Текст книги "Влюбись в меня. Это приказ (СИ)"

Автор книги: Елена Волкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)

24

Жарко.

Вытираю вспотевший лоб. Бросаю салфетку для мебели на край модуля. Устало падаю в объемное кресло. Квартира у Саши просто мечта. Тут конечно все очень по-мужски. Без лишних деталей в интерьере. Очень стильно, как по мне. Дурацкая мысль – зарабатывает. Тьфу ты, дура меркантильная. Закрываю лицо руками.

Никакая не меркантильная. Просто боюсь и все. Булатов ожившая мечта. Хоть бы где минусы были. Не то, что в себе не уверена, но бесит как на моего Сашу проходящие-уходящие заглядываются. Он как суперзвезда восхищенные взгляды собирает.

Убирать квартиру мне не велено, но сидеть просто так чокнешься, поэтому тру поверхности. Еще ужин хочу приготовить. Мясо и овощи запечь в духовке. Приличные девушки должны мужчину кормить.

Принимаюсь снова за уборку. Открываю стеклянную дверь. Там фото. Ох, какие. Макс, Саша и Бесаев. В камуфляжных штанах и балаклавах. Торсы голые. Напрягая, выкручивают мускулы. В трикотажном вырезе балаклав сверкают белые зубы. Смеются. Такие мощные, такие классные, но нужно отдать должное Булатов самый-самый. Обмерев от восторга, провожу пальцем по фотографичному торсу своего зверя.

Мой.

Рвано вздыхаю. Когда же вечер настанет? Я так хочу Сашу видеть, сил нет. Умираю от тоски.

Боже, как же мне не стыдно. Прошлую жизнь под воздействием мощностей забываю. Мне уже плевать на непрерывно трезвонящую дамочку, что требует себе Марка. Да забирай уже и успокойся. Так в прошлый раз и сказала. Не сложилось у нас, так бывает.

Студенческий брак распадается. Марк был не готов, я не готова. Зачем продолжать то, что никому не нужно. Марку тоже не нужно, это же как божий день ясно. Иначе все было бы по-другому. Кого винить? Некого.

Быстро дополировываю мебель. Бегу на кухню, перебираю овощи и мясо. Не хватает специй. Они есть, но не те, что нужно. Напевая, натягиваю одежду, все вещи на старой квартире, поэтому пользуюсь тем, что есть. Булатов оставил приличный бюджет на выбор, но времени купить нет. Да и не хочется копаться на плейсах, лучше заняться ужином.

Купив нужное, возвращаюсь. Иду не спеша, с удовольствием поедаю рожок ванильного. Вкусно как.

– Какие люди, – насмешливый голос Марка вгоняет в оторопь.

Так резко торможу, что шапка ванильного со звучным шлепком разлетается по мостовой. Какого черта он тут делает. Я не пугаюсь, нет. Наоборот, злюсь.

– Что тебе? – крутанувшись, оборачиваюсь.

Марк помятый, расхристанный. Смотрит так, будто я его предала. Будто он верный муж, а я падшая шалава, что собирает мужиков по подворотням. Вздергиваю подбородок.

– Ты как разговариваешь с мужем? – лицо Марка звереет.

– А как ты хотел? – швыряю рожок в урну.

– Быстро домой.

– Бегу и падаю. Что мне там делать, – упираю руки в бока. Впервые в жизни во мне просыпается упрямая хабалистая склочница. Внутри успеваю удивиться, а потом плюю. Иногда тоже надо оторваться. Нечего давать об себя ноги вытирать. Я не прикроватный удобный коврик. Я человек! Наступаю на мужа. – Зачем ты меня ищешь? Не пора ли тебе к своей даме поехать? Она мне весь телефон оборвала.

– Что несешь? – вызверяется. – Булатов на тебя плохо влияет. Помутнение?

– Серьезно? – смеюсь громко и яростно. – Вот телефон, – тычу в лицо дисплей. – Знакомые цифры? Просит не препятствовать вашему счастью. Кстати, на ребенка намекала. Не знаю правда или нет, плевать хотела. Как там рыжая твоя? Та, что перед командировкой, – вываливаю очумелому Марку накипевшее. – Купил что заказывала? А может остальных перечислишь сам? После этого что-то мне предъявляешь? Скотина ты.

Марк секунд десять переваривает, но какой спрос может быть или адекватность, когда тут же начинает плеваться и говорить, что все сказанное мои больные фантазии. Все вранье, подстава и я неправильно поняла.

– За кого ты меня принимаешь? – отдышавшись, спрашиваю. – За дуру? Все кончено, понимаешь? Наш брак иллюзия. Я пыталась сохранить, но нельзя собрать осколки назад. Марк, окстись, выйди из-под влияния матери, – втолковываю. – Тебе наш брак тоже поперек глотки. Найди себе нормальную девушку и живи с ней счастливо. Я отдала тебе все, что могла. Отпусти! Я тебе не нужна.

– Булатову нужна? – рвет и мечет.

– Да. Ему нужна, – горячусь. – Понимаю, я тебе была очень выгодна, но теперь все. Не хочу жить и быть ширмой, пока ты свои дела ворочаешь. Я тебя не люблю!

– Да мне плевать на любовь, – орет. – Развода не получишь, поняла? Жила как царица. Бабки, шмот, тачка. Хата нормальная. Что надо еще было? Любви? Успокойся. Сейчас другое время, никому твои любови на хрен не впились. Достаток – вот за что девки держатся.

Марка трясет и шпарит от своих же слов. Я с лютым удивлением смотрю на него широко открытыми глазами. Он так и не вырос. Остался тем самым избалованным мажором. И никогда эта данность не изменится. Никогда. Пораженно выдыхаю. Даже ругаться не хочется. Марк как капризный ребенок стоит и размахивает руками. Вдруг я четко понимаю – а ни черта он мне не сделает. Слишком слаб.

– Мне пора. Ты подпишешь документы, – спокойно отражаю.

– Нет! Не подпишу, – мстительно улыбается.

Пожимаю плечами. Каждый выбирает сам как дальше жить, так что… Разворачиваюсь и ухожу. В спину летит.

– Булатов сегодня не приедет, – замираю. – Он откомандирован туда, откуда вряд ли вернется. Как тебе такое?

25

– Что это было?

Дава разводит руками. Макс меряет шагами асфальт.

– Марк вообще обурел?

– Видимо так.

Сгребаю мысли в кучу. Никакой командировки нет. Деза. Странная подковерная деза.

Брат ляпнул новому сотруднику, что по нам решен вопрос, а тот поспешил разнести на опережение. Что взять придурка молодого, по блату взяли, он внутренний порядок не знает, действовал как посчитал нужным. То есть мозгов птичка насрала. Мажоры-с. Есть у нас несколько бесполезных, видимо их полку прибыло. Блат. Отсутствие мозгов. Пафос. Все дела. Такая нынче бывает жизнь. Головняк один.

С такими исходниками пошлют его из нашей конторы в далекое путешествие и никакой блат не поможет. Предшественникам хватало ума тихо сидеть и рта не раскрывать. Но попадаются и такие индивидуумы.

– На что рассчитывал? – отстреливаю окурок.

– На время, – перекатывает плечами Дава. – Булат, ехал бы ты. Домой.

– М-да?

Если Марк посмел поехать, побеспокоить, баштан снесу однозначно. Глаза кровью наливаются. Суставы выкручивает вместе с жилами. Разбирает не зло, нет. Меня очень медленно доворачивает в фарш тупость человека.

Убеждаю себя, что не тронет. Я больше всего на свете хочу, чтобы Лана никаким боком больше не соприкасалась с Марком, чтобы забыла, как он выглядит. Чтобы в целом нас обоих больше с этой семьей ничего не связывало.

Уговорю уволиться. Это самое верное решение. Моего бабла с головой хватит. Накоплено нормально, тратить некуда было. Если не швырять направо и налево можно спокойно жить. Может ее к жене Макса пристроить? Пусть лучше админом в студии сидит. Другая жизнь, другие люди.

– Да, – заторможенно принимаю звонок.

– Ты можешь говорить?

Знакомый фейс на связи. Отличный парень, кстати. Работа у него – нас проверять, но в целом если задница чистая ничто не мешает прекрасно общаться.

– Да.

– По душу мажора придут.

Немею от шока. В смысле? Его, конечно, не жаль, но отца все же немного – да. Никаких сыновних чувств верхом не вылезает, просто хочу быть благодарным за помощь, которую оказывал в жизни.

Где придурок мог проколоться. Прикидываю варианты: превышение, слив? Вряд ли.

– Погоди, – сбрасываю.

У меня два телефона. Не засвеченный и не прослушиваемый. Спешно покидаю под вопросительные взгляды территорию конторы и ухожу дальше, только потом набираю еще раз.

– Еще раз скажи, – прошу.

– Придурок слил в казино пятьсот за вечер. Купил новую тачку. Все напоказ. Чекисты интересуются откуда средства. Будут искать у всех.

Дебила, блядь, кусок! Мне плевать откуда у него бабки. Но в казино! Ох и дебиил. При его работе чихать нужно оборачиваясь.

– У меня тоже есть, – зачем-то говорю.

– Тебя не будут. Песочница не сахар. Ты туда в прошлом году сколько раз ездил?

– Много.

– Еще раз – тебя не тронут.

– Понял. Принял.

Отключаюсь. Минуту перевариваю.

Если что найдут полетят все, отца вывернут из кресла как сорняк. Я не лезу в его дела, мне плевать кто чем живет. Но просьбу товарища выполняю. Объясняю вкратце ситуацию. Отец красноречиво молчит.

– Хорошо. Благодарю, – замолкает. Проходит секунд тридцать, прежде чем снова начинает говорить. – Завтра Марк подпишет документы на развод и заявление на увольнение. Про вашу командировку… – пауза. – Саш, я бы никогда тебя не послал туда. И парней тоже. Я все-таки офицер, а не дурак мнительный. Виновные и самовольники будут наказаны по всей строгости.

Впервые в жизни слышу что-то сродни оправдание со стороны отца. Звучит странно, почти неправдоподобно. Я принимаю. Как ни крути моя цель достигнута, а остальное черт с ним.

– Это ваши дела, – нейтрально выражаю. – За развод спасибо.

Разговаривать больше не о чем.

Возвращаюсь на место. Тихо поясняю парням что и как. Яростно матерятся, потому что произошедшее реально ни разу нашей конторе не подходит. Никто не думал, что Марк опустится до неумелых игр разума.

– Ох, ты ж, – присвистывает Бесаев.

Одновременно оборачиваемся. С порога слетает встрепанная красная Нинель. Никогда ее такой не видел. Волосы дыбом. Крепко сжимает в руке сумку. Вколачивает каблуки в асфальт, будто молотком забивает. Увидев нас, зло шевелит губами, резко меняя курс.

– Ща сожжет нас и заплюет ядом, – не отрывая от мегеры взгляд, комментит Дава. – Хоронитесь!

– Откопает и загрызет, – закладывает руки в карманы Ерема. – Она ж ведьма.

– Упыриха, – кивает Бес.

Нинель несется на меня. Заносит руку со крюченными пальцами для удара. Врезается с размаху, зацепить не получается. С ненавистью шипит.

– Блядский выродок. Гореть в аду за сына моего будешь с проституткой своей.

Усмехаюсь. Оно же баба. Бить нельзя. Поэтому сдерживая порывы, сплевываю в сторону. Отодвигаю в сторону Нинель.

– Блядский выродок у тебя. Он как раз-таки якшается с проститутками. А у меня женщина достойная. Любимая. Тебе этого не понять, теть Нин. Иди отсюда. Иди от греха.

Ведьма уносится. Осыпая проклятиями, выметывается с территории. Без нее дышать становится легче. Нервно смеюсь, сгоняю с себя остатки мракобесия. Ну и денек.

Бесаев требует купить ему витамины для восстановления, он в шоке от встречи с Ниной Андреевной. Ржем. Я благодарен, что Дава пытается размести осадок. Макс тоже «пугливо» закатывает глаза.

– Ладно, мужики, пора по машинам и домой.

Прощаемся.

Сажусь в машину, устало приваливаюсь к подголовнику. Что же такое, я Лане ни разу не набрал, как волчок закрутило. Все очень быстро. Перед глазами мелькают цветные кадры последних событий. А может правда, когда приходит время, ты опомниться не успеваешь насколько все лихо вьюжит. Жалеть не стоит, в моем случае все хорошо, все даже лучше, чем могло бы быть.

Вздрагиваю от стука по капоту. Уснул. Твою мать, я уснул.

В лобовое тревожно всматривается Лана.

Она что тут делает, а? Очумело тру глаза. Только потом соображаю, что она плачет. В сердце стучится тревога. Бегло осматриваю милую, нет, все на месте. Она целая. Просто ревет и все.

Вылетаю. Она навстречу.

Преодолеваем расстояние в три метра за секунду. С размаху друг в друга влетаем. Кольцую ненаглядную, сжимаю. Она скручивает в пальцах комок, оттягивает.

– Ты чего, Лан?

– С-а-а-ш… – заикается. – Он с-сказал, т-ты… не вернешься.

От же падла. Значит, не поленился Лану выцепить. Мой просчет. Сто процентов надо из конторы увольнять, желательно сразу в декрет. Глажу по волосам, целую открыто на виду у всех. Моя же.

– Я всегда к тебе вернусь.

С чувством прижимается к губам. Ловлю. Пытаюсь углубить. Но не дает же. Серьезно глядя в глаза, говорит.

– Приказ выполнен.

– Какой? – не понимаю.

– Я влюбилась, Булатов. Окончательно и навсегда.

Эпилог

– Давай-давай-давай! – кричит муж свидетелю.

Хохочу, уткнувшись в ладони. До слез просто. Бесаев с перекошенным лицом наяривает на руках с Линой. У нас свадьба, да.

– Она сейчас ему глаза выдерет, – смеюсь, испытывая смутное чувство вины перед подругой.

– Мне подсказывает что-то, – наклоняется Саша, – что Дава нашел свою. Глянь как пенит кровь ему.

Встречаемся взглядами. Тону. Тону и спасаться не хочу. Какой же Булатов красавчик. Не могу насмотреться. Военный. Красивый. Здоровенный. И весь мой.

Трогаю гладкое кольцо на пальце. Так приятно.

– Лан?

Медленно моргаю, выпадая из грез. Влюбленно задерживаю дыхание. Спирает внутри от восторга. Так бывает, да? Как видите.

– М?

– Наш танец.

Иду за Сашей. Останавливаемся внутри круга. Гости смыкаются плотнее. Свет в зале тухнет. Остается небольшая фигурная подсветка. Наши достают фонарики. Зажигают. Так здорово, так по родному все. Друзья улюлюкают и подбадривают. Все качаются, подпевают бессмертному хиту.

А я млею.

Господи, какая же я счастливая.

– Моя Булатова, – сильнее прижимает Саша.

– Булатова, – соглашаюсь.

Качаемся, скользим и плавимся от нежности. Как хорошо, что все так гладко прошло. Развод быстро, Марка уволили, даже отец Саши по своему желанию перешел в другое ведомство. Из города они уехали. Ничто больше не напоминает о прошлом. Кстати, с работы я тоже уволилась. Есть причина.

Хочу пройти всех врачей, чтобы как можно быстрее забеременеть. И пусть Булатов вскользь сказал, что не торопит, но я же вижу, как ему хочется. Не подведу обещаю.

– Хочешь уедем на пару недель? – шепчет муж.

– Куда?

– Море?

– Давай.

– Лан, – смущенно улыбается. – Я уже билеты купил, если честно.

Смеюсь.

Саша такой. Он иногда решает за нас двоих, но знаете?

Женщинам иногда такое нужно. Знать, что с тобой рядом скала и кремень, который все видит и понимает. Мы свадьбу на скоростях собирали. Не ждали приличных сроков, чтобы отпустило ситуацию.

Ааа, пусть идут к черту! Главное, я жена самого обалденного парня на свете. Люблю его больше жизни. У мамы гора с плеч упала, когда с Марком развелась. А когда увидела Сашу, то растаяла тут же. С восторгом о нем отзывается. Потому что мужчина с большой буквы. Потому что настоящий.

– О чем ты думаешь? – коротко, горячо целует.

– Как быстро все, Саш.

– Ооо, это для тебя быстро. А я с ума сходил, так что как только появилась возможность – забрал. Теперь не вырвешься.

– Я не собираюсь.

Поднимает на руки, кружит. Чуть ли не в первый раз вижу, как муж заливисто смеется. Ему так идет счастье. Тянусь, целую. Не могу оторваться. В груди бабочки порхают.

– Горько! – басом орут неугомонные Дава и Макс. Ревом перекрывают все звуки. Саша закрывает нас моей фатой, так ласкает, что ноги подкашиваются. – Раз! Два! Три…

Горю. И Булатов мой тоже горит.

– Если мы с тобой сбежим в беседочку, как считаешь сильно нагло? – жарко шепчет.

– Саш, – оглядываюсь, – я белом… – заикаюсь. – Очень видно будет, – сглатываю слюну.

Обжинает кипятком своих глаз. Что же ты делаешь, спасите-помогите.

– В подсобку? – шепчет.

Киваю как болванчик. Отказать? Не. Я не могу.

Сбегаем. Все делают вид, что ничего такого не происходит. Надо и надо. А нам ой, как надо. В полумраке происходит что-то сногсшибательно улетное. Губы, слова-слова, признания. Нас уносит в райский рай.

– Булатов, – принимаю нетерпеливые толчки, – ты мой Бог! Ты мой Бог!

– Тихо, – затыкает рот поцелуем. – Царица моя. Ммм. Какая ты…

В себя прийти очень сложно, но нам надо. Одурманенные поправляем друг на друге одежду. Саша одергивает многослойное платье. Я поправляю съехавший на бок галстук. Затираем преступные пятна. И снова смеемся.

Боже, впиваюсь в мужа, спасибо тебе за счастье. Спасибо за Булатова. Спасибо за все.

Замираем перед большим зеркалом по пути в зал. Счастливые, неадекватные, немного сумасшедшие от пьянящего чувства. Одновременно не сговариваясь, скрещивает пальцы с кольцами.

– Вместе?

– Навсегда.

– Во веки вечные!

– И даже в следующей жизни.

КОНЕЦ.