Текст книги "Ты меня забудешь...Книга 1 (СИ)"
Автор книги: Элизабет Гафри
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)
— Пусть он не может причинить мне вреда. Пусть вообще не может меня коснуться, как только поженимся. Ни голой рукой, ни перчаткой, ни оружием…
Никакого ответа не было, а лёгкое касание к её плечам исчезло, заставляя сомневаться, что вообще было. Но тут же снова погасли свечи — ну и сквозняки в этом Храме! — и вспыхнули уже золотистым светом.
И с той стороны алтаря поднялся потерявший сознание от неожиданного набега Тьмы Служитель Света, и обряд, наконец, обрёл хоть какое-то сходства с положенным…
ГЛАВА 3
Разумеется, отношения с мужем не заладились. Впрочем, не будь у Ареи этой неожиданной защиты, возможно, было бы только хуже.
Служитель Света, бросая на явившуюся в чёрном невесту ненавидящие взгляды, начал ритуал. Арее показалось даже, что по её руке он провёл ритуальным кинжалом с особым удовольствием, вероятно, ожидая, что от светлого артефакта нарушительница спокойствия вообще рассыплется в пыль… Будущая королева его ожиданий не оправдала. Даже не поморщилась, глядя как смешивается в ритуальной чаше её кровь с кровью принца. Полученная смесь вспыхнула золотистым пламенем и исчезла, и Служитель, после небольшой заминки и задумчивого почёсывания бороды, объявил, что брак полностью заключён. “Полностью”он подчеркнул особо, и осуждающим взглядом чуть не прожёг в Арее дыру — шалава! Она безмятежно улыбнулась. Тьма, оказывается, умеет быть щедрой.
Колин попытался взять её за руку, и не смог — его рука безвольно повисла плетью, стоило только протянуть её по направлению к молодой жене. Принц побледнел и протянул вторую руку… Её постигла та же участь. Арея сама взяла его под локоть, чувствуя даже некоторую вину и искренне надеясь, что это не навсегда.
— Идёмте, муж мой, — тихо сказала она, и они под неодобрительным взглядом Служителя Света направились обратно.
Потом был странный пир, где большинство гостей никак не могло определиться, на поминках они или на свадьбе. Чокаться или нет, улыбаться или нет, и за что принц велит в конце вечера казнить неугодных — за неуместное веселье на поминках или за скорбь на свадьбе…
Арея сидела во главе стола, рядом с мужем. К счастью, руки снова слушались будущего короля, и он активно ими пользовался — подносил кубок с вином ко рту, и успевал больно ущипнуть служанку каждый раз, когда ты наполняла его. При этом он посматривал на молодую жену так выразительно, что не понять угрозу было невозможно. Та отвечала безмятежной улыбкой. В конце концов, перед высшими силами они уже муж и жена, и вполне вероятно, что всё, чем муженёк вознамерится её коснуться, повиснет как и руки в Храме. Это было бы волшебно!
Впрочем, оставалась одна проблема. Отец поймал её уже в конце вечера, когда она выходила на балкон, чтобы подышать хоть немного свежим воздухом и укрыться от пьяных криков и масленых взглядов. Дружки её мужа те ещё… джентльмены.
— Брачная ночь должна быть, — сказал отец. И Арея пожалела, что не попросила защиту и от него — за плечо он её взял совсем не бережно, могут и синяки остаться. Впрочем, Тьма и так была слишком милосердна, как бы Арея ей не задолжала… Девушка промолчала, выжидательно глядя на отца, и тот закончил: — С кем угодно. Но ты должна потерять девственность и предъявить простыню со своей кровью. Это всё, что могут проверить маги и служители. Кто был с тобой, и с кем был этот тупица, они не узнают. Ты поняла?
— Поняла. — Арея вернулась в зал, и её порядком набравшийся супруг тут же приказал ей идти в спальню. Дружки заржали, усмотрев в этом то, что будущий король ставит на место дерзкую жену, посмевшую нацепить брюки. Спорить девушка не стала — не хватало ещё нарваться на обвинения в тёмном колдовстве, когда руки Колина вновь парализует…
В спальню её проводила та самая несчастная служанка. Арея заметила проступающие кровавые синяки у неё на руках, когда рукава задрались при неловком движении…
— Это сделал принц? — поинтересовалась она.
Служанка затряслась от страха, и стала уверять, что она просто неуклюжая, обо всё ударяется, а Их Высочество, ой… Простите ради всего Светлого, Их будущее Величество чрезвычайно к ней добры…
— Иди, — вздохнула Арея. — Я справлюсь сама, это же не платье…
Муж заявился через пять минут. С хлыстом. Арея посмотрела, как он стоит возле двери, выразительно похлопывая хлыстом по руке, и спросила:
— Вы шли на конюшню, дражайший супруг?
Легко быть смелой, когда Тьма взяла тебя под защиту. Вопрос, надолго ли.
— Нет, дражайшая супруга. К вам! — кривится Колин. — Хотел объяснить вам ваши новые права и обязанности. Так вот, прав у вас нет!
— О! — усмехается ничуть не удивлённая Арея. А что от него было ещё ждать? — Обязанностей, надеюсь, тоже?
— Отнюдь! — злобно щурится муж… И делает роковую ошибку — пытается замахнуться на неё хлыстом. Рука тут же безжизненно повисает, хлыст выпадает из разом неконтролируемых больше пальцев. Арея с усмешкой его подбирает. Хлыст хороший. Длинный. Жёсткий. Она бы и лошадь не всякую таким хлыстом приложила, только самую злобную и непокорную…
— Что это? Что ты сделала, ведьма?! — в панике визжит принц. Арея смотрит в тёмно-серые глаза, опухшие от выпивки и слегка налившиеся красным, на шикарные светлые волосы, и вздыхает — когда ей показывали портрет принца в детстве, он казался куда более адекватным, даже и симпатичным мальчиком…
— Мне кажется, муж мой, высшие силы хотят, чтобы мы мирно договорились, — смиренно предполагает она. Для пущей убедительности похлопывая хлыстом по руке, как он недавно.
— И о чём же ты хочешь договариваться, ведьма?
Тогда Арея больше всего думала именно о себе и своей жизни. Сейчас ей с принцем и отцом не тягаться, значит надо отступить. Переждать и подготовиться.
— Сразу после коронации вы, муж мой, отправите меня учиться. До самого совершеннолетия.
— В монастырь? — неприятно усмехается он. — Отчего ж только до совершеннолетия?..
— Учиться, а не молиться, муж мой, — терпеливо повторяет будущая королева, показательно дотрагиваясь до принца кончиком хлыста. — Я сама выберу куда.
— Я уже выбрал монастырь, — не сдаётся тот.
— Что ж, тогда завтра утром все будут знать о вашем мужском бессилии, принц. И вы так и останетесь навсегда принцем, — жёстко усмехается Арея, а у самой сердце колотится как сумасшедшее. Тяжело в таких играх неопытной девчонке. Не тому её учили, совсем не тому!
Позабыв от ярости обо всём, принц бросается к ней. И, не сделав и шага, падает как подкошенный.
— Ведьма, проклятая ведьма, — рыдает он, пытаясь ползти. — Я тебя… я…
— Ваше Высочество, — устало вздыхает девушка, присаживаясь рядом и переворачивая принца на спину. — Учиться, до двадцати одного года. Какая вам разница, в монастыре я или где? Возможно, я смогу быть вам полезной…
Будущий король выглядит удивительно жалко, но Арее жалко не его, а себя. Так что на стоны и всхлипы она не реагирует, в каком-то оцепенении уставившись в окно, откуда заглядывает такая неожиданно дружелюбная к ней Тьма. Пока что дружелюбная. Нет ни одной сказки, где бы Тьма не оставила понадеявшегося на неё в дураках…
Колин, наконец, соглашается.
— Если коронация пройдёт успешно, — хрипит он. Потом отпускает ещё пару ругательств в сторону своей будущей королевы и под действием огромного количества алкоголя, наконец, засыпает.
Арея разглядывает его и понимает, что будить ради брачной ночи ни за что его не будет. Только не это. Тогда что? Позвать кого-то другого, как предлагал отец? Кого? Сейчас, после пьяной свадьбы, ей все мужчины кажутся одинаково отвратительными. Да и потом того, кто поможет ей с потерей девственности, придётся убить, чтобы не проболтался…
А с другой стороны… с чего она взяла, что ей вообще кто-то для этого нужен? Нужна лишь её кровь на простыне, и отсутствие преграды. Это она может сделать и сама.
Пожалуй, у неё будет самая странная брачная ночь в истории королевства. С другой стороны, далеко не самая худшая…
Утро застало будущую королеву в красивом синем бархатном платье, с идеально уложенными волосами… легонько пинающую спящего на полу мужа в бок острым носком туфельки.
Разозлившись на отсутствие реакции, или просто отводя душу, девушка пинает сильнее… и поспешно отходит. Из-под скомканного одеяла стыдливо выглядывает краешек кровавого пятна на простыне, а в окно уже заглядывает солнышко…
— Ваше будущее Величество, муж мой, — ласково говорит Арея, не потрудившись, впрочем, стереть презрение из глаз. Кажется, принц Колин настолько туп, что не поймёт. А если и поймёт… стерпит. Теперь она уверена — почти всё стерпит, только бы взгромоздиться на трон. — Пора вам направиться в свои покои, подготовиться к коронации!
Последнее слово производит на завозившегося на полу мужчину поистине магический эффект — он открывает глаза и даже садится, пусть и не без труда.
— Что… Почему я на полу?.. — наконец, выдаёт он.
НАЗАД
1…8910…37
ВПЕРЕД
— Молчи, дура, — шепчет на ухо ей отец. — Только себе навредишь!
Виконт дёргается от рукопожатия, с удивлением разглядывает капельку крови, выступившую на ладони.
— Можем начинать? — холодно спрашивает у Служителя принц. — Или нужна ещё пара жертв?
Виконт то ли так и не понимает, что его отравили, то ли слишком труслив, чтобы даже на пороге смерти бросить в лицо принцу какую-нибудь гадость и сорвать его план… А может, он наоборот — слишком благороден, и жертвует собой, чтобы принц не отравил кого-то ещё. Или же надеется, что после ритуала Колин даст ему противоядие. Так или иначе, у пьедестала теперь двое, и ритуал начинается.
Расчёт её жестокого супруга крайне прост — Свет не выберет того, кому жить осталось всего ничего, нет смысла в таком правителе. Арея, конечно же, кровно заинтересована в успехе своего мужа, но ей почему-то отчаянно хочется, чтобы судьба щёлкнула этого придурка по носу ещё раз, и выбрала виконта. Просто из обычной человеческой вредности и жажды справедливости.
Под заунывный речитатив Служителя претенденты кладут руки на пьедестал, дотрагиваясь до короны, и та начинает светиться. Затем свечение в виде короны поднимается в воздух, а сама корона так и лежит на пьедестале. Проекция короны кружится всё быстрее и быстрее, и светится всё ярче и ярче, по мере нарастания интенсивности речитатива Служителя, а затем — ослепительная вспышка, такая сильная, что не зажмуриться хотя бы на секунду невозможно. А если кому и удалось бы, то он всё равно ничего бы не рассмотрел…
Арея открывает глаза, и в сердце расползается разочарование — чуда, разумеется, не произошло. Светящаяся корона над головой её мужа. Виконт уставился на своего новоиспечённого короля с отчаянной надеждой, сам же король… смотрит на неё. И в глазах его такое… такое… Она оглядывается — всё больше людей смотрят на неё. Что не так? Она пропустила повеление Света новому королю прикончить супругу? Или что?..
Проследив за взглядами, Арея задирает голову… и еле удерживается на ногах — над ней сияет такая же корона, как и над её мужем.
ГЛАВА 4
Все вокруг стояли и глазели, не зная, что делать дальше, и Арея, наверное, стояла бы тоже, но её взгляд случайно скользнул по посиневшему лицу виконта. И первый приказ сорвался с губ королевы:
— Помогите ему. Быстро.
Она сама подивилась властности и уверенности, которые прозвучали. Для мужа, чтобы не вздумал возражать, добавила:
— Смерть на коронации — плохая примета.
Король неохотно кивнул. То ли соглашаясь с приметой, которую она только что придумала, то ли не желая испытывать прямо сейчас волю высших сил — что будет, если два правителя распорядятся по-разному? А вдруг её, Ареи, корона окажется сильнее? Ведь она руку на пьедестал не клала, а всё равно корону получила…
Её приказ словно разбудил всех. Поднялась суета, раздались поздравления, и бедные придворные не знали, кого поздравлять первым, а отец, кажется, впервые в жизни ею гордился. Впрочем, недолго.
Сразу после коронации собрался Магический Совет. Раньше Арея, разумеется, на заседаниях не присутствовала, но она уверена, что таких ошарашенных лиц у участников Совета ещё никогда не было. А то! Теперь она не просто жена короля, с которой можно не считаться, она — полноправный правитель. Один из двух. По крайней мере, в глазах Света и, вероятно, Тьмы.
— Это всё вы! — выплюнул Колин в лицо её отцу. — Сжульничали… Да как вы посмели!
— Маги не могли вмешаться в ритуал, — решительно отрезал Служитель Света, кажется, весьма оскорблённый подобным предположением. — Ваше Величество, я сам растерян, но это абсолютно точно воля высших сил.
Все снова растерянно замолчали. И тут Колина осенило:
— Моей жене всего семнадцать, господа. Она несовершеннолетняя, да к тому же отбывает учиться. До момента её совершеннолетия я буду выполнять роль регента, а после её возвращения мы решим, что делать.
— Вообще-то, — прищуривается отец Ареи, — высшие силы явно дали понять, что не хотят в этот раз сосредотачивать всю власть в одних руках… Королева — моя дочь, и я буду выполнять обязанности регента, пока она не достигнет совершеннолетия.
— Вы отдали мне все права на вашу дочь вместе с её рукой! — оскорблённо шипит её муж.
— Высшие силы явно не считают, что она — ваша безмолвная собственность, как обычно происходит с женой, — усмехается ему в лицо Глава Магического Совета.
Арее отчаянно хочется отсюда уйти. Она растеряна и, честно говоря, немного напугана настигшей её короной — от кого бы ни был этот дар, за него спросят сторицей. Если это вообще дар, а не проклятие. Она глаз не сомкнула этой ночью — боялась, что муж придёт в себя и что-то учинит, так что теперь у неё начинает болеть голова. И выкрики со всех сторон головную боль лишь усиливают…
— Пусть королева решит сама, — изрекает, наконец, тоже уставший от свары Служитель Света. Обычно он не присутствует на Совете, но раз уж здесь обсуждается каверзная шутка — она же святая воля — высших сил…
Арея смотрит на мужа. Он отвечает угрюмым взглядом, на скулах красные пятна, а губы сжаты в тонкую полоску. Смотрит на отца — в его глазах торжество, а губы кривит презрительная насмешка…
Сердце королевы предательски молчит. Никто из этих двоих ей не мил в роли регента. Колин вообще больной на голову, а отец печётся лишь о своих интересах, у него полно богатств и за пределами страны, а ещё телепорт в безопасное место, и плевать ему, что границы плохо охраняются, урожай побил град и погрызли крысы, а на севере появилась новая болезнь… И остаться пока Арея не может. Не будет в этом толку — несовершеннолетняя и всё тут. Как замуж за придурка, так уже достаточно взрослая. А как этому придурку противостоять, так ещё мала и неразумна… Впрочем, так оно и есть…
— Я благодарна и вам, муж мой, и вам, отец, за готовность представлять меня в управлении страной! — нарочито коротко говорит Арея. — Не сомневаюсь, что каждый из вас был бы прекрасным, справедливым регентом… И мне в самом деле сложно выбрать. И ни в коей мере я бы не хотела посеять раздор между моими самыми близкими родственниками… Поэтому моим регентом будет… принц Роберт!
О, как их перекосило! Арея даже глаза зажмурила, не от страха, как можно было бы подумать, от удовольствия. Ну ладно, от страха чуть-чуть тоже, ведь она сейчас нажила себе смертельных врагов. А смеяться в лицо врагу хорошо, когда за тобой армия или огромная магическая сила. А не просто череда случайностей.
— Потаскуха! — сквозь зубы процедил Колин, даже не пытаясь скрыть злобу. — Спуталась с дядюшкой?!
— Ты что творишь?! — одновременно прошипел отец. Тоже весьма и весьма раздосадованный.
— Ваше Величество?! — укоризненно зашептали маги.
И только Служитель Света оказался её выбором доволен.
— Свет согласен со словом королевы, — заключил он, вставая, и теперь ненавидящие взгляды скрестились на нём. Но возразить никто не посмел. Магический Совет разошёлся, а Арея отправилась собираться в дорогу. Пока что дворец не дом для неё, а змеиное гнездо, где одно неверное движение, одна роковая случайность, и всё. Хорошо бы ещё можно было не сказать мужу, где она будет обучаться… И отцу тоже.
Она была в пути уже третий день, дремала, устроившись калачиком на сиденье кареты, убаюканная небольшой тряской и шуршащим по крыше мелким дождём, когда к ней бесцеремонно вломился принц Роберт.
Арея сначала ощутила на плече чужую руку и проснулась, испуганно поднимаясь на сиденье, и только потом снаружи раздался растерянный голос стражи:
— Ваше Величество, принц Роберт просит его принять…
Ага. Как же. Просит.
— Откажите принцу, я занята, — холодно роняет девушка, спокойно выдерживая взгляд незваного гостя, хотя сердце её слишком частит. Нет, ну что за манеры? Не ошиблась ли она, отдав ему власть? Впрочем, манеры не главное, а дела принца Роберта говорили о нём, как о неравнодушном к стране человеке. Да и утереть нос отцу и мужу тоже многого стоило!
В открывшуюся дверь кареты нерешительно заглядывает пара стражников
— Ваше Высочество, королева не может вас сейчас принять, — очень несчастным голосом говорит один.
— Передайте Её Величеству, что мне очень надо, — не сводя с неё оценивающего взгляда, заявляет принц.
Королева молчит, и стражникам приходится снова вступить в диалог:
— Ваше Величество, принц настаивает. Срочное дело. Крайне важное. Крайне.
— Когда у нас привал? — скучающим голосом интересуется Арея, отмечая, что принц промок, довольно сильно. Но ещё не весь.
— Через час, Ваше Величество. Но можем и…
— Вот. Я поговорю с ним через час, — отрезает девушка, не давая стражнику договорить.
Отворачивается и демонстративно смотрит в окно, хотя там ничего интересного. Сердце бьётся как сумасшедшее, ей страшно ссориться с принцем, но поставить его на место жизненно необходимо. Как говорится, второго шанса, чтобы произвести первое впечатление, не бывает.
Хлопает дверь, и Арея, повременив немного для солидности, поворачивает голову. Уф. Принца нет, и никого нет… и можно чуть расслабиться и обдумать произошедшее.
Похоже, дяде её мужа роль регента не очень-то по сердцу. Арее на это, честно говоря, плевать, менять решение она не собирается, разве что через год и с формулировкой “не справился”, что честолюбивый принц вряд ли допустит.
Роберт, кстати, несмотря на бесцеремонное вторжение — кажется, в королевской семье вообще манерами себя не утруждают — куда симпатичнее своего племянника. Хотя общие черты есть. Но плечи шире, талия тоньше, осанка безупречна, а подбородок выглядит не капризным, а волевым. Арея даже допускает мимолётную мысль — что поделать, если она испорченная и ни разу не верная жена — зачать наследника от Роберта, когда придёт время.
За час пути до привала успел пройти настоящий ливень, и Арея не без злорадства наблюдает за промокшим принцем, которого теперь согласилась-таки принять. В конце концов, Его Высочеству явно нужно было остыть. И хочется верить, что дождь помог.
— Я не собираюсь в это играть, девочка, — жёстко говорит Роберт, едва они остаются наедине. С него капает вода, и от его присутствия в карете стало тесновато — он умудрился сесть напротив так, что запачкал сапогами подол её платья. Не сказать, что случайно.
Арея выдерживает паузу, давая ему продолжить, но принц молчит, зло и неуважительно её разглядывая.
У юной королевы десятки ответов, но все они не годятся. Она не может придумать такого слова, чтобы разом поставить на место наглеца. Хочется его уязвить. Нахамить в ответ. Она знает, что нельзя — это покажет её слабость, но ум и сердце зачастую тянутся к разному… Ей обидно от несправедливых обвинений, принц явно решил, что она заодно с отцом, досадно, что она ошиблась, и даже немного страшно. Да, снаружи стража, но что она успеет, реши этот разгневанный мужчина свернуть ей шею?..
Арея делает глубокий вдох и максимально холодно отзывается:
— Я не понимаю вас, принц, и, кажется, уже не хочу понимать. У вас же было крайне важное и срочное дело? Тогда выражайтесь яснее. Или покиньте мою карету, мы поедем дальше!
Покидать карету Роберт не хочет, он явно высказал ещё не всё, что надумал себе, пока разыскивал королеву. И не весь подол изгваздал.
— Ты сделала меня регентом, Арея. Но тут вы с твоим папашей просчитались, я не буду плясать под вашу дудку, что бы вы там ни задумали…
— Я сделала вас регентом, Роберт, — тихо, с нажимом и почему-то звенящим голосом говорит Арея, — потому что полагала, что вы, в отличие от моего мужа и отца, болеете за страну. И до сих пор надеюсь, что не ошиблась, несмотря на то, что ваши манеры и воспитание изрядно разочаровывают!
Несколько секунд в карете царит тишина. Становятся слышны далёкие голоса солдат, фырканье лошадей, шаги… Принц Роберт смотрит на неё так, словно впервые увидел. Убирает сапоги с её платья, даже пытается слегка его отряхнуть, только размазывая грязь.
— Оставьте, — коротко говорит молодая королева, которой нежданно-негаданно вдруг хочется расплакаться. — Через год я выберу другого регента, если таково будет ваше желание, принц. Но этот год, будьте добры, послужите своей стране! Сможете?
Принц встаёт, молча кланяется и покидает карету.
Арея отворачивается к окну, вытирая скатившуюся-таки слезинку. Нервное напряжение даёт о себе знать. Кто бы ей раньше сказал, что доля королевы — не всеобщее уважение и почёт, а ежедневные ожесточённые словесные схватки и проверки на прочность…
И не поймёшь сразу — справилась али нет. И то ли ещё будет.
Академию для обучения Арея выбирала тщательно. В отличие от большинства сверстников она точно знала, зачем туда направляется, и руководствовалась отнюдь не престижем учебного заведения. Будущей королеве нужны были верные люди. Соратники. Найти их во дворце — нечего и думать, там только те, кто уже нашёл себе покровителя в лице действующей власти или Магического Совета, а некоторые уже не один десяток раз туда-сюда переметнулись… Нет, ей нужны отпрыски знатных, но опальных родов. Или не знатных. В конце концов, титул — дело наживное, а вот ум, честь и совесть…
То, что выбранное ею учебное заведение в неделе езды от столицы — дополнительный плюс. Есть, правда, как говорят, и минус — совсем рядом начинаются владения Тьмы.
Впрочем, в её случае, это может быть и плюсом?
Первые две недели она плохо спала, вздрагивала от каждой тени и громкого звука, и с подозрением всматривалась в свою охрану — не изменился ли у кого-то взгляд. Не прячет ли кто глаза. Купить нельзя только личную преданность, а её Арея — это она прекрасно понимала — ещё не заслужила…
Потом пришло письмо от принца Роберта с отчётом. Осторожное, сухое, но уже не враждебное. Вскоре ещё одно, и вроде как-то всё более менее утряслось, и она даже перестала бояться за свою жизнь — Служитель Света на очередном Магическом Совете на прямой вопрос короля, её заботливого мужа: “Что, если я овдовею?”, сообщил, что в этом случае будет новая коронация, и как знать, кого выберут Высшие силы… Так что у Колина теперь все основания желать ей долголетия. Это Арею успокоило, и целую неделю она была безмятежна и почти счастлива — когда над тобой висит постоянная угроза, а затем отступает, насколько ярко ощущается вся прелесть бытия!
А потом её похитили. Она даже понять не успела, что происходит — вот она с ещё двумя студентами выходит из небольшой кофейни в центре города, и вдруг — резкий звук, от которого хочется зажать уши руками и рухнуть на землю, сворачиваясь калачиком, в лицо летят брызги чего-то вонючего и приторного, а затем у неё темнеет в глазах… И всё. Провал. Тьма. Сначала мёртвая и пустая, а затем она оживает. Окутывает сознание Ареи и бережно выносит на поверхность.
— Давай тут, — слышит она мужской голос.
— Да тут три куста и полдерева! Надо подальше зайти, — отзывается другой.
Её несут куда-то, небрежно перекинув через плечо, и она осторожно приоткрывает глаза. Видит ноги, а вокруг клубящийся серо-чёрный дым или же туман. Упомянутые кусты и правда имеются, но они тёмно-бордовые и фиолетовые, а цветы на них, если и встречаются, то чёрные. Может быть, последствия той гадости, которой её оглушили?
— Ага, зайти подальше и не выйти, — говорит первый. — Нет уж, бросай тут, и давай уже обратно. Тьма и так своё заберёт.
Арея поспешно закрывает глаза — её весьма небрежно сваливают на землю. Связанные за спиной руки неудобно подворачиваются под тяжестью тела, но она терпит, старательно изображая беспамятство.
— Хороша… — говорит второй, который хотел зайти подальше. И девушка чувствует прикосновение к щеке. К губам — с трудом сдерживается, чтобы не скривиться, а наглая рука ползёт ниже, бесцеремонно щупает грудь…
— Эй, ты чего? — забеспокоился первый, и Арея начинает надеяться, что благоразумно-трусливый наёмник сейчас заберёт своего распоясавшегося товарища… Не тут-то было.
— Ты иди, — говорит тот, запуская руку под юбку девушки. — А я не могу не приголубить бедняжку напоследок. Жаль, никому не расскажешь, что королеву поимел… но эти воспоминания будут греть меня всю долгую и богатую жизнь…
Рука наглеца под юбкой поднялась уже непозволительно высоко, и Арея не выдержала. Открыла глаза и, с ненавистью глядя в лицо своему похитителю, который решил заделаться ещё и насильником, выпалила:
— Сдохни, тварь!
Мужчина засмеялся… и тут же захрипел. Серый туман обвил его тело, залез в глаза, в рот, мешая дышать, оплёл руки и ноги, не давая двинуться… А затем голова мужчины резко повернулась вбок, слишком далеко вбок и слишком резко — так, что раздался хруст… и её потенциальный мучитель бездыханным упал на землю. Арея, бледная от шока и страха — не факт, что её саму не ждёт такая же смерть, перевела взгляд на второго похитителя. Успела увидеть только спину — он бросился бежать в обратном направлении, а девушка, путаясь в юбке, с трудом поднялась и поплелась за ним. Ей тоже надо отсюда уходить… если получится.
У мужчины вот не получилось. Он с разбегу врезался в прозрачную преграду, за которой злой насмешкой маячил самый обычный пейзаж. Так сильно врезался, что даже кровь из носа пошла, но он не остановился, попробовал ещё и ещё, а затем, кажется, совершил роковую ошибку:
— Свет, помоги! — прошептал мужчина… и его тут же поглотил чёрный туман, выплюнув наружу лишь одежду и вещи.
Арея не устояла на ногах, потому что они слишком сильно начали дрожать и подгибаться, хотя недавно казалось, что больше уж некуда. Ей понадобилось десять минут, чтобы заставить себя встать, подойти к вещам, изогнувшись немыслимым образом подобрать нож… правда, разрезать верёвку она так и не смогла, но всё же нож внушал хоть какую-то уверенность. Иллюзию, что она не беззащитна. Без особой надежды девушка сделала пару шагов вперёд… и, увы, упёрлась в ту же самую преграду. Тьма своё заберёт, — как сказал уже погибший похититель. Видимо, он тоже принадлежал тьме?.. Можно сколько угодно тереть глаза, но сомнений нет и не может быть — она в зоне Тьмы… и Тьма не отпускает её.
Выбора у неё не было. Арея вспомнила, что где-то обязательно должен быть тёмный маг, она, правда, без понятия, как его найти, и где он вообще живёт, как вообще можно здесь жить, но с ним, по крайней мере, можно попробовать договориться… и очень вежливо попросила вслух:
— Пожалуйста, можно мне к магу?
Сердце её успело сжаться от ужаса — вокруг взметнулся тёмный туман, обволакивая её целиком, застилая глаза, проскользив будто шёлк по коже… и пропал, как не бывало. А она оказалась в большой комнате, вот только была там совершенно лишней. Потому что там уже были двое, и они были заняты. По крайней мере, женщина, и, честно признаться, юная и по сути невинная королева далеко не сразу поняла, что именно женщина делает: она стояла на коленях на полу перед сидящим на краю кровати мужчиной. Она была абсолютно голой и делала странные движения головой и всем корпусом… А мужчина был обнажён, как минимум, по пояс и… рассматривал её, Арею.
Девушка залилась краской, невольно сделала шаг назад, упираясь спиной в стену. Она хотела извиниться, но мужчина покачал головой, и ни единого слова не вымолвили её губы. Она не могла уйти, и почему-то никак не могла отвернуться, то ли из-за врождённой порочности, которую в себе и не подозревала, то ли потому что мужчина был слишком красив, а всё происходящее казалось нереальным сном. Который можно вспоминать тайком по ночам, краснеть, и никому про него не рассказывать.
Мужчина был очень молод. Арея бы сказала, что ему не больше двадцати пяти. Правильные, хоть и резкие черты лица и какая-то особенная чернота в глазах делали его на редкость привлекательным, не говоря уже о рельефном теле. А иссиня-чёрные волосы! Он словно картинка. Хорошо бы, чтобы он был только картинкой.
Мужчина чуть прищурился, и Арея почувствовала, как её снова обволакивает тьмой. Наверное, вышвырнет, — подумала она с облегчением и даже с благодарностью… но нет. На этот раз тьма дошла только до её плечей, а когда схлынула… одежды на королеве не было. Вообще никакой. Ни платья, пусть оно и было грязным и местами рваным, но королева им дорожила, особенно, когда другого нет, ни белья — с ним вот вообще было всё в порядке… Ни даже обуви.
Взгляд мужчины стал, кажется, ещё темнее. Он так смотрел, что Арея не сомневалась — либо уже представляет её на месте той женщины на коленях, либо записывает в очередь следующей. Неужели чтобы выйти из тёмной зоны надо встать на колени и… и…
— Повернись, — произносит мужчина одними губами, но Арея слышит его голос совсем рядом над ухом.
Она не может сказать, то ли сделала это сама, то ли услужливая тьма вертит ею на радость своему магу, но королева поворачивается. Ей казалось, что так будет легче, меньше стеснения, но нет — она очень остро чувствует, где его взгляд. Вот он скользнул от шеи вниз по спине, чуть задержался на изгибе поясницы, прошёлся по ногам, и снова вернулся выше, и теперь уже остановился там надолго, обжигая, почти что ощупывая…
