Текст книги "Любовь дракона"

Автор книги: Екатерина Каблукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

– Отец?

– Увы, дорогая. К моему глубочайшему сожалению, перед вами – видимое воплощение… э-э-э… грехов моей молодости.

– И сколько же у вас таких… гм… грехов?

Девушка невольно переняла манеру общения Амстела, и тот криво улыбнулся.

– Трое.

– Как мило! – Почувствовав, что вот-вот задохнется, Эмбер резко встала. – Прошу меня извинить. Мне не хотелось бы мешать вашему общению.

Она гордо вышла из столовой, надменно кивнула стоящему у лестницы Маркусу Леманну и через секунду уже была на крыльце.

Морозный воздух заставил ее задрожать. Девушка обхватила себя руками, пытаясь сдержать рвущуюся наружу ярость. Мягкая ткань плаща легла на плечи. Она заморгала, смахивая слезы, и лишь потом обернулась. Амстел стоял рядом. Его глаза вновь опасно светились золотом, но сейчас это не произвело на Эмбер никакого впечатления.

– Когда вы планировали сказать мне о… сыновьях? – Девушка зло посмотрела на мужа.

Тот пожал плечами:

– Понятия не имею. Не люблю вспоминать о своих ошибках. К тому же вам и так было не слишком комфортно со мной.

– И вы решили проявить милосердие… – хмыкнула она. – И солгать…

Он бросил на нее тяжелый взгляд:

– С чего вы решили, что я лгу?

– У вас уже есть трое сыновей. К чему тогда все эти истории о необходимости наследника?

– Потому что ни один из них не дракон! – бросил герцог, и она поразилась горечи, которая прозвучала в его голосе. – Ни один! Они не могут и не должны возглавлять клан.

– Но почему?

– Почему они не драконы, почему не должны возглавлять клан или почему я выбрал вас? – отрывисто уточнил он.

Девушка растерянно кивнула.

Заложив руки за спину, Амстел зашагал по крыльцу.

– Здесь особо нечего рассказывать, и это не та история, которой хвастаются. Я был слишком молод, а Эрмина – слишком умна и красива. Я только что прошел обращение. Стал драконом и полноправным главой клана. И у меня не было отца, способного запереть меня в фамильном замке. – Он невесело улыбнулся и покачал головой. – Эрмина хорошо понимала, чего хотела. Слишком расчетливая. Это было ее ошибкой и… моей. Когда родились Лотар и близнецы – Йозеф с Астором, – надо было забрать их у матери. Но я этого не сделал.

– Что с ней стало?

– С Эрминой? Умерла много лет назад. Но время было упущено.

Он внимательно посмотрел на Эмбер, которая слушала его, затаив дыхание.

– Вы сможете это сделать, Колючка. Вы можете родить мне наследника. И если после этого вы захотите уйти, я отпущу вас.

Эмбер захотелось, чтобы он ее ударил. Тогда у нее появился бы повод его ненавидеть. Но не теперь, когда он лишь объяснил ей правила их союза. Заметив, что сжимает край плаща так, что побелели костяшки пальцев, она медленно разжала руки.

– Как вам будет угодно, мессир.

Она наклонила голову, чтобы скрыть злые слезы, и, не обращая более внимания на герцога, вошла в дом. Поднявшись в свою спальню, девушка дрожащими руками скинула плащ и зашвырнула в угол. Больше всего она злилась на собственную глупость. Как она могла даже подумать, что герцог, к услугам которого были первые красавицы королевства, может заинтересоваться ею?

Эмбер с усмешкой взглянула в зеркало. Ее внешность была далека от идеальной. Несмотря на изящный нос и большие глаза, лоб слишком высок, скулы резко очерчены, а подбородок упрямо выступал вперед. К тому же у нее широкие брови, что, по утверждениям мачехи, не придавало лицу изящества. Корнелия всегда предупреждала падчерицу, чтобы та поменьше улыбалась, поскольку от этого глаза кажутся узкими, а рот, наоборот, слишком большим.

Сейчас Эмбер готова была согласиться с мачехой во всем. С какой-то яростной тоской она смотрела на стены дома, оказавшиеся новой тюрьмой. День тянулся очень медленно. Понимая, что не в силах сейчас видеть Амстела, девушка отказалась спуститься к обеду, сославшись на головную боль. Марта заботливо спросила о чем-то, но Эмбер ответила невпопад, а затем раздраженно попросила оставить ее в покое.

В какой-то момент она все-таки решилась выйти, но еще на лестнице, услышав доносящиеся из столовой раздраженные голоса герцога и его сына, вновь поспешила наверх, игнорируя удивленные взгляды Маркуса Леманна, стоявшего у дверей.

Темнота ночи не принесла утешения, лишь обострила нервы до предела. Сидя в спальне, освещаемой лишь пламенем камина, Эмбер вздрагивала от любого шороха, раздававшегося за дверью.

Звуки знакомых шагов заставили ее вскочить и отпрянуть к стене. Она затравленно смотрела, как дверь ее комнаты медленно открывается. Герцог зашел в спальню и недоуменно нахмурился. Краем сознания девушка отметила, что без черного сюртука и тщательно повязанного шейного платка он казался менее неприступным.

– Мне сказали, что вы… – Он удивленно посмотрел в темноту спальни. – Право слово, вы решили поправить мои дела, экономя на свечах?

Амстел спокойно зажег свечи в двух канделябрах, поставил их на каминную полку и сел в кресло, откинув голову на спинку.

– Ну и денек!

Эмбер недоверчиво посмотрела на него, отмечая темные круги под глазами и усталую складку около уголков рта. Он приоткрыл глаза и, как обычно насмешливо, взглянул на нее.

– Когда вам надоест вжиматься в стену, можете занять второе кресло.

Удивительно, но это слегка успокоило девушку. На негнущихся ногах она подошла к указанному креслу и буквально рухнула в него.

– Интересно, какая муха вас укусила? – Амстел вновь закрыл глаза. – Только не говорите, что вы испытываете… гм… сожаление по поводу нашего брака.

– Ну что вы! – саркастически отозвалась она. – Я просто в восторге! Стать мачехой своим ровесникам – предел мечтаний каждой женщины!

– Да будет вам! – примирительно произнес он. – Признаю, следовало рассказать вам это раньше. Но по приезде сюда, вы были такой подавленной и уставшей… А потом мне просто не хотелось портить наше уединение.

Столь спокойное упоминание о днях снегопада заставило Эмбер вздохнуть. Она покачала головой:

– Я ни о чем не жалею.

– Врете! О чем-то вы жалеете. И о чем же?

«О том, что посмела обмануться и надеяться», – подумала она, но вслух ничего не сказала, позволяя ему самому делать выводы.

– Будь вы моложе, я бы мог предположить, что вы потрясены случившимся. Но какой бы зеленой девчонкой, Колючка, вы ни были, вы прекрасно понимали, что замужество – это не только совместные обеды в столовой. – Как обычно, он с некоторым наслаждением наблюдал за ее попытками скрыть смущение. Затем он продолжил: – Дракон тоже не напугал вас. Да, я знаю, что вы наблюдали за мной. И даже позволил себе… гм… некоторое мальчишество взлететь навстречу полной луне. Согласитесь, со стороны зрелище доставляет даже эстетическое удовольствие…

– Со стороны? – не поняла Эмбер.

Амстел криво улыбнулся:

– С некоторых пор я не люблю полнолуние. Но вас расстроило не второе мое обличье, верно?

– Дракон был прекрасен, – кивнула девушка.

Герцог довольно рассмеялся:

– Право, не ожидал. Вам просто необходимо познакомиться с Матильдой!

Очередное упоминание о графине Ферранской задело Эмбер.

– Я непременно последую вашему совету, – сухо сказала она.

– И получите море удовольствия! – Он накрыл ее руку своей. – Колючка вновь выпустила шипы? Не злитесь, дорогая, мы с Тиль всего лишь хорошие друзья. Когда-то я… гм… имел счастье оказать ей небольшую услугу. Как-нибудь я расскажу вам об этом.

– О, не смею даже надеяться на это! – съязвила она.

Герцог рассмеялся:

– Вот так гораздо лучше! Не знаю, что взбрело утром в вашу глупую головку, но еще пять минут назад вы выглядели так, будто собирались броситься со скалы.

Эмбер задумчиво посмотрела на мужа, признавая правоту сказанного им. В сущности, от слов, услышанных ею днем, ничего не изменилось. Наоборот, следовало бы ценить ту честность, а не впадать в очередную истерику.

Задумавшись, она пропустила момент, когда герцог встал и подошел к ее креслу. Опираясь на подлокотники, Амстел склонился над ней. Девушка попыталась отвернуться, но он положил руку ей на затылок, лишая этой возможности. Его губы коснулись ее, и она прикрыла глаза, признавая поражение.

Позже, лежа в постели, утомленная ласками, девушка внимательно всматривалась в лицо мужчины, ставшего ее мужем. Приподнявшись на локте, он задумчиво перебирал пряди ее волос. Поймав взгляд жены, герцог потянулся и сел на край кровати. Заметив разочарование, скользнувшее по ее лицу, улыбнулся:

– Моя дорогая, уверяю вас, что я с радостью остался бы, но, увы, рано утром я вынужден уехать. И не хочу вас тревожить.

– Вы уезжаете? – Она слегка приподнялась. – Я могу узнать куда?

– Разумеется. Я еду в столицу. Только не хмурьтесь сразу, Колючка! Мне необходимо решить несколько дел. Как только они будут завершены, я пришлю за вами.

– Почему я не могу сразу поехать с вами?

Вопрос сорвался с ее губ, прежде чем она успела подумать.

Амстел пристально посмотрел на нее. Сидя на кровати, с распущенными волосами, рассыпавшимися по обнаженным плечам, и припухшими от поцелуев губами, она была весьма соблазнительна. Даже сейчас зеленые глаза жены мятежно горели, невольно вызывая у дракона восхищение.

Он вздохнул:

– Поверьте, дорогая, я бы очень хотел взять вас с собой, но не желаю портить эффект от вашего появления на балу.

– На каком балу?

– Который мы даем в честь нашей свадьбы, конечно. – Он наклонился над ней и поцеловал в губы, словно намереваясь прекратить вопросы. – Спокойной ночи, Колючка! И больше не прячьтесь за портьерами у окна. Ваш дракон слишком стар, чтобы летать каждую ночь.

Глава 8

Как и обещал, Амстел уехал рано утром, пока Эмбер еще спала. С его отъездом у нее наконец-то появилось время для размышлений. Повинуясь желанию мужа, девушка почти не вмешивалась в ведение хозяйства, лишь уточняя меню обедов и ужинов. Когда Элджворт, степенный дворецкий, всю жизнь проработавший у герцога, попытался сделать вид, что интересуется ее мнением, девушка лишь отмахнулась:

– Элджворт, мне не хотелось бы менять порядки этого дома. Прошу, принимайте решения исходя из того, что желает его светлость.

– Да, мадам. – Старик поклонился.

Позже, в кухне, он с достоинством рассказывал, что новая хозяйка – весьма разумная особа, уважающая желания своего супруга.

– Видимо, не все желания, раз он ее бросил здесь, – хихикнула младшая горничная, картинно закатывая глаза при слове «желания». Йохан Элджворт неодобрительно посмотрел на фигуристую брюнетку. Развязная девица не нравилась ему с самого начала. Убирала из рук вон плохо, и ее хотели уволить, но хозяин недвусмысленно дал понять, что Мери нужна ему абсолютно для другого.

Сам дворецкий не одобрял развлечения господ с простыми девицами, но герцог был исключением. Элджворт служил дракону всю свою жизнь. И очень хорошо помнил момент, когда он, еще пятилетний мальчишка, прочищая печную трубу, вывалился под ноги молодому герцогу и перепачкал дорогой ковер. Он ожидал хорошей трепки, а вместо этого молодой хозяин улыбнулся.

– Вот и решилась судьба этого ковра! – весело сказал он. – Как мило! Он мне никогда не нравился! Подойди сюда!

Шмыгая носом, мальчишка опасливо приблизился, ожидая хорошей порки. Однако Амстел внимательно посмотрел на него черными глазами, в которых зияла тьма, и участливо спросил:

– Что ты делал в трубе?

– Прошу, господин, не говорите старшему трубочисту, что я упал! – взмолился мальчик. – Я всего лишь чистил трубу.

– Хм… А что будет, если я скажу?

Герцог слегка наклонил голову.

– Он накажет меня за то, что я испортил такой дорогой ковер, – испуганно прошептал мальчишка.

– Да? – Амстел вздохнул. – Хорошо, это будет наш секрет. Но… ты отработаешь мне стоимость этого ковра.

– Вы же сами сказали, что он вам не нравится! – угрюмо возразил тот.

Амстел рассмеялся и приказал отвести сорванца в кухню, отмыть и накормить. Затем выкупил его у трубочиста и оставил в столичном особняке. Тогда герцог много смеялся. Элджворт помнил, каким веселым был хозяин до первой женитьбы. А потом появилась Эрмина, кузина Фернанда. Она точно знала, что хочет стать герцогиней.

Элджворт тогда был старшим лакеем. Герцог со своей невестой казались прекрасной парой. Он так на нее смотрел! И был так счастлив, пока не вышел из храма с кольцом на пальце.

После пышной свадьбы и короткого медового месяца особняк Амстелов постоянно сотрясали скандалы. Рождение детей окончательно охладило отношения между супругами. А потом герцог узнал, что у его жены все это время был любовник.

Он рассвирепел. Победил ли он соперника в честном бою в цитадели драконов или же просто подло убил, как утверждали некоторые, Элджворт не знал. Эрмина не пережила свою любовь. Узнав о смерти возлюбленного, она сорвалась с высокой скалы и разбилась о камни. Поговаривали, что герцог мог сам приложить к этому руку. И что дракониха от горя лишилась крыльев. Подробностей дворецкий не знал. Его, как и других слуг из особняка, перевели в другое имение. Тем, кто не хотел уезжать из столицы, герцог дал расчет, и они на какое-то время исчезли. И вот теперь Амстел приехал с новой женой.

– Говорят, хозяин сватался к сестре хозяйки, писаной красавице. – Наглый голос Мери вывел старика из раздумий. – Только эта ее обскакала.

– А ты поменьше слушай, – посоветовала мадам Элджворт, служившая одновременно кухаркой и экономкой.

– Именно. То, что господа делают, нас не касается. Наше дело – подать да убрать!

Дворецкий благодарно улыбнулся жене. Он ни разу не пожалел о своем сватовстве к деревенской девчонке. Уже столько лет они жили душа в душу!

– Вот еще! – фыркнула Мери. – Не думаю, что эта чопорная ледышка сможет угодить герцогу. Его светлость – мужчина требовательный!

– А ты меньше трепи языком! – посоветовала Марта, заходя в кухню и слыша разговор. – А то вылетишь без рекомендаций, кому тогда нужна будешь?

– Думаешь, его светлость позволит? – подбоченилась та, выпячивая внушительные прелести.

– Думаю, нам всем следует заняться нашими прямыми обязанностями, – перебила их мадам Элджворт.

– Не нравится мне все это, – говорила она своему мужу уже вечером, лежа в постели. – Мери – девица горячая, как бы беды не случилось!

Дворецкий согласно кивнул, повернулся на бок и захрапел, предоставив герцогу самому улаживать все дела.

* * *

Эмбер спустилась к обеденному столу, за которым уже сидел Маркус Леманн. Не требовалось быть семи пядей во лбу, чтобы понять: он составляет ей компанию, исполняя приказ своего господина.

Поначалу относясь к ней с подозрением, Леманн оказался весьма приятным собеседником. Но как только разговор каким-то образом касался дел герцога Амстела или всего клана, начальник охраны умело переводил его на отвлеченные темы. Обычно девушка с удовольствием слушала его рассказы о столичной жизни, впитывая основные сведения относительно нравов высшего света. Но сегодня она была слишком расстроена подслушанным разговором слуг.

Для Эмбер не было секретом, что господа нередко заводят романы с прислугой. Пару раз она была свидетельницей скандалов Корнелии, но мысль о возможной измене мужа заставила сердце болезненно сжаться. Дело было не столько в самой горничной, сколько в мысли о том, что и сейчас Амстел, оставив неугодную жену, мог очаровывать какую-нибудь светскую красавицу.

Подогретое рассказами Леманна воображение рисовало герцога, сидящего в своей ложе в театре. Вот он склоняется к очередной прекрасной спутнице, и его черные глаза вспыхивают золотом…

Вздрогнув, Эмбер вдруг заметила, что в столовой царит тишина. Девушка виновато посмотрела на Леманна.

– Простите, Маркус! Я задумалась. Кажется, вы говорили что-то о мадам Верабо?

– Это уже не важно. – Он ободряюще улыбнулся, наверняка слухи дошли и до него. – Вы сегодня поедете на прогулку?

– А что мне еще здесь делать?! – Эмбер резко отодвинула чашку с чаем и встала. Леманн незамедлительно вскочил на ноги. – Нет, Маркус, оставайтесь. Я настаиваю, чтобы вы завершили свой обед.

– Но вы почти не притронулись…

– Я не голодна.

– Как и вчера, и позавчера.

– Хорошо, хорошо! – Герцогиня вновь села за стол, не глядя намазала булочку джемом и откусила небольшой кусок, с вызовом посмотрев на начальника стражи. – Вы довольны?

– Да, ваша светлость.

Она тут же устыдилась своего порыва.

– Простите, я в последнее время сама не своя.

– Не переживайте, мадам, герцог скоро вернется!

Она делано рассмеялась:

– О, в этом я не сомневаюсь! Приятного аппетита, Маркус! Буду ждать вас на крыльце.

Девушка вышла, прежде чем он успел хоть что-то сказать.

Снаружи было неуютно. Разыгравшийся ветер поднимал вверх колючую снежную пыль. Фиолетово-темные тучи над лесом угрожающе приближались, грозя новым снегопадом. Лошади, которых конюхи отшагивали вокруг дома, прижимали уши и нервно косились в сторону конюхов.

Эмбер приказала отвезти животных обратно в конюшню и с сожалением вернулась в дом. Убедившись, что Леманн все еще в столовой, герцогиня поднялась по лестнице и нерешительно застыла у двери, ведущей в спальню герцога. Рука сама потянулась к дверной ручке, но девушка тут же отдернула ее. Устыдившись этого порыва, она пошла к себе.

За последнюю неделю комната ей безумно надоела, как и весь дом. Не привыкшая к безделью, Эмбер чувствовала себя совершенно бесполезной. В хорошую погоду она объезжала деревни, знакомясь с арендаторами земель и пытаясь узнать об их нуждах и проблемах, но они ограничивались односложными ответами, с опаской посматривая на возглавляемую Леманном охрану юной герцогини. Вскоре Эмбер оставила это занятие, просто продолжая носиться верхом на лошади по заснеженным полям. Но сейчас снегопад грозил отобрать у нее и это развлечение.

Эмбер села на подоконник и по-детски обхватила колени руками, словно это могло ей помочь. Невидящим взглядом она смотрела вдаль, не замечая, что за окном начали кружить снежные хлопья.

Девушка не сомневалась, что герцог вернется. Ему необходим наследник. Дракон, который сможет летать. После этого Амстел ее оставит. Так он сказал. Она уже достаточно хорошо успела изучить мужчину, с которым была связана, чтобы понять: он всегда исполняет задуманное. И никогда не проигрывает. Знай она об этом раньше, все могло бы быть по-другому.

Эмбер тряхнула головой. Нет, ничего бы не изменилось. Она все равно спасла бы сестру. Даже ценой собственной гордости.

Девушка тяжело вздохнула. Став по насмешке судьбы женой одного из самых влиятельных людей королевства, теперь она имела меньше прав, чем оставаясь старой девой, дочерью провинциального дворянина. Теперь она полностью зависела от прихоти мужа. Пожелай он всюду выезжать с очередной любовницей, ей пришлось бы смириться и тихо существовать в стороне, ловя сочувствующие взгляды и слыша насмешливый шепот за спиной. Вряд ли она способна вынести подобное, эпизод с горничной явно показал ей это.

Эмбер тяжело вздохнула, понимая, что Амстел просто не оставляет ей выбора. Исполнив свой долг перед ним, она уедет. О ребенке девушка предпочла не думать.

Стук в дверь заставил ее выпрямиться.

– Да?

Марта вошла в комнату.

– Мадам, ужин подать в комнату?

– Нет, я спущусь.

Эмбер спокойно поднялась и накинула на плечи шаль.

Поглощенная своими мыслями и даже не взглянув в зеркало, девушка прошла по лестнице, с удивлением отметив царившее в холле оживление. Двое слуг втаскивали сундуки, дворецкий руководил ими с крыльца.

Войдя в столовую, она замерла у дверей, с недоверием смотря на герцога Амстела, стоявшего рядом с Леманном у камина. Мрачные мысли отступили, и девушка стремительно шагнула вперед.

– Фернанд! – Имя вырвалось, прежде чем она успела подумать. – Вы приехали?

Он с видимым удовольствием смотрел на нее.

– Вижу, вы выучили мое имя… – лениво протянул герцог и тут же быстро добавил, видя, как гаснет ее улыбка: – Бедное дитя. Маркус сказал, что вы скучали?

Эмбер постаралась, чтобы ее голос звучал как можно ровнее.

– Он польстил вам. Меня лишь раздражали безделье и постоянные снегопады.

Герцог быстро пересек комнату, и, вместо того чтобы поцеловать протянутую руку, мягко приобнял жену за талию, скользнув губами по щеке.

– А я скучал по вас, Колючка, – едва слышно прошептал он.

Девушка недоверчиво взглянула на мужа:

– В столице?

– Увы, за время нашего общения я слишком привык, что некая особа рядом всегда указывает мне на мои недостатки. – Он провел ее к столу. – Нет, Маркус, не уходите. Поужинайте с нами!

– Мессир, – поклонился тот и, выждав, пока хозяин дома займет место во главе стола, сел по обыкновению напротив Эмбер. Амстел находился в приподнятом настроении, много шутил и с удовольствием пересказывал столичные новости.

– Да, Маркус, мы даем бал в честь герцогини. – Герцог отсалютовал бокалом своей жене. Та вежливо улыбнулась. – Список приглашенных получите у Роса.

Леманн внимательно посмотрел на своего господина:

– Меры охраны?

– Повышенные. Сам король обещал прибыть на бал.

Эмбер тихо ахнула. Амстел кивнул, наслаждаясь ее удивлением.

– Да, дорогая, согласно традиции, открывать бал вам придется именно с ним.

– Как пожелаете, мессир.

Герцогиня кивнула с уверенностью, которой не чувствовала. При одной мысли, что она будет танцевать с королем, у нее подкашивались ноги, а голова кружилась.

– Я пожелаю все вальсы, – весело обронил герцог. – Бал через неделю. Мы выедем завтра утром.

Девушка слегка растерялась:

– Неделя… Но это же очень мало!

– Напротив, слишком много. Сейчас в обществе ходят разные… э-э-э… слухи о нашей слишком поспешной свадьбе. Нам необходимо их развеять. – Амстел откинулся на спинку стула и лениво добавил: – Я заказал розовое шампанское, но если вы хотите изменить…

– Полностью полагаюсь на ваш вкус, – уверила его Эмбер.

Герцог кивнул и повернулся к начальнику охраны. Допив чай, девушка встала и вышла из столовой, оставив мужчин одних.

В ее комнате Марта доставала из большого сундука платья. Горничная бережно расправила иссиня-черный бархат амазонки, сшитой по последней моде.

– Вы только посмотрите, мадам, какая красота!

Девушка подошла ближе. На какое-то мгновение любопытство одержало верх над гордостью, и она с интересом принялась рассматривать платья, отмечая прекрасный вкус герцога.

– Ах, мадам, – буквально простонала Марта, вытаскивая из сундука тончайшую ночную рубашку и кружевной пеньюар, – это великолепно! Вы обязательно должны надеть это сегодня!

– Так помоги мне!

Эмбер не смогла устоять перед искушением. Слегка покраснев, она внимательно рассматривала в зеркале тончайшее переплетение батиста, шелковых лент и кружев, сквозь которые проступал силуэт стройного тела.

– Вам не нравится?

Знакомый голос заставил ее обернуться. Амстел стоял на пороге спальни. Эмбер смутилась, но, вспомнив о Мери, выпрямила спину и смело взглянула в золотые глаза дракона.

– Мессир, платья прекрасны!

– Вы опять забыли мое имя, – пожурил он, посторонившись, чтобы служанка могла выйти.

Эмбер не смогла сдержаться:

– Ну что вы, я его прекрасно помню! Как и многие другие женщины!

Герцог с интересом посмотрел на жену:

– Я не ослышался? Ревность?

– У меня нет прав ревновать вас, мессир. Во мне говорит лишь чувство собственного достоинства.

Она грациозно опустилась в кресло и царственным жестом указала мужу на соседнее. Усмехнувшись, он едва заметно качнул головой и, подойдя к ней, вдруг присел на подлокотник ее кресла. Теперь Эмбер приходилось смотреть на него снизу вверх. В досаде она прикусила губу.

Амстел рассмеялся:

– Не играйте со мной в эти игры, дорогая! Я слишком… гм… опытен для вас.

– Охотно верю! – парировала она, стараясь сохранить самообладание. – Как я понимаю, вы набирались опыта и в этом доме в том числе?

Его глаза опасно сузились.

– Что вы имеете в виду?

– Вчера я имела неосторожность услышать в кухне интересный разговор. Некая особа по имени Мери утверждала, что хорошо знает ваши… пристрастия. А судя по тому, как она вытирает пыль, уборка не является ее главной обязанностью.

– Ах вот оно что! – Герцог покачал головой. – Колючка, вам не стыдно подслушивать разговоры слуг?

– Я не подслушивала, я просто проходила мимо! – запротестовала она.

– И, разумеется, именно около дверей кухни обронили… э-э-э… перчатку? Не стоит так очаровательно краснеть, моя дорогая, в таких случаях я обычно снимаю пылинку с рукава! – Герцог насмешливо посмотрел на жену. – Милая, я не храмовник и никогда им не был. Не скрою, в столице вам придется столкнуться с… э-э-э… некоторыми слухами обо мне. Частично они будут преувеличены, частично – правдивы. В свое время мне приписывали роман с королевой, тогда еще женой принца.

– Что? Правда?

– Разумеется, нет! Но доказательства обошлись мне очень дорого.

Он встал, задумчиво прошелся по комнате, затем стремительно повернулся к ней.

– Вы сможете выдержать это? Учтите, свет жесток, и мнимые доброжелатели постоянно будут нашептывать вам на ухо.

– Если я скажу «нет», что изменится?

– Я увезу вас в свой замок.

– Предлагаете мне бежать от слухов? – Эмбер внимательно посмотрела на огонь в камине. Сердце тревожно забилось. Неужели муж уже пытается избавиться от нее? – А вы сами, Фернанд… что будете делать вы?

– Стану приезжать к вам так часто, как смогу.

Она покачала головой:

– Не в моих правилах прятаться от того, что нельзя изменить. К тому же я не могу отказаться от искушения танцевать с королем.

Герцог улыбнулся:

– Поверьте, Колючка, вальсы вам понравятся гораздо больше, чем скучный полонез с его величеством.

Глава 9

На следующий день они выехали в столицу. Погода стояла ужасная. Снегопад закончился, и теперь ветер поднимал снег с земли, швыряя его в лицо всем, кто осмелился выйти на крыльцо. Придерживая капюшон плаща двумя руками, Эмбер обеспокоенно посмотрела на герцога.

– Может, стоит отложить поездку?

– Да? И до каких пор? До весны? – Он насмешливо посмотрел на жену. – Не волнуйтесь, моя дорогая, в карете тепло и комфортно.

Девушка покачала головой и бросила взгляд на Роса, уже сидевшего рядом с кучером. Оба были закутаны так, что из-под вороха одежды торчали лишь кончики носов. Заметив обеспокоенный взгляд хозяйки, слуга улыбнулся и заговорщицки показал на флягу, висевшую у него на поясе.

Девушка улыбнулась в ответ и села в экипаж. Амстел последовал за ней, как всегда, заняв место напротив. Привычно откинувшись на подушки, он со скучающим видом посмотрел в окно.

– Да, кстати, я приказал Элджворту рассчитать расстроившую вас горничную.

Настроение Эмбер тут же испортилось.

– Очень мило с вашей стороны! Но, право, не стоило так беспокоиться!

– Я слышу ноты осуждения в вашем голосе, Колючка? – Герцог повернул голову и холодно посмотрел на нее. – Мне кажется, вчера вечером я дал достаточно исчерпывающие объяснения на эту тему.

– Да, конечно.

Прикусив губу, Эмбер отвернулась, делая вид, что увлечена пейзажем за окном. Герцог последовал ее примеру.

Это путешествие разительно отличалось от предыдущего. Утоптанный тракт, по которому то и дело проносились экипажи, почтовые станции и придорожные таверны, в избытке стоявшие вдоль дороги, ухоженные деревни – все говорило о том, что они приближаются к столице.

Карета остановилась около одного из постоялых дворов. Судя по тому почтению, с которым хозяин выбежал на крыльцо и отвел их в отдельную столовую, Амстела здесь хорошо знали. Ему даже не потребовалось делать заказ: на столе тут же оказались супница, полная густого ароматного супа, деревенский хлеб и кувшин эля.

За время обеда герцог не сказал и двух фраз, обращаясь с женой настолько учтиво-холодно, что та почувствовала себя провинившейся девочкой. Она понимала: ей придется попросить прощения за столь безобразную сцену, но ее гордость противилась этому разумному решению.

Украдкой девушка изучала бесстрастное лицо своего спутника, надеясь найти хоть какую-то зацепку для начала разговора. Наконец, в десятый раз посмотрев на мужа, она вдруг натолкнулась на его почти веселый и понимающий взгляд. Эмбер возмущенно отвернулась, но любопытство взяло свое, и она вновь обратила внимание на Амстела. Он уже откровенно посмеивался.

– Ну же, дорогая… Поверьте, это не так уж и сложно…

– Вы невыносимы! – воскликнула она, кусая губы. – Признаю, я погорячилась! Но…

Она осеклась, заметив с каким интересом блестят его глаза.

– Прошу вас, продолжайте, – мягко сказал герцог.

Она покачала головой:

– Это не важно.

– И все же?

– Эта горничная… где она найдет работу?

– Полагаю, на полученные от меня деньги купит гостиницу или таверну.

– Ах вот как… Вы никогда ничего не упускаете, верно?

Он не стал настаивать, лишь озорно взглянул на нее и достал колоду карт.

– Желаете взять реванш?

– У меня это вряд ли получится! Вы для меня слишком опытный противник!

– Я искренне рад, что вы понимаете это, Колючка!

* * *

Амстел предложил разбить путь на два дня, но Эмбер отказалась, прекрасно понимая, что муж хочет как можно быстрее оказаться на месте. Ей и самой было любопытно увидеть особняк, красочно описываемый Маркусом.

К нему карета подъехала глубокой ночью. К удивлению девушки, на освещенных новомодными газовыми фонарями улицах было полно народу. Экипажи и портшезы то и дело создавали заторы на дороге, по тротуарам неспешно вышагивали столичные щеголи. У перекрестка остановилась живописная группа: молодые люди в темных, подбитых ярким шелком плащах и касторовых шляпах оживленно о чем-то спорили. Дело дошло даже до шуточного фехтования на тростях.

Дорожная карета с гербом Амстелов на дверцах вызвала немалый интерес у праздношатающейся публики. А когда экипаж остановился у особняка, крыша которого по углам была украшена статуями драконов, счастливцы, позабыв о приличиях, просто выстроились у ограды, не в силах пропустить столь знаменательное событие, как появление новой герцогини. В том, что это ее карета, никто не сомневался.

– Ну что, дорогая, вот мы и в змеином гнезде, – промурлыкал герцог, выходя из экипажа и подавая жене руку. Она с интересом рассматривала здание из черного полированного камня. Несколько факелов, вставленных в крепления в стенах, освещали его. Четыре статуи драконов по углам крыши, зло ощерив пасти, смотрели на город.

С волнением Эмбер поднялась по ступеням и вошла в холл. К ее удивлению, их встречали только мужчина в напудренном парике, невысокая пухлая женщина в темном платье и пара дежурных лакеев.

– Мадам, я счастлив иметь честь приветствовать вас здесь! – Чопорный мужчина в парике почтительно поклонился. – Мои поздравления, ваша светлость!

– Благодарю, Густав! – Герцог небрежно повел плечами, скидывая плащ. Один из лакеев мгновенно подхватил его, второй забрал плащ у Эмбер. Девушка вопросительно посмотрела на женщину, чье лицо располагало к доверию.

– Молли Салливан, мадам. – Та сделала положенный книксен. – Я экономка в этом доме.

– Очень приятно, – кивнула девушка. – А… где остальные слуги?