Текст книги "Когда ты не в своём теле (СИ)"

Автор книги: Елена Казанцева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

Глава 6

Лиза

Её выписали из больницы.

– Настоятельно рекомендую щадящий режим, никаких тренировок, только положительные эмоции, – говорил врач, передавая папку с её выпиской и анализами. – Обязательно наблюдение у невролога. Конечно, гематома была небольшая, субдуральная – это скопление крови, расположенное между твёрдой и паутинной мозговыми оболочками. Оно могло вызывать сдавление головного мозга, поэтому было прооперировано. При хорошем лечении всё проходит почти бесследно, но на первом этапе выздоровления требуется быть осторожной, вовремя принимать препараты и не давать большой нагрузки.

Врач ещё долго сыпал терминами, говорил о режиме, о возможных головных болях. А Лиза сидела и с ужасом думала, что ей сейчас надо выйти из больницы, она была в панике. Лиза ничего не знала о той жизни, которая была за стенами клиники, и которой жило её тело до аварии: ни о друзьях, ни о родственниках. И просто амнезией это сложно было прикрыть.

– Дыши, Лиза, дыши, – говорила она себе.

Рядом стоял муж и улыбался. Её красавец муж. На миг она закрыла глаза и представила его в постели. Румянец вмиг возник на её щеках. Боже! Это чужой муж, как она с ним ляжет в постель? Это же измена!

– Дыши, Лиза, раз, два, вдох, три – выдох, – говорила она себе.

– Алиса, что ты шепчешь? – муж наклонился к ней и заглянул в глаза.

– Ничего, милый, просто боюсь, – она взглянула в его карие глаза и утонула в них. – Как он красив! Так бы и смотрела на него и смотрела.

– Скоро мы будем дома, – кивнул он ей и повел на парковку.

– Боже, вот этот монстр – это наша машина? – пронеслось у неё в голове, когда он подвёл её к внедорожнику и открыл перед ней дверь.

– Алиса, ты чего? Ты боишься? Это последствия аварии? – он по-своему расценил её замешательство.

– Нет, что ты, просто раньше никогда не замечала, какой внедорожник большой, – кивнула она ему, улыбнулась и сделала шаг.

Чтобы сесть, ей пришлось напрячься: автомобиль был высоким, даже боковая подножка была для неё высоковата. Вскарабкавшись с помощью Максима, она уселась в широкое кресло и утонула в нём.

– Вот это комфорт! Вау! – пронеслось у неё в голове. Она провела рукой по передней панели, потом погладила сиденья из натуральной кожи. За всю жизнь Лиза никогда не была внутри столь дорогого внедорожника, никогда не прикасалась к жизни богатых людей.

– Такое ощущение, словно ты в первый раз села в мой автомобиль, – с удивлением посмотрел на неё Максим.

– Я уже забыла, какой он изнутри, – быстро нашлась Лиза.

– Ну да, ты же всё время ездишь на своей машине, – кивнул Максим.

– Своя машина? Езжу? Я же водить не умею? – с ужасом подумала Лиза.

Она задышала часто, пытаясь вновь справиться с паникой.

– Тебе плохо? – муж легко угадывал настроение жены, вот только она не была его женой.

– Нет, все в голове вертятся слова доктора, что я попала в аварию, – выдохнула она.

– Если тебе страшно, скажи мне, я найму водителя.

– Боже, какой замечательный у меня муж, – про себя подумала Лиза. – Вот только не мой. Почему я не нашла себе такого мужа?

Машина медленно тронулась с места, и Лиза уставилась в окно. Они проезжали по центру города.

– Твоя мама хотела, чтобы я привёз тебя к ним в коттедж, уповала на помощь, на свежий воздух, но я подумал, что тебе будет лучше дома, – говорил в этот момент муж.

– Конечно, дома лучше, – согласилась она.

Через минут пятнадцать они въехали в подземный гараж возле высоток. Максим припарковался и помог ей выйти из машины. Лифт скоростной. Кругом зеркала. Она с придыханием смотрела, как на панели загораются кнопки этажей. Кабина лифта остановилась на последнем этаже. Они вышли. Холл с цветами в кадках, диванчик, под ногами керамогранит.

Максим подошёл к двери и открыл её. Шаг в квартиру. И… она чуть не заорала от восторга. Боже! Это же красота неземная.

Огромная двухэтажная квартира была прекрасна, словно её делал дизайнер для глянцевого журнала. Тут и паркет, окна в пол, изысканная мебель от дорогих итальянских брендов. И даже в большой комнате камин. Лиза переходила из одной комнаты в другую, трогая поверхности и восхищаясь, пока её не видел Максим. Он ушёл сразу на кухню и чем-то там гремел.

– Тебе кофе или чай? – крикнул он ей.

– Чай, – ответила она ему, поднимаясь по лесенке на верхний этаж.

Здесь были их с Максом отдельные апартаменты: спальная комната, огромная ванная, две больших гардеробных комнаты. Та, что Макса, была лаконична и проста, её же поражала размерами и количеством одежды. Лиза даже взвизгнула от удовольствия и бросилась рассматривать наряды. Чего тут только не было! В отдельных шкафах висели нарядные платья в пол, в основном – блузки, юбки, джемперы и свитера. На отдельных полках стояла обувь, а в специальных столах лежали украшения.

Лиза скользила мимо всего этого великолепия и не могла закрыть рот. Только вздыхала и охала. У неё за всю жизнь-то и была пара-тройка юбок, пять блузок да брюки. А дома она носила старый байковый халат, на котором уже было две заплатки.

– Милая, – позвал её Макс, – скоро мама твоя приедет.

– Да, я сейчас приму ванну, – Лиза представила себя лежащей в ванной в пене и шагнула в следующую комнату.

Тут она толкнула дверь и чуть не заорала от счастья. Ванная комната была с огромным панорамным окном, вся в граните, по центру стояла ванна на ножках. Душевую и раковину Лиза даже рассматривать не стала. Она подбежала к ванне и потрогала её руками. Такой красоты она ещё не видела. Она задела кран рукой, и в ванну хлынула вода.

– Милая, – в ванную комнату заглянул Максим.

Лиза с трудом справилась со смущением. Пришлось отвернуться к окну. Мозгами она понимала, что её тело давно исследовано вдоль и поперёк этим мужчиной, она давно за ним замужем, но мозг это никак не хотел принять.

– Я скажу тогда твоей маме, что ты принимаешь ванну. А то она уже звонила, что подъезжает, – кивнул он и вышел.

Лиза выдохнула, вылила половину флакона геля в ванну и разделась. Она мечтала об этом всю свою жизнь. Мечтала вот так погрузиться в пену и полежать без забот, чтобы никто не фыркал под дверью и не стучал кулаком, крича: «Выходи, чего ванну заняла на два часа!». Она уже и забыла, какое это блаженство.

Лиза скинула одежду и взглянула на себя в зеркало. Зеркальная гладь показала ей прекрасно сложенное женское тело. Кожа была молочно-белой, грудь стояла торчком, мышцы подтянутые. Она была прекрасна. Даже коротко подстриженные волосы, что топорщились ёжиком, не портили её.

Вода приняла её в свои объятия. Пена зашипела и окутала её. Под голову в ванне был предусмотрен валик, рядом – какой-то пульт с кнопками. Она бездумно ткнула в одну из них, где была нарисована нота. Динамики ожили, и полилась красивая музыка.

– Как хорошо-то, – мурчала она себе под нос. – Вот так бы жить всю жизнь.

Но тут дверь ванной распахнулась, и ввалилась мать Алисы. Как всегда, при полном параде, облитая духами с ног до головы, увешанная золотом и в парадном платье.

– Алиса, доченька моя, я знаю, что произошло там, на дороге! – заорала она с порога.

Лиза даже дернулась от неожиданности и чуть не утонула.

– Что? – осторожно спросила она, вынырнув из пены.

– Он стоял с какой-то соской, Макс тебе изменяет! – заломила руки мать и схватив пуфик, придвинула его к ванне. – Какая-то девка решила охмурить Максика.

– И? – удивленно спросила Лиза.

– Что и? Что и? Девочка моя, надо действовать, такие, как Максим, на дороге не валяются, – затараторила она, понизив голос. – Он же может уйти!

В голосе мамы Алисы появились нотки паники.

– Но ведь не ушёл, – осторожно ответила ей Лиза.

– Ты что? Ты не понимаешь? Сначала эти подстилки лезут с разговорами, потом убеждают, что желают для него лучшего, а потом кладут его в свою кровать! – чуть ли не взвизгнула мать.

Лиза почесала голову. Нет, конечно, она должна что-то делать: вызвать Максима на разговор, предпринять какие-то шаги, возможно, сходить к семейному психологу, но это не её жизнь. И ей рано или поздно надо вернуться назад. И пусть с этим всем разбирается сама хозяйка этой жизни. Но вот сейчас рядом сидела та, которая требовала каких-то действий здесь и сейчас.

– Хорошо, мама. Я поговорю с Максимом, – выдавила из себя Лиза, прикидывая, что маман чуть-чуть постарше её самой. Лизе было сорок два, а маме Алисы едва ли исполнилось пятьдесят.

– Что значит, «поговорю»? Надо вызвать его на серьёзный разговор, – возмутилась мать. – Мы всё с папой придумали. В этот уикенд вы едете к нам, там папа поговорит с Максимом отдельно, потом за столом в обед мы разберём всю ситуацию совместно.

Лиза закатила глаза. И тут, словно из глубин памяти, всплыла фраза: «Я лишила тебя отца, я лишу тебя и мужа, и денежки все будут наши». Больно кольнуло в груди и отдало в позвоночник – что-то тут было не так. Она хотела отмахнуться. Это была не её война, пусть решает хозяйка тела. Но тут же её посетила другая мысль: о том, что пока нет хозяйки, надо разрулить ситуацию, что бы это всё не привело к обвалу, чтобы хозяйка не вернулась к руинам.

В этот момент в ванную вошёл Максим. Лиза стыдливо скрылась под слоем пены, а мать Алисы нервно обернулась на его шаги.

– Мы с Алисой улетаем в Альпы в этот уикенд, – сухо сказал он, буравя взглядом мать.

– Какие Альпы? Доктор запретил ей пока тренировки.

– Кто сказал о тренировках? Мы летим туда дышать воздухом, прогуливаться и вкусно кушать, – усмехнулся Максим.

– Только через мой труп! – вскричала мать Алисы.

– Хорошо. Сейчас подготовлю черные мешки из-под мусора для выноса трупа, – заржал Максим.

– Дочь, ты слышишь? Он язвит, насмехается, глумиться надо мной…

– Ой, всё…

И Лиза нырнула в ванную глубже. Она не ожидала, что попав в чужое тело, попадет на чужие разборки. А тут шла война за неё между родителями и мужем.

Глава 7

Алиса

Алиса переступила порог своей квартиры, то есть квартиры Лизы. Для неё это была чужая территория. Мало того, что её из больницы не встретил муж, так ещё и дочь приехала на троллейбусе.

– Мы поедем на общественном транспорте? Почему не на такси? – удивленно посмотрела на «свою дочь» Алиса.

– Мам, ты всегда ездишь на общественном транспорте, – ещё более удивленно посмотрела её дочь.

– Нет, конечно, езжу на общественном транспорте, но сейчас я после операции, только встала на ноги, – пыталась что-то доказать Алиса.

– Мам, ты раньше никогда так не говорила, – дочь вытаращила глаза. Алиса вздрогнула. Как говорила и действовала героиня этого тела, Алиса не знала, но уже понимала, что не попадет ни в один шаблон.

– А теперь мы всё меняем, давай вызывать такси, – настойчиво попросила Алиса. Будь что будет, в конце концов, она может просто говорить всем, что это сказывается травма мозга. Терять в комфорте она не хотела.

– Мам, но папа будет ругаться, это лишние расходы, тут совсем недалеко, – дочь опустила глаза. Голос её был тихий и смущенный.

– К черту папу с его экономией, разве я не работаю?– Алиса закинула удочку, хорошо было бы вытянуть хоть частично информацию из дочери.

– Конечно, работаешь, но ты все деньги отдаешь папе, он распоряжается, – дочь вновь посмотрела удивленно.

А Алиса достала из кармана старенький и потертый телефон и открыла меню. Нашла банк-онлайн и зашла в него. В пальцах сохранилась мышечная память, они сами набрали код доступа. На экране высветилась небольшая сумма. Алиса открыла историю и чуть не заорала от ужаса, просматривая суммы, которые она переводила на карту мужа.

– Да охренеть, на что все деньги спускала? – прошипела она себе под нос.

– Мам, ну ты же знаешь папу, он очень бережливо относится к деньгам, – дочь ей что-то ещё говорила, а у Алины крутились в голове совсем другие размышления на тему денег.

– Что это за терпила то такая, свекровь ей помыкает, муж ненавидит, а эта терпила все деньги переводит им, оставляя себе крохи. Эта как надо не любить себя? Как это годами терпеть к себе такое наплевательское отношение?

– Вызывай такси, – приказала она дочери, и в этот момент думала. – Ну, суки, держитесь, вы у меня попляшите, кровавыми слезами умоетесь!!!!

Вот в таком воинственном духе она вошла в квартиру. И растерялась.

В нос ударили чужие запахи, чужая обстановка угнетала, тело скукожилось, словно боялось своей тени.

Всю жизнь Алиса жила, катаясь как сыр в масле. У неё был папа – бизнесмен. Она единственная дочь-принцесса, ни в чем не знающая отказа. Они жили в шикарном коттедже. Потом она вышла замуж и переехала к мужу в его двухуровневую квартиру, в самый роскошный дом в городе с самыми дорогими интерьерами. И вот она попала в халупу.

Для жителей этого дома их дом – это весьма перспективное жильё: центр города, пусть и старый фонд, но с ремонтом, большие квартиры, широкие парадные. Алиса прошла по темным коридорам с множеством тупиков и каких-то кладовок, вошла на кухню.

– Да, не фонтан, – протянула она, окинув взглядом кухонный гарнитур, купленный в прошлом веке и сделанный народными умельцами из говна и палок.

Алиса развернулась и толкнула одну из дверей, что была к ней ближе всего. Это была дверь в гостиную. Гостиная её тоже не порадовала. Посередине комнаты стоял диван, покрытый плюшевым красным покрывалом. Рядом примостились два громоздких кресла в зеленой обивке, а окна – лакированный стол из восьмидесятых и четыре строгих стула с прямыми спинками, на таких стульях не забалуешь, будешь сидеть с прямой спиной, как в пыточной.

Вдоль стены выстроилась стенка, полированная, блестящая. Но верхом дизайнерской мысли был ковер, а вернее сказать, два ковра. Один, огромный, темный лежал на полу, второй, красный и яркий, висел на стене. Дверь, что выходила в гостиную, распахнулась и оттуда вывалилась свекровь.

– Чу, приехала, пропажа наша, – язвительно пропела тетка, а у Алисы даже рука зачесалась, так захотелось взять в руку вилку и воткнуть гнусной тетке в глаз.

– Здравствуйте, ма-ма, – проговорила она, сдерживая раздражение.

– Чей-то ты такая напряженная? – тетка окинула её сверху донизу презрительным взглядом.

– Болею, голова кружится, – ответила она и вышла. В коридоре было темно и пусто.

– Мам, я твои сумки занесла к тебе в спальню, – в коридор выглянула дочь.

И Алиса пошла на голос. Дверь перед ней распахнулась. Алиса вошла в комнату, где ей казалось, будет дом. Но, увы и ах. Комната была маленькая, всю её площадь занимала кровать, стоявшая изголовьем к окну. Маленький и узкий шкаф занимал место у стены, рядом стоял стул. Блеклые занавески на окне. Один давно засохший цветок.

Алиса окинула взглядом комнату.

– Так, мне это все не нравится, давай переставим кровать, – скомандовала она.

– Мам, ты чего? – удивилась дочь.

– Я хочу все изменить.

С помощью дочери она развернула кровать и поставила изголовьем к другой стене, так, что окно было теперь с боку. Она сдернула пыльные занавески. За окном был сквер. Там гуляли люди, и светила праздничная иллюминация.

– Надо купить другие шторы, – она разглядывала сквер, людей и белый снег, который падал большими хлопьями.

– Ну, не знаю, папа не разрешит, это ведь траты, – тихо ответила дочь.

Алиса распахнула дверки шкафа и охнула. На вешалках висели черные брюки, черные юбки, какие-то старушечьи кофточки, пальто столетней давности, на полках лежали джемперы и свитера, покрытые катышками, с потертыми резинками и рукавами.

– Это мой гардероб? – спросила она у дочери.

– Мам, ты действительно ничего не помнишь? – удивленно вытаращилась на неё дочь.

– Ничегошеньки, – задумчиво протянула Алиса. – Надо завтра купить новых вещей. У меня другая карта есть?

– Все карты у папы, наличные деньги хранятся в сейфе, – перечисляла дочь.

– А где у него сейф? – поинтересовалась Алиса.

– Так в кабинете, он там и спит.

– А разве мы с ним не того…не вместе…спим? – Алиса старалась подобрать слова так, чтобы не напугать совсем дочь.

– Нет, мама, вы уже третий год живете раздельно, – в глазах дочери появилась паника. – Ты действительно ничего не помнишь?

– Не переживая, – постаралась погасить панику Алиса. – Врач сказал, что это пройдет.

– Фу, ты меня так пугаешь.

В этот момент Алиса выдохнула. Значит, её муженек не спит с ней. Это была самое радостная новость из всех новостей. Не надо было напрягаться и касаться противного мужика, а главное, не надо было ложиться с ним в постель. Теперь надо решить проблему с деньгами или получить доступ к тем денежным средствам, что хранятся в сейфе. В её той жизни у них с Максимом не было никаких проблем. Макс сделал ей отдельную карту, которую всегда пополнял. Что такое лимит, она не знала, что такое остаться без средств – тем более. И вот сейчас, сидя в спальне, она смотрела на свой счет с какими-то копейками и ужасалась. Как на это можно жить?

Дочь ещё какое-то время побыла с ней и убежала, бросив набегу: «Мне Никите надо ужин срочно приготовить, а то он сердиться будет, я не хочу показаться ему плохой хозяйкой».

Что-то знакомое услышала в этих словах Алиса. Какое-то уничижение, боязливость, страх. Что с этой семьей происходит? Почему мать и дочь ведут себя, как прислуга?

Но раздумывать ей было некогда. Она выскользнула в коридор и подошла к следующей двери. За ней было помещение похожее на квартиру молодого холостяка. Узкая кровать-тахта, скомканное белье темного цвета, компьютерный стол и огромный монитор на нем. Полки с множеством книг по программированию и иностранным языкам. Модное кресло для кибер-спортсмена. Алиса вспомнила, что у неё в этой жизни есть ещё и сын.

А вот последняя дверь вела её именно туда, куда ей так необходимо было попасть. Это был кабинет мужа. Мебель новая, темное дерево, все со вкусом, явно тут денег не жалел. Мягкий диван с ортопедическими подушками, современный стол, кресло, как у руководителя, полки с какими-то папками, на стене дипломы и награды. Исходя из того, что там написано, Алиса пришла к выводу, что её муж занимается наукой. У дверей в углу стоял барный шкаф.

Алиса подошла и открыла дверки. На полках среди бутылок с виски и водкой стоял небольшой сейф. Теперь осталось узнать, где хранится ключ. Алиса оглянулась в поисках зацепки, потом подошла к столу.

Первый ящик открылся легко. Там лежали бумаги. Она внимательно пересмотрела каждую. Оказалось, что её муж, Анатолий Иванович Смирнов, был кандидатом наук и занимал должность ассистента на кафедре химии в одном из институтов города. Тут же ей попались и бумаги на патенты. И в этих бумагах стояло совсем другое имя. Её имя. Елизавета Сергеевна Смирнова владела несколькими патентами в области нефте-химической промышленности и нефтедобычи. Алиса ничего не понимала в химии, она не могла оценить ценность находки, но понимала, что это приносит какие-то деньги.

Она аккуратно положила бумаги на место. И попыталась открыть другой ящик. Но он был закрыт на замок. Вот только Алису это никогда не останавливало. Она вспомнила, как однажды вскрыла замок в учительской и украла журнал на спор. Ловкость рук и никакого нахальства. Она порылась в канцелярской мелочи, выбрала скрепку, ловко её скрутила и вставила в замок. Но тот не поддался. Тогда Алиса взяла следующую скрепку и скрутила другую конфигурацию. Только на третьей скрепке замок открылся.

Алиса выдвинула ящик и обомлела. Поверх бумаг лежала внушительная пачка пятитысячных купюр.

– Они живут, как последние бомжи, в давно не ремонтируемой квартире, жена ходит в линялых обносках, а у него в столе куча денег, – пробормотала она и вынула из пачки немного купюр, запихнув их в карман.

Затем принялась рассматривать документы. Большая, по меркам обычной семьи, квартира принадлежала ей мужу и свекрови в равных долях. Тут же лежала копия завещания. Из содержания этого документа, Алиса для себя поняла, что свекор умер три года назад, оставив все сыну, своей жене и ей, то есть той женщине, что жила с этим моральным уродом, под именем муж.

Алиса посмотрела ещё документы. Но все остальное было уже не так важно. И под всеми бумагами она нашла ещё одну банковскую карту, но другого банка, оформленную на её имя. Карта была блестящая, новая, никто ей не пользовался. Но у Алисы на телефоне не было вкладки этого банка.

– Хм, интересно девки пляшут, – качнула она головой, а в глазах уже загорелся огонек. – Ничего, выясним.

И она сунула карту в карман, привела все в прежний вид, даже закрыла замок в столе, а потом тихонько вышла. Она даже не представляла, сколько всего интересного её ждет впереди.

Глава 8

Лиза

Разборки между родителями Алисы и её мужем Лизу интересовали меньше всего. Ей хотелось наслаждаться этой жизнью. После сорока двух лет лишений, ужасного отношения и помыкания, она вдруг вздохнула свободно. Новая жизнь была как глоток свежего воздуха.

И Лиза включила режим джакузи. Из разных сопл вырвалась вода и забурлила. Телу сразу стало приятно. Вода действовала расслабляюще. С полочки она взяла маску и положила на глаза, голову повязала полотенцем. Настроилась на час расслабления. Но…

Дверь в ванную открылась так резко, что ударила по ограничителю.

– Пусти меня, мне надо, – шипел чей-то незнакомый голос.

– К ней нельзя, – шипел в ответ голос мужа.

– Мне всегда можно, Алиса, он меня не пускает, – заорала какая-то девка, и Алиса испуганно сдернула маску с лица.

В дверях дрались между собой ее муж Макс и рыжая девица весьма фривольного вида. Когда девица увидела, что Алиса ее слышит и видит, то бросила на неё такой взгляд, словно голодная молила о корочке хлеба.

– Макс, пусть она войдет.

Макс так посмотрел на жену, в его взгляде было что-то такое, что Лиза в один миг поняла, что не все хорошо в этом королевстве.

– Анжела, не более пятнадцати минут, – командовал Макс. Та, которую он назвал Анжелой, фыркнула, как застоявшийся в стойле конь, передернула плечиками и прошла в ванную.

Девушка была недурна собой, это отметила Лиза сразу. Высокая, стройная, с рыжей кудрявой шевелюрой, личико такое, словно кукольных дел мастер вытачивал его из розового фарфора. Только была во всем этом великолепии ложка дегтя. И Лиза пока не могла понять, в чем эта ложка дегтя пряталась.

«Подруга» прошлась по ванной, подхватила кресло, переставила его ближе и уселась, закинув ногу на ногу.

– Алиска, ты даже не знаешь, что пропустила, – Анжела мечтательно закатила глаза.

Лиза в ванной напряглась. Что такое могла пропустить Алиса? Она что-то об этом должна знать?

– Такая улетная была вечеринка, так жаль, что ты попала под машину, но зато на этой вечеринке я была на высоте, – Анжела развела руками и её глаза блеснули триумфом. Лизу покоробила фраза: «ты попала под машину, но зато на этой вечеринке я была на высоте», подруга, очевидно, была лишена сочувствия к чужим страданиям, ей было абсолютно всё рано на чужие проблемы, эмпатия – это не её.

– Да, я рада за тебя, – проблеяла Лиза.

– Ты не представляешь, сколько было выпито шотов текилы, Лялька напилась в зюзю, представляешь, полезла на сцену танцевать, – Лиза не представляла Лялю, она вообще не знала кто это такая.

– В середине вечеринки появились селебрети, – Анжела прижала ладонь к груди и закатила глаза. – Приехал Билан с какой-то болонкой, заглянула Собчачка, под занавес Жиган нарисовался. Я была в экстазе.

– Представляю, – протянула Лиза, покивав головой.

– Нет. Ты не представляешь, Лялька так напилась, что бросилась к Жигану, хотела его поцеловать, её охрана оттащила, – захохотала Анжела.

Лиза удивленно округлила глаза. Она не помнила, как выглядит Жиган, не знала кто это, и не представляла Ляльку, которая лезла целоваться к незнакомому мужчине.

– В конце вечера Лялька залезла на пилон и станцевала, весь танцпол ржал, когда она зацепилась стрингами на какой-то штырек и повисла.

Анжелка покатилась от смеха, а Лиза представила этот конфуз и пожалела девушку. Ей совсем не хотелось обсуждать чье-то фиаско, а алкоголь – это вред, поэтому она не понимала, зачем так напиваться.

– Ой, позвони прислуге, пусть подаст Просекко, а то обед, а у меня маковой росинки во рту не было, и ещё кофе черный.

– Кому позвонить? – удивилась Лиза.

– Алис, ну что ты, как с луны свалилась? Что с тобой? Давай, по бурому, кофе, Просекко и канапушки какие-нибудь, – Анжела развалилась в кресле и мечтательно уставилась в потолок.

Лиза посмотрела на кнопку телефона на пульте от джакузи, ткнула в неё, раздался мелодичный звук, на том конце ответили: Алиса Сергеевна, что вам принести.

– Просекко, кофе черный и закуски, – неуверенно сказала она.

– Сейчас принесу, – раздалось в ответ.

А через минуту на пороге уже стояла немолодая женщина в форменном платье с кружевным воротничком и в белом фартуке. В руках она держала поднос. Лиза даже рот от удивления открыла. Она и сказать ничего не успела, как дама выдвинула столик из-под трюмо, поставила его рядом с джакузи и начала расставлять закуски и чашки с кофе.

– Простите хозяйка, но хозяин строго настрого запретил вам наливать алкоголь, – с этими словами она поставила один бокал с игристым вином.

Лиза улыбнулась и сказала: Спасибо.

По взгляду, что бросила на неё женщина, она поняла, что сморозила очередную глупость. Говорить спасибо в этой семье, явно было не принято.

– Всегда, пожалуйста, – как-то медленно проговорила женщина. – Если надо будет что-то ещё, звоните.

И вышла, прикрыв за собой дверь.

Анжелка тут же схватила бокал и влила в себя половину, причмокнула губами и заела все канапе.

– У вас всегда вкусно кормят, – чавкала она.

Лиза глянула на импровизированный стол и покачала головой. Она никогда столько вкусностей не ела. Тут стояли канапе с икрой, с тонкими полосками бекона, сыр с плесенью и виноградом, даже сыр с ломтиками дыни. Она сделала глоток кофе. Кофе был натуральный, не тот суррогат, что приходилось ей пить.

– Лиса, скоро вечеринка у Вика, там тоже будет круто, лазерное шоу и настоящая джаз банда, ты как? Готова? – говорила Анжелка, чавкая закуску.

– Макс хочет, чтобы мы поехали в Альпы, – Лиза ответила осторожно.

– Альпы? – Анжелка даже жевать перестала. – Куршевель?

– Не знаю, он не сказал.

– Алиска, возьми меня с собой, в Куршевеле знатная туса на Новый год будет, парад салютов и катания на лыжах, – захлебнулась слюной Анжела.

– Надо спросить у Макса, он билеты покупать будет, – осторожно ответила Лиза. Она не знала, какие отношения между Максом и Анжелкой, что-то ей подсказывало, что плохие.

– А вы разве не бизнес-джетом летите? – удивилась Анжелка.– Какие билеты?

Лиза удивленно посмотрела на подругу. Она конечно представляла, что существуют семьи, которые летают на личных самолётах, отдыхают в Европе на лучших курортах, но не представляла, что сама попала в такую семью.

– Наверное, – промямлила она.

– А давай сделаем как в прошлый раз, я приеду в аэропорт, там мы встретимся, а ты как бы пригласишь меня лететь с тобой.

Глаза Анжелики сощурились, эта хитрая лиса уже представляла, как она провернет эту аферу.

– Надо подумать, – лицо Лизы застыло как маска, что-то в этом всём было не так.

И тут в ванную влетела мамаша, как ведьма на метле.

– Анжелика, добрый день, о чем это вы тут разговариваете? – она приобняла вскочившую Анжелику, прижалась чуть щекой, сделала условный поцелуй в воздух. В этом приветствии было что-то холодно-вежливое. А Анжелка тут же разлила два литра лести.

– Вероника Павловна, вы так прекрасно выглядите, в прочем, как всегда, – улыбалась ей Анжела. – У вас какой-то чудесный новый аромат, никак Сергей Михайлович привез вам из Парижа.

– Да, он меня балует, этот аромат сделали для меня специально, – заулыбалась Вероника Павловна.

– Как я вам завидую, у вас чудесный муж, заботливый и щедрый, – ворковала Анжелика.

– Да, надо уметь выбирать мужей, – засмеялась приторным голосом мать Алисы. – Алисонька, деточка, я вот о чем хотела с тобой поговорить.

Тут же переключилась Вероника Павловна.

– Через день будет прием у министра, нам надо быть, Сергей Михайлович считает, что вам с Максимом надо быть тоже, – она посмотрела куда-то в окно. – Если Максим думает развивать основной бизнес здесь, ему необходима поддержка крупного чиновника.

Тон матери стал назидательный.

– Нам надо что-то решить с твоими волосами…Ты же не можешь ходить лысой.

В этот момент Лиза в панике думала о том, что она совсем не готова пойти на прием к столь высокопоставленному лицу. Она не может. Она ничего не знает. Она не знает этикета. У неё началась паника.

– Алиска! Ты лысая? – чуть ли не с восторгом в голосе выкрикнула Анжелика.

А Лиза удивленно уставилась на подругу. Да что с ней не так?