Текст книги "Любовь дракона"

Автор книги: Екатерина Каблукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

– Опять он за старое! – хмыкнул кто-то за ее спиной. Эмбер обернулась и заметила двух пожилых матрон, наверняка приехавших со своими дочерями на выданье. Они сидели на стульях у стены и говорили достаточно громко, чтобы иметь возможность быть услышанными.

– Говорят, он хотел отбить девицу у графа, а потом произошло что-то, связанное с его сыном и графом… Или это была сама графиня?

– Никто до конца не знает, но в деле точно замешан и сам фон Эйсен…

Девушка подслушивала бы и дальше, но в этот момент к дамам подошла невысокая веснушчатая девица с длинным носом, и они выразительно замолчали. Эмбер несколько раз открыла и захлопнула веер, пытаясь прогнать раздражение, охватившее ее после этих слов. Она вспомнила, что Амстел честно предупреждал ее о сплетнях, которыми было окружено его имя.

– Ну что, Колючка, вы счастливы? – Знакомый голос над ухом заставил девушку обернуться. Герцог Амстел стоял, небрежно опираясь рукой на спинку ее стула. – А, Безансон, вы принесли моей жене шампанское? Вот и танец закончился, можете быть свободны!

Под его насмешливым взглядом незадачливый ухажер протянул Эмбер бокал и поспешил вновь исчезнуть в глубине зала.

– Вам нравится насмехаться над людьми, – укорила она его. – Этот юноша всего лишь принес мне шампанское.

– Этот юноша – молодой повеса, который ухлестывает за богатыми дамами в надежде жить за их счет! – В голосе герцога появились стальные нотки.

Девушка приподняла брови:

– Вы полагаете, я способна…

– Я полагаю, что сплетни о вас были бы не к месту. Достаточно, что их полно обо мне! – отрезал он и протянул ей руку. – Помнится, вы обещали мне все вальсы!

Эмбер все еще сердито посмотрела на мужа, но искушение кружиться в его объятиях было слишком велико, и она рассмеялась:

– Фернанд, вы невыносимы! Как вам удается так разозлить меня?

– О, это, как вы изволили заметить когда-то, опыт, присущий старикам!

– Я никогда не говорила, что вы – старик! – запротестовала она.

– Лишь давали это понять при каждой встрече! – мягко улыбнулся герцог. – Ну же, Колючка, не лишайте меня удовольствия!

– Вы говорите о танце? – Она приподняла брови.

Он улыбнулся:

– Кто знает?

Они плавно влились в круг танцующих. Амстел танцевал превосходно, и если Эмбер в начале вечера еще опасалась за свое умение танцевать вальс, то сейчас она с сияющими от счастья глазами просто следовала за партнером.

– Мне кажется или она действительно влюблена в своего мужа? – спросила одна почтенная матрона у другой.

– Святые угодники! Бедное дитя, она не знает, что вышла замуж за самого Искусителя, – ответила ей ее товарка. – Интересно, сколько она продержится?

– Думаю, полгода, – вмешался общий знакомый, надутый чванливый толстяк с блестящей от пота лысиной. – Ставлю сто золотых!

– Принимаю! – откликнулась матрона. Их слова волной расходились по залу, перетекая в карточную комнату. И пока Эмбер счастливо кружилась, гости с азартом ставили на то, как долго она проживет с герцогом.

Бал закончился ближе к утру. Первым уехал король, герцог лично проводил его до кареты. За его величеством последовала графиня Ферранская. Вопреки этикету она подошла попрощаться с хозяином дома, и Эмбер со скрытой ревностью наблюдала, как герцог, мягко усмехаясь, говорит графине на прощанье какую-то шутливую колкость.

Повернувшись, он перехватил взгляд жены и покачал головой, явно не одобряя ее ревность. Сама графиня дружелюбно помахала ей рукой и удалилась в сопровождении своей компаньонки.

Гости постепенно разъезжались, и в какой-то момент герцог и герцогиня поняли, что стоят на лестнице одни. Усталые, но торжествующие.

– Ну и вечерок!

Фернанд протянул жене очередной бокал шампанского. Она прислонилась спиной к холодной стене и покачала головой:

– Спасибо, но мне кажется, я слишком много выпила.

– Колючка! – Он взял ее за подбородок, всматриваясь в лицо. – Вы очень бледны. Ступайте наверх. – Потом повернулся и облокотился о перила. – Благодарю всех за этот вечер, – обратился Амстел к слугам.

Герцог говорил негромко, но так, чтобы слышали все, кто стоял в этот момент в холле.

Рос выступил вперед и поклонился:

– Для нас честь служить вам, мессир!

Амстел кивнул и повернулся к жене. Приобняв за плечи, он провел ее к спальне.

– Спокойной ночи, моя герцогиня!

Его светлость легко поцеловал ее в щеку и направился к себе.

Эмбер вошла в комнату, горничная помогла ей раздеться, и вскоре девушка уже спала.

Глава 11

Следующий день был продолжением ее триумфа. Приглашения приходили одно за другим. Приемы, вечера, рауты, званые обеды – все это поглотило внимание юной герцогини.

– Боюсь, мы не сможем провести дома и пары вечеров, – заметила она, разбирая конверты.

Они с мужем сидели в голубой гостиной. Вернее, герцог сидел у камина, а сама Эмбер, все еще чувствуя усталость после вчерашнего вечера, полулежала на кушетке, лениво просматривая приглашения, принесенные одним из слуг. Некоторые карточки сопровождались цветами, присланными либо смельчаками, либо теми, кто был плохо знаком с характером герцога.

Девушка лукаво взглянула поверх букета фиалок, только что доставленного посыльным.

– От его величества. Мне стоит приколоть его к корсажу?

– Только если хотите, чтобы они быстрее завяли! – Муж насмешливо посмотрел на нее. – Колючка, вы действительно считаете, что я буду злиться из-за фиалок?

– Нет. Полагаю, это должны быть минимум розы. – Она отложила букет. – Кстати, среди этих писем нет приглашения от графини Ферранской!

– Его и не будет. – Герцог пожал плечами. – Она – жена наследника фон Эйсенов. Вряд ли можно полагать, что кто-то из Амстелов переступит порог их дома.

– Но вы же выслали ей приглашение.

– Разумеется, я всегда это делаю, – весело кивнул герцог. – Матильда слишком хорошо воспитана, чтобы отказать мне, и всегда приезжает. Я полагаю, в глубине души ей это даже нравится. Что касается причин, почему я это делаю… Поверьте, весьма занимательно заставлять ее мужа мерзнуть несколько часов в карете напротив моего дома.

– Неужели вы приглашаете ее только ради этого? Вчера вечером мне показалось…

Под проницательным взглядом черных глаз она опустила голову и покраснела.

– Эмбер, я уже говорил, что мы с графиней – хорошие друзья. Когда-то, не так давно, я оказал ей… гм… небольшую услугу. Поэтому фон Эйсены вынуждены терпеть меня.

– Я могу узнать, какую именно услугу вы ей оказали?

– Это не моя тайна, дорогая. Вернее, не только моя. Думаю, Тиль сама расскажет вам обо всем. Если захочет. – Фернанд нехотя поднялся. – Мне пора. Если захотите проехаться по парку, лошади и мой фаэтон в вашем распоряжении. Прошу, не забудьте о груме и не ссаживайте его в парке!

Эмбер внимательно посмотрела на мужа:

– А мне надо захотеть проехаться?

Тот кивнул:

– Конечно. Вам ведь не терпится закрепить свой успех!

Поцеловав ей руку, он вышел.

– Скорее не терпится вам, – пробормотала девушка, когда дверь за Амстелом закрылась.

Эмбер совершенно не хотелось ехать в парк, но она подчинилась воле герцога, прекрасно понимая, что он лучше разбирается в нравах столичной жизни. Несмотря на холодную погоду, в парке было немало людей. В основном все прогуливались пешком, хотя было несколько смельчаков, осмелившихся выехать в такую погоду на лошадях. Экипажи разъезжали по главной аллее с такой скоростью, чтобы сидевшие в них успели обменяться любезностями со знакомыми.

Высокий, с огромными колесами, фаэтон юной герцогини сразу привлек всеобщее внимание. Улыбаясь и раскланиваясь, Эмбер с трудом вспоминала имена вчерашних гостей. Поскольку у нее не было подруги или компаньонки, она решила не выходить из экипажа и дала распоряжения ехать по аллее.

Девушка планировала сделать круг и отправиться домой, когда ее окликнула графиня Ферранская. Молодую женщину сопровождала блондинка, одетая в восхитительную серую мантилью и голубую шляпку с лихо закрученными перьями. Матильда что-то ей сказала, а ее спутница фыркнула и неодобрительно покачала головой. Тем не менее обе женщины подошли к экипажу Эмбер.

– Рада вас видеть, – дружелюбно улыбнулась графиня. – Пройдетесь с нами по парку?

– Да, конечно. – Движимая любопытством, Эмбер подождала, пока кучер подаст ей руку, и вышла из фаэтона. – Простите, не приглашаю вас проехаться со мной.

– Да, это было бы слишком… – рассмеялась та. – Позвольте познакомить вас с моей подругой – Луизой д‘Аржант. Лу, герцогиня Амстел!

Блондинка холодно кивнула:

– Очень приятно!

Выражение ее лица было неприступным. Матильда с укором посмотрела на нее.

– Дорогая, прекрати! Ты придаешь слишком много значения простым формальностям!

– Тебе напомнить, как дорого нам всем обошлись эти формальности? – фыркнула та.

– Это было давно. И потом, герцог пострадал не меньше…

– Да, всего лишь этой осенью! И хотела бы я лицезреть страдания Амстела! По-моему, через три дня после суда он дал прием.

– Какого суда?

Эмбер вопросительно посмотрела на Матильду, та ответила не менее удивленным взглядом.

– Неужели герцог вам не рассказывал?

– Он упомянул о необычных обстоятельствах, предшествующих вашей дружбе, но заметил, что это ваша тайна и он не вправе говорить о ней.

– Скажите проще: он не любит вспоминать эти события, – ехидно произнесла Луиза. – Конечно, вырастить такое чудовище, как Лотар… Вы знаете, что у него есть сыновья?

– Разумеется: – Девушка холодно кивнула. – Вы не находите, что было бы странно выйти замуж за человека, не зная о его детях?

– О, Амстел всегда рассказывает только то, что выгодно ему! – отмахнулась та.

Эмбер слегка поджала губы:

– Смею напомнить, вы говорите о моем муже.

Блондинка посмотрела на нее холодным взглядом огромных голубых глаз.

– Можете не тратить на меня свое красноречие! Я очень хорошо знаю, что представляет собой герцог Амстел! Только не понимаю, Тиль, почему ты так вежлива с ним!

– Наверное, потому, что если бы он тогда не пришел в особняк фон Эйсенов, я бы не дожила до рассвета, – отозвалась графиня.

Луиза криво улыбнулась:

– Милая, если бы он знал, что там замешан Лотар…

– Простите, мне, наверное, пора, – прервала их Эмбер. – Не думаю, что дальнейший разговор будет мне приятен.

– Ох, извините! Вы, наверное, считаете нас не слишком вежливыми, – спохватилась Матильда. – Дело в том, что Лотар, старший сын вашего мужа, похитил меня. И если бы не герцог…

– Зачем он это сделал? – удивилась юная герцогиня.

– Лотар? – Блондинка презрительно фыркнула. – Потому что он любой ценой хотел обрести крылья. Вы знали, что ни один сын герцога не может летать? Все они – лишь уродливые толстые змеи. Впрочем, если бы вы видели Эрмину, первую жену герцога… Расчетливая, хитрая гадюка. Хотя в какой-то момент и у нее выросли крылья. Но, кажется, я заболталась. Тиль, дорогая, я видела на соседней дорожке Марианну. Мне просто необходимо поздороваться с ней и заодно спросить, где она раздобыла эту ужасную шаль!

Луиза упорхнула. Графиня проводила ее задумчивым взглядом.

– Не сердитесь на Луизу. Она принадлежит клану фон Эйсен и всегда болезненно реагирует на то, что происходит с другими. А Амс… ваш муж… умеет быть весьма неприятным с теми, кто ему не нравится.

Эмбер кивнула, задумчиво глядя на кованую решетку ограды.

– Да, это он умеет.

Поговорив еще немного до возвращения Луизы, девушка предпочла попрощаться с Матильдой, как только блондинка с очень довольным лицом появилась на аллее.

– Я была само очарование! – провозгласила та, подходя. – Тиль, ты бы слышала!

Графиня виновато улыбнулась Эмбер и пожала плечами. Вновь забравшись в фаэтон, девушка приказала кучеру ехать в особняк Амстелов. Слова Луизы напомнили ей о вырванных из книги страницах.

* * *

Приехав домой, герцогиня потребовала у экономки ключи и, взяв свечу, направилась на чердак. Подколов подол платья, чтобы не испачкать его, Эмбер провернула в замке ключ и толкнула дверь. Скрипнув, та распахнулась.

Толстый слой пыли заглушал шаги. Сваленная старая мебель, плетеные корзины, огромные сундуки… В неровном пламени свечи все это отбрасывало на стены фантасмагорические тени. Странный плачущий звук заставил девушку вздрогнуть так, что свеча погасла. Лишь потом она сообразила, что это всего лишь ветер гудит в трубах. Мысленно отругав себя, Эмбер вновь зажгла свечу и решительно зашагала вперед.

Портрет обнаружился у дальней стены. Огромный, он стоял на полу, развернутый изображением к холодным камням. Девушка поставила свечу на ближайший комод и попыталась перевернуть холст. Картина оказалось очень тяжелой. С большим трудом Эмбер перевернула ее. Рама заскользила по полу и с грохотом упала, подняв облако пыли. Девушка замерла, напряженно всматриваясь в темноту. Но, судя по всему, шума никто не услышал. Выдохнув, она взяла свечу и поднесла к портрету, на котором была изображена молодая женщина.

Художнику особенно хорошо удалось передать ее взгляд. Она дерзко смотрела с картины черными глазами, в глубине которых таился янтарный отблеск. Даже сейчас, в полумраке пыльного чердака, было видно, как она красива. Судя по платью женщины и ее белым напудренным волосам, портрет был написан не менее тридцати лет назад.

Эмбер всматривалась в изображение. Пять огромных разрезов пересекали полотно. Холст вокруг них обтрепался, краска осыпалась. Девушка нахмурилась. Порезы были очень ровными, будто кто-то специально провел по полотну одновременно пятью ножами или… когтями.

Сердце вновь тревожно застучало. В голове возникло видение: черный дракон, в ярости крушащий все, что попадалось ему на пути. Вот когтистая лапа взвивается над портретом…

Эмбер невольно попятилась. Что-то острое ткнуло ее в спину. Девушка оглянулась и закричала: злобно ощерившись, на нее смотрела голова дракона. Распахнув зубастую пасть, он возвышался над ней. В темных блестящих глазах горел огонь.

Девушка дернулась, роняя свечу. К счастью, еще в полете тоненькое пламя погасло, и чердак погрузился во тьму. Раздался треск ткани, и Эмбер почувствовала, что свободна. Спотыкаясь о мебель, она побежала к выходу и буквально влетела в объятия герцога.

– Лед и пламя! – выдохнул он и нахмурился, глядя на ее испуганное лицо и порванное платье. – Что случилось?

Она невольно поежилась от его голоса и попыталась выскользнуть, но сильные руки лишь крепче сжали ее плечи.

– Эмбер, что вас так напугало?

– Не стоит беспокоиться. – Девушка опустила голову, понимая, что поймана на месте преступления. – Я… я просто решила побродить по чердаку.

– Вот как? – Зло прищурившись, Амстел скрестил руки на груди и холодно посмотрел на жену. – И что вы там искали?

Она с тоской посмотрела на лестницу за его спиной. К сожалению, герцог стоял так, что проскользнуть мимо него было невозможно.

– Даже не пытайтесь, – предупредил он, совершенно правильно истолковав ее взгляд. – Так что же вы искали?

Эмбер уже открыла рот, чтобы сказать о поисках пригодной мебели, но вдруг вспомнила, что драконы чувствуют ложь, и подавленно замолчала.

– Верное решение. – Муж буквально прожигал ее взглядом.

Капитулируя, девушка вздохнула.

– Я… Дух сказал, что портрет стоит на чердаке, и я думала…

Она осеклась, видя, как ярко сверкнули глаза герцога.

– Вам что, больше нечем заняться?

Он требовательно вытянул руку, и окончательно пристыженная Эмбер вложила в его ладонь ключи от чердака.

– Простите, – тихо прошептала она, – я действительно не х-хотела…

Девушка почувствовала, что вот-вот расплачется. Она собиралась быстро пройти мимо, но Амстел удержал ее.

– Зачем вы искали этот портрет? – спросил он уже мягче.

Эмбер судорожно вздохнула:

– Этот обряд… во время венчания… Арвэн ужаснулся, узнав о нем, и дал мне книгу… Но там были вырваны листы… А потом он сказал, что портрет на чердаке… Скажите, кто эта женщина?

– Эрмина. – Фернанд стиснул зубы и, видя, что Эмбер не понимает, пояснил: – Моя жена.

– Да, вы говорили, что она умерла.

– Верно.

– И… Она тоже была как я? Человеком? – Слова давались девушке с трудом.

– Эрмина? Нет. Она была почти драконом. Очень опытная и коварная… – Амстел криво усмехнулся в своей обычной манере. – Но не портрет же заставил вас так кричать?

– Нет. Там был… дракон.

Герцог нахмурился.

– Быть не может! Хотя… – Его глаза вдруг блеснули весельем. – Идемте!

Схватив ее за руку, он смело шагнул на чердак. Эмбер послушно плелась за ним, удивляясь, насколько хорошо он ориентируется в темноте.

Амстел прошел к дальней стене. Задумчиво посмотрев на портрет, он покрутил головой, и Эмбер поняла, что муж прекрасно видит окружающее. Неодобрительно хмыкнув, он поднял с пола свечу и тихонько дыхнул на нее. Язычок пламени затрепетал, вновь создавая на стенах причудливые тени.

– Как вы?..

Девушка удивленно посмотрела на мужа, а тот рассмеялся:

– Дорогая, вы все время забываете, что я – дракон! – Он вдруг оскалился, и Эмбер с изумлением заметила, как сквозь знакомое лицо проступает голова дракона. – Злобная тварь, поедающая невинных девушек!

Странно, но сейчас она не боялась. Понимая, что муж вряд ли ее тронет, девушка смело посмотрела на него.

– Тогда, боюсь, вы опоздали, и обед слегка… испортился.

Амстел расхохотался, вновь становясь человеком.

– Жутко неудобно на этом чердаке, – ворчливо пожаловался он.

– Обедать?

– Менять ипостась. Даже шею не поднять. – Герцог с досадой посмотрел на стропила. – Ладно. Хотите знать, что вас так напугало?

Он поднял свечу выше и отвел руку в сторону. Эмбер вновь увидела оскалившуюся голову. Вздрогнув, она инстинктивно прижалась к мужу. Он обнял ее за талию.

– Это старые статуи, которые стояли на крыше. Я думал, что их выбросили, но, скорее всего, Элджворт, когда служил здесь, припрятал их «на всякий случай». – Амстел усмехнулся. – Вы меня поражаете, Колючка! Так испугаться статуи, но совершенно не бояться живого дракона!

– Потому что он – живой, – тихо заметила девушка.

– Интересное замечание. Я предлагаю обсудить его в более… гм… – Он еще раз осмотрел чердак. – Комфортной обстановке.

Эмбер согласно кивнула, в который раз поразившись тому, как быстро меняется настроение мужа.

Несколькими часами позже, когда она уже лежала в кровати, герцог вошел в спальню. Он выглядел слегка обеспокоенным и держал ту самую книгу, которую она читала в библиотеке.

– Я переговорил с Арвэном, насколько это возможно. Он сказал, что вы обнаружили здесь вырванные страницы. Почему вы не рассказали мне?

– Не знаю. Я хотела спросить, но был бал, и я забыла. И потом… Арвэн сказал про чердак. Я подумала, что листы могли спрятать там.

Амстел кивнул и присел на край кровати.

– Вы хотели узнать про наш обряд?

– Да. Зачем это?

Эмбер протянула руку вверх ладонью, на которой белел едва заметный шрам. Герцог взял ее ладонь в свою и задумчиво провел по нему пальцем.

– Просто дань старым традициям, не более. Не волнуйтесь, Колючка. Как и все духи, Арвэн любит нагонять страх.

– А портрет? Кто порвал его?

– Я. – Недобрая усмешка исказила губы герцога.

– Зачем?

Вопрос вырвался сам собой, хотя она понимала, что допускает оплошность, зля мужа.

– Она изменила мне, и я был в ярости. Этого вам довольно? – Он резко отстранился. – А теперь – спите!

Фернанд ушел, а она еще долго лежала, глядя в потолок и проклиная свое любопытство.

Глава 12

Дни проносились один за другим. Наученная горьким опытом, Эмбер не решалась спрашивать герцога о его прошлом. Он тоже делал вид, что ничего не произошло.

Герцогиня больше не встречалась с Арвэном в библиотеке, а без хранителя найти определенную книгу было непросто. К тому же Амстел постарался сделать так, чтобы жена постоянно была занята. Он уверял, что ей просто необходимо посетить благотворительный бал или же скучный обед, после которого они, как правило, отправлялись в театр, где у герцога была собственная ложа.

Там они, к досаде Эмбер, никогда не оставались наедине. К ним обязательно присоединялся какой-нибудь знакомый или родственник герцога. Вскоре они начали чередоваться с поклонниками и знакомыми самой юной герцогини. Прекрасный вкус и безупречные манеры соответствовали самым взыскательным требованиям, предъявляемым светским обществом, а положение и богатство герцога делали ее желанной гостьей почти в каждом доме. Исключение составлял лишь особняк фон Эйсенов.

Эмбер часто встречалась с Тиль на приемах. Всегда любезные друг с другом, молодые женщины общались на раутах, находя друг в друге все больше интересного. Обладая схожими принципами и воспитанием, каждая из них сожалела, что обстоятельства не позволяют им стать подругами.

Герцог снисходительно смотрел на развлечения молодой жены. Искушенный в светской жизни, он часто в своей привычной, слегка небрежной манере подсказывал ей, куда отправиться. Или наоборот, чем можно и нужно пренебречь.

– Сходите к Мейсонам, но избегайте Торнтонов, у них чрезвычайно скучная обстановка, – рекомендовал он в своей обычной скучающей манере, и Эмбер с благодарностью принимала его советы.

Если герцогиня ехала одна, у нее вошло в привычку уезжать с приема чуть раньше, чтобы, добравшись до дома, в бальном платье зайти в кабинет мужа, как правило, сидевшего за бумагами.

В первый раз она просто увидела свет под дверью и заглянула пожелать ему спокойной ночи. Амстел отложил бумаги и с удовольствием посмотрел на жену. В яблочно-зеленом шелковом платье, с украшениями из подаренных им хризопразов и бриллиантов она казалась очень хрупкой.

– Вы сегодня раньше обычного, – коротко заметил он.

– Правда? – Эмбер пожала плечами, делая вид, что лишь сейчас обратила внимание на время. Почему-то девушке не хотелось признаваться, что светская жизнь порядком утомила ее, и она с удовольствием обменяла бы все свои украшения на несколько дней в охотничьем домике. – Да, действительно. Надеюсь, хозяева не в обиде!

– Полагаю, они счастливы, что вы вообще соизволили к ним заехать, – улыбнулся Амстел. – В свете, моя дорогая, вы произвели фурор! Все только и говорят что о вас.

Он внимательно следил за выражением ее лица.

– Не думаю, что они так же говорили бы обо мне, не будь я… вашей женой.

Последние слова девушка сказала чуть тише, но герцог, казалось, не заметил этого.

– Вы настолько не тщеславны?

– Мне очень приятно внимание общества, но я прекрасно понимаю, что оно приковано к герцогине Амстел, а не к Эмбер Доусон. – Она сказала это резче, чем хотелось, и, чтобы сгладить оплошность, быстро спросила: – Хотите, я распоряжусь подать чай в гостиную? Или вы…

– Я уже закончил. – Фернанд тщательно сложил бумаги и запер их в одном из ящиков секретера, стоявшего по правую руку от стола. – Пойдемте.

Это стало их традицией. В подобные моменты Эмбер любила, забравшись с ногами в кресло, просто смотреть на лицо мужа. В полутьме морщины возле его глаз сглаживались, и она видела перед собой того мужчину, которым он был много лет назад.

Обмениваясь ничего не значащими фразами, оба наслаждались покоем, который дарило им это общение. Иногда, устав за день, девушка засыпала прямо в кресле и просыпалась утром в своей постели. Но чаще разговоры заканчивались поцелуем, за ним следовал еще один, и они с мужем переходили в спальню.

Эмбер старалась сохранить в памяти каждое такое мгновение. Она была бы почти счастлива, если бы в памяти не всплывали слова мужа, произнесенные на крыльце охотничьего домика. Тогда юная герцогиня хмурилась и отворачивалась, чтобы Амстел не заметил тоску, мелькавшую в ее глазах.

Ровно через две недели после бала Эмбер сидела у себя в кабинете и разбирала приглашения, сыпавшиеся на нее, будто из рога изобилия. Как правило, она ставила на конверте короткие пометки, чтобы потом секретарь мужа смог написать подробный вежливый ответ.

Эмбер уже подписывала последнее письмо, когда в дом кто-то вошел.

– Добрый день! – услышала девушка знакомый, слегка подрагивающий от страха голос. Не веря своим ушам, герцогиня вскочила и поспешила в холл.

– Люси!!! – Она вихрем кинулась к сестре, стискивая ее в объятиях. – Я так рада тебя видеть! Но что ты здесь делаешь?

– Я и сама не знаю. Просто сегодня утром в пансионе меня известили, что герцог Амстел настаивает на моем присутствии здесь. Он прислал за мной карету.

– Это же замечательно! – Эмбер слегка отстранилась, всматриваясь в лицо Люси, и встревоженно нахмурилась, заметив, что та собирается заплакать. – Что случилось, дорогая? Впрочем, нам лучше пройти в гостиную. Или ты хочешь подняться в спальню и отдохнуть?

– Нет, я… – та шмыгнула носом, – я… Прежде всего, мне необходимо поговорить с тобой.

– Конечно! Пойдем.

Мягко приобняв сестру за плечи, девушка провела ее в комнату.

– Ну, милая, что с тобой? – спросила она, как только сестры присели на кушетку, стоявшую у камина.

– Эм… – В глазах Люси заблестели слезы. Секунду она смотрела на старшую сестру, а затем с рыданиями кинулась ей на шею. – Я так перед тобой виновата! Не сбеги я, тебе не пришлось бы выходить замуж за этого дракона!

– Ну что ты, милая, – Эмбер поглаживала сестру по спине. – Не стоит. В конце концов все сложилось более чем удачно!

– Удачно?

Люси прекратила рыдать и в изумлении посмотрела на сестру.

– Конечно! Я вышла замуж. Возможно, не так, как мне это виделось в мечтах, – она улыбнулась и задумчиво провела пальцем по тонкому шраму на ладони, – но поверь: мы с герцогом Амстелом прекрасно поладили. Он вовсе не такой страшный…

Эмбер подняла глаза на сестру и нахмурилась, увидев, что та смотрит в сторону двери. Обернувшись, девушка увидела герцога Амстела, который явно слушал их, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди.

– О, Колючка, не стесняйтесь, – слегка язвительно сказал он, подходя к ним. Люси от страха затаила дыхание. – Какие еще… гм… достоинства вы у меня обнаружили?

– Вы несносны! – Эмбер смело посмотрела ему в глаза и заметила там смешинки. – Как долго вы подслушивали?

– Почти с самого начала. – Фернанд небрежно опустился на подлокотник рядом с женой. – Признаться, я потрясен столь лестными… гм… речами.

– Хотите сказать, что мне вновь придется извиняться перед вами? – Девушка обиженно поджала губы.

– Разумеется. Мне кажется, в этом искусстве вы почти достигли совершенства, Колючка.

Люси открыла рот, заметив, с какой нежностью герцог смотрит на ее сестру.

– В таком случае я отказываюсь просить прощения. Тем более вы сами виноваты! – Эмбер вздернула голову. – И считаю, что вы получили по заслугам! Нечего было подслушивать!

– Перестаньте, вы шокируете сестру, – усмехнулся он и обратился уже к Люси: – Ну, мадемуазель, что вы можете сказать в свое оправдание?

Та покраснела, смущенно опустила глаза и начала лепетать бессвязные фразы. Амстел с напускной строгостью смотрел на нее.

– Фернанд, немедленно прекратите! – потребовала его жена. – Вы прекрасно знаете, что… визит Люси к моей гувернантке был полностью моей идеей!

– Конечно, – усмехнулся он. – И надеюсь, что все извлекли из нее урок.

Он еще раз пристально взглянул на Люси. Та судорожно кивнула:

– Да… мессир.

– Замечательно. Полагаю, мы все решили. – Герцог встал и ободряюще посмотрел на свою свояченицу. – Что ж, мадемуазель… Надеюсь, впредь вы будете вести себя более… гм… прилежно. Кстати, мадам Хелена довольно лестно отзывалась о вас. Полагаю, я услышал достаточно и не буду вам мешать. Дорогая, надеюсь, вы помните, что сегодня – бал в городской ратуше?

– Да, но…

Эмбер беспомощно посмотрела на сестру.

– Никаких «но». Мне искренне жаль, что два столь важных события совпали. Будь это любой другой прием, им можно было бы пренебречь, но это бал мэрии, и мы, дорогая, обязаны почтить его своим присутствием.

– Да, мессир. Но, может…

Эмбер снова посмотрела на Люси. Амстел покачал головой.

– Нет, Колючка. Вы прекрасно знаете мое мнение относительно зеленых девчонок и их младших сестер. И позвольте больше не касаться этой темы! Мадемуазель Люси, мое почтение!

– Эм… он такой… грозный! – прошептала Люси, выждав, когда закроется дверь за хозяином дома.

– Нет, дорогая, он просто старый и занудный! – Эмбер сказала это достаточно громко, прекрасно зная, что драконий слух уловит ее слова. – Впрочем, расскажи лучше, как ты учишься.

Люси сначала неуверенно, а потом бойко начала пересказывать все девичьи шутки. Она так здорово копировала преподавателей и подруг, что юной герцогине казалось, будто она сама побывала там.

Сестры провели весь день вместе, гуляя по магазинам и наслаждаясь обществом друг друга. Почти не ограниченная в деньгах Эмбер с удовольствием покупала сестре разные безделушки, а заглянув в ювелирный магазин, преподнесла пару золотых сережек с жемчужинами. Люси была поражена тем, как много народа знает ее сестру, и тем, с каким почтением кланялся герцогине Амстел хозяин ювелирной лавки.

– Эм, ты стала такой… – Она не смогла сразу подобрать слова. – Такой важной…

– Глупости, Люс, – отмахнулась та. – Они так же лебезили бы и перед тобой, будь ты…

Эмбер осеклась и виновато посмотрела на сестру. Та покачала головой.

– Нет, Эм, я никогда не смогла бы говорить с герцогом так, как ты. Ты его ни капельки не боишься?

– Разумеется, нет! – смеясь, ответила та. – Хотя готова держать пари на свои бриллиантовые серьги против ленты твоего капора, что вечером он еще припомнит мне те слова!

Герцог Амстел не стал разочаровывать жену и начал разговор, едва они сели в карету, чтобы отправиться на бал.

– Старый и занудный… – протянул он, насмешливо глядя на Эмбер.

Девушка пожала плечами:

– Я не устаю повторять, что такова участь тех, кто подслушивает под дверью: слышать о себе нелицеприятные слова. – Она с улыбкой взглянула на мужа.

– Увы, но как иначе узнать о себе правду?

Фернанд задумчиво посмотрел в окно и больше не возвращался к этой теме.

Люси уехала на следующий день. Сестры горячо попрощались, обещая ежедневно писать друг другу.

Сам Амстел не вышел к свояченице, передав свои уверения в почтении через жену.

– Бедняжка всегда вздрагивает при виде меня. С моей стороны было бы жестоко постоянно попадаться ей на глаза… даже в моем собственном доме.

Как всегда, он слегка насмешливо посмотрел на Эмбер. Она улыбнулась:

– Это очень мило с вашей стороны. Как и то, что вы приказали привезти Люси в ваш дом, чтобы мы могли увидеться.

– Ну, Колючка, можете меня не благодарить. Не приедь эта девчонка, – не хмурьтесь, она действительно избалованная девчонка… Так вот, не приедь она сюда, вы бы отправились к ней сами, что доставило бы мне ряд… гм… неудобств. Так что приезд… э-э-э… Люси? Полностью совпадал с моими интересами. – Он поцеловал руку жены. – Как ни заманчиво провести с вами утро, дорогая, мне пора идти.

Эмбер с улыбкой посмотрела ему вслед. После отъезда Люси она вновь окунулась в светскую жизнь. Герцог наблюдал за ней со своей слегка насмешливой улыбкой. Ему доставляло удовольствие видеть, как девушка наслаждается тем, что долгое время было ей недоступным.