Текст книги "Хранитель историй (ЛП)"
Автор книги: Элизабет Хантер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)
Глава 15
«Шесть? Откуда взялись ещё трое?»
Нисколько не обеспокоившись числом врагов, Малахай в предвкушении улыбнулся. Недели, проведённые в любовных ласках, дарили неземное наслаждение, но закалённому в столетних боях воину не хватало сражений. Медленно обходя противников, он позволил григори приблизиться к себе, дав им больше уверенности.
«Так будет веселей».
Стоящий ближе всего к Малахаю григори по росту и комплекции мог сойти за его брата. Только он не имел за плечами опыта книжника и силы, дарованной решон.
Малахай сделал обманный выпад вправо и скорее обрадовался, чем разозлился, когда григори не клюнул на уловку. Их глаза встретились на мгновение, прежде чем солдат перевёл взгляд на стоявшую за спиной Малахая Аву. Она ахнула, и Малахай ощутил её панику.
«Пора кончать с играми. Я забыл, что она напугана».
Волна сверхъестественной силы окутала Малахая, когда он скрестил руки и провёл по татуировкам, пробуждая заклинания. Зрение и слух обострились в преддверье ночи. Теперь он мог отследить каждое движение противников, словно те двигались в замедленной съёмке. Услышать, как двое солдат встали у входа в переулок, не позволяя случайным прохожим забрести сюда. За спиной грохотал бешеный пульс Авы. Кровь забарабанила в ушах Малахая.
Выхватив кинжал, он метнулся влево, дёрнув за руку одного из солдат, крутанул его и вонзил клинок в основание черепа, а когда григори стал рассыпаться, схватил второго. Малахай двигался столь стремительно, что у солдата повылазили глаза из орбит.
Поворот, быстрый удар в челюсть, и противник отлетел на землю, а Малахай уже вонзил кинжал в глотку следующему. Золотая пыль покрыла руки, прежде чем ветер подхватил её, ограждая от сообщников павшего григори.
Несмотря на гущу битвы, каждый нерв Малахая был настроен на Аву, по-прежнему стоящую позади. Его храбрая решон не съёжилась в углу, а следила за схваткой, позволив Малахаю оградить её стеной от монстров.
«Умная девочка».
Стоящий впереди григори ринулся на Малахая, не обращая внимания на замешательство своих компаньонов. Его взгляд метнулся к Аве, и он сделал выпад в её сторону в явной попытке отвлечь Малахая от товарища. Не поддавшись на провокацию, Малахай резанул шею солдата и отбросил того на землю, но неожиданно ощутил удар ногой.
Удар застал его врасплох, и Малахай выронил кинжал, который с грохотом упал на землю. Поднимать клинок он не стал, а ногой оттолкнул его к Аве, доставая левой рукой второй клинок. За это время григори оказался перед ним на расстоянии вытянутой руки и атаковал с большим мастерством, чем все остальные.
Только вместо того, чтобы напасть на Малахая, он в последнюю секунду отскочил влево и ринулся к Аве. Боковым зрением Мал увидел вспышку серебра, и григори замер, так как кинжал угодил ему в левый глаз.
Воспользовавшись шансом, пока противник взвыл от боли, Малахай развернул его и пронзил кинжалом основание черепа. Вытащив второй кинжал из глазницы григори, пока тот обращался в облако золотого песка, которое ветер вознёс к небесам. Оставшиеся были потрясены смертью их предводителя. Один развернулся и убежал, другой предпринял отчаянную попытку осуществить миссию.
И потерпел неудачу.
Ударив по коленной чашечке, Малахай сбил противника с ног, присел над ним, развернул голову григори лицом к земле и нанёс удар что было силы.
На задворках сознания звучали крики детей из родной деревни, скрываемой иринами, которые были жестоко вырезаны григори. Малахай заморгал, вспомнив девчушку, которая искусала ручонки в кровь, пытаясь сдержать крик, спрятавшись под половицами. Осунувшееся личико с запавшими глазами и окровавленными губами встало перед глазами, когда Малахай подошёл к лежащему на земле недобитому григори, у которого всё ещё хлестала кровь их шеи.
Григори уставился застывшим взором на звезды, кровь пузырилась в горле, пока он беззвучно повторял одно и то же слово:
– Пожалуйста…
Стремительным рывком Малахай перевернул солдата и завершил начатое.
Склонившись над рассыпающимся трупом, Мал наклонил голову и обострил чувства. Последний, оставшийся в живых, сбежал с теми двумя, что стояли на страже. Они улепётывали со всех ног по главной дороге. Хлопнула дверь автомобиля, взревел двигатель. Кто бы ни послал отряд, ему известно о местонахождении Авы и провале миссии.
Наконец Малахай повернулся к Аве, которая смотрела на землю широко распахнутыми глазами.
Стараясь унять бушующий в крови адреналин, Малахай заморгал, пытаясь разобраться в чувствах Авы по выражению её лица.
– Ава?
– Я… ― Она сглотнула. ― Я убила. Его. Ну, я метнула нож, а ты его добил. А потом… он растаял.
– Точнее обратился в пыль. ― Малахай стряхнул золотую пыль с рук. ― Ирины и григори…
– Я убила его. ― Она стала задыхаться. ― Он шел ко мне, и я просто… ― По щекам полились слезы. Она обхватила себя руками. ― И ты… так много…
– Всего пятерых.
Он мог убить больше и хотел этого. Малахай по-прежнему ощущал бешеный адреналин, но реакция решон испугала его. В пылу битвы было легко забыть, что Аве чуждо насилие.
Аву начало трясти.
– Ава. ― Малахай протянул руку, но она взирала на него как на незнакомца. Сердце пронзила невыносимая боль. ― Ава, пожалуйста.
Она всхлипнула и бросилась к нему. Малахай обнял её за плечи, и сдавившие сердце тиски ослабли.
– Мне жаль. Я забыл. Ты не привыкла к насилию.
– Они пытались убить меня?
– Нет, ― успокоил он её. ― Их целью был я. Уверен, тебя они намеревались пленить.
Ава зарыдала ещё горше. Наверное он сказал что-то не то.
– Т-тебя…
– Ш-ш-ш… ― Малахай гладил ей волосы, испытывая облегчение, что после схватки не осталось окровавленных трупов. ― Я отделался парой синяков, через несколько минут они вовсе исчезнут. ― Он наклонил голову и улыбнулся. ― Как оказалось, моя неистовая возлюбленная тоже может за себя постоять. Где ты научилась метать ножи?
– Ц… цирковой лагерь. ― Она икнула. ― Я там провела лето в четырнадцать лет.
Малахай широко улыбнулся.
– В цирковом лагере?
– Я ещё неплохо хожу по канату, но метать ножи мне нравилось больше всего. Интерес со временем не угас, и я продолжила тренироваться. Мама купила мне набор, а садовник Карла сделал большую мишень. ― Глаза были круглые и стеклянные. Губы по-прежнему дрожали, но Ава улыбнулась сквозь слезы. ― Это было весело.
– Я запомню.
Напряжение, сковавшее плечи, ослабло. Малахай вложил в ножны оба кинжала, прежде чем повернулся, взял Аву под руку, и они направились домой.
Им придётся уехать сегодня же ночью. Нужно сообщить Рису о случившемся. Предупредить Дамиана об их приезде в Стамбул. Позвонить…
– Хотя твои кинжалы намного лучше сбалансированы, чем мои. ― Ее голос становился всё более уверенным. ― А мне такие можно? Они могут пригодиться.
– Ты на мне будешь тренироваться?
– Вряд ли.
– Посмотрим. Какие ещё лагеря ты посещала?
– Хм… цирковой. Художественный. Сайферов. Фотографов. Искусства выживания в дикой местности. Конной езды. Фотосъёмки. Парусного спорта.
– Ты такая разноплановая.
– Тебе стоит увидеть, как я развожу костры.
***
Поездка в Стамбул проходила в тишине. Ава спала, а у Малахая по-прежнему бурлила кровь в жилах. Даже их страстное занятие любовью по возвращению в дом не смогло ослабить бешеный поток энергии. Малахай стал подозревать, что его решон намного сильней всех ирин, которых ему доводилось встречать. Возможно, он просто слишком много лет не контактировал с иринами, но Малахай начал подозревать, что после обучения Ава станет неимоверно сильной. Это пробуждало дикое желание гордо бить себя в грудь как неандерталец. С его женщиной будут считаться.
Зазвонил телефон.
– Алло?
– Хвост есть? ― спросил Дамиан.
Мал взглянул в зеркало заднего вида. Никого. Машин было мало, но ближе к городу их станет больше. Сейчас они проезжали сельскую местность с тракторами, а не бессмертными убийцами.
– Нет, всё нормально. Ничего подозрительного.
– Максим сказал, что за последние несколько дней возросла нехарактерная для этого времени года активность. Много чужаков. В городе явно что-то творится с григори. И Лев говорит, что неуловимый доктор Сэдик вернулся в офис. Секретарша сидит в приёмной, хотя пациенты не приходят.
– Доктора видели?
– Нет, но если секретарь вернулся…
– Значит скоро явится доктор. ― Малахай замолчал, мысленно добавляя новые кусочки головоломки под названием «Ава». ― Максим что-нибудь слышал?
У молодого книжника море осведомителей. Плюс Рис у них компьютерный гений, так что иногда возможность добыть любую информацию была бесценна. А очаровашка Максим слыл любимчиком большинства… законных, но весьма сомнительных элементов Стамбула. Вероятно, ему была на руку любовь к азартным играм.
– Максим уверяет, что люди не знают никакого доктора Сэдика, а вот пойманный григори упорно держал рот на замке, стоило всплыть этому имени.
– Выходит, он григори. Или как-то с ними связан.
– Либо солдат знал о верной смерти и не хотел быть сговорчивым. Пока мы лишь можем строить догадки, брат.
Малахай на мгновение задумался, сожалея, что не может быстрей оказаться в Стамбуле. У Авы сбилось дыхание, она мягко застонала, но не проснулась.
– Ты и женщина… Вы вместе? ― спросил Дамиан.
– Да. Она моя.
– Ты уверен?
– Да.
Последовала долгая пауза, а когда Дамиан вновь заговорил, его голос искрился весельем:
– Здорово, теперь не только меня мучает суженая.
Малахай усмехнулся и потянулся поиграть с локоном волос, который щекотал нос Авы.
– Моя Ава меня обожает. Не представляю, о чём ты.
– Ха-ха-ха.
Малахай закусил губу, сдерживая смешок, когда решон нахмурилась во сне и отмахнулась от него.
«Ага, сплошное обожание».
– Телефон не отключай, я позвоню позже. Будьте осторожны. Рис должен приехать завтра к вечеру. Вы выехали из Кушадасы чуть раньше, чем он из Гёреме.
– С радостью с ним повидаюсь. Ему удалось что-то накопать о родословной Авы?
– Он нарыл что-то крупное, но подробностей я не знаю. Рис упоминал, что ему нужно задать ей несколько вопросов.
Малахай нахмурился.
– Хорошо.
– А я собираюсь предложить ей посетить таинственного доктора Сэдика.
– Со мной.
Дамиан долго молчал.
– Об этом поговорим, когда ты вернёшься.
– Только со мной, Дамиан. По-другому никак.
– Она много недель с ним встречалась, и опасность ей не угрожала.
– Мы не знаем наверняка. Как, по-твоему, они нас сегодня нашли?
– Кушадасы не их логвище. Возможно, просто совпадение?
– Когда шестеро григори загоняют меня в угол в переулке, пока мы с Авой гуляем, не верю я в такие совпадения.
– Ты с ней недавно и от того мучаешься манией преследования. Это нормально.
– Ошибки быть не может, я прав. Она пойдёт в его офис только со мной.
– Обсудим это завтра. Берегите себя.
– Обязательно. До встречи.
Повесив трубку, Малахай стал терзаться вопросом. Как григори нашли их? Не только в Кушадасы, но и в ресторанчике? Ни о каком совпадении и речи быть не могло. Малахай взглянул на крепко спящую Аву. Она больше не звонила доктору Сэдику, в этом он был уверен, тогда, как их нашли?
Сбросив скорость, Малахай остановился возле придорожного ларька и взял сотовый Авы с центральной консоли. Возможно, Сэдик воспользовался сетью? А это значит, всё намного серьёзнее, чем они с Рисом подозревали. Или, может, наоборот намного проще. И где-то спрятан маячок. Обычный чип GPS позволил бы отследить Аву где угодно. Малахай перевернул телефон, выискивая любые признаки постороннего вмешательства.
– Что ты делаешь? ― Сонный голос отвлёк его от проверки краёв сотового. Никаких царапин или подозрительных знаков.
– У тебя подключены отслеживающие проги на случай пропажи телефона?
– Нет. Я все их поотключала, кроме карт, после того, как Карл воспользовался ими и выбесил меня. Почему ты спрашиваешь?
– Как григори нас нашли? ― пробормотал Малахай.
– Что?
– В кафе сегодня. Как они нас нашли?
Она села.
– Без понятия.
– Ты больше не звонила Сэдику?
Ава закатила глаза.
– Я по-прежнему не верю твоей паранойе по поводу моего психотерапевта, но нет, я ему не звонила.
На ум Малахаю пришла ещё одна идея.
– А доктор Сэдик ничего тебе не давал?
– Что? ― Она потёрла глаза. ― Нет. Не думаю.
– Подумай, Ава. Может быть какую-то невинную безделушку.
– Ну… ничего, что бы он мог использовать…
– Что он тебе дал? ― Голос зазвенел от напряжения. ― Какая-то безделушка? Милая, что это?
Ава пожала плечами и полезла в валявшуюся в ногах сумочку.
– Ничего такого. Если честно, я даже забыла об этой вещице. Это брелок-амулет назар от сглаза. Доктор Сэдик сказал держать его при себе. На удачу.
Ава вытащила из карманчика ярко синюю стекляшку. Около четырёх сантиметров в ширину, она выглядела как обычная туристическая побрякушка, свисающая с каждого магазина в Турции, только вот эта с одной стороны покрыта металлом, который по подозрению Малахая действовал как антенна.
Малахай поднёс амулет к свету.
– Мне показалось это глупым, но я кинула брелок в сумочку и благополучно о нём забыла.
– Уверен, именно на это он и рассчитывал.
В самой тёмно-синий части стекла находился почти прозрачный чип с проводком, ведущим к металлической оправе.
– Вот. ― Малахай поднял амулет так, чтобы Ава могла разглядеть. ― Видишь? Кажется, это чип.
Она моргнула.
– Типа как в ошейнике для собак?
– Простой GPS. Пока амулет с тобой, Сэдик может тебя выследить.
Щеки Авы заалели, но взгляд мог заморозить.
– Сукин сын…
Малахай сжал её ладонь.
– Ты доверяла ему. Знаю. Это не…
– Урод!
– Он предал тебя, а ты…
– Убью его.
– Нам нужно узнать больше, прежде чем ты это сделаешь.
Теперь Малахай взывал к её благоразумию.
– Эта вещица… ― она попыталась выхватить назар, но Малахай сжал амулет в кулаке.
– Нет.
– Отдай! Я сейчас же разобью его в дребезги! ― Ава открыла дверцу машины. ― Не хочу, чтобы эта штука была рядом…
– Хочешь, чтобы он счёл, что мы застряли на обочине непонятно где? ― Он ещё сильней стиснул кулак, который она пыталась разомкнуть пальцами. ― Подумай.
Ава заморгала, взяв себя в руки.
– Он поймёт, что я узнала о маячке.
– Именно. Домой мы эту дрянь не возьмём, но раскрывать ему наши карты тоже не стоит.
Ава глубоко вздохнула и кивнула.
– Хорошо, так как мы с ней поступим?
– Отвезём в Стамбул и оставим в безопасном месте. ― Малахай улыбнулся от промелькнувшей в голове идеи. ― Запутаем докторишку до чёртиков.
***
С наступлением утра они вошли в фойе отеля, где жила Ава. Улицы Султанахмета были почти пусты, когда они прошли мимо сонного паренька за стойкой регистрации в сторону дворика возле бывшего номера Авы. Парень поднял голову и улыбнулся, узнав Аву, а потом снова опустил голову, позабыв, что она съехала.
– Сюда, ― тихо позвала она. ― Кажется, они хранят тележки где-то здесь.
Малахай увидел сворачивающую за угол горничную с узкой тележкой и, притянув Аву к себе, попросил уборщицу найти для него бритву, так как он потерял багаж. Пудря девушке мозги, Малахай незаметно передал Аве назар. Она вытащила жвачку изо рта, залепила ею амулет и прикрепила к тележке, надеясь, что закрепила назар достаточно надёжно. Малахай увидел, как она прикрепила и прикрыла скатертью амулет, после чего взяла его за руку.
– Знаешь, дорогой, у меня совсем вылетело из головы, что я захватила запасную бритву. ― С наигранно широкой улыбкой Ава покачала головой. ― Не могу поверить, что забыла об этом. Удивительно, что её не отобрали при перелёте.
Малахай перешёл на английский:
– Уверена? Тогда вопрос отпал сам собой.
Он повернулся к смущённой девушке с извиняющейся улыбкой и поблагодарил её. После чего они вдвоём с Авой вернулись в фойе и выскочили из отеля.
– Надеюсь, тележка будет двигаться достаточно быстро и не вызовет подозрений. Плюс ты там останавливалась прежде, так Сэдик будет знать, что ты в городе, но не прознает, где именно находишься.
– В голове не укладывается, что я приклеила жвачку к её тележке ― Ава вздрогнула. ― Милая школьница потрясена своим поведением.
– Ты, правда, была пай-девочкой в школе?
– Конечно, нет. Скорей чокнутой чикой с репутацией, которую приходилось поддерживать.
– На это я и наделся.
Глава 16
К тому времени, как они добрались до дома книжников на другой стороне моста, уже начались утренние пробки. Кафе и магазины забурлили жизнью, угловой рынок возле старого деревянного дома на Бейоглу открыл свои двери. С парковки Ава и Малахай ушли, держась за руки. Ава немного подремала в машине, но нуждалась в тишине, еде, крепком сне и тёплых объятиях.
«Я люблю тебя. Конечно, я люблю тебя».
Он признался с таким видом, будто это самая естественная вещь в мире. И несмотря на целую жизнь, полную разочарований, Ава поверила ему.
– Малахай. – Она потянула его за руку в нескольких шагах от парадной двери.
Солнце поднималось, окрашивая дома тёплыми красно-коричневыми оттенками. Лучи коснулись волос Малахая, и на мгновение Аву ослепил ангельский лик, с каким теплом он смотрел на неё. Самый красивый мужчина в мире. От одного взгляда на которого захватывает дух.
– Что?
– Что сейчас произойдёт?
Он улыбнулся и прикоснулся к её щеке кончиком пальца:
– Мои братья поприветствуют тебя, мы немного отдохнём, а потом что-нибудь поедим. Будем продвигаться мелкими шагам. Найдём твоих преследователей и узнаем, чего они хотят. Защитим и обезопасим тебя.
– С твоих слов всё кажется довольно просто. – Ава чувствовала, как голова идёт кругом, она явно достигла своего предела. Она стояла в пяти шагах от двери, но в секунде от потери сознания.
Малахай сжал её руку и потянулся постучать, но дверь сама распахнулась. На пороге стоял Дамиан, свирепый и пугающий. Торс оголён, обнажая знаки на груди, плечах и руках. Льняная ткань была закручена вокруг талии, и Ава видела чёрную краску на его ладонях. Волосы свободно струились по плечам, и Ава увидела в его глазах древнего воина.
– Доброе утро, брат, – тихо поприветствовал Дамиан, сильней распахивая дверь и протягивая руку. Мал полуобнял Аву за талию и обхватил предплечье Дамиана.
– Огонь по-прежнему горит в этом доме? – спросил Малахай.
– Да, добро пожаловать к его свету. – Строгое выражение исчезло, когда Дамиан посмотрел на Аву. – Тебе и твоей присной.
Это разрушило какую-то стену, и она услышала преисполненный гордости и волнения голос Малахая. Продолжая держать её за руку, он крепко обнял друга. Мужчины тихо рассмеялись и повели Аву в дом, где она увидела счастливые лица Льва и Максима. Они выстроились в шеренгу, чтобы поприветствовать её. Наклонившись, Дамиан положил обе руки ей на плечи и расцеловал в щёки.
– Добро пожаловать, сестра. – Голос слегка дрогнул. – Ты почтила нас своим голосом.
Чувствуя скрытый, но непонятный смысл, Ава ответила лишь:
– Спасибо.
– Приветствую, сестра. – Максим наклонился и тоже расцеловал её в обе щеки. Несмотря на хитрый огонёк в ярко-голубых глазах, его улыбка лучилась теплом.
– Спасибо.
Торжественное приветствие замыкал Лев, но Ава обрадовалась при виде знакомого шалопая с игривым выражением лица.
– Добро пожаловать домой, Ава. Я так счастлив, что ты вернулась!
Ава почувствовала, как к горлу подкатил ком, и она уже была готова разрыдаться, когда он также поцеловал ее в щеку. Ава почувствовала руку Малахая на спине, а через мгновение оказалась прижата к его груди.
– Рис? – спросил он, пока Ава пыталась вернуть себе самообладание. Она никогда не чувствовала, чтобы кто-то так радовался её приезду. В крошечном одиноком уголке сердца раздался облегченный вздох и радостный шёпот: «Я дома».
– Он приехал пару часов назад и ещё спит.
– Наша комната готова? Нам бы тоже не мешало вздремнуть.
– Конечно, – сказал Дамиан. – Лев?
Белокурый великан с улыбкой шагнул вперёд.
– Ваша комната на втором этаже с восточной стороны, там больше пространства и более прохладно днём.
– Спасибо, – поблагодарил Малахай.
– Подожди. – Ава остановила Малахая. – Мы будем жить в твоей комнате?
– Нашей, – мягко поправил он и повёл к лестнице. – Ещё раз спасибо, Лев. Мы увидимся с вами чуть позже.
– Хорошо отдохнуть.
Словно шёпот, он исчез вместе со всеми присутствующими. Глаза заволокло паволокой. Моргнув, Ава последовала за Малахаем.
– Подожди… что? Они перевезли сюда мои вещи?
– Видимо Максим забрал твои вещи из отеля, после того как мы покинули Стамбул. Они просто их перенесли вмести с моими в новую комнату.
– Разве это… – она не смогла сдержать зевок, – не преждевременно? В смысле мы… неважно, кто мы…
– Они думают по-другому, – прервал Малахай с улыбкой. – И видят истину.
– Да?
Зевая, она перешагнула порог приоткрытой для неё Малом двери. Ава попала в слабо освещённую комнату, заставленную с трёх сторон стеллажами с книгами. Окно закрывали деревянные жалюзи и украшала красивая фреска, но Ава не могла отвести взгляда от кровати. Невысокая, с мягкими подушками и слегка откинутым покрывалом. Такая манящая и прекрасная на вид. Ава плюхнулась на неё, зарывшись лицом в подушку, едва заметив тихий смешок Малахая.
– Устала?
– Ты всю прошлую неделю не давал мне нормально поспать, ненасытный.
– Ты меня тоже порядком измотала, – ответил он, стаскивая с Авы туфли и джинсы. Затем он перевернул её и расстегнул пуговицы на рубашке, оставив небольшую маечку и трусики. Хлопковые простыни прохладой ласкали кожу, и Ава ещё сильней зарылась в подушку лицом, когда Малахай укрыл её до подбородка. – Поспи, любовь моя.
– И ты тоже. Ложись. – Она потянула его за руку с закрытыми глазами и ощутила, как рядом прогнулась кровать под весом его тела. Руки обвили её стан, притянув к широкой груди. Ноги переплелись. Кожа прижалась к коже. В кольце рук, окутанная заботой Малахая Ава стала погружаться в мир грёз.
– Малахай?
– Хм-м?
– Твои братья… что ты имел в виду под: «они видят истину»?
– О тебе и обо мне.
– И?
– Мы принадлежим друг другу, – прошептал он, голос становился все тише. – Книжники знают, насколько драгоценна любовь. Как быстро её могут отнять.
– Всё-таки было быстро…
– Возможно… мы научились не ждать.
Решон, решон, решон.
Ава не знала, шёпот исходил от Малахая или её собственной души. И впервые её это не волновало.
***
Она медленно проснулась, зная, кто находится рядом. Она по-прежнему в крепких объятиях Малахая. Открыв глаза, Ава вспомнила, что они вернулись в Стамбул, в деревянный дом с зелёной дверью, где её встретили как члена семьи, прежде чем она заснула вместе с любимым мужчиной.
До безумия любимым.
Она осторожно развернулась, чтобы увидеть спящего Малахая. Тёмная щетина эффектно оттеняла скулы, волосы спадали на лоб, брови были нахмурены. Полные губы неодобрительно поджались от беспокойных сновидений, длинные ресницы веером лежали на щеках. У него действительно самые красивые глаза, а таким ресницам обзавидуется любая женщина.
– Ангелы бы заплакали, – прошептала она, только потом осознав, насколько это в действительности нелепо. Ангелы, вероятно, плакали.
Прощённые. Ангельские предки ирин. В истории, рассказанной Рисом. Прощённые – это те, что ушли. Они оставили женщин и детей, чтобы вернуться на небеса, когда их призвали. Взамен их потомкам даровали знания и магию как плату за принесённую жертву. Ава очертила пальчиком строгую линию губ Малахая.
– Думаю, я бы разрушила Рай, – сказала она. – Только бы быть рядом с тобой.
Его губы изогнулись в медленной улыбке.
– А я бы отказался от Рая, если бы там не оказалось тебя. – Его глаза распахнулись. – Доброе утро.
– Я уверена, что уже полдень.
– Ну что же. – Он перевернулся на спину, притянув её к себе на грудь. – Давай ещё поспим и забудем обо всех делах.
Ава, засмеявшись, начала изгибаться, пока он её удерживал.
– Пора встать.
– У меня уже. Чувствуешь?
– Конечно. – Ей удалось вывернуться из его объятий. – Ну, у меня есть парочка вопросов.
– Ох… – простонал он, спрятав лицо в изгибе её шеи, и стал покусывать нежную кожу. – Я получу приз, если отвечу правильно?
– Не на эти вопросы.
– Какие?
– Прошлой ночью… – она покачала головой, – этим утром. Когда мы приехали. Всё, что они сказали… это означало что-то, ведь так?
– Да, – в голосе ощущалась излишняя осторожность.
– Что это значит? – Когда Мал не ответил, она перевернулась. – Ну?
Ава начала приподниматься, но Малахай дёрнул её на себя, буквально окружив, прежде чем заговорил:
– Когда мы поехали в Каппадокию, здешние книжники встретили нас как гостей. Ты, возможно, не заметила, поскольку они там не столь формальны.
– Вы тоже говорили на ветхом языке.
– Да. Но здесь… когда мы прибыли сегодня утром, Дамиан встретил нас как семью. По старым обычаям глава дома встречает соединённую пару, вернувшуюся в убежище. Он назвал тебя сестрой. И моей любимой.
Лёгкое подозрение становилось все обоснованней.
– Они поселили нас в эту комнату. Рассчитанную на двоих.
– Да.
– Здесь все твои вещи и мои тоже.
– Ава, я….
– Ты хочешь сказать, они думают, будто мы женаты, так, что ли? – её сердце начало бешено колотиться.
– Ирин не женятся, – ответил он чересчур поспешно. – Поэтому – нет.
– Но они что-то думают.
– Они знают, что мы вместе. Вот и все. Я им сказал, что мы вместе. Разве нет?
– Думаю… – У Авы создавалось чувство, будто она блуждает по тёмной комнате, которую видят все, кроме неё. – Да, мы вместе. Я только хочу знать, что происходит. Мы чересчур торопим события. Неужели они думают, что я собираюсь жить здесь всегда?
Ава почувствовала, как Малахай весь напрягся, а лицо помрачнело:
– Ты планируешь уехать?
– Не сейчас. Но… я не знаю. – Ава понимала, что ранит Малахая, но им нужно расставить всё по местам. – У меня есть своя жизнь, Малахай.
Он отстранился, и Ава немедленно возненавидела разделяющее их расстояние.
– Да, у тебя есть жизнь.
– И я не могу просто…
– Жизнь, в которой ты путешествуешь с места на место, нигде не задерживаясь дольше нескольких месяцев и тем более не пуская корней. – Его голос стал надломленным. – Ты не рассказываешь про близких друзей. У тебя есть любящая мать, которая не понимает тебя. Отчим, который защищает, но не любит.
Слова, хоть и правдивые, глубоко ранили.
– Ты не имеешь права…
– Ты была одинока. – Он схватил её за руку, помешав подняться с кровати. – Как и я. Даже больше. Мы оба были одиноки, а теперь уже нет.
Откровенность в настойчивом голосе охладила её гнев.
– Малахай.
– Почему ты хочешь всё оставить? Ты необходима мне, как и я – тебе. – Он снова притянул её в объятия и пылко поцеловал. – Мы можем остаться здесь. Можем найти другое место. Можем отправиться на поиски певиц-ирин с просьбой обучить тебя магии. Мы можем спрятаться от всего мира, если возникнет необходимость. Я не знаю, как нам поступить с деньгами, но мы найдём…
– У меня много денег, – перебила его Ава. – Денег на целую жизнь. Я не волнуюсь на этот счет.
– Тогда почему? – Он снова её поцеловал. – Зачем уходить? Мне все равно, куда мы отправимся, главное, что вместе.
Ее сердце затрепетало в груди, и она попыталась проглотить ком в горле.
– Это правда?
Ослепительно улыбнувшись, он снова поцеловал её.
– Конечно, правда. Мы можем жить вечно. Вдвоём. Навсегда. Обрести семью. Жизнь.
– Я люблю тебя, – Ава вернула ему поцелуй, сердце заколотилось от безрассудной надежды. Она ему поверила, и это безумно пугало. – Я так сильно тебя люблю.
– И я тебя тоже.
Он удерживал её на кровати, раскачивая подобно маятнику, пока Ава, прикусив губу, позволила себе погрузится в сладостные мечты, от которых захватывало дух. Она смогла увидеть описанную им картину. Впервые в жизни мельком увидела жизнь, которая не заканчивается одиночеством и болью. Ей хотелось проявить осторожность, но глупое, безрассудное сердце рвалось к нему.
– Однако, чтобы быть предельно честным… – он отвёл взгляд. – Некоторые могут посчитать нас… связанными.
Ава села.
– Это версия брака ирин?
– Не совсем… – Он стал поигрывать пальцами её правой руки; перенятая у неё привычка, выражающая нервозность. – Да.
– Я так и знала!
***
Ава и Рис просматривали старые записи и книги, пытаясь отыскать григори, которых они с Малахаем видели в Кушадасы. В отличие от полицейских досье, с которыми она ознакомилась из-за похищения в далёком детстве, отчёты ирин заключали в себе картины и эскизы. Она пролистала дела самых старых и опасных из солдат, что больше напоминало энциклопедию зла, чем книгу с подозреваемыми.
Ульрих, сын Гримальда. 1734 г. Принимал участие в Разрыве недалеко от Стокгольма.
Финн, сын Вёлунда. 1856 г. Связан с убийствами в Барселоне, Мадриде и Рабате.
Михаэль, сын Сварога. 1699 г. Принимал участие в атаке под Прагой в преддверье Разрыва.
Кемаль, сын Ярона. 1955 г. Убийца с многочисленными жертвами в Стамбуле, Афинах и по всей Румынии.
Джозеф, сын Вёлунда. 1902 г. Связан с убийствами в Лондоне, Эдинбурге, Манчестере, Бретани, Лионе и Милане.
Некоторые имена были вычеркнуты, как правило, с отметкой о том, кто истребил их. Имелись также записи о стиле борьбы каждого григори и их соратниках. Некоторые имена продолжали мелькать снова и снова.
Вёлунд.
Ярон.
Сварог.
Галал.
– Эй, Рис?
– Хм? – Он поднял глаза от компьютера.
– А отцы, перечисленные рядом с григори, каково их происхождение?..
– Падшие ангелы, – ответил он. – Настоящие. Не потомство, подобно нам, и уж точно не такие хорошие и пушистые, как показывают по телевизору. Падшие никогда не покидали Землю, они невероятно сильны. Неимоверно жестоки. За все годы мы убили нескольких, но задача непомерно сложная. Они могут менять облик и скрывать силу. Из-за этого множество книжников ирин расстались с жизнью от руки безобидных старушек и нуждающихся в помощи детей. Чаще падшие убивают друг друга, чем мы их.
– Как можно убить ангела? – прошептала Ава себе под нос.
– Редкое оружие способно на это. Большая часть во владении Совета в Вене. Там есть древняя оружейная, и изредка избранному выдают ненадолго клинок. Один из таких кинжалов мы обнаружили в прошлом месяце у григори. Дамиан в ярости связался с Веной и потребовал узнать, как ублюдок завладел клинком.
– И они узнали, как?
Рис пожал плечами:
– Возможно, убийца, посланный Советом, погиб от рук Падшего. Брага, тот, что завладел клинком, один из самых доверенных сыновей Вёлунда. Этот Падший контролирует большую часть Северной Европы и России. Именно Вёлунд мог дать Браге кинжал, но, в таком случае, должна была быть определённая цель. Такое оружие просто так не дают, и с ним не разгуливают по улице.
– Странно, что один из григори Вёлунда забыл в Стамбуле?
– Это может означать всё или ничего. Несмотря на условные границы, большинство григори их не сильно соблюдают.
– А-а.
– Хотя… в последнее время происходит много странного, – пробормотал Рис, выискивая что-то в интернете. – Как, к примеру, твой доктор Сэдик.
От одной мысли о нём, Аву охватывала ярость. Ублюдок. Она ему доверяла, а теперь даже не знала, кем в действительности был этот доктор, и является ли он на самом деле врачом. Рис всё ещё пытался разыскать сведения о нём. Они ещё пару минут работали в тишине, но Ава то и дело чувствовала на себе взгляд Риса.
