Текст книги "Медиум ведет расследование (СИ)"

Автор книги: Екатерина Севастьянова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Он запрокинул голову, издав обреченный вздох.

– А я-то думал, что у меня при жизни дела были плохи… Охренеть, как заблуждался.

– Многие так думают, – я пожала плечами, – а потом умирают и понимают, что на самом деле их жизнь была прекрасна, но они ее не ценили.

Альтер взглянул на меня с иронией.

– Как драматично… – протянул он. – Ты еще и философ ко всему прочему?

– Нет, но это и правда немного драматично.

– Ага, очень… – Альтер явно не разделил моего мнения.

Ну да ладно. Мы отвлеклись.

– Так что там насчет твоей смерти? – вернулась я к важной теме. – Хелли права? Тебя похитили? Убили? Кто? Как? Зачем? Что сделали с телом? Скинули с моста? Закопали в лесу? Сожгли?

– Ого, как много вопросов! – Альтер даже присвистнул. – Ты же понимаешь, что я и половины не запомнил?

– Да, извини. – Меня опять занесло. – Давай начнем с самого начала. Как ты погиб?

Явно не в постели, раз на нем пальто и обувь, если только он не предпочитает спать в уличной одежде.

Альтер пристально на меня посмотрел.

– Почему тебя так сильно интересует моя смерть?

Что за вопрос?

– Ты разве не хочешь найти своего убийцу? – задала встречный.

Все обычно хотят.

– Хочу понять, почему ты, – он ткнул в меня мерцающим пальцем, – единственный во всем мире медиум, хочешь его найти. Я какой-то особенный призрак?

– Дело не в тебе. Ну то есть – не совсем в тебе.

– Тогда что?

Я вздохнула.

– Моего друга похитили, держали в плену два месяца, а потом убили. – Боже, как же сложно об этом говорить! И еще сложнее сохранять невозмутимое лицо, вспоминая мертвое тело Джейка, одиноко лежащее на секционном столе в морге. – Все очень запутанно и таинственно, нет ни улик, ни зацепок. Я ищу того, кто это сделал.

– Сочувствую твоей потере, – вот вообще без грамма сочувствия произнес Альтер. – Но при чем здесь я?

Хороший вопрос.

– Мне кажется, что ты со всем этим как-то связан, а значит, можешь мне помочь.

– Да ну?

– По описанию Хелли тебя похитили точно так же, как Джейка – моего друга. Посреди ночи, во сне. Поэтому, пожалуйста, расскажи мне все, что знаешь.

Альтер задумался.

– А что я получу взамен? – неожиданно полюбопытствовал он.

– Я найду того, кто лишил тебя жизни, и отомщу ему. Разве этого мало?

Альтер поразмыслил секунду, затем с уверенностью кивнул:

– Маловато вообще-то, ведь я мертв и месть для меня уже ничего не значит. Что еще можешь предложить?

Я перебрала в голове несколько вариантов.

– Могу попытаться отправить тебя в загробный мир – это не быстро и не просто, но вполне возможно. Для начала придется установить причину, по которой ты стал заблудшим.

– Э! Не! – Альтер аж отшатнулся от меня, явно не оценив предложение. Сизая дымка, окутывающая его тело, приобрела алый и весьма угрожающий оттенок. – Даже не думай об этом! – он пригрозил мне пальцем. – Я в загробный мир не собираюсь! По крайней мере, пока что. Поняла меня?!

Я настолько опешила от его столь бурной реакции на безобидное предложение, что даже растерялась. Заблудшие духи, наоборот, стремятся попасть в загробный мир всеми возможными способами. Любой бы на его месте был рад получить такое предложение от медиума.

– Я тебя не заставляю, – решила пояснить на всякий случай, а то он, кажется, подумал, что я сейчас в лучших традициях «Охотников за привидениями» достану из-за спины протонное ружье и начну гоняться за ним по всему дому, пытаясь засосать его призрачную задницу в ловушку. – Просто предлагаю, ведь только в загробном мире духи могут обрести покой.

Альтер фыркнул.

– А кто говорит о покое, милая? – съязвил он. – Я наверняка попаду в Ад или в какое-нибудь гребаное чистилище за свои земные грехи, где рогатые черти до скончания времен будут тыкать в меня раскаленными вилами.

Та-а-ак…

– А ты точно не серийный убийца? – засомневалась я.

– Точно!

– И не насильник?

Он рыкнул.

– Почему ты спрашиваешь?!

– Просто уточняю. Не горячись.

– Я не серийный убийца, – отчеканил Альтер, приложив ладонь к своему сердцу, – и не насильник. Клянусь своей жизнью, – он запнулся, – то есть смертью. Или чем мне теперь клясться?

Ладно, верю.

– В таком случае, – подытожила я, – тебе нечего бояться загробного мира. Да и к тому же, черти вряд ли существуют. – У меня вырвался непроизвольный смешок. – Не волнуйся.

Альтер вскинул голову, одарив меня убийственным взглядом со смесью негодования и злости.

– А почему бы им не существовать, а? Ведь если реальны призраки, то и черти могут быть реальны. Ты об этом не задумывалась? Так что спасибо, но я остаюсь здесь.

Да пожалуйста! Мне же проще.

– Выбор за тобой, как хочешь.

– Жизнь в виде призрака меня вполне устраивает, никакого Ада я не хочу. Скажи мне лучше вот что, медиум. – Альтер заинтересованно подался вперед. – Ты знаешь, почему я здесь застрял?

– На Земле?

– Нет. Здесь! – Он обвел пространство вокруг себя. – В этом доме.

– Ты не можешь покинуть свой дом после смерти?!

А ситуация становится все страннее и загадочнее.

– Если бы я мог, мисс Всезнайка, то давно бы уже отсюда свалил. Невидимая преграда не пропускает ни через дверь, ни через окна, ни через стены. Что это? Другие призраки приходят и без проблем уходят, а я остаюсь здесь. За порог выйти не могу, меня отбрасывает назад в дом.

Даже так? Я нахмурилась. Это очень подозрительно. Почему старинный особняк притягивает потерянных со всей округи и при этом не отпускает душу одного заблудшего? Не понимаю! А ведь здесь еще и темные сущности почему-то поселились, хотя обычно они обитают в канализационных каналах под городом и редко забираются в жилые дома.

– Ну так что? – Альтер щелкнул пальцами перед моим лицом, отвлекая от мысленных рассуждений. Воздух заискрился от его щелчка. – Ты знаешь, что со мной не так?

– И да и нет, – ответила уклончиво.

– А можно поконкретней?

Можно.

– Видимо, – рискнула я предположить, – ты относишься к тому небольшому и крайне неудачливому проценту призраков, которые после смерти становятся заложниками четырех стен. Поздравляю, это редкое явление, почти исключительное.

– Мне стоит радоваться?

– Вовсе нет. Твоя душа тесно связана с этим домом. Ты его не покинешь, как бы ни старался.

Альтер помрачнел.

– Я, конечно, любил этот дом, но не настолько, чтобы после смерти торчать в нем веками, не видя солнца.

– Я точно не знаю, почему именно происходит такая связь, но вряд ли из-за любви к недвижимости.

Скорее всего, здесь замешана магия или сверхъестественные силы, что делает ситуацию еще более странной и подозрительной, чем мне показалось изначально. И неимоверно запутанной.

– Но ты ведь сможешь мне помочь, верно? – с нескрываемой надеждой спросил Альтер. Мне даже жалко его стало. Слишком много горечи было в голосе. – Не просто же так судьба свела нас вместе. Это явный знак.

– Э-э-э… – я замялась, – в теории-то смогу, наверное…

Главное слово здесь «наверное», потому что уверенности в успешном исходе у меня никакой нет.

– А если не в теории?

– Придется спалить весь дом до основания, чего я делать, естественно, не буду. Это единственный вариант, который мне известен. Нет дома, нет связи – ты свободен. Еще потребуется провести кое-какие магические манипуляции, но они не очень сложные.

– И это сработает? – Альтер недоверчиво изогнул бровь. – Нужно просто сжечь дом?

– Не просто сжечь, а спалить его так, чтобы осталось одно пепелище на пустыре. Тогда сработает.

– Уверена?

– Я уже проверяла.

Закончилось, правда, все не очень хорошо, мне до сих пор стыдно.

– Ладно, – Альтер согласно кивнул, – в таком случае спички лежат внизу на кухне.

– Ну уж нет!!! Я же сказала, что ничего поджигать не собираюсь! Ты спросил, как освободиться, и я тебе рассказала, но на этом все.

– Тогда и я не собираюсь отвечать на твои вопросы. – Альтер отвернулся, намекая, что разговор окончен. – Освободи меня, после чего поговорим о смерти и похищении, но не раньше. Тебе нужны ответы, а мне нужна свобода.

Засранец!

– Просто скажи, кто тебя убил. Что в этом сложного?

– Просто чиркни спичкой и брось ее на штору! – передразнил меня слегка подбешивающий призрак. – Что в этом сложного?

– Меня арестуют и посадят за решетку.

– Ты найдешь способ выкрутиться, – заявил Альтер с наигранным восхищением. – Ты же единственный во всем мире великий медиум!

– Не называй меня так!

– ВЕЛИКИЙ МЕДИУМ! – воскликнул он с издевкой. – Единственный и неповторимый в своем роде! Звучит очень престижно.

Я раздраженно выдохнула.

– Ты стал таким придурком после смерти или при жизни им тоже был?

– Я провел в одиночестве последние полгода, а это, на минуточку, шесть месяцев, то есть сто восемьдесят дней заточения, а может, уже и больше. Я сбился со счета. Имею полное право быть придурком.

Вот же ушлый гад!

– Я не стану устраивать поджог в доме за миллион фунтов стерлингов, или сколько он там стоил! Я в жизни за него потом не расплачусь.

– За шестнадцать миллионов, вообще-то.

О господи!

– Тем более! – ужаснулась я. – Твоя сестра меня потом с легкостью засудит.

– В таком случае, – Альтер с насмешкой отдал честь, – был рад знакомству.

Я зашипела от злости.

– Ты не понимаешь? Человек, который тебя убил, до сих пор на свободе! И у него уже есть новые жертвы!

– Какая жалость. Но, видишь ли, я мертв и эгоистичен…

– Прекрасно вижу!

– И меня больше не интересуют живые, только свобода. Я порядком задолбался сидеть на чердаке, как сраный голубь, в окружении чокнутых покойников. Это несправедливо.

Я развела руками. Да, несправедливо, знаю, согласна. Но и я тоже не хочу торчать за решеткой в вонючей камере за поджог дома. Конечно, Габриель сможет меня вытащить даже из парижской тюрьмы Санте, с заслуженной репутацией самого защищенного тюремного объекта в мире, но доводить до этого не хочется, учитывая, какими ужасными будут последствия. И по сравнению с этими последствиями Санте покажется мне блаженным раем на земле.

Я посмотрела на Альтера. Призрачный мудак снова взлетел на балку и удобно на ней устроился, полностью меня игнорируя.

Черт!

ЧЕРТ!

Ну почему все так сложно?

– Ладно. – Я раздраженно махнула рукой, принимая его дурацкое условие. – Я вытащу тебя отсюда.

– Правда? – Альтер с удивлением обернулся ко мне.

– Да. – Сама не верю, что соглашаюсь на очередное безумие, сулящее большие проблемы в будущем. – Но мне нужно время, чтобы подготовиться и все сделать правильно.

Альтер победно ухмыльнулся.

– Я рад, что мы нашли общий язык, Рейчел.

– Мы его не нашли, – прояснила я ситуацию, – но найдем, если после освобождения ты окажешься мне неимоверно полезен.

Иначе я впустую потрачу уйму своего времени.

– Окажусь, – заверил он с таинственной улыбкой на полупрозрачных губах, – не сомневайся.

Да в том-то и дело, что сомневаюсь и начинаю сомневаться еще больше после таких странных улыбочек, но выбора нет. Я в тупике. На данный момент Альтер – моя единственная зацепка, ведущая к убийце Джейка. И я не намерена ее упускать.

ГЛАВА 5. Притаившийся во тьме

Я решила не ехать домой, а поселиться в каком-нибудь местном отеле, пока не разберусь с проблемой Альтера. Небольшой «Вуд-Хаус», расположенный на самой окраине Хэмпстеда, подошел идеально. Тихий семейный отель на пятнадцать номеров, минимум рабочего персонала и вездесущих туристов с камерами. Я расплатилась на ресепшене за одноместный номер без телевизора и холодильника, перекусила сэндвичем из автомата с едой и завалилась спать.

Снились мне одни кошмары. Неприятно, но совсем неудивительно, даже привычно отчасти. За одну ночь я пережила повешение и утопление. Проснулась на моменте, когда меня привязали к лошадям и собирались четвертовать на огромной площади в окружении злобной толпы людей, выкрикивающих всякие проклятия в мой адрес, точнее, в адрес того, кого они приговорили к казни.

– Призраки средневековья… – проворчала я недовольно, открывая глаза. – Опять…

Остаточные явления после взаимодействия с древними духами самые неприятные и болезненные. Я однажды помогла одному потерянному викингу найти дорогу в загробный мир, который он считал Валгаллой, а потом годами мучилась, переживая по ночам последние минуты его жизни. Там и насилие было, и расчленение живьем, и костер… Одним словом – жуть! До сих пор помню тошнотворный запах горелой кожи.

Потерев глаза, я слезла со скрипучей кровати и пошла приводить себя в порядок. Раны от укусов и когтей Найджела почти полностью затянулись за прошедшую ночь, так что сегодня я выглядела уже более презентабельно. По крайней мере, свое отражение не вызвало у меня отчаянного желания побиться головой о зеркало.

Приняв ледяной душ – горячей воды в отеле почему-то не оказалось, видимо «эконом-вариант», как позиционирует себя отель, вот прям настолько эконом, – я написала Найджелу, что проведу несколько дней за городом. Пусть знает, где я, во избежание всяких недоразумений, а то потом к уже существующим проблемам прибавятся с десяток новых. И заодно отправила сообщение Хелли, что вчера осмотрела особняк и, к сожалению, ничего не нашла, при этом не забыв упомянуть, что после ухода я закрыла дом и вернула ключ в кормушку. Нужно максимально отвести от себя подозрение. Нельзя, чтобы меня заподозрили в поджоге.

Позавтракав в китайской забегаловке возле отеля, я отправилась исследовать ювелирные магазины по всей округе в поисках подходящей емкости, в которую временно предстоит поселить душу Альтера после уничтожения дома. В последний раз я крупно налажала именно на этапе переселения и поместила несчастного призрака в обычную стеклянную банку, о чем потом ужасно пожалела. Позже выяснилось, что емкость должна быть обязательно серебряной (только серебро, помимо кладбищенской земли, способно сдержать духов) и крайне прочной, иначе потусторонняя энергия разорвет ее в клочья, а вместе с ней и душу заблудшего. Банка в итоге взорвалась, и тот призрак просто растворился, исчез, как лопнувший мыльный пузырь, по моей вине. В то время я почти ничего не знала о загробном мире и совершала кучу ошибок на каждом шагу, пытаясь самостоятельно разобраться в тонкостях астральной магии. Потом в моей жизни появился Габриель и все стало значительно проще. Он подарил мне старые демонические рукописи, благодаря которым я многое узнала о медиумах, призраках и своих способностях. Мне повезло, что демоны «старого времени» вели записи обо всех сверхъестественных существах, в том числе и о связующих мира духов и людей.

Потратив целый день на поход по ювелирным магазинам, я все же отыскала небольшой, но прочный серебряный флакон с плотной крышкой, за который пришлось отдать почти всю свою наличку. Хорошо хоть Найджел расщедрился и прислал мне чек с внушительной суммой, которой хватит и на ремонт квартиры, и на жизнь в ближайшие месяцы.

Весь следующий день пришлось провести в изматывающих, но необходимых разъездах.

Утром я заглянула в сувенирную лавку и купила там детальную карту пригорода, взяла велосипед и поехала колесить по улицам Хэмпстеда, отмечая на карте все городские и частные камеры видеонаблюдения, тем самым выбирая самый оптимальный маршрут. К концу дня я уже точно знала, как проехать от «Вуд-Хауса» до особняка Альтера, попав на минимальное количество камер видеонаблюдения. Даже если полиция и решит связать меня с поджогом, то у них вряд ли получится это сделать, ведь никаких прямых улик, указывающих на меня, не будет, а косвенные они могут засунуть себе глубоко в… куда хотят, в общем.

Вечером я с трудом доползла до кровати. От усталости гудели ноги и слипались глаза, а задница так вообще онемела от пятнадцатичасовой езды по городу. Едва моя голова коснулась подушки, как я тут же отключилась.

Ночь выдалась очень странной.

Мне ничего не снилось до самого утра, что уже крайне нетипично. Ни одного сна, которые я всегда запоминаю в подробностях, ни одного даже самого крошечного остаточного явления. Когда в последний раз такое было? И было ли вообще? Может, это от усталости? А еще меня что-то разбудило посреди ночи, хотя обычно меня хрен добудишься.

Я очнулась так резко, будто меня толкнули со всей силы, что аж подпрыгнула на кровати от неожиданности, не понимая, что только что произошло. Вскочила на ноги, сонная и растерянная, с бешено бьющимся сердцем в груди, щелкнула выключателем, зажигая в номере свет, и обеспокоенно заозиралась по сторонам в поисках источника шума или чего-то еще, что могло меня разбудить, но ничего и уж тем более никого не увидела. Ни живых, ни мертвых. Все было тихо и спокойно. Ни шороха в номере, ни скрипа половицы за дверью.

Я рвано выдохнула.

Кажется, кто-то сходит с ума.

И, кажется, это я.

Видать, Найджел все же был прав. Еще немного, и совсем чокнусь.

Вооружившись светильником, я с опаской заглянула под кровать. Темно и пусто. Уж не знаю, кого я собиралась там увидеть, но в любом случае увидела лишь пыль, клочок чьих-то волос… точно не моих… и мерзкую засохшую штуку в углу, подозрительно похожую на использованный презерватив трехгодичной давности.

– Фу, – меня передернуло, – гадость!

Бе-е…

Для собственного успокоения я еще проверила ванную и вместительный шкаф. Естественно, никого не обнаружила. Даже тараканов.

Я усмехнулась, возвращая светильник на место.

– Пора лечить нервы… – пробормотала я себе под нос, все еще чувствуя необъяснимую и ничем не оправданную тревогу, раздирающую нутро.

Выключив свет, я забралась обратно под одеяло, несколько минут лежала, настороженно прислушиваясь к тишине, и не заметила, как снова уснула. На этот раз проспала до звонка будильника без пробуждений. А когда проснулась и открыла глаза, то сразу заметила неладное.

Мои вещи кто-то трогал…

Я привстала на локтях, чувствуя, как вся кожа покрывается мурашками.

Кто-то был здесь!

В моем номере!

Этой ночью!

Я откинула одеяло, в спешке выбираясь из кровати, и подбежала к столу, чтобы наверняка во всем убедиться.

Ну точно!

Карта города была сложена совсем не так, как вчера вечером сложила ее я. Будто бы кто-то открыл карту, изучил все мои пометки, а затем снова сложил ее, но небрежно и совершенно в другом порядке, думая, что я не замечу разницы, – и я бы точно не заметила, будь я нормальным человеком, а не параноиком, склонным подмечать мельчайшие детали, каким меня сделали демоны и работа в детективном агентстве.

– Что за черт? – я в смятении изучила карту и положила ее обратно.

Кому понадобилось пробираться в мой номер под покровом ночи и шариться в личных вещах?

Я в полнейшем смятении посмотрела на телефон. Он теперь лежал не с правой стороны стола, а с левой. И рюкзак! Молния на рюкзаке была застегнута не до конца, хотя я точно помню, что застегивала ее полностью. И сам рюкзак был чуть сдвинут.

Это не хорошо…

Я нервно облизнула губы.

Это совсем не хорошо!

Я вытряхнула содержимое рюкзака на кровать. Все на месте: деньги, амулеты, серебряный флакон и одежда. Ничего не пропало! Меня не ограбили. Но если ночной визитер приходил не ради наживы, то зачем тогда?

Я прошлепала босыми ногами до двери и выглянула в коридор, покрутила головой и нашла работающую камеру видеонаблюдения. Она приветливо замигала мне красным огоньком. Отлично! Теперь надо попытаться выпросить у администратора отеля ночную запись с этой камеры – вдруг она что-то прояснит. Жаль только, что англичане очень скрытные… Я до сих пор не могу привыкнуть к их менталитету. Без ордера даже у полиции обычно нет никаких шансов получить хоть кусочек записи. Частная жизнь и все такое. Здесь она очень ценится.

Ладно, сейчас что-нибудь придумаю.

Я вернулась в номер, быстро оделась, сгребла все свои вещи в рюкзак и спустилась вниз.

– Доброе утро! – обратилась я к управляющему на ресепшене.

Молодой рыжеволосый парень поднял голову и лучезарно мне улыбнулся.

– Здравствуйте, мисс.

– Я из пятнадцатого номера, – напомнила ему.

Филл Вуд, если судить по бейджу на его груди, наверняка сын владельца отеля или какой-нибудь близкий родственник, улыбнулся мне еще шире и с готовностью спросил:

– Чем могу вам помочь?

Я с печальным видом поджала губы.

– Не хочу портить вам настроение, Филл, но, видите ли, сегодня ночью кто-то пробрался ко мне в номер и спер из шкафа все нижнее белье.

Филл чуть со стула не грохнулся.

– Что?! – пискнул он.

– Я говорю – какой-то грязный извращенец бродит по вашему отелю и проникает в номера одиноких постояльцев по ночам.

Глаза у Филла чуть из орбит не вылезли от моего обвинения.

– Нет! Не может такого быть! – запротестовал он. – Мы следим за порядком круглые сутки, и я уверяю, что…

– Может-может, – закивала я. – Мне бы не хотелось идти в полицию и создавать вашему заведению плохую репутацию. Понимаете, о чем я?

– Д-да.

– У вас и так мало постояльцев, а после скандала их и вовсе не останется, а скандал, я вас уверяю, будет масштабным.

Любые происшествия, освещенные прессой, связанные с извращенцами, насильниками или сексуальными маньяками, почему-то всегда набирают невероятную популярность.

Филл нервно сглотнул.

– Поэтому предлагаю вот что, – выдвинула я свои условия, – вы прямо сейчас показываете мне ночную запись с камеры на втором этаже, а я обещаю, что не буду обращаться в полицию и СМИ.

– Подождите, мисс…

– Я всего лишь хочу увидеть извращенца в лицо. Этого мне будет вполне достаточно.

Филл потряс головой.

– Но, мисс, конфиденциальность нашего заведения, – запел он стандартную песню, – не позволяет мне…

– Понимаю, – я оттолкнулась от стойки, – в таком случае вызовите мне такси до ближайшего полицейского участка, а я пока позвоню во все городские газеты и в красках расскажу журналистам, как сегодня ночью в номер отеля «Вуд-Хаус» к одинокой и молодой женщине пробрался озабоченный грабитель, возможно даже один из работников отеля, и жестоко надругался над ее…

– Тише, пожалуйста! Тише! – парень так разволновался, что аж покраснел весь. – Не дай бог, еще другие постояльцы вас услышат!

В этом и суть.

– Они имеют право знать, что в вашем отеле ОРУДУЕТ ИЗВРАЩЕ…

– Ладно-ладно! – зашипел Филл. – Идите сюда! – он поманил меня за стойку. – Сейчас включу вам запись. Хорошо?

Я едва сдержала улыбку.

– Замечательно.

Ну вот и все! Было не так уж и сложно.

Я прошмыгнула за стойку администратора и уставилась на мониторы, транслирующие изображения с камер по всему отелю. Филл пощелкал по клавиатуре, и на центральном мониторе всплыла ускоренная ночная запись с камеры второго этажа, расположенной аккурат напротив двери в мой номер.

Затаив дыхание, я смотрела, как люди ходят по коридору. В двенадцать ночи влюбленная парочка прошла мимо моей двери, целуясь на каждом шагу и страстно обнимаясь. В час ночи пожилая женщина вышла из десятого номера. В час двадцать горничная показалась на камере.

Я нахмурилась.

– Горничная всегда работает по ночам? – насторожил меня этот момент.

Тут всего пятнадцать номеров, большинство из которых свободны. Не так уж и много уборки. Да и потом, будем честны, убирается горничная весьма хреново, о чем свидетельствует засохший презерватив под моей кроватью.

Филл приостановил запись.

– Иногда, да, работает по ночам, – ответил он, затем кивнул на горничную и пояснил: – Это Филипа, моя сестра. Она живет здесь, как и я. У нас семейный бизнес.

– Понятно. – Тогда вопрос снят. Ничего подозрительного в горничной нет. – Смотрим дальше.

В час пятьдесят нетрезвый парень, едва стоявший на ногах, зашел в одиннадцатый номер. Ровно в два часа ночи тот же парень вышел из своего номера и скрылся за углом, направляясь к лестнице. В два сорок пять в коридоре появился мужчина в черном пальто с наброшенным на голову капюшоном и… весь экран покрылся рябью.

– Что происходит? – не поняла я. – Что с изображением?

– Ну… эм… это… – парень и сам не понял, растерянно развел руками, – что-то с записью, наверное. Какой-то сбой. Сейчас попробую перемотать.

Камера ночью сбоила около пятнадцати минут – одна сплошная рябь на записи и помехи, ничего не видно, потом рябь резко закончилась и картинка снова восстановилась. До самого утра в коридоре больше никто не появлялся. И на других камерах то же самое – пятнадцатиминутная рябь вместо четкого изображения, и именно в тот момент, когда в отель зашел мужчина в пальто. Совпадение это или прямая связь?

– Почему произошел массовый сбой? – озадачилась я.

– Не знаю, – Филл пожал плечами, – такого раньше не было. Может, перебои в электричестве или камеры старые, пора их менять.

Я покачала головой.

– Нет, думаю дело здесь в чем-то другом…

Филл настороженно на меня покосился.

– В чем? – уточнил он опасливо, явно не ожидая от меня ничего хорошего.

Отвечать я не стала, все равно не поверит моим безумным теориям, вместо этого спросила:

– Тот мужчина в длинном пальто, что появился за секунду до сбоя, проживает в отеле?

Филл отмотал запись назад и внимательно вгляделся в темную фигуру.

– Сложно сказать, – никакой уверенности в голосе, – лица ведь не видно.

И не только лица. Ни фигуры, ни цвета волос. Ничего не видно! Почему он так замаскировался?

– Но если честно, – добавил Филл с виноватым видом, – то я его впервые вижу. Вряд ли он проживает у нас.

Что и следовало доказать.

– Тогда что в отеле делал посторонний человек?

– Наверное, пришел в гости к одному из постояльцев… – нерешительно предположил Филл.

Я скривилась.

– Ночью? В гости? В отель на окраине?

Филл взмахнул руками.

– Всякое бывает!

– Угу. Всякое…

Час от часу не легче.

И что в итоге получается? Ночью в отель зашел какой-то мутный тип, создающий помехи на видеокамерах. Тип однозначно живой, иначе камеры бы его не засекли. Допустим, это он пробрался в мой номер, потому что других подозреваемых нет. Но как он это сделал? И как потом ушел незамеченным? Дверь ведь утром была закрыта, причем закрыта изнутри на защелку. Он либо никуда не уходил, до сих пор сидит где-то в моем номере, о чем я даже думать не хочу, потому что это жутко. Либо он выпрыгнул в окно, но окно тоже было закрыто, так что вариант этот крайне сомнительный. Либо тут замешана магия, но магией обладают только демоны, а демоны ко мне не суются, ведь я принадлежу Габриелю. Либо… адекватные варианты на этом закончились.

И как всегда, вопросов осталось больше, чем ответов.

Я пообещала Филлу, что не стану обращаться в полицию. Он мне, кажется, не поверил, но переубеждать его я не стала, поблагодарила за уделенное время и вышла на улицу. Ну на фиг все эти частные отели! Никакой пропускной системы, повсюду грязь, ледяная вода, да еще и камеры старые. Технический ли сбой случился сегодня ночью, или этот мужик в пальто с ними что-то сделал – пойди разбери теперь.

Я переехала в современную гостиницу в соседнем квартале, где есть охрана, пропуска и нормальные камеры. На этом все ее преимущества закончились. Плазменный телевизор в номере задымился сразу же, как только я зашла. Следом зашипел и отключился холодильник, я даже сделать ничего толком не успела. Фен в ванной с хлопком взорвался, разбив осколками зеркало. И в довершение ко всему, словно вишенка на торте, сдох мой мобильник. В общем, день не задался с самого утра.

Я достала сим-карту и выбросила телефон в урну.

– Прощай, друг. Ты верно служил мне целых две недели.

А это почти рекорд. Обычно мобильники дохнут на пятый день. Не любят они меня.