Текст книги "Игра на выживание (СИ)"
Автор книги: Екатерина Селезнёва
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
Глава 38
Проснулась от пения птиц и легкого ветерка, что гулял по спальне. Ветер трепал занавески на окне. Утренняя свежесть приятно холодила кожу. Сон восстановил силы и желание жить. Улыбнувшись своим мыслям, тронула браслет, вызывая слуг. Хранители пришли быстро и как один опустились на колени.
Молча смотрела на это и не понимала, что происходит. Изу чуть пошевелился и, посмотрев на меня исподлобья, произнёс:
– Прости нас, Избранная, мы не справились.
Шумно выдохнув, отвернулась.
– Будем считать, что я сама виновата, потому что ушла с мужем, никого не предупредив, – спокойно произнесла в ответ, совершенно не чувствуя того спокойствия, которое демонстрировала. – Поднимитесь и помогите одеться, пока вас не застали в подобном положении. Мне и вчера хватило расспросов от мужей.
Вокруг меня тут же развили бурную деятельность. Выполнив обычный утренний моцион, усадили перед зеркалом. Подняв взгляд, я вздрогнула. Фергус, как и говорил, наложил иллюзию. Зеркало отражало меня прежнюю. Улыбнулась грустно и отвела взгляд, позволив слугам привести себя в порядок.
Долго рассматривала свою руку. Иллюзия, наложенная мужем, сидела на мне словно вторая кожа. Единственное, что она не смогла скрыть полностью, – это моя болезненная худоба, но в зеркале отражалась красивая женщина. Слегка похудевшая, но цветущая. Глаза по-прежнему блестели, губки алели, а волосы густой копной спускались на плечи. Криво улыбнувшись своему отражению, благодарно кивнула слугам.
Едва сделав пару шагов в сторону гостиной, застыла перед резко распахнувшейся дверью. В проёме показался Даниэль. Собираясь что-то сказать, он резко застыл с открытым ртом.
– Доброе утро, – произнесла, чуть приподняв уголки губ, польщённая его реакцией. Пусть это всего лишь иллюзия, но такая реакция приятна.
– Доброе?! – Дан всё же отмер и расплылся в улыбке. – Оно прекрасно, Теона, и ты его главное украшение.
– Как ты галантен, – рассмеялась в ответ, кокетливо стреляя в него глазами.
– Позвольте проводить вас в столовую, моя аршма, – подставил мне свой согнутый локоть.
Не стала пренебрегать дополнительной опорой, мы так и шли, легко обмениваясь шутками и флиртуя, до самой столовой.
– Сегодня мы желаем представить тебе наш ближний круг, – шепнул мне муж чуть слышно, когда двери перед нами распахнулись. Дёрнулась от страха, но Даниэль накрыл мою руку, которая покоилась на его локте, своей ладонью.
Мужья стояли в компании других мужчин и при нашем появлении тут же направились в нашу сторону. Прожгла их взглядом, сохраняя на лице улыбку. Интриганы! Знали, кого отправить, чтобы усыпить мою бдительность и страхи.
Следуя этикету, все трое поцеловали мне руку, пытаясь что-то рассмотреть на моем лице.
– Теона, позволь нам познакомить тебя с советниками, – произнёс Себастьян, так и не отпустив мою руку. Кивнула, не желая выдать своё волнение.
– Арш Киран. – Вперёд вышел высокий темноволосый мужчина с карими глазами. Его взгляд был цепким, он словно пытался меня просканировать. На его породистом лице была вежливая улыбка. – Граф Готланд, советник по безопасности.
– Ваше Величество, – произнёс он, склоняясь в поклоне, – рады видеть вас в добром здравии.
Милостиво кивнула с улыбкой, пытаясь понять, что им известно, а Себастьян уже обратил свой взор на следующего мужчину.
– Арш Витольд. – Худой как палка мужчина склонился в поклоне, русые волосы, собранные в косу, скользнули на грудь. Серые глаза казались выцветшими, тонкие губы презрительно поджатыми. Внимательно посмотрев на меня, он чуть иронично вздёрнул брови, бросил быстрый взгляд за мою спину, где стоял Фергус. – Граф Кос, советник по дипломатическим вопросам.
– Ваше Величество, рад познакомиться с вами лично, – произнёс он сухо, продолжая рассматривать меня.
Сдерживая вздох, вежливо улыбнулась, переводя свой взгляд на третьего мужчину. В нём чувствовалась особая порода. Черные как сама ночь волосы были собраны в хвост. Синие глаза смотрели по-доброму. Его красота была завораживающей, оторвать взор было сложно, настолько он казался совершенным.
– Ваше Величество, – произнёс он, склоняясь в поклоне, – герцог Мелвилл к вашим услугам.
– Арш Алексис заведует казной нашего государства, а по совместительству подрабатывает, развлекая аршм во дворце, – отозвался Себастьян, качая головой.
Вздёрнула вверх брови в притворном удивлении, делая вид, что не понимаю, о чём идёт речь. Словно извиняясь, арш развёл руками, пожимая плечами. Покачав головой, посмотрела на Себастьяна, а потом рассмеялась.
Мужчины удивлённо посмотрели на меня.
– Удивительно, как внешность бывает обманчива, – отсмеявшись, произнесла, качая головой. Все понимающе покивали улыбаясь.
– Остальные сегодня к нам не смогли присоединиться. – Теодор отодвинул для меня стул, приглашая сесть за стол. – Так уж получилось, что они три дня назад обрели истинную и сейчас заняты семьёй.
– Советники? – уточнила, на что получила кивок. – Они побратимы?
– Да, – кивнул с улыбкой арш Алексис, – как и мы трое, но наше время пока не пришло.
На его лицо набежала тень, но он быстро спрятал истинные чувства за показной весёлостью.
– Так уж получилось, что мы много лет дружим с Их Величествами, – произнёс арш Витольд, в его голосе промелькнула гордость, – но мы сегодня встретились не так просто. – Он бросил на меня короткий взгляд. – Киран, продолжишь?
Перевела взгляд на советника по безопасности и вздрогнула под его внимательным взглядом. Моя реакция от него не укрылась. Приподняв брови, он усмехнулся.
– Их величества просили меня поговорить с вами о вашем похищении. – Он бросил на моих мужей взгляд, словно о чём-то спрашивая. – Они просят вас просканировать.
Прикрыла глаза, воздух в лёгких закончился в один миг. Распахнув глаза, посмотрела на своих истинных, не скрывая боли во взгляде. Это не укрылось от присутствующих. Даниэль дёрнулся, но его остановил Теодор.
– Арш Киран, – произнесла хрипло, но твёрдо, – вы спрашиваете у меня разрешения или ставите перед фактом?
Мужчина поперхнулся, посмотрел на меня с сожалением.
– Будет лучше для всех, если вы согласитесь отрыть свои ментальные щиты для сканирования добровольно, – играя желваками на скулах, произнёс граф сдержанно. – Мне это нравится меньше всех.
Улыбнулась в ответ, перевела взгляд на королей, что сидели, напряжённо меня изучая. Фергус рассматривал пустую тарелку, поджав губы.
– И в чём меня подозревают? – решила поинтересоваться, словно разговор шёл о погоде. Едва понимая, что накладываю в свою тарелку, сосредоточилась на том, чтобы руки не тряслись.
– Ваши мужья хотят понять один момент, – арш Киран замялся и опять бросил взгляд на моих мужей.
– Моей Избранности? Я правильно понимаю? – Граф вскинулся, желая что-то ответить, но я остановила его жестом. Закусила губу и выдохнула: – Все ваши слова про истинные чувства – пустой звук, когда до ходит до конкретных действий. Поскольку вы пожелали в этот вопрос вмешать третьи лица, – подняла взгляд на Себастьяна, – я воспользуюсь своим законным правом и напомню, что женщин подобному не подвергают.
– Вы правы, Ваше Величество, – кивнул граф, соглашаясь со мной и расслабляясь, – но даже вы не можете обойти королевский приказ.
– А я его отменяю, как королева, – улыбнулась в ответ и развела руками. Советник растерянно посмотрел на Себастьяна.
– Теона, – Себастьян поджал губы, – создаётся впечатление, что тебе есть что скрывать.
– Продолжай и дальше так думать, – согласилась с ним спокойно. – Сильнее, чем сейчас, унизить вы меня не сможете.
Советники уткнулись в свои тарелки, всем видом показывая, что их тут нет.
– Ответь на вопрос, и закроем это, – вклинился Теодор в наши препирания. – Что имели в виду твои слуги, называя тебя Избранной?
Глава 39
– Я отвечу, – посмотрела на свою тарелку, где остывал мой завтрак, – только для начала ответь на мой вопрос. Зачем вы со мной так?
Тео опустил глаза, зло сжимая кулаки.
– Я отвечу, Теона, – вскинулся он, сверкая злым взглядом. – Раньше так называли подменную душу. Да, все они как одна уверяли нас, что пришли по воле Бога, чтобы вернуть в этот мир любовь и благополучие. Но...
– Но? – усмехнулась в ответ. – Вам не нужна любовь, а понятие благополучия у всех своё.
– Нам нужны женщины, а не благополучие и любовь, – огрызнулся в ответ Себастьян.
– А женщинам нужна любовь, надежное плечо. Надежда на светлое будущее, а не отдавать свои жизни для того, чтобы произвести на свет очередного мужика-шовиниста. А вы становитесь такими, потому что у вас нет матерей. Вас никто не прижимает к груди, когда вам плохо. Не гладит по голове, когда болеете. Вы просто не способны на ответные чувства. И мне вас жаль. – Обвела всех присутствующих мутным взглядом, в глазах двоилось. Меня чем-то одурманили, но разбираться и лечить себя мне не хотелось. Усталость легла неподъёмным грузом. – Совершенно не понимаю, зачем ваш Бог всё ещё пытается посылать нас, вы не достойны этого. Меня прислали в надежде, что у меня получится вернуть этому миру женщин. Но я не хочу вам помогать: не заслужили. Вот когда у вас будет одна истинная на двадцать мужчин, тогда, быть может, вы задумаетесь. И мне всё равно, что будет со мной. Одна надежда, что скоро я покину этот мир.
Прикрыла глаза, проваливаясь в вязкую темноту.
В себя пришла на жесткой скамье, сколоченной из грубо обработанных досок. Камера была холодной. Где-то справа капала вода, затхлый запах чего-то прелого и гнилого забивался в нос. Приподняв голову, я осмотрелась и усмехнулась.
– Вот и поговорили по душам, – проворчала хрипло, разговаривая сама с собой. Уставилась в узкое оконце, которое скудно освещало небольшое помещение.
Осторожно села. На мне было надето шерстяное платье из плохо выделанных волокон. Провела рукой по грубой ткани, благодаря которой было не так холодно.
Пол был устлан полусгнившей соломой. На скамье обнаружила сложенный плед, который в этой обстановке казался инородным предметом. Осторожно развернула и накинула на плечи. Что-то тонко звякнуло. В полумраке камеры сразу не смогла рассмотреть, что упало на доски. Пошарив рукой, вскрикнула от боли и только сейчас поняла, что не чувствую свою магию. Осторожно вытащила занозу и продолжила поиски.
Браслет для вызова слуг тускло мерцал на моей ладони. Удивленно посмотрела на него и провела по камням. Интересно, выжили мои Хранители или их уже казнили? Мысль проскочила в моей голове, заставляя вздрогнуть от боли, что заполнила мою душу. Я убрала камни в декольте и попыталась вызвать искру, но магия молчала.
Пыталась понять, на чём меня вычислили, но так и не смогла. Отмахнулась от тяжёлых мыслей: всё равно в том положении, в каком я оказалась, выход один.
Легла на скамью и повернулась к стене. В соломе послышалось характерное для грызунов шуршание, но это меня не испугало. Закрыла глаза и попыталась заснуть, чтобы ни о чём не думать. Получалось откровенно плохо, желудок ворчал на нерадивую хозяйку. Едва мне удалось пригреться и уплыть в дрёму, в коридоре заскрипела тяжелая дверь и послышались шаги, что направлялись в мою сторону.
Сжалась в комок от страха, но подниматься не стала. Шаги замерли рядом с зарешеченной дверью в мою камеру. Послышался звон ключей. Скрежет ключа в замочной скважине и скрип двери.
– Поднимайся, Теона, – услышала резкий приказ. Столько холода и презрения в голосе Даниэля удивили, но я покорно поднялась со скамьи и села. Посмотрела на него, ожидая, что он ещё скажет, но он лишь зло усмехнулся: – Пошли.
Встала, ноги тут же застыли на холодном камне, которым был выстлан пол. Первым покинув мою камеру, Даниэль ждал в дверях, когда я последую за ним. Осторожно сделав шаг, остановилась, пережидая, когда перестанет кружиться голова. Сделала глубокий вдох и пошла дальше.
Придерживаясь рукой за стену, шла за мужем. Хотя, наверное, уже нет: кто их знает, какие у них для этого придуманы обряды или заклятия. Ноги окончательно закоченели, когда мы стали подниматься по лестнице наверх.
Свежий воздух и солнце наполнили душу щемящим чувством невосполнимой утраты. В одном мире я уже умерла, этот оказался негостеприимным. Без опоры идти было сложно, но я старалась поспевать за широкими шагами Даниэля. Камни больно впивались в мои ступни, но, поджав губы и сдерживая крик, я шла вперёд. Попутно старалась ловить лучи солнца, жмурясь от его яркого света.
На мужчину старалась не смотреть, было почему-то больно, словно в мою грудную клетку воткнули копьё и повернули.
Наконец мы пришли, на дорожке стояла карета, в которую меня, грубо подхватив под локоть, втолкнули слуги. К горлу подступила тошнота, во рту разлилась горечь, в глазах было темно. Устало опустилась на жёсткое сиденье и поджала ноги. Опустила голову на спинку и закрыла глаза.
– Что8 даже не посмотришь? – услышала надменное шипение. Распахнув глаза, уставилась на мужчину, что сидел напротив. Карета мягко тронулась, заставив наклониться моё тело в его сторону. Себастьян был сам на себя не похож. Темные круги под глазами, отчего его глаза сейчас казались почти чёрными. Складка, которая залегла между сурово сдвинутых бровей, делала его старше.
Отвечать не стала: с каждой секундой мне становилось всё хуже, я проваливалась в вязкую темноту. Кто-то кричал, но сил отрыть глаза не было. Я знала, что там, за гранью, нет боли, ни физической, ни душевной.
Кто-то тряс меня, но мне было все равно. Слова не складывались в нужную информацию, которую до меня пытались донести. Слух пропал, погрузив меня в тишину. В голове была лишь одна мысль: я хочу уйти. Сбежать от этого кошмара, в который превратили мою жизнь.
Темнота приняла в свои объятия, ласково обняв. Я счастливо улыбнулась: как же хорошо. Время для меня остановилось. Иногда в мою темноту пытался пробиться свет. Наблюдала за ним как-то отстранённо. Я была, и в то же время меня не было.
Однажды вместе со светом пришли слова.
«Возвращайся». И столько в этом было отчаянья и боли, что я встрепенулась и осмотрелась. Куда я должна вернуться? Меня никто не ждёт.
Именно после этого момента меня стали посещать яркие вспышки видений. Силилась понять, чью жизнь мне показывают, но так и не смогла. Чаще просто отмахивалась, не желая понимать и разбираться. Мне было хорошо, но навязчивые образы, словно яд, отравляли моё существование, заставляя задаваться вопросами. Пока в один не прекрасный миг я не вспомнила, кто я и почему тут оказалась.
С того дня всё изменилось, и моя темнота перестала быть уютной. Она начала давить на меня, словно стремилась от меня избавиться, выдавливая из себя.
И однажды так и случилось. Я обрела тело, а вместе с ним пришла боль, которая затопила меня. Непрошеные слёзы текли по моим щекам сами по себе. Болело всё тело, словно его, не жалея сил, отбили, как кусок мяса для отбивной.
Попытка открыть глаза не увенчалась успехом. Так походили дни. Рядом со мной кто-то находился, но кто – понять не могла. Меня мыли, массировали, перекладывали с боку на бок, чем причиняли ещё большую боль.
Но нет ничего вечного, к боли можно привыкнуть, как и к распорядку дня, который я выучила до секунды. Это злило, но и развлекало мое унылое бытие.
Глава 40
В один из дней я оттолкнула чью-то руку и распахнула глаза, с гневом посмотрев на бесцеремонного помощника, который сжал мой сосок в своих пальцах.
Растерянность на лице мужчины была неподдельной. Он отмер, тут же отнёс меня в кровать и убежал, хлопнув дверью.
С трудом обвела окружавшее меня пространство взглядом. Комната показалась знакомой, но силы очень быстро меня оставили. «Почему я всё ещё жива? Чего от меня ещё хотят?» – крутились усталые мысли в моей голове.
Вокруг меня словно лопнул пузырь, и мой мир наполнился звуками и запахами, а боль отступила. Зевнув, я мгновенно провалилась в сон. Почему-то я понимала, что сплю, и это было не самое странное. Казалось, каждая клеточка моего тела наполняется силой, которая ласково ко мне ластится, едва не мурлыча.
Посторонний шум меня не смущал, я отслеживала его на периферии, словно разделилась надвое. Одна половина сейчас сладко спала, а вторая следила за тем, что происходит вокруг тела. Голоса были взволнованными и до боли знакомыми, но почему-то вызывали отторжение и затаённый страх.
И все же сон занимал меня больше. Тело не трогали, а потому я продолжала напитываться силой – это казалось важнее, чем происходящее в реальности. К тому же там пошумели и ушли, оставив меня спать.
Проснувшись, первое время не могла понять, что происходит, тело обвевал легкий ветерок. Поискала глазами источник и увидела настежь распахнутое окно. Глубоко вдохнула свежий воздух. Услышав шорох, перевела взгляд к его источнику и вздрогнула. В кресле сидел мужчина и наблюдал за мной. Из-за тени, которая падала на его лицо, рассмотреть не получалось. Его подбородок покоился на сцепленных в замок руках, локти упирались в колени.
С шумом вдохнула и отвернулась, от мужчины шла странная энергетика, природу которой я не могла понять. Мысли начали путаться, я силилась вспомнить своё имя, но попытки не увенчались успехом. Растерянно хлопнула ресничками. Нестерпимо чесалась спина, я попыталась поёрзать, но и тут потерпела фиаско. Тело меня не слушалось. Беспомощность злила, разъедая душу.
Мои потуги не остались незамеченными. Мужчина встал и сделал шаг в мою сторону. Зло на него зыркнув, отвернулась, чтобы не показать свой страх.
– Прекрати злиться, Теона, я могу помочь, – его голос, сильный и властный, отражался от стен, больно ударяя по перепонкам, а может, это я слишком долго не слышала человеческую речь. Хмыкнула и усмехнулась.
– Ты и помощь – вещи несовместимые, Себастьян, – едва слышно отозвалась в ответ. По горлу словно провели наждачной бумагой. Едва не задохнулась от боли, а из глаз брызнули слёзы.
Проигнорировав мои слова, он подошёл и сел на кровать, словно не слышал меня.
– Давай я помогу тебе сесть и, если хочешь, принесу воды.
Молча кивнула, наблюдая за его действиями. Прикосновения его рук отдавались болью, но сильнее всего болела душа, которую предали. Хотелось знать, что ему от меня нужно. Осторожно подхватив, Себастьян посадил меня на кровать, подложив под мою спину подушки.
– Сейчас принесу воды, главное – не засни, – произнёс он с улыбкой. – У меня для тебя сюрприз.
С ужасом уставилась на него. Сюрпризов мне не надо, как-то перестала я их любить. Поджав губы от досады, Себастьян отвернулся и встал. Послышался звон посуды и плеск воды.
Перед моими глазами появился стакан с водой. Видя мою растерянность, мужчина сам поднёс его к губам, помогая напиться. Медленно и осторожно.
– Успокоительное добавлять не стал, нам надо поговорить, – со вздохом произнёс и посмотрел на меня словно побитая собака. – Скажи, ты понимаешь меня?
Несколько секунд смотрела на него с желанием послать далеко и надолго, но терпеливо кивнула. Быстрее скажет, зачем пришёл, быстрее уйдёт. Задумчиво посмотрев на меня, Себастьян резко отвернулся.
– Начну с самого начала, – произнёс он, глядя в окно. – В то утро, когда мы пригласили на завтрак своих советников, мы знали, что ты пришла из другого мира. Только они имели способность открывать любой магический замок своей кровью, да заклятия разрушать у вас получается лучше всех. Почему так происходит, мы так и не смогли понять. Поэтому и был придуман блокатор, который связывает вашу кровь и блокирует магию. Мы неправильно рассчитали дозу, которую добавили в твою еду. Убивать тебя не входило в наши планы, пока мы не расторгли наш союз. Главными составляющими в обряде должны были быть ты и твоя кровь.
На этом он замолчал и тяжело вздохнул, так и не глядя на меня. Затаив дыхание, слушала его рассказ. Каждое слово вонзалось острыми иглами, и в то же время мне стало понятно, для чего меня оставили в живых.
– Целители смогли нейтрализовать блокатор, но его действие убило твоего дракона, и ты всё это время находилась на грани между жизнью и смертью. Нам это было неважно, мы стремились избавиться от обузы, а для твоих слуг приготовили наказание перед смертью. Они должны были убить тебя после обряда, и только потом их ждала казнь. – Сделав глоток воды, он посмотрел на меня и продолжил: – Прибыв в храм, мы начали подготовку, и тут твои Хранители совершили самоубийство, вспоров себе животы зачарованной сталью. Как ты должна понимать, после такого не выживают, даже если помощь придёт вовремя.
На глаза навернулись слёзы: мне было жалко этих сильных молодых мужчин, они в этой игре оказались разменной монетой.
– Нас охватили сомнения, но мы лишь попросили убрать трупы и продолжили обряд. Думаю, что не только у меня, а у всех нас мелькала мысль воспользоваться зачарованным оружием. Рассечь не твои ладони, а сразу вены, чтобы у тебя не осталось шансов. Но мы не успели ничего сделать. – Он усмехнулся и продолжил: – Нас словно приморозило к полу. Мы могли только видеть и слышать, ноги и руки стали подвластны чужой воле. Я много раз слышал истории о том, что Бог являл себя жителям этого мира, но никогда не думал, что удостоюсь этой чести.
Он замолчал и посмотрел на меня с каким-то сожалением. Что он хотел увидеть в моих глазах, я так и не поняла.
– Бог был разгневан. На улице, где нас ждали слуги, поднялась целая буря, сметая всё на своем пути, деревья вырывало с корнем, а мы стояли и смотрели на алтарь, не в силах помочь. Голос Бога бил по нам своей силой. Жертва Хранителей оказалась не напрасной: пусть и посмертно, но они смогли тебе помочь. Нас заставили принять на себя их участь хранить тебя и оберегать ценой своей жизни. – Вздохнув и прикрыв на мгновенье глаза, вдруг спросил: – Не устала?
Отрицательно покачав головой, ждала продолжения.
– Нам показали, как твоим Хранителям, зачем ты нужна этому миру. Вернее, нам показали, что его ждёт через пару веков, если всё продолжится так, как было. Самое малое, что нас всех ждёт, – одна женщина на огромное количество мужчин и однополые отношения. Самое страшное – полное вымирание. Всё это нас повергло в шок. Пока мы, наши отцы и деды боролись за власть, конфликтуя между собой, ситуация усугублялась. Всё это вылилось в целый культ, где каждый второй является его сторонником. Наши друзья и те, кому мы доверяли, – одни из них.
На последней фразе дверь в мою спальню резко отворилась. Вздрогнув, посмотрела на пришедшего. Даниэль стоял растерянный и переводил взгляд с меня на Себастьяна.
