ремонт помещения, указанного как место слушания дела, не является обстоятельством, оправдывающим последующее невнимание к участникам процесса, продолжающим ожидать вызова рядом с указанным судебным залом.

· Заочное производство – форма проведения судебного разбирательства. В других стадиях в суде первой инстанции не применяется. В частности, не может быть по заочной процедуре проведено предварительное судебное заседание.

· Рассмотрение дела в отсутствие неявившегося ответчиков или обеих сторон само по себе не означает слушания по заочной процедуре.

Не допускается заочное производство вопреки выраженному возражению истца против такой процедуры.

· Если истец – за заочную процедуру, а от ответчика поступило письменное ходатайство отложить судебное заседание «ввиду ЧП на работе» или ввиду того, что совпало время его участия в данном и в другом судебном процессе, ходатайство следует удовлетворить.

· Для неисковых дел заочной формы производства не установлено.

· Форма заочного производства предназначена только для суда первой инстанции и исключительно по исковым делам.

В резолютивной части решения, принятого в заочном производстве, должны быть указаны согласно ч. 2 ст. 235 ГПК срок и порядок подачи заявления об отмене этого решения суда.

Дело может быть рассмотрено по заочной процедуре в отсутствие обеих сторон при вышеуказанных условиях в отношении неявки ответчика и также при условии, что истец в письменном заявлении просил суд рассмотреть дело в его отсутствие и принять решение по заочной процедуре в случае неявки в судебное заседание также и ответчика (всех ответчиков) по делу.

Пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам

Заявление о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решений, определений суда, постановлений президиума суда надзорной инстанции, вступивших в законную силу (ст. 394 ГПК).

· Субъекты заявления: стороны и другие лица, участвующие в деле.

· Прокурор инициирует пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам представлением.

· Представление имеет те же функции, что и заявление стороны, но подается прокурором, и только прокурором. Никаким иным лицом в судебном процессе представление по поводу судебного акта не вносится.

· Объект пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам – судебное решение, обладающее законной силой. Правда, в законе – как в названии главы 42, так и в тексте статьи 392 – записано о пересмотре решений, определений суда, постановлений президиума суда надзорной инстанции, вступивших в законную силу.

· Образно выражаясь, вступление решения в силу вроде вступления в брак, зарегистрированный по всем правилам закона о ЗАГСе.

Отмененное решение подобно расторгнутому браку. Ни то ни другое (после отмены первого и расторжения второго) юридически не существует.

· Существует разница между решением, вступившим в силу, и решением, сохраняющим приобретенное качество.

Один из смыслов выражения «решение, вступившее в силу», при его последующей отмене в надзорном порядке, можно обозначить как ретроспективную силу судебного решения.

Решение, отмененное судом второй инстанции, ретроспективной законной силы никогда и не имело.

Решение с законной силой лишь в ретроспективе не может быть объектом пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам. Оно так же не может быть и объектом проверки в порядке надзора.

· Объектом проверки в порядке пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам могут быть решения, иные судебные акты не просто прошедшие через момент вступления в силу а стабильно обладающие качеством законной силы. И во всяком случае, сохраняющими законную силу на момент рассмотрения заявления о пересмотре по правилам гл. 42 ГПК (ст. 392–397).

· Пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам – прерогатива суда, которым принято проверяемое решение.

Заявление о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам подается в суд, принявший решение, определение или постановление.

· Действует принцип пересмотра решения тем же судом, которым оно принято.

·Принцип нормирован ст. 394 ГПК и также четко прописан в ст. 309 АПК.

В этом уникальность данной судебной процедуры, предназначенной для проверки решений, обладающих законной силой.

· Принцип пересмотра судебного решения (или определения) первой инстанции по вновь открывшимся обстоятельствам судом, ранее принявшим это решение (или определение).

Важный вывод следует из второй нормы ст. 393 ГПК:

· Пересмотр решений и определений проверочных инстанций, на основании которых изменено решение первой инстанции или принято новое решение, осуществляет суд, которым изменено решение или принято новое решение.

Понятие «вновь открывшихся обстоятельств» заложено в п. 1 ч. 2 ст. 392 ГПК. Это существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю».

Обязательным является факт, что важные для дела и по не зависящим от заявителя причинам неизвестные заявителю во время рассмотрения дела ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, В ПЕРИОД РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛА И НА МОМЕНТ ЕГО РАЗРЕШЕНИЯ СУЩЕСТВОВАЛИ, оставаясь заявителю неизвестными. Причем, юридическая значимость еще не открывшихся стороне таких обстоятельств настолько серьезна, что принятие их во внимание судом по всей вероятности должно было отразиться на решении, и это было бы иное решение, чем состоявшееся в силу неизвестности важной для дела фактической информации.

Законодатель ставит возможность пересмотра в зависимость одновременно:

– и от существенности фактической информации, открывшейся заявителю после процесса и вступления решения в силу (принятия иного судебного акта, указанного в ст. 392 ГПК), – и от ее неизвестности заявителю в период процесса в первой инстанции.

Посмотрим на двух примерах, насколько важен второй момент.

Ж. купил квартиру у С. за бесценок. Зная, что документы поддельные, и действительный собственник давно безвестно отсутствует, и С. фактически в права наследования не вступал, Ж. с помощью фальсифицированных расписок и свидетельских показаний в судебном порядке получил подтверждение своего права собственности. Вскоре Ж. и С. стали враждовать из‑за девушки С‑ва, которая предпочла ему Ж‑ского. С. обратился в суд с требованием о пересмотре решения, мотивируя тем, что решение принято по подложным документам и с помощью лжесвидетелей. Суд своим определением в соответствии с ч. 1, 2 ст. 397 ГПК в пересмотре решения по заявлению С. отказал и одновременно направил в адрес прокурора частное определение, к которому приложил копию заявления С. о пересмотре решения.

В данном случае суд исходил из следующего. С. как ответчик при рассмотрении дела о признании права собственности Ж. на квартиру ранее скрывал факты, что к нему не перешло право наследования на квартиру, поскольку не располагал информацией, жив ли действительный собственник, его длительное время безвестно отсутствующий дядя, и что представленные суду доказательства сфальсифицированы.

Основанием для пересмотра являются существенные факты, которые заявителю при рассмотрении дела судом не были известны. Поэтому суд обоснованно отказал С. в пересмотре решения.

Основания пересмотра представлены в нормах ч. 2 ст. 392 ГПК. Здесь 4 пункта. Известно, сколь сложной является задача классификации. Нормы части второй указанной статьи позволяют сразу же высказать некоторые замечания, но прежде надо ответить на вопрос, что имеется в п. 1 – легальная дефиниция существенных неизвестных заявителю обстоятельств или это, кроме того, и одно из оснований. Представляется, что здесь и понятие и в то же время первое основание для пересмотра.

Следующие три основания: в нормах п. 2–4 ч. 2 ст. 392 ГПК.

В сущности в ч. 2 ст. 392 приводятся все наиболее типичные ситуации, которые ведут к необходимости пересмотра. Вопрос вызывает, насколько удачно сгруппированы основания, следовало ли в один и тот же третий пункт включать преступления и сторон и судей?

Еще один вопрос, на месте ли то, что вошло в пункт первый? Может быть, следовало бы его разделить, переформулировать таким образом, что дефиниция останется вначале, а указание на открывшиеся заявителю обстоятельства, реально существовавшие в период рассмотрения дела, записать как последнее основание (т. е. после тех оснований, которые вошли в пункты 2–4).

И наконец, вопрос принципиальной важности: какой реестр оснований дан в ч. 2 ст. 392? По внешним признакам это метод закрытого перечня, поскольку в конце нет оговорки о возможности пересмотра по иным основаниям. Но все же реестр (перечень) оснований пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам, предлагаемый ч. 2 ст. 392 ГПК, не является исчерпывающим и потому принцип (подход) закрытого реестра представляется неоправданным.

Чтобы разобраться в данном вопросе, необходимо одновременно просмотреть положения АПК и УПК об основаниях пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Основные отличия арбитражных процессуальных правил – в том, что кроме положений пунктов 1–4 ст. 311 АПК, в принципе не противоречащих нормам ст. 392 ГПК, далее приводятся еще три основания в нормах п. 5–7 ст. 311 АПК.

Если иметь в виду не аспект улучшения формулировок пунктов 5–7, а говорить по сути дела, то бесспорна полезность подобной конкретизации оснований и в гражданском процессуальном законе.

В конце концов предмет обоих упомянутых кодексов – цивилистический процесс, и потенциал одного из них не убудет от использования его для обогащения другого кодекса. Кодексы не соревнуются.

Их применение облегчается при отсутствии неоправданных различий и недоработок в том или другом процессуальном институте.

В уголовном процессе вновь открывшиеся обстоятельства могут повлечь возобновление производства по делу. УПК, в отличие от цивилистических процессуальных кодексов, предусматривает еще одну группу обстоятельств, обозначив их как «новые обстоятельства».

Легальные дефиниции новых и вновь открывшихся обстоятельств содержатся в нормах ч. 3, 4 ст. 413 УПК.

В Коммменарии к УПК РФ, под ред. И. Л. Петрухина, разъясняя нормы подпункта «б» п. 2 ч. 4 ст. 413, В. В. Демидов приводит пример: нарушение положений ст. 6 Конвенции о праве обвиняемого иметь достаточное время и возможности для подготовки к своей защите.

Продолжение комментария: «Иными новыми обстоятельствами», предусмотренными п. 3 ч. 4 ст. 413, можно считать обстоятельства, неизвестные суду при постановлении приговора или иного судебного решения, которые сами по себе или вместе с ранее установленными судом обстоятельствами доказывают невиновность осужденного или совершение им менее тяжкого или более тяжкого преступления, нежели то, за которое он осужден, а равно доказывают виновность оправданного или лица, в отношении которого уголовное дело было прекращено (п. 5 мотивировочной части постановления КС РФ от 2 февраля 1996 г. № 4‑П)».

Производство по новым или вновь открывшимся обстоятельствам возбуждает прокурор.

Поводом для этого может быть заявление гражданина, сообщения граждан, должностных лиц, данные расследования и рассмотрения других уголовных дел.

Примечательна новелла ч. 4 ст. 415 УПК (в ред. ФЗ от 5 июня 2007 г. № 87‑ФЗ).

Порядок разрешения судом вопроса возобновления производства по уголовному делу серьезно отличается от порядка пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам в гражданском и арбитражном процессах.

Судебные акты по гражданским делам пересматриваются судом в горизонтальном порядке (тем же судом, которым принято пересматриваемое решение, определение, постановление).

УПК установлен вертикальный порядок, инстанционное начало, присущее апелляционной проверке решений мирового суда (судьи) районным судом, а также правила проверки судебных актов федеральных судов (ч. 1, 2 ст. 417 УПК).

· Срок подачи заявления о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам – три месяца со дня установления основания для пересмотра – это правило ст. 394 ГПК.

· Порядок исчисления трехмесячного срока на обращение с заявлением о пересмотре установлен нормами ст. 395 ГПК:

– заявления по ходу дела;

– заявление, относящееся к завершению процесса.

Инициативные заявления. Непосредственная цель обращения к суду с инициативным заявлением состоит в возбуждении дела.

Инициативное заявление, исковое или неисковое, представляет собой процессуальный документ, в котором субъектом права сформулирован исходный и основной материально‑правовой вопрос проектируемого им судебного дела.

Все гражданские дела возбуждаются судьями общей или арбитражной юрисдикции Распределение дел происходит по правилам подведомственности и затем конкретизируется с опорой на институт подсудности.

Уголовные дела – все без исключения – подведомственны судами общей юрисдикции, и никаким иным[99].

Порядок их возбуждения, распределения дел между мировыми и федеральными судами, общие и специальные процессуальные и также судоустройственные правила предустановлены институтами и нормами УПК.

· Уголовные дела частного обвинения возбуждаются по заявлению потерпевшего или его законного представителя. Для этого подается заявление непосредственно в суд, действуют правила ч. 1 ст. 318 УПК и ч. 2 ст. 20 того же Кодекса.

· Особенности начала и завершения дел частно‑публичного обвинения – в ч. 3 ст. 20 УПК.

Порядок возбуждения дела частного обвинения, указанный в ч. 1 ст. 318, не распространяется на категории лиц, в отношении которых действуют особенности производства (УПК, гл. 52, ст. 447, 448).

Этот порядок распространяется на члена Совета Федерации и депутата Госдумы, депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации, депутата, члена выборного органа местного самоуправления, выборного должностного органа местного самоуправления; любого судьи государственной судебной системы, включая мирового и судей систем субъекта Федерации (уставного, конституционного), а также арбитражного и присяжного заседателей в период осуществления ими правосудия; Председателя, его заместителя и аудиторов Счетной палаты Российской Федерации, Уполномоченного по правам человека в РФ, Президента РФ, действующего, прекратившего исполнение полномочий, а также кандидата на названную должность, прокурора, Председателя Следственного комитета при Прокуратуре РФ, руководителя следственного органа, следователя, адвоката, члена избирательной комиссии, комиссии референдума с правом решающего голоса, зарегистрированного кандидата в депутаты Госдумы, зарегистрированного кандидата в депутаты законодательного (представительного) органа Государственной власти субъекта Федерации.