Текст книги "Играя злодея для неё (СИ)"

Автор книги: Екатерина Неками

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Ли Тэхо не спал ночь после премьерного показа. Он подсчитывал свои убытки перед Наён и чувствовал себя идиотом из-за того, сколько ошибок совершил.

Она перестала с ним общаться, потому что догадалась, кто украл её книгу…

Тэхо понял, что должен вернуть «Империю» хозяйке, чтобы не усугублять своего положения. А ручка в качестве подарка была не просто извинением – попыткой сгладить ещё одну большую ошибку. Он прилюдно вмешался в её личные дела.

Тэхо понимал, что Наён имела полное право не принимать подарок. Вот только, чтобы вернуть его, Чон придётся с ним связаться, написать или подойти… Заговорить. Был в этом жесте почти эгоизм.

Это уже походило на одержимость… Наверное, именно такого болезненного чувства он и боялся, когда не решался подойти к Наён ближе на съемочный площадке. Теперь-то уже было поздно.

Он влип – всего две недели ничего не значащей переписки, и он не мог отпустить и стереть из своей памяти Наён. Её обида и молчание все только усугубили, заставив зарыться в чувства по самые уши.

Тэхо встал напротив окна, ловя на лице ослепляющий солнечный свет, отражавшийся от глянцево-стеклянных домов. Год назад он проходил нечто подобное с Анной Вон. И дело было не в том, что она его достаточно больно отвергла. А в том, как он с этим не справился.

Нам Джунхён, черт его дери, был прав. Тэхо не должен сдаваться и умирать от первого же удара. Особенно, если действительно не хочет, чтоб Наён исчезала из его жизни теперь.

***

Сон Мину пожал Ли руку, деловая встреча проходила в офисе агентства. Тэхо настороженно искал подвох, когда его за день до начала следующих съемок пригласил на разговор их продюсер. Он мог ожидать чего угодно: от отстранения до разговора о слухах с площадки; или вообще о несчастном случае Нама. Но здесь Тэхо встретили ключевые звезды сериала, собранные для общего разговора.

Нам Джунхён и Кан Ханби уже сидели в кабинете, когда Ли вошёл.

– Премьера прошла более чем удачно, и мы нашли нескольких крупных инвесторов, – сказал господин Сон.

Встреча началась все-таки с позитивной ноты. Ли приподнял уголок губ. Кан захлопала в ладоши. Нам, как это мог делать только он, заулыбался лучезарно во все зубы.

– Я рад и не удивлён, – сказал Нам.

Ли тоже был в поднятом настроении, но держал холодную дистанцию и достоинство. Продюсер кивал, улыбаясь словам Джунхёна, хотя неотрывно смотрел на Тэхо и, казалось, считывал любую мелочь или фальшь в Ли.

– Бюджет сериала расширили, и теперь мы готовим несколько сцен на пленэре. Небольшая команда поедет на побережье в Канвон для съемок в горах и пещерах уже через два дня. Мы запланировали на эту командировку ровно неделю.

Кан Ханби нервно заговорила что-то про сверки со своим расписанием.

Ли кивнул, хотя его волновал другой неочевидный вопрос… Поедет ли с ними Чон Наён? Но задать его напрямую господину Сон Мину он не мог, потому что не хотел привлечь лишнее внимание к своему интересу. Продюсер смотрел на него, не мигая, губы гнулись в улыбке:

– Госпожа Кан, не волнуйтесь. Вы понадобитесь там всего на один день, чтобы отснять пару эпизодов с Нам Джунхёном и финал сериала. Госпожа Юн закончила черновой сценарий всех серий, мы сделали подборку сцен для съемок на природе. Пещеры выбраны специально для логова Роана. Мы собираемся отснять там всю ветку Роана и Ён Хари заранее.

Ли напряженно сглотнул, сдерживая внутреннее ликование от того, что Наён точно поедет с ними.

Госпожа Кан замолчала и перевела взгляд на Ли Тэхо. Было в нем что-то обвиняющее, будто он украл её главную роль. Тэхо и раньше подозревал, что количество его сцен будет расширено. Теперь он знал, что с Наён им предстоит играть вместе достаточно много, чем ему стоило бы воспользоваться. Вот только прежде Тэхо не осознавал до конца, во что это выльется и чем будет чревато… Количество сцен увеличили не только ему, но и Наён.

Выдержит ли она такое глубокое и длительное погружение в роль? И какую динамическую арку подготовила госпожа Юн? Играть слишком долго ненависть также опасно, как и любовь.

– Думаете, Чон готова к таким… Серьезным съемкам? – спросила Кан Ханби достаточно напряженно, добавляя в голос твёрдости. – Она ведь не полноценная актриса…

Все в комнате понимали, что спорить с главной звездой сериала опасно. Никто не хотел бы обесценить Кан Ханби, доказывая, что Чон справится с ответственностью без должного опыта и образования.

Ли только сейчас понял, что их собрали вместе не из-за радостной новости или претензий лично к нему, а для того, чтобы Кан Ханби не впала в обиду. Публично она не станет ругаться с Сон Мином и оспаривать его решение. А зная её характер, Ли подозревал, что продюсеру пришлось бы с ней поругаться. Кан, пожалуй, одна из немногих, кто мог в агентстве ставить свои условия.

Ли Тэхо поймал на себе взгляд Нам Джунхёна, тот улыбался неоднозначно на новость о том, что дорама свяжет Ли и Чон ещё сильне. Он прям-таки говорил своим взглядом: «Не разочаруй меня, брат!»

Нам, чтоб поддержать Ли, обратился к Кан Ханби и их продюсеру, пытаясь предотвратить намечающийся конфликт.

– О, я уверен, что Ли спасёт любую девчонку рядом с собой, даже самую бездарную… – сказал он, сглаживая углы напряжения.

Его слова подхватил продюсер Сон.

– Агентство уверенно, что этот сериал позволит Ли вернуться на экраны, поэтому мы подняли его ротацию в дораме. Тэхо просто обязан оправдать наши ожидания.

Кан с сочувствием посмотрела на Ли:

– Да, для Тэхо это будет сложной задачей. Надеюсь, Чон не помешает ему.

– Я постараюсь за двоих… – сдавленно ответил он и полукивнул-полупоклонился.

– К тому же после расследования детектива Ко вскрылось некачественное обеспечение безопасности в павильонах, поэтому мы пока не готовы возобновить съемки на площадке. Командировка пойдет на пользу.

Эти слова сбили с актеров радость от успеха первой серии. Все подняли взгляды на продюсера. Госпожа Кан с удивлением и ужасом спросила:

– Что это значит?

Ли Тэхо понял: вряд ли она знает, что падение Нама – не случайность. Ко скорее всего рассказал о подрезанной веревке только Наму, ему и главному продюсеру, чтобы держать его в курсе дела.

– Все настолько серьезно? – спросил он у господина Сон Мину. Тот улыбнулся.

– Кроме несчастного случая Нама, есть ещё пара событий, что детектив Ко не считает случайными. Если это правда, то на съемочной площадке может произойти ещё что-то. Если даже шанс мизерный и это лишь воображение детектива, я не могу подвергать вас опасности.

16. Поездка к морю

Наён не заметила, как уснула под мерный шум идеальной трассы под колесами минивэна. Она безумно устала за два дня подготовки и суеты. Сборка оборудования, поиски машин и отелей выбили её из привычного режима, так что, сев наконец в автобус, она хоть и пыталась читать сценарий, но быстро сдалась и уснула. Дорога должна была занять не больше пары часов, но даже такая пауза стала наградой для Наён.

Они выдвинулись ранним утром на трех минивэнах. Один – для главных актеров, второй – для технической группы и третий – для вспомогательного стаффа. Их разделили с Пак Чиу, та оберегала костюмы, подвергшиеся транспортировке. Наён ехала с режиссером и технической поддержкой. Господин Ким предпочел автобус звезд.

Когда она открыла глаза, пришлось поправить съехавшие на нос очки, чтобы рассмотреть того, на чьё плечо она положила голову во сне.

– Простите, – смущенно проговорила Наён, прежде чем увидела рядом с собой Ли Тэхо. – Черт, что ты тут делаешь? – обвиняющим шепотом спросила она.

При посадке в автобусы Наён всячески избегала Тэхо и даже не поздоровалась утром. Его жест с книгой и подарком всё ещё требовал от неё времени и сил на размышления. После разговора на террасе ресторана казалось, что её обязательно размотает на лоскуты от любого его слова.

Ли на секунду замер, рассматривая то ли её пылающие щеки, то ли очки, так что Наён невольно захотелось их опять поправить. Он был прекрасен и свеж, будто только что из спа-салона. Выспавшийся и ухоженный, не то что она, забывшая утром и про укладку, и про линзы.

– Мне стало тесно в том автобусе. Была остановка на заправке, и я решил пересесть, – спокойно объяснил Ли, не отрывая взгляда от неё, как будто пытался прочесть.

«Тесно в том автобусе?» – Чон огрызнулась про себя. – «Там не больше шести человек, а здесь с десяток. Или эго Нам Джунхёна занимает половину автобуса?»

Наён отодвинулась подальше от Ли, подчеркивая, что между ними все ещё стена. Пришлось даже прилипнуть боком к окну.

– Не злись, – сказал осторожно Тэхо, смотря на её позу загнанной в угол кошки. Он, похоже, был уязвлен её реакцией. – Согласись, лучше проснуться на моём плече, чем на одном из их, – Тэхо обвёл подбородком парней-операторов, спорящих об особенностях линз и объективов для съемок.

Едкая фраза задела Наён. Она не хотела, чтобы Ли в её сердце имел привилегии. Он не должен быть для неё кем-то большим, чем коллега. Даже если знает о Чон больше прочих. И если Тэхо думает, что получится просто сделать вид, что ничего не произошло, он ошибается! Наён всё ещё не простила его.

– Думаешь, ты лучше других? – зло бросила он, защищая свою слабость перед Ли.

Тэхо замер, напряженно смотря на ей в глаза. Поняв, что достаточно сильно зацепила его, Наён демонстративно уткнулась носом в стекло.

За окном проносились потрясающие пейзажи: продолговатые линии пологих гор и лесов, тысяча оттенков зеленого, захватывающие дух просторы. После бетонных и однотипных пейзажей города естественная красота ласкала сердце. Вот только впитать её и вдохновиться Наён мешали.

Автобус тряхнуло на повороте, и Ли подался чуть ближе, почти касаясь её плеча. Он склонился к уху Наён:

– Ладно. Просто ты для меня лучше других, – поборов себя, пояснил Тэхо тихо.

По спине Наён прокатилось что-то теплое и приятное. То, чего она не хотела признавать.

Она проигнорировала его слова, смотря в окно.

– Ты уже прочла сценарий? – спросил он, надеясь хотя бы так вернуть фокус внимания Наён к разговору.

Если честно, у неё пока не было времени. Наён только сейчас взялась за чтение, но сознаваться в этом не хотелось.

– Да, – односложно буркнула Наён, отодвигая белые листы от Тэхо.

– И как тебе новые сцены Роана и Ён Хари? – спросил он.

Тэхо был нарочито спокоен. Вот только Наён уже знала его и прям-таки чувствовала скрытый интерес к себе и этому вопросу. Она подумала о подвохе.

– Мне нужно вникнуть в них сильнее, прежде чем дать оценку, – Наён попыталась отгородиться от Тэхо еще больше.

Ли секунду другую смотрел на неё, внимательно изучал лицо, не сразу решаясь продолжить разговор. Он выдохнул, будто устал:

– Если тебе понадобится помощь с читкой или… репетицией, я всегда рад помочь.

– Я постараюсь в этот раз справиться сама, – Наён огрызнулась, всё ещё удерживая свои границы.

Она снова отвернулась. Тэхо не стал давить. Он понимал, что с её обидой из-за украденной книги восстановить прошлые отношения будет не так легко. Но он хотя бы пытался. Тэхо был рядом с Наён, старался наладить контакт снова. Пусть говорил и делал всё невпопад, как последний идиот, но точно больше не был погружен в изоляционную тишину в наказание за свою ошибку.

***

Их первая остановка в Канвоне была в четырехзвездочном отеле, где по плану жили актеры и режиссер. Госпожа Юн не отправилась с ними.

Они проехали с Ли остаток пути вместе молча, но теперь-то он оставил её одну, дав наконец вздохнуть полной грудью. Наён только сейчас поняла, что, кроме злости, в ней все еще подсознательно жило смущение перед слишком привлекательным парнем. Каждое слово и соприкосновение с ним били в её сердце на поражение.

Наён из окна смотрела, как актеры уходят в здание. Белоснежные стены и зеркальные окна бликовали от солнца. Она сама отыскала это место и рекомендовала помощнику Киму: не самый крупный и богатый отель, но тихий; самое оно, чтобы звезды могли отдохнуть после съемок, и никто не нарушил их покой. Здесь было даже уютней, чем на фотографиях.

– Малышка Чон, выходи, – постучался в окно старший помощник Ким.

Наён не поняла, зачем её вызывают, но пошла – вдруг нужна помощь ассистента.

– Бери сумку и идём на ресепшен, – беззаботно сказал Ким, почесывая себя под подбородком.

– Чью сумку? – уточнила она, и Ким рассмеялся её непонятливости.

– Свою. Чон, ты будешь жить здесь.

Наён удивлённо заморгала. Это не входило в их планы.

– Но договоренность была другой… – Наён знала, что должна жить в гостевом доме с технической командой. Она даже оставляла рекомендацию поселить её в одну комнату с Пак Чиу. Та, как чувствовала засаду, вышла из своего минивэна на звуки их беседы.

– Что-то случилось, господин Ким? – спросила она сахарным голоском, хотя её улыбка могла бы дробить орехи. Пак Чиу обновила цвет своих прядей, и теперь они были в тон морским просторам за отелем – голубыми.

– Все в порядке. Так как Чон входит в актерский состав, её решили поселить здесь… Между прочим в четырех звездах, – Ким потряс пальцем в назидание глупым девчонкам и постарался надавить на их чувство благодарности за такой подарок судьбы.

– Но я же должна координировать техническую команду на месте!

Наён смотрела на «подарок судьбы» с другой стороны. Её позиция в технической команде могла пошатнуться из-за лишних льгот. Впрочем сам Ким пользовался любыми выпадающими преимуществами без зазрения совести, даже чужими. Он тоже жил в отеле, бросив команду на Наён.

– Будешь ездить к ним по утрам, а по вечерам вам предстоят репетиции с режиссером. Так что лучше остаться здесь.

Наён поглядела на Пак Чиу как раненный олененок. Та вздохнула. Доводы были весомыми.

– Я буду заглядывать к тебе, чтобы ты тут не сошла с ума, – Чиу бросила недовольный взгляд на господина Кима, но вернулась в автобус.

Наён подняла глаза на зеркальные окна отеля. В них отражалось море и кусочек её собственной судьбы, будто кто-то незаметно переписал сценарий жизни и подкинул пару новых сцен.

***

По глянцево-мраморному холлу отеля ходил сквозняком морской бриз. Стеклянные окна и двери были распахнуты, прозрачные белые шторы развевались от его ласковых дуновений. Отель стоял на возвышенности, так что морской пейзаж виднелся очень хорошо.

Наён дождалась, когда все актеры и личные ассистенты получат ключи, и только тогда пошла в свой номер. Небольшая дорожная сумка стучала колесами вначале по кафелю, потом утонула в ковре на её этаже.

Она смотрела на карточку, пытаясь найти номер посреди коридора. Вот только быстрее обнаружила Ли Тэхо.

Он стоял, сложив руки на груди.

– Тебе нужна помощь? – спросил Тэхо спокойно.

Наён уже докатила свою сумку до нужной двери, большего не требовалось. Она поправила на носу очки и ответила:

– Ты специально искал мой номер? – в голосе звучали ядовитые нотки упрёка.

Ли Тэхо привалился плечом к дверному косяку и устало спросил:

– А это что-то предосудительное?

Полная напряжения из-за того, как часто они сталкивались, Наён ответила:

– Еще чуть-чуть, и я начну считать, что ты меня преследуешь.

Ли осадило подобное обвинение. Он приподнял подбородок и холодно улыбнулся:

– Просто меня поселили в номере напротив, но не скажу, что я расстроен.

Наён стало немного стыдно за почти беспочвенное обвинение… Почти.

Ли, прочитав переливы злости, стыда и смущения на её лице, смягчился:

– Наверное, это хорошо, что ты так сильно напряжена от любой встречи со мной, – он сделал паузу, будто давал Наён время принять свои слова. И сам довел мысль до конца. – Так тебе будет проще отыграть Ён Хари.

Эти его манипуляции о совместной игре уже становились невыносимы. Наён до упора сверлила его злым взглядом, даже не замечая, что её очки снова сползли и сделали карие глаза огромными, а лицо особенно красивым для Тэхо.

Ли, вместо того, чтобы почувствовать её злость, завис. Секунду другую он смотрел на Наён в молчании, потом опустил взгляд и мило улыбнулся, сказав:

– Черт, твои очки…

Наён испуганно поправила их на носу, пытаясь понять, что с теми не так. Она смутилась до чертиков.

– Мне кажется, я влюбился в них, – признался Тэхо, затуманено смотря в глаза Наён.

Чон, не ответив, дернула чемодан, а за ним и ручку номера, чтобы спрятаться в уединении. Ей от смущения было все равно, как несправедливо громко она хлопнула дверью перед носом Ли Тэхо.

Сколько ещё он будет издеваться над ней с этими фальшивыми комплиментами?

Дверь хлопнула, отрезая его от Наён. Тэхо остался в коридоре, очаровательная улыбка сразу погасла от боли. Он не притворялся, именно это делало его искренность опасной и болезненной. Как тяжело и страшно быть честным после стольких лет публичной игры.

Он каждый раз, словно последний идиот, заторможенно любовался, как Наён смотрит на него через стекла очков. Тэхо понимал, что сам виноват, вот только это не спасало. До безумия хотелось рассказать девушке все, что он чувствовал в такие моменты. Увидеть, как Наён краснеет, но не отталкивает, а хотя бы капельку понимает и принимает его влюбленность.

***

«Влюбился в них».

Чертовы очки теперь мешали ей. Наён сняла их и потёрла переносицу.

День прошел сумбурно и суетно. Она ездила между гостиницей и гостевым домом технической команды. Проверяла все мелочи и договаривалась с администрациями мест съемки, искала кейтеринг для команды.

Работы на выезде оказалось гораздо больше, чем в студии. Да и по планам все было забито. Они как будто пытались снять в два раза больше, чем могли уложить в сроки.

Наён вымоталась и устала, только к восьми вечера вернувшись в номер. Хотелось упасть лицом в подушку и наконец выспаться. Она с шести утра была на ногах. Но телефон настойчиво напомнил о себе вибрацией в кармане. Пришлось вернуть очки на нос.

«Помощник Ким совсем охренел. Они что решили тебя взять на три работы по одной цене? Пусть определятся уже: ты ассистент, администратор или актриса!!!»

Сообщение Пак Чиу было нашпигованно восклицательными знаками и злобными эмодзи.

Наён тихо застонала. Она только сейчас вспомнила, что не прочитала сценарий до конца. Пришлось встать и найти его на столике возле окна. По инерции Наён включила электрический чайник, стоявший рядом. Ей точно понадобится крепкий чай. Пару пакетиков лежали у белоснежной чашки.

Чон терпеливо вздохнула и провалилась в чтение. Она вынырнула из текста только спустя двадцать минут, споткнувшись о слово «Поцелуй».

Ён Хари целует Роана.

Наён стало душно и плохо.

Так Тэхо намекал на репетицию именно этой сцены утром в автобусе? Она вновь почувствовала злость на него. Откинула бумажную сцепку и встала на ноги, раздвигая шторы и распахивая окно. Прохладный вечерний воздух коснулся горящих щёк.

Когда-то на читке сценария Наён уже замечала, что госпожа Юн сеет в Ён Хари семена болезненной эмпатии к своему похитителю. Теперь стало очевидно, что это не просто симпатия, сменяющая ненависть, а будущая влюбленность в злодея Роана. Ён Хари – жертва стокгольмского синдрома? Чон и не предполагала, что их сценаристка зайдет в своих фантазиях так далеко и смело.

Наён захотелось крикнуть в окно от безысходности.

«Империя пепла и теней» лежала где-то в сумке с ноутбуком и той ручкой, которую следовало при случае вернуть Тэхо. Но сейчас важнее было пролистать книгу и попытаться выстроить на её основе свою защиту, чтобы доказать – такое поведение Ён Хари неприемлемо. Наён прикрыла глаза. Кому она решила это доказывать?

Деспотичному режиссеру, оставшейся где-то в Сеуле госпоже Юн или их продюсеру?

Ли спрашивал её с утра, что Чон думала о сценарии.

Наён думала, что она крупно попала.

Теперь ей нужен был воздух, чтобы проветрить голову – морской. Холодный и безжалостный. Она впервые задумалась: может стоит вообще сбежать с проклятых съемок? Все шло не так, и это ломало её изнутри.

***

Это был уединенный кусочек пляжа: не освещенный, не туристический и недостаточно романтичный, чтобы здесь кто-то бродил, взявшись за руки. Тем более отсветы заката на небосклоне давно скрылись за горизонтом, похолодало. Поэтому сидевший на камнях у края дороги Тэхо удивился одинокому человеку.

Шаг за шагом в приближающейся фигуре он различал женщину, обнимающую себя за плечи. Длинные волосы развевал ветер. Береговые огни города блеснули в стеклах очков, и тут же Тэхо поднялся на ноги. Волна обеспокоенности накрыла его.

Наён дрогнула, когда заметила приближающегося мужчину. В куртке и кепке она не сразу признала Ли, но, когда узнала, настроение ещё больше ухудшилось.

– Что-то случилось? – спросил Тэхо. Голос его на памяти Наён впервые звучал неспокойно.

– Я просто гуляю, – она попыталась отстраниться и уйти на шаг назад, сжала сильнее предплечья. Наён хотела сделать вид, что ей точно не нужна помощь. Определенно не его.

Тэхо отчего-то скривил губы:

– Тут не самое безопасное место для вечерних прогулок в одиночестве. Возвращайся в отель, – настаивал он.

Вокруг действительно было темно и тревожно. Наён поежилась, будто её загоняли в нору в тот момент, когда она обдумывала побег. Она огрызнулась:

– А ты тогда что здесь забыл?

Ли Тэхо пришлось сдержать свое беспокойство. Он сбежал от своих беспокойных мыслей о ней сюда.

– Слушал море и… Себя, – произнес он.

От шелеста волн у Наён пробежали мурашки по коже. Будто они вдвоем действительно на одном уровне дна.

– Я прочитала сценарий, – сказала Наён.

Тэхо отвёл взгляд. Утром он уже пытался заговорить с ней об этом, чтобы выяснить, как она отнеслась к задумке госпожи Юн. Сам он не стал ничего высказывать, так как именно мнение Наён тут имело значение. Он-то отыграет, что угодно, но её желания…

– И что ты думаешь об их поцелуе? – спросил он напрямую, хотя смотрел в сторону моря. Наён вдруг подумала, что они стоят слишком близко. Плечи Ли закрывали от неё все вокруг, огораживали от ветра.

– Я не смогу это отыграть на камеру, – честно призналась она.

Ли Тэхо стало больно. Он опустил взгляд к лицу Наён, пытаясь прочесть, чего в её ответе больше – стеснения перед публичной сценой, ненависти к его прошлым поступкам или отвращения к нему как таковому. Самое страшное: он не хотел знать точный ответ, будто заранее чувствовал, что проиграет. А так оставался мизерный шанс. Ли Тэхо ещё никогда не был так в себе неуверен.

Наён ощутила, как его шершавая ладонь скользнула по её щеке, коснулась шеи. Ей пришлось поднять голову и посмотреть ему в глаза.

Прикосновение было слишком личным, так что она имела полное право ударить Ли. Вот только тело, несмотря на злость, подвело. Хотелось прижаться к теплой руке щекой, чтоб Ли её успокоил в тревожный момент.

Ли Тэхо её успокоил? Сердце разрывалось от прошлых обид.

– Ты выглядишь уставшей, – впервые это был не комплимент, а болезненная правда. Вот только забота в его голосе сейчас ранила её сердце тоже. – Иди в отель и отдохни. Я попробую поговорить с продюсером, чтобы эту сцену убрали, – сказал Ли, хотя знал, что это будет очень сложно.

Взгляд Наён за стеклами очков чуть изменился. Её длинные ресницы дрогнули. Рана в сердце подло саднила. Она должна была простить Ли Тэхо за украденную книгу после такого жеста, но не могла предать саму себя. Она попыталась засадить нож своей мести:

– Та ручка, что ты мне подарил… Я хочу вернуть её. Это слишком дорогой и обременительный подарок для меня, – Наён готовила фразу заранее. Жаль, что не сказала ещё утром в автобусе.

Губы Ли дрогнули в горькой улыбке. Он тоже был готов к этому разговору:

– Не стоит. Я же не могу вернуть тебе свои чувства. Считай, что это моя плата за них. Я устал играть то хорошего парня, то злодея рядом с тобой. Разреши мне просто быть собой – идиотом, который говорит и делает что-то невпопад и влюбляется во все вещи, что связаны с тобой. Дай мне право на ошибки и на прощение за них.

Наён подломилась под тяжестью его признания. Хотела отомстить за обиду, но сама упала в яму. Ненавидеть Ли с каждым мгновением становилось труднее.

Она молчала, но хотя бы не убегала и не отталкивала его, как в день премьеры. Кажется, Наён не ожидала от Тэхо такой откровенности. Он невольно сделал ещё один шаг на встречу, коснулся большим пальцем её губ – красного сердечка, которое она вечно кусала.

Наён прошибло током, искры заплясали по всему телу. Она замерла, не зная, что страшнее: оттолкнуть его или позволить себе поддаться этому электричеству.

Ли тоже не двигался и ждал.

Море шумело где‑то внизу, будто подталкивало их к краю, но никто не делал шаг, боясь разрушить хрупкое равновесие.

Наён отвернулась и пошла к отелю. Тэхо выдохнул.

17. Продюсерский ход

– Да, господин Сон Мину, – девчонка на экране выглядела взволнованной. Чон даже сделала формальный полупоклон.

Продюсер Сон Мину попросил Кима назначить созвон с ней. Мину пришлось наконец поговорить с Чон лично. Ли Тэхо снова выкинул коленце.

По мнению Мину, Ли был самой проблемной звездой в агентстве, если не считать Кан Ханби. Его любили поклонницы, он приносил достаточно прибыли. Тэхо был как «четырехлистный клевер» для любого проекта. Но им никогда нельзя было в полной мере управлять. А Сон Мину не любил терять контроль над своими звездами.

Сон имел в арсенале массу методов, которые действовали на других: контракты, обещания, давление, манипуляции. Нам Джухёном, например, было легко управлять при помощи денег и позиций. Он готов был на всё ради обещания главной роли, а когда та ему доставалась, не воротил нос и соглашался с решениями агентства, инвесторов и режиссера. Он был очень удобным актером, пусть и не достигшим успеха Ли Тэхо пока что.

Ли… С ним было непросто с первого дня. Агентству почти полгода пришлось уговаривать заканчивающего школу парня начать полноценную карьеру актера. Он уже на том уровне блистал в театральной студии. Любой мальчишка на его месте схватился бы за удачу стартовать еще до университета. Но в отличие от Нам Джунхёна Ли вырос в очень обеспеченной семье и не нуждался в ранних деньгах, а карьера... Всем было очевидно, что с его внешностью и родословной он рано или поздно окажется в кино. Мать Ли Тэхо была актрисой.

Она достаточно рано развелась с его отцом и уехала заграницу, где погибла в несчастном случае. Но сын долго хранил о ней память и был настроен пойти по её стопам. Сон Мину подцепил молодую звезду именно на этом, когда хорошенько изучил личную жизнь Ли Тэхо.

Первые годы с ним было не так много проблем, в основном возникали конфликты со съемками и университетом. Ли нередко ставил учебу на первый план, что порой мешало продакшену. Они долго спорили, когда в самый напряженный год Ли необходимо было взять академический отпуск.

Все пошло прахом в год выпуска, когда Ли Тэхо связался с Анной Вон, чертовой наставницей по актерскому мастерству.

Если бы дело было только в тайном романчике между неравными любовниками, агентство стерпело бы. Но под влиянием этой суки в мальчике начали просыпаться амбиции. Он воротил нос от простых, но прибыльных для себя и агентства ролей. Начал искать «чего-то большего». Итог: Сон Мину пришлось тоже выйти на новый уровень в своих инструментах управления.

Скандал о тайной связи Ли всплыл благодаря его работе. Продюсер считал, что так сможет убрать негативное влияние Анны на Тэхо, заодно впереди маячило заключение нового контракта с Ли. На фоне понизившегося рейтинга контракт мог стать более выгодным для агентства по процентам отчислений, но Сон Мину промахнулся.

Анна сама бросила Ли, а тот впал в депрессию. Новый контракт провалился. Инвесторы решили дать ему время для отдыха.

В других индустриях год мог бы ничего не значить. В их… Это целых два сезона молчания, за которые Нам Джунхён отыграл четыре звездные роли и встал на ноги, а продюсер Сон Мину научился куда более тонко играть с теневыми паттернами социальных сообществ.

Утечка каста Ли Тэхо в сериале была плановой и отлично сработала, подогрев интерес старых фанатов. Скандал книжных поклонников лишь приперчил интерес и дал удобный рычаг давления на своевольного Ли Тэхо.

Он ведь даже после паузы в год встал в позу и отказался от главной роли Рюджина, настояв на том, что хочет играть только злодея. Стоило немного пощекотать нервы Тэхо, намекнув, что и это не дастся ему так легко, и придётся быть послушным.

Сон Мину приберег ещё один весомый козырь в рукаве. Он, точнее она – Чон Наён смотрела большими, почти по-детски наивными глазами с той стороны экрана.

– Здравствуйте, Наён, – он назвал её по имени, чтобы вызвать больше доверия и успокоить. – Как проходят съемки? Вы выглядите немного усталой.

Наён удержалась, чтобы не прикусить нижнюю губу. Она пережила первый день съемок романтических сцен Нама и госпожи Кан в храме Наксана. Они начали с малого. Чон больше отдыхала сегодня, даже немного поработала над своим сценарием, и по сравнению с прошлыми днями грех было жаловаться. Но, видимо, за этот период она в достаточной мере выбилась из сил, раз усталость видно даже через экран.

– Я пока ещё не привыкла к съемкам на пленэре. Здесь другой ритм, чем в студии,– подтвердила она догадки одного из главных руководителей проекта.

Сон Мину, не мигая, смотрел на неё, будто впитывал все эмоции. Он, наклонив голову, сказал:

– Да, похоже, мы не рассчитали ваших сил. Я попрошу, чтобы господин Ким разгрузил вас. Всё-таки роль Ён Хари для нас в приоритете. Отдохните завтра перед началом съемок в паре с Ли Тэхо.

– Спасибо, – Наён кивнула, но в сердце её кололо то, что навязанная роль для них важнее её основной работы.

– Кстати, о Ли Тэхо, – Сон Мину отвёл взгляд и потянул воздух, будто сам чем-то расстроен. Наён насторожилась. Очевидно, разговор назначен не из-за её нагрузки, есть что-то более весомое для руководства. Что-то, связанное с Ли Тэхо.

Они говорили с ним у моря вчера вечером. Хотя та встреча уберегла её от поспешного решения бросить и роль, и работу, Наён рассталась с Ли в смешанных чувствах после его признания. Она не готова была ему верить в полной мере.

Внутри что-то злое и уязвимое отбивалось, продолжая обвинять его во всем подряд. Это чувство, как в громоотвод, пришлось пустить в сценарий. Она придумала хитрую петлю в детективе, где мстительная женщина из прошлого в конце концов оказывалась тоже жертвой. Врагом и преступником стал главный герой, с несчастного случая которого все и начиналось.

– С Ли что-то не так? – уточнила Наён сдержанно. Она, похоже, училась контролировать свои эмоции при других людях. Ли с его спокойствием стал отличным примером.

– Это я хотел узнать у вас. Этим утром мы с ним тоже созванивались, и Ли попросил сделать кое-какие правки в сценарии. Он сказал, что не хочет отыгрывать с вами сцену поцелуя, – с укором сказал Сон Мину.

Мурашки побежали по её спине. Тэхо всё-таки выполнил обещание. Он взял на себя ответственность за её прихоть. Это было обезоруживающе приятно. Наён нервно сцепила пальцы в замок, не спеша вмешиваться в монолог продюсера.