355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Элейн Каннингем » Эльфийская месть » Текст книги (страница 10)
Эльфийская месть
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 00:01

Текст книги "Эльфийская месть"


Автор книги: Элейн Каннингем



сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц)

«Он мог и не послушаться, – равнодушно подумал лучник, – если бы не однозначный приказ Бунлапа всем выполнять его распоряжения». Люди почти всегда делали то, что приказывал Бунлап, и не только из-за страха перед наказанием, хотя возмездие всегда было быстрым и жестоким. В этом человеке было нечто такое, что заставляло окружающих слушаться. После нескольких лет, проведенных в обществе капитана, Венлар сумел определить это почти неуловимое качество характера. Капитан наемников всегда точно знал, чего он хочет, и с мрачной решимостью добивался цели. Поэтому люди без определенной цели в жизни, а таких в Тефире было немало, тянулись к Бунлапу, словно иголки к магниту. Вот поэтому, когда Бунлап приказал преследовать эльфов, они пустились в погоню. И до сих пор все дальше уходят в лес. «Возможно, навстречу своей смерти», – мрачно добавил про себя Венлар.

Бунлап говорил, что очень важно не упустить их из виду, и удалился в крепость, чтобы собрать и подготовить новый отряд. Капитан ушел сразу после неудачного боя, поскольку понял, что догнать эльфийских воинов будет почти невозможно, так же как и заставить их драться. Венлар получил задание преследовать эльфов, убить столько, сколько представится возможным, и собрать как можно больше эльфийских луков и черных стрел. А еще его людям было наказано принести обратно тела убитых эльфов, а также тех, кто погибнет от их стрел. Трупы раскидают вдоль больших дорог, чтобы настроить против лесных обитателей еще больше людей.

Но эльфы не дали Венлару возможности выполнить ни одно задание. Они унесли с собой тела своих убитых и раненых и пользовались только зелеными стрелами, вполне пригодными для боя, но совершенно бесполезными с точки зрения Бунлапа поскольку не осталось ни одного пса, чтобы отыскать невидимый кровавый след, эльфы легко ушли от своих преследователей. Со стороны беглецов идея послать лучников и перестрелять собак была поистине гениальной, и Венлар не мог этого не признать. Но что они еще задумали, он не мог даже предположить.

От далекого рева по спине лучника из Зентиша пробежал противный холодок. Разведчики нерешительно оглянулись, словно сомневаясь, стоит ли выполнять полученный приказ. В ответ Венлар, словно невзначай, взялся за эльфийский лук и угрожающе прищурил глаза,

– Надо зажечь факелы! – крикнул Джастин. – А то я уже не вижу, куда иду.

Венлар равнодушно пожал плечами. До него доходили слухи, что лесной народ жестоко наказывал каждого, кто осмеливался разжигать в лесу огонь, но лучник сомневался, что их невидимые преследователи станут убивать разведчиков. По крайней мере, до тех пор, пока не доведут до своей загадочной цели. А Джастин был прав: в лесу стало совсем темно, сквозь густую листву не проникал ни единый лучик скудного лунного света.

Он спокойно наблюдал, как Джастин вытащил из заплечного мешка факел и принялся высекать огонь. Несколько искр улетели в ночь испуганными светлячками, а затем разгорелось яркое пламя. Венлар поморгал, привыкая к свету, затем зрение восстановилось, и он удивленно замер. На освещенном пятачке их оказалось не двое, а трое!

Лесной эльф, молодой парень с черными волосами и темными, горящими глазами, уже занес полный мех и готовился загасить пламя. Во всяком случае, именно так показалось Венлару. Онемев от изумления, он вместе с ошеломленными наемниками смотрел, как эльф ловко выплеснул содержимое меха. Но не на горящий факел в руках Джастина, а на стоящего рядом Тачера!

А потом он растворился в темноте, и никто из людей не успел ему помешать.

Джастин посмотрел на своего напарника, и на его лице появилась гримаса отвращения.

– От тебя воняет, как от того пойла, которое моя мать попивала из своих расписных чашек!

Он не ошибся. От Тачера сильно пахло мятой. Венлар, не в силах понять причины такого поступка, повернулся к одному из рейнджеров – костлявому парню, уроженцу Дейленда. Когда-то он сражался против Туиганской орды, но со временем желание служить человечеству сгорело в адском пламени войны. С тех пор он заботился только о себе.

– Ты знаешь об эльфах больше, чем любой из нас, – обратился к нему Венлар. – Зачем понадобилось это делать? Эльф легко мог убить и Джастина, и Тачера.

Рейнджер нетерпеливо помотал головой и поднял руку, требуя тишины. Все затихли и тоже стали прислушиваться, но их слух был не таким острым, как у жителя Дейленда. Что касается Венлара, то он слышал только монотонный гул насекомых, одинокий писк голодного комара да тихий шорох крыльев в густых кронах деревьев. Тихий, но с каждой секундой становившийся громче.

У рейнджера неожиданно широко распахнулись глаза.

– Мята, – выдохнул он и пустился наутек.

Ошеломленные наемники лишь посмотрели, как их товарищ сломя голову ринулся на юг. Пока они думали, не последовать ли его примеру, над лесом прокатился чей-то грозный рев – ужасный звук был одновременно пронзительным и раскатистым, и в нем звучала неслыханная ярость. Ни у кого из людей, никогда не слыхавших такого рева, не осталось ни малейших сомнений – к ним приближается дракон.

Венлару не раз приходилось слышать о приступах драконьего страха. Якобы парализующий ужас охватывал человека, если тому случалось взглянуть в глаза огромного ящера. Теперь он понял, что даже от звука драконьего рева башмаки прочно приклеивались к земле, а ноги обращались в камень.

Драконий страх действовал недолго, но и этого оказалось достаточно. Далекий гул приближающегося дракона перерос в оглушительный грохот. Чудовище обрушилось на лес мощной приливной волной. Венлар никогда бы не подумал, что огромное существо способно так быстро передвигаться!

А вскоре он увидел дракона, мелькнувшего за деревьями. Гигантский ящер стремительно приближался. Он был белым, а блестящая чешуя на фоне темного леса делала его похожим на привидение. Дракон ловко приземлился, уселся на задние лапы и сделал глубокий вдох.

А затем по лесу прокатилась струя ледяного холода, от которого качнулись деревья, мгновенно облетела листва и даже ветки посыпались на землю мелкими обломками. Расширяющийся по мере приближения конус сметал все на своем пути и ледяными щупальцами тянулся к наемникам.

Всепоглощающий ужас охватил людей. Время, казалось, остановилось. Летящие сверху обломки веток падали со скоростью пушистых снежинок.

Дыхание дракона быстро настигло разведчиков. На лице Джастина сохранилась гримаса отвращения, а Тачер даже не успел обернуться на грозный рев чудовища. Холод согнал все краски с их лиц и покрыл одежду и волосы толстым слоем инея. По всей видимости, эти двое замерзли насмерть, причем с такой быстротой, словно могущественная колдунья обратила их в ледяные статуи.

А затем холод настиг и Венлара – резкий, пронизывающий, но не настолько сильный, чтобы лишить способности двигаться. Наоборот, он подействовал как удар и сбил с лучника остатки парализующего ужаса. Похоже, оружие дракона наиболее сильно подействовало на несчастных разведчиков. Несмотря на это, Венлар не собирался оставаться поблизости. А вдруг дракон вздумает повторить попытку!

– Бежим! – крикнул он и бросился в чащу со всей скоростью, на которую были способны его онемевшие ноги.

На этот раз никто не возразил помощнику Бунлапа. Все наемники без промедления последовали за Венларом. Они бежали по лесу, сопровождаемые хрустом ломающегося льда, ужасным чавканьем и отвратительным запахом мяты.

Глава 10

Из-за стен своей крепости Бунлап наслаждался прекрасными пейзажами Тефира. С востока подступали Звездные горы, их далекие острые вершины даже сейчас, в начале лета, были покрыты снегом. Западную часть его владений ограничивали пологие холмы, а с севера резкой темной полосой подступал южный край Тефирского леса.

Резкий порыв ветра взлохматил его черную бороду и захлопал полами накидки. Бунлап поймал разлетевшиеся края и закутался поплотнее, придерживая плащ скрещенными руками. По утрам было еще прохладно: западный ветер прилетал прямо с заснеженных вершин Звездных гор, как и ледяная вода, питавшая протекавшую внизу реку – северный рукав, как часто называли этот участок. Но Бунлап привык мысленно называть ее «своей рекой».

Крепость капитана наемников была построена на вершине скалы, господствующей над равниной, где в один широкий поток сходилось около дюжины мелких протоков, и Бунлап мог взимать мзду с каждого мелкого фермера или охотника, направлявшегося вниз по течению к основному руслу реки Сулдаскон и дальше в Зазеспур.

Бунлап не переставал изумляться, что самовольное взимание дани не вызывало у путников никакого протеста. Жители Тефира привыкли платить поборы и давать взятки по любому поводу, поскольку в этих краях мелкие аристократы плодились со скоростью кроликов. Никто из путников не пытался оспаривать право Бунлапа на взимание дани с перевозимых грузов. Он владел этой территорией и крепостью, содержал отряд вооруженных воинов, а значит, в глазах подданных Тефира был благородным человеком.

– Барон Бунлап, – произнес он вслух, и кривая ироничная усмешка изогнула его губы.

Ни один человек на земле не мог похвастаться более низким происхождением, чем он, но какое значение это имело в Тефире? За те несколько лет, что пролетели с тех пор, как он покинул пост в Темной Крепости, бывший солдат Зентиша приобрел столько земель, денег и власти, сколько не было ни у одного из лордов Кормира. Кровь Бэйна, как он любил эту страну!

– Приближается двухмачтовый парусник! – раздался крик с южной смотровой площадки.

Настроение Бунлапа мгновенно испортилось. Еще накануне вечером его известили о приближении этого судна. Бунлап не зря содержал штат пеших и конных наблюдателей вдоль всей реки. Его служба была такой же мобильной, как курьерский отряд паши, а потому Бунлап знал о состоянии дел каждого, кто пользовался главным водным путем Тефира.

Но появление именно этого судна его озадачило. Шхуна низко сидела в воде, наподобие военных разведчиков из Северных Земель, имело одну мачту, но благодаря кливеру и основному парусу двигалось очень быстро. Судно было небольшим и не привлекало внимания, им могли управлять два или три матроса. Но в то же время на нем могли разместиться до дюжины людей или довольно большой груз контрабанды. Короче говоря, это было судно, появление которого сулило неприятности, и в первую очередь личным информаторам Бунлапа, которые не заметили его раньше.

Лишь человек из Звездного Порта, одного из немногочисленных городков, стоявших на берегу северного притока, заметил приближение этого судна. В тот же вечер Бунлап проверил записи в своем журнале. Нигде не упоминалось о появлении такой шхуны, ни на северном притоке, ни в основном русле Сулдаскона. Можно подумать, что судно упало с неба.

Или, что более вероятно и еще более неприятно, было доставлено до определенного места посуху, а там ждало в доке до тех пор, пока в нем не возникла необходимость. Но кому и зачем оно понадобилось?

Бунлап прекрасно знал, насколько трудно и дорого перевозить судно по суше. Кто бы ни решился на такой шаг, он должен был иметь туго набитые карманы и достаточно вескую причину. Что ж, придется немного опустошить его кошелек и узнать о дальнейших планах.

– Поднимайте цепь, да побыстрее, чтобы шхуна не смогла проскользнуть мимо! – приказал капитан наемникам, поднося к глазам бинокль. – Действуйте по моей команде… Пора!

Несколько человек поспешно спустились на берег и бросились к большому барабану. Толстенная цепь, не тоньше туловища дворфа, стала медленно подниматься со дна реки. Второй конец ее был закреплен на платформе противоположного берега, а сама платформа держалась на сваях, вбитых в скалы. При натянутой цепи ни одно судно – даже эта легкая плоскодонная шхуна – не могло пройти по реке мимо крепости.

Как и предполагал Бунлап, судно резко свернуло и понеслось к восточному берегу. Так поступали почти все, и решение поначалу казалось разумным – постараться как можно дальше отойти от крепости. Но почти никто из путников до самого последнего момента, когда становилось слишком поздно что-то менять, не догадывался, что шум поднимаемой цепи служил сигналом людям, скрывавшимся на восточном берегу. Наемники выскакивали из укрытия с оружием в руках, а с севера уже спускали на воду небольшие быстроходные лодки, чтобы прижать к берегу пойманное судно. Затем кольцо смыкалось, а захваченную добычу вместе с командой эскортировали в крепость Бунлапа.

Но, к удивлению Бунлапа, загадочное судно продолжало быстро идти к восточному берегу, навстречу ожидавшим его воинам. С каждого борта высунулось несколько пар длинных весел, последовали мощные удары по воде, и шхуна понеслась к суше с головокружительной скоростью.

Собравшиеся на берегу наемники шарахнулись от выскочившего на песок носа шхуны. С борта спрыгнули не меньше дюжины вооруженных людей, которые тотчас бросились на солдат Бунлапа. Один из путников, видимо кто-то из магов, ударил в паруса небольшим ярким шариком. Похоже, парусина была пропитана каким-то маслом, – пламя мгновенно охватило весь корабль.

Черные клубы дыма скрыли и людей, и весь восточный берег. Бунлап лихорадочно водил биноклем, пытаясь найти прореху в тучах дыма и понять тактику таинственных путников. То, что он успел увидеть, повергло капитана наемников в еще большее изумление.

Почти все воины чужой команды были одеты в штаны и рубашки ясно различимого темно-фиолетового цвета, что выдавало в них дворцовых стражников, наемников, которые подчинялись младшим членам правящего семейства Балика. Это само по себе казалось странным, поскольку ни сам паша, ни его сластолюбивые отпрыски почти не покидали стен Зазеспура. Но еще удивительнее было единственное исключение среди воинов в фиолетовой форме: женщина, да еще и эльфийка!

Бунлап был совершенно уверен, что она не принадлежит к лесному народу. Эльфы Тефирского леса были, как правило, рыжеволосыми, низкорослыми и костлявыми. Эта эльфийка обладала ростом среднего человека и иссиня-черными волосами. Бунлапу удалось мельком увидеть ее лицо, и оно оказалось перламутрово-бледным, что было характерным признаком лунных эльфов. Их было немало в Тефире, но в основном лунные эльфы селились в небольших торговых городах и на уединенных фермах. Бунлап не мог даже предположить, что могло привести дворцовую стражу и эльфийскую девку в эту часть страны.

Однако какова бы ни была цель поездки, эльфийская воительница продемонстрировала недюжинные способности. Капитан в бессильной ярости наблюдал, как устрашающе легко и быстро пробивается она сквозь ряды его наемников. Ни один человек на берегу не мог противостоять ударам ее меча. Бунлап и сам не был уверен, что выстоит против эльфийской воительницы. Но вот дым окончательно затянул берег, и оставалось только ждать.

До крепости доносились звон оружия и крики раненых. Но вскоре шум битвы стал затихать. Похоже, ни одна из его лодок не успеет дойти до восточного берега.

Но Бунлап все же утешал себя мыслью о том, что вскоре и эльфийка, и ее спутники окажутся в его власти. Шхуна сгорела, и им не уйти. Теперь путь один – только в крепость Бунлапа!

Внезапно Бунлап уловил какое-то движение в нескольких сотнях ярдов к югу от места схватки. Вскоре из густых клубов дыма показались две маленькие лодки, перевернутые вверх дном. Суденышки быстро продвигались к реке, словно большие жуки, перебирающие тремя парами фиолетовых ног. Еще несколько стражников Балика спешили за лодками. У одних в руках были украденные весла, а другие размахивали кривыми саблями, отбиваясь от погони. Но их почти никто не преследовал. Все воины Бунлапа оставались за пеленой дыма и сражались с треклятой эльфийкой, а она, в отличие от остальных, видела в темноте не хуже любой кошки. Бунлап даже представил, как ловко она расправляется с каждым из наемников по очереди.

Наконец он понял план противника и чуть не задохнулся от ярости. Под прикрытием дымовой завесы стражники захватили лодки Бунлапа, перенесли их по берегу за натянутую цепь и намеревались уйти вниз по реке.

Теперь он ничего не мог предпринять. У Бунлапа не было возможности отдать приказы на восточный берег. А сами наемники не догадаются пуститься в погоню, поскольку сильный западный ветер все еще нагонял дым на берег и бегства двух лодок не видели даже те, кто находился на реке.

Бунлап беспомощно ожидал конца боя, а его отчаяние и гнев все усиливались. Он даже не мог выплеснуть ярость на своих людей, поскольку у него не было ни одного лишнего человека. Не мог он и надеяться, что выместит злобу на эльфийке. Бунлап готов был поставить все свои деньги на то, что, после того как рассеется дымовая завеса, от этой женщины не останется и следа. Он догадывался, куда она направится. Конечно, не в горы, где обосновались кланы дворфов. Ее место в эльфийском лесу.

И эта мысль не сулила ничего хорошего. Воительница из лунных эльфов, достаточно умная, чтобы ускользнуть от него, и достаточно влиятельная, чтобы привлечь на свою сторону дворцовую охрану! Как будто у него и так недостаточно проблем в этом трижды проклятом лесу!

Бунлап махнул рукой и спустился по ступеням во внутренний двор крепости. Несколько минут он молча наблюдал за утренними упражнениями новых рекрутов под командованием его лейтенантов. Эта группа была довольно хорошо вымуштрована, и ярость Бунлапа постепенно остыла, но не исчезла. Гнев капитана наемников был сродни хорошо закаленной стали меча: со временем он становился крепче и острее.

Бунлап строил свои планы на разобщенности и изолированности эльфов, и до сих пор его расчеты оправдывались. Даже если лунная эльфийка собирается что-то передать лесному народу, ее наверняка не станут слушать. А если даже и примут, что это может изменить? Еще один меч не изменит соотношения сил в пользу эльфов Тефирского леса. А потом настанет день, и Бунлап найдет способ уничтожить ее. Ей придется подождать своей очереди, но смерть настигнет и эту воительницу. В сердце Бунлапа было столько ненависти к эльфам, что под ее тяжестью даже Эвермит мог бы опуститься на дно моря!

Капитан наемников невольно пощупал еще не зажившие рубцы на щеке, оставленные лесным эльфом. С каждым днем полученное задание становилось для него все более личным делом.

Феррет, как могла, погоняла украденную лошадь. Преследовать быстро плывущую по реке лодку и при этом оставаться незамеченной оказалось очень нелегко, тем более что она совершенно не знала местности. Кроме всего прочего, рядом высились горы – царство дворфов.

Но она не зря славилась среди коллег по гильдии умением преследовать намеченную жертву. К истоку реки Феррет поспела как раз вовремя, чтобы увидеть схватку между нанятыми полуэльфийкой людьми и местными жителями.

С живейшим интересом она наблюдала, как Эрилин отвлекла на себя внимание наемников, отправила своих людей на юг, а сама, воспользовавшись всеобщим замешательством, ускользнула с места событий. Несмотря на личное отношение, Феррет не могла не восхищаться тщательно продуманным планом. Теперь она хотела знать все о способностях этой полукровки, и еще больше – о причине, заставившей ее покинуть Зазеспур.

Наконец схватка закончилась, и Феррет направила лошадь в горы, чтобы незаметно обогнуть крепость. Хоть она и не знала ничего ни о крепости, ни о ее хозяине, зато имела немалый опыт общения с подобными выскочками.

До конца дня, большую часть ночи и почти весь следующий день Феррет продолжала гнаться за полуэльфийкой. Только после полудня она заметила беглянку – Эрилин только что нырнула под сень Тефирского леса.

Феррет недоверчиво тряхнула головой. Чтобы преодолеть такое расстояние, полукровка должна была пробежать весь путь бегом, почти не останавливаясь на отдых. Эльфы в случае необходимости способны выдержать такой марафон, но Феррет никогда не могла бы поверить, что это под силу полуэльфийке. Сама она двигалась гораздо быстрее, но она-то скакала на лошади!

Феррет спрыгнула с кобылы и обеими руками взялась за ее гриву. Нагнув лошадиную голову, она несколько минут говорила на языке кентавров: извинялась за свое поведение и давала советы. Похоже, лошадь поняла ее. Кобыла повернула на юго-восток и неспешной рысцой направилась к крепости. Там, как надеялась Феррет, о ней должны позаботиться. Как плохо ни относился бы местный лорд к путешественникам, вряд ли он отвергнет такой ценный подарок. А иначе лошадь не выживет. Она полностью утратила инстинкты и стала зависимой от людей.

Позаботившись о лошади, женщина побежала в лес. Она ничуть не сомневалась, что отыщет след полуэльфийки и к закату непременно ее догонит. Вот тогда станет ясно, что привело наемную убийцу в сумрак Тефирского леса.

Бледная луна поднялась над кронами деревьев, но лишь самые упорные лучи светлыми копьями пронзали густую листву. Преследовать Эрилин в лесу оказалось труднее, чем ожидала Феррет. Не без удивления она поняла, что полуэльфийка, с мрачной уверенностью киллера разгуливавшая по улицам Зазеспура, отлично ориентировалась и в лесу.

Наконец она все же заметила Эрилин, стоявшую на одном колене над вмятиной, напоминавшей издали волчий след. Полуэльфийка на секунду прижала к земле ладонь, словно что-то измеряя, и удовлетворенно кивнула. Через мгновение она уже снова была на ногах и скорой уверенной походкой продолжила путь на север. Время от времени она останавливалась, чтобы осмотреть почву или снять с ветки кустарника клочок волчьей шерсти.

По всей видимости, Эрилин выслеживала волка.

Зачем ей это понадобилось, Феррет не поняла, но зато теперь она знала, куда направляется Эрилин. Недалеко отсюда была небольшая полянка со свежей, пышной травой и озерцом талых вод, не высыхающим до самого конца лета. Олени и другие животные приходили к нему на водопой. Если полуэльфийка и в самом деле преследует волка, найти его можно именно там.

Некоторое время Феррет стояла в нерешительности, затем проворно вскарабкалась на ближайший ясень. Передвигаясь по веткам, она сможет легко преследовать полуэльфийку, оставаться незамеченной и не опасаться волка, за которым гналась Эрилин.

Лесные волки, как правило, не представляли большой угрозы. Они были умными и необщительными существами, не вмешивались в чужие дела и убивали только ради пропитания. Лишь на границе леса, где люди частенько вторгались в их охотничьи угодья, волки досаждали крестьянам. Время от времени стаи хищников нападали на фермы и скотные дворы. Чаще всего они довольствовались мышами и крысами, но некоторые из них быстро переходили на баранину.

Случалось, что самые рьяные овчарки загоняли волка-браконьера в угол, и тогда хищник вынужден был защищаться. Если при этом он ранил или убил достаточно зажиточного человека, родственники погибшего прибегали к услугам наемных убийц. Но опасения Феррет диктовались другими соображениями. Очень редко, хотя в последнее время все чаще, волки-одиночки, изгнанные из стаи, от отчаяния становились кровожадными убийцами. Хотя чаще всего приписываемые им злодеяния совершались не волками, а оборотнями – людьми, которые вследствие наложенного проклятия принимали волчье обличье и испытывали постоянную жажду крови. Возможно, что Эрилин наняли, чтобы выследить и убить одно из чудовищ. Но Феррет предпочла бы наблюдать за такой схваткой из безопасного укрытия.

Феррет преследовала Эрилин по веткам деревьев до самой поляны. Две косули, почуяв приближение полуэльфийки, подняли мокрые мордочки и ускакали в чащу. У ручья не оказалось ни одного волка, но Эрилин это обстоятельство совсем не смутило. Она сняла заплечную сумку и достала какие-то вещи, включая и небольшой мерцающий комок, издали похожий на жидкое серебро.

Затем полуэльфийка сбросила с себя всю одежду. Темный, ничем не примечательный костюм убийцы из Зазеспура Эрилин засунула в дупло нависшего над озером дерева и нырнула в воду. Она долго плескалась и терла кожу, словно смывая с себя невидимую грязь.

В проникавшем сквозь листву лунном свете кожа Эрилин сияла бледным перламутром. Даже критически настроенная Феррет не могла не признать, что цветом кожи и строением тела она была точной копией чистокровного лунного эльфа, названой сестрой белоствольных берез, окружавших лесное озеро.

Вскоре полуэльфийка вышла на берег и надела брюки, легкую сорочку и рубашку – все окрашенное в практичный темно-зеленый цвет листвы. Затем она подняла серебристый сверток. В ее руках он развернулся водопадом прекраснейшей кольчуги, превратившись в длинную металлическую рубашку, явно эльфийской работы. Такой красоты Феррет никогда прежде не видела. Эрилин накинула кольчугу через голову, и рубашка, словно мокрая ткань, облепила ее тело. Наконец полуэльфийка застегнула пояс со своим древним мечом, чтобы лунный камень рукояти смотрел точно вперед. Затем она запустила пальцы в еще влажные волосы и убрала локоны за уши, открыв заостренные кончики. Последней деталью костюма стала затканная серебряным узором лента, поддерживающая волосы. На глазах у Феррет убийца-полукровка исчезла; на ее месте стояла благородная воительница, гордая дочь лунного народа.

Феррет недоверчиво покачала головой. Если бы она не видела чудесного превращения своими глазами, то не поверила бы в такую возможность. Конечно, она слышала о способностях Эрилин к маскировке, но то, что произошло, походило на волшебство.

В это время Эрилин достала из сумки небольшой деревянный предмет и поднесла его к губам. Странный вибрирующий крик пронесся над лесом, и Феррет в ужасе замерла на ветке. Она и раньше слышала этот звук, но никогда его не воспроизводил никто из смертных.

На мгновение воцарилась тишина, затем издалека донесся ответный крик. Эрилин снова подула, долгий пронзительный звук сменился тремя короткими вскриками, следующими через неравные промежутки времени, – наверняка условный сигнал.

На дальней стороне поляны бесшумно раздвинулись ветви кустарника, и из леса вышел огромный серебристо-серый волк. Он был вдвое, даже втрое больше любого волка, виденного когда-либо Феррет. По правде сказать, волком это существо можно было назвать с большой натяжкой, все равно, что назвать единорога конем или эльфа человеком. Большие голубые глаза этого создания светились умом и были раскосыми, как у эльфов, а над треугольной мордой поднимались длинные остроконечные уши. Движения волка были исполнены волшебной грации, а величественная фигура была окружена почти видимой аурой магии всего леса,

Литари!

Слово беззвучно сорвалось с задрожавших губ Феррет. На протяжении всей своей жизни слушала она рассказы о литари, древней расе двуликих эльфов, самых скрытных и могущественных представителей лесного народа. Те, кто говорил о Серебряных Тенях, делал это с величайшим почтением и благоговейным страхом.

Литари держались так же обособленно, как и обычные волки, но время от времени с беспощадной жестокостью они уничтожали врагов леса. Даже лесные эльфы, которые вместе с дриадами и лешими изо всех сил защищали леса, не всегда понимали действий литари и, случалось, страдали от их гнева. Немногие обитатели леса встречали их, но ни разу Феррет не приходилось слышать о встрече с литари в облике эльфа.

И теперь, словно в насмешку над ее невысказанными мыслями, волчья фигура на поляне стала расплывчатой и исчезла. На месте огромного хищника стоял молодой эльф, стройный и прекрасный, даже по меркам этого избранного народа. Феррет до крови прикусила губу, чтобы сдержать удивленный возглас. Литари оказался даже выше, чем полуэльфийка, и таким же бледным, а его волосы сохранили серебристый оттенок волчьего меха. Юноша окликнул Эрилин по имени, приветствовал на эльфийском наречии и тепло обнял ее. Но как ни старалась Феррет, она не смогла разобрать ни слова из их разговора.

Спустя некоторое время эльф снова превратился в огромного волка и подставил полуэльфийке свою мощную спину. Эрилин Лунный Клинок покинула поляну верхом, и Феррет потеряла ее из виду. Никто, даже такой опытный следопыт, как она, не смог бы выследить литари, если тот этого не хотел.

Феррет могла предположить только одно: литари решил доставить Эрилин в свое логово, а потому постарался устранить всякую возможность слежки, чтобы не выдать укромного убежища.

Тайна Эрилин Лунный Клинок, полуэльфийки, владевшей волшебным мечом и заслужившей дружбу литари, не переставала занимать мысли Феррет. Ей было известно о нескольких случаях, когда Эрилин убивала только ради того, чтобы пополнить свой кошелек. Почти все члены гильдии восхищались ее непоколебимым хладнокровием и мастерством и считали своей коллегой. Но теперь, увидев полуэльфийку в другой ситуации, Феррет поняла, что, вероятно, ошибалась.

Значит, литари знал ее с лучшей стороны, как благородную воительницу. К несчастью, и Феррет обязательно скоро обнаружат.

И в то же время в голове киллерши вертелся вопрос: сознавал ли этот прекрасный эльф, что он может предать всех лесных обитателей, связавшись с наемным убийцей из Зазеспура?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю