Текст книги "Регенерат (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 22

Так как двери у нас пока не закрывались, чтобы рабочим, красящим фасад, было удобно ходить туда-сюда, то я ловко юркнула внутрь, быстро-быстро добежала до своей комнаты, практически никем не замеченная, для верности заперлась и так же быстро переоделась, с сожалением отправив безвозвратно испорченное платье в пакет, чтобы выбросить чуть позже.

Уже в чистой одежде я сходила в ванную и хорошенько вымылась, удаляя с кожи засохшую слизь и прочие грязные разводы, оставленные жидкостью из тел пауков, а когда вышла, то была чиста и свежа, как майская роза, и ничто более не напоминало о том, что я вытворяла буквально час назад.

– Полина!

Стоило мне войти на кухню, откуда призывно пахло выпечкой, как на меня налетела Уля и буквально взяла за грудки.

– Что это было?!

– Тараканы, – произнесла я с самым что ни на есть честным лицом. – Представляешь? Откуда-то вылезла целая орда мерзких тараканов размером с крысу. Не волнуйся, мы с Димой вызвали соответствующую службу и те разобрались с ними в два счета.

– Тараканы? – растерялась Уля и взглянула на меня с откровенным недоверием. – А почему это было опасно?

– А ты в курсе, что тараканы умеют кусаться? – ответила вопросом на вопрос. – А теперь представь, что тебя укусил во-о-от такенный таракан. И заразил как минимум холерой. Представила?

– Пожалуй… – Уля нервно сглотнула, – не буду. А откуда они такие большие появились?

– Из канализации, полагаю, – я небрежно пожала плечами. – Не волнуйся, специалисты разберутся. Кстати, как у нас дела с наймом горничной? Завтра к обеду ждем клиентов. У нас всё готово к их заселению?

Ловко переключив Улю на гораздо более важное дело, я вместе с ней прошлась по готовым комнатам, полюбовалась на безупречный ремонт, не забыла заглянуть в санузлы, и охотно посидела на диване в зоне отдыха. В это помещение, которое прежде было светской гостиной для приемов умеренно большого количества гостей (до тридцати), можно было попасть с разных сторон. Одна дверь располагалась в холле рядом с лестницей, а вторая в другом конце помещения – там располагался коридор с остальными четырьмя комнатами. В итоге она получалась достаточно удобной, проходной и под новую задумку подходила просто идеально.

Помимо этого мы обсудили необходимость в собеседованиях, которые Ульяна назначила трем соискательницам на завтрашнее утро. Горничная нам пока требовалась одна, но точно не первая попавшаяся.

День уже близился к вечеру, когда мне позвонил Вадим и сообщил, что может перевести на мой счет доход от зачистки первого разлома, а ещё хочет расплатиться за первый слиток золота, причем может как наличкой, так и безналом. Подумав, решила, что безналом мне будет удобнее, и Вадим не стал возражать, так что буквально через десять секунд на мой счет поступил сначала один банковский перевод в размере почти полутора миллиона рублей за кристаллы, а затем на неполные два миллиона за золото.

После ужина я, поднявшись в кабинет, проверила почту рода и уже далеко не в первый раз пробежалась глазами по списку кредиторов, раздумывая над тем, что можно уже расплатиться со всеми и перевернуть эту не самую приятную для нас страницу, а затем прикинула наши шансы погасить залог по дому. Сумма в десять миллионов уже не казалась мне неподъемной.

Понятно, что прямо сейчас у меня таких денег ещё нет и большую часть средств уже сожрал ремонт (и ещё сожрет, зараза!), но если подумать, то всё решаемо. Главное, не теряться!

И я, достав из сумочки стальные энергетические ядра, аккуратно разложила их перед собой стройным рядком, а последний сжала в ладони.

И снова ком в груди, снова резь в желудке и почему-то боль под ногтями. После пятого заныли зубы, после седьмого – все кости разом, после восьмого пошла носом кровь, причем со стальным отливом, так что пришлось поумерить пыл и взять перерыв, но, так или иначе, я впитала все одиннадцать магических ядер, а когда неприятные ощущения сошли на нет, то почувствовала просто непередаваемый прилив сил и желание перевернуть мир как минимум трижды.

Вот это да! А это опаснее, чем я думала. Ощущение небывалой мощи пьянило и я, развалившись в кресле с видом победительницы по жизни, прикрыла глаза и насладилась этим в полной мере.

Отпускать начало где-то через час-полтора, но даже к полуночи я ощущала дикое желание куда-то бежать и что-то делать, так что просто взяла из своей комнаты шпагу, вернулась наверх и начала отрабатывать связки, которым меня учил предок.

Он, кстати, до сих пор домой не вернулся, но я почти не беспокоилась. Не маленький, чай.

Часам к трем ночи я, наконец, начала ощущать легкую усталость, так что с удовольствием приняла душ в новой душевой кабине, заодно рассмотрев себя во всей красе и капельку ужаснувшись совершенно ненужным мне изменениям.

Так глаза мои стали из голубых серо-стальными, ногти тоже выглядели, словно покрытые металлическим лаком, поблекли волосы, в их русом цвете появился стальной отблеск, но хуже всего выглядели зубы.

Тоже стальными!

Подозреваю, костям скелета тоже досталось, но это я проверять не стала.

Не представляя, как быть (и спросить-то не у кого!), я ушла к себе в спальню, легла в кровать, но не спать, а третировать телефон и интернет наводящими вопросами. Что делать, если магия металла вышла из-под контроля? Что делать, если она проявилась ни с того ни с сего? Что вообще делать, если ты стал металлическим?

К счастью, интернет подсказал мне ряд простейших решений. Для начала медитацию. Любая магия – это прежде всего твоя энергия. Именно ты её хозяин и властитель, а не она захватчик твоего тела. И именно тебе решать, как она будет проявляться.

В случае, если медитация не помогает, следовало обратиться в специальное учреждение, где работают наставники и даже лекари, специализирующиеся на неконтролируемых магических всплесках.

Ну а если случай совсем запущенный и это становится угрозой для мага и окружающих, то производится принудительная блокировка дара.

Навсегда.

Последнее мне, само собой, не подходило и я, прекрасно умея медитировать, ведь именно так в своё время осваивала и усиливала свой дар регенерации, погрузилась в изучение своего прекрасного внутреннего мира.

Удивительно, но с последнего раза, как я это делала, он довольно серьезно изменился и первым, что я увидела, это собственное магическое ядро, выросшее примерно на треть. Когда семь лет назад в больнице обнаружили мой дар и комиссия, меня обследовавшая, зафиксировала одиннадцатый уровень (минимальный был двенадцатым), окружающие наивно думали, что это мой максимум, а я не спешила их разочаровывать.

Тогда моё ядро было в три раза меньше.

Сейчас, думаю, я могла бы с легкостью подтвердить как минимум седьмой, а то и шестой уровень дара. Но зачем? Мне и так неплохо.

Но больше всего любопытен не рост, а вот эти огненно-стальные разводы… Во-первых, красиво. Во-вторых, четкий намек на освоение новых, ранее неподвластных мне энергий. Точнее, не освоение… А пока приобретение. Да, так будет точнее.

Осваивать я их ещё только буду и точно не сейчас. Сейчас мне нужно вернуть себе тот облик, к которому привыкли окружающие. Убрать из внешности лишнее. Надежно спрятать это в тайник своей души. Да, вот так… вот так.

Дело это было не быстрое, скрупулезное, и даже достаточно выматывающее, так что, уснув только под утро, но уже с голубыми глазами и не стальными зубами (на ногти сил не хватило, да и крепкий маникюр не помешает), я умудрилась проспать до десяти и проспала бы дольше, но меня разбудила Ульяна.

– Ты не заболела? – уточнила она обеспокоенно и тут же предположила, причем абсолютно серьезно: – Или тебя таракан укусил?

Рассмеявшись, помотала головой и честно призналась:

– Всё в порядке, Уленька. Просто легла поздно. Не волнуйся, сейчас встану.

– Хорошо, давай. А то там уже соискательницы начали подходить.

В итоге пришлось вставать быстро, умываться-одеваться ещё быстрее и, обойдясь без завтрака, идти общаться с людьми. Как мы и договаривались, переодевшийся в новую ливрею приосанившийся Прохор пока пригласил их только в холл, а в большую гостиную Уля звала женщин по очереди.

Первая была совсем молоденькой, без опыта, зато с гонором и я отказала ей сразу. Зачем мне такая, которая собирается крутить задницей, а не работать руками? И да, это было видно.

Вторая оказалась женщиной лет двадцати пяти. Опыт у неё был, работала в семье барона Преснина горничной более пяти лет, но полтора года назад её уволили без выходного пособия и с тех пор она не может толком найти работу. Почему?

Потому что родила сына и сейчас ему всего годик. В садик таких малышей ещё не берут, как и женщину на постоянную работу, и в итоге Алевтине приходится перебиваться вечерними и ночными заработками уборщицей по ресторанам и прочим не самым надежным местам. С ребенком в это время находится её мама, ведь малыш в это время уже спит.

Ага…

Ну в принципе, опыт женщины мне понравился, как и желание работать даже в не самых благоприятных условиях. На внешность она была приятная, но видно, что жутко устает, ведь ночная работа не отменяет того, что днем на ней ребенок. И всё же она не отдала его в детдом и даже интернат, чтобы облегчить жизнь прежде всего себе. Молодец.

Третья женщина была ещё немного постарше, с достойным опытом и вроде как желанием работать. Она ответила на все мои вопросы грамотно и со знанием дела, но я, присмотревшись к ней внимательно, а ещё к её ауре и организму в целом, задала ещё один вопрос:

– Пьете, Марина?

Глаза женщины нервно забегали и она замотала головой, но я видела, что она лжет.

И спросила ещё:

– Наверное, ещё и подворовываете?

В этот момент её щеки пошли алыми пятнами, быстрее всего выдавая правду, так что она даже не стала ждать завершение собеседования, а подскочила с кресла и умчалась прочь.

Вот и хорошо, что сама всё поняла.

– Тц, невезение какое, – расстроилась Уля. – Я так надеялась, что подойдет хотя бы одна.

– А почему ты думаешь, что ни одна не подошла? – удивилась я. – Мне вполне понравилась Алевтина.

– Но у нее ребенок…

– И у тебя ребенок, – возразила я ей и Уля отчетливо смутилась. – И почему-то я уверена, что ей малыш не помешает. Или ты против детей?

– Нет-нет. – Ульяна даже помахала рукой и взглянула на меня сердито. – Ну что ты такое говоришь, Полина? Просто я… Ладно, поступай, как знаешь. Я не против, но у нас ремонт, да и люди посторонние скоро появятся. Я за ребенка переживаю.

– Уверена, всё будет хорошо. Пригласи женщину ещё раз.

Так как первой я сразу четко сказала, что она нам не подходит, а третья женщина ушла сама, то в холле оставалась только Алевтина и спустя несколько секунд Ульяна вошла вместе с ней. Я снова прошлась по самым главным моментам должностных обязанностей горничной, на которые Аля ответила вполне уверенно, под конец заверив меня, что готова делать так, как сочту нужным именно я, если вдруг понадобится что-то ещё, а потом я спросила:

– Алевтина, а где отец ребенка?

Вот тут женщина впервые отвела взгляд, стиснула пальцы, но всё же ответила:

– Я родила его от женатого, ваше сиятельство. Он не знает о ребенке.

– Даже так? – удивилась. – То есть алименты ты не получаешь?

Алевтина почему-то зло рассмеялась и помотала головой.

А вот это уже странно…

– Это барон?

Женщина напряглась и не ответила, но я уже и так понимала, что угадала. Нда…

– Впрочем, неважно, – заявила я с решимостью, ведь для меня это было именно так. – Ты принята. Испытательный срок – месяц. Как и обещала, работа с проживанием, ребенок не помеха. Но за его безопасность отвечаешь сама. Работать можешь в любое удобное для себя время, но учитывай распорядок дня клиентов, чтобы не мешать прежде всего им. Сейчас на тебе уборка всего правого крыла, это прежде всего спальни, санузлы и вот эта гостиная. Влажная уборка спален и санузлов – раз в день, гостиная – раз в два дня. Смена полотенец – раз в три дня. Смена постельного белья – раз в две недели или по просьбе клиента. Шторы и окна – раз в полгода. Посуда и бытовой мусор – по мере появления. Комната со стиральной машинкой и гладильной доской для клиентов у нас отдельная. Питание за мой счет, в том числе на ребенка, но это касается лишь общего стола. Если ему нужны детские каши или что-то другое – покупай сама, я в этом не разбираюсь. Всё, кажется? Да, точно, трудовой договор мы заключим, насчет этого не волнуйся. На время испытательного срока – оплата минимальная, двадцать пять тысяч. Если сработаемся, подниму до сорока. Трудоустройство будет официальным, с отчислением налогов и стажем. Первый рабочий день – сегодня. Согласна?

– Согласна! – выпалила Алевтина, едва меня дослушав. – Когда я могу переехать?

Ну-у…

– Ульяна, покажешь Алевтине комнату? Я пока подготовлю договор. Как закончите, поднимитесь ко мне в кабинет.

– Хорошо.

Благодаря тому, что в левом крыле хватало небольших комнатушек, где раньше жили именно слуги, а Ульяна помимо поиска прислуги подготовила и одну из них под проживание, вместе с Дарьей постелив на пока ещё старый пол линолеум и поклеив простенькие обои, то нам было куда заселить новую горничную уже сегодня.

Да, не хоромы, комната, как впрочем и всё левое крыло, требовала серьезного ремонта, который начнется уже на днях, но, уверена, Уля об этом скажет. Да и сама Алевтина не выглядела женщиной, которая будет воротить нос от вполне сносных условий.

Так и вышло. Не прошло и десяти минут, как они обе поднялись ко мне и Аля выглядела настолько счастливой, что было даже немного неловко. Да уж… Работа, скажем честно, не предел мечтаний многих. Но кому-то и такое за счастье.

В общем, мы подписали трудовой договор (над его содержанием тоже хорошо потрудилась Уля, причем еще вчера), и я выдала Алевтине небольшой аванс, чтобы было на что переезжать. Всё-таки вряд ли она явится к нам с одним ребенком на руках. Наверняка будет хотя бы два три пакета с вещами, ну или коробки. И кроватка детская. А это как минимум машина, чтобы всё перевезти.

С этим делом мы разобрались ко всеобщему удовольствию, а затем ко мне поднялся взволнованный Прохор, сообщая, что прибыли постояльцы.

И я почему-то тоже ощутила совершенно неуместное волнение. Да что ж такое-то?!

Решив пока не звать их в свой кабинет, а посмотреть, кто вообще подошел, я сама спустилась вниз, немного сердясь на себя за то, что одета в первое попавшееся (джинсы и футболку). Хотя какая разница, во что я одета?

Они сюда пришли жить, а не на меня смотреть! Верно?

Ещё спускаясь по лестнице, я увидела, как непривычно оживленно у нас в холле. Мало того, что там сновали рабочие, так ещё и “Витязи” стояли полным составом, причем не пятеро, а шестеро, вместе со своим водителем. И пускай сегодня я впервые видела их всех без доспехов, они от этого не казались мельче и безопаснее.

Громилы один к одному!

Ещё и с багажом…

– Всем здравствуйте, – произнесла я громко, привлекая к себе внимание, и до этого оживленно беседующие между собой мужчины обернулись на меня. – Позвольте представиться: графиня Ржевская Полина Дмитриевна, хозяйка особняка.

На лицах большинства появились ироничные улыбки, ведь мужчины и так знали, как меня зовут. Единственным, кто не улыбался, был Стужев. Он изначально стоял ко мне лицом и ближе к входной двери, наблюдая за моим спуском с мрачным прищуром, но я из принципа не собиралась смотреть только на него, предпочтя уделить внимание остальным. Тем более они тоже начали представляться:

– Савелий, – широко улыбнулся мне шрамированный Док.

– Айдар, – лукаво прищурился и без того узкоглазый черноволосый мужчина. То ли татарин, то ли бурят.

– Борис, – назвался уже знакомый мне водитель и вроде как связной группы.

– Олег, – вежливо кивнул немного долговязый русоволосый симпатяга.

– Денис, – представился следующий боец – самый молодой из мужчин, от силы лет двадцати пяти с очаровательными ямочками на щеках, солнечной рыжиной в волосах и лукавыми зелеными глазами.

Не знаю зачем, но я перевела взгляд дальше, на последнего “Витязя”, который хранил суровое молчание, но как только наши глаза встретились, он беззвучно хмыкнул, отлип от стены и произнёс:

– Егор Стужев, командир отряда. Покажите нам комнаты, пожалуйста, ваше сиятельство.

Ага… То есть вот так, да? Тем лучше.

– Конечно, – улыбнулась той самой официальной улыбкой, которая ничего не значила. – Можете пока оставить свои вещи тут. Идемте, выберете себе спальни. Всего их четыре, а вот тут у нас два санузла, можете пользоваться обоими…

Проведя их по коридору и открыв двери в каждую из комнат, под конец я привела мужчин в большую гостиную и объявила:

– Это тоже помещение для постояльцев. Своего рода столовая и общая гостиная. Дарья будет готовить на всех на кухне в левом крыле и только потом привозить уже готовую еду сюда, ей так удобнее. Завтрак в восемь, обед в час, полдник в четыре, ужин в семь. Этот кухонный уголок в вашем полном распоряжении на случай, если вдруг захотите приготовить что-нибудь сами помимо основных приемов пищи. Здесь будет вывешиваться меню на сегодня-завтра, свои пожелания можете оставлять тут же, – я указала на магнитный стенд, где уже висело два листочка, заполненных каллиграфическим почерком Ульяны. – По всем вопросам касательно проживания обращаться ко мне или моей помощнице Ульяне. В комнатах будет ежедневно прибираться горничная Алевтина: сухая и влажная уборка, стирка полотенец и постельного на ней. Об удобном времени договоритесь лично. Свою одежду стираете сами, под прачечную у нас есть отдельная комната.

Сказав основное, перешла к главному.

– Оплату прошу произвести за неделю вперед и так каждую неделю. Просрочка недопустима. Если съедете раньше, чем закончится оплаченый период, предоплата возвращена не будет. Договор аренды подпишем с каждым индивидуально, они будут храниться у меня и продляться по умолчанию.

Убедившись, что и тут возражений ни у кого нет, сурово добавила:

– Не дебоширить, детей не пугать, шлюх не водить, к женщинам, проживающим в доме, не приставать. В случае нарушения этих нехитрых правил договор будет расторгнут в одностороннем порядке. С этим, надеюсь, тоже всё понятно?

– А можно вопрос! – поднял руку Денис, заранее улыбаясь, причем я видела – иронично. – А не шлюх водить можно?

– Конечно, – ответила ему спокойно. – Если у вас появится порядочная девушка, я не буду этому препятствовать. Вы все молодые, здоровые мужчины, и я прекрасно понимаю, что секс – неотъемлемая составляющая жизни. И не собираюсь вам его запрещать. Главное условие проживания – ваша личная интимная жизнь не должна становиться достоянием общественности и мешать остальным.

Денис почему-то смутился и начал чесать нос, пряча за ладонью выражение своего лица.

Остальные понятливо поухмылялись, а Стужев подытожил:

– Нас всё устраивает, ваше сиятельство. Когда можно будет ознакомиться с договором и кому вносить предоплату? Удобнее наличными или банковский перевод?

– Не принципиально. Заселяйтесь и подходите в мой кабинет по одному, он на втором этаже.

Убедившись, что возражений нет и всем всё ясно, я вышла из гостиной через дверь, которая вела в холл, мужчины тоже потянулись за мной, чтобы забрать сумки, но я следить за ними не стала – сразу ушла наверх.

Глава 23

А там меня уже ждал Ржевский.

– А ты горазд гулять, – покачала я головой. – Где проветривался на этот раз?

– Не проветривался, а добывал информацию, внуча, – многозначительно поднял палец поручик, вальяжно развалившийся в кресле для посетителей.

– Добыл?

– Добыл, – усмехнулся он, пытливо щурясь. – А ты чего не в настроении?

– Не обращай внимания, – отмахнулась, сердясь на себя за то, что это так сильно видно. – Рассказывай.

– Разлом был третьего уровня, – удивил меня поручик. – Зачищали его часов пять, тварей было под тысячу и матка, засевшая в глубокой пещере. При этом мелких тварей отряд забрал с собой целиком всех до единой, как я понял, их панцири тоже очень ценные, как и ядовитая секреция. При этом Док не сказал своим, что ты выковыривала из пауков ядра, но им и без этого было что обсудить на твой счет, краса моя.

– Что? – озадачилась я.

– Твою способность появляться рядом с разломами в момент открытия. А ещё чуять их, – невероятно серьезно произнёс гусар. – Если я всё правильно понял, колебания пространства в момент возникновения разломов ощущают лишь менталисты, интуиты и мультистихийники. Причем заметь, последний всплеск Ульяна не ощутила, хотя вроде как интуит. А вот тебя ощутимо корежило. И я совершенно не понимаю, почему!

– Я тоже, – нахмурилась и всмотрелась в призрака. – А может это из-за нашей с тобой связи? Что она вообще из себя представляет?

– А хрен его знает, – всплеснул руками Ржевский. – Кстати, за вчерашний разлом, если не обманут, тебе полагается не меньше двух-трех миллионов, так и знай. И это только за обнаружение.

– Да уж, – хмыкнула. – Если так пойдет и дальше, я перестану успевать тратить.

– Сплюнь.

Шутливо поплевав через плечо, снова взглянула на призрака и не удержалась от нового вопроса:

– А ночью ты где был? Только не говори, что всю ночь следил за отрядом.

– Полина, – гусар выразительно закатил глаза. – Ты за кого меня принимаешь? Конечно, нет. В борделе я был, не волнуйся. Имею я право хоть иногда отдыхать?

– Конечно-конечно, – заверила я его со смехом и не удержалась от вопроса: – Слушай, а как ты… ну это…

– Стоп! – Ржевский резко поднял палец. – Я не буду с тобой это обсуждать. Гусары о таком не сплетничают.

– Ой, да и ладно! – Я сделала вид, что обиделась. – Не очень-то и интересно. Кстати, у нас новая горничная и постояльцы. Угадай, кто?

– Кто?

– “Витязи”! – обрадовала его с гнусным смешком.

– Нахрена? – опешил призрак.

Ха! Так я и знала, что именно так и отреагирует!

– А что не так? – усмехнулась. – Платить будут хорошо, плюс защита от всяких там Абашидзе и бонусом мгновенное прибытие на место разлома, если он снова откроется в доме. Сплошная выгода!

– О, ну если только так… – Подумав, Ржевский кивнул. – Ладно, согласен. Неплохой ход. А кто у нас горничная? Хорошенькая? Молоденькая?

– Дима… – я закатила глаза. – Ты неисправим. Женщину зовут Алевтина, ей двадцать шесть. Есть маленький ребенок и личная трагедия.

– Какая? – нахмурился поручик.

– Подробности не знаю, но отец ребенка – бывший работодатель. Женат. Алименты не платит и, как я поняла, даже не знает о ребенке. Либо отказался признавать. Я в личное не лезла.

– Да уж, – криво усмехнулся поручик. – Вот мужчины пошли… Я в своё время, кстати, наследника произвел в браке. Графский титул тоже был пожалован именно мне за заслуги перед отечеством, как и орден мужества первой степени. Как и куча других наград, сама оцени.

Он качнул головой на портрет, где на нарисованном мундире красовалось не меньше десятка медалей.

– Эх, славно было время… – с ностальгией протянул он, но развить мысль не успел.

В дверь коротко стукнули и почти сразу вошли, не дожидаясь моего разрешения. Ржевский, увидев, кого принесло, смачно чертыхнулся и рыбкой нырнул в ближайшую стену, даже не вставая с кресла.

Ну а Стужев (это оказался именно он), дернув головой в сторону кресла и пару секунд то ли изучающий его, то ли принюхивающися, на третьей секунде посмотрел на меня и хмуро произнёс:

– У тебя в доме шалит полтергейст. В курсе?

– Не полтергейст, а поручик, – поправила мужчину, не видя смысла скрывать то, что знали остальные домочадцы. Ещё не все, но… Многие. – Дмитрий Иванович Ржевский, поручик Ахтырского гусарского полка, легендарный и единственный в своём роде.

Я махнула рукой на портрет и Стужев подошел к нему, внимательно разглядывая.

Из книжного шкафа высунулась голова гусара и он недовольно прошипел:

– Полина, зачем ты ему сказала?

– Затем, чтобы не делал глупостей, – пожала я плечами. – Ты у меня один и я не хочу тебя потерять из-за чужого чрезмерного рвения.

– О, ну если так…

– Что? – удивился Стужев, оборачиваясь ко мне.

– Это я не вам, Егор Романович, – произнесла я тоном, дающим понять, что между нами исключительно деловые отношения и ничего более. – В моем доме помимо живых домочадцев проживает и призрак первого графа. Прошу это учесть и не мешать ему исполнять свой долг.

Слегка приподняв брови, словно мои слова его удивили, Стужев пару секунд ждал новых откровений, но не дождался, и спросил:

– И каков же его долг?

– Защита потомков, – произнесла я уверенно. – Это именно он сообщил мне о первых двух разломах, появившихся в доме.

Коротко хмыкнув, словно я сказала чушь, следующим вопросом Стужев серьезно пошатнул мою уверенность:

– А ты не думала, что именно его присутствие провоцирует возникновение разломов? Призраки как ничто другое дестабилизируют пространство, нарушая естественный фон.

– Чушь! – выпалила практически сразу. – Ему более двух сотен лет. Если бы это было так, на месте дома находилось бы сотни разломов.

– Как скажешь, – криво усмехнулся Стужев на удивление не став спорить, хотя я видела – он остался при своём мнении. – Так что там насчет договора? Я выбираю третью комнату. Буду жить там один, так что вторую кровать можете убрать, нам она не понадобится. Док выбрал четвертую, но кровать можно оставить на случай, если появятся раненые, чтобы он смог оказать помощь. Кстати, если кто заболеет – обращайтесь, он любит лечить. Своих бесплатно. – Он загадочно усмехнулся, но я кивнула, давая понять, что не увидела лишнего подтекста, хотя и задумалась над его наличием. – Жук с Ханом выбрали первую комнату, а Щен с Молчуном – вторую.

Я снова кивнула, решив пока не спрашивать, кто из мужчин Хан, а кто Молчун, решив, что разберусь сама.

– Я заметил, комнаты запираются. Ключи у тебя?

И снова он нагло позволил себе фамильярность, которая уже начала меня коробить, потому что я себе подобного позволять не собиралась. В самом деле, мы всё выяснили! И остались при своих. Так почему он нагло делает вид, что нет?

– Да, я выдам их после подписания договора и оплаты за первую неделю, – произнесла спокойно. – По одному ключу в руки. Второй будет у горничной, третий у меня на экстренный случай. В случае утери – обращайтесь сразу, выдам запасной.

– Разумно. Ладно, где договор?

– Ваш паспорт, пожалуйста.

Стужев передал мне документ и прошел к креслу, где устроился со всем комфортом, а я, открыв нужный документ на ноутбуке, внесла в него последние правки, затем отправила два экземпляра на печать и протянула один мужчине.

“Витязь” пробежался по нему взглядом, явно читая через строчку, после чего поставил в обоих размашистую подпись и достал телефон, поясняя:

– Хочу оплатить переводом сразу за месяц. Это ведь возможно?

И глянул с непонятным мне вызовом.

Коротко усмехнувшись, кивнула и продиктовала ему свой номер телефона, к которому был привязан банковский счет. Семь секунд – и на мой телефон пришло уведомление о пополнении средств на шестьдесят тысяч. Приятно…

Только после этого я подписала документ со своей стороны, вручила один экземпляр Стужеву, к нему приложила новенький ключик с биркой “3” и сообщила:

– Входную дверь особняка будут менять завтра и я выдам новые ключи каждому. На ночь мы двери запираем, имейте в виду.

– Ясно.

На миг мне показалось, что Стужев колеблется, словно хочет что-то сказать, но нет. Он лишь кивнул и вышел, а пять секунд спустя вошел новый посетитель, который не так давно представился Олегом.

Несмотря на крупные габариты, это был приятный, даже отчасти интеллигентный мужчина, в котором я без труда опознала сильного мага водной стихии. Не “ультра”, но как минимум третий-четвертый ранг, что тоже весьма достойно уважения.

Не став сходу задавать лишних вопросов, я лишь попросила паспорт и номер комнаты, уточнила каким способом будет произведена оплата, а сама уже вносила в договор фамилию клиента “Жуков” и вопросы отпали сами собой. Сто процентов, его позывной “Жук”.

Олег заплатил наличными за неделю и получил у меня ключик и информацию о замене входной двери, после чего ушел, но не успел закрыть дверь, как вошел следующий “Витязь”.

На этот раз Айдар.

Судя по паспорту, его звали Санжиев Айдар Арсаланович, национальность – монгол. Позволив себе несколько чуть более пристальных взглядов, чуть прежде, опознала в нем одаренного металла, причем тоже высокого ранга.

И не удержалась от вопроса:

– А какой у вас позывной?

– Хан, ваше сиятельство, – расплылся Айдар в добродушной улыбке, не став ничего спрашивать в ответ, за что я была особенно благодарна.

Следующим посетителем был Борис Тимирязев, не ставший скрывать того, что он Молчун, чем вызвал у меня легкий когнитивный диссонанс, а когда я спросила: “почему так?”. То спокойно ответил:

– Это способ от противного. Я отвечаю за связь и транспорт в группе.

Ничего не поняла, но кивнула.

После водителя зашел улыбчивый Денис Макаров, который одним своим видом заряжал позитивом, и пускай я понимала, что “Щен” звучит как-то немного… пренебрежительно (по крайней мере в моём понимании), всё равно спросила:

– А почему “Щен”?

– Потому что самый молодой и нетерпеливый, – рассмеялся “Витязь”, даже не думая обижаться. – Я ж огненный, у нас это в крови. Да вы не волнуйтесь, я привык. Для любого бойца огромная честь и удача попасть именно к “Витязям” и заслужить от командира собственный позывной. Кэп у нас суровый, но справедливый, за своих горой. Я с мужиками уже третий год служу и ни разу такого не было, чтобы кто-то оказался смертельно ранен или того хуже – погиб. А это, поверьте мне, показатель.

И так посмотрел, что сразу стало ясно: за маской легкомысленного весельчака скрывается действительно умный и опытный боец.

– Искренне за вас рада, – кивнула ему и, получив деньги переводом, вручила мужчине ключ.

Последним, причем уверена, не просто так, в кабинет вошел Савелий. С интересом осмотрелся, одобрительно покивал, сам вручил мне паспорт и деньги, затем с ироничной улыбочкой презентовал новенькую кочергу (я с не менее ироничной улыбкой смешливо фыркнула, положив презент на край стола), и присел в кресло, ожидая, когда я впишу его данные в договор.

Елизаров Савелий Палыч, сорок восемь лет… Хм, а выглядит младше.

Впрочем, неудивительно. С его-то даром!

– А почему шрам не свели? – полюбопытствовала я, уже распечатывая договор.

Ну да, не особо тактично, но какие секреты от коллег, верно?

– Так я ж не регенерат, – беззлобно усмехнулся мужчина. – Да и времени с момента получения прошло много, пока помощь подоспела. Хорошо, что без глаза не остался, была угроза. Но что мы всё обо мне, да обо мне, Полиночка? Давайте о вас!

– А у меня всё хорошо, – рассмеялась я. – Ну, разве что до сих пор пребываю в неизвестности, положено ли мне хоть что-то за обнаружение вчерашнего разлома. Что скажете? Кто у вас, кстати, отвечает за финансовую сторону этого вопроса?