Текст книги "Любовь дракона"

Автор книги: Екатерина Каблукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

– Доброе утро, мадам. – Горничная присела в заученном книксене.

– Доброе утро. – Она все-таки решила уточнить: – Вы ждали у двери?

– Нет, мадам, в соседней комнате. Что желаете надеть сегодня?

Служанка с сомнением раскладывала более чем скромный гардероб своей хозяйки. Та на секунду задумалась.

– Пожалуй, зеленое… Или голубое?

Эмбер задумчиво посмотрела на свои платья, пошитые совсем недавно для того, чтобы сопровождать Люси на дневные рауты, в случае если Корнелия не захочет туда ехать. Их было всего два, и девушка невольно смутилась из-за своего скудного гардероба.

– Если мадам позволит, – тем временем с почтением произнесла Марта, вновь делая вид, что ничего не заметила, – я бы рекомендовала голубое. Зеленое придаст вам слегка болезненный вид.

Эмбер взглянула на себя в зеркало, отметив, что за последние дни она стала еще бледнее, чем обычно, и согласно кивнула.

– Да, действительно.

Горничная ловко застегнула платье и собрала волосы девушки в модную прическу.

– Какие у вас красивые густые пряди, мадам! – восхитилась она.

Эмбер покачала головой в ответ на такую лесть. Сама она считала свои волосы слишком серыми, будто присыпанными пеплом. Даже в сочетании с зелеными глазами, правда, обрамленными густыми черными ресницами, она казалась себе слишком невыразительной и неброской. Вот Люси…

Девушка вздохнула, вновь вспомнив сестру с ее золотистыми локонами и белоснежной, будто фарфоровой, кожей. Интересно, добрались ли беглецы до места? Эмбер вдруг охнула и испуганно подскочила: Люси должна написать ей по прибытии, а ведь письмо будет доставлено в имение Доусон. Просто необходимо каким-то образом известить сестру обо всем, что произошло.

Девушка распорядилась принести бумагу и перо и села составлять письмо.

Мысли не складывались. Послание получалось рваным и сумбурным. Эмбер пыталась, с одной стороны, не напугать сестру своим поспешным замужеством, с другой – предостеречь и убедить пока не возвращаться к родителям. Она не знала, сможет ли пригласить Люси к себе и захочет ли герцог опять ее видеть.

Невеселые мысли прервал стук в дверь.

– Да? – отозвалась девушка.

В комнату заглянул незнакомый слуга.

– Мадам, герцог просит вас спуститься в столовую.

– Конечно. Скажите его светлости, что я сейчас буду.

Она с досадой посмотрела на исчерканные листы. Так и не написав ничего путного, Эмбер взяла последний вариант, присыпала песком, чтобы чернила поскорее высохли, сложила и спрятала за манжету платья, намереваясь отправить при первой же возможности.

Спустившись по лестнице, девушка проследовала за слугой и вошла в почтительно распахнутые перед ней двери, украдкой рассматривая большую комнату, судя по убранству, одновременно служащую в доме гостиной и столовой. На стенах, обитых мореным дубом, располагались охотничьи трофеи: шкуры волков, головы оленей с приоткрытым ртом и стеклянными глазами. Золотистые портьеры с вышитыми охотничьими сценами точь-в-точь повторяли обивку на тяжелых дубовых стульях, стоящих у массивного стола, за которым могло уместиться до тридцати человек. Из окон открывался вид на небольшой газон, огороженный высоким кованым забором, за которым начинался лес.

Сейчас за столом находился лишь герцог. Он сидел во главе и со скучающим видом перелистывал газету. При виде Эмбер Амстел моментально поднялся и вежливо склонил голову.

– Доброе утро, дорогая! Надеюсь, вы хорошо отдохнули.

– Да, благодарю.

Она опустилась на стул, придвинутый все тем же Росом, и разложила на коленях льняную салфетку. Слуга подал завтрак. Герцог вновь занял свое место и неодобрительно посмотрел на жену.

– Полагаю, мне следует немедленно послать к мадам ла Салаж!

– Кто это? – не поняла девушка.

– Одна из самых лучших модисток столицы.

– О, вы их так хорошо знаете? – невинно заметила Эмбер, делая вид, что поглощена разделыванием ветчины на своей тарелке.

Амстел насмешливо посмотрел на нее:

– Большинство из них – очень хорошо.

– Это, наверное, очень удобно?

Девушка постаралась, чтобы ее голос звучал как можно более наивно.

– Разумеется, – кивнул Амстел. – Никогда не знаешь, какое платье понадобится…

Он выжидающе замолчал. Эмбер открыла рот, чтобы спросить, кому может понадобиться платье, но заметила, что уголки его губ подрагивают.

– Вы вновь смеетесь надо мной?

– Увы. – Он беспомощно развел руками. – Но прошу, Колючка, не принимайте все на свой счет.

– Можно подумать, вы смеетесь и над собой тоже, – пробормотала она.

От неловкого движения уголок письма высунулся из манжеты, привлекая внимание.

– Что это? – полюбопытствовал герцог.

– Письмо.

Эмбер почувствовала, что краснеет.

– Могу я узнать, кому оно адресовано? – Его голос моментально стал ледяным.

– Моей сестре. – Девушка с вызовом посмотрела на того, кто был ее мужем и имел на нее теперь все права, в том числе и право вскрывать ее письма. – Даже став вашей женой, я никогда не отрекусь от нее!

– Не припомню, чтобы требовал что-то подобное, – надменно обронил герцог и лениво добавил: – Оставьте пиьсмо Росу, после обеда я его франкирую^[2] и отправлю с остальными.

– Спасибо. – Воинственный запал прошел, и теперь она мяла злополучный лист в руках. – Я не ожидала от вас такой щедрости.

Он пожал плечами:

– Моя дорогая, вы – моя жена.

При последних словах она слегка вздрогнула, но Амстел сделал вид, что не заметил этого.

– Могу я поинтересоваться вашими планами на сегодня?

– Я не знаю. – Девушка вопросительно посмотрела на него. – Возможно, мне стоит осмотреть дом и поговорить с вашей экономкой?

– Здесь ее нет. Всем заправляет мой дворецкий, вчера вы его видели. А поскольку я пока не хочу ничего менять, не думаю, что есть смысл тратить ваше время.

– Хорошо. Тогда что вы порекомендуете мне?

– Как вы смотрите на то, чтобы составить мне компанию и проехаться верхом? – Он почти весело посмотрел на нее. – Конечно, в конюшне нет дамского седла, но, насколько я припоминаю, вас это не останавливает?

Эмбер изумленно смотрела на него:

– Вы серьезно?

– Разумеется. Вы – прекрасная наездница. И можете брать любую лошадь. За исключением Клоуда, моего вороного. Не то чтобы я не доверял вам, но это – лошадь одной руки. Конечно, в городе я буду вынужден требовать соблюдения приличий. Впрочем, как я понимаю, голова у вас на месте, и вы не станете шокировать публику или стремиться произвести фурор ценой скандала. – Он довольно улыбнулся, видя ее радость. – Поторопитесь, Колючка, у вас полчаса на сборы.

Глава 7

Эмбер никогда не проводила время настолько хорошо. Как только она вышла на крыльцо, один из конюхов подвел к ней великолепную охотничью лошадь: высокую, с крепкими ногами и литыми мышцами. Легко вскочив в седло, девушка подобрала поводья. Конюх отступил.

Легкой рысью лошади выехали за ворота, после чего Амстел молча выслал своего коня в галоп. Радостно улыбнувшись, Эмбер последовала его примеру. Ее лошадь была прекрасно выезжена, и ей не составило особого труда следовать за герцогом.

Амстел, словно желая испытать жену, скакал впереди на своем вороном жеребце, с легкостью беря препятствия в виде поваленных стволов или каменных изгородей. Эмбер неслась почти вровень с ним. Прекрасная наездница, она действительно наслаждалась, буквально летя на великолепной лошади по бескрайним полям. Иногда герцог придерживал коня, поджидая, пока девушка поравняется с ним, и вновь устремлялся вперед, направляя вороного к очередному барьеру.

– Согласитесь, мало что может сравниться с хорошей прогулкой верхом.

Амстел остановил коня, как только они взобрались на высокий холм, и с одобрением посмотрел на свою спутницу. Эмбер благодарно улыбнулась мужу. Ее щеки порозовели, а глаза ярко блестели от азарта и удовольствия.

– Подъедьте ближе! – потребовал он. Девушка повиновалась, с опаской посматривая на Клоуда. Герцог заметил ее нерешительность и усмехнулся. – Сомневаетесь в моем искусстве всадника?

– Нет. – Эмбер покачала головой. – Я оцениваю лишь свои силы.

– Глупости, вы прекрасно справляетесь! И не только с лошадью!

Она недоверчиво посмотрела на герцога, но он уже отвернулся, указывая ручкой хлыста на темную кромку леса.

– Там, за лесом, заканчиваются мои земли. Если будете выезжать без меня, держитесь границ и обязательно извещайте Леманна, он назначит сопровождающих.

– Вы не доверяете мне?

– Я не доверяю остальным. Вы – жена герцога, моя дорогая, и вам придется к этому привыкнуть. – Амстел посмотрел на нее, и его взгляд чуть смягчился. – Здесь неподалеку есть деревня. Если хотите, мы можем отправиться туда, перекусить.

Она замешкалась, вспомнив о своем потертом костюме для верховой езды.

– Я бы предпочла обедать дома.

– Как пожелаете.

Герцог выслал коня вперед и легким галопом помчался дальше. Эмбер последовала его примеру. Настроение герцога менялось так быстро, что уследить за этим не было никакой возможности.

В доме их уже ожидал накрытый стол. После обеда по молчаливому согласию они оба остались в комнате. Герцог что-то писал, а девушка предпочла пересесть в кресло, поближе к полыхающему камину. Заметив Роса, стоявшего позади с подносом с почтой, она с тоской вспомнила, что ей нужно переписать письмо.

Эмбер тяжело вздохнула.

– Что на этот раз? – Амстел недовольно оторвался от бумаг. – Полагаю, опять ваша сестра?

– Да, я должна написать ей, иначе она отошлет письмо на мое имя в Доусон.

– А вам не хотелось бы выдавать ее Корнелии. Понимаю… – протянул он. – Кстати, развейте мое любопытство: куда она сбежала?

– Кто? Люси?

– Ну не Корнелия же!

– К моей гувернантке. Та живет неподалеку от замка князя фон Эйсена.

Эмбер с удивлением заметила, как лицо герцога буквально окаменело, а глаза стали золотыми. Прежде чем она действительно успела испугаться, Амстел вдруг вскочил и схватил ее за плечи, поднимая с кресла.

– Откуда вы узнали? – требовательно спросил он.

– Узнала – что?

Девушка слегка поморщилась от боли, но герцог не заметил этого. Его глаза яростно сверкали, моментально став цвета расплавленного золота.

– О том, что мне заказан путь в эти земли! Кто сказал вам?

– Я не знала… – Эмбер растерянно посмотрела на него. – Просто мадемуазель Джонсон купила там небольшую кофейню на ратушной площади… Мне больно!

Последние слова она сказала чуть громче. Амстел разжал руки и подошел к камину, пытаясь успокоиться.

– Простите, – наконец мрачно обронил он. – Амстелы враждуют с фон Эйсенами уже очень много веков. А недавние события… Поэтому учтите: мне будет крайне… гм… неприятно видеть вас с кем-то из их клана. Исключение составляет лишь нынешняя графиня Ферранская. Я лично познакомлю вас с Тиль.

– Почему вы так ненавидите их?

Эмбер украдкой потерла плечи, надеясь, что на коже не останется синяков.

– Это очень старая история. Как-нибудь я расскажу вам ее, а сейчас садитесь и пишите письмо своей сестре.

Девушка последовала этому почти приказу, но вновь сбилась и задумчиво взглянула на мужа, все еще стоявшего у камина и смотревшего на огонь.

Он поднял голову:

– Я вас слушаю?

– Я не знаю, что написать сестре. – Она беспомощно развела руками.

Герцог хмыкнул:

– Дорогая… э-э-э… Не подсказывайте, я должен вспомнить! Сибилла? Нет… Люсилла? Да, Люси! «Спешу уведомить тебя, что я вышла замуж за герцога Амстела, и теперь тебе ничего не угрожает. Тем не менее настоятельно рекомендую оставаться в том доме, где ты сейчас находишься, поскольку это будет для тебя безопаснее всего. Пиши мне на имя герцога Амстела, и твое письмо всегда найдет адресата». Подписывайте! А, и в постскриптуме укажите, чтобы писала разборчиво и ставила на конверте оплату за мой счет.

– Спасибо, – кивнула девушка.

– Написали? Давайте его сюда!

Он подошел и встал у нее за спиной, дожидаясь, пока жена сложит и запечатает письмо. Потом поставил на конверте размашистую подпись.

Эмбер повернула голову, смотря на герцога восхищенным взглядом.

– Как вам удается так лаконично излагать мысли?

– Опыт, – улыбнулся он.

Девушка опустила ресницы, пытаясь скрыть охватившее ее волнение. Лицо мужа было так близко, что она ощущала его дыхание на своих волосах.

Он взял ее за подбородок, вынуждая посмотреть в глаза. Темные, как ночь. Где-то в глубине в них плескалось расплавленное золото.

Его рука скользнула по ее щеке. Не в силах противиться, она беспомощно приоткрыла губы, и он нежно коснулся их своими, словно давая ей привыкнуть к его близости. Их дыхание слилось воедино. Пальцы герцога удерживали ее затылок, сминая прическу, вторая рука держала Эмбер за талию, препятствуя побегу.

– Милорд, могу ли я забрать почту?

Девушка вздрогнула и отпрянула, хотя руки мужа все еще прижимали ее. Растворившись в своих ощущениях, она не услышала, как Рос вошел в комнату.

Герцог бросил мрачный взгляд на слугу. Тот стоял навытяжку, с отстраненным выражением на лице, будто и не был свидетелем бурной сцены.

Пользуясь моментом, покрасневшая Эмбер выскользнула из объятий Амстела и, пробормотав что-то невразумительное, буквально сбежала в свою спальню, казавшуюся ей островком безопасности. Умом девушка понимала, что герцогу не составит особого труда последовать за ней, но почему-то казалось, что муж этого не сделает.

Весь вечер она то кружила по комнате, то опускалась в кресло, смотря на огонь невидящим взглядом. Больше всего ее взволновал не сам поцелуй, но то, что она желала его! Эмбер то и дело вспоминала золотистый взгляд мужа, буквально проникающий в самую душу.

– Ваша светлость, – Марта появилась в дверях, – его светлость спрашивает, спуститесь ли вы к ужину.

Эмбер вздохнула и покачала головой. Сейчас она была не в силах спокойно смотреть на виновника ее переживаний. Девушка не понимала, что с ней происходит. Герцог завораживал ее. Находясь рядом с мужем, она забывала о том, что он – дракон и буквально принудил ее к этому браку.

Эмбер задумчиво посмотрела на едва заметный шрам на ладони. Почему-то сразу вспомнилась твердая рука, удерживающая ее за талию, и то, как бережно герцог нес ее к карете.

– Помоги мне, – устало попросила она горничную, садясь к столику.

Марта послушно начала вынимать шпильки из прически. Дверь скрипнула. Девушка обернулась и вздрогнула. Герцог Амстел вошел в комнату и поставил на каминную полку бокалы и бутылку шампанского. Повинуясь его взгляду, Марта сделала книксен и торопливо вышла. Эмбер осталась сидеть на месте, зачарованно смотря на мужчину.

Нарочито медленно он наполнил бокалы и протянул один ей.

– Мне помнится, я обещал вам шампанское. – Его светлость присел на край столика. – Не люблю оставаться должником.

Дрожащей рукой Эмбер взяла бокал и поднесла к губам. Полуприкрыв глаза, Амстел пристально наблюдал за ней, точно хищник за жертвой. Собравшись с духом, девушка отставила полупустой бокал и решительно взглянула на герцога, всем своим видом давая понять, что готова к неизбежному.

Он весело рассмеялся, запрокинув голову:

– Право слово, Колючка, вы – будто королева, которую ведут на казнь! – Он вновь коснулся пальцами ее щеки. – Поверьте, все не так и страшно, как вам кажется.

Его слегка насмешливый тон ее задел.

– Откуда вы знаете, о чем я думаю?

– Хорошая попытка, – одобрил герцог. – Но в ваших глазах так легко читать мысли!

Он нежно пробежал пальцами по ее щеке.

– Вот сейчас, – он вдруг подался вперед так, чтобы их лица почти касались, – вы хотите, чтобы я еще раз поцеловал вас…

Его лицо было очень близко, глаза призывно блестели, и она сама не заметила, как потянулась к нему.

– Колючка, – тихо выдохнул герцог, приникая к ее губам.

Одной рукой он обхватил ее за талию, другой удерживал затылок, не позволяя вырваться, и Эмбер сдалась. Поцелуи герцога становились все более требовательными, вызывая в ней неведомое до этого момента наслаждение. Она не помнила, как оказалась раздетой. На какой-то момент, вынырнув из абсолютно новых и оттого пленительных для нее ощущений, она обнаружила себя нагой, лежащей на кровати.

Амстел склонялся над ней, в его глазах струилось расплавленное золото. Не сдержавшись, она провела пальцами по его атласной коже, восхищаясь рельефом мужского тела. Он улыбнулся, вновь приникая к ней. Будто во сне она видела, как напрягаются мышцы его рук, чувствовала, как он ложится на нее, совершенно обнаженный. Боль, на краткий момент пронзившая тело, сменилась наслаждением. Эмбер услышала стон и вдруг поняла, что это стонет она сама.

Мужчина чуть отстранился, пытливо вглядываясь в ее лицо, и девушка сама потянулась к нему, вновь окунаясь в волны наслаждения.

Придя в себя, она обнаружила, что лежит на кровати, заботливо укрытая покрывалом, а герцог Амстел уже встал и, набросив халат, разливает шампанское по бокалам.

– За вас, моя дорогая! – Он протянул один из бокалов своей жене, слегка наслаждаясь ее смущением. – И за наш брак, который обещает быть весьма успешным!

Присев на край кровати, он внимательно посмотрел на нее. Сейчас, укрытая тонким покрывалом, с распущенными волосами и опухшими от поцелуев губами, она напоминала сирену.

Герцог неодобрительно покачал головой:

– И она довольствуется жизнью на вторых ролях! Почему вы не вышли замуж?

– Надеялась, что в один прекрасный день встречу герцога. – Она подняла на него смеющиеся глаза. – На меньшее я была не согласна!

Он с удовольствием подхватил ее игру:

– Да, корысть ваших побуждений видна за версту. Колючка, Колючка, мог ли я представить, что сломанное колесо моего экипажа принесет мне встречу с вами…

– Ах вот что вы делали в нашем городишке! – Она всплеснула руками. – А я гадала, каким ветром вас занесло!

– Увы, я разочаровал вас?

Он с видимым интересом проследил, как покрасневшая Эмбер поправляет покрывало, от резкого движения сползшее с груди.

– Нет. – Окончательно смутившись, она попыталась отвлечь его внимание. – Но почему вы не улетели? Вы же дракон!

– Потому что тяжело летать с тяжестью на сердце. – Он залпом допил шампанское и встал. – Спокойной ночи, дорогая.

Амстел вышел.

Эмбер с грустью посмотрела на дверь. Ей хотелось, чтобы герцог остался, но она не смела настаивать на этом.

Девушка была слишком взбудоражена, чтобы сразу заснуть. Она долго лежала на кровати, бездумно смотря в потолок, пока какой-то непонятный звук снаружи не заставил ее вздрогнуть. Движимая любопытством, она подошла к окну, посмотрела вниз и замерла, прижав руку ко рту, чтобы сдержать крик. Дракон был там. Огромный, обсидианово-черный, он стоял, горделиво изогнув шею, будто вслушиваясь в темноту ночи.

Эмбер замерла, боясь нарушить магическое очарование. Почувствовав, что на него смотрят, дракон неожиданно повернул голову и взглянул прямо на окно спальни. Глаза цвета расплавленного золота сверкнули, и девушка ахнула, безошибочно узнав этот взгляд.

Дракон насмешливо оскалился и, распахнув огромные крылья, взлетел в небо. Как завороженная, она следила за ним, пока темный силуэт не превратился в маленькую точку на фоне полной луны. Лишь тогда Эмбер смогла отойти от окна. Опустившись в кресло, девушка задумчиво смотрела на тлеющие угли, так напоминавшие ей глаза дракона.

* * *

Проснувшись следующим утром, она долго пыталась понять, был ли дракон всего лишь сном или она видела его на самом деле. Так ничего и не придумав, Эмбер встала, смущенно глядя на смятые простыни, красноречиво свидетельствовавшие о том, что происходило ночью. С трудом подавив желание сказаться больной и остаться в комнате, она оделась и спустилась в столовую.

Бесстрастный Рос распахнул перед ней двери. Герцог Амстел сидел за столом. При виде жены он поднялся и пошел ей навстречу.

– Доброе утро!

Вместо того чтобы поклониться, герцог поднес руку жены к губам. Девушка почувствовала, как от этого прикосновения по коже побежали мурашки, и смущенно улыбнулась. Амстел придвинул ей стул и вновь занял место во главе стола.

– На улице сильный снегопад. Полагаю, нам придется воздержаться сегодня от прогулки.

Эмбер бросила взгляд в окно. Мелкая снежная крошка неслась почти параллельно земле.

Девушка вздохнула:

– Бедные путники…

– Да, нам, признаться, повезло, – кивнул герцог. – Путешествовать в такую погоду было бы весьма неприятно. К сожалению, этот дом – убежище холостяка, здесь нет ни пялец, ни красок. Поэтому, боюсь, сегодня вам придется поскучать.

– Какая досада. – Эмбер с укором посмотрела на него. – И не найдется даже арфы?

Амстел слегка приподнял брови:

– Вы действительно хотите ее получить?

– Нет! – Она ужаснулась, поняв, что муж действительно может послать кого-нибудь из слуг за инструментом в ближайший город, и торопливо добавила: – Я не умею играть.

– Какое упущение, – усмехнулся он.

Эмбер вздернула подбородок и с шутливым вызовом посмотрела на него.

– Но если вы будете настаивать, я начну учиться!

Амстел задумчиво оперся подбородком на сплетенные пальцы.

– Почему мне кажется, что я слышу угрозу в ваших словах?

– Потому что я ужасно играю! Так же, как и вышиваю, и рисую, – призналась девушка. – Уверяю вас, моих скромных способностей хватает лишь на то, чтобы заштопать скатерть. И то криво!

– В таком случае вам не стоит этим заниматься, – заметил герцог. – И поскольку мы все равно заперты в доме, не желаете ли продолжить нашу игру в карты?

Через несколько часов Рос, войдя в комнату, замер в изумлении. Его хозяин, сняв сюртук, вальяжно расположился в кресле, со снисходительной улыбкой взирая на свою жену, которая, в пылу азарта забравшись в соседнее кресло с ногами, с напряжением следила за тем, какую карту выложит на стол ее противник.

Слуга почтительно кашлянул, привлекая внимание.

– А, Рос. – Амстел бросил на него почти веселый взгляд. – Что-то срочное?

– Пора подавать обед, мессир?

Герцог бросил быстрый взгляд на жену. Она уже сидела как подобает воспитанной женщине и с невинным видом расправляла складки на платье.

– Да, пожалуй, – задумчиво произнес Амстел.

Рос поклонился и вышел, плотно закрыв дверь. Степенным шагом он прошел на кухню и меланхолично заметил, что их светлости заняты игрой в карты, а потому кухарка может не торопиться.

Эмбер тем временем с ужасом взирала на гору расписок с ее подписью, возвышавшуюся у левой руки Амстела.

– Не может быть, чтобы я столько проиграла, – изумилась она.

– А вы азартны, моя дорогая, – поддразнил ее герцог, тщательно расправляя и складывая бумаги. – Вы проиграли мне десять золотых.

– Вы потребуете от меня уплаты долга немедленно?

– Нет, просто в следующем квартале дам вам чуть меньше на булавки, – фыркнул он, вставая и протягивая расписки ей. – Вот, возьмите! И мой вам совет: никогда не играйте в карты с другими. Они не будут столь милосердны!

Девушка покачала головой:

– Вы же знаете, что я не игрок по натуре.

– Да, вы для этого слишком… гм… эмоциональны.

Взгляд герцога на секунду смягчился. Он приподнял лицо жены за подбородок и поцеловал в приоткрытые губы, сразу отстранившись и не давая легкому поцелую перейти во что-то большее.

– Вы опять смеетесь надо мной?

– На этот раз – нет. Знаете, сейчас я даже признателен вам за ту шутку, которую вы сыграли со мной. – Он расправил примятую рубашку. – Кстати, как вам удалось ни разу не солгать мне, когда вы отвечали?

Избегая смотреть ему в глаза, она неопределенно повела плечами.

– Просто повезло.

– А вот сейчас, дорогая, вы лжете! – криво усмехнулся герцог.

– Как вы это чувствуете?

– Драконы ощущают ложь, будто занозу, которая свербит в мозгу. Вроде и не больно, но крайне неприятно. Но вы не ответили на мой вопрос.

– Это же очевидно. Я просто говорила правду…

Она осеклась, поскольку он нежно провел по ее щеке.

– А вы – опасный противник.

– Я уже несколько раз проиграла вам, – напомнила девушка.

Вместо ответа он вновь наклонился к ней. На этот раз поцелуй был долгим.

– Пойдем, – властно прошептал он, обнимая ее за талию.

Она хотела возразить, что сейчас день и что в доме полно слуг, но была не в силах противиться золотистому взгляду.

Чуть позже, когда они лежали в его постели, герцог приподнялся на локте и задумчиво посмотрел на жену из-под полуприкрытых век.

– Это становится интересным, – пробормотал он, обращаясь скорее к самому себе.

Эмбер вопросительно посмотрела на него, но Амстел не стал продолжать. Лениво потянувшись, герцог дернул за витой шнур, спускавшийся со стены к изголовью.

– Мессир?

Рос показался в дверях и застыл, вперив взгляд в стену. Юная герцогиня все равно покраснела и смущенно натянула одеяло так, что были видны только ее волосы и нос. Весело хмыкнув, Амстел распорядился принести обед в спальню. Слуга вышел.

Эмбер взглянула на мужа:

– Ему ведь не впервой, верно?

– Приносить обед в спальню или заходить сюда, когда я не один? – скучающим тоном уточнил тот, вставая и надевая халат. Достав второй, протянул жене.

Она послушно накинула на себя. Халат оказался слишком широким и длинным, и Эмбер пришлось подвернуть рукава. Девушка тщательно разглаживала черный шелк, делая вид, что полностью поглощена процессом. Герцог насмешливо смотрел на жену, явно ожидая ответа.

– Если вы начали говорить, дорогая, то договаривайте, – посоветовал он, как только Рос, сервировав небольшой стол, стоявший в углу, вновь вышел.

Упрямо качнув головой, девушка подошла к окну.

– Снегопад стихает… – тихо заметила она.

Амстел подошел и встал у нее за спиной.

– Это лишь короткая передышка. Видите темные тучи на горизонте? – Он кивнул туда, где в небе повисла угрожающая свинцово-серая полоса, переходившая в черноту леса. – Судя по ветру, они скоро доберутся сюда, и нас просто завалит снегом.

– Откуда вы знаете?

– Драконы всегда хорошо чувствуют погоду. – Он мягко приобнял ее за плечи. – Вам необходимо поесть, Колючка.

Больше к вопросу других женщин они не возвращались. Эмбер прекрасно понимала, что в сложившихся обстоятельствах спрашивать о них, а уж тем более ревновать, было глупо. Тем не менее она не могла выбросить эти мысли из головы.

Снежная буря бушевала три дня. За это время девушка успела проиграть в карты достаточно значимую для нее сумму. Герцог всегда весело подтрунивал над Эмбер, отдавая расписки после окончания игры. Если они не играли в карты, то сидели у камина и разговаривали.

Амстел рассказывал юной жене о своих путешествиях по миру, она – о своей незамысловатой жизни в имении Доусонов. О том, как ей, тогда еще действительно зеленой девчонке, пришлось взять на себя ведение хозяйства и воспитание сестры. Девушка действительно наслаждалась этими драгоценными минутами общения.

В отличие от многих других мужчин, он умел слушать не перебивая. Эмбер нравилось смотреть на мужа, когда он, вытянув ноги поближе к огню, откидывал голову на высокую спинку кресла и прикрывал глаза, словно погруженный в легкую дрему.

В первый раз она даже решила, что он уснул, Эмбер как раз рассказывала, что зимой приходилось экономить на растопке. Девушка осеклась, но герцог сразу открыл глаза.

– Я вас внимательно слушаю, – с легким укором заметил он.

– Я думала, вы…

Она озорно прикусила губу, чтобы не захихикать.

Амстел с напускной строгостью взглянул на жену:

– Я, конечно, стар, но не настолько, чтобы заснуть во время разговора. Ведь именно это вы и имели в виду?

Не удержавшись, она все-таки рассмеялась.

– Глупая девчонка, – пробормотал герцог, лениво вставая и наливая себе в хрустальный бокал ром. – Кажется, вы говорили что-то об угле…

* * *

На четвертый день она проснулась от того, что солнечный луч скользил по ее щеке. Не веря своим глазам, Эмбер подскочила к окну и раздернула шторы. Яркий свет залил комнату. Даже через мутноватое стекло он был теплым. Девушка с наслаждением замерла, подставляя ему свое лицо, затем позвала горничную.

Причесывая Эмбер, Марта сказала, что герцог уехал рано утром. Это слегка испортило Эмбер настроение, но она взглянула на солнце и вновь улыбнулась.

Одевшись и по-детски перепрыгивая через ступеньку, она ворвалась в столовую и с удивлением заметила незнакомого юношу, в одиночестве сидящего за столом. При виде ее он восхищенно присвистнул и вальяжно откинулся на спинку стула.

– Вот это доброе утро!

– Скорее день, – сухо поправила она, садясь за стол и ожидая, когда принесут завтрак.

Роса тоже не было. Наверняка герцог взял его с собой. Эмбер невольно напряглась: сальные взгляды того, кто сейчас сидел напротив, не внушали радости. Неожиданный гость не понравился девушке с первого взгляда. Было в выражении его лица что-то неприятное и даже отталкивающее. К тому же она терпеть не могла мужчин с пухлыми руками, а руки незнакомца были даже слишком пухлыми, с темными точками пор, усеивавшими бледную кожу.

Эмбер невольно поморщилась, но тот не обратил внимания.

– Тем лучше! Ведь тогда скорее настанет вечер, и мы вполне сможем развлечься, – подмигнул он.

Втайне жалея, что не уложила волосы, а лишь заколола пару прядей, чтобы те не падали на лицо, Эмбер смерила незнакомца ледяным взглядом. Это не произвело на него никакого впечатления, лишь полные чувственные губы расплылись в усмешке. В эту секунду он неуловимо кого-то напомнил, но девушка не успела понять кого.

– Можешь не бросать на меня такие взгляды, – заговорщицки прошептал он. – Ты ведь понимаешь, что стоит мне…

Он вдруг осекся и в ужасе посмотрел поверх ее головы. Затем вскочил, с грохотом отодвинув стул, и почтительно склонил голову.

– Мессир…

– Астор, какой… э-э-э… сюрприз. – Герцог Амстел ленивой походкой пересек комнату и встал за стулом Эмбер. – Леманн не сразу меня нашел, и я вижу, что слегка… э-э-э… опоздал представить тебя своей жене.

– Вашей жене? – Юноша побледнел, бросил беспомощный взгляд на девушку и подергал узел своего туго завязанного шейного платка в тщетной попытке его ослабить. – Я думал…

– Твои мысли, Астор, меня мало интересуют, поэтому можешь… гм… оставить их при себе. Как, впрочем, и это… э-э-э… убожество, которое сейчас намотано на твоей шее. Только рекомендую тебе развязать узел, иначе ненароком задушишь сам себя.

– Простите.

Астор попытался снять галстук. При этом он так нервничал, что лишь затянул узел еще больше. Хозяин дома с неприятной усмешкой смотрел на эти попытки.

– Проще разрезать, – вкрадчиво посоветовал он, полюбовался ярким румянцем молодого человека и добавил чуть резче: – Что тебя привело сюда? Опять долги?

Тот делано рассмеялся:

– Мессир, ваша проницательность делает вам честь! Увы, я проигрался в пух и прах! И теперь вынужден скрываться от кредиторов.

– Могу я… э-э-э… полюбопытствовать, стоит ли мне ожидать еще и Йозефа?

– Откуда я знаю? Он меня и обчистил, пройдоха!

– Как мило наблюдать подобное согласие между братьями! – саркастически произнес Амстел. – Дружба за карточным столом, что может быть… гм… прекраснее!

– Отец, вы сами играете! – запротестовал Астор.

Эмбер в изумлении обернулась на мужа, все еще стоявшего у нее за спиной и крепко сжимавшего плечо, вынуждая оставаться на месте.