Текст книги "Пятьсот оттенков фэнтези. Оттенок техногенный"

Автор книги: Елена Сухова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Сами виноваты, надо было лучше артефакт прятать! – высказалась я. – Сердце Мира, а бросаете его где ни попадя.

Леонард по-прежнему сидел рядом со мной и обнимал меня. Вот только мне стало казаться, что его руки уже не защищали, а удерживали меня от будущей глупости, которая могла прийти в мою голову.

– Ты похитила его? – пророкотал сгусток тумана, клянусь, от этого рокота мои барабанные перепонки готовы были взорваться. – Ты похитила Сердце Мира?

– Ну взяла. – Я поняла, что отпираться будет не совсем уместно, особенно после того, как уже созналась во всем. – Вы бы его хоть подписали: мол, трогать нельзя, проходите мимо. Я же зла никому не желала. Так, просто мечтала свою жизнь спасти.

Произнося последние слова, я поняла, что вновь мечтаю о том же самом. Вот только спасение моей жизни становилось все более и более проблематичным.

– Верни его! – потребовал оранжевый сгусток тумана.

– Я бы в общем-то с радостью, – вздохнула я, а затем вздохнула еще раз, да так горестно, что на моих глазах выступили слезы. Теперь можно было приступать к рассказу, ибо, как гласит древняя воровская мудрость, если уж влип, то пытайся спасти себя любыми способами. – Я расскажу вам печальную историю, приключившуюся со мной. И тогда вы поймете, что нельзя меня обвинять и я – просто жертва обстоятельств.

Я на миг умолкла, изображая, что слезы душат меня. Чисть с нечистью с высунутыми клыками, встопорщенной шерстью и вытянувшимися когтями ждали продолжения, на данном этапе повествования проявлять жалость они не собирались.

Я вздохнула, но потом, словно превозмогая душевную боль, продолжила:

– В ваш мир меня перекинула болотная ведьма Ди-Гнема. Сделала она это подло и некрасиво, – мысленно я отметила, что, пожалуй, сейчас даже не солгала, ибо пинать меня в болото и в самом деле было подло. – Здесь я чувствовала себя потерянной, я не понимала ваших законов и мечтала лишь о том, чтобы вернуться обратно в свое родное село и целым днями заниматься вышивкой да уборкой. И вот я, одна в этом чуждом для меня мире, случайно забрела в хранилище истории и увидела там камешек, который так напомнил мне мое родное селение с бескрайними полями. – Я запнулась, понимая, какой бред несу, камни могут напоминать о горах, какое еще поле! Но все эти твари слушали меня внимательно, кажется, рассказ прокатил. – Я подняла этот камешек и решила его хранить как память о доме. А я ведь и подумать не могла, что в нем содержится какая-то магия, потому как я в этой самой магии не разбираюсь. И как только камешек оказался у меня, встретилась мне ведьма-обманщица. Она пообещала спасти меня, вернуть в родной мир, и потребовала взамен лишь этот камешек. Не зная о высокой ценности данного предмета, я ей камешек и отдала. А злая ведьма лишь посмеялась надо мной и ушла через портал обратно в свои болота, – закончила я и отметила, что за время моего повествования Призрачный Глашатай не запустил в меня огненными искрами, следовательно, мои объяснения он принял.

– Глупость! Не верю! – возмутился зеленый упырь. Вот привязался, я бы и сама в этот бред не поверила, но придумать что-то получше у меня просто не было времени. – Ты же сама недавно призналась, что свиток читала.

Так вот он о чем! Я краем глаза проследила за Леонардом, он-то явно догадывался о произошедшем со свитком и о моем участии в этом деле. Но Леонард с легким прищуром наблюдал за нечистью и выдавать меня не собирался.

– Я лишь признала, что в свитке могла содержаться ценная информация, но я об этом узнала с ваших слов, – сделала я наичестнейшие глаза. – И еще отметила, какое это страшное упущение, что Сердце Мира без охраны у вас лежало.

– Там стояла охрана! Сильнейшая охрана! – взревел оранжевый сгусток, который уже надоел мне своим повышенным тоном. – Никто из нашего мира не мог приблизиться к Сердцу. И еще там была защита от всяких приблудных магов из других миров.

– А от обычного человека из другого мира вы охрану выставлять не стали? – удивилась я.

– Обычные люди по мирам не путешествуют. Они дома сидят, вышивкой да уборкой занимаются, – ответил Призрачный Глашатай.

– Ладно-ладно, – сказала я, потому что надо было сказать что-нибудь успокаивающее, пока они не решили разорвать меня на части. – Я по незнанию совершила глупый поступок, значит, мне все и восстанавливать.

– Как? – взвыли чисть с нечистью в один голос.

– Легко, я же лучшая во… лучшая вышивальщица! И с этой ведьмой Ди-Гнемой уже неплохо знакома. Так что я смогу вернуть вам Сердце Мира. Я проберусь к ведьме, возьму у нее Сердце Мира и верну его вам. – На меня напала настоящая тоска. Я несла всякую чушь, лишь бы выбраться живой с этого собрания, но ведь мир и в самом деле должен был погибнуть, а я не могла покинуть его! Погибать мне решительно не хотелось. И, пожалуй, выполнить свое обещание и вернуть Сердце Мира – это единственный способ остаться в живых.

– Как же ты это сделаешь? – ехидно спросил упырь.

– Ведьма вернется сюда. Она скоро появится. – Вперед вылетела Невеста и кокетливо поправила распахнувшийся халатик. – Она сказала, что вернется завтра к ночи.

– Как ты умна, милая, – к призраку Невесты подлетел Жених и протянул к ней руки. Она засветилась нежно-зеленым цветом.

Чисть с нечистью не желали смотреть на картину мира и любви, они всем скопом заголосили на призраков.

– Чего? – Я была первой, кто задал логичный вопрос. – Как завтра вечером? Почему так быстро? С чего вы взяли?

– Она сама сказала мне об этом, – повела призрачными плечиками Невеста.

– Когда сказала? – продолжила удивляться я.

– Недавно. Она прислала нам весточку… – Невеста замялась. – Она просила передать, что сможет правильно использовать Сердце Мира.

Тогда еще никто из нас не знал, что означают слова ведьмы, и мы стали рассматривать лишь одну сторону проблемы, увы, не самую важную. Оранжевый сгусток, именуемый Призрачным Глашатаем, взял слово:

– Ведьма Ди-Гнема появится, и мы должны быть готовы к этому. Мы должны продумать тактику нападения. Каждый из нас обязан выступить против нее. Все мы должны объединиться.

– Опыты с генетической магией прошли удачно. Я вывел многотысячную армию солдат, – сказал Леонард. – И они готовы вступить в бой.

Пока кикиморы с троллями тоже что-то там обещали, я вспомнила светящиеся коконы в подвалах особняка. Столь многочисленное войско должно обладать крайне разрушительной силой, и, пожалуй, в таком случае все прекрасно обойдутся и без моих услуг. Во всяком случае, я тогда надеялась на это.

– Сегодня же надлежит мобилизовать все свои силы. А ты, дева из другого мира… – обратился ко мне сгусток. – Мы принимаем твое предложение.

– Э-э, серьезно, да? – удивилась я. Одно дело – предлагать что-то ради спасения себя любимой, и совершенно другое, когда твои предложения воспринимают всерьез. Я ведь в тот момент уже грезила, как армия Леонарда отнимает артефакт у ведьмы и спасает меня.

– Да! – пыхнул сгусток. – Наш мир бьется в конвульсиях, нарушены все устои, все мы можем погибнуть. Спаси наш мир, верни его Сердце.

– Ну ладно, спасу!

Ситуация меня напрягала. Я – приличная воровка, эта профессия передается в моей семье из поколения в поколение. Придумывать изысканные схемы, обманывать, обсчитывать, сбегать, мухлевать – это все мой хлеб, тут я профессионал. Но вот спасать кого-то мне не доводилось. Право слово, я даже не знала, как это делается. В нашем мире – да, наверное, и в этом – есть целые касты, членов которых хлебом не корми, только дай кого-нибудь спасти. Так и обращались бы к ним. Но нет, в центр конфликта оказалась втянута я, умница и красавица Бунталина Вольё!

– Два дня! – провыл оранжевый сгусток, он же Призрачный Глашатай, он же глава великой сходки. – День сегодня и день завтра. Завтрашний вечер решает все. – И Глашатай растворился в сгущающихся сумерках.

Великая сходка закончилась. Чисть и нечисть этого мира разбрелись по своим углам. Кикиморы отправились в болота, чтобы развить там бурную агитационную деятельность, во всяком случае, они обязались найти сподвижников. Упыри, пробормотав что-то про обеденный перерыв, рассредоточились по кладбищу. Тролли пообещали, что смогут неплохо провести время в Интернете, и тоже разошлись. Призраки и прочие тоже разбрелись по лишенному Сердца миру, не забыв на прощанье чего-то там пообещать.

Глава 20
И НАЧАЛАСЬ ПОДГОТОВКА, ИЛИ МЕНЯ ВСЕ БРОСИЛИ

– Вы продрогли, – прошептал мне в ухо Леонард и положил руку на плечо.

Вообще-то на кладбище было достаточно тепло, да еще и каменные надгробья нагрелись на солнце. Одним словом, температура и влажность воздуха приближались к идеальным показателям. Вокруг было сказочно красиво, будто мы находились в самом чудесном уголке мира. Обстановка навевала романтические мысли.

– Да-да, стало прохладно, – пожаловалась я, прижимаясь к Леонарду. – И так страшно! – Я прижалась еще сильней.

Не успела я насладиться моментом, как вдруг мне на плечи упал тяжелый свитер Нутия.

– Грейся! – прогрохотал великан, его нелепо страшное лицо осветила такая чудесная улыбка, будто он только что совершил самый добрый поступок в своей жизни.

– А то еще заболеешь, – ехидно заметил Серафим и принялся закутывать меня в пропахший героическим потом свитер. При этом блондинчик словно невзначай отодвинул меня от Леонарда.

– Пожалуй, нам пора. – Леонард подал мне руку. – Прошу.

Я поднялась, с нескрываемым наслаждением скинув на землю свитер Нутия, и едва успела сделать пару шагов, как была остановлена недовольным возгласом:

– Куда это вы? – возмутился Серафим и толкнул вперед Нутия. – Она без нас никуда. Мы ее охраняем.

– Она с нами! – прогромыхал Нутий.

Леонард вопросительно приподнял одну бровь.

На миг я задумалась. Конечно, мне хотелось отправиться вдвоем с Леонардом в его особняк, ведь нашим отношениям больше не мешал древний свиток. Я мечтала о тепле камина, бокале вина, обжигающих поцелуях… Картину портило два обстоятельства: приказ Призрачного Глашатая и приближающийся конец света. Так что если бы я и оставила здесь Нутия с Серафимом, то занозцы и всякие там слуги Леонарда все равно не дали бы нам провести романтический вечер.

– С ними как-то привычней, – сказала я.

– Перед лицом наступающей опасности мы все должны держаться вместе, – продекламировал Серафим. Насколько я научилась в нем разбираться, эту фразу он тоже говорил в каком-нибудь своем фильме.

– Я отступаю перед непреодолимым, – сказал Леонард. – Бунталина, прошу вас пройти в мою машину. И ваши спутники тоже могут считать себя моими гостями.

По широкой дороге мимо старых надгробий, древних памятников и разросшихся кустов роз мы с Леонардом направились к выходу с кладбища. Я решила изобразить, будто боюсь прячущихся в канавах упырей, и прижаться к Леонарду. Он, сделав вид, что поверил в мои страхи, притянул меня к себе, и я услышала, как ровно бьется его сердце. Это ли не счастье!

– Мы же за одно дело сражаемся! – возмутился Серафим, отскакивая от тощей зеленой руки с длинными черными когтями, вытянувшейся из колючих кустов. – Идите, обедайте кем-нибудь другим. Нашли тут самого сладенького!

Ответом ему было голодное клацанье зубов.

– Ай, да отстаньте же! – завопил Серафим, уворачиваясь от руки очередного голодного кровососа.

На эту руку тотчас же наступила огромная нога Нутия. Несчастный упырь взвыл и исчез, но из канавы показалось несколько печальных зеленых морд. Высовываться они больше не осмеливались, но преследовали нас всю дорогу до выхода с кладбища и пускали голодные слюни.

– Прошу вас, – сказал Леонард.

Перед нами стояла длинная тачка, нет, машина. Называть тачкой такое прекрасное средство передвижения было бы кощунственно. Это сияющее великолепие можно сравнить разве что с каретой Герцога Справедливого или с двумя его каретами, поставленными друг за другом. Я даже дала себе слово когда-нибудь потом выучить все марки средств передвижения этого мира, потому как слов «тачка» и «машина» оказалось необычайно мало для описания.

Из машины выскочил водитель и открыл передо мной дверь. Повеяло запахом кожи и дорогого парфюма Леонарда, казалось, стоит нырнуть внутрь, как попадешь в его особый, скрытый от остальных мир. Это чувство нарушили Серафим с Нутием, забравшиеся в салон следом за мной. Места хватило нам всем, только с увеличившимся числом пассажиров шикарная машина стала напоминать телегу, которая едет по проселочной дороге и подбирает всех желающих. Впрочем, нет, не всех желающих, а всех влюбленных в меня.

Под заунывный вой голодных упырей мы отъехали.

– Все, что вы там обсуждали, предельно глупо, – сразу заявил Серафим. – Не зная ничего о будущем конце света, вы решили просто собрать свои силы. Неужели не ясно, что ваш план ни к чему не приведет?

– Извольте объяснить! – В этом голосе было столько холода, что можно было заморозить небольшой пруд с плавающими там уточками.

Признаться, мне тоже было любопытно, до чего вдруг додумался молчавший на кладбище блондинчик. Конечно, можно предположить, что, не забывая уворачиваться от упырей, он, подобно великим умам, все это время обдумывал собственную теорию и наконец был готов ее изложить. Вот только мой самый низкорослый возлюбленный не относился к великим умам.

– Объясняю! – Серафим извлек из кармана книжонку с гордой надписью: «Как спасти мир. Издание ограниченное. Для избранных».

– Хорошая вещь, – рассудил Нутий. В его взгляде появился даже какой-то трепет. Впрочем, я бы не удивилась, узнав, что этот великан трепещет при виде любой книги.

– Неужели? – саркастично заметил Леонард.

– Сарказм здесь неуместен. Все советы, напечатанные здесь, были испытаны на деле! – Серафим поднял книгу над головой, словно хотел с ее помощью осветить салон машины. – Вот, послушайте, совет, необходимый при спасении мира от ядерной войны…

– У нас нет ядерной войны, – перебила я, решив позже узнать, что это такое. – Что там еще написано? Есть что-нибудь про ведьму болотную?

Серафим перелистал несколько страниц.

– Совет, необходимый при спасении мира от атаки насекомых…

– Позволю себе перебить вас, юноша, – сказал Леонард. – У меня слишком мало времени, чтобы и дальше заниматься увеселительным чтением литературных сочинений.

– Литературных сочинений? – возмутился Серафим. – Это выдержки из лучших сценариев! Это настоящий кладезь мудрости! Все взаимосвязано! Кино отражает реальную жизнь, а значит, то, что происходит в кино, может произойти и в жизни.

Логика была весьма спорной, он бы еще про телевидение вспомнил, про его связь с реальной жизнью.

– К тому же, – не унялся Серафим, – я все понял! Да-да, мне все стало известно. О, как же я был слеп раньше.

– Рад за вас, поскольку для меня многие вещи все еще остаются неразрешимыми, – сказал Леонард.

– Нет, нет, вы меня не запутаете и не собьете! Я все понял про ваш фильм, в котором я снимаюсь и за роль в котором я получу премию. – Серафим выдержал небольшую паузу и продолжил: – Этот фильм отражает многое из того, что произошло в последнее время. Почти все, что есть в сценарии, я пережил и в жизни. А? Это же не просто так? Леонард, вы все знали? Все изменения в сценарий внесли именно вы! Вы знали, что будет происходить!

– Это так, – согласился Леонард.

Теперь слова Серафима заинтересовали меня намного сильней.

– По сценарию все гибнут при выходе с кладбища, – вновь принялся рассуждать Серафим. – Но я – главный герой, я не погиб, я вышел живым с кладбища. И я хочу знать, что происходит. Откуда вам все известно?

– Это магия, – пробасил Нутий, тогда я не обратила внимания на его слова, поскольку знала, что Леонард и вправду увлекается магией. Настолько, настолько подобные увлечения вообще возможны в этом лишенном магии мире.

– Пожалуй, на этот вопрос я смогу ответить, – решил Леонард. – Я изменил сценарий, чтобы разгадать загадку свитка. Отснятый фильм должен был привлечь знающих нелюдей и внести хаос в их мысли. Так я надеялся выпытать у них правду. Но теперь загадка свитка разгадана, и фильм более для меня не важен. Все прояснилось при помощи прелестной Бунталины.

Леонард поцеловал мне руку. Поцелуй был так нежен и изящен, что я пожалела о присутствии в машине лишних.

– Моей Бунталины! – Серафим тоже поцеловал мне руку, причем для доказательства чувств одного поцелуя ему показалось мало и он зачмокал всю кисть.

– Моей! – прогромыхал Нутий. Он подхватил мою руку и смущенно прижался к коже губами.

За поцелуями моих рук никто не заметил, как машина въехала во двор особняка и остановилась.

– Бунталина, здесь вы будете в полной безопасности. Прошу меня простить, я присоединюсь к вам, как только у меня появится такая возможность, – сказал Леонард, едва мы вошли в особняк. – В данный момент я должен присутствовать на собрании ордена.

Я печально вздохнула. Ну что ж, примерно такого развития событий я и ожидала.

– Мы все вместе выполняем великую миссию по спасению мира! – влез Серафим. – И имеем право присутствовать на собрании ордена! Я тоже иду! И Нутия возьму с собой.

К этому я, признаться, не была готова.

– Как вам будет угодно, – согласился Леонард. – На собрании могут присутствовать лишь те, кто состоит в ордене. Пожалуй, я смогу вас принять, если вы выдержите испытания.

– Испытания?! – отпрянул Серафим.

– О, совсем несложные! Испытания огнем, водой и магией, они продлятся всего двенадцать часов. Так что если вы готовы, начнем прямо сейчас.

– Я передумал! – ответил Серафим. – От меня будет больше пользы, если я разработаю собственную стратегию спасения мира. Нутия тоже не трогайте.

– Хватит моим Нутием распоряжаться! – возмутилась я. – Он вам не игрушка. Его вообще для моей охраны сюда отправили.

Нутий в очередной раз нахмурился, но ничего не сказал.

– Бунталина, прошу меня извинить. – Леонард отвесил мне легкий поклон и удалился.

Я печально посмотрела ему вслед, вновь восхитившись идеальной фигурой, грациозными движениями и уверенностью, а затем с уменьшившимся числом возлюбленных отправилась в гостиную. Признаюсь, все складывалось совсем не так, как мне бы хотелось, но и не так плохо, как могло бы. Ведь если бы я оставила Серафима с Нутием на кладбище, то сейчас пребывала бы в гордом одиночестве (ну или отправилась бы подслушивать этих занозцев). А делать это мне совершенно не хотелось, вряд ли я могу услышать что-то интересное. Ну, переберут они несколько десятков никуда не годных стратегий по ведению боя с ведьмой и сойдутся на том, что численное преимущество – их единственный шанс. Может, еще всяких магических штуковин с собой насобирают.

– Совет по спасению мира от злых колдунов! – возликовал Серафим, тыча тонким пальчиком в одну из страниц своей драгоценной книги. – Я же знал, что смогу найти ответ! Что лишь я один смогу разобраться с наступающим злом.

– Не получится! – пробухтел Нутий.

– Что? Еще почему не получится? У меня всегда все получается! Посмотри любой фильм с моим участием! – Блондинчик уткнулся носом в книжку. – Раньше я не верил в магию, но теперь убедился, что мир намного интересней. И я готов сражаться за него. Гогов сражаться за свою свободу, за свои мечты, за свою любовь.

Серафим умолк, с превосходством посмотрел на Нутия и поинтересовался:

– Тут есть лаборатория? Мне нужны некоторые ингредиенты для составления магического зелья.

– Опять колдовство! – возмутилась я.

Серафим прищурил глаза, изогнул одну бровь, приподнял уголок рта – словом, нагнал таинственности.

– Лишь колдовством можно победить колдовство! – изрек он.

– Тогда ступай, лаборатория должна быть где-нибудь в подвале. – Я вспомнила, что вроде бы видела ее где-то там, а если и не видела, то в любом случае, чем дальше будет колдовать Серафим, тем лучше. – Там полно алхимических приборов и снадобий. Там и колдуй!

Окрыленный собственной значимостью, Серафим выбежал прочь. Я уже готовилась без сил повалиться в кресло и потребовать от Нутия стакан воды, как раздался протяжный вой, причем исходил он именно от Нутия.

– Нутий! Нутий Малютик, я призываю тебя!

– Что это? – удивилась я. – Ты сам себя зовешь?

– Ди-Гнема, – пробурчал Нутий.

– Что Ди-Гнема?

– Зовет меня! – Нутий нахмурился и, видимо решив, что показать будет проще, чем объяснить, достал медальон, висевший на его могучей груди. На мутной поверхность медальона угадывался силуэт ведьмы.

– Мой верный слуга, отзовись, – послышалось из того же медальона.

– Что-то я не поняла! – возмутилась я. – Что еще за верность? Ты что, продолжаешь работать на нее?

– Нет! – ответил Нутий и вроде даже слегка испугался. – Я с тобой!

Вообще-то глупо было подозревать Нутия в тайных интригах. Шпион из него никудышный, лгать и изворачиваться он не умеет.

– Так чего же она хочет от тебя?

– Не знаю, – пожал могучими плечами Нутий.

И тогда мне пришла в голову отличная идея, пожалуй, даже самая лучшая идея за все последние дни.

– Так ведь это то, что нам надо! Если она зовет, то можно и поговорить с ней. Разузнай побольше о ее планах. Выведай все, что сможешь.

– Как?

– Как-как? Включи интеллект… В смысле спроси, что она дальше собирается делать. Лучше я буду тебе подсказывать. – Я спряталась за занавеску. – Только не говори, что я здесь. Ты просто повторяй за мной.

Я расправила занавесочку. Нутий включил свой медальон, ну, в смысле не включил, а ответил на призыв ведьмы, просто прошептав: «Я слышу тебя». И снова хочу отметить всю мерзостную натуру ведьмы: меня Ди-Гнема заставила прибегать к вращательному заклинанию, прекрасно зная, что я ненавижу магию. А своему слуге выдала для связи нормальный медальон, который работал без всякого применения магии со стороны владельца.

– Ну наконец-то ты объявился! – недовольным тоном обратилась к Нутию Ди-Гнема. Самой ее в комнате не наблюдалось, но слышимость была отличной. А поскольку мне было неизвестно, как много может разглядеть ведьма через медальон, то выходить из-за занавески я не спешила, совершенно не хотелось попасться по глупости. – Я уж было подумала, что на тебя и в самом деле подействовал эликсир и ты переметнулся к ней.

– Какой эликсир? – прошептала я.

– Какой эликсир? – послушно повторил Нутий.

– Любовный. – В голосе ведьмы послышался смех.

Я не знала, как реагировать. Тогда не знала, вот и решила, что это ведьма подмешала некий эликсир.

– Ты напоила меня эликсиром? – наученный мною, спросил Нутий у ведьмы.

– Нет, не смеши, я использую более сложную магию, – ответила та.

Я даже позволила себе вздохнуть и решила забыть про всякие эликсиры. И это было верное решение, ведь в меня, такую расчудесную красавицу, трудно не влюбиться. Я так умна, талантлива, необычайна и грациозна, что не только эта троица, а и все остальные мужчины мира просто обязаны падать к моим ногам.

– Я тоже не использую эликсиры! – возмутилась я, преданный Нутий тут же повторил эти слова.

– Что? – удивилась ведьма, но тут же осеклась: – Впрочем, не важно. Забудь. Где ты сейчас находишься?

Поскольку от меня не было никаких подсказок на этот счет, то Нутий сам выдвинул правильный ответ:

– В комнате.

– Ладно… Рядом есть кто-нибудь?

– Никого, – поспешно подсказала я.

– Никого, – повторил Нутий.

– Отлично! Теперь рассказывай, что сегодня было на великой сходке? – потребовала ведьма.

– Откуда ты знаешь про сходку? – удивилась я, и Нутий повторил мои слова.

– У меня есть шпион в этом мире, – усмехнулась ведьма. – Так что рассказывай.

Тогда еще я не знала многого и решила, что шпионом у ведьмы работал один из упырей, так некрасиво щелкавший клыками. Как же наивна я была, как верила окружающим, ведь иначе бы непременно догадалась об истинном шпионе.

– Они знают, что Сердце Мира у тебя, и знают, что ты вернешься. Они ждут тебя завтра вечером, – послушно повторил за мной Нутий. – Они хотят сразиться с тобой.

– Все верно, значит, призраки передали мое послание. Все идет именно так, как я и задумала.

– Что ты собираешься делать? – озвучил Нутий ведьме мой вопрос.

– Я появлюсь, когда придет срок. Зачем же лишать их праздника. Если они меня ждут, то дождутся. Уж это я могу обещать!

– Зачем появишься? – следом за мной спросил Нутий.

– Мой глупый слуга, неужели ты не понял, что этот мир гибнет? Он исчезнет навсегда. Уже совсем скоро. Я приду лишь для того, чтобы посмотреть на его агонию, я хочу подпитаться его энергией. Будет много, очень много энергии. Энергия целого мира!

– Ни фига себе! – пробормотала я. Одно дело – знать, что существует какой-то там отдаленный конец света, и совершенно другое – вдруг услышать, что осталось всего чуть больше суток. Нутий тут же повторил за мной.

– Что? – насторожилась ведьма. – Рядом кто-то есть?

– Никого. Я хочу выжить. Как выбраться отсюда? – повторил за мной Нутий.

– Никак, – рассмеялась ведьма. – Пока никак. Ты еще должен послужить мне. Ведь для этого я и создала тебя.

– Создала? – удивилась я, а Нутий это повторил, правда, не сразу, а с задержкой в несколько секунд. Будто он сомневался в необходимости этого вопроса.

– Разумеется, создала. Ты помнишь, кем ты был? Или тебе напомнить?

– Не надо, – без всяких подсказок пробасил Нутий. Он, в отличие от меня, явно понимал, о чем идет речь.

– Ты помнишь, что тебя я выбрала из нескольких тысяч? Ты помнишь, что тебе я доверила это задание? Ты помнишь, что должен еще оправдать мое доверие? Ты ведь знаешь, что с тобой случится в противном случае. Ты этого хочешь?

– Нет, – пробурчал Нутий, и снова без моей подсказки.

– Тогда слушай. Ты больше не должен защищать Бунталину от злотышей. Если они еще раз прорвутся, сил у них будет в десятки раз больше и они утащат Бунталину в Черный мир. Ты не должен им мешать. Понял?

– Да, – пробубнил Нутий.

– Хорошо. Если же злотыши не успеют прорваться, мне понадобится твоя помощь.

Мы с Нутием молчали, он молчал по привычке всегда молчать, а я – от естественного чувства недовольства, возникшего после таких слов объемной ведьмы. Признаться, в этот момент какие-то там злотыши перестали пугать меня, подумаешь, бегают себе, сопли распускают, максимум, что они могли сделать, – перетащить меня в Черный мир из этого, почти мертвого. Да на фоне происходящего еще не известно, что хуже.

– Если злотыши не явятся, то ты должен неотлучно быть рядом с Бунталиной. Ты должен быть с ней до конца. Ты должен будешь следить, чтобы она не добралась до меня. Чтобы она не приблизилась ко мне ближе чем на пять шагов.

– Почему? – следом за мной повторил Нутий.

– Тебя это не касается! Что-то ты много рассуждать стал!

– Я стал много думать, – пробормотал Нутий, прежде чем я успела подсказать ему какой-нибудь ответ. – Я много размышляю. Я строю логические цепочки. Я ищу правильные ответы.

Ведьма рассмеялась. Честное слово, я чуть было не присоединилась к ней, но единственное, что я могла себе позволить, – это выглянуть из-за занавески. Нутий стоял посреди гостиной; словно зеркальце, он держал перед собой медальон. Его губы были плотно сомкнуты, а на переносице появилась складка, словно он и вправду о чем-то размышлял.

– Запомни: Бунталина не должна приближаться ко мне! – отсмеявшись, сказала ведьма. – Это твое самое главное задание. Если справишься с ним, то я помогу тебе спастись, вытащу из этого мира. Ты понял?

– Да, – ответил Нутий. И вновь он действовал без подсказок с моей стороны.

– Тогда прощай. Увидимся даже скорей, чем ты думаешь.

Нутий отпустил медальон. Разговор с ведьмой был завершен. Я тут же выскочила из-за занавески, сотни вопросов теснились в моей голове. И Нутий знал ответы, по крайней мере, на парочку из них.

– Что…

– Я должен подумать. – Нутий направился к выходу из гостиной.

– Эй, ты итак много думаешь. – Я попыталась остановить его. – Может, прервешься и объяснишь мне кое-что? Ты явно что-то от меня скрываешь. Ты кто такой? Чем тебе грозила ведьма?

– Я должен подумать, – ответил Нутий и уже открыл дверь.

– Так ты хочешь выполнить приказ ведьмы? – возмутилась я. – Ты допустишь, чтобы злотыши уволокли меня в Черный мир?

– Нет! – Судя по голосу, Нутий говорил правду, и это меня успокоило.

– И ты станешь защищать ведьму? – продолжила я расспросы.

Нутий замер, количество складок на его лбу увеличилось вдвое.

– Я люблю тебя, но я должен подумать. – И он вышел прочь.

А ведь так все мило начиналось! Я со своими тремя поклонниками ехала в шикарной машине, они целовали мне руки и обещали спасти мир. А в итоге нагнали таинственности и все под разными лозунгами куда-то разбрелись. Я была вынуждена коротать последние часы в одиночестве.