Текст книги "Химера растительного происхождения 1 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

И безо всякого перехода спросил:

– Мышцы ещё болят?

Не понимая, что это изменит, тем не менее лгать не стала:

«Да. Немного»

Вдруг чего посоветует?

Но вместо этого Арх заявил:

– Повернись ко мне спиной.

Озадачилась, тут же прогнав в голове всё самое тревожное и неприличное, но даже в мыслях это звучало глупо и я, всё ещё немного недоумевая, немного развернулась на диване, чтобы оказаться к мужчине спиной.

И почти сразу ощутила его подозрительно горячие ладони на своих плечах. Невольно вздрогнула и услышала:

– Не бойся. Как уже говорил, я могу лечить своей энергией. Нужно прогреть места, где болит. Разогнать кровь и снять мышечные спазмы. Больно не будет. Будет тепло и немного щекотно. Расслабься.

Легко сказать!

И всё же… Я постаралась.

Сначала его ладони просто лежали у меня на плечах, согревая приятным теплом. Потом мне показалось, что они стали ещё на пару градусов теплее и Арх начал едва заметно сжимать и разжимать пальцы, словно пытался сделать массаж, но очень… поверхностно.

Да и не получилось бы у него сильнее – именно на плечах броня была ну очень твердой.

Тем не менее тепло его ладоней и пальцев проникало под бронированные чешуйки и действительно приносило облегчение мышцам. Затем он очень медленно повел ладони вниз, к лопаткам, по обе стороны от позвоночника, замирая каждую секунду.

И вроде бы никакого сексуального подтекста, да и между нами как минимум моя броня и слой ткани, но по позвоночнику промчался табун мурашек, а я сама… ощутила теплую волну подступающего возбуждения.

Ещё не яркого, скорее даже его томные отголоски, но это было именно оно – ощущение от близости мужчины за спиной. Сильно, привлекательного.

Стараясь фокусироваться на чём угодно, только не на этом, потому что не представляла нас вместе, да и он вряд ли захочет заниматься сексом с чудовищем, я шарила взглядом по кабинету, цепляя вниманием то плинтус, то дверное полотно, то щель между досками.

В общем, делала всё, лишь бы не усугубить своё и без того шаткое положение.

Мелькнула, конечно, мысль, что он делает это специально, но…

Серьёзно?

Да, он меня не видит, но не может не ощущать, что под пальцами не нежная женская кожа, а грубые чешуйки брони. Как по мне, притягательным это быть не может.

А целоваться как, простите?

Или он из тех, кому достаточно нагнуть партнершу раком?

Так я на такое не согласна! Если уж заводить отношения, то нормальные! Построенные на нежности и заботе! А потрахаться абы как – это не ко мне!

В общем, я нервничала и сопела, но сидела неподвижно, потому что помимо медленно разгорающегося возбуждения чувствовала и то, что тепло его рук действительно проникает в меня исцеляющими энергиями и мышцы начинают болеть ощутимо меньше.

Постепенно его ладони добрались до поясницы, замерли там, через пару секунд немного съехав вниз и в стороны, словно он хотел приобнять меня за талию, и Арх тихо, с подозрительно сексуальной хрипотцой произнёс:

– Привстань.

Не совсем понимая, что он хочет, тем не менее сделала это… и тут же ойкнула, когда он рывком пересадил меня к себе на колени. Всё так же спиной к его лицу.

– Замри.

Да я и так почти не дышу!

– Дыши, – хмыкнул, словно расслышал каждое слово в нервно подуманной фразе. А может просто заметил, что не шевелюсь. – Переходим к ногам.

Его ладони действительно скользнули чуть ниже, стекая на бедра, но лично я очень сильно засомневалась, что это правильная поза для оказания… кхм, медицинской помощи.

Он точно меня лапает!

Но-о-о… Мне нравится?

Не знаю. Не пойму. Нет, как женщине, мне нравится! Серьёзно! Такое в принципе не может не нравиться! Но как чудовищу… Я его не понимаю. Не понимаю ни его, ни его целей. Ни того, что будет дальше.

И это непонимание меня напрягает. Очень и очень сильно.

Глава 23

Тем не менее я замерла, уже гораздо внимательнее прислушиваясь к своим ощущениям и его действиям. Арх не спешил. Словно действительно лечил, причём это реально помогало – жар от ладоней проникал в мои мышцы и буквально растворял боль, принося с собой приятную негу и всё более отчётливое томление, которое фокусировалось между ног и внизу живота.

А учитывая то, что его ладони ну очень двусмысленно лежали именно на моих бёдрах, это будоражило дополнительно, заставляя дышать глубже и пытаться унять ту внутреннюю дрожь, которая неумолимо нарастала.

А потом он шумно выдохнул и чуть сместил ладони к внутренней стороне бёдер. И пускай я была одета в длинное платье, а не в брюки, это оказалось настолько неожиданно и чувственно, что я тоже невольно выдохнула… и прижалась к нему спиной, тут же замерев от того, какой обжигающе горячей оказалась его грудь.

Мы замерли оба.

Момент был тонким, непонятным и я, если честно, наверное, была уже не прочь, но…

Именно в это мгновение распахнулась дверь кабинета и на пороге возникла Вивиана со словами:

– Ангел мой, ну долго тебя ещё ждать? Твоя кошечка уже вся течет…

Тут она увидела меня и осеклась.

Я сидела к ней лицом и поэтому прекрасно видела, что она в одном тонком халате, который завязала так, что было прекрасно видно – под ним ничего нет.

И всё бы ничего…

Но стоило ей осознать, что я не просто сижу на диване, а на коленях у Арха, и его ладони лежат на моих бёдрах, как её лицо исказилось в гримасе злобного отвращения и она, ворвавшись в кабинет, рявкнула:

– Ах, ты сука! Вкрай охренела? Давалка подзаборная! А ну, пошла вон, шалава!

Это было настолько дико, стремительно и внезапно, что я успела лишь вылупиться на неё, пытаясь осознать, что она вообще орет, а Вивиан уже подскочила и вцепилась в мои волосы, дернув меня за них так сильно и больно, что из глаз моментально брызнули слезы, а я сама…

Отмахнулась.

Просто отмахнулась.

И в кабинете тут же поднялся такой дикий вой, что я шарахнулась в сторону, с ужасом глядя на то, как Вивиан, прижимая ладонь к лицу, истекает кровью.

Боже мой… Я…

Я её убила?

Хотя нет. Не убила. Она бы так не орала. Но… Кажется, красавицей ей уже не быть…

Попятившись назад, я быстро уперлась спиной в стену, обнимая себя дрожащими руками и наблюдая за тем, как Арх, сориентировавшись и рявкнув «тихо», подхватил Вивиан под локоть и куда-то торопливо повел. Прочь из кабинета.

Наверное, лечить, да? Зашивать…

Черт!

Медленно опустившись на пол, я обняла голову руками и протяжно простонала. Я ведь не хотела. Правда!

Я просто… отмахнулась.

Что теперь будет?

Не знаю, сколько я так просидела в полном ступоре. Кажется, не сильно долго, когда услышала, как меня зовут. Подняв голову, сфокусировала взгляд на двери. Там стояла Анна с крайне тревожным выражением лица. Мне стало отчётливо не по себе и пришлось даже сглотнуть нервный ком в горле, а потом и судорожно выдохнуть, чтобы сконцентрироваться на том, что она говорит.

– Маюшка, ты бы не сидела на полу… Что приключилось? Допросилась эта хабалка? Неужто Архангел на девку руку поднял?

Ах, если бы…

И вроде не сильно долго сидела, но ноги затекли и я, покряхтывая, встала, отмечая, что почти ничего не болит, разве что немного икры, до которых «лечение» не добралось.

Но что сказать Анне?

Поискав глазами доску, нашла её рядом с диваном. Не рискнув пользоваться планшетом, написала:

«У меня болят мышцы после тренировки. Арх лечил их своей энергией, убирая боль. Вивиан увидела, что он меня касается, назвала шалавой. Подскочила и схватила за волосы. Я просто отмахнулась… Забыла, что у меня острые когти. Поцарапала ей лицо. До крови. Арх увел. Я не знаю, куда».

– Ох, батюшки! – шокировано ахнула Анна, прижимая ладони ко рту. – Тьфу, прошмандовка чернявая! Так ей и надо! Ничего-ничего, Демид Романович зашьет, у него это дело поставлено. Будет наука! Не девка, а бедствие! Ты смотри-ка…

Она вдруг наклонилась и подняла с пола клок моих волос и её глаза снова изумленно расширились и на меня посмотрели с тревогой.

– Больно, Маюшка? Дай гляну. Вот же кура безмозглая…

Послушно сев, я позволила Анне осмотреть мою голову, потому что слева и впрямь было больно, но вроде бы обошлось без крови, о чем мне сообщили с облегчением.

Вот и хорошо.

А теперь…

Не успела я написать на доске вопрос, что мне делать дальше и можно ли уйти к себе, как в кабинет стремительно вошел Архангел. Заметил Анну и напряженным тоном произнес:

– Оставь нас.

Не рискнув возражать, Анна торопливо вышла, закрыв за собой дверь, а Арх, так и оставшись стоять практически на входе, устремил на меня свой откровенно пугающий пронзительный взгляд полностью белых глаз.

– Ты порвала ей всю левую щеку. Насквозь. Четыре рваных раны. Она сейчас под наркозом, лекарь зашивает.

Ох, ёп…

– И это… – он с шумом выдохнул, продолжая буравить меня взглядом, – я не могу оставить без наказания.

И вроде бы логично, но как же мне сейчас… гадко! Я же не специально! Я просто отмахнулась!

– Не кричи, – скривился. – Я понимаю. Но ранена в итоге она. С завтрашнего дня отрабатываешь наказание в забойном цехе. Неделю. Тренировки не пропускать. Предупрежу Глеба, он сделает упор на контроль эмоций. И ещё…

Он посмотрел на меня так тяжело, что внутри всё нервно сжалось и ухнуло.

– Когти подстричь. Полностью. Ты не в состоянии контролировать себя. Это опасно для окружающих. Иди.

И я пошла.

В откровенном ступоре. В полнейшей, мать его, прострации.

То есть это я во всём виновата? Серьезно? Это не он меня лапал, создав двусмысленную ситуацию? Не Вивиан налетела на меня с беспочвенными обвинениями, первая причинив мне боль?

А я себя не контролирую?

Охренеть, логика!

А может я реально что-то не понимаю, а? Может они реально уже пара? Он таким образом наказывает меня не за самооборону, а за то, что причина вред его любовнице?

Перед глазами снова пронесся её вид в одном халатике и слова про «киску» и «течку».

Фу, мерзость какая!

Слушайте… А они реально друг друга стоят.

Так может ну его нахер, такой посёлок, а?

Не выбирая, куда иду, я умудрилась прийти на спортивную площадку, где в этот вечерний час тренировались лишь несколько мужчин. Не помню, чтобы видела их на утренних тренировках… Ну да ладно.

Зачем я вообще сюда пришла?

Нахмурившись, мотнула головой и под чужими недоуменными взглядами развернулась и отправилась к себе домой. Не было никакого желания ни с кем общаться. На душе было так гадко, что лучше бы у меня и дальше мышцы болели.

Как же это всё мерзко!

Только дома сообразив, что не забрала с собой доску, лишь поморщилась. Я сейчас за ней точно не пойду. Пусть останется у Анны.

Вместо этого я заперла дверь на засов, растопила печь, достала из подпола вчерашнее рагу и подогрела сначала его, а затем сделала и чай. Настроение было настолько скверным, что захотелось просто кого-нибудь убить. Увы, за ворота меня вряд ли выпустят.

А я бы сходила… Почему жизнь так несправедлива, а? Почему кому-то можно всё… а когти должна стричь я?

А если враг нападет?

А если бы я ударила её хвостом⁈ Он бы мне хвост приказал отрезать? А ведь если у меня не будет когтей и эта «кура» опять на меня нападет, я так и сделаю! Серьезно! Я не умею в бабские склоки!

Зато я умею убивать.

Нахмурившись, я потерла лоб, не понимая, как мне в этом случае поступить. Оправдываться? Так бессмысленно. Он присутствовал и всё сам прекрасно видел-слышал. Хотя мне немного не понятен момент с местной администрацией… Имеет ли он право меня так наказывать? Хрен с ним, со скотобойней. Отработаю. Не сахарная, справлюсь. Но мне совершенно не нравится тот факт, что он и прокурор, и судья, и всё остальное.

А выслушать мнение присяжных?

Как тут это вообще происходит?

Как-то не нравится мне жить в посёлке, где меня якобы ценят, но как-то… однобоко!

Хрен с ним, я согласна! Я нанесла этой дуре увечье. Но это была самооборона! Серьезно! Я же не первая на неё кинулась! Тут уж, простите, как смогла!

А если она завтра кого-то другого приревнует и кинется? И не просто волосы выдерет, а реальную травму нанесет? Ей тоже всё сойдет с рук, потому что она красивая и любовница главы? Или как?

Что-то мне очень сильно хочется прояснить этот момент!

Накажут ли её за нападение на меня хоть как-то?

В итоге остаток вечера прошел в тяжелых размышлениях о том, что джунгли всем хороши, но там котлеток нет. Там всё честно. Или ты убил, или тебя.

Тут же… Скандалы, склоки, интриги! И ведь не я их зачинщик, что примечательно! Сидела, никому не мешала! Так нет, уволок, усадил… лапал!

А может и его тогда до кучи наказать, а? За то, что создал заведомо скандальную ситуацию! Давайте уже всем показательную порку устроим! Чего мелочиться?

А когти я отрезать не буду. Вот просто из принципа! И не заставит.

В общем, я не хотела, но… вечер закончился дерьмовенько. Настроение было на нуле, да и я сама себя накрутила, чего уж скрывать, так что спать легла с больной головой, и всю ночь мне снилось, что я сижу в жутком подвале, голая, привязанная к электрическому стулу и Арх лично выдирает мне когти жуткими ржавыми щипцами из арсенала палача.

Во сне у меня был голос, а у него голубые глаза. Я умоляла меня не трогать, ведь я ни в чем не виновата, но он меня не слушал и выдирал когти один за другим.

И на его лице написано наслаждение.

А потом… Он заклеймил меня раскаленным прутом. Прямо в центр лба.

Приговаривая:

– Какая же ты тварь, Майя… Об этом должны знать все!

Проснувшись в откровенном ужасе и с бешено колотящимся сердцем, какое-то время я просто лежала в кровати, обмирая от страха. И приснится же такое! Что-то мне уже и из дома-то выходить страшно!

А если и впрямь начнет выдирать?

Медленно сев на кровати, я просидела в вязком ступоре минут десять, пока не пришла в себя достаточно, чтобы встать и убедить саму себя, что это бред. Не тронет. Тут не издеваются над женщинами. Никто.

И тут же подленькое подсознание вякнуло: а над тварями?

Поморщившись, отмахнулась. Нет. Не будет такого. Потому что, если будет, то это садизм чистейшей воды. Я такая же химера, как и остальные. И я заслуживаю уважительного отношения!

Потому что, если нет… Ну, тогда всё совсем плохо. И это всё в принципе бессмысленно.

Шумно выдохнув, в очередной раз приказала себе не заниматься глупостями, после чего умылась, оделась в штаны и рубаху, попутно прислушиваясь к своему телу, и констатировала, что чувствую себя очень хорошо. Буквально слегка ноют икры, в остальном – стопроцентно хорошее самочувствие. Ну, если не считать душу и нервы. Там полный раздрай.

Но кого это волнует, да?

Коротко хмыкнув, я вышла из дома и трусцой побежала в сторону спортивной площадки. Сегодня я оказалась даже не последней, но сразу заметила, как на меня странно косятся окружающие. Переглядываются, перешептываются… причём не совсем понятно, с каким настроем.

Просто сплетничают или с осуждением?

И что именно им известно?

Ко мне подошел хмурый Глеб, приветствуя кивком, но почти сразу подбежала и Ольга с отчетливо тревожным выражением лица, и не успел Глеб даже открыть рот, как выпалила:

– Майя, что вчера произошло? Почему Арх сказал, чтобы я записала тебя сегодня на консультацию по поведенческим вопросам?

– Вчера произошел конфликт с Вивиан, – ответил за меня Глеб. – Ей вчера наложили двадцать три шва на лицо.

– Майя⁈ – в шоке уставилась на меня Ольга. – Ты что натворила?

Я натворила? Я???

Посмотрев на Ольгу долгим, изучающим взглядом и видя, что меня уже осудили, даже не выслушав, я подумала… И пожала плечами. Что ж, тут всё ясно.

Что дальше?

Я перевела взгляд на Глеба, который явно знал больше. Интересно, что скажет он?

Вот только и он не спешил за меня заступаться, предпочтя спросить:

– Как мышцы? Пришла в себя?

Я кивнула.

– Хорошо. Тогда иди в группу к своим, – мне указали рукой направление, а Ольге достались следующие слова: – Не пыхти. Твоё время – вечернее. Там и поговорите. Всё, начали!

А потом началась тренировка. Сегодня Глеб снова выжимал из меня все соки, словно желая проверить, не сдохну ли я после восьмого подхода, но я… Не сдохла.

Тряслись руки, подкашивались ноги, я дышала с такими хрипами, словно курильщик с тридцатилетним стажем, но отказывалась стонать и признавать поражение.

Я стану сильнее. Обязательно стану! Всем назло!

И ни одна Вивиан больше не посмеет ко мне даже просто приблизиться!

После выматывающей разминки меня снова отправили ходить, чтобы я не валялась на земле в позе трупа, а через двадцать минут вручили тренировочное копьё и мы продолжили заниматься. Повтор за повтором…

Выпад – удар.

Выпад – удар!

Раз за разом. Взмах, отскок. Выпад – удар!

Руки дрожали уже настолько ощутимо, что было видно, но я лишь крепче стискивала зубы и повторяла.

Выпад – удар! Смертельный удар!

«Внимание, получен навык „второе дыхание“. В момент, когда силы на исходе, у вас открывается второе дыхание длительностью не менее получаса. Внимание, получено умение „копейщик“ первого уровня. Поздравляем, вы уже не бездарь.»

Да что вы говорите! Радость-то какая!

Осклабившись, я продолжила тренировку, причём действительно ощутив приятный прилив сил, так что, когда Глеб объявил завершение, я не рухнула на землю там же, где стояла, а просто замерла, медленно выдыхая напряжение.

Я смогла. Справилась.

И с остальным тоже справлюсь!

– Сдаем инвентарь! – зычно заявил Глеб и сегодня я даже сумела донести своё копьё до стойки с оружием, которой заведовал незнакомый парнишка. – Майя, подойди!

Подошла.

– Я в курсе, что у тебя недельная отработка на скотобойнях, – сообщил он мне, внимательно изучая лицо. – И ещё о том, что тебе приказано остричь когти. Сама или к мастеру пойдем?

Не выдержав, оскалилась, всем своим видом давая понять, что не дамся.

– Это приказ, Майя, – жестко припечатал Глеб, продолжая смотреть на меня. – Приказы главы не обсуждаются. Либо…

Он выдержал паузу и многозначительно выгнул бровь.

– Тебе не место в нашем посёлке.

Ага…

Ну, как-то примерно так я и думала.

И, наверное, это было глупо. Порывисто. Неправильно.

Наверное, надо было подчиниться, ведь я действительно опасна…

Но разве можно сделать из хищника болонку, просто отрезав когти? А как же хвост? Клыки? Рога? Их мне тоже отрежут? А ведь, если подумать, я сильнее многих…

Какой смысл во всём этом? Только потому, что это приказ главы? Почему они не думают о том, что он тоже может ошибаться?

В итоге я присела и написала когтем прямо на земле:

«Ты прав. Я опасна. Мне тут не место. Я зверь. Я ухожу. Проводи до ворот, чтобы выпустили».

– Ты… – прочитав всё это, Глеб уставился на меня в таком шоке, словно это не он мне условие озвучил, а я чушь сморозила, – в своём уме?

На это я просто пожала плечами и, развернувшись, сориентировалась и сама направилась к воротам. Какой смысл обсуждать с этими людьми то, что они для себя уже решили?

Красивые и громкие всегда правы. Это я поняла ещё в прошлой жизни.

– Майя, подожди! – Глеб не просто догнал меня, а перегнал, не став хватать, но заступив дорогу. – Стоять! А ну, пошли к Арху.

Я отрицательно мотнула головой.

Он мне не хозяин, а тут не тюрьма.

– Не дури, – рыкнул мужчина, явно начиная выходить из себя. – Никто тебя одну за ворота не выпустит!

Эм-м… Не поняла. Он сейчас себя слышит? Да он сам себе противоречит!

Внимательно посмотрев мужчине в глаза, увидела в них стойкую решимость препятствовать моему уходу любой ценой, и не стала прорываться с боем. Я понимала, что он меня сильнее. И понимала, что если мы схлестнемся, то будет плохо. Возможно обоим. Но мне точно. Что ж…

Пойдем другим путем.

Прокрутив в голове всё, что от него услышала, снова присела и написала:

«Я сама решу вопрос с когтями. Вечером. Проводи меня на скотобойню. Это надолго? Мне надо в мастерской работать».

Покосившись на меня с недоверием, Глеб склонился и прочитал, что я написала. Его плечи ощутимо расслабились и он мотнул головой.

– Нет, не сильно долго. Часа на четыре. Основной забой идет с утра, потом только уборка. Пошли.

Глава 24

Скотобойня, как и цех по обработке мяса и рыбы, находился неподалеку от ферм и внешне выглядел, как обычный амбар. При этом метров за десять я почуяла густой аромат крови и вонь внутренностей, но даже не скривилась. Не самые ужасные запахи, нюхала и похуже.

Внутри работали трое мужчин, причём, как я поняла, основной забой уже прошел и сейчас они разделывали туши.

Навскидку это были две крупных свиньи, коза, овца и десятка три куриц.

В принципе немного.

– Приветствую! – обозначил себя Глеб, когда мы вошли и на нас сосредоточилось всеобщее внимание. – Это Майя. Недельная отработка. Речь недоступна, но всё прекрасно понимает. Химера, боец седьмого уровня с упором в силу. Вопросы есть?

– Кровищи не боишься? – поинтересовался у меня один кряжистый бородач с топором. – В обморок планируешь?

Я отрицательно мотнула головой.

– Лады, сработаемся. Меня Серега звать. А это Димон и Вован. Туши разделывать умеешь?

Я снова мотнула головой и в итоге меня приставили перебирать внутренности, отделяя от лишнего сначала языки, сердца, печень, легкие и почки, которые тоже шли в еду, причём иногда тем же свиньям, затем аккуратно кишки, которые частично использовались в качестве оболочки для создания колбас-сосисок, но, естественно, после дополнительной обработки, ну и так далее.

Работа была не самая приятная, но в целом терпимая. Мужики не ленились объяснять, что к чему, показывая, как лучше браться и с чего начинать, чтобы всё получилось, так что в целом отработка не вызвала у меня особого негатива.

Просто необходимая работа, которую кому-то надо выполнять.

Сложнее всего мне далось ощипывание куриц, с моими когтями это было ну очень неудобно делать, но Дима с Вовой мне спокойно помогали, пока Сергей рубил туши на удобные для использования куски, и вместе мы справились.

Примерно к обеду.

Из-за всех этих не всегда приятных ароматов особого аппетита не было, что только радовало, ведь я ещё не завтракала, ну а как закончили и мне показали, где можно помыть руки, первым делом я отправилась к Юле.

Точно знаю, она дома и у неё есть, что поесть! Потому что у меня дома еды нет.

Вот такая я бестолковая хозяйка!

Как я и надеялась, Юля была дома, работая в своей мастерской, причём встретила меня девушка с тревогой на лице. Судя по всему, уже весь посёлок был в курсе, что я садистка. Но Юляша сумела удивить.

– Как ты?

Я выразительно поморщилась, жестом изобразив «так себе», а потом, пошарив глазами по мастерской и найдя большие портняжные ножницы, аккуратно взяла их и протянула швее, пальцами показывая, что мне нужна ее помощь в стрижке.

– С ума сошла⁈ – ахнула Юля.

Да. И уже давно.

– Нет! Нет и не проси! – она выразительно сложила руки на груди, всем своим видом давая понять, что помощи от неё я не дождусь.

Что ж… Я и сама могу.

Примерившись поудобнее, перехватила первую прядь у лба и чикнула под придушенный писк Юли. Потом вторую прядь. Третью…

– Сумасшедшая… – приглушенно прошептала Юля, впрочем, не делая попыток помешать. Как и помочь. – Ну зачем так-то, а? Красивые же волосы!

Увы, только волосы…

Прядь за прядью я стригла себя сама, сумев подстричь почти половину головы, причём точно абы как, но потом снова протянула ножницы бледной от волнения Юле и та, протяжно вздохнув, произнесла:

– Глупая ты. Зачем себя истязать? Мне мама всё рассказала. Не твоя вина, что так получилось. С любым могло. Ох, Майя…

Вздыхая и ворча, тем не менее Юля достригла мои волосы, причём, как я и показала – максимально коротко. По ощущениям осталось не больше пяти миллиметров.

– В зеркало смотреться будешь?

А смысл?

Я отрицательно мотнула головой и показала на свои волосы, а потом на Юлю.

– Мне оставляешь? – уточнила она с нервным смешком.

Я кивнула.

– Спасибо, но… Ладно, просто спасибо. Не расстраивайся так, слышишь?

Вместо новых жестов я просто аккуратно её обняла и погладила по спине. Мне было приятно общаться с этой солнечной девушкой. Быть может даже буду скучать…

Внезапно буркнул желудок, бессовестно намекая, что я ещё не завтракала, хотя время к обеду, и Юля, всплеснув руками, возмутилась:

– Какая ж ты дуреха! Пошли обедать!

Вот тут я не отказалась и очень вкусно поела, бессовестно пользуясь чужим гостеприимством. Ну а потом, поблагодарив кивком, вышла на улицу и внимательно осмотрелась. Сейчас я находилась ближе к центру посёлка, причём ворота, точно помню, располагались на юго-востоке.

На востоке джунгли и бывший Ростов. На западе теплицы. На севере поля. На юге море.

Сколько у меня шансов на то, что мне дадут спокойно уйти? Судя по всему, ноль.

Значит… Придется умереть, да?

И быстрее всего это сделать в море.

Что ж, надеюсь, я не стану моллюском? Это будет слишком глупо.

Не став идти сразу напрямик к мастерской, сначала я прогулялась до южных окраин посёлка и присмотрелась к стене. Она была сложена из больших бетонных блоков высотой метров семь, причём с внутренней стороны я заметила удобную боковую лестницу, по которой можно было подняться наверх.

Поднялась.

Ага…

Тут же выяснила, что стена шириной метра полтора, то есть по ней можно спокойно ходить, но рядом вроде бы никого. Дозорные дежурят только в башнях.

Неплохо…

Немного перегнулась, чтобы посмотреть, как обстоят дела снаружи, но меня сразу окрикнули и я, не став рисковать, сделала вид, что любуюсь пейзажем. Морским, ага. Море, кстати, тут было практически в шаговой доступности – каких-то метров триста, не больше. И залив.

Что ж… если не переломаюсь сразу, как спрыгну, то до воды добегу быстро. А вот если переломаюсь… Будет очень обидно. В принципе можно попробовать зацепиться за бетон когтями. Уверена, они крепче, чем бетон. Даже если обломаю один-два – не страшно. Уж они-то отрастут. Быть может даже сразу, как меня снова родит Цитадель.

Шло время.

Иногда я поворачивала голову направо, иногда налево, чтобы понять, чем заняты дозорные. Сначала они то и дело косились на меня в отчетливом напряжении, но постепенно расслабились и сосредоточились на деле – изучении вероятной опасности снаружи.

Подождав ещё немного и убедившись, что оба бойца смотрят вперед, но точно не на меня, я извернулась… и зависла на руках снаружи, зацепившись за ограждение. Тут же откуда-то слева раздался гневный окрик, давая понять, что мой маневр был замечен, и я, шикнув с досадой, отпустила руки.

Приземлилась жестко. Всё-таки метров пять тут было. К счастью, ноги не переломала, мои кошачьи ступни идеально спружинили о землю, да и прокачанные характеристики, уверена, тоже помогли, так что я лишь присела, развернулась и стартанула прямиком в море, не обращая внимания на то, что за моей спиной кричат и матерятся.

Простите, ребята.

Вот такое я неблагодарное животное.

Триста метров до моря я пробежала по ощущениям секунд за тридцать, максимум сорок, после чего с разбега забежала в воду и нырнула, точно помня, что у меня есть жабры, так что задохнуться мне не грозит. Старательно работая руками и ногами, я не торопилась погружаться, но плыла под водой, видя, насколько пологий тут берег.

Плохо! Мне нужна глубина! Быстрее!

И я плыла и плыла, уплывая всё дальше и глубже от посёлка. Не задумываясь о том, что делаю. Потому что, если задумаюсь, то могу и передумать. Нет, я узнала достаточно.

А потом я увидела его.

Определенно это был… кальмар. Только большой. Размером с лошадь.

У него были огромные глаза, длиннющие щупальца и клюв в центре… Кхм, это рот или жопа?

И рада бы поразмышлять о строении чужого тела и дальше, но это тело стремительно приближалось ко мне с явным желанием сожрать, так что я оскалилась, приготовившись к драке, и как только его первые щупальца попытались меня схватить, чтобы сжать в приветственных объятиях, я полоснула по ним когтями, а сама устремилась вперед. К глазам монстра. В идеале мне бы его убить… на что угодно готова спорить, что за него дадут приятное количество очков опыта!

Увы, особой драки не вышло.

Щупальцев у твари оказалось намного больше, чем у меня когтей, так что уже через несколько секунд меня выдавливали, как пасту из тюбика, но руки у меня оставались снаружи, да и хвостом я не стеснялась действовать, так что, когда меня подтащили ближе к клюву и попытались первым делом откусить голову, я успела сделать несколько замахов, кроша чужую плоть, как тугое желе, но потом меня сжали сильнее и свет перед глазами померк.

Я умерла.

* * *

– Что-что она сделала? – не веря своим ушам переспросила Ольга, когда её вызвали на экстренное совещание к главе.

– Полтора часа стояла на южной стене, – сдавленно повторил дозорный, – потом спрыгнула и побежала к морю. Погрузилась в него и… кхм, уплыла.

– Ой, деби-и-илы-ы-ы… – протянула местная гуру психологии, закрывая лицо ладонью, но даже не пытаясь говорить вполголоса. – Я же просила сначала привести её ко мне. Глеб! Я же просила!!!

На последних словах она сорвалась, убрав руки от лица и уставившись на негласного куратора всех поселковых химер.

– Просила, черт бы тебя побрал, не оставлять её одну без присмотра!

– За ней присматривали, – огрызнулся мужчина, предпочитая буравить злым взглядом стену. – И вообще, я не в ответе за психов! Черт знает, что у неё вообще на уме!

– Точно, – саркастично согласилась с ним Ольга и перевела взгляд на главу посёлка, который сидел за своим столом каменным изваянием и на первый взгляд вообще их не слушал. – Царь-батюшка, не изволите ли рассказать суть происходящего, а?

– Не хами, – произнёс тихо, но так и продолжая смотреть в пустоту перед собой. – Глеб прав. Я не могу её прочитать. Она противоречит сама себе. И чего мы точно не могли предусмотреть, так это побега и самоубийства.

– Серьезно? – Ольга аж руками всплеснула. – Вы… серьезно сейчас⁈ Да вы сами её довели до этого! Вы… два… дебила!

Сорвавшись снова, она прикрыла глаза, шумно выдохнула и хмыкнула.

– Хотя нет… не два. Два дебила и одна сука. Арх, давай начистоту. Что вчера произошло?

Не торопясь отвечать, глава посёлка сначала небрежным жестом выставил вон и без того напряженного дозорного, и только когда за ним закрылась дверь с той стороны, медленно и, тщательно обдумывая каждое слово, произнес:

– Мы сидели в кабинете. Я… снимал ей болевые симптомы после интенсивной тренировки. Вошла Вивиан. – Закрыв глаза, Арх глубоко вдохнул и шумно выдохнул. – Она планировала… меня соблазнить. Ей…

Снова пауза, по которой отчетливо видно, как нелегко ему дается каждое слово, но Ольга права. Разобраться надо. И вроде сам не дурак, но…

– Ей показалось, что Майя ведет себя… двусмысленно.

– Стоп. – Мрачно прищурившись, потому что тоже умела чуять и слышать недосказанности, Ольга потребовала ясности: – Что именно вы делали? Кто и где в этот момент находился?

На скулах Архангела четче обозначились желваки, но он всё-таки ответил:

– Мы сидели на диване. Она у меня на коленях спиной ко мне. Мои руки были у неё на бёдрах.

– Серьезно? – Ольга выразительно и с отчетливо показным сарказмом округлила глаза. – А что, это сейчас именно так лечат, да?