Текст книги "Под знаменем черной птицы (СИ)"

Автор книги: Елена Труфанова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 4. Поймать бога

Перед уходом из дома Марк обнял и поцеловал жену, послушал ее советы и наставления и почувствовал, как настроение ползет вверх. Давнее решение старого Джерриса оказалось поистине судьбоносным. Оливия не отвернулась от Марка ни через одну неделю, ни через год. Ее самолюбию льстило преданное обожание нищего эрандо и то внимание, который он оказывал. Марк же неожиданно понял, что нашел для себя идеальную женщину: красивую настолько, что не хотелось выпускать ее из постели, не жадную и не заносчивую, достаточно умную, чтобы было о чем поболтать и не настолько хитрую, чтобы сообразить об истинных причинах, столкнувших их друг с другом. А маниакальное желание подогнать внешность неведомый идеал и незамутненная уверенность, что Оливия полностью управляет Марком – меркли на фоне достоинств женщины.

Даже ее отец, старый Джеррис, так и не рассказал дочери секрет появления в их семье эрандо. Шли месяцы, Марк уговорил Оливию лечиться от наркомании, поступил в университет при визумарии, отвадил от девушки большую часть неблагонадежных друзей, и в целом неплохо сдерживал ее дурость. Старый Джеррис оценил это и даже благословил на женитьбу, взяв перед этим с Марка магически подкрепленный обет никогда не заводить детей. Но это оказалось меньшим злом: работа в визумарии отбирала почти все свободное время, оставшееся оттягивала на себя забота о Лапушке и исполнение ее капризов. Но, на счастье Марка, жена так ни разу и не завела разговора о детях: слишком уж зациклилась на идее стать самой красивой из женщин.

На данный же момент проблемой Марка была другая женщина, без всяких переделок претендующая на звание самой красивой. Вчера Блудница много времени проторчала в купели, за малым не расковыряла ее, ничуть не смущаясь недовольных взглядов жреца, после чего покинула подводный город, во второй раз подогнав к нему Прималюс. И, признаться, это был самый необычный способ передвижения, которым Марку доводилось пользоваться.

Сегодня Блудница тоже не спешила успокаиваться: по донесениям агентов она написала длинный список материалов и инструментов и теперь громила одно зал для собраний в визумарии, прикрываясь разрешением Марка. Насколько все было бы проще, будь Блудница подобием Лапушки: лелеяла бы собственные планы захвата власти и милостиво делилась ими с глупеньким мужчиной. Но нет.

– …и запомните мальцы, курение нужно для двух вещей: занять руки и успокоить нервы. И каждая из этих вещей позорит меня как командира. Потому как руки должны быть заняты делом, а беспокоиться следует только о том, насколько качественно это дело выполнено. И если вы находите время для перекуров, то работы вам не хватает, а качество ее не волнует. Мораль. Застану кого с сигаретой, трубкой, самокруткой или еще какой дрянью, выпускающей дым, мы все вместе задержимся здесь еще на час. И проведем это время весело и интересно, обещаю, вам понравится. А сейчас – быстро вспомнили, ради чего мы здесь собрались и создали видимость интенсивного труда.

Блудница первой подошла к горе металлических частей, вытащила из нее тяжеленный прут и отнесла к небольшой кузне, разогреваемой магическим огнем. Всюду мелькали вспышки и искры, пахло раскаленным металлом и людским потом и еще – неизвестной Марку химией.

– Да благослав…,– он вовремя вспомнил о том, что привычное приветствие не к месту, и вовремя поправился: – благословят тебя истинные боги. Чем занимаешься?

– Рукоделием. И тебя пусть тоже не оставят без внимания твои, чтоб их, боги, – Айвен раскалила прут, после чего начала отбивать его молотом, придавая изогнутую форму. Придирчиво осмотрела полученный результат и приказала следящим за ней работягам сделать еще пятьдесят таких же крюков.

– Идем, малец, поболтаем в более спокойной обстановке, – она махнула рукой и направилась к двери, ведущей во внутренний двор.

Марк таращился на ее тощую фигуру, не по-женски жилистую и мускулистую, все-таки с небольшим слоем подкожного жира Блудница выглядела привлекательнее и чего уж там, не такой опасной. А уж то, как эта женщина смело бродила среди летящих искр и раскаленного металла, в одних коротких шортах и майке – вовсе внушало нешуточный страх.

На улице их ждал накрытый стол, ломившийся от еды. Айвен набрала себе полную тарелку и одну за другой уничтожала закуски.

– Я ценю твою страсть к рукоделию, но хотелось бы знать, во имя чего погиб наш зал для собраний, – Марк скромно взял бутерброд, но так и не решился укусить. Было что-то отвратительно-завораживающее в том, как ела Блудница. И напрочь отбивающее аппетит.

– Вы пытались отобрать божественную силу у кота? – договорив, она выпила стакан простокваши и заела это сразу тремя кусками мяса.

– Ну мы же не то что прям уж… Все же уважаемые лорды, люди чести. Не стали бы пытаться завладеть подобным.

– Не получилось? Сколько раз пытались? – Блудница говорила равнодушно, без особенного осуждения, словно бы и не ожидала от Марка и Крея ничего другого.

– Один, больше нам не позволили жрецы.

– Купель сломалась?

И зачем спрашивает, если сама все знает? Пока Марк раздумывал, Айвен доела всю еду со своей тарелки, вытерла руки салфеткой и села на один из стульев.

– Ожидаемо, у них не такая высокая пропускная способность. Но где-то есть такие приборы и помощнее. Не знаешь где, а Марк?

– У нас осталась всего одна купель. И еще по две в каждом из секторов. Они все одинаковые, я проверял.

Блудница промолчала, и сколько бы Марк ни сверлил ее взглядом, ни вздыхал над ухом и ни топтался рядом, не спешила ничего пояснять.

– Так что же ты делаешь в развалинах нашего зала? – наконец не выдержал он.

– Большую котоловку.

***

Айвен готова была свалиться от усталости, но пока что не время для отдыха. В ближайшие дни нужно соорудить достаточно мощный подавитель энергии, способный удержать почти-бога. Марк и Крей уверяли, что кот не может пользоваться своей силой, но Айвен не знала способов полностью заблокировать настолько мощную энергетику. А значит – он либо хорошо маскируется, либо еще не нашел подхода к своим возможностям. В любом случае, поймать кота мало, нужен способ его нейтрализовать. Как вариант – посмертно.

Имус пообещал вернуться через несколько дней и просил никуда не влезать за время его отсутствия. Последнее напутствие Айвен проигнорировала, притом грубо и не один раз, но вот с другим, повторенным дважды, в их разговоре и на отвратном рисунке, все не так просто. Кот посоветовал сблизиться с Марком, но Айвен не верила этому альтеру. Впрочем, других помощников у нее все одно не было.

– Малец, – Марк сразу же заулыбался и присел рядом, с умилением разглядывая свою личную победительницу котов и прочих неприятностей, – куда пропал посох, который стоял рядом со мной?

– Хранится в визумарии. Но если он нужен для поимки Безумного, я могу его принести.

– Тащи, и все из этого списка – тоже.

Айвен вытащила из кармана сложенный в несколько раз лист и протянула Марку. После несколько секунд наблюдала, как у альтера ползут брови вверх, потом как его начинает душить галстук, а высохшее горло заставляет покашлять.

– Килограмм золота и шесть – серебра? И остальное…

– Килограмм сто двадцать три грамма, не забудь. Не жмись, малец, ваш легендарный бункер для удерживания Безумного обошелся дороже, а кот сбежал из него за четыре дня. Я же сделаю все с гарантией.

– Мы тоже так думали. Каждый, абсолютно каждый раз…

***

Плавучие притоны давно стали настоящим бичом северного сектора. Небольшие по площади, скрытые под мощными маскирующими заклинаниями, постоянно перемещающиеся по водам единого океана, они представляли собой настоящие рассадники преступности и давали убежище отщепенцам всех мастей. Притоны невозможно было вычислить, ровно как и обнаружить случайно. Они дрейфовали вдали от маршрутов движения полисов и от стационарных причальных платформ, сообщаясь с цивилизацией только благодаря телепортам. Визумарий и протекторат часто организовывали рейды против обитателей этих мест, иногда – результативные. Но на месте уничтоженного сразу же появлялся новый. Торговля наркотиками и оборудованные места для их употребления, бордели с самыми экзотичными разновидностями имусов или же похищенными из домов полноправными магичками, послушные рабы со стертой памятью, искусные маги, способные полностью изменить внешность и энергетическую оболочку, запрещенное оружие и краденные артефакты – все это приносило настолько высокий доход, что у притонов неизменно находились покровители среди состоятельных граждан Авроры, а то и вовсе членов Совета.

Возможно, развитая сеть осведомителей, внедрение агентов к содержателям притонов, да просто достаточное количество людей, брошенных на это дело, легко решили бы проблему. Но скользкий хитрец Марк не спешил заниматься притонами, а у протектората была несколько другая направленность. Никто бы не позволил просто так оттянуть силы от охраны членов Совета и стационарных порталов, связывающих Аврору с другими мирами, ради кучки преступников. А если бы и разрешил, то приказ об этом прошел бы через столько рук, что держатели успели бы сменить местоположение и забрать своих людей из Прималюса.

Но зло не должно оставаться безнаказанным. Потому сегодняшним вечером Крей бродил по окраинным кварталам и искал «зазывалу» – так называли тех, кто владел координатами притонов и при необходимости мог создать телепорт к одному из них. На окраине Прималюса не жаловали чужаков, но на хорошо одетого и неприметного мужчину без охраны не спешили нападать: разозленному магу вполне по силам снести весь квартал вместе с его обитателями, и противопоставить ему будет нечего. Потому и оставалось местным только шушукаться и таращиться на Крея, не делая попыток атаковать. Наверняка кто-то из них уже успел оценить энергетический потенциал чужака и рассказал об этом всем остальным. И среди всех этих альтеров и имусов наверняка найдутся осведомители визумария, так что заклятый дружок Марк уже к завтрашнему дню будет знать о бродившем по окраинам маге, но Крею было плевать. Слишком быстро подкаблучник-эрандо сблизился с Блудницей и слишком рьяно ей помогал.

А ведь только-только все начало налаживаться! Они продали кота, приструнили главарей самых крупных банд, усилили охрану всех стационарных порталов, ведущих на Атрокс, подписали неофициальный договор с не совсем живыми соседями из пятого сектора и умилостивили водных богов. Но все рухнуло в один день. Кот не просто вернулся, он оживил примовскую девку, помешанную на войне. Крей, благодаря советам матери, внимательно изучал скрытые архивы протектората, и знал всю биографию «Блудницы». Кажется, Марк тоже знал кое-что, иначе не носился бы следом за ней и не водил в купель. Или он хочет сменить лорда-протектора на прим-леди? Не выйдет.

Крей остановился, подошел к питьевому фонтану и сделал жадный глоток, после набрал пригоршню воды и умыл лицо. Столько проблем, и все навалились разом. Бешеная девка, постоянно жующая и лезущая в каждую дырку. Вернувшийся кот, который неизвестно что предпримет дальше. Возможно, пойдет войной на Аврору, возможно, продолжит и дальше по-тихому захватывать власть дипломатией, ростом цен на продовольствие, переманиванием на Атрокс специалистов и покупкой крупных аврорских производств через подставных лиц. Еще год-два и Безумный посадит своего человека в Совет, если этого уже не случилось.

Но это мелочи по сравнению с предательством давних союзников. Жрецы водных богов так просто взяли и чуть не потопили дворец лорда-протектора. Его, Крея, дворец. А теперь и мертвяки прижали к стенке, они отказались дальше сотрудничать, если Крей до конца месяца не предоставит им еще три десятка тел. Но откуда их взять? Люди в северном секторе умирали не так часто, и тела некоторых оказывались непригодны для повторного использования новыми носителями: раны, болезни, глубокая старость… Плевать бы на мертвяков, те не покидают пределы своего сектора, но запасы еды для нее подходили к концу и не понятно, как выкручиваться дальше. И еще нужно оружие, достаточно мощное, чтобы разобраться со всеми врагами, и дать такое могли только мертвяки.

Крей рассеянно следил за проходящей мимо толпой, выискивая единственного нужного ему человека. Если тот вообще существовал. Кто знает, вдруг содержателей притона уже успели предупредить?

Но «зазывала» все же нашелся. Торговка сладостями во все горло расхваливала свой товар и совала каждого проходящему мимо под нос разноцветные «ракушки» и «осьминожки», прикрикнула на шустрого мальчишку, попытавшегося стащить с лотка леденец, затем шумно выдохнула и примостилась у фонтана рядом с Креем.

– Лорд желает сладости?

– Только не с лотка, я предпочитаю употреблять их прямо в кондитерской.

Женщина улыбнулась, вытащила из кармана конфету и протянула ее Крею, в ответ получив три монеты по три астра. Торговка удовлетворенно кивнула и направилась дальше, так же навязчиво предлагая всем свои сладости.

Крей же поблагодарил незнакомого мага-менталиста, ставшего пятым донором в списке лорда-протектора, за то, что поделился не только энергетическим потенциалом, но и частью своих способностей. Без всего этого Крей бы никогда не узнал пароли, и ему пришлось бы действовать силой. А так – залез в мысли торговки, считал все необходимое и теперь может без промедлений переместиться прямиком к притону. Крей отошел от фонтана, завернул в ближайший переулок, снял с конфеты обертку и с недоумением уставился на пустую бумажку. И где обещанные координаты? Крей попробовал воздействовать на обертку магией, посмотрел ее на просвет, разломал конфету на две части, но не нашел ничего необычного. Его провели, теперь придется начинать все с начала и в другом квартале, в этом он уже точно успел примелькаться местным.

– Угостите леди конфеткой? – потасканная немолодая шлюха подтащила сползший корсет обратно на грудь и скабрезно подмигнула.

– Она немного сломана, – Крей протянул ей конфету вместе с оберткой.

– Мне не привыкать: сломанные конфеты, измятые деньги, нищие мужики с вялым хозяйством…

Шлюха жеманно взяла конфету, спрятала ее в вырез декольте и будто бы случайно выронила засаленную купюру, после чего отправила Крею такой чувственный воздушный поцелуй, что будь он настоящим, лорд-протектор бы покрылся синяками, затем шлюха ушла, виляя тощими бедрами.

На самой купюре обнаружились кое-как прописанные координаты, метами настолько смазанные, что без крайней нужды Крей не стал бы ими пользоваться, слишком велик был риск оказаться посреди океана. Но его энергетического запаса точно хватит и на возвращение домой, и на розыск обеих «леди» для последующего душевного разговора.

Крей провел необходимые для сотворения телепорта подсчеты и перенесся по написанным на обертке координатам. Вышел он не посреди океана и даже не в каком-нибудь подвале с крепкими дверями и кучей охраны, а на небольшой причальной площадке, соседствующей с целым нагромождением деревянных построек. Здесь гремела музыка, разносились вопли и пошловатый, натужный смех, пахло табачным дымом и едва заметно – алкоголем. А еще плавучий притон непривычно покачивался на волнах, от чего казался чем-то хрупким и ненадежным. Несколько дюжих парней обернулись к Крею, наверное, хотели проверить если не его личность, так хотя бы то, что он не из визумария или протектората.

Пришло время творить правосудие, благо все необходимые заклинания Крей подготовил заранее.

Первое, самое простое, выжгло на деревянном настиле трехметровый знак Уводящего Во Тьму – черную птицу с распахнутыми крыльями. Все равно кто-то успеет сбежать, так пусть они запомнят виновника происходящего.

Второе изменило внешность Крея, сделав его точной копией Безумного. Можно было и дальше оставаться «Нероном», альтеровской версией кота, но вспомнят того или нет – большой вопрос, а действовать нужно наверняка.

После третьего температура воздуха в округе упала сразу на три десятка градусов. Изо рта вышибал потянулся парок, а доски покрылись тонким слоем инея. Пожалуй, с температурой Крей немного не рассчитал: так птица видна намного хуже. Музыка в здании сразу же стихла, послышались недоуменные выкрики, кто-то даже попытался атаковать Крея, но заклинание не смогло пробить энергетические щиты.

И, когда внимание было привлечено, настало время для двух последних заклинаний: от вод единого океана поднялся пар, сгустился, окрасился в синий цвет и медленно пополз по платформе, подбираясь все ближе к постройкам. Те из людей, кто в него попадал, падали замертво.

Люди копошились, пытались защитить себя и тех, кто рядом, атаковали Крея или попросту сбегали через индивидуальные телепорты. Он им не препятствовал: у такого грандиозного злодеяния Безумного должны остаться свидетели.

Через пару минут живых на плавучем притоне не осталось. Только пару сотен отборных, совсем неповрежденных трупов. Крей не жалел погибший здесь сброд: в тюрьме им пришлось бы несладко, а так они послужат благому делу. Осталось только переправить притон в пятый сектор и забрать у мертвяков все необходимое.

4.2

Кэсси зашла в дом, прогнала сопровождавшую служанку и устало повалилась на лавку, не снимая сапог и полушубка. Здешние праздники утомительнее самых тяжёлых трудовых дней. А когда тебе еще приходится постоянно улыбаться, разливать напитки почетным гостям и танцевать каждый раз, когда заиграет музыка – праздник превращается в настоящую пытку. Кэсси изо всех сил старалась изображать хорошую хозяйку, но выходило так себе. Она была чужой среди этих дикарей, не могла до конца проникнуться их обычаями и нравами и свыкнуться с ролью «баба нашего князя».

Раньше за одну возможность провести с ней вечер мужчины были готовы расстаться с суммами большими, чем весь бюджет Силва. Тогда Кэсси блистала и сама выбирала себе партнеров, пускай и с оглядкой на их состояние, сейчас же она вынуждено держалась за хамоватого Бьорна просто за тем, чтобы не оказаться на улице вместе с сыном. Хотя Бенедикт неплохо здесь прижился: нашел себе друзей и девушку, всюду следовал за ней и целыми днями пропадал на тренировках. Все попытки Кэсси отправить сына в одно из соседних княжеств учиться в университете неизменно заканчивались провалом. Бена интересовала только его Лив, а Лив интересовала война. В эту девчонку словно бы вселился Зовущий На Битву и постоянно подталкивал ввязываться в драки. А Бен просто всюду следовал за своей возлюбленной и стремился ее во всем обойти. За последние два года Кэсси настолько устала бояться за сына и таскать его по местным криворуким лекарям, а после – плакать над его шрамами и переломами, что начала подозревать во всем этом божественную кару за собственные глупости и за то, как она не раз толкала мужчин на сумасшедшие и не всегда безопасные деяния.

Как хотелось забрать сына и бежать подальше отсюда! Но тот не желал ничего слушать: Лив, Бьорн и другие дикари давно стали для него ближе матери, а неблагоустроенный Силв – родным домом. Проклятый Анрир точно рассчитал все, когда отправлял сюда Кэсси вместе с Беном. Сын держал ее вернее страха перед наказанием.

Сколько же раз она мечтала отомстить коту и молилась о его окончательной смерти, как радовалась продаже в другой мир, затем так же неистово молилась о его возвращении. Ее просьбы к высшим силам поменяли направление ровно в тот момент, когда в гости к Бьорну приехал князь соседнего Патта с двумя дочками. Смешливые, фигуристые и длиннокосые девушки сразу же стали центром всеобщего внимания. А Кэсси поняла, что Бьорна она интересовала только потому, что была любовницей великого князя и отличалась от прочих женщин невероятной красотой. Без постоянной магической подпитки красота стала меркнуть, а Анрир давно уже не обращал на нее внимания. Даже связной из его «мышек» редко наведывался к Кэсси, будто забыл о своей подопечной. Тогда-то она и осознала, что без поддержки великого князя окажется на улице, и весь путь к благополучной жизни придется начинать сначала. Пятьдесят три – не возраст для женщины, но и юностью его уже не назовешь, не так просто будет подниматься из низов, пользуясь вниманием мужчин.

Кэсси вздохнула, сняла сапоги и полушубок и поплелась ставить ведро с водой на печь. Хочется вымыться перед сном, а для этого нужно потрудиться: согреть воду, перетащить ведро за ширму, после – поставить на специальную табуретку. Влезть в небольшую деревянную лохань и поливать на себя из ковшика. И мыло тоже местное, произведенное из натуральных компонентов, а не при помощи магии, как делали на Авроре, от того дурно пахнувшее и плохо мылившееся. Где взять силы на это? Кэсси не выдержала и расплакалась. Столько старалась выбиться из нищеты, занять подобающее место в мире, а в результате оказалась в этой забытой богами дыре, которая даже по меркам Атрокса считалась нецивилизованной и дикой.

– Ты здорово сдала за это время, – говоривший медленно поднялся из стоящего в тени кресла и пересел на другое, стоявшее ближе к печке.

– Скотина! – Кэсси не выдержала и запустила в Анрира подвернувшейся под руку кружкой. Кот лениво поймал ее и поставил на пол. – Запихнул меня сюда, подложил под вонючего урода…

– Могла бы и отмыть его за шесть лет. Хотя начать нужно было с постройки нормального водопровода, – он кивнул на стоявшее на печке ведро. Помог. Надо же какой милый! – Я рассчитывал, что ты будешь лучше влиять на Бьорна. И эффективнее.

– Не правильно рассчитывал, – Кэсси пометалась еще по комнате, затем все же села напротив кота. Раз уж тот сам пришел для разговора, нельзя этим не воспользоваться. – Не слушает он меня, понятно?

– Стареешь. Потеряла хватку и слишком зациклилась на переживаниях за сыночка. Еще немного и Бьорн женится, а тебя оставит при себе в качестве любовницы.

– Ему не до того, Бьорн собрался идти войной на Аврору, и если бы ты не вернулся, они с князьями уже штурмовали бы полисы.

– А ты бы непременно последовала за ним, и ненароком потерялась где-нибудь, да, Кассандра? Ты же не веришь, что их там ждет победа. Зато появился бы неплохой шанс начать все с начала.

– Какая теперь разница? Ты же вернулся. Знаешь, теперь все еще больше твердят о твоей божественной силе, – Кэсси окончательно успокоилась и почувствовала себя увереннее. Анрир не пришел бы просто так, значит, ему что-то нужно. А в таком случае можно попробовать поторговаться. – Самый знаменитый их твоих подвигов, – куда там побегу из укрепленной подземной темницы? – побывал в другом мире, вернулся живым и невредимым и Блудницу по пути оживил. Как только тебе все удается?

– Просто я весьма умерен в жалости к себе. А так отлично отдохнул: много спал, познакомился с интересными людьми, катался на таком забавном механизме на двух колесах…, – он замолчал и пару мгновений рассматривал Кэсси, будто пытался прочитать ее мысли. – Сделал новую стрижку и в целом неплохо провел время.

Анрир провел рукой по кротким волосам, наверное, до сих пор не мог к ним привыкнуть. Кэсси же только вздохнула: кот очень болезненно заботился о собственной внешности, гораздо сильнее, чем это делали иные женщины. А уж этот его пункт на торчащих ушах… С другой стороны – лучше так, чем как Бьорн, которого приходилось постоянно уговаривать подравнять бороду и вымыть волосы.

– Рада за тебя. Ко мне зачем пришел?

– Деловой подход, за это ты мне и нравишься. На самом деле все просто: отговори Бьорна от ненормальной идеи героически сдохнуть на Авроре или не очень героически лишиться головы, если вдруг решит первым проголосовать за военные действия.

– Думаешь, мне не плевать? А вдруг я только его смерти и жду? Или того, что Бьорн все-таки организует князей на бунт против тебя?

– Нет. Я тебе пока что нужен. Как и Бьорн. А точнее – его положение в местном обществе.

Захотелось бросить в него еще чем-нибудь, а то и подойти и отвесить пощечину, но это было бы слишком большой дерзостью. Влюбленный в Кэсси мальчишка давно умер, а нынешний Анрир не стеснялся использовать ее в своих целях и, кажется, угрызениями совести не мучился. Наверняка уже тогда, когда она была в его постели, кот просчитывал, куда после денет Кэсси. Потрясающий цинизм! Заниматься любовью и строить планы избавления от женщины.

– Ой, да брось, – он едва заметно скривился и махнул рукой, – мы и спали-то всего пару раз. Все остальное время с тобой развлекались мои двойники. Меня давно уже перестали возбуждать подосланные Марком девки. Особенно после того случая, когда одна из них сожгла нас во время брачной ночи. Самая нелепая из моих смертей, до сих пор стыжусь.

– Импотент! – Кэсси все же не выдержала и выкрикнула оскорбление. Кот же равнодушно пожал плечами и продолжил ее разглядывать, чуть склонив голову набок. Наверное, так ему удобнее было считывать эмоции.

Некоторое время они молчали, пока Кэсси первой не нарушила тишину, побоявшись, что кто-нибудь может зайти в дом и увидеть ее позднего гостя.

– А какова будет моя награда в случае успеха?

– Живой сын, стабильное положение в обществе, расположение твоего великого князя, разве мало? Как думаешь, станет ли малыш Бен отсиживаться дома, когда его почти папочка пойдет войной на Аврору? Или поднимет восстание против великого князя? Поверь, у меня хватит сил подавить подобный бунт. И подыскать место на рудниках для всех его участников.

Кэсси помнила, что случилось с южанами, уже пытавшимся свергнуть Анрира лет восемь назад. Даже в аврорских газетах это выглядело не так страшно, как в рассказах местных. После того случая великого князя и прозвали «Кровавым». И Аврора с ее могущественными магами и водными богами тоже сможет дать отпор захватчикам. А Бенедикт точно не останется в стороне. Ее единственный сын, тот, ради кого Кэсси жила последние годы и за кого волновалась. Анрир прав, если начнется война, то поводов для волнения станет еще больше. Как она сможет все это пережить?

Ее затрясло, слезы сами полились из глаз. Что она может сделать? Без особого влияния и без своей магии, проблески которой с годами становились все реже?

– Не реви, это не поможет делу, – Анрир подошел и, почти не касаясь, погладил ее по щеке. – Мы дадим тебе кое-что, распорядись этим правильно.

В комнате будто бы разом открыли все окна и дверь, впустив зимнюю стужу. Пальцы Анрира казались ледяными, а сама фигура расплылась и раздвоилась, став похожей одновременно на гигантскую птицу и закутанного в плащ человека. Кэсси сжалась в комок и прошептала слова молитвы к Уводящему Во Тьму с просьбой не забирать ее раньше положенного срока. Вместо ответа древний бог склонился над ней и поцеловал в лоб. Холод понесся по телу и скопился в левой руке, сразу же онемевшей. Кэсси перевела взгляд и увидела на ней два знака птицы: с распахнутыми крыльями на ладони и со сложенными – с тыльной стороны.

– Жизнь или смерть, но всего одна. Только не сглупи, Кассандра, – уже привычный кот криво улыбнулся и вышел из дома, оставив Кэсси в одиночестве наблюдать за исчезающими знаками. Но только холод от них никуда не делся, и все так же напоминал о подарке давно забытого всеми божества.

***

Закончив громить визумарий, Айвен переместилась в прималюсскую лечебницу. Из-за этого Марк оказался завален кипами жалоб от болящих граждан на невыносимый шум, духоту и мелькавшие ночью вспышки. Особенно много обращений было от беременных женщин и рожениц. Кто бы знал, что творится в голове у Блудницы, но Марк верил в ее план и в то, что она все же сумеет поймать Безумного. Чтобы раз и навсегда, а не так, как это делали они с Креем. Ради великой цели можно и повозиться с бумажками.

А сейчас настало самое время проведать свою подопечную и поглядеть на ту самую «котоловку», тем более что Айвен обещала именно сегодня запустить прибор. Воображение Марка рисовало некую невероятную вещь, огромного размера, пускающую молнии и заставлявшую основание полиса трястись, но, судя по донесениям агентов, это было далеко от реальности. Впрочем, через несколько минут сам все узнает.

Грохот от идущей в больничном дворе стройки перекрыл рев мотора еще за два квартала от их цели. Марк выскочил из автомобиля, не потрудившись припарковать его как следует. Сделает это позже, если пациенты не прибьют его за подобное издевательство, потому как шум здесь стоял действительно невыносимый. А еще – духота от выпариваемых веществ и постоянные световые вспышки. Надо будет потрясти наместника и выбить денег на гостинцы для обитающих здесь бедолаг. Но не слишком большие, люди все же страдают не просто так, а во имя великой цели.

В дворике вместо чудесной, всесокрушающей «котоловки» торчали какие-то балки, бестолково сновали рабочие и сотрудники визумария, и на брусчатке красовалось пятиметровое изображение птицы со сложенными крыльями. И, щупальце ему в нос, все это никак не походило на фантазии Марка.

– Где котоловка? – он без приветствия подошел к Айвен и угрожающе прищурился. Но быстро разгладил брови: глупо пытаться эмоционально давить на женщину, которая возвышалась над ним на полголовы, к тому же грохот, скрипы, и отвратительный звук разрезаемого металла все равно не получалось перекричать, отчего терялся весь эффект. Впрочем, Блудница его и так неплохо поняла.

– Вот, – она вложила в руки Марку тяжеленный золотой ошейник покрытый гравировкой. – Удержит даже аватара бога смерти, правда, не больше трех часов, дальше нужно подключать к стационарной установке.

– А вот это все? – Марк обвел рукой стройку. – Просто пошуметь?

– Да.

От неожиданности он чуть не выронил ошейник, Блудница же улыбнулась и поманила его за собой. Они прошли через весь двор, затем спустились по ступенькам в подвал, где, за плотной металлической дверью непонятно для чего предназначенного помещения, можно было спокойно поговорить.

– И? – Марк не вытерпел и начал разговор раньше, чем Айвен успела напиться воды. Знал он эту женщину: сейчас попьет, затем начнет пожирать все, до чего дотянется

– Я проанализировала все случаи, когда вы пытались поймать кота, и выявила некоторую закономерность. Почти всегда он был готов к этой встрече, потому и сбегал. Я не знаю, как воздействовать на его человеческую сущность, зато в курсе слабостей божественной. Для начала нужно особое место, то, где люди часто пересекают границу между жизнью и смертью. И осознанно или нет, но обращаются к двуединому божеству.

– То есть… – Марк указал на дверь, а Айвен кивнула и продолжила:

– Да. Чем людям сложнее, тем активнее они зовут своего покровителя.

– Думаешь, это представление их настолько достало, что больные и роженицы молят о смерти? Это очень и очень странно, чего-чего, а страсти к спасению беременных и недавно родивших женщин у Безумного нет.