Текст книги "Любовь всепроникающая"
Автор книги: Элла Ямина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)
3. «Сельхозработы»
После двух недель беспрестанной учебы и многочисленных переживаний, жарких бессонных ночей и мучительного ожидания результатов экзаменов, были вывешены списки абитуриентов, поступивших в Педагогический институт. Среди них обнаружила свою фамилию и Татьяна. Она была очень рада узнать, что ее тезка также прошла по конкурсу и будет учиться вместе с ней. Всех зачисленных в институт абитуриентов попросили пройти в фойе на первом этаже здания. Там их поздравили с началом нового жизненного этапа, познакомили с личным составом преподавателей и объявили, что через неделю им предстоит поехать на уборку урожая в колхоз имени В.И. Ленина. От этого сообщения радости у многих студентов сразу же поубавилось. Но делать было нечего, никто не хотел с первых дней учебы скандалов и неприятностей. Откровенно говоря, Тане тоже не хотелось ехать на «сельхозработы» (так называли между собой студенты помощь по уборке урожая), потому что по вечерам Андрей частенько собирался с ребятами в беседке у их дома и пел под гитару веселые молодежные песни. Это были счастливые для Тани вечера, она видела его почти каждый день и с наслаждением слушала его пение. Иногда они прогуливались вместе с Зоей по микрорайону, а затем, подойдя к беседке, слушали пение ребят. Но делать было нечего, чемодан давно запакован, прощание с родителями и Зоей позади, а впереди долгая пыльная дорога в совхоз имени В.И.Ленина.
Студентов поселили в большом спортивном зале, принадлежавшим средней школе совхоза. Вместо кроватей по всему залу стояли наспех сколоченные деревянные нары, на которые студенты должны были положить привезенные с собой из дому матрацы. Во дворе стояло два умывальника с холодной водой. О душе или горячей воде для стирки белья оставалось только мечтать. Но это никого не смущало, в бараке царил дух молодости и авантюризма. Все шутили, смеялись и радовались жизни.
На утренней линейке студентам объявили фронт работ и распределили по группам. Таня радовалась, что попала в одну группу со своей тезкой. Девушки уже чувствовали себя подругами и старались быть везде вместе. Придя на поле, куратор их группы рассказал, какую норму должен выполнить каждый студент за день и распределил всех по грядкам. Татьянина тезка, приехавшая из сельской местности и имевшая большой опыт в сборке баклажанов, научила ее, как без особого труда быстро выполнить заданную на день норму. Собрав до обеда нужное количество ящиков баклажанов, две Татьяны, без каких-либо признаков усталости, вернулись в лагерь. В бывшей школьной столовой народу почти не было, так как основная часть студентов находилась в соседнем совхозе на сборке помидоров, куда пищу возила походная полевая кухня. У раздачи стояла высокая, с гладко зачесанными назад черными как смоль волосами, студентка-первокурсница. Ее миндалевидные сине-черные глаза чем-то походили на сочные созревшие оливы. Она приветливо улыбнулась и спросила у подруг:
– Ну как там, на поле, очень тяжело?
– Да нет, все нормально. Если знаешь, как правильно подойти к делу, работа быстро спорится. Мы уже выполнили норму и можем остаток дня спокойно отдыхать.
– Здорово! Если бы я знала, что это не так тяжело, я бы тоже пошла на поле работать. Здесь на кухне работы невпроворот. Мы как начали в 6 часов утра, так до сих пор и работаем. После обеда два часа отдыха и опять на кухню готовить ужин.
– А почему бы вам не разделиться на две группы, – предложила умудренная жизненным опытом вторая Татьяна, – одни готовят завтрак, затем все вместе обед, потом вторая группа готовит ужин. Через неделю можно поменяться, чтобы не всем вставать так рано.
Предложение второй Татьяны очень понравилось Шахеризаде (так звали их новую знакомую), она тут же рассказала о нем другим студентам, тоже занятым на кухне. За предложенное новаторство Татьянам было на десерт преподнесено вкусное шоколадное мороженое. Таким образом, у девушек появился "свой человек" на кухне. Шахеризада оказалась милой и добродушной девушкой. Маленький курносый носик, нетипичный для азиатов, придавал ее лицу веселое жизнерадостное выражение. Она все время старалась положить им двойную порцию первых и вторых блюд, угощала разными вкусностями, предназначенными только для особых случаев. Девчонки тоже в долгу у работников кухни не оставались: приносили им с поля свежие баклажаны, перец и фасоль. Так продолжалось две недели. Затем об их хорошей жизни по всему лагерю расползлись слухи, и в одно прекрасное утро подругам сообщили, что теперь их группа тоже поедет работать на сбор помидоров.
"Кто-то нам очень сильно позавидовал", – сокрушалась привыкшая из-за своего большого роста сутулиться девочка из их группы по имени Ирина. Она тоже выполняла заданную норму до обеда, и во второй половине дня вместе с двумя Татьянами уходила в лагерь, чтобы нагреть на кухне воды и помыться, постирать немного белья. Остальные студенты приезжали с поля не раньше пяти, и потом у умывальников начиналась такая давка и очередь, что иногда кое-кто опаздывал из-за этого на ужин.
Сбор помидоров оказался адским трудом, так как дневные нормы там явно были завышены. За день одному человеку нужно было насобирать четыреста пятьдесят килограммов помидор. Большущие железные контейнеры, широко разинув свои темные пасти, ненасытно смотрели на Таню. Она собирала и собирала всё утро спелые красные помидоры, но к обеду ее контейнер не был заполнен даже наполовину. У ее тезки картина тоже была не лучше. "Разве что на пару ведер больше", – подумала Татьяна, заглянув к ней в контейнер. Подойдя к обеденным столам, стоявшим прямо в открытом поле, она увидела двух девушек с длинными туго заплетенными косами, которые на своем родном языке оживленно беседовали между собой:
– Скажите, девчата, вы давно уже на сборе помидоров?
– Да, с самого начала. А что? – прервав свой разговор, спросила одна из них.
– Дело в том, что мы сегодня здесь первый день. Но, похоже, что норму нам при любых стараниях не выполнить, наши контейнера еще полупустые. Поделитесь секретом, как выполнить норму за день.
– А мы выполняем норму за полдня, – мило улыбаясь, ответили они чуть ли не хором.
– Как это? Такого не может быть! Вы хотите надо мной подшутить, – недоверчиво произнесла Таня.
Тут подошли ее тезка и Ирина. У обеих были хмурые лица.
– Ой, как тяжело собирать помидоры. Таня, мы заглянули в твой контейнер, у тебя чуть больше чем у Ирины и чуть меньше чем у меня, – упавшим голосом констатировала Танина тезка.
– Да, я тоже к тебе заглядывала, – ответила Таня, – А вот эти студентки хвастаются, что выполняют норму за полдня.
– Не может быть! – воскликнула в свою очередь Ирина, откидывая назад постоянно лезшую в глаза челку.
– Я тоже сомневаюсь в этом, – поддержала Ирину вторая Татьяна.
– Ну, если вы не верите, то после обеда мы покажем вам наши полные контейнера, – сказала, все также мило улыбаясь, одна из девушек.
Затем приехала полевая кухня, после активного трудового дня все жадно накинулись на пищу. Кое-кому не хватило чистых тарелок, но студенты, недолго думая, помыли уже использованную посуду в ближайшем протекавшем мимо ручье и, усевшись на землю в желанной прохладе тенистых раскидистых ив, принялись за еду. Тане, до сих пор все время обедавшей только в столовой, пища на поле показалось особенно вкусной, и она пошла за добавкой. К сожалению, все уже было съедено до последней крошки. Татьяна с легкой грустью вспомнила о Шахеризаде. После обеда девушки-ударницы (так их прозвала Ирина) показали подругам свои полные контейнера и уехали с полевой кухней в лагерь.
– Я тоже хочу в лагерь, – начала ныть Ирина, уже успевшая привыкнуть к хорошей жизни.
– Выполнишь норму и поедешь, – крикнула ей Танина тезка, удаляясь на свой участок поля собирать помидоры.
Таня с прежним рвением принялась собирать урожай, но к пяти часам ее контейнер был заполнен лишь на три четверти. Другой Татьяне все-таки удалось собрать норму, а Ирине, случайно вывихнувшей ногу, пришлось предъявлять куратору свой, так и оставшийся полупустым, контейнер. К счастью, вернувшись в лагерь, их там уже ждала Шахеризада с кастрюлями, полными горячей воды. С благодарностью помывшись, они поведали ей о своем первом неудачном дне на сборе помидоров. Шахеризада озорно подмигнула им своими черными глазами-оливами и пообещала девочкам за перенесенные муки двойной ужин. К тому же она сообщила им сногсшибательную новость, что сегодня вечером по многочисленным просьбам студентов на площадке, где обычно показывают кино, будут танцы. Услыхав про танцы, Ирина сильно расстроилась, потому что с больной ногой танцевать было невозможно. Обе Татьяны стали успокаивать подругу:
– Не переживай, Ирина. Мы отведем тебе почетное место наблюдателя. Через пару дней нога заживет, но зато завтра тебе не надо будет ехать на поле, будешь весь день прохлаждаться в тенечке и вдоволь кушать вкусные десерты под теплым крылышком у Шахеризады.
– Да, в этом очевидно есть свои преимущества, – согласилась с ними больная девушка.
Вечером, надев свои лучшие наряды, девушки и парни педагогического института собрались на танцевальной площадке. Заиграла музыка, но никто не решался идти танцевать первым, все стояли, неуверенно глядя друг на друга. При виде такого пассивного отношения к танцам, Танино сердце не выдержало:
– В конце концов для чего мы здесь собрались! Во всяком случае не для того, чтобы разглядывать друг друга, – и она смело вышла на середину площадки и начала танцевать.
Все только этого и ждали. Как по мановению волшебной палочки танцплощадка сразу же наполнилась танцующими. Звучали любимые Танины песни и мелодии, так что вскоре она позабыла все неудачи прошлого дня. Неожиданно ее пригласил на танец светловолосый незнакомый паренек. Он был среднего роста, худощав, с мускулистыми мозолистыми руками, видимо с детства привыкшими к физическому труду. Глубоко посаженные раскосые голубые глаза, широкие светлые брови и выгоревшие на солнце русые волосы выгодно контрастировали на фоне его темной загоревшей кожи. После танца паренек остался танцевать возле Тани. Затем он пригласил ее еще раз на медленный танец, во время которого делал неловкие попытки завязать с Танюшкой знакомство. Таня отвечала на его вопросы коротко и однозначно, она заметила среди танцующих девушек-ударниц. Ее снова взволновал вопрос выполнения нормы, и после танца с Тимуром (так представился ей паренек) Татьяна, сломя голову, кинулась их разыскивать. Но, к сожалению, студентки уже успели куда-то исчезнуть. Затем Таня увидела улыбающуюся Ирину, которая о чем-то беседовала с неизвестным ей курносым пареньком и Тимуром. Они начали интенсивно махать ей руками, приглашая к ним подойти. Оказалось, Ирина накануне уже успела познакомиться с этими местными ребятами. И это она послала застенчивого Тимура знакомиться с Таней. Ребята угостили девушек жаренными семечками и стали рассказывать веселые анекдоты. Ирина от души заливалась звонким заразительным смехом, выставляя на всеобщее обозрение верхний ряд немного крупноватых для ее маленького лица ровных как оловянные солдатики зубов. Но Татьяна услышала любимую мелодию из репертуара ансамбля "Смоки" и снова пошла танцевать.
На следующее утро на линейке их группа была названа в числе наихудших. Не только Таня не справилась с дневной нормой, почти все студенты ее группы имели плохие показатели. В автобусе Таня нарочно подсела к девушкам-ударницам и начала их упорно расспрашивать, как им за такой короткий промежуток времени удается выполнить норму. Они посоветовали ей просто понаблюдать за ними. "Что ж", – решила про себя Татьяна, – "нужно немного пожертвовать своим временем, чтобы набраться требуемого опыта".
Через десять минут наблюдения за девушками-ударницами Танюшке стал ясен их метод сбора помидоров. Девушки брали в руки сразу по четыре ведра и собирали все помидоры подряд, даже те, которые были еще не совсем спелыми. Таким образом они экономили время на постоянную ходьбу к контейнеру. Собирая бурые помидоры, им удавалось набрать больше овощей в непосредственной близости от контейнера, что опять экономило время. Взяв их метод на заметку, Таня тут же начала претворять его в жизнь. К обеду ее контейнер был уже на три четверти заполнен помидорами.
За обеденным столом, вновь повстречав Майю и Назгулю (так звали девушек– ударниц), Танюшка с гордостью похвасталась своими достижениями:
– Спасибо девочки. Мне действительно по вашему методу удалось собрать намного больше, чем вчера.
– Я видела твой контейнер, Таня. У меня сегодня тоже получилось больше, чем вчера. Но все же полный контейнер за полдня собрать очень трудно, – вмешалась в разговор вторая Таня.
– Трудно, но можно. Ведь Майе с Назгулей это удается, – начала с ней спорить Таня.
– Не забывай, что у них уже выработалась привычка, они третью неделю на сборе помидоров, – не сдавалась ее тезка.
– И все же, завтра я попробую, – не унималась полная энтузиазма Татьяна.
На следующий день, вооружившись сразу четырьмя ведрами и не разгибая спины, Танюшка все утро собирала помидоры. Когда прозвучал долгожданный звонок на обед, Таня высыпала последних четыре ведра. Ее контейнер был доверху наполнен красными и бурыми помидорами. У Таниной тезки от удивления раскрылся рот:
– Можно тебя поздравить, ты слов на ветер не бросаешь. Сказала – сделала. Молодец!
– Если хочешь, я могу поделиться с тобой методикой быстрого сбора помидоров, – отвечала довольная Таня.
– Не надо. Я тоже сегодня наблюдала за нашими ударницами. Скажу тебе только одно, долго так не протянешь. Лучше равномерно распределять свои силы в течение всего дня. Иначе можно заболеть.
И как всегда, Танина тезка оказалась права. К вечеру у Татьяны так разболелись плечи, что ей пришлось просить Ирину сделать ей массаж. Ирина раньше профессионально занималась волейболом, поэтому обладала кое-какими навыками массажа мышц. К сожалению, массаж почти не помог, плечи ныли так, что больно было даже пошевелиться. В этот вечер Таня на танцы не пошла, она лежала на деревянных нарах и тихо ругала себя за глупое желание похвалиться. Ночью ей тоже плохо спалось. В полночь, проснувшись от боли, она увидела за небольшой перегородкой в конце зала свет. Затем послышались приглушенные голоса и женский смех. Ей захотелось в туалет, но все "удобства" располагались во дворе, а ночью идти одной было боязно. Вдруг Танюшка услышала чьи-то крадущиеся шаги, кто-то тихонько проходил мимо. Присев в своей кровати, Татьяна шепотом спросила:
– Кто это?
– Это я, Шахеризада. Таня, ты не спишь?
– Да. Куда ты идешь и почему горит свет за перегородкой? – поинтересовалась она.
– Света справляет свой день рождения. Я тоже иду туда, пойдем со мной.
– Да нет, спасибо. Ты не могла бы проводить меня в туалет, я боюсь идти одна.
– Хорошо, пойдем, – с готовностью согласилась Шахеризада.
После посещения "тихого местечка" Шахеризада уговорила Таню не надолго пойти на день рождения к Свете, студентке, которая тоже работала в столовой. К счастью, день рождения уже подходил к концу, и через полчаса Татьяна снова спала беспробудным сном до самого утра.
Утром Танины плечи все еще сильно болели. Ирина начала уговаривать ее сослаться больной и остаться с ней в лагере. Но Тане было стыдно болеть. К тому же, она была уверена, что если снова поработает, то все само собой рассосется, по принципу "клин клином вышибают". В этот раз ей удалось собрать до обеда лишь половину контейнера. За обедом Танюшка, уставшая и все еще больная, сидела в тени ветвистой ивы и рассказывала своей тезке о ночном дне рождения Светы. Вдруг послышался топот копыт. Двое всадников, спешившись со своих коней, подошли к подругам. Одним из них оказался Тимур. Ирина рассказала ему о Танином рекорде и больных плечах, поэтому он прискакал ей на помощь. Тане стало неловко от того, что Тимур прискакал из-за нее, но когда через полчаса вся работа была выполнена, ее сердце наполнилось чувством благодарности к этому незадачливому скромному пареньку. На следующий день Тимур снова прискакал на помощь Тане, но ей не хотелось использовать его в корыстных целях. Вечером на танцах она попросила Тимура больше не приезжать на поле, мотивируя тем, что плечи уже не болят. На что Тимур совершенно неожиданно для Татьяны признался ей в любви.
– Но ведь мы едва знакомы, – ответила смущенная Таня.
– А я влюбился в тебя с первого взгляда, – объявил густо покрасневший Тимур.
– Не подумай только ничего плохого, Тимур. Ты очень хороший парень и наверняка нравишься многим девчонкам, но я вынуждена тебя разочаровать. Я уже очень давно люблю другого парня.
– Могу я тогда хотя бы просто танцевать с тобой, ведь вы скоро уезжаете, – попросил ее совсем сникший Тимур.
В Таниных ушах слова "скоро уезжаете" прозвучали как мед. "Быстрее бы наступило это скоро", – думала она, лежа в кровати и вспоминая Андрея. "Как неудобно получилось с Тимуром. Но не виновата же я, что не испытываю к нему никаких чувств". Ирина вовсю дружила с другом Тимура Алексеем, несмотря на то, что дома ее ждала ее школьная любовь – мальчик по имени Саша.
Всю последнюю неделю Таня работала по-ударному и считала дни, когда она наконец снова увидит Андрея. Тимур еще несколько раз приезжал к ней на поле, научил ее кататься на лошади. На танцах он тоже постоянно был рядом с Татьяной, но она, по возможности, старалась танцевать и с другими ребятами. И уже сидя в отъезжающем автобусе и увидев в окно печальное лицо провожающего ее Тимура, Танюшка подумала: "Вот бы Андрей меня хоть чуточку так любил".
4. Глокая куздра
Как хорошо было снова оказаться дома! Любимое зеленое кресло, письменный стол, уютная и мягкая кровать! Привычная обстановка радовала сердце, была целительным бальзамом для души и тела. Танюшка очень соскучилась по дому. И несмотря на то, что время поездки на сельхозработы пролетело очень быстро, ей казалось, что дома ее не было целую вечность. Все немного изменилось вокруг: подросли цветы в розовом горшке на окне, слегка выгорели узоры на новых обоях в комнате у родителей, потолки, казалось ей, стали чуточку ниже, а за окном так сильно поднялись и расцвели фиолетовые астры в саду у тети Даши. Она наслаждалась всеми прелестями своей маленькой независимости и комфорта: всегда доступным холодильником, ванной с удобствами, не выходя из дому. Кроме того, находиться почти совсем рядом с Андреем, видеть его чуть ли не каждый день было так замечательно. Татьяна вся светилась от вновь обретенного счастья.
Первые дни учебы тоже были очень интересными и волнующими. Студенты сидели в больших аудиториях за длинными, вместе составленными столами, никто их не принуждал что-либо записывать, все было на добровольных сознательных началах. Одним словом – началась взрослая жизнь. Все преподаватели были вежливы и милы, на лекциях Таня увлеченно слушала и кратко конспектировала услышанное. Ее любимыми предметами была конечно же литература, как русская так и зарубежная. Когда им объявили новый состав групп, Танюшка немного взгрустнула, так как ее тезка попала не только в другую группу, но и в другой поток студентов. Это означало, что видеться они будут редко, возможно, только на переменах. Но все же судьба благоговела Тане: в ее группе оказалась уже знакомая ей по поездке на сельхозработы Света, на дне рождения которой Танюшка случайно либо волею судьбы оказалась ночью. Это была одна из самых ярких студенток их курса. Ее природная красота, несколько раз усиленная с помощью косметики, делали ее неотразимой. Большая пышная грудь, тонкая талия и стройные длинные ноги уже издалека привлекали к себе пристальное внимание всего мужского населения планеты. Таня и Света с первых дней учебы сидели и ходили как две закадычные подружки везде вместе, единственным недостатком Светы была ее любовь посплетничать прямо во время лекций. Но у Тани в таких делах был большой школьный опыт, она могла одновременно внимательно слушать и учителя и свою новую подругу. Однажды Света все же не выдержала и высказала Тане на перемене свое недовольство:
– Слушай, Татьяна. Почему ты мне никогда не отвечаешь, когда я с тобой разговариваю, а только киваешь головой? Ты вообще слышишь, что я тебе говорю или только создаешь видимость?
– Слышать-то я слышу, Света, но если я начну разговаривать, то не услышу, что говорит преподаватель. А если я не услышу преподавателя, не смогу записать самого главного, – спокойно объяснила ей Таня свое поведение.
– Да зачем все это записывать, для этого же есть книги, – не понимала Света.
– Да, но ты не обратила внимания сколько первоисточников нужно перечитать, чтобы докопаться до главного. А лекторы все это уже сделали за нас, нужно только проглотить готовенькое. Кстати, я тебе тоже советую записывать лекции, иначе на экзаменах будет трудно, – по-дружески посоветовала Таня.
– Ладно, я у тебя потом все перепишу, – немного успокоилась после их разговора Света.
Конечно же конспектировать лекции она так и не стала, а для разговоров нашла себе другую девочку Машу, которая охотно во время лекций поддерживала с ней беседу. Вскоре Таня познакомилась с еще одной студенткой Леной, которая тоже оказалась в ее группе. Она была такого же роста как и Таня, коротко остриженные светлые волосы, бледное лицо с тонкими губами и большими пытливыми светло-голубыми глазами. Одевалась Лена просто, но не без вкуса. В отличие от Светы Лена была намного серьезнее, аккуратно конспектировала лекции, внимательно слушала преподавателей. Сидела Лена всегда в первом ряду и создавала впечатление прилежной школьницы. Света предлагала и Татьяне пересесть в первый ряд, но она предпочла остаться в серединке, так можно было видеть и слышать, чем занимаются другие студенты. А это тоже доставляло ей некоторое удовольствие. Танюшка любила быть в гуще событий, знать, чем дышат другие студенты.
Сегодня на лекции по Введению в языкознание было необычайно тихо, даже сидевшая рядом Светлана на удивление Тани записывала что-то в тетрадь. То ли профессор Милованова, женщина невысокого роста со строгим и не допускающим возражений взглядом, умела отлично владеть аудиторией, то ли сложность предмета заставила студентов забыть про свои заботы и повседневную суету. Милованова читала лекции по памяти, ее папка с тезисами лежала на столе, во время всей лекции она ни разу не прикоснулась к ней. Напротив, профессор Милованова в отличие от других преподавателей, читая лекцию, ходила по аудитории, поэтому даже в самых последних рядах можно было услышать усердное пыхтение записывающих лекцию студентов. В аудитории царила рабочая атмосфера. Светлана, не привыкшая записывать лекции, а у Миловановой был довольно-таки быстрый темп чтения, время от времени заглядывала в Танину тетрадь, чтобы наверстать упущенное. Когда Таня записала в тетрадь не имеющее никакого смыслового значения предложение "Глокая куздра лыко бодланула бокра", Светлана вопросительно посмотрела на нее. "Потом объясню", – шепнула ей на ухо Таня. На перемене Тане пришлось объяснять Свете и другим не понявшим студентам синтаксическую значимость этого предложения:
– Глядя на это предложение, и даже не понимая смысла сказанного, мы можем без труда определить, где здесь субъект, где предикат и т. д. То есть совсем не обязательно знать смысл сказанного, достаточно задать обычные вопросы: Кто? Что делал? и т. д.
– А я понимаю смысл этого предложения, – со всезнающим видом весело подмигнула глазами-оливками Шахеризада, – Смелая коза сильно боднула быка – вот что это значит.
Все громко засмеялись.
– Из вас неплохой толмач получится, – заулыбалась подошедшая к ним профессор Милованова.
Она еще раз охотно объяснила студентам смысл приведенного ею примера.
После лекций Таня занялась поиском художественной литературы, которую им необходимо было прочитать до экзаменов. Обойдя вместе с Леной несколько библиотек города и раздобыв лишь одну пятую часть из всего списка, она сильно забеспокоилась:
– Где нам достать остальную литературу?
– У моего дедушки богатая домашняя библиотека, – призналась ей Лена, – попробую порыться у него, может найдется что-нибудь еще.
– А я попрошу маму, у них на работе тоже большая хорошая библиотека, – вспомнила Таня и немного успокоилась.
Дома, поговорив с мамой и вручив ей список недостающих книг, Танюшка пошла к своей подруге Зое. Сегодня были вывешены списки студентов, зачисленных на вечерний факультет Политехнического института. У Тани было хорошее предчувствие и она не ошиблась. Зоя была уже дома и ее сияющая улыбка говорила сама за себя.
– Я вижу тебя уже можно поздравить? – радуясь за подругу, спросила Татьяна.
– Танюшка, как здорово. Наконец-то я тоже студентка!
– А на какой факультет ты поступила? – стала интересоваться Таня
– На машиностроительный.
– А на каком факультете учится Андрей?
– Кажется, на технологическом, а что?
– Ну, я просто хотела узнать, Зоя, видела ли ты его сегодня или может встречала в институте, – намекнула Таня непонятливой подруге.
– Увы, моя дорогая. Во-первых, их факультет находится в совершенно другом здании. А во-вторых, я буду ходить на занятия по вечерам, после работы. Поэтому навряд ли наши с Андреем дорожки будут пересекаться.
– Жаль, а я надеялась, что вы будете чаще встречаться, – с сожалением вымолвила Татьяна.
– Ладно, не грусти. Он ведь живет с тобой в одном подъезде. Хочешь, я его сейчас позову?
– Ни в коем случае, я сегодня плохо выгляжу, устала очень, – испугавшись, начала отнекиваться Таня.
– Да не комплексуй, подруга. Ты на все сто выглядишь, – и Зоя стала набирать номер телефона Андрея.
К сожалению, дома его не оказалось. Мама Андрея, тетя Зина, сообщила, что по всей вероятности он будет дома не раньше десяти. В этот вечер Таня просидела у Зои почти до полуночи, подруги праздновали Зоино поступление в институт. Таня делилась своими первыми впечатлениями об учёбе, а Зоя поведала ей о своем новом знакомом Викторе. Выйдя от Зои, Таня решила спуститься вниз за почтой, так как возвращаясь из города, забыла заглянуть в почтовый ящик. На первом этаже, как всегда, было темно, какие-то хулиганы все время выкручивали лампочку в их подъезде. Таня на ощупь нашла свой ящик, отворив его ключом и ничего там не обнаружив, до ее уха вдруг донеслись подозрительные шорохи. Ей стало боязно, но затем, услышав женский голос, она успокоилась. Кроме этого кто-то тяжелой поступью приближался к их подъезду. Входная дверь со скрипом отворилась и, длинноногий уличный фонарь, стоявший у входа в парадную, ярко осветил нижнюю площадку. В углу, обнявшись с симпатичной светловолосой девушкой, стоял Андрей. У Тани замерло сердце. Не помня себя, она ринулась наверх, забыв поздороваться с входившей в подъезд пожилой соседкой со второго этажа. Перепутав площадки, Танюшка по ошибке снова попала к Зое. Подруга уже стояла в ночной рубашке и с зубной щеткой в руке. Таня извинилась перед ней и со словами "потом все объясню", стремительно спустилась к себе домой. Она заперлась в своей комнате и, сидя на кровати, задумчиво глядела в потолок. Затем Танюшка взяла лист бумаги и нарисовала козу, бодающую быка и подписала: "Глокая куздра лыко бодланула бокра". Через несколько минут, еще раз поглядев на свой рисунок, она немного повеселела. А еще через время со словами: " Ну, бокр, берегись", – решила идти в открытое наступление на любовном фронте.
.
