Текст книги "Фаза 4. Стагнация (СИ)"

Автор книги: Эл Лекс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

С чем это едят тоже, в общем-то, понятно. Я уже видел, как терраформер защищал умирающего муравья-переростка, а значит на субъектов Основания эти штуки не агрятся, они по ходу понимают, что на одной с ними стороне.

А что насчет «как убить»… Что ж, пожалуй, теперь я знаю и это.

Коррапт тихо толкнулся в плечо два раза, и две ноги треножника, которые только-только показались из-за ближайших домов, переломились в самой середине. В каждой из них просто перестал существовать целый огромный кусок такого размера, что я мог бы в него пройти, если бы как следует согнулся.

С громким протяжным то ли скрипом, то ли воем треножник повалился на ближайший дом, ломая его в щепки и поднимая тучу пыли. Отстреленные конечности бестолково сучили по воздуху, и только одна-единственная оставшаяся целой умудрилась вцепиться в асфальт, раскрошив его. Используя ее как якорь, треножник, или, вернее, уже одноножник, потащил себя в сторону, доламывая остатки стен многострадального дома и вытаскивая тело наружу.

Он даже пытался снова подняться на обрубки ног, но они отказывались держаться на асфальте, и постоянно разъезжались, не позволяя механизму встать. Все, что мог треножник – это ползти на единственной оставшейся целой ноге, волочить свое продолговатое, похожее на семечку, металлическое тело.

Меня он по-прежнему не замечал – сделав два выстрела, я снова накинул капюшон клобука, чтобы понаблюдать за тем, что будет происходить дальше. И то, что я видел, меня более чем устраивало. На данный момент я не встречал еще ничего более опасного и трудноубиваемого, чем треножники. Но теперь все изменилось.

Наконец в треножнике что-то сломалось, или у него закончилась энергия, и он перестал даже пытаться ползти – просто остался лежать на одном месте. Но он все еще функционировал, и это было отлично видно и по слегка шевелящимся конечностями, и по движущимся линзам в его окулярах.

Я выстрелил в третий раз, целясь точно в эту окуляры, и снова результатом выстрела стала огромная дыра. Только на этот раз она не была сквозной, хоть и все равно глубокой – примерно до середины тела треножника. Там внутри что-то искрило, дымило и шипело, и это явно не шло треножнику на пользу – после выстрела он дернулся сильнее прежнего, словно пытался вырваться из невидимых цепей, и замер. Теперь уже окончательно.

А я опустил Коррапт, весьма довольный всем произошедшим, и, еще раз прикинув все «за» и «против», определил направление, в котором располагалась база…

А потом развернулся к нему спиной и пошел в прямо противоположную сторону.

Есть у меня еще одна идейка, как можно отлично применить мою новую лялю.

Глава 19

Узел связи номер двести двенадцать был погружен в тишину. В тишину, но отнюдь не темноту, как полагается любому нормальному узлу связи по ночам. Здесь темноты не было и в помине, и заметно это стало, когда я еще находился в квартале от телевышки. Это яркое зарево, сияющее над крышами домов, просто невозможно было не заметить. Словно там горел целый сноп прожекторов, направленных во все стороны разом.

Но, когда я, конечно же, укрытый покровом невидимости, подошел ближе, оказалось, что никаких прожекторов на узле связи как не было, так и нет до сих пор. Да и вообще нет никаких источников освещения… Если, конечно, не считать таковым сам воздух.

Да, светился сам воздух. В нем были рассеяны тысячи и тысячи мелких искорок, словно все светлячки планеты собрались в одном месте, чтобы потусить, но кто-то без спроса поставил их тусовку на паузу, заставив жучков замереть в воздухе тут и там.

А ловко Основа это придумала однако. Считай, свет есть, но при этом нет никакого источника этого света, по которому можно было бы выстрелить и потушить его, или обесточить как-нибудь. Инопланетная система снова и снова удивляет своим подходом к организации своей разношерстной армии. Разношерстной (а то и вовсе бесшерстной), но отлично вооруженной, снабженной и подготовленной. Эта армия уже не один десяток миров захватила.

Но теперь у меня есть, что им противопоставить.

И именно это я и собираюсь сделать.

За неполные сутки основанцы не только обеспечили освещение узла связи, но и возвели наблюдательные башни по углам забора. Сам забор почему-то не стали ни чинить, ни заменять на системный аналог – наверное, у них была какая-то причина. Но даже без забора проделанная работа, без шуток, впечатляла. Видимо, неплохо я их напряг своей наглой вылазкой, раз они построили такую линию обороны.

Впрочем, мне-то без разницы, есть эта линия или нет ее. Из земных материалов такое не построить за то время, что прошло с моего последнего визита сюда, даже если эти материалы иметь. А значит – это все системное.

А значит – у меня есть что ему противопоставить. Поэтому, на мгновение скинув с головы капюшон клобука, я напялил на голову маску с защитой от псионики, чисто на всякий случай, и двинулся к телевышке.

Я планировал снова пробраться на узел связи тайком и устроить вакханалию изнутри, но увы – как только до ближайшей ко мне вышки оставалось всего-то пять метров, не больше, с нее внезапно раздался предупреждающий окрик на инопланетянском, а следом – за ним и выстрел. Но мимо.

Потому что я выстрелил раньше. Едва только понял, что меня заметили – вскинул Коррапт и практически не целясь выстрелил в середине наблюдательной вышки.

В зданиях Коррапт делал точно такие же дырки, как и в живых существах Основания. Может, чуть поменьше в диаметре, но все равно достаточные, чтобы видеть, что дырки эти – сквозные. И башка основанца, которого теперь уже не опознать и даже не узнать, как он выглядел, и задняя стенка вышки – все оказалось бессильно против мощи Коррапта.

Но мощь мощью, а все-таки каким-то образом меня заметили. Не удивлюсь, если дело в этом самом призрачном свете, ведь пока я находился в относительной темноте, никто меня не видел, а как только подошел поближе – тут же удостоился приветственного выстрела, к счастью, прошедшего мимо.

А раз так, раз невидимость мне больше не помощник – к черту капюшон клобука, он мне только обзор перекрывает по бокам.

Я перепрыгнул моток колючей проволоки, которым был украшен забор, сейчас лежащий на асфальте, и снова оказался на территории узла связи, о чем меня тут же уведомила система. Отмахнувшись от сообщения, я пошел вперед, ощупывая пространство стволом Коррапта, готовый выстрелить в любого, кто появится на пути.

Убитый основанец явно кроме гневного вопля успел передать сообщение и по чату тоже, иначе как объяснить то, что, как только я двинулся вокруг телевышки, на меня тут же выскочили сразу три основанца, причем все трое – знакомые. Толстая гусеница, инсектоид с крыльями и огромный белый Скргвл… Или как там его.

– Валгына! – непонятно прострекотал инсектоид, вскидывая свои пистолетики и явно ловя меня на прицел.

Я снова выстрелил раньше. Ствол Коррапта словно бы сам собой прыгнул на зеленую тощую фигурку, словно оружие само понимало, что я хочу сделать, и я выжал спуск.

Но за мгновение до выстрела инсектоид рванулся вверх, распахивая свои прозрачные крылья! Невидимый заряд Коррапта прошел мимо цели, зато попал в гусеницу, спешащую по следам инсектоида. Несколько железных ног перестали существовать, и гусеница сразу же завалилась набок и принялась сучить оставшимися конечностями в попытках встать.

А гребаный летун повис практически у меня над головой, снова навел свои пистолеты и открыл огонь.

Вместо вспышек сгорания пороха его стволы выплевывали длинные голубые светящиеся линии, словно он неоновыми лампочками стрелял, но вокруг меня они зацокали по асфальту совсем как настоящие пули. С двух рук особенно не прицелишься, да еще и отдача явно потянула летуна в сторону, но буквально через одну секунду он тупо нащупает меня огнем, как делал это с основанской тварью в момент конвоирования людей!

Поэтому я, не дожидаясь этого момента, сфокусировал взгляд на огромном альбиносе, который пока еще ничего не предпринял, и применил «Тахионный мост» – впервые за все время, что у меня есть этот навык.

Яркая полоса желтого света протянулась от моих ног к основанцу, и, побежав по ней что есть мочи, я с удовлетворением отметил, что планета под ногами крутится при каждом шаге втрое быстрее, чем ей положено по статусу.

Разделяющие нас десять метров я преодолел меньше чем за секунду – Скрглв даже не успел отреагировать на это.

Вернее успел. Отшатнулся, когда я появился рядом с ним.

– Больше спасибо. – от души поблагодарил его я. – А то тут тесновато немного было.

– Скрглв. – согласился монстр, и я выстрелил.

Коррапт, который мне пришлось бы поднимать над головой или отводить за спину, если бы образина не подвинулась, радостно проделал огромную дырку в основанце, и я тут же шмыгнул ему за спину, укрываясь за ней от роя пуль инсектоида.

Все еще стоящий на ногах, но уже не живой Скрглв несколько раз едва заметно дернулся, когда в него угодили пули инсектоида, а потом огонь стих. Зато раздались тихие чертыхания и щелчки оружия.

Скрглв уже начал заваливаться вперед, но я все же успел развернуться, просунуть ствол Коррапта в дыру в пришельце, и, практически на интуиции, трижды выстрелить туда, где находился инсектоид.

А в следующий момент пуля прилетела и в меня тоже. И не спереди, а очень даже наоборот – сзади.

Модули защиты отработали как надо, и только легкая рябь перед глазами, словно я смотрел на потревоженную ветром поверхность озера, дала понять, что в меня только что попали. Краем глаза увидев, как потерявший правую половину тела инсектоид штопором падает на асфальт, я развернулся, снова вскидывая Коррапт и готовясь отбивать новое нападение.

На сей раз основанцев было пятеро. И опять все знакомые – парочка киборго-роботов, которых я приделал возле сада камней, девушка-инсектоид, псионический скат и тот, с кем я разговаривал после освобождения людей.

– Это он! – заорал серокожий, глядя на меня. – Я так и знал, что это он!

– Да никто и не сомневался! – нервно ответила ему насекомая. – Убейте его!

И она первая вскинула свое оружие, прицеливаясь в меня.

И в тот же момент голову сдавило так, словно я сунул ее в слесарные тиски. Руки дрогнули, и заряд, предназначавшийся для робота с мечом, прошел мимо. И, к сожалению, в этот раз никто на его пути не попался.

– С-сука такая… – выдохнул я, нашаривая взглядом скатоподобного основанца и нисколько не удивляясь тому, что он замер в напряженной позе, прижав одну руку к голове, там, где у человека располагался бы висок, а вторую – вытянув в мою сторону. – Я тебе пошаманю!

Скат, кажется, понял, что я обращаюсь к нему, потому что нервно дернул головой по сторонам, ища, куда бы спрятаться, и на мгновение разорвал зрительный контакт.

Голову тут же отпустило, и я воспользовался этим мгновением, чтобы поймать врага на прицел и выстрелить.

А в следующий момент пришлось неловко падать на спину, уходя от удара красного светящегося меча!

Пока я выцеливал ската, робот подобрался вплотную и чуть не сделал из меня стрелка без головы!

Клинок пронесся над головой с едва слышным треском, вместо свиста, который должны издавать все приличные клинки, а я плюхнулся на задницу и потом на спину, уходя от еще одного удара – клятый робот быстр, как кобра, и резок, как понос после селедки с молоком!

Робот перехватил меч обратным хватом и торжествующе занес его надо мной, намереваясь пришпилить меня к асфальту, как муху. Между его широко расставленных металлических ног я заметил серокожего, который не рисковал лезть под клинок, и активировал «Скачок».

Умение буквально сдернуло меня с клинка, и он вместо моей груди пробил один лишь только асфальт.

А я оказался под ногами серокожего, все так же лежа и все так же глядя на него снизу-вверх.

Впрочем, то, что он смотрел на меня сверху-вниз, никаких преимуществ ему не давало. Потому что я смотрел ему в глаза, а он-то смотрел в ствольный срез Коррапта.

– Как сам? – ухмыльнулся я, и, раньше, чем основанец успел что-то ответить и вообще как-то отреагировать – спустил курок.

Голова и самая верхняя правая рука пришельца перестали существовать, а в меня снова ударили пули, аж перед глазами зарябило! Одна, две, три, четыре, пять…

У меня так совсем не останется зарядов в модулях защиты!

Прямо лежа на земле, я повернул на левый бок, поймал в прицел насекомую, поливающую меня пулями, и выстрелил. В последний момент она попыталась увернуться, но заряд Коррапта настиг ее, и на асфальт упала только половина ее тела, рефлекторно подергивающаяся.

А потом сверху на меня упал меч. Робот все же догнал меня, и довел дело до конца. Сияющий красный клинок упал сверху вниз со скоростью молнии, пробивая грудной модуль защиты как пленку мыльного пузыря, и вонзаясь в тело.

Сначала я ничего не почувствовал. Только удар, словно меня в грудь лошадь копытом пнула, а вовсе не метр какого-то неизвестного материала загнали.

И я потратил это время на то, чтобы поднять Коррапт над головой и спустить курок прямо в красный огонек, гуляющий под капюшоном ниндзя-робота.

А потом пришла боль. И не просто боль, а боль такая, словно меня жарили изнутри! Будто бы всаженный в меня клинок раскалился до тысячи градусов, и сжигал в золу и пепел все внутренности!

Я действовал по наитию – подтянул к себе Коррапт, практически вытянув его над головой, кое-как навел на торчащий из груди меч и выстрелил. Он моментально перестал существовать, и вместе с ним перестала существовать обжигающая боль.

Конечно, он бы так и так пропал вместе с телом своего хозяина, но я просто не мог ждать столько времени. Хоть и говорят, что болевого шока не существует, и умереть от него нельзя, но проверять это на своей шкуре вот прямо вообще не хочется.

Зажимая рукой грудь, которая уже не болела, а скорее саднила, будто я кожу содрал, держа Коррапт в другой руке, я поднялся и осмотрелся в поисках последнего оставшегося киборга. Его нигде не было видно, но я отлично помню, как хорошо он умеет прятаться, поэтому не клюну на эту уловку.

Черт, я все-таки переоценил себя. Не надо было сюда заявляться, это оказалось плохой идеей. Да, я раздобыл себе пушку-ваншотку, которая справляется с любым противником, но даже она не лишена главного недостатка любого огнестрельного оружия – в любой момент времени ты можешь стрелять только в одного противника.

А остальные противники в это время стреляют в тебя.

Или мечом машут, но тоже – в тебя.

С Корраптом в руках я превратился в архетип «стеклянной пушки» – персонажа, который наносит гигантский урон за короткое время, но при этом практически лишен защиты и складывается от одного дуновения инопланетного ветра. Конечно, не настолько все плохо, и за себя постоять я все еще могу…

Но лезть на укрепленную базу противников – все еще плохая идея. Они тупо возьмут числом, мясом, если понадобится. Они-то бессмертны.

Я – нет.

На границе зрения мелькнул размытый красный силуэт, и я едва заметно (а под маской вообще незаметно) ухмыльнулся – киборг все же показал себя. Сначала он опасливо скользнул в стороне, потом подошел поближе, а, когда он появился в третий раз, очевидно занося руку для удара – я выстрелил.

Я специально ждал этого момента. Я не мог отвлечься на использование бустера, потому что тогда киборг атаковал бы моментально. Все, что я мог – это зажимать рану одной рукой и кое-как удерживать Коррапт другой, надеясь на то, что инопланетным киборгам тоже свойственна нетерпеливость. У меня был только один выстрел, один шанс попасть по нему – если я вкачу ствол прямо в его стальную башку. Или хотя бы в грудь.

И я это сделал. Киборг, подсвеченный «взором» наткнулся на ствол, налетел на него, как разогнавшийся грузовик – на столб, и в этот момент я выстрелил.

Верхняя половина киборга разлетелась на фрагменты, а нижняя все еще продолжала двигаться, и упала лишь пробежав еще добрых пять метров.

Следя за ней краем глаза, я уже открывал инвентарь, чтобы достать бустер регенерации и вкатить его себе, пока не истек кровью напрочь. Ее, может, не было снаружи, но это не значит, что ее нет вообще – она вполне может течь внутрь… А даже если меч действительно пережег все кровеносные сосуды, это не повод ходить с дырой в груди. Я бы даже сказал – «тем более не повод».

Короткая вспышка боли, по сравнению с которой ранение мечом показалось поглаживанием мягким перышком – и я снова в порядке. Я, но не мое снаряжение.

У меня остался один или два заряда в модулях защиты, и я окажусь уязвим. Не говоря уже о том, что сейчас мне противостояли известные противники, а что будет, когда они подтянут снайперов например? Один раз я уже убедился в том, что тяжелым пулям моя защита ничего не может противопоставить, и повторять не хочется.

А против мечников и рукопашников у меня вообще защиты никакой нет. Да и против псиоников, считай, тоже… Что будет, когда они окажутся тут?

А они окажутся! Я уже сейчас слышу, как где-то за изгибом телевышки вопят на десяток голосов основанцы, и, судя по громкости их воплей – они приближаются сюда!

Не знаю уж, почему они решили атаковать меня такими волнами – скорее всего, просто так получилось, что группы разных размеров были на разном расстоянии от меня, и они решили не перегруппировываться, а нападать как есть… В любом случае, мне это на руку. Если бы они напала все разом – боюсь, я бы не вывез вообще. Я и сейчас не то чтобы вывез, в какой-то степени мне просто повезло. Если бы меч робота угодил мне в сердце, например, то все – аля-улю, как говорится. Фаст стал слоу.

Но и сказать, что я ничего не добился, тоже нельзя. Теперь я по крайней мере знаю, что имея в руках имба-пушку, я не становлюсь имбой сам по себе. Система готовит подготовленных, сильных и защищенных бойцов, но ни одна из этих характеристик не упирается в идеал. Если бы это было так, Основа обошлась бы одним ультрамегазордом вместо того, чтобы делать армию. И это тот фундаментальный принцип, пошатнуть который не в силах даже компиляция всех ошибок и багов системы.

А чтобы победить армию, мне самому понадобится армия.

Поэтому я бросил последний взгляд на телевышку, затянутую голубым вьюном, накинул на голову капюшон клобука и побежал прочь с территории узла связи.

Глава 20

Основанцы изо всех сил пытались не дать мне уйти. Даже несмотря на то, что я принял решение пока что остановить свою самоубийственную атаку, они все равно пытались меня преследовать.

Конечно же, у них ни хрена не вышло. Как только я вышел из зоны магического освещения, которое раскрывало мою невидимость для противников, они моментально потеряли меня из виду. Они пытались найти меня при помощи своей волшебной пыли, с которой я уже сталкивался, и, скорее всего, кто-то из них, владеющий Тактикой, тоже прикладывал все усилия к тому, чтобы найти меня…

Но я к тому моменту уже находился на крыше ближайшего здания, на которую попал сначала «Скачком» прыгнув на балкон, а потом с него дотянувшись до пожарной лестницы. Вверх основанцы не смотрели, поэтому и меня не видели, а вот мне сверху было отлично видно, как пара десятков пришельцев всех форма и расцветок шныряет по окружающим переулкам, благоразумно не разделяясь на группы меньше чем по четыре.

В теории я мог бы их всех пострелять прямо со своей крыши, как оленей из засидки на дереве… Но это лишено смысла. Каким бы тихим ни был Коррапт, но в ночной тишине даже его хлопки быстро выдадут мою позицию. Скольких я успею приделать к тому моменту? Ну, пятерых допустим. А остальные просто зальют огнем мою крышу, а то и закинут на нее что-нибудь более интересное, вроде гравипода, начиненного десятком вороксов или пятком скайдеров. И попробуй разберись с ними на крыше, вся небольшая площадь которой застроена всякими вентиляционными пирамидами и лифтовыми шахтами.

Короче, не стал я стрелять. Все равно они возродятся, да причем к тому моменту как я возможно отстреляю всех этих, уже начнут возвращаться те, кого я приделал раньше. И в итоге все это превратится в бесконечную карусель выстрелов, как моих, так и по мне. В рулетку, в которой мне не выиграть – патроны у меня, может, и бесконечные, зато вот модули защиты – отнюдь.

Нет, таким макаром провернуть штурм узла связи не получится, даже если бы у меня было при себе что-то, что заинтересует систему. Тут надо штурмовать одним разом – быстро, яростно, настойчиво, решительно. Так, чтобы основанцы, после того, как возродятся и подтянутся обратно, не влились снова в ряды держащих оборону пришельцев, а вынуждены были бы поменяться с нами ролями, и самим превратиться в тех, кто штурмует укрепленные позиции.

Поэтому я понаблюдал несколько минут за тем, как основанцы безуспешно ищут меня по переулкам, а потом «Скачком» переместился на крышу соседнего дома, спустился по лестнице, все так же сохраняя невидимость, достал фазоцикл и поехал прочь отсюда.

Мне предстояло много работы.

Но сначала следует отдохнуть. Меня как-никак десять минут назад мечом насквозь проткнули. И плевать, что бустер регенерации не оставил и следа на коже от той страшной раны – все равно осталось неприятное ощущение. Может, это просто фантомная боль, а, может, бустер справился не до конца.

Когда я отъехал на два квартала от узла связи, система внезапно решила напомнить о своем существовании и вывела мне новое сообщение. Сперва я удостоил его лишь короткого быстрого взгляда – мало ли что там опять от меня хочет электронная дурочка.

Но после этого я экстренно затормозил и вчитался в сообщение внимательнее, буквально сверля взглядом каждую букву.

Внимание. Корс обрел носителя.

Интересно, а когда я брал в руки Коррапт, всем субъектам Основания тоже подобное сообщение пришло? Мне-то точно не приходило, но я и сам прекрасно знал, что Коррапт обрел носителя.

Черт, всего четыре слова, а мурашки по спине поползли. Поползли, падлы, даже отрицать это глупо. Ведь это означает не просто тот факт, что где-то у кого-то в мире появилось оружие, равное по силу моему Коррапту, это одновременно означает, что этот кто-то видит на карте меня.

А, может, он видит не меня, а Коррапт? Может, я могу просто выкинуть оружие и тем самым сотру себя с карты у противника?

Конечно же, делать этого я не собирался, но эксперимент провести стоило. Чисто на случай какой-то совершенно непредвиденной ситуации.

Я открыл инвентарь, в который по привычке убрал Коррапт, прежде чем садиться на фазоцикл – ремня-то у него не было, и повесить его на плечо возможность отсутствовала тоже. Быстро пробежался взглядом по ячейкам, в поисках силуэта Коррапта, но внезапно не нашел его. Зато нашел кое-что другое – непонятное черное марево, похожее на огромную трехмерную нефтяную амебу, которая постоянно шевелила своими ложноножками прямо в моем инвентаре.

Забавно инвентарь отображает Коррапт, ничего не скажешь. А еще забавно, и что намного важнее – приятно, – то, что вес Коррапта равен нулю, то есть, я могу закинуть его в инвентарь даже если буду нагружен под самый лимит. Это, конечно, странно, если вспомнить, что в руках Коррапт чувствуется вполне себе полновесными тремя с хвостиком килограммами, но я видал вещи и постраннее.

А вот что действительно странно, и на сей раз без оговорок – это то, что, когда я ткнул в Коррапт, чтобы достать его из инвентаря, его иконка не исчезла, как это происходило всегда, а осталась в инвентаре, только стала полупрозрачной, словно оружие только притворилось, что исчезло оттуда. При этом в руках у меня появился полноценный ствол, точно такой же, как был до этого.

Что ж… Сдается мне, что система так ненавязчиво послала меня нахер, да еще и подмигнула кокетливо при этом.

На всякий случай я все же вытянул руку с Корраптом подальше и разжал пальцы, позволяя ему упасть. Ожидал даже, что он намертво слипнется с рукой и откажется подчиняться гравитации, но дробовик все же полетел на асфальт.

Но не долетел. Едва только начав падать, он тут же начал разваливаться на черную многоугольники, которые отрывались от него, словно конфетти. Отрывались и тут же таяли в воздухе, оставляя Коррапт все менее и менее целым.

В итоге до асфальта так ничего и не долетело – все испарилось раньше, намного раньше.

Зато в моем инвентаре, который я предусмотрительно не закрывал, снова появилась черная жирная амеба, вяло перебирающая ложноножками.

Система все-таки послала меня нахер, только не так откровенно и напрямую, как я ожидал. Она поступила намного более изощренно и, даже не побоюсь этого слова, элегантно. Так или иначе, она ясно дала понять, что от лишиться Коррапта теперь я могу только двумя способами, и первый – вместе с жизнью. Может, кто-то из основанцев и предпочел бы такой выход, но я, в отличие от них, воскресать не умею. Да я и умирать не собираюсь, если уж на то пошло. Мне проще выбрать второй вариант – уничтожить того, кто владеет Корсом.

С другой стороны, есть же еще и третий вариант… Или, вернее, он снова первый, потому что вообще не относится к тезису «лишиться Коррапта». Этот вариант – оставить Коррапт себе и вообще никак не пересечься с носителем Корса. В конце концов, он же мог появиться в любой точке земного шара, где-нибудь там в Парагвае например. Неужели тот, кто его получил, вот прямо все бросит и ломанется ко мне навстречу, чтобы устроить бой насмерть? Вот уж не думаю. Я бы по крайней мере не стал этого делать… По крайней мере, до тех пор, пока не наслажусь в полной мере всеми возможностями, что дает фрагментированное оружие. В конце концов, носителям от этих стволов одни лишь плюсы… В отличие от всех остальных, кто остается без варбоксов в обозримом будущем. А ваброксы, даже молодые, ненастоявшиеся – это кладезь крутого и мощного снаряжения, которое, надо думать, другим способом не достать. И все, кто не имеет мощнейшего фрагментированного оружия, будут крайне недовольны тем, что теперь они остались без этого самого снаряжения и лишились возможности хотя бы приблизиться к уровню крутости Коррапта и Корса.

Занятно получается – система делает особенными двух субъектов внутри себя, но при этом фактически настраивает против них всех остальных. Кем бы ты ни был, даже главой самого крутого из крутейших кланов, если ты обзавелся Корраптом или Корсом, рано или поздно твой клан начнет роптать от невозможности получить крутое снаряжение. И ты, конечно, можешь их пострелять из этого самого фрагментированного оружия, пытаясь удержать власть в клане силой… Но что с того толку, если убитые тобой возродятся и вернутся? Вернутся и уже не станут с тобой разговаривать, а просто ткнут ножом в спину из невидимости. Предварительно выйдя из клана, само собой, чтобы эта самая невидимость сработала.

Даже не думал рассматривать фрагментированное оружие с подобной стороны, но ведь получается, что это такой очередной, только очень уж изысканный, механизм контроля армии Основания. Контроля и обучения, если говорить точнее. Наглядная демонстрация того факта, что каким бы крутым ты ни был, каким бы невероятным оружием не обладал, сколько бы уровней у тебя не было написано в информации, ты все равно – лишь часть огромного боевого механизма под названием Основа. Причем часть далеко не самая важная, что бы ты там о себе ни возомнил.

Чем больше я узнаю о системе Основания, тем больше меня удивляет ее строение. Все подчинено только одной цели – формированию мощнейшей армии. Причем не армии в вакууме, а армии, нужной конкретно для завоевания. Тупо инструмент, как молоток или циркулярка, но молоток и циркулярка от премиального дорогого бренда с пожизненной гарантией.

Вот только в моем мире все устроено так, что армия и завоевание это не цель, это средство. Средство достижения каких-то других целей.

Какие цели преследует система? Вот в чем главный вопрос.

Покачав головой, поскольку ответа на этот вопрос у меня нет, и вряд ли я получу его скоро, я двинул локтем в голубые кристаллические зубы подкравшегося со спины зомби, и, пока он собирал в кучу конечности, пытаясь подняться с асфальта, открыл карту.

Мне нужно понять, где там Корс.

Рядом со мной ничего интересного карта не показывала. Не то что носителя Корса – вообще буквально ничего интересного, ни единой пометки.

Тогда я от масштабировал карту так, чтобы она показывала весь город целиком. Тут уже всяких пометок стало так много, что они закрыли половину карты, и я принялся осматривать их внимательнее. Мне даже не нужно было изучать каждую из них подробно, мне просто нужно было найти ту единственную, что присутствовала на карте строго в одном экземпляре.

Но я не смог найти ее. Всех меток было минимум по четыре, а то и по несколько десятков. Как я и думал, Корс появился не в моем городе.

Я уменьшил карту еще, потом еще, и уменьшал до тех пор, пока не нашел все-таки метку Корса. Не найти ее было бы проблематично – она единственная из всех не уменьшалась вместе с масштабом, а оставалась такой же заметной, ярко-голубой.

Что ж, носитель Корса, конечно, оказался не в моем городе, но довольно близко – в соседнем городке, городе-спутнике так сказать. Населения там было всего ничего и в лучшие годы, а сейчас так и вовсе одни зомби, наверное, по улицам бродят. Ну, и носитель Корса, конечно.

При желании от позиции Корса до моей позиции можно было бы добраться часов так за восемь быстрой езды на машине. Не Парагвай, конечно, вовсе, но хотя бы не в соседнем доме. Насчет Парагвая я вообще загнул, пожалуй – очевидно же, что система не будет раскидывать по полюсам то, что в ее понимании должно встретиться друг с другом, и желательно как можно скорее. Наверняка же она закинет это куда-то рядышком.

Ладно. Все, что мне остается делать – это лишь следить за картой, чтобы перемещения обладателя Корса не стали для меня сюрпризом. А сам я пока что буду пользоваться способностями Коррапта на полную.

Например – зачищу нахрен весь город в поисках того, чем можно подкупить систему на узле связи. И у меня даже есть пара идей, что это может быть и где оно может храниться. Пара идей, реализовать которые без такой имбы, как Коррапт, шансов было ноль целых хрен десятых.

Но это потом. Это утромэ.

А пока что, снова пнув наконец-то поднявшегося с асфальта зомби и заставив его снова повалиться ничком, я закрыл карту, взялся за руль фазоцикла и поехал к своей базе. И добрался до нее без сюрпризов.

Сюрприз ждал меня уже там.

Когда до стен военной части оставалось метров пятьдесят, из темноты между переулками внезапно раздался громкий звонкий окрик:

– Стой, кто идет!

– А кто спрашивает? – на автомате ляпнул я, тормозя байк и всматриваясь в непроницаемую тьму.

Непроницаемой она, конечно же, была только для тех, кто в ней прятался, но не для меня. Я-то прекрасно видел троицу молодых людей, прячущихся в переулке… Мало того – я всю эту троицу знал! Это были мои же ребята, из моего клана! Кажется, их позывные – Сойка, Маламут и Альт… Так, что ли? Не помню, блин.