Текст книги "Развод. Шах и мат от королевы (СИ)"
Автор книги: Елена Сергеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)
Елена Сергеева
Развод. Шах и мат от королевы
1 глава
– Королева Альбина Алексеевна?
– Да.
– Ваш муж попал в реанимацию.
Внутри все леденеет, но я беру себя в руки и практически безэмоционально спрашиваю:
– Что с ним случилось?
– Удар головой об пол. Предположительно потеря равновесия после резкого скачка давления.
Услышанное не укладывается у меня в голове.
– Потерял равновесие? Вы это серьезно? – возмущаюсь человеку, озвучившему бред. – Как подобное может случится со здоровым мужчиной, который следит за своим здоровьем: правильно питается и регулярно занимается спортом?
– Какие претензии ко мне? Так сказала сотрудница вашего мужа, которая приехала на скорой вместе с ним в больницу.
Сотрудница?
Зачем она поехала с ним в больницу?
Отбрасываю все возникающие «почему» и спрашиваю то, что сейчас действительно важно:
– Я могу к нему приехать?
– Да, конечно, но…
– Но?
– Ваш муж пока без сознания.
– И что? Я хочу быть рядом, когда он придет в себя! – заявляю категорично и добавляю про себя: «И поговорить с этой… сотрудницей».
– Можете.
Разъединяю вызов и отправляюсь одеваться в комнату.
Я, конечно, спешу, но с детства приучена выходить на улицу в полном параде, и сейчас, несмотря на волнение, не могу нарушить свои привычки.
Такси, пробки, охранник на входе...
Объясняю ему, что мне позвонил врач, что муж в реанимации, а он уперся в свое «не положено, идите оформлять пропуск».
Не хочу сейчас заниматься этой волокитой. Мне нужно увидеть Родиона сейчас, немедленно!
Еле умудряюсь пройти мимо упрямца в форме, пока его отвлекают, и, поплутав по коридорам, нахожу отделение реанимации.
Подхожу ближе и цепляюсь взглядом за длинноногую Барби, сидящую на стуле напротив двери.
Это же не сотрудница?
У Родиона была приличная помощница, насколько я помню.
Да, три года назад. С тех пор могло многое измениться!
Не может быть!
Чтобы не гадать, так это или нет, сразу спрашиваю:
– Вы сотрудница ООО «Парус»?
Чудо в перьях поднимает на меня глаза, кивает.
– Какую должность занимаете? – начинаю допрос, пока еще без пристрастия.
– Я личная помощница Родиона Андреевича.
– Тогда объясните, что с ним случилось?
Отводит глаза, теребит ручку сумки.
– Ему стало плохо, и он упал…
Не надо быть ясновидящей, чтобы понять, что она бесстыже врет, а мне нужна правда.
Давлю:
– Прямо взял и упал?
– Давление, видимо, скакнуло, – повторяет явно подготовленную фразу.
– Не очень убедительно.
Хлопает длинными кукольными ресницами, а я поясняю:
– У мужа нет проблем с давлением.
– Наверное, понервничал, – упрямо блеет она.
Продолжать выводить на чистую воду личную помощницу мешает вышедший из реанимации врач.
Я тут же забываю о блондинке и спрашиваю:
– Здравствуйте. Я жена Королева. Как он?
Останавливается в пространстве и на мне взглядом и произносит:
– Пришел в себя.
– Можно мне к нему? – тут же вопит ненормальная.
Буравлю ее глазами и возмущаюсь:
– Вы не забываетесь, личная помощница?
Врач проходится по ней взглядом и произносит уже мне:
– Жене можно. Но пять минут, не более.
Вскидываю голову и дефилирую к двери. Пусть знает свое место. Я жена! А она… личная помощница, возможно, с личными планами на моего мужа. Как только будет время, вообще разберусь с этой шмакодявкой.
В реанимации тихо, только, действуя на нервную систему, пикают со всех сторон приборы.
Ежусь от неприятных ощущений и, встречаясь взглядом с медсестрой за стойкой, произношу:
– Я к Королеву.
Молча указывает, куда идти, и я направляюсь к кровати, на которой лежит муж.
Встаю рядом, накрываю своей рукой его. Родион вздрагивает, открывает глаза и смотрит на меня растерянным взглядом:
– Что случилось? – спустя мгновение тихо и хрипло спрашивает он.
Это у тебя надо спросить!
Не произношу мелькнувшую в сознании фразу вслух, решив, что спрошу позже. Обязательно, но не здесь и сейчас.
Открываю рот, чтобы озвучить официальную версию, которую мне сообщили, но муж перебивает:
– Мне вырезали аппендицит?
Замираю. Хмурюсь.
Что?
Аппендицит Родиону вырезали три года назад. При чем здесь это?
Пока я, ошарашенная его словами, не знаю, что сказать, он снова выдает:
– Зачем ты подстриглась? Ты же обещала до моего пятидесятилетия не менять прическу.
Жесть!
В каком году он завис?
Так…
Пятьдесят ему исполнилось три года назад.
– Милый, сегодня две тысячи…
– Двадцать второй год, – перебивая, добавляет он. – И что?
– Давай потом поговорим, – бормочу ему. – Я приду позже. Ты отдыхай. Не дожидаясь его ответа, вылетаю из палаты и чуть не сбиваю Барби.
– Как он?
– Отлично.
Не говорить же этой Барби о странностях, что я заметила.
– Про меня говорил что-нибудь?
Мгновенно перехожу из твердого состояния в жидкое, и киплю и булькаю.
– С какой радости должен говорить о тебе мой муж?! – возмущаюсь я.
– Я его спасла, – после недолгого молчания выдает блондинка.
– Умница! А теперь развернулась и отправилась на все четыре стороны.
Поджимает губы и, отстукивая каблуками марш неудовольствия, уходит прочь.
Вспоминаю, что собиралась делать, и несусь на поиски врача. Может быть, он мне объяснит, что такое происходит с Родионом.
2 глава
Стучу в кабинет, в который меня послала попавшаяся навстречу медсестра, и вхожу к врачу.
– Здравствуйте, я по поводу Королева.
– Жена, – вспоминает он.
Киваю.
– Я вас слушаю.
– Это я вас слушаю, – начинаю раздражаться я. Не мог же он не заметить такой большой проблемы. – Что с моим мужем?
– Черепно-мозговая травма.
– И поэтому он живет в прошлом?
Хмурится:
– В каком прошлом?
– Трехлетней давности.
Подрывается, я следом, но он останавливает меня:
– Посидите здесь, пожалуйста.
Возвращаюсь назад на стул и киваю.
Остаюсь одна и осматриваю кабинет. Небольшое помещение. Стол, полка с книгами и папками, небольшой диванчик, журнальный столик.
Мое разглядывание прерывает телефонный звонок. Смотрю на экран. Опять неизвестный номер. Подумав немного, все же принимаю.
– Альбина Алексеевна, – произносит женский голос, и я мрачнею. С небольшими нюансами, но ситуация повторяется почти как несколько часов назад.
– Да.
– Это Нонна Михайловна, бухгалтер фирмы Родиона Андреевича.
– Я вас слушаю, – произношу в ответ, совершенно не понимая, что ей от меня нужно. Фирма по документам моя, но всю нашу совместную жизнь ею руководит муж.
– Мне нужно до вечера отправить платеж за товар нашему основному поставщику, а Родион Андреевич, говорят, в больнице.
– Да. Он в реанимации, – подтверждаю я.
– Помогите.
– Как?
– Нужен его телефон. Туда приходит код, который мне нужен.
– Хорошо. Я определюсь и перезвоню вам.
Сижу еще какое-то время в одиночестве, после чего заходит врач и, вернувшись на свое место, произносит, избегая смотреть на меня:
– Мы проведем еще дополнительный комплекс обследований, но, похоже, у пациента частичная амнезия.
– Что это значит?
– Потеря памяти, которая может длиться от нескольких часов до нескольких дней или месяцев.
– А в остальном он дееспособный человек?
– В это время пациент теряет возможность воспринимать и усваивать новую информацию, ощущает дезориентацию в пространстве. Ну и выглядит растерянным.
– Как долго это будет продолжаться? Когда он все вспомнит? Как ее лечить?
– Специального лечения амнезии не существует, но лечение может быть направлено на основную причину.
Молчу, ожидая ответа на главный вопрос.
– Амнезия от легкой черепно-мозговой травмы может пройти без лечения в течение нескольких минут или часов. Амнезия от тяжелой черепно-мозговой травмы может длиться до одной недели. В редких случаях амнезия от очень тяжелой черепно-мозговой травмы может длиться месяцами.
Поднимаюсь. Все, как в лотерее. Родион может завтра уже все вспомнить, а может целую неделю жить в прошлом.
– Я вас поняла. Где я могу забрать вещи мужа?
– Личные вещи хранятся в кладовом помещении приемного отделения. Ценные – там же, в сейфе.
Узнаю, как туда дойти, и ухожу в каком-то странном непонятном состоянии. Вроде все не так и страшно, а у меня ощущение трагедии. Что это? Я вроде не та, кто накручивает себя по пустякам.
Приемный покой нахожу тоже не сразу, как и женщину, заведующую вещами.
– Мне нужны ценные вещи Королева, – сходу говорю ей.
Она сканирует меня странным взглядом и выдает:
– И вам?
Таращусь на странную особу:
– Что значит «и вам»?
– Недавно пигалица приходила, требовала отдать.
Так. С этого момента нужно поподробнее.
– Блондинка? – и, вспоминая особые приметы, добавляю: – В черном коротком платье.
Женщина кивает.
– Я ей их не дала.
– Правильно, – вырывается из меня.
– И вам не дам, если паспорт не покажете.
Вытаскиваю из сумки документ и протягиваю ей, после чего спустя пару минут пишу расписку и получаю телефон, часы и цепь с крестом мужа.
Убираю вещи в сумку и выхожу из больницы, размышляя: зачем Барби потребовались личные вещи босса?
Ей звонила бухгалтер или у нее свои скрытые мотивы?
Банальный грабеж здесь точно не катит.
Вообще она странно себя вела, и я обязательно узнаю причины этого. Вот не верю я в сострадание. Что-то здесь нечисто.
3 глава
Сразу из больницы отправляюсь в фирму. Хочу разобраться, действительно ли мне звонила бухгалтер Родиона, и заодно разведать обстановку.
Как-то все очень подозрительно. Начиная от падения мужа и заканчивая сующей всюду нос наглой Барби.
С парадных ступенек офисного здания вижу, как все преобразилось. Полностью обновленный холл, начиная от косметического ремонта и заканчивая дизайнерской мебелью, новые современные лифты.
На этаже, где арендует офис ООО «Парус», тоже все иначе. Стеклянные перегородки вместо стен, мраморный пол. Захожу, увидев работающих в одном из «аквариумов» женщин, и уточняю:
– Где найти бухгалтера Нонну Михайловну?
Одна из работниц указывает мне в сторону тупика по коридору, и я направляюсь туда. Дойдя до двери, вижу вывеску с нужными инициалами и усмехаюсь.
Бухгалтер отказалась быть офисной рыбкой?
Отмахиваюсь от своего сарказма, стучу и сразу открываю дверь. Я здесь даже не гостья, я хозяйка.
– Здравствуйте, – бодро произношу, входя в помещение, и упираюсь глазами в эффектную женщину немного моложе меня, сканирующе смотрящую на меня через стекла своих очков.
– Нонна Михайловна? – сразу уточняю я.
Кивает.
– Я Альбина Алексеевна Королева. Жена Родиона Андреевича, – по-царски представляю себя.
– Приятно познакомиться, – звучит в ответ, а следом: – Вы принесли телефон мужа?
Не слишком ли гонит эта особа?
– Давайте все по порядку.
– Давайте, – не отводя взгляда, соглашается бухгалтер. – Что вы хотите знать?
– Кому нужно перевести деньги? На основании чего?
Она вытаскивает папку и, поковырявшись в ней, протягивает документ.
– Это договор поставки с фирмой «ЯР». Раз в месяц они поставляют нам свою продукцию, мы рассчитываемся.
Беру бумагу и пробегаюсь глазами по первым строчкам:
ООО «ЯР», именуемое в дальнейшем «Поставщик», в лице генерального директора Попова Владимира Игоревича, действующего на основании Устава, с одной стороны и ООО «Парус» в лице генерального директора Королева Родиона Андреевича, действующего на основании Устава, с другой стороны заключили настоящий Договор о нижеследующем:
Дальше глаза опускаются на статью «один». Предмет договора. Выхватываю глазами предмет поставки: кирпич красный полнотелый М-100, и возвращаю документ.
– Это счет на последнюю поставку, – произносит Нонна и протягивает еще один лист.
Пробегаюсь глазами по реквизитам и останавливаюсь на круглой сумме, которую наша фирма должна перевести поставщику.
Дальше Нонна открывает компьютер и показывает ту же платежку на экране компьютера.
– Я не могу ее отправить в банк без электронной подписи Родиона Андреевича.
– Это код, который приходит в телефон?
– Да.
– Хорошо. Давайте отправим, – соглашаюсь я. Она меня убедила.
Бухгалтер нажимает на кнопку «подписать», и буквально через несколько секунд телефон Родиона оживает, и я диктую четыре присланные цифры кода.
Не ухожу, пока подпись не подтверждается и пока не вижу, что платежка отправляется в банк.
После этого понимаю, что надо уходить. Миссия, с которой я пришла, завершена, но что-то держит меня.
Нонна первая прерывает молчание:
– Как себя чувствует Родион Андреевич?
– Пришел в себя, – произношу ей, не вдаваясь в подробности, и сама задаю вопрос: —
– Что за девушка привезла его в больницу?
– Это любовница Родиона Андреевича, – смотря мне в глаза, заявляет бухгалтер.
Держу взгляд. – На каком основании вы это решили?
– Это очевидно.
– Мне – нет.
Пожимает плечами:
– Жена всегда узнает обо всем последней.
Поднимаюсь и направляюсь к выходу. Разговаривать больше с Нонной мне не о чем. Ощущение, что она имеет зуб на моего мужа и при удобном случае решила отомстить. Может быть, сама метила на место любовницы, и не вышло. Хотя наличие любовницы у Родиона я уже не исключаю и обязательно все выясню.
– Вы оставите мне телефон Родиона Андреевича?
Оборачиваюсь.
– Конечно, нет.
– У нас на этой неделе будут еще выплаты.
– Я буду замещать мужа, пока он находится в больнице, – заявляю ей решение, которое приняла только что.
– Понятно.
Выхожу в коридор и иду в сторону приемной. Она, на удивление, не изменилась, и, на мою радость, Барби на месте не оказывается. Не хочу сейчас препираться с ней. Я займусь этой нахалкой завтра со свежими силами.
Захожу в кабинет и оглядываюсь. Здесь все по-прежнему. Классика, и никаких стеклянных перегородок. Красота. Я бы не смогла работать под прицелом чужих глаз, как в реалити-шоу.
Поскольку я сама только что решила, что буду работать, решаю посмотреть, где что находится.
Сажусь в кресло мужа и открываю первый ящик. Бумага, запасные канцелярские товары. Ничего интересного.
Тяну второй. Заперто.
Правильно. В офисе, где личная помощница находится где угодно, только не на рабочем месте, необходимо все запирать.
Ищу ключ на рабочем месте, но ни в шкатулке, ни в подставке для пишущих предметов не нахожу. Напрягаю мозг, думая, где еще может быть ключ, и вспоминаю про связку ключей, что получила вместе с другими ценными предметами в больнице.
Вытаскиваю ее из сумки, выискиваю подходящий и отпираю. Внутри множество бумаг, и я вытаскиваю их на стол.
Начинаю изучать и стопорюсь.
Нет, этого не может быть!
4 глава
Начинаю изучать и стопорюсь.
Нет, этого не может быть!
На бумаге черным по белому составлен договор продажи ООО «Парус». Моей фирмы! Там даже стоит подпись, похожая на мою, но я никогда не подписывала подобный документ. Это миллиард процентов! Я вообще просто так нигде не ставлю подпись и всегда читаю все, даже строчки, написанные мелким шрифтом, а тут такое.
Задумываюсь.
И что это значит?
Родион решил подделать документы и продать мое наследство?
Как?
Вообще, если владелец решил продать свою компанию, то самый надежный и правильный способ – провести сделку через нотариуса. Нотариус проследит, чтобы все прошло строго по закону, и в дальнейшем не возникло никаких проблем. Но я слышала – существуют «черные» нотариусы. А когда фирма продана несколько раз, разным людям, то концов и правды уже не добиться.
Ежусь от неприятных мыслей и продолжаю рассуждать:
Зачем ему это делать?
В деньгах мы не нуждаемся. Или я чего-то не знаю?
В голову тут же приходят слова бухгалтера о Барби, брошенные мне в лоб: «Это любовница Родиона Андреевича».
Только ради безумных чувств можно пойти на преступление.
Как бы мне ни неприятно было это осознавать, но это именно так.
Неужели у моего мужа появилась любовница, и более того – он решил обобрать меня?
Не могу поверить в это.
Да, последние год-другой мы отдалились друг от друга. У старшей дочки родился сын, и я много времени проводила с ней, но не настолько же, чтобы потерять любимого мужчину.
Так. Хватит эмоций. Нужно определиться, что делать.
Меня распирает желание пойти и разнести все и всех, но я удерживаю себя. Спешка может только наломать дров. А мой муженек, похоже, уже наломал их на всю жизнь вперед.
Что я имею?
У Родиона амнезия, и это дает мне неоценимый козырь: воспользовавшись его отсутствием и недееспособностью, спутать все планы мужа.
Сколько, врач говорил, муж будет восстанавливаться?
Возможно, неделю.
Надеюсь, этого времени мне хватит, чтобы все вернуть на свои места.
Убираю документ в сумочку, смотрю следующий и понимаю, что нормально изучить остальные бумаги сегодня не получится.
Меня распирает от негативных эмоций, и это не дает сосредоточиться. А мне нужно внимательно все просмотреть и не упустить еще один возможный сюрприз от благоверного.
Отправляю и остальной вероятный компромат в пакет, решая не оставлять их в кабинете, куда может зайти любой сотрудник фирмы, пока «стража приемной» неизвестно где болтается. Да и она, собственно, может подчистить улики. Очень уж подозрительно вела себя в больнице эта девица.
Нужно будет собрать на нее информацию, а пока… Набираю охранника, пользуясь подсказками на столе, и прошу:
– Здравствуйте. Это Королева Альбина Алексеевна, собственник фирмы ООО «Парус», мне нужны записи с камер наблюдения в приемной и кабинете руководителя.
Небольшая пауза, и затем звучит утвердительный ответ:
– Да, конечно.
Не спешу уходить. Даю возможность охраннику все сделать не спеша, а себе продумать, что еще я могу предпринять.
В голове возникает разумная мысль – устроить аудиторскую проверку. Во-первых, мне не внушила доверия эта Нонна Михайловна, а во-вторых, после документа о продаже я вообще не знаю, что думать о муже, и хочу знать, не обворовывал ли он меня на протяжении всего времени.
Чувствуя, что я дала достаточно отсрочки, и ощущая, что больше не могу находиться в логове предателя, поднимаюсь и решительно выхожу в холл.
С завтрашнего дня я приступлю к делам, которые после беременности я переложила на мужа и так и не забрала обратно.
Похоже, я зря оставила без присмотра отцовскую строительную фирму. Из-за высокой стоимости активов это лакомый кусочек для мошенников. Вот только кто же думал, что мошенником может оказаться собственный муж!
Прохожу мимо спешащих домой сотрудников и чувствую заинтересованные взгляды. Завтра же скажу Барби написать, что временно, на период болезни генерального директора, я, как учредитель фирмы, распоряжаюсь возложить его обязанности на себя, а потом соберу собрание и объявлю сотрудникам эту радостную новость.
Спустившись в лифте на первый этаж, подхожу к охраннику и, назвав себя, словно выдав пароль, получаю от него флешку.
Благодарю мужчину и, вертя в руках небольшой кусочек пластика, думаю, что, возможно, я держу в руках бомбу, которая объяснит и причины падения мужа, и его отношения с личной помощницей, и может быть, еще что-то, о чем я даже не догадываюсь.
Вызываю такси из приложения и уже на заднем диване комфортной машины с грустью думаю о том, что не ожидала предательства от своего мужчины. Думала, умным и красивым женам мужья не вешают рога, но похоже, эта теория не работает.
Дома, едва вхожу в прихожую и снимаю уличную одежду, спешу в кабинет за своим ноутбуком.
Усаживаюсь на диван, понимая, что просмотреть месяц записи – долгая процедура, и вставляю флешку в гнездо своего компьютера.
На экране загорается название устройства, и я щелкаю по нему.
Появляются две папочки: Кабинет ООО «Парус» и Приемная ООО «Парус».
Нажимаю на первую, смотря во все глаза на экран, и не понимаю, что происходит.
5 глава
Появляются две папочки: Кабинет ООО «Парус» и Приемная ООО «Парус».
Нажимаю на первую, смотря во все глаза, и не понимаю, что происходит.
На экране моего монитора в синем прямоугольнике белыми буквами написано «Архив отсутствует».
Выхожу, захожу снова – ничего не меняется.
Нажимаю на папочку с подписью Приемная ООО «Парус», и опять та же надпись.
Это что такое? Не поняла юмора.
Ищу в интернете телефон охраны офисного здания и спустя минут пятнадцать попадаю на охранника, который выдал мне флешку.
Объясняю, кто я и что вижу вместо камер, и слышу равнодушное:
– Я обращусь в обслуживающую организацию для устранения неисправности.
Слов нет. Одни буквы, причем согласные. Хотя ему-то что. Это я уже представила себе, как устрою просмотр забавного сериала с мужем в главной роли, а вместо этого нет даже титров с актерами, принимающими участие в проекте.
Мне, конечно, обидно, но я не тот человек, чтобы одна неприятность заставила опустить руки.
Вспоминаю про телефон, которым так мечтала завладеть Нонна, и выуживаю его из сумки.
Вот только, видимо, сегодня не мой день, потому что пароль, которым когда-то пользовался муж, не срабатывает, и мне не войти в него.
Эх. Что такое не везет и что с этим делать.
Ладно, не везет – это Родиону. Он лежит с пробитой головой в больнице, а я жива-здорова.
Оставшийся вечер пытаюсь отвлечься и занять себя просмотром сериала, но куда там. Все мои мысли крутятся вокруг странного падения мужа и найденного документа.
Вот не верю я, что ему так подурнело, что он не устоял на своих двоих.
А еще возмущаюсь подлостью мужчины, с которым прожита половина жизни и который наглым образом собирался меня обобрать.
Это хорошо, что договор оказался без всяких подписей и отметок соответствующих органов, и значит, его только собирались использовать, а то ушла бы моя фирма от меня в небытие.
Не усидев на месте, вытаскиваю причину моих душевных переживаний и решаю погуглить человека, собирающегося купить мое наследство. Вот только всезнающий Интернет ничего не знает про Прокофьева Олега Петровича.
Не удивлюсь, что это подставной человек. Возможно, бомж из какой-нибудь подворотни, даже не представляющий, что в одночасье, правда ненадолго, стал миллионером.
Не в состоянии далее мучить себя, решаю отправиться спать. Потому как утро вечера мудренее, а мне жутко хочется, чтобы уже наконец наступил следующий день, и я могла отправиться выполнить дерзкое, но важное задание: вскрытие телефона мужа посредством его пальца, когда он будет находиться в сонном состоянии.
Всю ночь разминаю бока, переворачиваясь то на один, то на другой. Не получается отключиться в состоянии, когда мозг отказывается идти отдыхать и штудирует, и штудирует ситуацию, в которую я попала, словно разбирает последовательность ходов в шахматной партии, чтобы понять, где я потеряла важную фигуру и слила игру.
Утром поднимаюсь на автопилоте и только благодаря цели, которая маячит передо мной возможным раскрытием тайн мужа.
Отправляюсь в душ, чтобы взбодриться, вливаю в себя две чашки эспрессо и отправляюсь в паркинг к своей застоявшейся машинке.
Запускаю двигатель Порше, даю ему минуту прогреться и отправляюсь в сторону больницы с уверенностью, что новый день будет благосклоннее ко мне, и я смогу приблизиться к раскрытию волнующих меня вопросов, что свалились на меня вчера.
В больнице первым делом иду оформляю пропуск, чтобы больше не приходилось проникать внутрь незаконным способом, а потом отправляюсь в реанимацию. Вот только войдя в святилище борющихся за жизнь, вижу, что кровать, на которой вчера лежал мой муж, пуста.
Сердце падает в пятки. Я, конечно, жутко зла на Родиона, но точно не желаю ему смерти. Все-таки он отец моих детей.
– А где Королев? – уточняю у медсестры.
– Утром его перевели в палату.
Выдыхаю, уточняю, как мне его найти, и спешу в указанную сторону.
В палате, куда перевезли моего мужа, еще три соседа, и первое, что я слышу, когда подхожу к Королеву – это возмущение:
– Я не собираюсь жить в этом общежитии!
Молчу.
Рядом медсестричка ставит капельницу соседу, и мне на руку, что Родион показывает свою неуравновешенную натуру, потому как ждать, когда он уснет, до вечера я не хочу.
– Ты что, меня не слышишь?
– Слышу. Успокойся.
– Я успокоюсь, когда окажусь в человеческих условиях.
– Я сейчас схожу к врачу и обо всем договорюсь.
Вот только прежде, чем идти к врачу, я ловлю медсестру и прошу ее.
– Девушка, вы могли бы сделать успокоительный укол моему мужу. Видели же, как он разошелся, боюсь, как бы опять плохо не стало.
– Я не могу сделать без назначения.
Вздыхаю:
– Ладно.
Будет тебе назначение.
Иду к врачу и договариваюсь и на другую палату, и на успокоительное.
Через час Родиона переводят в ВИП-палату, и я отправляюсь с ним ждать у моря погоды.
