Текст книги "Попаданка. Отвергнутая жена (СИ)"

Автор книги: Елена Белильщикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Конечно, я слегка приукрасила свои достижения. Потому что работала я только с парой садов. Сначала со своим наследством от родителей. Это тогда, впервые использовав магию, я возродила сад за один раз. А после энергии было уже меньше, приходилось использовать ее более порционно. После того, как я вернулась к Филиппу обратно в семью, больше я за магию растений почти не бралась. Так, несколько раз баловалась с ней уже в нашем саду.

Но на одеяле копошились мои дети, денег, которые я забрала из дома, надолго не хватит. Нужно снимать комнату или домик, покупать продукты… нет, мне определенно нужно возрождать свой собственный бизнес! И расширять свои масштабы работы.

– А покажи, что ты умеешь, девочка, – лукаво прищурилась Агния.

Она потянулась к большому цветочному горшку, стоящему на подоконнике. В горшке стояло хилое зеленое растение с осыпающимися листиками. Похоже, что оно было на последнем издыхании.

– Есть у меня мечта одна, Элион, – протянула старушка, пока я смотрела на растение в горшке. – Хочу возродить мой сад. Им Уилл всегда занимался. Любил его очень. А после его смерти я стара да слаба стала. Сад захирел. Денег у меня много, разных садовников вызывала. Даже королевский садовник у меня побывал! Но только проклятье будто легло на мою землю после смерти Уилла. Ничего не растет, хоть ты тресни! Если ты, девочка, и вправду маг и не обманываешь меня, то щедро заплачу я тебе за услугу.

– Только дело это не быстрое, – предупредила я, осторожно касаясь листика растения, что сиротливо стояло в горшке. – Я не волшебница, щелчком пальцев сад возродить не смогу. Мне нужно подход к каждому растению искать.

– Все, как ты пожелаешь, Элион, – махнула рукой Агния, сидя на моей постели. – Не поскуплюсь в награде, если получится у тебя возродить мой сад. Но прежде…

Она строго указала на цветок в горшке. Я втянула в себя воздух и прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Нащупать нежные ниточки, пронизывающие растение. Те невидимые ниточки, что питали в нем жизнь.

– Получилось! – радостно воскликнула старушка.

Я открыла глаза, просияв от удовольствия. На моих руках растение вытянулось, расправило веточки, и даже листья обрели особый, нежно-зеленый оттенок. Я на радостях хотела встать, пройтись по комнате, но меня снова охватила дурнота. Голова закружилась, и я ухватилась за плечо Агнии, чтобы не упасть на подушки.

– Что со мной? – в страхе прошептала я, глядя на старушку.

На этот раз моя дурнота прошла быстрее. Да и сознание я не теряла. Агния нахмурилась и цепко ухватила меня за запястье, будто бы считая пульс. Ее глаза едва заметно засветились от магии.

– Я же лекарка в прошлом, я говорила. Больна ты, девочка, – проговорила старушка, а я задрожала от ее мрачного голоса. – Скажи, а отец у детей есть? Вдруг что с тобой случится…

Агния не договорила. Меня охватил настоящий ужас. Что со мной?!

Глава 3

И тут я вспомнила свое состояние после того, как долго не использовала магию, а потом с непривычки тратила слишком много энергии. Было то же самое! Тошнота, головокружение, дрожь… Кажется, я и сознание теряла с непривычки!

– Со мной все в порядке.

Почти силой я вырвала из руки лекарки свою. И сжала губы. Может, Агния нарочно сказала за болезнь, чтобы вытурить меня из своего дома поскорее?

– Так бывает после долгого перерыва, когда не используешь свою магию. Со мной произошло именно это, – добавила я.

Насчет отца детей я нарочно промолчала. Род и титул Филиппа были слишком хорошо известны при дворе, чтобы раскрывать их этой старой аристократке. Еще побежит сдавать меня моему мужу! Я не собиралась возвращаться обратно, поджав хвостик. Хватит прощать Филиппа за все его грехи. Если он мне не верит, то значит, я не буду жить с ним. Все просто.

Когда мы с Агнией заговорили о деньгах, стало видно, что она не жадная скряга. И заплатит золотом. Поэтому я решила обнаглеть:

– Только… у меня есть условие. Если Вам не помешает присутствие моих детей и меня в Вашем особняке, я хотела бы остаться и жить у Вас. Потому что работа с садом – это, как Вы видите, сложный процесс. И если я буду приходить к Вам на пару часов в день, то сад я буду восстанавливать долго.

– Ну, что ты?! – засуетилась вокруг меня старушка, она даже принялась взбивать подушки, лишь бы уговорить меня сделать работу как можно скорее. – Нельзя тебе где-то жить. Посмотри, а если плохо станет? Упадешь в обморок, деточек напугаешь, кто них позаботиться? Оставайся, конечно, Элион! И малышам твоим я рада. Всегда мечтала внуков понянчить, да не довелось. Вот хоть ты с малышами своими мне на старости лет встретилась. Вижу, девочка ты хорошая. В беду попала. Помочь тебе хочу.

– Спасибо, Агния, – тихо и смущенно проговорила я, опустив взгляд.

Стало неловко, что я подозревала старую женщину в злом умысле. Агния встала с кровати и принесла мне малышей.

– Ты мне такую радость сделала. Цветок оживила. Пусть хоть он один, да память о Уилле, – старушка любовно прижала цветок к груди.

А я обняла своих детей, чувствуя себя в безопасности в этом старом особняке. Почему я посчитала это место заброшенным? Ума не приложу. Зато, может, хоть Филипп сюда не заявится! Не найдет меня и детей.

Я задрожала при одной только мысли об этом. Перед глазами у меня встал не Филипп. А его отец, Солар. Я вспомнила, как коварно он вел себя со мной там, на балу. Как соблазнил меня. Как я захотела признаться в своей ошибке, в том что поддалась Солару, сразу. А Филипп… не поверил мне. А Солару все равно! Я вспомнила его последние слова и нервно дернулась, будто стирая чужое прикосновение. Солар считал меня собственностью их семьи? Ошибается! Я смогу стать самостоятельной и счастливой без них. Род Филиппа принес мне только беды!

– Полежи, отдохни, Элион, – Агния мягко прикоснулась к моей макушке ладонью, погладив меня по голове.

Она заметила мое состояние. Я дрожала, как в лихорадке, а на моих ресницах застыли слезы.

– Я сварю тебе укрепляющий травяной отвар. Чтобы поправить твои силы. Я же говорю, я лекарка, так что сумею тебе помочь.

– Спасибо. Не нужно со мной так возиться, – покраснела я, чувствуя себя неловко от непрошеной заботы.

А еще от того, что все-таки не сумела удержать себя в руках. Ударилась в воспоминания. Нет, прошлого нет. Нужно запретить себе думать и о Филиппе, и о Соларе.

На какое-то время у меня это получилось. Малыши ворковали на моих руках, Агния принесла ароматный отвар, и меня после него начало клонить в сон. Слуги быстро принесли две деревянные колыбельки, непонятно откуда оказавшиеся у Агнии. Та сказала, что сняла их с чердака. Странно, может, у старушки все-таки были дети, но умерли? Я не стала задумываться об этом. Покормив детей, я уложила их спать неподалеку от себя. И сама провалилась в крепкий сон без сновидений.

Утро пришло раньше обычного. Дома мы с Филиппом любили поваляться в постели. Поспать подольше. Но хныканье Маркуса разбудило меня спозаранку. Я подошла к сыночку, покачала колыбель. Убедившись, что и он, и Нинель крепко спят, я решила выйти на несколько минут в сад. Чтобы без свидетелей посмотреть на фронт работ. Все-таки ожидания, которые возложила на меня Агния, были довольно большими. И я хотела их оправдать. У меня не было другого выхода. Если я не справлюсь с возрождением сада, то мигом окажусь на улице вместе с детьми. Без денег, ведь драгоценностей надолго не хватит. И тогда участь моя станет незавидной.

– Что ж, посмотрим…

Я вышла из дома, даже не переодевшись. Лишь набросила на тонкую белую ночную сорочку шаль, чтобы укутать плечи от утренней прохлады. Было слишком рано. Слуг еще не было видно. Я наклонилась над виноградной лозой, которая оплетала кованую скамейку, и вдруг услышала насмешливый мужской голос:

– Какая птичка залетела в наши края? Попалась!

Я и охнуть не успела, как сильные мужские руки обхватили меня со спины. И крепко стиснули мою талию, не выпуская из непрошеных объятий. Я заледенела от ужаса, даже не узнав сразу голос. Кто это? Филипп или… его отец, Солар?

***

– Отпустите меня! – Отчаянно закричала я. И забилась в чужих руках. Мое сердце стучало, как сумасшедшее. Два раза предательницей я не буду! Чужие руки послушно разжались, выпуская меня на свободу. И я, обернувшись, замахнулась пощечиной по обидчику. Им оказался молодой человек. Слишком молодой, как по мне. Лет девятнадцать, не больше. Смазливый, уверенный в себе, одетый как столичный франт, юноша напомнил мне белокурых херувимов с картин. Вот только фигура у него была совсем не пухлая. Юноша выглядел стройным и гибким, налитые мускулы навевали размышления о его силе, скрытой за природной хрупкостью. В других обстоятельствах я бы залюбовалась им, но сейчас лишь зашипела, как кошка:

– Руки убери!

– Ах, куколка! Почему ты такая красивая, но такая злая? Я хотел, чтобы мы оба получили удовольствие! – Надулся молодой человек, и для верности, отступил от меня на шаг. Наверное, берег личико? Чтобы я не бросилась на него, и вправду кошкой, и не расцарапала в кровь?

– Мы даже не знакомы. – Мое тяжелое дыхание могло бы посоперничать с дыханием бизона, бегущего на водопой. Молодой человек просиял и снова подскочил ко мне. К счастью, хотя бы руки он держал при себе. Не распускал их.

– Так это легко исправить! Меня Уилл зовут. А тебя?

– Элион. – Процедила я не самым ласковым тоном. – Познакомились? Вот и иди… куда шел, своей дорогой.

– А я сюда и шел. – Ослепительная улыбка осветила лицо Уилла. Он тряхнул волосами, рассыпая светлые кудряшки по своим плечам. Абсолютно, непробиваемо уверенный в своей привлекательности. – Я здесь работаю.

– Кем? Эскорт услуги? – Фыркнула вполголоса я, надеясь, что Уилл не станет расспрашивать значение этого слова. Попаданка с Земли во мне была еще жива. И иногда выдавала такие фортели.

– Нет. Садовником. – Уилл захлопал ресницами. Видимо, завис, пытаясь понять значение слова, произнесенного мной. Но постеснялся спрашивать.

– Ты как-то слишком богато одет, как для садовника. – Хмыкнула недоверчиво я. Уилл потупил хитрые глазки.

– О, поверьте мне, госпожа Элион, я очень скромный и честный человек. И предпочитаю купить наряд подороже, но один. Чтобы…

– Чтобы пускать пыль в глаза собеседникам. Все с тобой понятно. – Я покачала головой, не в силах сдержать улыбку. Сама не знаю, верила ли я этому странному юноше или нет? С другой стороны, зачем ему врать мне?

– Ну, мне пора. Рада знакомству с тобой, Уилл. – Кивнула я и подобрала подол, собираясь вернуться в дом. Уилл удивил меня. Он бросился ко мне и перехватил меня за руку. А потом заглянул мне в глаза, как преданный щенок. Я увидела в его глазах искорки обожания по отношению ко мне. И очень удивилась. Что за «влюбленность с первого взгляда»? Этот молодой человек младше меня лет на пять, не меньше!

– Подожди…те. – Уилл смешался, бедняга. Наверное, и вправду волновался? Я остановилась, спокойно глядя на него и приготовилась выслушать Уилла.

– Где ты живешь? Я хотел бы встретиться снова. – Было заметно, что он говорил с трудом, будто не привык так вести себя с девушками. Хм, что же с ним такое? Девушки обычно вешались ему на шею, а он занимался отбором? Или я и вправду чем-то зацепила Уилла.

– Живу я пока здесь. Мы договорились с хозяйкой этого особняка, что она предоставит мне работу. – Я не хотела говорить Уиллу, что скоро его услуги, как садовника, не понадобятся. К чему заранее пугать мальчика? Кроме того, он первый мужчина за последнее время, кто отнесся ко мне с теплотой. Мне не хотелось отталкивать его просто так, ни с чего.

– Но Уилл… – Я замялась, понимая, что если в дело вмешались романтические порывы со стороны этого влюбленного юноши, то я должна как минимум пресечь их на корню. – Уилл, я не смогу ходить с тобой на свидания, или что ты там задумал? Мое сердце не свободно, ясно? Поэтому на большее, чем просто дружба, с моей стороны не рассчитывай.

Уилл вспыхнул, как нашкодивший школьник, которого отчитали перед всем классом. И уже открыл рот, чтобы что-то сказать, как из особняка раздался голос Агнии:

– Элион, где ты? Иди сюда! – Обрадовавшись возможности сбежать, чтобы не продолжать неловкий разговор, я кивнула Уиллу на прощание и направилась в дом. А он бросился куда-то вглубь сада. Наверняка оплакивать свои душевные терзания? Я вздохнула. Ох, как хорошо быть молодым. Когда тебя волнует не то, как накормить двоих детей и где жить, чтобы спрятаться от идиота мужа. А романтические страдания по даме сердца, которой, к счастью, мне никогда не стать.

***

Агния дала мне некоторые указания, насчет сада. А потом отпустила наверх, чтобы я проинструктировала приходящую няню для малышей. И переоделась к завтраку. Я была благодарна Агнии, что старушка так заботилась о моих детях. Ведь я же не могла таскать малышей в сад, с собой, и простудить их. А сбрасывать их на одну только Агнию было бы скотством. Хозяйка дома приютила меня, дала мне работу, и была слишком стара, чтобы присматривать за малышами постоянно, пока я находилась бы в саду.

Надевая розовое платье, я подумала о Уилле. Интересно, откуда родом этот молодой человек? Он так красив… есть ли у него невеста или жена? Судя по тому, какой он повеса, нет у Уилла никого. Малыши расплакались. Няня опаздывала. Я пыталась успокоить их, но получалось у меня плохо. Не могло быть и речи, чтобы оставить Нинель и Маркуса без меня. И, плюнув на все правила приличия, я взяла детей и пошла на завтрак.

Глава 4

– Простите за опоздание. – Проговорила я, когда вошла в обеденный зал. Агния сразу же потянула руки к малышам и заворковала с ними. А потом обратила внимание на меня.

– О, ничего страшного. На завтраке будет присутствовать мой внук. Он зашел в гости без предупреждения и согласился остаться позавтракать. Я хотела бы вас познакомить. Дорогая, это Уилл. Уилл, это Элион, моя гостья. – Я подняла глаза и оцепенела. Воцарилось гробовое молчание. На меня смотрел своими наглыми зелеными глазами тот самый «так называемый садовник» Уилл. А Уилл… ошеломленно переводил взгляд с меня на бабушку, которая нянчилась с двумя детьми.

– Мы знакомы. – Бросил он шокированно, подходя ближе ко мне. – Элион, у тебя двое детей?!

– А ты – не садовник, а внук Агнии?! – Не менее изумленно и гневно проговорила я, глядя на Уилла.

Агния испуганно отступила от нас с Уиллом и на всякий случай прикрыла собой детей. Будто закрывая их от вражеских стрел воинов вражеского отряда. Наверное, мы с Уиллом так и выглядели, когда синхронно отодвинули стулья, обогнули стол и приблизились друг к другу. Я потирала ладонь, сверкая глазами. У меня так и чесались руки залепить пощечину Уиллу. У него, по всей видимости, тоже.

– Так, значит, простой садовник? – Ядовито протянула я, и дернула за лацкан дорогого камзола Уилла. У него хватило совести залиться краской. – За последние деньги купил, да?

– А что, мне нужно каждой первой встречной вываливать, что я – внук аристократки, наследник древнего рода, с титулом?! – Раздраженно прошипел Уилл. – На меня и так вешаются девушки!

– О, уверена не из-за денег. – Мой голос не утратил язвительности. – А из-за сногсшибательной внешности и природного обаяния. Да брось, Уилл, ты просто хотел подшутить надо мной, и только! Подумал, я, простушка, поведусь на твои сладкие сказочки? И прыгну к тебе в постель из-за большой и чистой любви, когда ты мне задуришь голову романтичными бреднями? А потом посмеешься надо мной и скажешь, что и не думал жениться, и что любовь прошла, завяли помидоры! Кстати, о помидорах, горе садовник, у меня для тебя новость. Это я – настоящий садовник, нанятый твоей бабушкой. И если я увижу твою наглую белобрысую голову завтра в саду, пеняй на себя.

– А что ты мне сделаешь? – Вдруг азартно блеснул глазами Уилл. Он, как истинное великовозрастное дитя, ждал, когда я перебешусь и закончу читать ему нотацию. И мы перейдем к более интересным занятиям. Например, поцелуемся? Ха-ха-ха. Черта с два я поддамся чарам этого белокурого очаровашки после того, как он меня обвел вокруг пальца.

– Припрягу помогать мне совершенно бесплатно. Будешь цветочки сажать. А попытаешься отлынивать – крапивой протяну. Понял? – Скроила я благочестивую мордашку и покосилась на Агнию. Вдруг она против, чтобы я нагружала работой ее белоручку – внука? Но нет, Агния хоть и молчала, в разговор не вмешивалась, но на ее лице было написано искреннее удовольствие от нашей пикировки с Уиллом.

«Этому мальчишке нужна твердая рука, чтобы он не лез в неприятности. И я ее ему предоставлю!» – Мысленно пообещала Агнии я, решив наставить ее внука на путь истинный.

– Договорились! – Блеск в глазах Уилла не убавился. Стал только ярче. А он сам приблизился ко мне на несколько шагов. Мне на мгновение стало страшно. Чертов юнец! Чего он добивается? Мы же будем с ним общаться полный рабочий день. А он будет клеить меня без перерыва, только и успевать надо отмахиваться от его приставаний. Чем я думала, когда брякнула вслух это «щедрое предложение»?

«Тем самым местом, на которое ты вечно находишь приключения, Элион!» – радостно возопил мой внутренний голос. Я тяжело вздохнула и перечить ему не стала. За последнее время, чего я только не повидала. И бизнес, связанный с садами и продажей яблок построила. И мужа построила, тьфу, перевоспитала. Труд сделал из обезьяны человека, а я – из Филиппа изменника – сделала честного человека. Ура мне, ура. Вот только Филипп далеко. А Уилл – близко. А изменница теперь – я.

– Нам надо отметить начало нашего совместного сотрудничества! – Радостно воскликнул Уилл и перехватил меня за талию. Закружил в шутливом танце. Я начала отбиваться от него. Забарабанила кулаками по его груди:

– Я не пью, у меня малышка на руках, забыл?

– А мы отметим это дело поцелуем! – Лукаво прищурился Уилл и замер в эффектной позе, потянувшись к моим губам. Но застыл, будто ожидая моего разрешения. Или, предчувствуя – что еще одно движение, и он получит по наглой смазливой мордашке.

– У меня ж двое детей. Ты мне тут скандал задолжал. И сцену ревности впридачу. – Ядовито протянула я, так же, как Уилл, застыв на середине комнаты, будто выполняла диковинную фигуру из какого-то танца. Умом я понимала – мне нужно вырваться из его объятий. И сбежать в свою комнату вместе с детьми. Нужно, нужно, но… Перед глазами стояло искаженное от ярости лицо Филиппа. Когда я пришла к нему в кабинет, в слезах, и рассказала правду. В отличие от меня, Филипп не был готов прощать мои ошибки.

– Я люблю детей. А за сцену ревности… Расплатишься поцелуем? – Шепнул искушающим бархатным тоном мне на ухо Уилл, прижав меня крепче к своему каменному прессу. У меня аж дыхание перехватило. Все-таки Уилл был красив. Хотя и повеса, но обаятелен до безумия. Его чарам сложно было противиться. Кажется я так подумала тогда и с Соларом? Тогда это было наваждение. А сейчас?

– Нет. – Я собрала в себе остатки силы воли и уперла ладони в широкую грудь Уилла, отталкивая его. – Я замужем, Уилл. Я серьезно. Я же сказала тебе сразу, еще там, в саду? Я не свободна.

– А я ответил тебе еще там, в саду. – Вдруг выдохнул громко и горячо Уилл, глядя мне в глаза, чуть прищурившись. – Мне плевать, Элион. Я отберу тебя у него. Не на одну ночь, а навсегда.

В зале воцарилось полнейшее, гробовое молчание. Отчего слова Уилла прозвучали как-то… так серьезно, что у меня от намерений этого молодого человека мурашки побежали по коже. Уилл не преминул воспользоваться моей слабостью, и прижался к моим губам своими губами, а я не успела оттолкнуть его.

– Отберешь Элион навсегда? Как самонадеянно. – Как удар грома прозвучал в зале знакомый мужской голос с рычащими нотками. Этот голос ударил мне в спину внезапно. В лицо мне бросилась кровь. Я оцепенела, наконец оторвавшись от губ Уилла. Но до смерти боялась обернуться. Я знала, кого я там увижу. За своей спиной. Я узнала бы этот голос всюду.

– А с чего ты взял, мальчишка, что я тебе это позволю?

***

Уилл нахмурился и отодвинул меня в сторону, сделав несколько шагов вперед. Он подобрался, сжал кулаки и сразу стал похожим на дикого зверя. Лев, царь зверей? Поджарый, смелый, сильный. Вот, чем повеяло от него.

– Кто этот мужчина и что он делает в нашем доме? – голос Уилла прозвучал грозно.

А зеленые глаза буквально прожгли дыру в сопернике. Я сглотнула и сделала глубокий вдох, прежде чем ответить. Не хотелось бы, чтобы мой голос позорно дрожал?

– Мой муж, – мои слова прозвучали приговором, сорвались с губ, будто камни в пропасть.

Уилл не ожидал этого. Его ноздри раздулись, он резко втянул в себя воздух. Но промолчал.

– Совершенно верно, – прозвучал глубокий, бархатный голос Филиппа, когда он направился к нам с Уиллом.

Каждый чеканный шаг тяжелых сапог отбивался ударом от моего сердца. Меня затошнило от страха, когда я посмотрела в красивое, замкнутое лицо Филиппа. Ой-ой, грядет буря.

– Я имею все права на эту женщину, – отрезал Филипп.

Он подошел совсем близко ко мне. Резко выкинул вперед руку, обхватил мою талию. И дернул на себя, буквально впечатывая меня в свое крепкое тело.

– Иди сюда, Элион, – его тон прозвучал жестко, будто Филипп не признавал никаких компромиссов.

Я вместо того, чтобы послушаться, уперла ладони в грудь Филиппа. И попыталась оттолкнуть его. У меня не получилось. Держал меня Филипп крепко.

– Я тебе не собачка, чтобы мне приказывать! Раз уж ты упорно считаешь, что у меня есть любовник, то может стоит его завести? – вспыхнула, как спичка, я и заерзала, пытаясь вырваться.

– Верно, – нехорошая улыбка Филиппа, скорее, напоминала оскал. – Ты моя жена. А значит, не имеешь права сбегать от меня, будто неразумное животное. Поучить тебя послушанию, Элион? Когда мы вернемся домой.

– Я не собираюсь возвращаться с тобой домой! Пусти меня! – мои щеки заалели от гневного румянца.

Я замахнулась пощечиной по Филиппу, совершенно забыв о его острых, как бритва, реакциях. Он перехватил мое запястье и стиснул в порыве гнева так сильно, что я охнула. На ресницах блеснули слезы. Уилл заметил это и побледнел от уже собственного гнева. Он схватил меня за плечи и потянул на себя. Его пальцы, будто железные канаты, впились в мои плечи так, что я едва сдержала стон. Да что эти мужчины творят?! Они меня на куски разорвут сейчас, будто я их добыча!

– Убери руки, – процедил он с ненавистью, продолжая сверлить Филиппа горящим взглядом. – А не то я их тебе сломаю.

Его угроза не возымела должного эффекта. Филипп слегка разжал хватку на моей талии и запястьях, будто пришел в себя. А потом откинул голову и неожиданно расхохотался.

– Убери своего любовника, Элион, – с нескрываемым презрением выплюнул Филипп мне в лицо. – А то еще проткнет меня… зубочисткой. Горя не оберешься.

У меня от ярости все поплыло перед глазами. Я подогнула пальцы так, словно это были когти хищной птицы, мечтая вцепиться в лицо Филиппу и изодрать его без жалости. Как он посмел обвинить меня в измене ни с чего! В памяти всплыл момент, как Филипп коснулся следа на шее, оставленного его же отцом. И как говорил про моего любовника. С горечью. С болью. С отвращением. Неужели Филипп и правда не доверял мне настолько, что… считал Уилла моим любовником?!

– Убирайся! – зарычал Уилл, наконец отрывая меня от Филиппа и ставя, как фарфоровую куклу, за свою спину, будто молчаливо оберегая от нападок мужа.

– Значит, все-таки выбрала его, Элион? – Филипп мягким кошачьим шагом обошел Уилла и снова оказался рядом со мной. Слишком… близко.

Мое сердце пропустило удар, когда я ощутила легкий аромат его парфюма. Аромат древесины и горечь полыни… На первый взгляд, невозможные сочетания. Такие же невозможные, как и сам Филипп?

– Нет, – тихо, с отчаянием выдохнула я, заглянув умоляюще в глаза Филиппу.

Мне хотелось шепнуть: «Не надо, не делай этого с нами! Поверь мне, пожалуйста, поверь!»

Но с моих губ не сорвалось ни звука. Горло будто перехватило. А Филипп ждал… Какого-то шага от меня? Уверения в том, что все это неправда?

Мгновение, другое – и он стиснул губы. Будто отсекая от себя все чувства. Отсекая меня? Хотя казалось, что и прежде его взгляд был закрыт и непроницаем. Но я слишком хорошо знала Филиппа. И прочитала сейчас в его глазах неизбывную тоску. Филипп… будто прощался со мной? Мне захотелось плакать. А он приподнял мой подбородок своими длинными сильными пальцами, легонько погладил по коже. Его губы изломала горькая улыбка, которую Филипп даже не попытался скрыть.

– Изменница, – тихо, очень тихо проговорил Филипп мне на ухо с ненавистью и болью, которая прорвалась сквозь его защитные барьеры, что он выстроил против меня. – Знаешь, что я сейчас сделаю?