Текст книги "С ненавистью к тебе (СИ)"
Автор книги: Екатерина Юдина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)
Вот, кто не сомневался в моей вине, так это мама.
Она требовала, чтобы я немедленно связалась с Дэвидом, ведь, иначе, меня точно отправят за решетку, а это же такой позор будет.
Я даже разговаривать с ней не стала. Быстро переоделась и собрала свои вещи, после чего покинула дом.
Пока мы с Лераном ехали в университет, обговорили, что Дэвид может сделать против меня и то, как этому можно помешать.
Следовало предвидеть любые варианты и перекрыть их.
***
Слухи о том, что произошло вчера, уже разлетелись на весь университет и, появившись на учебе, я чувствовала на себе пристальные взгляды. Слышала сопровождающий меня шепот.
Я, как Тьери, всегда привлекала к себе много внимания, но сегодня им можно было захлебнуться.
Кэри, подловив меня в холле, утянула в одну из пустующих аудиторий и, поскольку Леран меня не отпустил, ей пришлось при нем пересказывать мне все сплетни.
Оказалось, что все ничерта неоднозначно.
Часть студентов тут же начала поливать меня грязью. Но это те, кому не нравилась моя семья и они по любой причине готовы злословить в мою сторону. А тут еще такой повод – я, стерва, навредила несчастной омеге. Эти студенты чуть не захлебнулись утверждениями, что я оказалась действительно ужасной.
Но имелись и те, кто был рад тому, что я якобы так поступила. Они ненавидят Асманда и отлично восприняли такой удар по нему.
Кому-то просто не нравилась эта Нора. Она слишком нетипична для нашего университета и эти студенты считали, что для нее это должно стать показательным и наводящим на то, что она должна исчезнуть.
Поскольку так же распространились слухи о том, что я свою вину не признаю и утверждаю, что не делала этого, появились те, кто верил в это.
Кому-то вовсе было плевать. Они воспринимали это, как очередные разборки между богатенькими наследниками. Кто бы не был виноват, скоро это замнется и благодаря деньгам никто наказан не будет.
Вот только, я не хотела, чтобы это замялось. Если это случится, на мне так и останутся пятна, а это минимум из того, что желал Дэвид.
Но именно сейчас единственное, что мне оставалось – это выглядеть расслабленно. Величественно настолько, насколько и полагается Тьери.
Чтобы никому в голову не пришла ни одна мысль, что я нервничаю и то, что эта ситуация меня хоть немного подбила.
***
После первой лекции начался такой ливень, что некоторые цветы во дворе университета примялись и все тропинки затопило.
И в такую погоду мне как-то требовалось добежать из центрального крыла университета в правый корпус, чтобы поговорить с мистером Флетчером.
Одолжив у знакомой омеги с третьего курса зонт, который она всегда держала в шкафчике в раздевалке, я спустилась вниз и, открыв дверь уже собралась бежать, как застыла на месте.
На ступеньках сидел Асманд.
Его не было на лекции и я уже думала, что альфа не пришел в университет, но, как оказалось, ошиблась.
Коул сидел ко мне спиной. Курил. Его волосы были мокрыми и растрепанными.
Он, наверное, услышал, что дверь открылась, но я понятия не имела, понял ли он, что сейчас за его спинной стояла именно я.
Но чувство самосохранения завопило о том, что мне следует немедленно уйти.
Вот только, я этого не сделала.
Глупо признаться, но позавчера я напилась по той причине, что пыталась смириться со своим решением – рассказать Асманду о своих проблемах в семье и сказать о том, что мне срочно нужно замужество. К сожалению, с ним.
На предложение Лерана я согласиться не могла. Я бы так с ним никогда не поступила. А с Асмандом у нас общий триггер – наша истинность. Мы зависим друг от друга. И уже нет другого выбора, кроме как пытаться совместно пытаться решить наши проблемы. Насколько ужасными они не были бы.
По этой причине я позавчера и сказала Коулу, что хочу уважения от него. Как я могла просить брака у того, кто относится ко мне, как тряпке?
И вчера я планировала продолжить разговор, но все пошло черти каким образом.
Что же теперь?
Я не понимала, но мне срочно требовалось поговорить с Асмандом.
Слишком многое упиралось именно в него.
– Что ты тут делаешь? – спросила, закрывая дверь. – Предыдущая лекция была у миссис Лордер. Она терпеть не может прогульщиков. Тебе позже от нее может влететь.
Услышав мой голос, Асманд никаким образом не отреагировал, что дало понять – он знал, что на улицу вышла именно я.
– Не советую тебе, Тьери, сейчас приближаться ко мне, – сказал он, выдыхая дым.
– Почему?
– Боюсь, что не сдержусь и сломаю тебе шею.
Асманд произнес это настолько буднично, словно говорил о совершенно обычном деле, а у меня горло сжало.
Он ведь это несерьезно?
Конечно, нет. Я же его истинная. Коул не может причинить мне вред. Ну или как минимум сделать его критичным.
– Дай угадаю, ты поверил в то, что это я навредила твоей обожаемой омеге?
– Значит, ты не отрицаешь того, что знала, что Нора для меня обожаемая? – Асманд сбил пепел.
Ливень хлестал так, что даже навес полностью не спасал лестницу. Первые пять ступенек были полностью мокрыми. По ним стекала вода.
Но тут, наверху, сухо. Пусть и после слов Асманда мне показалось, что меня облило ведром ледяной воды.
– Разве ты это скрывал? – спросила. – Ты по отношению к ней проявлял особенную заботу. При всех поцеловал эту омегу и, думаю, ты прекрасно понимал, что рано или поздно я узнаю об этом. Слухи доходят до всех.
Я поясницей оперлась о мраморные перила.
– Это достаточно цинично с твоей стороны. Особенно, если учесть то, как ты реагировал на мою оставшуюся дружбу с Лераном. Ты говорил, что не желаешь, чтобы он находился рядом со мной, но сам ты в это же время целуешь другую омегу и делаешь это при всех. Двойные стандарты. Верно? Но в любом случае, я не трогала Флитбер. Мне это без надобности.
– Билер просто так указал на тебя? – голос Асманда казался непривычно тяжелым. – Брось, Тьери. Врагом твоей семьи никто не захотел бы стать. Только не если ты действительно виновна и это можно доказать.
– Это ты, брось, Асманд. Фамилия Тьери всегда ассоциировалась с законом и я бы не стала его нарушать. Мы с тобой долгие годы учились вместе и я ни разу не переступала черту несмотря на то, что мой главный враг всегда находился рядом. С чего бы мне сейчас трогать твою омежку? И тем более, Асманд, если бы я действительно хотела бы это сделать, я бы наняла людей, которые подловили бы ее где-нибудь на безлюдной улице и надели бы ей мешок на голову. Уж точно я не стала бы задействовать первогодок с кашей в голове вместо мозгов, которые даже не позаботились о том, чтобы дверь закрыть.
Асманд повернул голову в мою сторону и я увидела ярость в его глазах.
– Наверное, тебе не нравится то, что твоя затея провалилась и их поймали. Верно, Тьери?
– Так, ты все же считаешь, что это была я?
– Я знаю, что ты сука и ведешь себя, как та, которая способна на такое.
Я всячески попыталась удержать на лице невозмутимое выражение, но слова Асманда меня зацепили. Куда сильнее, чем мне бы хотелось.
И в груди стало слишком горько.
– Я докажу, что не делала этого. После этого я получу твои извинения?
– Что же будет, если докажут обратное? – Асманд потушил сигарету и поднялся на ноги. – Понесешь наказание? Без полиции, Тьери. Я удушу тебя собственными руками.
Он подошел ко мне и мне стоило огромных усилий, чтобы не содрогнуться и не вжаться в перила.
– Я подожду, пока пройдет расследование. Более того, люди моей семьи тоже будут в нем участвовать, чтобы вы, гребанные Тьери, не могли ничего скрыть, – сказал Асманд. – И до тех пор, пока не будут известны результаты, держишь от меня подальше, иначе я по отношению к тебе не сдержусь. Если же ты действительно виновна, – Коул посмотрел мне в глаза. – Нора мне очень дорога и, если я узнаю, что она пострадала из-за тебя, я сделаю так, что ты пожалеешь о том, что вообще родилась.
– Я же твоя истинная и…
– Это не помешает мне сделать тебе очень больно. А теперь свали, Тьери. В последний раз тебя предупреждаю. Иначе я уже сейчас сверну тебе шею.
Я отшатнулась вбок и быстро отошла от Коула. Попыталась сделать вдох, но у меня не получилось.
– Ты ублюдок, не заслуживаешь меня, – эти слова сорвались с моих губ, прежде, чем я побежала к ступенькам.
Но говорила их больше себе, пытаясь не чувствовать себя настолько ущербно, как в последние дни.
***
– Ты чего-нибудь хочешь? – спросил Леран, когда мы спустились по лестнице.
Я еле сдержалась, чтобы не ответить «Домой».
Но, во-первых, дома у меня больше не было. Как и семьи.
Я поругалась с мамой и отказывалась идти на контакт с Дэвидом. С этого момента мне предстоит уйти в свободное плаванье. Понятия не имела, что из этого выйдет, но сдаваться я уж точно не собиралась.
Во-вторых, я не могла так просто уйти с этого мероприятия.
Я тут потому, что об этом попросила миссис Уокер, но я все никак не могла отделаться от мысли, что любые людные места, это последнее, где я хотела бы появляться.
Тем более, тут так же был Асманд. Я его издалека увидела среди гостей и почему-то мне показалось, что он, как и я, не особо хочет тут находиться.
Чертовы обязательные мероприятия. Но все же Асманд, наверное, если захочет, может уйти раньше меня.
– Ты не будешь против, если я отойду и немного посижу на одном из диванчиков? – спросила у Лерана. – Мне хочется отдохнуть.
– Провести тебя?
– Думаю, я сама смогу дойти, – я улыбнулась. Вернее, заставила себя это сделать, ведь понимала, что Леран достоин улыбки. Просто я на нее сейчас не особо способна.
– Принести тебе, что-нибудь выпить?
– Спасибо, не нужно.
Я пошла обратно к лестнице и поднялась на второй этаж. Изредка я и тут слышала сплетни о том, что случилось в университете. Все же высшее общество любит пообсуждать всякую грязь.
Но, насколько я знаю, уже завтра из базы достанут видео с камер расположенных рядом с дорогой. Благодаря им, многое станет ясно.
– Лия, милая, – ко мне подошла миссис Вергар и тут же обняла. Я этого не ожидала и еле сдержалась чтобы не вздрогнуть. – Слышала, у тебя скоро свадьба с Лераном. Говорят, что она вот-вот будет, а я так и не получила приглашения. Неужели я не стану гостьей такого важного события?
– Слухи немного преувеличены, – сказала я, с мягкой улыбкой.
Из-за того, что я осталась жить в доме Лерана все стали говорить о нашей скорой свадьбе, но на самом деле я думала о том, чтобы вовсе разорвать нашу помолвку.
Кто я теперь?
Всего лишь пиявка. Еще и дефектная.
Лерану не нужна такая жена.
Но мне срочно нужен муж и я понимала, что им уж точно не станет Асманд.
Боже, все это так сложно. Завтра, после того, как решится вопрос с моими обвинениями, я планировала поговорить с Лераном. Все ему объяснить и дать понять, что не могу пользоваться его добротой.
Но, поскольку мне все же нужен муж, я готова с кем-нибудь заключить фиктивный брак. С тем, кто будет довольствоваться деньгами, заплаченными мной и из-за этой связи не понесет убытков.
С остальными проблемами буду разбираться позже.
Попрощавшись с миссис Вергар, я пошла дальше. Забрела в коридор и, открыв дверь одной из дальних комнат, вошла внутрь. Пройдя к диванчику, хотела сесть на него, но замерла, увидев Асманда около открытого окна.
Он пальцами держал тлеющую сигарету и смотрел на меня так, что кровь леденела.
– Я не знала, что ты тут, – сказала, с сожалением отметив, что это прозвучало, как оправдание. Но все равно я добавила: – Я просто искала комнату, в которой могла бы отдохнуть.
Вчера Асманд опять не появился на лекциях и очень многое, нагнетаясь, давало понять, что наш разговор на крыльце, возможно, не был преувеличением.
Коул потушил сигарету и окинул меня медленным взглядом.
– Развлекаешься? – спросил он настолько пренебрежительно, что я кожей почувствовала соприкосновение с грязью.
– Это обязательное мероприятие. Я тут не потому, что хотела, а потому так требовалось.
– Не притворяйся, Тьери, словно живешь не как избалованная стерва, – Асманд подошел ко мне и я, пытаясь отойти от него, спиной уперлась в стену. – Пьянные посиделки с другими омегами. На следующий день развлечения на берегу озера вместе с твоим блядским женихом. Конечно, если ты действительно была там, в чем я сомневаюсь. Но ты же в любом случае уже живешь в его доме. Успела раздвинуть ноги?
Асманд одной рукой оперся о стену рядом с моей головой, а второй ладонью сжал мою талию.
– Что ты… Отпусти! – я попыталась вырваться. Ударила ладонями в его грудь, но словно стену пыталась оттолкнуть. – Я не знаю, что ты себе надумал, но около озера я просто разговаривала с Лераном, а то, что я напилась – мне нужно было… Асманд, черт раздери, отпусти меня. Мне… Мне больно.
– Так паршиво сопротивляешься. Старайся лучше, – тяжелый, мрачный голос Коула прозвучал совсем рядом с ухом, а огромная ладонь сжала талию с такой силой, что по всему телу пронеслась волна боли.
– Не смей меня трогать, – я стиснула зубы и попыталась его ударить, вот только мое запястье тут же было перехвачено и прижато к стене. По сознанию пронеслась волна паники от того, что я совершенно никак не могла освободиться. Словно по сравнению с ним я была полнейшим никем. – Отпусти. Немедленно!
– Я, кажется, говорил, чтобы ты держалась от меня подальше, – пальцами второй руки он сжал мой подбородок и заставил поднять голову. Посмотреть в его жуткие, полностью лишенные эмоций белые глаза.
– Повторяю – я не знала, что ты будешь тут, – я вновь попыталась вырваться. – Я была обязана присутствовать на этом мероприятии, как наследница своей семьи. Но, в отличие от тебя, я могу держать себя в руках.
Уголок его губ приподнялся в жутком оскале и рядом с ухом прозвучали слова:
– Да, мне трудно держать себя в руках, когда дело касается тебя. Каждый раз хочется свернуть тебе шею.
Там где находится сердце болезненно сжалось.
– Ну, конечно, я ведь не Флитбер, – сказала, пытаясь делать вид, что меня абсолютно ничто не задело. Но это точно было не так. – Скажи, чем же она так хорошо, что ты с ней настолько бережно носишься?
– Хочешь узнать, чего тебе не хватает? Всего, Тьери.
Всего лишь слова, но по ощущениям, как удар.
– Ты не достойна даже стоять рядом с ней, – мрачно произнес Асманд мне на ухо, после чего рукой оттолкнулся от стены и сделав шаг назад, будто отходил от мусора, произнес: – Исчезни. Не испытывай моего терпения.
Чувство самосохранения и так твердило, что мне лучше убраться отсюда, поэтому я не стала с этим медлить.
Сделала так, как Асманд желал. А именно – покинула комнату.
Немного позже, найдя Лерана, я сказала, что хочу съездить к Кэри и срочно поговорить с ней.
Вот так внезапно уходить с мероприятия было не лучшим вариантом, но я правда больше не могла находиться тут.
Возможно, Леран что-то увидел в моих глазах, так как не стал спорить и сказал, что его водитель отвезет меня к подруге. И ближе к одиннадцати, альфа заедет за мной.
Уже через десять минут я, сидя в машине, ехала к дому Кэри. Метка сильно жгла и я, не понимая, что с ней происходило, сняла перчатку и начала ногтями царапать кожу.
Какого черта происходит? Что с нашей истинностью?
Или виноваты эмоции?
Это из-за нашей ссоры с Асмандом? Или из-за того, что я окончательно поняла – быть вместе мы не сможем. Лучше умереть, чем являться его парой.
Ногтями царапая метку, я подняла голову и посмотрела в боковое окно. Увидела машину, которая из-за угла выезжала прямо на нас.
В голове пронеслась саркастичная фраза – мысли материальны.
Это была лишь шутка. Я ни в коем случае не думала, что мы действительно врежемся. Мой водительский стаж имел несколько опасных моментов, но каждый из них решался без жертв и даже столкновений. Машины сейчас слишком умны. В критичных моментах они сами начинают тормозить или уводить машину в сторону.
Но… Эта машина не затормозила и в сторону не ушла. Когда же до меня дошло, что столкновения не избежать, уже было слишком поздно.
Удар был такой силы, что мне показалось будто каждая кость моего тела раздробилась на мелкие части.
От этой боли в ушах загудело, голова словно разломалась и я испытала чистый ад, из-за которого понимала – я не была готова испытать что-то такое. Под этой болью мое сознание сломалось, даже несмотря на то, что все это длилось считанные мгновения.
Меня бросило в сторону и сквозь пелену, легшую на глаза, мне казалось, что весь мир вращался, пока до меня не дошло, что это машина, переворачиваясь, отлетала с дороги.
Кажется, я потеряла сознание и так же, кажется, уже вскоре пришла в себя. Не понимающая себя из-за боли. С липким от крови платьем.
Кто-то выбил дверцу и я подумала, что это помощь, пока этот человек, не приподнял меня и не сдавил мою шею рукой. Так словно… собирался ее сломать.
Но это ведь не так.
Это невозможно.
– По… Пожалуйста… Мне… Мне больно, – еле прошептала, не видя человека, чья рука замерла на моей шее. Кажется, даже на моих глазах была кровь. – Помо… Помогите…
– Твою мать, ты чего медлишь? – где-то рядом прозвучал грубый голос. – Машина сейчас взорвется. Полиция приедет. Прикончи ее наконец-то и поехали отсюда.
– Посмотри на ее ладонь. Блядь, это же не татуировка.
Несколько секунд не было слышно голосов. Или может, я отключилась, но почувствовала, как кто-то взял меня за руку. Это адской болью прошло по всему телу.
Кто-то из этих двоих мужчин выругался и сказал:
– Блядь, это реально не татуировка. Какого хрена заказчик не рассказал об этом?
– Бросай ее в машину и…
Дальше я ничего не слышала. Упала в настолько глубокую темноту, что уже не могла из нее вырваться.
Глава 59 Отдельно
Не было боли. Я вообще ничего не чувствовала, словно меня вовсе не существовало. Имелась лишь пустота, в которой я растворилась и голоса, которые время от времени врывались в мое сознание.
– Я сделал все, что мог. Критического состояния больше нет. Она будет жить, – это мужской голос, но почему-то он казался испуганным.
– Да нахрен она нужна, если на ней больше нет метки?! – это тоже мужской голос, но он содрогался от гнева.
– Я… Ее сердце не билось некоторое время. Организм воспринял это, как смерть, а у истинных, после смерти метка исчезает, – быстро ответил предыдущий голос. – Но, если она вновь учует запах своего истинного, метка опять проявится.
– Где, я, блядь, возьму ее истинного? Ты позиционируешь себя, как лучший, среди черных врачей, а в итоге, даже гребанную метку спасти не смог!
– Я спас ей жизнь. Если бы не я, эта омега уже была бы мертва. И… Ее метка не окончательно потеряна. Ей нужна всего лишь одна встреча с истинным…
Пустота стала плотной и густой. Я перестала слышать голоса.
Но, когда они вновь ворвались в мое сознание, что-то изменилось. Я стала чувствовать тупую боль, нитями проходящую по телу. Пока что это было незначительно. Но постепенно нити, обвивая тело, сжимались.
– Это она? – спросил кто-то.
– Как видишь.
– Выглядит еле живой.
–Так и есть. Денгер спас ее и говорит, что критичного состояния больше нет, но еще какое-то время она точно не очнется.
Вспыхнула тишина и я думала, что вновь упала в темноту, но все же первый голос опять прозвучал:
– Я слышал, что босс хочет ее продать. С каких пор мы занялись продажей людей?
– Думаю, это единственный случай. Просто это может дать реально дохрена денег. Как два года нашей работы, когда мы охренеть, как рискуем. А тут просто продал эту девчонку и в деньгах можно купаться.
– Ее метка…
– Да, с этим огромная проблема. Без метки, она, как обычная омежка и никакой ценности не представляет. Вот как мы покупателям докажем, что она часть истинной пары? Никак. Есть какие-то анализы, но на самом деле это еще та чушь. Босс, когда увидел, что метка исчезла, чуть не свернул шею Денгеру.
– А он тут при чем?
– Просто под руку попался. Босс был в ярости, но уже теперь немного остыл и сказал Флету искать ее истинного. Короче, было решено, что мы и его поймаем. Когда они окажутся рядом друг с другом, у них опять появятся метки и мы их двоих продадим. Это даст еще больше денег. Можно будет какое-то время вообще не работать. Прикупим себе какую-то недвижимость. Шлюх снимем. Короче, заживем.
– Я не уверен, что нам вообще стоит это делать. Это все-таки истинность.
– Блядь, только не говори, что ты веришь в то, что она священна. Это чушь собачья, а те кто в это на самом деле верят… Такие идиоты как раз и станут нашими покупателями. Знаешь, на черном рынке полно тех, кто желает вознестись, попав в постель к истинным. А у нас скоро будет не одна омега, а целая пара. Это будет золотой лот, за который можно будет просить такие деньги…
– Хоть убей, но я не считаю, что истинность можно трогать. Ты знаешь, что мои инстинкты меня никогда не подводят и вот… я сейчас смотрю на эту омегу и мне не по себе становится.
– Если босс услышит, что ты говоришь, он тебя на части переломает. Лучше молчи.
– Значит, он действительно настроен это сделать?
– Конечно. Я не понимаю, чего ты сопли распустил, но для нас это тот шанс, который больше никогда не выпадет. Во всей стране меньше десяти истинных пар. И к каждой из них не подступиться. Они же типа гребанные «божества» коими их пытаются выставить правительство. А тут бесхозная истинная пара, о которой пока что никто не знает. Это точно. Мы проверили. Понятия не имею, почему они скрывали истинность, но считай, что мы в лотерею выиграли.
– Может, она не знает, кто ее истинный? В толпе встретились на несколько секунд и не запомнили друг друга.
– Нет. Это точно не так. Тут явное и намеренное сокрытие, причем и с ее стороны и с его. Иначе бы они обратились бы в полицию, а с этим полный молчок. Да и ты же знаешь – заказчик был из ее семьи и он тоже не знал про истинность.
– Вы связывались с ним, после того, как забрали ее?
– Да, босс немного поговорил с ним. И в итоге сказал, что омега мертва и задание выполнено.
– Так босс сказал ему про истинность?
– Нет, конечно. Пусть заказчик идет в задницу.
– Но заказчик изначально хотел, чтобы ее тело осталось в машине. Как он отнесся к тому, что его там не оказалось?
– Босс ему что-то наплел. И, знаешь, итоговый результат даже понравился заказчику, так как он сверху нам еще денег подкинул.
Нити, состоящие из боли, уже начали впиваться в тело и разрезать его. Терпеть это было невыносимо, из-за чего единственное, чего я желала – это вновь упасть в темноту.
И вот наконец-то это произошло.
***
Я еще несколько раз выныривала из темноты. Слышала голоса и чувствовала боль. Это происходило с разными интервалами. Порой я долго находилась на поверхности темноты. Иногда это было, словно вспышка.
Но, в какой-то момент со мной произошло что-то странное. Боль стала мощнее. Она словно тупыми ножами разрезала меня и я впервые за последнее время почувствовала каждый сантиметр своего тела. Горела этой болью и наконец-то открыла глаза.
Их резануло ярким светом и я, морщась, завозилась. Болезненно замычала.
В тишине тут же послышались быстрые, приближающиеся шаги и надо мной кто-то навис.
– Ты очнулась? Сейчас позову врача.
Шаги быстро отдалились и хлопнула дверь. Я же сильнее завозилась, чуть не закричав от того, насколько сильную боль мне это причиняло.
Замерев, я тяжело задышала. Губы были потрескавшимися. Во рту настолько сухо, словно я наелась песка и голова в таком состоянии, словно ее сильно сжимало.
Пытаясь отдышаться, я немного приоткрыла глаза. Свет все еще ощущался, как два раскаленных прута, вонзившихся в мои зрачки, но все равно я кое-как смогла увидеть комнату.
Вернее, сделать это частично.
Я увидела потрескавшийся потолок. Стену, выкрашенную в светло-зеленую, уже облущенную краску, выцветшее кресло.
Кажется… Я лежала на кровати. Узкой и совершенно не мягкой. В мои руки были воткнуты иглы от капельниц.
В нос ударил запах лекарств, сырости и пыли.
Вновь послышались шаги. Дверь опять хлопнула и к кровати быстро подошел худощавый альфа.
– Как ты? Как ты себя чувствуешь? – его голос показался смутно знакомым.
– Так… будто меня бешенные собаки гнали по трассе, потом еще и грузовик сбил. Проехался по мне несколько раз… Охрененно отлично…
Сказав это, я опять отключилась.
***
Когда я в следующий раз примерно так же пришла в себя, боль уже не была настолько сильной.
Я не спешила открывать глаза. Даже не шевелилась.
Это не далось мне легко. Тело настолько ныло и жгло, что хотелось хоть как-то сменить положение, в надежде, что мне станет лучше, но что-то подсказывало, что лучше быть не может.
Первые секунды я все так же не понимала, что произошло и где я вообще нахожусь.
Но уже теперь сознание работало достаточно нормально для того, чтобы вспомнить аварию.
Это отозвалось во мне тем ужасом, из-за которого я все же резко открыла глаза и, морщась от яркого света… вновь увидела облущенную комнату.
Это точно не больница.
Господи, какого черта происходит?
Я и так чувствовала себя крайне ужасно, но, испытывая этот страх, вовсе почувствовала себя так, словно, еще немного и умру.
Мысли зарябили. Их начало разрывать на части, но постепенно в голове стали вырисовываться ядовитые воспоминания.
Рука мужчины, сжавшая мою шею сразу после аварии. Так, словно он собирался мне ее свернуть.
Прозвучавшие слова… про мою метку? И, кажется, про то, что меня нужно закинуть в какую-то машину.
Чем отчаяннее я старалась думать, тем сильнее разрывалась голова. Дыхание не поддавалось контролю. Казалось, что я начинала задыхаться.
Меня… пытались убить?
В сознании вспыхнули слова про какого-то заказчика. Кажется, я что-то такое слышала.
То, что заказчик из моей семьи. И это «Он».
Но откуда я могла это слышать? Может, это просто игра моего сознания?
– Ты очнулась? – сбоку послышался голос. Я только сейчас поняла, что в кресле сидел альфа лет тридцати пяти. – Я позову врача. Постарайся не терять сознание.
Он быстро ушел и буквально через минуту вернулся с худощавым мужчиной. Я ведь раньше его где-то видела. Где? Не он ли подошел ко мне, когда я в прошлый раз пришла в сознание?
Точно. Он тогда еще спросил, как я себя чувствую.
Это же альфа сделал и сейчас, но вместо того, что бы ответить, я спросила:
– Вы врач? – мой голос звучал тихо, да и вообще так, словно я раньше никогда не разговаривала.
– Да. Так, как ты себя чувствуешь? Голова кружится? Есть тошнота?
– Что это за место? – спросила так же тихо и хрипло.
– На данный момент это единственное безопасное для тебя место, – сказал другой альфа, стоявший около двери. – Скорее всего, ты испуганна, но, поверь, мы не желаем причинить тебе вред. Иначе бы мы не стали бы тебя лечить. Со временем мы тебе все расскажем, но сейчас главное, чтобы ты пришла в себя.
Пытаясь посмотреть на этого альфу, я случайно взглядом скользнула по своей руке, обессилено лежащей на кровати и…
– Метка… – сорвалось с моих губ.
Я даже не сразу поняла, что произнесла это вслух.
Но, когда я поняла, что метки больше нет, со мной произошло что-то странное. Это было хуже шока и непонимания от того, что произошло невозможное.
Что-то мощно вгрызлось в мое сознание и я, даже чувствуя клыки, не понимала, что это.
– Ничего страшного, – сказал врач, беря маленький фонарик и проверяя мои зрачки. – Ты была в крайне паршивом состоянии. Некоторое время сердце вообще не билось и метка решила, что ты умерла. По сути так и было. Я тебя с того света достал. Но насчет метки не переживай. Как только ты опять встретишься со своим истинным, она вновь появится.
Как только… я вновь встречусь с истинным?
Я не могла отделаться от ощущения, что уже где-то слышала эти слова и почему-то они сжимали горло так, словно пытались задушить. Вопили об опасности.
Но это ведь…
Меня грызло или даже загрызало ощущением, что что-то не так, но я не могла понять, что именно.
***
Я могла бы сказать, что постепенно мне становилось лучше, но это не так. Единственный плюс – я теперь больше времени проводила в сознании.
Но в тот же момент это являлось огромным минусом.
У меня очень много костей переломано. Почти все тело скованно гипсом. Порезы, раны.
От боли не спасали даже обезболивающие. Они лишь немного притупляли ее и делали голову тяжелой, а мысли вялыми.
Но я все равно много думала.
Про аварию. О том, что услышала, когда мужская рука сжала мое горло.
И… о тех словах, которые сохранились в моей голове, но долгое время я не могла понять, откуда они взялись.
Лишь со временем до меня начало доходить, что, возможно, я сама этого не понимая, находясь в бессознательном состоянии слышала кое-какие разговоры.
Осознание этого пришло ко мне, когда в комнату вошли еще какие-то альфы и я, услышав их голоса, почувствовала острую ассоциацию с теми словами. Это они разговаривали. Я именно их слышала.
Я не могла отрицать того, что все эти догадки всего лишь плод моего воображения, но так же не могла отрицать то значение, которое они имели, если подслушанные мной разговоры действительно происходили.
Думать об этом было тяжело. Не только из-за боли. Наверное, она сейчас имела самое меньшее значение. Куда сильнее был страх от происходящего и того, что будет дальше.
А еще… от того состояния, в котором я сейчас находилась.
Для меня ведь даже поломанный ноготь раньше был трагедией, а сейчас я вся была переломана. В порезах. Причем, в глубоких. Что… со мной будет? Как я буду выглядеть?
И вроде как не об этом сейчас нужно думать, но все это накапливалось и не просто давило. Оно ломало. Я вообще не понимала, как мне удавалось до сих пор не разреветься и не заорать до срыва голоса.
Возможно, именно поэтому я настолько сильно пыталась сосредоточиться на своих мыслях и на подслушанных словах. Пытаться что-то решить. Все, что угодно лишь бы не лишиться рассудка.
Но то, что я услышала… Разве это можно воспринимать нормально? Без того, чтобы кислота плавила нервы?
Кажется… Я слышала, что заказчик из моей семьи.
Дэвид?
Скорее всего, да.
Митчал идиот. Ленивый и бестолковый, поэтому навряд ли это он.
Господи, стоило мне подумать о том до чего дошел Дэвид, как меня заживо сжигало гневом. Но я с радостью воспринимала это чувство. Пыталась сосредоточиться на нем, ведь гнев был намного лучше того страха, который уродовал меня при воспоминании о других услышанных словах.
Кажется, альфы говорили о том, что они хотят продать меня и моего истинного. Выставить нас на черном рынке, как лот.
Это… это же невозможно. Такого быть не может.
Господи, в моей жизни не может происходить ничего такого.
Я ведь просто сплю.
Это лишь страшный кошмар.
***
Я заметила, что альфы тут относились ко мне сравнительно неплохо. Они не отвечали на мои вопросы, но пытались отвлечь разговорами. Кормили той едой, которую я сейчас вообще могла съесть. Поили водой.
Часто ко мне заходил врач и каждый раз говорил, что уже скоро мне станет лучше.
Возможно, если бы я была безмозглой идиоткой, смогла бы немного расслабиться, но на самом деле эти альфы вызывали у меня лишь острую, ледяную настороженность. Словно я имела дело с чем-то ужасным, пытающимся скрыться за маской.
