Текст книги "Любовь дракона"

Автор книги: Екатерина Каблукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Ковыряясь в тарелке, девушка украдкой посматривала на герцога, опасаясь взрыва его гнева, но Амстел был абсолютно спокоен.

– Нет, Рос, десерт можете отправить назад в кухню. Сомневаюсь, что мы с герцогиней получим удовольствие от этого… гм… блюда.

Эмбер вздрогнула, поняв, что речь идет о ней. Она судорожно вздохнула, вдруг осознав, что думала Корнелия о ее пособничестве в побеге Люси и скоропалительном замужестве падчерицы. Судя по блеску глаз, Амстел искренне наслаждался ее растерянностью.

– Да, моя дорогая, теперь вы – герцогиня, и вам придется привыкнуть носить этот титул. Так что по поводу десерта? Вы не возражаете, если я прикажу отправить этот… э-э-э… шедевр обратно в кухню?

Все еще шокированная своим новым титулом, девушка покачала головой:

– По правде сказать, я уже сыта.

– Тремя ложками супа и двумя кусочками… э-э-э… птицы, умершей не иначе как от старости? – хмыкнул Амстел. – Скажите просто, что вы, как, впрочем, и я, не в состоянии переварить эти кулинарные шедевры!

Его возмущение было так комично, что Эмбер невольно рассмеялась. Герцог удовлетворенно посмотрел на нее.

– Вот так гораздо лучше. А теперь пора в постель.

Девушка вздрогнула и с испугом взглянула на Амстела. Он насмешливо скривил губы, явно наслаждаясь ее замешательством.

– Моя спальня напротив вашей, – скучающе добавил герцог. – Если вдруг вам что-то понадобится…

– А вы не…

Она была настолько сбита с толку, что слова сами слетели у нее с языка.

Амстел сделал вид, что смахивает пылинку со своего камзола.

– Моя дорогая, было бы невежливо беспокоить вас после столь ужасной трапезы. К тому же эта гостиница явно не располагает к… гм… романтическим отношениям. Впрочем, если вы настаиваете…

– Нет! – Эмбер резко вскочила и пошатнулась, с ужасом понимая, что все-таки опьянела. – Простите, я никогда раньше не пила ром.

Она виновато посмотрела на герцога, который тоже поднялся.

– А также не устраивали побегов сестры, не уезжали из дома с мужчиной, который значительно старше вас, и не выходили замуж… – Он подошел к ней и, придерживая за плечи, довел до дверей спальни. – Отдохните, Колючка. Признаю, у вас был чрезвычайно… гм… насыщенный день, и вы с честью все выдержали. Я пришлю к вам особу, которая именует себя горничной, но рекомендую заранее спрятать ваши драгоценности.

– У меня их нет, – покачала головой девушка.

Амстел внимательно посмотрел на нее:

– Скоро мы обязательно исправим эту досадную оплошность. А теперь – спокойной ночи!

Подтолкнув ее к порогу, он вновь вернулся в гостиную и, подхватив бокал со стола, вальяжно расположился на кушетке, задумчиво посматривая на огонь в камине.

Эмбер ничего не оставалось, как уйти в указанную комнату. Там пахло плесенью, а из трещин в оконных рамах сквозило. Не дожидаясь горничной, которая явно не торопилась, девушка сама разделась, и, стуча зубами от холода, юркнула под одеяло. Простыни были влажными, но ей уже было не до них. Утомленная событиями дня, она заснула, как только голова коснулась подушки.

На следующий день Эмбер разбудил стук в дверь. Прежде чем она успела ответить, весьма бесцеремонная и неопрятная женщина в засаленном чепце вошла в комнату и резко раздернула портьеры. Девушка прикрыла глаза рукой, с недоумением разглядывая вульгарную обстановку. Затем посмотрела на свою ладонь. Ее пересекал розовый шрам, напоминая о вчерашнем ритуале. Значит, вчера она действительно стала женой герцога Амстела.

Эмбер вновь охватило волнение. Невозможно понять, почему герцог, к услугам которого были первые красавицы страны, поступил именно так.

Признаться, она вообще не понимала того, кто стал ее мужем.

Вчера Эмбер была полностью в его власти, но вместо того, чтобы отомстить за злую шутку, Амстел окружил ее искренней заботой.

Девушка почти явно вновь почувствовала его руку на своей талии.

– Чего разлеглась? Вставай, мне еще постель после тебя пригладить надо! – прикрикнула на нее горничная, заправляя свои засаленные темные волосы за красные уши.

– А который час? – пробормотала Эмбер.

– Почти полдень! – грубо обронила женщина, даже не глядя на нее.

– Полдень? Уже? – Девушка торопливо встала и подошла к кувшину для умывания. – Помоги мне!

– Вот еще, – фыркнула горничная, уперев кулаки в бока. – Я, знаете ли, приличная женщина! И не собираюсь помогать всяким там… приживалкам!

– Что? – нахмурилась девушка, пытаясь понять сумбурную речь. После крепкого сна и вчерашнего рома она еще не пришла в себя.

– А то! Ишь, явились! – Горничная явно вошла в раж. – Я хозяину сразу сказала, чтоб отказывал. Так нет, ваш-то хахаль денег предложил, и немало! Хозяин согласился, сказал, что знатный господин – честь для приличной гостиницы! А он вдруг возьми и тебя на руках вынеси! Я сразу смекнула, что к чему, но поздно уже было. Хозяин деньги взял. А сегодня два постояльца сразу съехали. Я-то хозяину сказала, что все из-за того, что нашу гостиницу в бордель превратили, с полюбовницами да приживалками ездют!

Девушка недобро прищурилась:

– Это ты о ком?

– Да о тебе. Думаешь, завела себе полюбовника из богатых, так тебя уважать будут? А вот шиш тебе!

Горничная скрутила указанную фигуру из пальцев. Это переполнило чашу терпения Эмбер.

– Да как ты смеешь? – холодно обронила она. – Вон отсюда! И чтоб я больше тебя не видела!

– Да ладно, корчит она тут из себя! – фыркнула женщина и вдруг осеклась, смотря Эмбер за спину.

Девушка обернулась. Герцог стоял на пороге. Судя по костюму и грязи на сапогах, он только что вернулся с конной прогулки. В руках Амстел сжимал хлыст для верховой езды.

Зло чеканя шаги, он подошел к служанке и внимательно посмотрел на нее.

– Сейчас ты выйдешь из комнаты и никогда больше не вернешься в эту гостиницу. Как и в этот город. Все ясно?

Эмбер невольно поежилась от этого тихого и слишком вкрадчивого тона. Насколько она успела изучить своего спутника, это являлось предвестником бури. Он стоял к ней спиной, но девушка готова была поклясться, что черные глаза дракона опасно вспыхивают золотом.

Горничная поняла, что дело приобретает нехороший для нее оборот.

– Да я что… я уже ухожу… – заскулила она, с опаской поглядывая на хлыст.

– Конечно, – кивнул герцог. – Только прежде попросишь прощения у моей жены.

Лицо горничной побагровело, ей явно было нечем дышать. Она несколько раз открыла и закрыла рот, словно рыба, вытащенная из воды.

– Так это… кто ж знал… у нее платья такие… – просипела она.

– Я жду, – холодно напомнил герцог.

Эмбер не видела его лица, но горничная вдруг бухнулась на колени и согнулась так, словно что-то ужасно тяжелое придавило ее к полу.

– Простите, люди добрые!!! – запричитала она, словно на похоронах, размазывая по дряблым щекам мгновенно выступившие слезы.

Эмбер стало противно. Девушка отвернулась и посмотрела на герцога.

– Не надо, – тихо попросила она.

Он пожал плечами.

– Как вам будет угодно, моя дорогая. – И добавил чуть резче: – Ступай!

Горничная, поняв, что последний приказ адресовался ей, вскочила и, подобострастно кланяясь, поспешила выбежать из комнаты.

Амстел задумчиво посмотрел ей вслед.

– Подумать, что я буду использовать эти комнаты для… – Он осекся и покачал головой. – Какой удар по моему самолюбию! Кстати, завтрак подан, и я надеюсь, что он окажется более съедобным, чем вчерашний ужин. Буду признателен, если вы поторопитесь со сборами. Мне бы хотелось покинуть этот приют гостеприимства как можно скорее. И, как вы понимаете, вам придется обойтись без горничной.

Не дожидаясь ответа, он вышел.

Эмбер вздохнула. Она достаточно быстро привела себя в порядок и надела костюм для верховой езды, здраво рассудив, что это наиболее подходящее платье для путешествий.

Когда девушка вошла в столовую, герцог уже сидел за столом. При виде Эмбер он вежливо поднялся и окинул ее задумчивым взглядом.

– Знаете, в чем-то эта ужасная женщина права. Ваши платья никуда не годятся.

– Простите, что оскорбила ваш тонкий вкус, – мрачно обронила девушка.

– Колючка вновь выпустила шипы, – рассмеялся он и вновь занял свое место. – Нет, Рос, сначала ее светлости!

Лакей покраснел и, пробормотав извинения, налил в чашку Эмбер жидкость, отдаленно напоминавшую кофе. Девушка с благодарностью кивнула и обратилась к своему спутнику, все еще стесняясь называть его мужем:

– Скажите, я могу узнать, куда мы направляемся?

Герцог отложил вилку и задумчиво посмотрел на нее:

– Конечно.

В комнате воцарилось молчание. Девушка не выдержала первой.

– И куда же?

Амстел едва заметно улыбнулся:

– В мой охотничий дом.

– Зачем? – изумилась Эмбер, с трудом представляя себе охоту на исходе зимы, когда звери отощали и вот-вот начнут линять к лету.

– Потому что он весьма удобно расположен и находится недалеко от столицы, – пояснил герцог. Видя, что она ничего не понимает, продолжил: – Видите ли, я планировал после свадьбы отвезти… э-э-э… вашу сестру в свой фамильный замок. И, разумеется, отдал распоряжения приготовить все к нашему приезду. Но в свете изменившихся событий, – он многозначительно посмотрел на покрасневшую Эмбер, – решил вернуться в свой столичный особняк.

– Вот как? И почему же вы так резко изменили свои планы?

При мысли о том, что сестра оказалась бы буквально замурована в замке, девушка помрачнела.

– Потому что вместо плаксивой девчонки получил женщину, которой по силам выдержать столичное общество, – пожал плечами Амстел.

– Вас никто не заставлял жениться на этой, как вы выразились, плаксивой девчонке! – взвилась она, обиженная пренебрежением, с которым герцог отозвался о Люси. – Зачем вы вообще сделали ей предложение?

– Ну как сказать… – Герцог слегка помедлил с ответом. Создавалось ощущение, что он тщательно подбирает слова. – Садясь играть в карты с вашим отцом, я был сильно… гм… пьян.

Он виновато посмотрел на Эмбер, побледневшую от гнева.

– Это немыслимо! Вы были пьяны и именно поэтому заставили моего отца проиграть в карты и подписать этот договор! Вы – чудовище!

Она стремилась задеть Амстела, и ей это удалось. Темные глаза вспыхнули яростным золотом.

– Я не заставлял вашего отца проигрывать! Он сам, проиграв все до нитки, предложил поставить на кон свою дочь!

– Но вы согласились!

Они давно уже вскочили со своих мест и теперь стояли, буравя друг друга злыми взглядами. Герцог первым взял себя в руки.

– Вам не кажется, моя дорогая, что мы можем продолжить наш… э-э-э… спор в моем экипаже?

Девушка открыла рот, намереваясь возразить, что не собирается никуда ехать, но осеклась под насмешливым взглядом и покорно кивнула.

Амстел довольно ухмыльнулся:

– Абсолютно верное решение! Меньше всего мне хочется применять по отношению к вам… гм… силу.

Эмбер холодно посмотрела на него, пытаясь вложить в свой взгляд все презрение, на которое была способна.

– Можете не пытаться, моя дорогая, такие взгляды меня давно уже не задевают, – усмехнулся герцог и весьма резко добавил: – Поторопитесь, я не желаю ждать!

Он вышел из комнаты, а девушка вновь опустилась на стул. Она не знала, от чего дрожит: от страха перед герцогом или от злости на него.

Слуга вновь вошел в комнату.

– Миледи, – Рос вежливо поклонился, – его светлость приказал напомнить вам, что вы торопитесь.

Сознавая, что злить герцога неразумно, Эмбер послушно поднялась и направилась к выходу.

– Ваша светлость, – окликнул ее слуга. Еще не привыкнув к титулу, она не сразу сообразила, что он обращается к ней. – Вы забыли!

Лакей протянул черный плащ, так заботливо вчера накинутый Амстелом ей на плечи. Она вновь вспомнила, как заботливо он поддерживал ее в храме и как потом нес на руках в карету. Злость утихла.

Спустившись, девушка села в экипаж. Герцог уже занял свое привычное место и со скучающим видом смотрел в окно. Он даже не повернул голову в ее сторону, и Эмбер почувствовала себя слегка уязвленной. Как только она села, дверца захлопнулась, и карета плавно заскользила по дороге. Вздохнув, девушка нерешительно дотронулась до руки своего спутника, стремясь привлечь его внимание. Амстел медленно повернулся. Выражение его лица было непроницаемо, будто он надел маску.

– Простите меня, – тихо произнесла девушка, глядя ему в глаза. – С моей стороны было невежливо обвинять вас. Вы лишь взяли то, что вам предлагали.

Уголки его губ дрогнули.

– По правде сказать, я был настолько пьян, что не сообразил отказаться. Тогда мне все казалось лишь шуткой.

– Но почему вы настаивали на выполнении этого безумного обещания?

– Потому что ваш отец подписал договор своей кровью. С того момента я был связан обязательствами так же, как и ваша семья. – Он горько усмехнулся. – Забавно, не правда ли?

Это задело Эмбер. Не желая спорить, она отвернулась к окну, но герцог взял ее за подбородок, вынуждая вновь посмотреть на него.

– Колючка, вы опять злитесь?

– Просто не вижу ничего забавного, – сухо ответила она. – И почему вы называете меня Колючкой?

– Потому что вы напоминаете мне цветок, который растет на кустах высоко в горах. Добраться до них очень трудно, сорвать почти невозможно: весь ствол усыпан мелкими острыми колючками. Но когда бутоны распускаются… – Амстел улыбнулся ее изумлению. – Да, я иногда становлюсь сентиментальным. Возможно, это старость.

– А сколько вам лет?

– По человеческим меркам?

– Нет, вообще.

– Я точно и не помню. Около ста?

Эмбер невольно ахнула.

Он рассмеялся:

– Не берите в голову! Для дракона сто – это не более обычных человеческих сорока – сорока пяти.

Стараясь осмыслить услышанное, девушка в смятении отвернулась к окну. На этот раз герцог не препятствовал. Каким-то непостижимым образом она знала, что он наблюдает за ней, но сейчас ей было все равно. Сто лет. Перед глазами возникла Люси. Такая, какой Эмбер видела ее ночью: решительная, собранная и все равно слишком юная. Она представила сестру в храме рядом с драконом. Вот он ее держит за талию, затем целует… Тошнота подкатила к горлу.

– Остановитесь! – вдруг воскликнула девушка. Герцог нахмурился, но небрежно стукнул в стенку рукой. Эмбер вскочила и, не дожидаясь, когда экипаж полностью затормозит, распахнула дверцу, намереваясь спрыгнуть. Сильные руки схватили ее за плечи.

– Стойте!

– Оставьте меня!

Девушка попыталась оттолкнуть Амстела, но он крепко держал ее. Лишь когда карета полностью остановилась, он разжал руки, позволяя ей выскочить на обочину дороги.

Она отбежала на несколько шагов и замерла. Темный лес шумел от ветра, будто смеясь над ней.

Рос обеспокоенно заглянул внутрь кареты:

– Ваше светлость, что случилось?

– Все в порядке, оставайтесь здесь.

Амстел вышел из экипажа и, подойдя к Эмбер, встал у нее за спиной, заслоняя от любопытных взглядов.

– Ей же шестнадцать! – прошептала девушка, пытаясь отдышаться. – Понимаете, Люси всего шестнадцать!

– Мне сказали, что восемнадцать.

Несмотря на равнодушный тон, он словно оправдывался.

Эмбер повернулась к нему, по ее лицу текли слезы.

– Все равно, это же так мало…

– Почему вы никогда не думаете о себе? – вдруг спросил он, доставая платок и промокая ей глаза. – Сколько лет вам?

– Двадцать шесть. – Она шмыгнула носом. – Поверьте, я прожила достаточно долго…

– Чтобы быть отданной на растерзание кровожадному монстру? – усмехнулся он. – Прекратите считать себя старухой. Для меня вы – всего лишь зеленая девчонка!

Девушка хотела возразить, но герцог покачал головой:

– Не кажется ли вам, дорогая, что обочина дороги – не лучшее место для споров? Может, продолжим путешествие?

Эмбер виновато посмотрела в сторону кареты. Слуги и кучер заученно смотрели на лошадей, делая вид, что дела господ их не интересуют. Понимая, что только что устроила безобразную сцену, девушка вздохнула:

– Похоже, сегодня мне весь день предстоит извиняться перед вами.

Амстел покачал головой:

– Не стоит, если это не доставит вам удовольствия!

– Но ведь я вела себя сейчас, как…

– Зеленая девчонка? – почти весело подсказал он.

Эмбер внимательно посмотрела на него:

– Вы же дразните меня?

– Увы. – Он развел руками. – Поверьте, это получается непроизвольно. Что же касается остального, то, дорогая моя, хотя ваши опрометчивые поступки и доставляют мне некоторое неудобство, мысленно я аплодирую вашей выдержке. Большинство девиц, которых я знаю, сейчас бы бились в истерике. Вы лишь дрожите, и то, как я понимаю, от холода.

Приобняв ее за плечи, герцог мягко увлек девушку в сторону кареты. Слуги старательно отворачивались, пока он заботливо усаживал ее в экипаж. На этот раз Амстел предпочел занять место рядом.

Вновь опустившись на подушки, Эмбер вопросительно посмотрела на своего спутника.

– Как долго нам еще ехать?

– Думаю, к полуночи будем на месте. Вы совсем продрогли. Вот, глотните.

Она послушно сделала несколько глотков из протянутой фляги. Ром уже привычно обжег горло, приятным теплом разливаясь по телу. Теперь она уловила в нем нотки корицы и перца.

Делая вид что дремлет, она осмелилась склонить голову на плечо дракона, по странному стечению обстоятельств ставшего ее мужем.

Глава 6

К глубочайшему неудовольствию герцога, к охотничьему дому они подъехали далеко за полночь. Сначала пришлось задержаться на постоялом дворе, где дилижанс, высаживающий пассажиров, перегородил единственную дорогу остальным экипажам.

Несмотря на доносившуюся отовсюду ругань, кучер дилижанса привязал поводья к облучку и спрыгнул, чтобы помочь толстой торговке вытащить ее корзины, приваленные саквояжами других пассажиров. Пока он разгружал багаж, слишком нетерпеливый форейтор соседней кареты взмахнул хлыстом над лошадьми. Прижав уши, те рванули вперед, карета и дилижанс столкнулись, при этом карета устояла, а дилижанс завалился на бок. Кто-то из соседних домов кинулся помогать пассажирам злополучного экипажа. Ржание лошадей, крики и ругань слились воедино.

Все это Эмбер наблюдала из окна постоялого двора, где герцог заказал отдельную столовую, как только увидел скопление карет, занявших всю дорогу.

Она тихо покачала головой:

– Бедные пассажиры…

Амстел подошел к окну, взглянул на царивший на улице беспорядок и задернул портьеры.

– Надо обязательно сказать его величеству, чтобы ужесточил правила перевозки.

Он проводил жену к столу и лично придвинул ей стул. Девушка поймала себя на мысли, что начинает привыкать к такому вниманию. Более того, в глубине души оно ей льстило.

Эмбер украдкой посмотрела на герцога. Он привычно занял место во главе стола. Почувствовав ее взгляд, Амстел вопросительно посмотрел на жену, и Эмбер покраснела, словно ее поймали за каким-нибудь постыдным занятием.

Герцог усмехнулся и тихо спросил что-то у прислуживающего им Роса. Лакей так же тихо ответил, и Амстел рассмеялся. Заметив, что девушка пытается прислушаться к разговору, он покачал головой и, словно смягчая отказ, отсалютовал бокалом с вином. Эмбер смущенно улыбнулась и перевела взгляд на свою тарелку.

Пообедав и дождавшись, пока экипажи разъедутся и освободят дорогу, они продолжили путь, но вскоре одна из лошадей потеряла подкову. Пришлось медленным шагом ехать до ближайшей деревни и ждать, пока кузнец подкует лошадь заново.

Заметив, что ее спутник едва сдерживает раздражение, вызванное непредвиденными задержками, девушка предложила сыграть в карты по шутливым ставкам. Амстел пожал плечами, но достал колоду. Первую партию он играл не глядя, и скоро у Эмбер образовалась стопка медных монет.

– Не переживайте, ваша светлость, – поддразнила девушка, – зато вам обязательно повезет в любви.

Герцог хмыкнул и вторую партию разыгрывал уже более внимательно. Если бы Эмбер не повезло с картами, он бы выиграл. Третью партию она сдала по полной, получив в прикупе два туза. Амстел собирался раздать карты в четвертый раз, но тут кузнец объявил, что все готово. С видимым сожалением собрав карты, они вновь продолжили путь.

Дорога становилась все более оживленной. Девушка с любопытством смотрела на проезжавшие мимо кареты, ловя на себе заинтересованные взгляды, пока ее спутник не задернул занавески. Очевидно, на ее лице отразилась досада, потому что герцог усмехнулся и покачал головой:

– Простите, дорогая, но этот экипаж слишком приметен, чтобы позволять проезжающим мимо заглядывать в него. И потом, – он хитро улыбнулся, – я жажду отыграться!

Это было настолько неожиданно, что Эмбер изумленно рассмеялась. Она с интересом наблюдала, как герцог зажигает фонарь и достает знакомую колоду.

– Вы не привыкли проигрывать, – заметила девушка, как только карты были розданы.

– Скажем так: я очень не люблю это делать и всегда стремлюсь взять реванш. – Дракон сбросил карту и посмотрел на девушку. – А вы, моя дорогая? Как вы относитесь к проигрышам?

– Я никогда не играла по-настоящему. – Она осеклась, заметив его лукавый взгляд. – Вернее, не играла до вчерашнего дня.

– И как вам вкус победы?

– Пропитан горечью поражения. – Девушка горько улыбнулась. – Вы ведь хотели, чтобы я испытывала это?

Он отложил карты и внимательно посмотрел на нее:

– Вчера… да, возможно. Приехав в ваш дом и узнав, что… э-э-э… ваша сестра – я действительно не помню ее имени – сбежала, я прекрасно понял, кто стоит за ее поступком. Плаксивая девчонка никогда бы сама не додумалась до подобного. И не стоит смотреть на меня с таким укором, дорогая. Вы же понимаете, что это бесполезно!

– Это ужасно, так отзываться о Люси и все равно настаивать на браке с ней!

– Настаивал ваш отец. Вернее, Корнелия. Я хорошо знаю Нел, она никогда не упустит того, что само плывет ей в руки. В результате своего… гм… опрометчивого поступка я оказался в некотором смысле заложником ее амбиций. Так что в какой-то мере я даже признателен вам за… э-э-э… помощь.

– Но ведь избавившись от одной сестры, взамен вы взяли другую, – тихо возразила Эмбер.

Амстел рассмеялся:

– Когда-нибудь я объясню вам все мотивы, которые мной двигали. Но не сегодня!

– Да, конечно.

Она отвернулась, невидящим взглядом смотря на закрывающие окна занавески. Герцог положил свою руку поверх ее.

– Не стоит так переживать по поводу случившегося. Колючка, уверяю вас: в вашем положении будет немало весьма приятных моментов!

* * *

Стало совсем темно, когда карета вдруг остановилась. Эмбер проснулась и заморгала. Амстел, слегка вскинув бровь, недовольно посмотрел на слугу, открывшего дверцу.

– Мессир, впереди люди с факелами.

– Разумеется, болван! – процедил герцог. – Судя по всему, Леманн выслал отряд навстречу! Будь добр, закрой дверцу!

Рос смутился:

– Простите, мессир, я не подумал об этом!

Амстел небрежно махнул рукой, и слуга буквально растворился в темноте ночи. Эмбер сонно посмотрела на своего спутника.

– А кто такой Леманн?

– Начальник моей охраны. Не удивлюсь, если он лично будет встречать меня.

Эти слова оказались пророческими. Небольшой отряд верхом на лошадях поджидал их на повороте дороги. В неровном свете горящих факелов люди в черных одеждах выглядели зловеще.

Эмбер вздрогнула и посмотрела на мужа. Он ободряюще улыбнулся:

– Не беспокойтесь, дорогая, Маркус слишком исполнителен.

Карета остановилась. Герцог слегка поморщился, прислушиваясь к радостным переговорам слуг.

– Мне кажется или они производят слишком много шума? А, Маркус, вот и вы!

На вид Леманну было лет тридцать пять, но, памятуя о возрасте мужа, Эмбер предположила, что ему не меньше восьмидесяти. Жгучий брюнет открыл дверцу кареты и почтительно поклонился:

– Мессир! Счастлив вас видеть! Надеюсь, путешествие прошло спокойно?

Он с удивлением посмотрел на Эмбер, затем перевел вопросительный взгляд на своего господина. Тот сухо улыбнулся.

– Дорогая, позвольте вам представить Маркуса Леманна, начальника моей охраны. Маркус, вам оказана честь первым поздравить герцогиню Амстел. Да, я женился и не понимаю, почему это событие вызвало у вас такое удивление.

Последние слова он произнес более резко.

Леманн вздрогнул:

– Мадам, – поклон, предназначенный ей, был даже более почтителен, чем первый, – я очарован! Мои поздравления вам обоим!

Герцог снисходительно кивнул:

– Благодарю. Что-нибудь требует моего внимания?

– Нет, мессир, все спокойно.

– А крепость?

Даже в неровном свете фонаря Эмбер видела, как помрачнело лицо мужа.

– Без изменений. – В голосе Леманна появилась нотка сочувствия.

Темные глаза полыхнули золотом, но герцог тут же успокоился:

– Хорошо. Остальное – завтра. Дорога была крайне… э-э-э… утомительна. И прекратите этот… э-э-э… ужасный шум! Приветственные возгласы хороши на ярмарках.

– Да, мессир.

Маркус еще раз поклонился и закрыл дверцу.

– По коням, – раздался его приказ.

Нахмурившись, герцог еще с минуту смотрел на закрытую дверцу, затем его взгляд упал на Эмбер.

– Не выношу пустой суеты.

– Да, людям в вашем возрасте это свойственно, – кивнула девушка.

Прищурившись, он посмотрел на нее:

– Колючка, мне кажется или вы смеетесь надо мной?

– Вы опять назвали меня Колючкой, ваша светлость. Я начинаю подозревать, что вы просто позабыли мое имя.

Он улыбнулся, блеснув в темноте белоснежными зубами.

– Эмбер. Сможете ли вы так же легко вспомнить мое?

Девушка нахмурилась. Она ни разу не слышала, чтобы кто-то окликнул герцога по имени… К ее мужу обращались лишь «ваша светлость» или «герцог Амстел». Лишь в храме во время обряда венчания жрец перечислял имена жениха и невесты, но тогда она была слишком ошеломлена и подавлена, чтобы запомнить хоть что-то.

Ее замешательство позабавило герцога.

– Фернанд. Можете использовать его.

– Благодарю за разрешение, но, думаю, мое имя подходит мне больше! – откликнулась девушка.

– Колючка! – воскликнул ее муж.

Он хотел добавить что-то еще, но карета остановилась. Рос распахнул дверь. Герцог вышел и протянул руку, помогая жене спуститься.

– Милый, милый дом, – промурлыкал он так, чтобы его услышала лишь Эмбер.

Она вопросительно посмотрела на мужа, но тот, подхватив ее под руку, увлек к желтому с белым рустом дому под красной черепичной крышей. Очевидно, Леманн отправил кого-то из своих людей предупредить о приезде хозяина, потому что все слуги выстроились на крыльце, готовясь приветствовать новую госпожу.

Под нестройные приветствия Амстел провел жену в дом.

– Мессир, – седовласый дворецкий почтительно склонился перед ними, – от имени всех слуг позвольте мне поприветствовать нашу новую госпожу и поздравить вас с бракосочетанием.

– Спасибо, Йохан. Кто-нибудь из слуг может забрать у нас плащи. Марта, проводите герцогиню в ее спальню и принесите туда ужин, у нас был долгий путь. Маркус, я хочу, чтобы вы составили мне компанию в столовой! – Амстел склонился над рукой жены, слегка уязвленной тем, что ее отсылают, будто она действительно была зеленой девчонкой, и тихо добавил: – Ступайте, Колючка. Обещаю: сегодня ничто не потревожит ваш сон.

Не дожидаясь ответа, он прошел в двери, тотчас распахнутые лакеем. Почтительно поклонившись Эмбер, Маркус проследовал за ним.

Девушка повернулась и выжидающе посмотрела на горничную. Немолодая сухопарая женщина сделала книксен.

– Следуйте за мной, мадам.

По лестнице из мореного дуба, на перилах которой были вырезаны барельефы со сценами охоты, они прошли на второй этаж, где располагались спальни.

– Прошу, мадам.

Марта распахнула двери комнаты и почтительно замерла у порога. Эмбер вошла, с интересом разглядывая обстановку. Белые оштукатуренные стены, темные, в тон лестнице, полы и такого же цвета потолочные балки. У дальней стены, занимая почти две трети комнаты, стояла огромная кровать, за ней в углу – небольшой шкаф, рядом – несколько старинных сундуков, окованных железом. Туалетный столик у противоположной стены, напротив, был современным.

Эмбер невольно залюбовалась этим произведением искусства: триптих зеркал, на раме которых вырезаны птицы, клюющие виноград. Столешница и ящички инкрустированы узором из перламутра, повторяющим сцены охоты на лестнице.

Вместо ковра у кровати лежала волчья шкура. В комнате было тепло: готовясь к приезду господина, слуги заранее разожгли огонь в камине.

Девушка задумчиво прошлась по комнате, рассматривая ее.

– Ваша светлость желает, чтобы я помогла ей раздеться? – подала голос служанка.

– Да, конечно, – спохватилась Эмбер, надеясь, что ее замешательство не слишком заметно. Впрочем, герцог вышколил своих слуг так, что по их лицам невозможно было ничего понять.

Развесив одежду в шкафу, Марта расчесала госпоже волосы, заплела их в косу и вышла, намереваясь принести ужин. Все это было проделано без единого слова. Служанка почтительно молчала, а юная герцогиня, еще не изучив требования мужа, опасалась вступать в разговоры со слугами.

Оставшись одна, Эмбер села в кресло у камина. Сейчас, в этой комнате, она вновь почувствовала страх за свою судьбу. Столь стремительные перемены, произошедшие в ее жизни, пугали. В присутствии герцога она забывалась, окруженная исходившим от него ощущением безопасности и силы, теперь же безумие ее поступков было очевидно. Неискушенная в интригах, девушка вознамерилась сыграть против могущественного противника и теперь расплачивалась по полной.

Эмбер нерешительно поглядывала на огромную кровать. Сегодня муж дал понять, что не придет, но так не может продолжаться вечно. Амстел сказал, что ему нужен наследник, а он не из тех, кто отступит. Значит, она получила лишь отсрочку. Не будучи наивной юной девицей, она была осведомлена, что происходит в спальне между супругами, но не знала, сможет ли вынести такое.

Марта вернулась с подносом, на котором стояли тарелки с едой. Нерешительно отломив кусочек пирога с мясной начинкой, Эмбер вдруг поняла, что очень голодна и устала. Сейчас она оценила широкий жест герцога, позволившего ей уединиться в спальне, вместо того чтобы с вежливой улыбкой восседать в столовой, тоскливо ожидая очередной смены блюд. Поев и выпив чаю, девушка почувствовала себя настолько лучше, что смогла спокойно лечь в кровать и заснуть.

Утром она проснулась поздно и долго смотрела на белый потолок, будто перечеркнутый крест-накрест темными балками. При дневном свете в тишине дома, ставшего теперь и ее, к девушке постепенно возвращались свойственные ей здравый смысл и практичность. В конце концов, ее замужество было ничуть не лучше и не хуже, чем у многих других. Пока что ее муж казался достаточно разумным, хотя и чрезмерно требовательным человеком. То, как он заботился о ней и защищал ее во время пути, свидетельствовало о многом.

Хорошенько поразмыслив, она пришла к выводу, что они с герцогом смогут поладить, а это уже неплохо.

Эмбер поднялась и села к зеркалу, намереваясь расчесать волосы, когда вспомнила о слугах. Став женой герцога, она была обязана приводить себя в порядок при помощи горничной. Девушка позвонила в колокольчик, который нашла на туалетном столике. Марта сразу возникла на пороге, будто все утро провела, стоя за дверью. Впрочем, уже понимая требовательность своего мужа, девушка почти не сомневалось, что так оно и было.