Текст книги "Тьма в лучах солнца (СИ)"

Автор книги: Эллисон Голдон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)

– Нет. Я не он. Я не убийца! – нервно начала успокаивать себя девушка. – Я не убивала!

Ева взревела, срываясь на истерику. Воображение в зеркале рисовало то образ Генри, когда он расправился с Джексоном, то саму девушку в момент убийства Гордея. Скривившись от урагана эмоций, что рвались наружу, она схватила кувшин с водой и, замахнувшись, кинула его прямо в стекло. Зеркало со страшным треском разбилось на резанные и кривые куски, которые со звоном упали на пол.

Ева, тяжело дыша, схватилась за голову и попятилась назад. Уперевшись в каркас кровати, девушка остановилась. Её растерянный взор устремился на осколки. Поджав губы, она больше не сдерживала слёзы от горькой смеси эмоций. В эту гремучую массу входило всё: и горе, и злость, и непонимание.

– Ненавижу. Всех вас ненавижу! – не сдержала крик Ева и, шатаясь, подошла к столу, на котором лежало большинство вещей, что не пострадали после встречи с Кайроном.

Руки уверенно схватились за пистолет. Плотно стиснув зубы, девушка, развернувшись, кинула оружие в стекло балкона, которое мигом рассыпалось на осколки.

– Ненавижу вас за то, что бросили меня! – крикнула она. Лицо обдавали слёзы, но руки мигом ухватились за цепочку с кулоном, которую ей подарил Гордей. Она тоже полетела в сторону окна, но лишь с тихим звоном стукнулась о стену. – Ненавижу тебя за то, что был слабаком!

Пальцы ухватились за холодную рукоять кинжала Джексона. Лицо даже не дрогнуло, когда она уверенно преодолела полкомнаты и ступила на осколки, которые захрустели под подошвой тапок. Но Ева не сбавила шаг.

– Ненавижу тебя за то, что ты не рядом! – выдала она.

Поджав губы, девушка поступила к краю балкона и уже замахнулась, чтобы бросить его в центр жизни сада. Но услышав крик ворона, Ева мигом остановилась. Рука будто бы потяжелела. Девушка застыла на месте. Она не могла и шелохнуться. Глаза растерянно бегали по перилам. Ева мигом надломилась от всхлипа. Вспышка гнева, которая смешалась с приливом горя, отступила, давая путь осознанию. Девушка мотнула головой и рухнула на пол. Прикрыв рот, она огляделась по сторонам.

– Боже... Что я натворила? Простите, меня, –прошептала Ева.

Обернувшись, девушка увидела пистолет, который лежал на полу. Она мигом схватила оружие, которое заблестело в свете. Громко ахнув, девушка приподняла уголки губ. – П... Простите. Я не знаю, что на меня нашло. Я вас люблю, – мягко заверила Ева.

Поднявшись, девушка аккуратно вернулась в комнату. Увидев блеск цепочки, она мигом подцепила и её. Оглядев целый кулон, Ева попыталась надеть украшение, но мелкий крючок усложнял работу. Когда пальцы заныли, то цепочка, наконец, застегнулась.

Ступив к кровати, она всё сжимала кулон, который отдавал теплом Ева села на постель.

– Прости. Ты никогда не был слабаком. Ты был самым смелым и решительным из всех, кого я встречала, – тихо выговорила девушка, прерываясь на слёзы.

Она вновь ревела взахлёб, но уже не из-за ярости или горечи, а из-за чувства вины. Девушка продолжала винить себя во всех смертях. Ева была уверена, что из-за неё убили маму и папу, из-за неё погиб Джексон. Но больше всего девушка корила себя за смерть Гордея, ведь именно она его убила. Сама. Своими руками лишила жизни.

Девушка потеряла счёт времени. Глаза болели от слёз, а горло от плача. Но потихоньку слёзы начали кончаться. Железы не могли больше вырабатывать так много жидкости.

Ева лишь судорожно и часто вдыхала кислород, который, такое чувство, вот-вот закончится. Девушка почувствовала нужду в свежем воздухе, поэтому, покачнувшись, вышла из комнаты.

В коридорах впервые было так блекло. Мебель и стены будто бы помрачнели, став намного серее и темнее. В помещении было невероятно холодно, отчего Ева сильнее закуталась в кофту.

Она спустилась по лестнице и вышла в сад. На улице оказалось в два раза холоднее, но девушку это не остановило. Ева оглядела растения, которые теперь не казались какими-то необычными. Теперь она не видела в них красоты. Она не видела красоты в рельефе облаков. Она не слышала те легкие нотки, которые напевал ветер, что раньше приносили радость. Ева не обращала внимания на оттенки цветов и пение птиц, девушка лишь неспешно шагала по саду.

Каменная дорожка вывела её к небольшой полянке, где расположилась открытая беседка. В ней уже кто-то сидел и задумчиво читал книгу. Этот вид и взгляд был до жути знаком Еве, отчего девушка вздрогнула. Она помнила, как кофейные очи быстро и с некой скукой пробегали по строчкам, то и дело прищуриваясь от вспышек интереса. Но этот огонёк вновь потухал, и взор продолжал бежать свою эстафету по словам дальше.

Мишель Альвор была погружена в чтение. Она закинула ногу прямо на кресло. На столе стояла кружка Нивала, аромат которого был резок и дошёл даже до Евы. Рядом с напитком лежала ещё непрочитанная гора книг.

Ева чуть приоткрыла рот, чтобы что-то сказать Мишель, но тут же поджала губы. Девушка ступила в сторону, желая пойти дальше.

– Гуляешь? – вдруг спросила Альвор, отложив книгу. – Хочешь присядь, пообщаемся?

– Не хотела тебя отвлекать, – хрипло признала Ева откашливаясь. – Что читаешь?

Она поднялась в беседку, в которой стояли мягкие кресла, а в центре расположился большой стол. Сев рядом с Мишель, девушка начала разглядывать книги.

– Справочники по истории, заметки разных правителей,– мигом ответила Мишель, кивнув на стопку книг.

– Готовишься стать правителем? – поинтересовалась Ева, потеряв живой тон, который всегда сопровождал ее разговоры.

– Да, – согласилась Мишель, но тут же задумалась. – Я всё равно хочу стать правителем, несмотря на то, что недавно произошло…

– И что же произошло? – беспристрастно спросила Ева для приличия.

– Мы с господином Аббастой ездили в Фасо для составления договора о союзных королевствах. Многим правителям это не понравилось, поэтому там на нас напали.

– Кто-то погиб? – задала вопрос девушка.

– Да. Господин Фридрих – король Земли. Локхард Бран тоже сильно пострадал, но его спасли, – спокойно разъяснила Мишель. – Веронику ранили в сражении с Ариадной, но несерьёзно. Генри с Аббастой встретили Стефана и Кайрона. Те легко одолели правителей, но убивать не стали и просто ушли.

Услышав имена парней, Ева вздрогнула.

– Такой переполох был после этого нападения. Комиссары мигом прибыли на место, но разбирательство по этому событию будет проведено после твоего с Вероникой дня рождения, – рассказывала Мишель, после чего задумалась. – Скоро у тебя праздник, рада этому?

Ева лишь фыркнула, услышав это, и глянула в сторону. Ее синие очи разглядывали блеклые растения. Закинув ногу на кресло, девушка начала перебирать пряди своих волос.

Мишель терпеливо ждала ответа, даже не шевелясь, будто бы боялась спугнуть собеседника.

– Нет, – тихо и спустя время ответила Ева выдохнув. – Может быть, я была бы рада и счастлива, если бы все мои близкие были живы.

Мишель плотно поджала губы и протяжно вздохнула. Чуть поёрзав, она всем телом развернулась к девушке, которая не хотела смотреть на неё.

– Ты дорожила Джексоном? – вдруг поинтересовалась Альвор, на что Ева мигом обернулась.

Ее синие глаза растерянно оглядели всё вокруг, но никак не хотели смотреть на Мишель. Лицо чуть дрогнуло от нахлынувших воспоминаний, которые начали въедаться прямо в сердце.

– Да, – тихо и чуть помедлив, призналась Ева. Это слово мигом ослабило боль в области сердца, отчего девушка чуть улыбнулась и продолжила. – Он стал моей надеждой. Надеждой на то, что я не одна и хоть кто-то может мне помочь. Именно Джексон заставлял держаться и не рухнуть в пропасть. Он стал тем, кто подарил мне бурю эмоций и чувств, которые я, наверное, ни разу не чувствовала.

Ева хмыкнула, погружаясь в теплые воспоминания. Она вновь видела его улыбку. Слышала тот мягкий и завораживающий смех. Ощущала тепло его тела при объятиях. Но Ева хотела ещё. Ещё что-то почувствовать. Она хотела вновь услышать его голос, который обычно наливался тяжелым тоном и редко сменялся на нежный тембр. Девушка желала вновь заглянуть в его кофейные глаза и вновь ощутить вкус этого цвета. И Ева мечтала поцеловать те бледные губы. Мечтала коснуться растрепанных и наверняка жёстких волос Джексона. Хотела услышать от него слова, которые не желала слышать от кого-то другого:«Я люблю тебя».

– Я долго не могла понять, кто мне Джексон. Незнакомец, который хотел помочь. Друг, что появился, когда было тяжело. Или он значил для меня что-то больше, – вдруг вымолвила Ева, положив голову на колени. – Я до этого влюблялась. Но это было так постепенно. Знакомство переросло в дружбу, потом в симпатию. А с Джексоном было всё по-другому. Я плохо тогда понимала себя и свои чувства из-за... всего. Да и он резко появился в моей жизни, да так, что я и не заметила, как именно Джексон стал близким мне человеком. Я полюбила его. Быстро, может, по-детски, но искренне. Я хотела, чтобы всё сложилось по-другому. Чтобы все были живы. И он тоже. Хочу, чтобы Джексон приходил ко мне домой, и мы бы смотрели мои любимые фильмы, а после читали книги, которые нравились ему. Мечтаю о том, что мы вместе... живы и счастливы.

Ева с усладой и эйфорией произносила эти слова со слезами на глазах. Девушка с радостью и легкостью окунулась в этот яркий мир желаний, но её быстро оттуда вывел голос Мишель.

– Такого не могло быть, – вдруг оспорила она. Ева непонимающе перевела взор на Мишель. Легкая улыбка от воспоминаний увяла.

– Почему? – тихо поинтересовалась Ева чуть взволнованным тоном. Её синие глаза наполнились надеждой в то, что слова будут мягкими и добрыми. Но равнодушное лицо Мишель заставило задуматься об обратном.

– Потому что ты плохо знала Джексона. Он не такой, – чуть сухо признала Альвор, взглянув на Еву, которая судорожно вздохнула от этой фразы. – Он не доверял сердцу или чувствам. Его главным ориентиром всегда был разум. Джексон везде и во всём искал выгоду для себя или стаи и именно поэтому его редко кто-то интересовал. Он не был способен на любовь, когда его волновало совсем другое. Поэтому я уверена, что та доброта была лишь для того, чтобы чего-то добиться. А это скорее всего, близкое расположение к королю Столицы и возможность вернуться в Столицу.

– Но... Письмо… Он бы не написал мне тогда, ведь их посвящают только близким, – попыталась опровергнуть слова Мишель Ева.

– Это было лишь страховкой. На случай смерти Джексон продумал и это. Он написал тебе такое письмо, рассчитывая на твоё милосердие. После этого письма ты бы сама уговорила Генри перевести стаю Джексона в Столицу. Но с этим справился Арий, – продолжила Мишель, всё сильнее и сильнее давя на Еву.

Девушка была не в силах пошевелиться . Слёзы перестали литься, они лишь холодными каплями застыли в глазах. Ева потерянно глядела на Мишель пустым взором. Девушка не шевелилась, а дыхание перехватило так, что вдыхать кислород не хотелось.

– Может это грубо, но зато это правда. Тебе стоит смириться, что Джексон лишь использовал тебя. Так просто он бы не проявил такую доброту, – выговорила эти тяжёлые слова Альвор.

После чего она поднялась на ноги и взяла в руки книги. Взглянув на Еву, девушка направилась к выходу.

– И ещё. Прекрати убегать от реальности, – вдруг продолжила Мишель, остановившись у ступеней. – Ты уже давно не простая Ева Бурлакова, а Адалия Клайд – дочь Екатерины и Генри. Наследница Тьмы и принцесса. Надежда всего мира… Не подведи нас.

После этих слов Мишель покинула беседку и скрылась в саду. Ева даже обернуться была не в силах. Она не хотела слышать эти слова, ведь боялась, что всё это правда.

Былой всплеск радости от воспоминаний давно уже где-то утонул, оставив после себя только разъедающую пустоту. Внутри всё рухнуло, принося за собой апатию.

Теряя силы, Ева откинулась на спинку кресла. Запрокинув голову, девушка смотрела на люстру, с которой свисали разные драгоценные камни темных оттенков. Свет лампы не тревожил роговицу Евы, ведь ей не было дело до физического дискомфорта. Разговор с Мишель оставил неприятный осадок, которой прожёг всю душу насквозь. Этот напор заставил девушку задуматься, пропуская мимо всё окружение, что могло отвлекать. Порывы ветра, ароматы цветов, шёпот растений, шаги прислуги– – всё это потерялось на фоне тяжёлых мыслей.

Ева не могла поверить в то, что Джексон лишь использовал её. Использовал имя девушки, чтобы добиться своей цели. Она не хотела понимать, как была слаба, и как легко ей тогда было манипулировать. Страх и горе от потерь не давал трезво мыслить. Ей не нужны были размышления. Ей нужен был кто-то близкий, кто поддержит и скажет добрые слова. Джексон это понимал, но вот что именно он сделал? Он желал помочь девушке или достичь своей цели? Он поддерживал или использовал? Кому верить, своим ощущениям или словам Мишель? Ева окончательно запуталась в этих вопросах. Но ей не было грустно от этих мыслей, её не охватывала злоба оттого, что, возможно, ее использовали. В груди лишь сидел бездонный ком равнодушия.

– А может, она права, – тихо предположила Ева.

Ева… Девушка задумалась и об имени. О своей жизни. Ева не хотела отпускать прошлое и не желала хвататься за новое настоящее. Она понимала, что глупо убегала от своей крови и ДНК, но от неё никак не оторваться. От той жизни, которая являлась истинной. Означает ли это, что раньше она жила лживой жизнью, не той, которая была её? А если так, то какая ее настоящая жизнь ? Та старая, где девушка была обычной задорной отличницей с кучей друзей или новая, в которой она является наследницей огромной силы и надеждой многих?

Ева… Адалиятонула в этих вопросах и размышлениях, так же, как и тонула в пропасти апатии и безразличия. Девушка не могла сконцентрироваться на одной теме, её всё время отвлекали разные мысли, которые лишь сильнее путали и топили её. Время стало каким-то странным понятием, которое то неохотно тянулось, то проскакивало в долю секунду, отчего девушка быстро терялась во времени, оставаясь один на один со своими обрывистыми мыслями.

Глава 28. Сама справлюсь

Когда ноги начали затекать, Ада медленно поднялась с места. Скрестив руки на груди, она вышла из беседки и неспешно двинулась вперёд. Ноги неохотно сменяли друг друга, то и дело покачивая тело. Синие глаза задумчиво сверлили одну-единственную точку. Девушка с головой ушла в раздумья и переосмысление всех слов, что высказала Мишель, отчего никакие органы чувств не откликались на естественные факторы. Слух с трудом уцепился за какие-то звуки, но девушка не придала этому значение. Голос становился всё громче, но Адалия уже ничего не слышала. Она всеми силами пыталась не отвлекаться, но кто-то коснулся её плеча. Покинуть этот омут размышлений самостоятельно было невозможно. Все внешние факторы проходили мимо. Но когда Адалия ощутила прикосновение, ей пришлось выйти из этого состояния. Тёплые руки будто бы обожгли холодное тело девушки, отчего она вздрогнула и мигом перевела взгляд на Наследника.

– Ева! – повысив голос заговорил с ней Аббаста, чьи бирюзовые глаза обеспокоенно разглядывали её. Король Темных продолжал её тормошить . – Ты как?

Девушка мигом свела брови и поджала губы. Мотнув головой, она чуть отступила от мужчины.

– Ада... Я Адалия Клайд, – вдруг сухо заявила девушка. Аббасту данное заявление ввело в ступор. Он проморгался и чуть наклонил голову в сторону.

– Ев... Ада, если тебе комфортно и удобно, то никто не против называть тебя Евой. Поверь мне, даже Генри с Екатериной не имеют на это возражений, – мигом парировал правитель Тёмных, утвердительно кивнув.

Но Адалия вновь мотнула головой.

– Нет. Я сама так решила, – тихо ответила девушка.

Аббаста не прекращал смотреть на неё бирюзовыми глазами, в которых так и прослеживалось волнение.

– Ты всё правильно сделала. Тогда... В Заключенном мире, – вдруг осторожно начал король, на что Адалия лишь отвела взор в сторону. Она не хотела отвечать на эти слова. Не желала принимать всё произошедшее и тем более соглашаться с тем, что убийство Гордея было оправдано.

– Ладно, давай отвлечемся. Сходим куда-нибудь? – предложил Аббаста, вкрадчиво улыбнувшись.

Адалия на это едва заметно скривилась.

– Может, в Уроре? – вдруг выдала девушка, на что Аббаста задумался.

– Хочешь в город? Там шумно и много людей. Если хочешь спокойно отдохнуть, то вряд ли это подойдет, – огласил свои мысли король Тёмных, но тут же мотнул головой. – Нет, если хочешь, то, конечно. Просто я хотел предложить сходить к побережью Мирового океана...

Океан... Воспоминания о синих водах сразу приносили за собой образ Гордея, а следом и воспоминания о Джексоне и родителях...

– Нет. Мне надо в Уроре. Веронике подарок выбрать, – парировала Адалия.

– Не переживай насчет этого. Если хочешь, я могу отдать тебе свой подарок для Веры, а сам что-нибудь уж придумаю, – легко заверил король, но девушка лишь мотнула головой.

– Нет. Я сама выберу и подарю подарок Веронике. Это мой долг, – сухо заверила Ада.

– То есть ты и на праздник поедешь? – удивился Аббаста.

– Да, конечно, а в чём проблема? Я же обещала. И я не могу подводить народ, – вдруг заявила девушка.

– Тебя никто не обязует ничего делать, Ева. Пойми это, – пытался объяснить ей мужчина.

– Адалия, – лишь поправила девушка.

Аббаста не знал как реагировать на это. На резкое изменение в характере Ады. На то, как быстро она смирилась со всем, хотя ранее девушка презирала свою новую жизнь.

– Хорошо. Я сейчас всё организую, – поддался король Тёмных, надеясь, что хоть это отвлечет Адалию от переживаний.

Аббаста развернулся и пошёл куда-то. А через мгновение Ада уже сидела в машине рядом с королем Тёмных.

Девушка и не заметила, как за окном начали виднеться аккуратные улочки Уроре. Ранее этот город казался ей более красивым, величественным и живым. Сейчас Уроре будто бы сливался с серым небосводом и тонул в унынии.

Адалия, облокотившись о выступ двери и придерживая голову, смотрела через тонированное стекло на город, который уже просыпался. Аббаста часто поглядывал на девушку и приоткрывал рот, чтобы что-то вымолвить, но тут же поджимал губы.

Машина начала сбавлять скорость и вскоре остановилась. Ада посмотрела на короля, который чуть улыбнулся ей.

– Куда мы приехали? – поинтересовалась она, пытаясь рассмотреть улицу.

– Это самый крупный торговый проспект королевства Тьмы. Ты тут точно сможешь найти что-нибудь подходящее для подарка, – выговорил Аббаста, выходя из машины.

Адалия лишь посмотрела по сторонам и открыла дверь машины. Влажный воздух отдавал ароматом только-только прошедшего дождя. Температура на улице из-за этого стала заметно ниже. Ада закуталась в кофту, пряча руки в ткань. Аббаста в это время что-то активно объяснял охране, а девушка начала разглядывать проспект.

Небольшие домики в готическом стиле полностью были заняты торговыми отделами.

– Нравится? Я дал распоряжение по благоустройству города, – начал рассказывать король, указывая на свежие постройки. – Вот из Вориа растения завезли и высадили вдоль домов. Ещё гирлянды сверху повесили на многих улицах и проспектах. Вон там арку установили с памятником...

Внимание Адалии быстро рассеялось. Она уставилась на красные цветы, которые росли рядом с живой полосой растений. Алый, клюквенный цвет. Оттенок такой же, как и глаза Гордея...

–... отремонтировали еще месяц назад. И вот. Готово. Так как тебе? – с трудом уловила слова Аббасты Ада. Она лишь кивнула и двинулась вперёд.

Сконцентрироваться на чём-то одном было крайне сложно и даже невозможно. Прохожие, которые заинтересованно и с надеждой глядели на Адалию, казались ей лишь мутными и блеклыми пятнами. Девушка с трудом различала какие-то реплики, которые произносили Наследники.

– Тьма! Да неужто! Жива и ходит с нами по одним улицам! – вдруг воскликнула одна женщина, замирая на месте.

– Тьма! Тьма! Прошу, выслушайте! – закричал незнакомый мужчина и начал подходить к девушке. К нему тут же двинулись стражники, которые мигом отгородили Адалию от нежеланного разговора. Девушка же лишь мельком взглянула на мужчину, после чего благодарно кивнула охране.

Но к ним тут же подступил ещё один мужчина, который уже был значительно старше и презентабельно одет. Солдаты уже хотели направиться и к нему, но Аббаста махнул рукой, давая понять, что этот Наследник близок королю.

– Рандель, добрый день. Как поживаете? – весело поинтересовался правитель, на что мужчина на ходу поклонился и хохотнул.

– Как, как, Ваше Величество? Работа, работа и ещё раз работа, вы же знаете! – весело ответил Рандель Вундорт, мельком поглядывая на Аду. – А это...– тихо начал спрашивать мужчина.

– Адалия Клайд. Наследница Тьмы и преемница трёх престолов. Дочь Екатерины и Генри, – спокойно и размеренно представилась девушка. Её лицо так и не дрогнуло от улыбки или от иной положительной эмоции. Только пустые и будто бы стеклянные синие очи смотрели на мужчину.

– Рандель Вундорт – граф округа Нордстам. Это севернее, практически у острова Нада, – представился мужчина, на что Ада неохотно протянула ему руку. Как и полагалось, он легко подхватил её ладонь и поцеловал кисть. Адалия лишь равнодушно следила за его действиями, после чего завела свои руки за спину.

Сдвинувшийся с места Аббаста, задал темп ходьбы.

– То, что случилось в Фасо, это неприемлемо... – начал граф, но его голос померк для Ады.

Голову охватил приступ боли. Виски будто бы заключили в тиски, которые всё сжимались и сжимались. Девушка чуть поморщилась от боли и слегка коснулась головы. Но ладонь даже не сумела притронуться к виску. Руку настолько охватила дрожь, что коснуться этого участка не выходило. Проморгавшись, она попыталась успокоиться, но у неё ничего не получалось. Дыхание заметно участилось, однако кислорода всё так и не хватало. В ушах четко отдавались стуки сердца, которые, такое чувство, всё замедлялись и замедлялись.

Эмоции будто бы материализовались и начали крепко душить её. Адалия пыталась вдохнуть глубже, чтобы подавить этот ком в горле, но у неё выходили лишь короткие и хриплые вдохи. Рука скользнула к горлу, но тут же скатилась к груди, которую будто бы сдавило от резкого удара. Но вот только физически её никто не атаковал. В бой шли эмоции.

Всё тело онемело и стало будто бы невесомым. Оно, чуть шатаясь, двигалось вперёд, но Ада этого не хотела. Она словно очутилась не в своём теле, контроль над которым давно потеряла. Это ощущение мигом вызвало прилив жара. Всё вокруг смешалось в одно непонятное пятно: прохожие, здания, растения. Окружение потеряло былые очертания и растеклось, словно клякса, теряя свою форму и значение. Мир вокруг словно поехал, начал жить своей красочной жизнью без Адалии. Она пыталась ухватиться хоть за какую-то нить рассудка и нужную эмоцию, чтобы преодолеть паническую атаку, но всё тщетно.

Мысли начали путаться, смешиваться, принося за собой лишь узлы тревоги и страха. Этот клубок разнообразных чувств, эмоций, картинок и воспоминаний лишь сильнее вводил в замешательство. Ощущения, которые окутали Адалию, внушали страх еще больше.

" – Что-то не так. Что-то не так, – крутилась мысль в голове Ады. – Что-то неладное... Неужели это конец? Неужели так выглядит смерть на самом деле?"

Страх смерти сковал Адалию. Поймал врасплох с поличным. Казалось, это конец, но глаза едва сумели различить большую дверь, которая была распахнута.

Разум девушки начал внушать, будто бы вот оно – самое безопасное место ото всех забот. Там нет неприятных ощущений. Там нет страха. Там нет смерти.

И Адалия была не в силах сопротивляться этим мыслям. Она мигом свернула к двери, когда перед глазами что-то замельтешило. Но Ада всё равно шагнула вперед. Тревога чуть отступила, когда неразборчивый гул прохожих стих. Перед девушкой возникла лестница, по которой она с трудом поднялась наверх. Не ориентируясь в пространстве и теряя грань с реальностью, Адалия смогла различить диванчик куда она и села.

Время вновь стало то пролетать мимо неё, то останавливаться, словно желая растянуть это ужасное состояние, то ускоряясь, чтобы только сильнее запутать. Аду пугало это чувство. Её пугало всё. Абсолютно всё. Она боялась, что может потерять ещё близких. Ужасало, что кто-то также легко заберёт её жизнь. Тревожило будущее, настоящее и прошлое. Но больше всего её пугала смерть, которая будто бы вот-вот нападет на Аду.

Вдруг кто-то взял её за руки, но это движение было настолько неясным для Адалии, что она проигнорировала касание. Через некоторое время незнакомка вручила ей стакан холодной воды. Это ощущение чуть вернуло Аду в реальность.

– Пей, это поможет, – уверил её мягкий и вкрадчивый голос.

Адалия не могла даже ощутить своей руки, что уж говорить о том, чтобы её поднять. Но девушка, которая помогала ей, взяла запястье Ады и заставила поднести стакан к губам. Холодная вода чуть помогла протолкнуть ком в горле.

– Хорошо, – одобрила незнакомка, убирая стакан воды. – А теперь скажите, какого цвета предмет, что я вам показываю.

Адалия с трудом боролась страхом, отчего концентрироваться на чём-то было сложно. Но незнакомка поднесла синюю книгу почти к глазам девушки.

– С... Синий, – с трудом ответила Ада.

– Прекрасно. А теперь найдите в помещении еще предметы такого же цвета, – предложила незнакомка.

Адалия огляделась. Сконцентрировавшись, она сумела различить комнату, в котором находится.

Высокие шкафы книжного магазина, окружали со всех сторон. Мягкий аромат пергамента витал тут повсюду. Эта картина могла бы вновь ввести Адалию в паническое состояние, если бы не девушка, которая сидела рядом с ней.

– Я вот вижу синие шторы, – решила начать незнакомка.

Адалия сглотнула и начала приглядываться к деталям.

– Кресло, – чуть дрогнув сказала она. – Ковёр. Книга вон та. Ваза тоже синяя.

– Очень хорошо. Вы молодец. А теперь давайте вместе сделаем три глубоких вдоха и выдоха, – предложила незнакомка. – Вдох... Выдох... Вдох... Выдох... Вдох... Выдох.

Адалия выполняла требования незнакомки. Эти непонятные действия и впрямь помогли девушке. Ком в горле отступил. Сердце забилось в нормальном темпе. Страхи и тревоги отступили, оставив Аду опять один на один с безграничной пустотой.

Девушка неуверенно взглянула на незнакомку и осмотрела её.

Чёрные волосы были собраны в пучок. Её блеклые очи печально смотрели на Адалию. Бледная кожа хорошо выделяла яркий шрам на правой щеке, который, с хищной внешностью, смотрелся, как талисман.

"– Не заметила, что у всех Рейвов на правой половине лица шрам? – " промелькнули слова Джексона в голове.

Страх мигом зашевелился в груди. Адалия соскочила, но ноги запнулись за ножку сиденья, отчего она чуть не рухнула.

– Ну Вы чего так? У Вас паническая атака только-только отступила, а при этом приступе лучше посидеть, – мягко заверила девушка. Ада неохотно подчинилась движению «помощницы», которая усадила её на место.

– Нет. Кто вы? – вяло спросила Адалия, сморщившись от головной боли, которая так и не ушла.

– Я – Саманта, – с лёгкой улыбкой представилась собеседница, протягивая руку девушке.

Адалия свела брови от недоверия и плотно поджала губы.

– Ваш шрам, – чуть начала Ада, не зная, как продолжить.

Саманта удивленно вздрогнула и коснулась отпечатка раны на щеке , который тянулся до брови. Её мягкое и чем-то манящее выражение лица сменилось порывом растерянности и некой грусти. Но губы мигом расплылись в мягкой улыбке.

– Да. Мой шрам. Родовое клеймо тех, кто пытался совершить революцию в Столице, но всё провалилось. И все почему-то думают, что только Рейвы попали под это наказание. А это не так. Видимо, моих родителей тоже клеймили и, не выдержав позора, они сдали меня в приют. Там меня никто не подобрал. Прожив в детском доме до совершеннолетия, я так и вышла без семьи и фамилии, – выговорила Саманта, чуть растягивая слова. – Вот так и стала жить. Есть ведь Наследники без фамилий, чем же я хуже? – уже игривым и звонким тоном проговорила она.

Ада чуть заметно кивнула и протянула руку девушке.

– Адалия Клайд, – представилась она, на что Саманта усмехнулась.

– Да уж, поняла. Приятно познакомиться лично, Тьма, – хищно выдала девушка, чуть сощурив глаза.

– Спасибо, – вдруг выговорила Адалия, на что её собеседница удивилась. – Ваши действия помогли мне.

– Ах ты про это... – призадумавшись вымолвила Саманта. – Я слишком часто испытывала панические атаки ранее, из-за чего уже знаю, что надо делать. Да что уж таить, я всё ещё страдаю от них.

Девушка чуть скривилась, после чего вкрадчиво оглядела Адалияю.

– Меня родители бросили. Их личные перепалки стоили разрушенной жизни их ребёнка, – вдруг начала пояснять Саманта. – Я выросла и думала, что уже всем наплевать на меня, но нет. Тогда в моей жизни начали появляться те, кто стал моей семьей. Я дорожу ими, но боюсь потерять. Потерять так же, как потеряла своё счастливое детство из-за родителей. У меня обстоятельства чуть посложнее, но я тоже на грани. На грани того, чтобы потерять всех, кого люблю... Именно поэтому я страдаю от панических атак.

– Мне это знакомо, – неожиданно согласилась Адалия. – Но если Вы можете их спасти, то я уже потеряла всех своих близких.

– Ошибаешься, – спокойно опровергла Саманта, печально улыбнувшись. – Я теряла близких. Но не это главное. Это не заставит меня утонуть в пропасти самобичевания.

Адалия на это лишь поджала губы. Она боролась с желанием услышать продолжение и с тем, чтобы закончить разговор, ведь она уже тонула в этом омуте, а значит данные размышления будут бесполезны.

– Самое главное во всём этом не потерять себя и не забыть то, ради чего ты живешь, – спокойно продолжила Саманта улыбнувшись. Она поднялась и с нежностью и сожалением оглядела Аду. Девушка ответила тем же, только сохранив в своём взгляде равнодушие. Поднявшись, Адалия подступила к книжной полке. Ее синие глаза уцепились за яркую обложку. Взяв в руки книгу, она хотела найти аннотацию, но поиск был тщетен.

– Очень хорошее произведение с глубоким анализом автора про мироздание мира Наследников, – вдруг выговорила Саманта, когда увидела обложку книги. – Рекомендую прочитать. Новинка. Автор независимо посмотрел на ситуацию, не выделяя какое-либо божество в первенстве создания мира.

– Я на подарок сестре, – мигом оспорила Адалия, задумчиво читая первые страницы.

– Тогда отличный выбор. Госпожа Вероника точно ещё не читала это произведение, – утвердила Саманта.

– Спасибо за помощь... и разговор, но мне надо идти, – вдруг выговорила Ада, желая завернуть в сторону.

– Если вы хотите найти кассу, то идите вперёд, вниз по лестнице и направо, – подсказала точный маршрут Саманта, на что Ада обернулась и кивнула в знак благодарности. – Сила с тобой, Тьма.