Текст книги "Магия возмездия"

Автор книги: Екатерина Черкасова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

– Тогда почему он убил Наташку, а не тебя? Как он мог вас перепутать?

– Не знаю... перепутал как-то... Она ведь в моем халате была,

лицо изуродовал, для удовольствия, наверное. – Инка тяжело вздохнула и сказала: – Я как сумасшедшая из города бежала. Мне все время казалось, что за мной кто-то гонится. Но теперь-то все в порядке, все думают, что я умерла, поэтому можно спокойно вернуться в город и попытаться найти Фрола.

"Если он не найдет тебя первый", – подумала Симка, глядя на подругу.

ГЛАВА 12

Москва, 1999 год

В воскресенье утром подруги решили вернуться в Москву на Инкиной машине, решив, что на автомобиле ехать будет несколько удобнее, чем трястись в электричке битых два часа.

На дороге Инка вела себя безобразно: она то рвалась вперед, не следя за спидометром, то маскировалась за трактором, максимальная скорость которого не превышала тридцати километров в час, строила рожи, делала неприличные жесты обгоняющим их автомобилистам. Пару раз она так резко тормозила, что их чуть не снесло с дороги. Однако все обошлось без происшествий.

Подъезжая к Москве, Инка занервничала. Это было видно по тому, как она обеими руками вцепилась в руль и сосредоточенно уставилась на дорогу. Симка попыталась ее разговорить, чтобы снять напряжение, но Инка упорно не хотела вступать ни в какие беседы до самого кольца. Лишь после того как они миновали пост ГАИ при въезде в город, соизволила спросить:

– А куда мы едем?

– Предполагаю, что к твоему спасителю, – ухмыльнулась Симка и, глядя на удивленное лицо подруги, попросила: – Останови у метро. Мне нужно позвонить.

– Только недолго.

– Ладно, попрошу не командовать. Тебе вообще положено молчать, поскольку ты, Инна Константиновна Соколовская, официально – труп. Очаровательно улыбнувшись, Симка оставила ерзающую от нетерпения подругу мучиться от любопытства.

Разговор по телефону состоялся необыкновенно короткий. Трубку взяли почти с первого гудка.

– Привет, это я. Узнал?

– Симка, ты, что ли? – спросил хриплый мужской голос.

– Да. Я еду сейчас к тебе. У меня крайне важное дело. – Симка с ходу ринулась в атаку, не дав мужчине опомниться.

Я приеду не одна, поэтому, будь добр, останься в квартире без посторонних хотя бы на время нашего визита. Для тебя это, кстати, будет очень полезная встреча, – сказала она настойчивым голосом, с ужасом думая, что будет, если он сейчас пошлет ее к черту, а этот вариант был у нее совершенно не предусмотрен.

– Дело серьезное?

– Очень!

– До завтра подождать нельзя?

– Нет.

В затянувшейся паузе было слышно, как на другом конце провода что-то щебечет писклявый женский голос, который неожиданно прервали резкой фразой. Слов, правда, Симка не расслышала.

– Адрес ты знаешь? – раздалось наконец в трубке.

– Да.

– Через сколько тебя ждать?

– Через час.

Повисла несколько напряженная пауза.

– Слишком быстро, – сказал мужчина, а затем добавил: – Ключи я оставлю под ковриком, приезжайте и ждите меня в квартире. Сейчас около часа, здесь ты будешь около двух. Я приеду через час, максимум через полтора. Нормально?

– Вполне, – поспешила ответить Симка, не веря своему счастью. В то же время она немного трусила, не слишком ли она сгустила краски. Может, все менее серьезно, чем она предполагает? Повесив трубку, она поспешила к машине, где ее ожидала измученная неизвестностью подруга.

– Все даже лучше, чем я думала. – Симка рухнула на сиденье рядом с Инкой. – Едем в Алтуфьево.

– К кому?

– Увидишь. Может, потом еще благодарить меня будешь.

Симка закурила и, назвав адрес, скомандовала: – Вперед!

Через сорок минут они уже подъехали к тому самому дому, где Симка была только один раз, но адрес помнила прекрасно.

Войдя в квартиру, она сняла куртку и отправилась на кухню. За ней плелась унылая Соколовская. Всю дорогу она лезла к Симке с вопросами, к кому они едут, что они там будут делать и как ей помогут. Чтобы не пугать ее раньше времени и оградить себя от Инкиной брани, – а в том, что она последует, Симка ни на минуту не сомневалась – она решила благоразумно прикинуться временно оглохшей и онемевшей.

– Теперь разговаривать будем? – поинтересовалась Инка, входя вслед за Симкой на кухню.

– Хочешь, можем поговорить.

– Где хозяин?

– Хозяин будет через два часа.

– И что я здесь делать буду два часа?

– Ну, не знаю, можешь телевизор посмотреть. Куда тебе торопиться, Соколовская? Ты у меня на даче целый месяц по ночам в сортир выползала, а теперь два часа подождать не можешь? – Симка явно подшучивала над подругой.

– Немедленно скажи, к кому мы приехали, – требовала грозная Инка. Меня это, между прочим, тоже касается. Должна же я знать, в чьи руки отдаю свою судьбу. – И, решив сменить тактику, захныкала: – Симка, ну что тебе стоит, скажи, где мы, а? Я уже вся чешусь от нетерпения!

– А ты мыться не пробовала? – ехидно улыбнулась Симка.

Инка злобно сощурила глаза и вышла из кухни, не забыв при этом громко хлопнуть дверью. Через минуту она вернулась и, поджав губы и надменно подняв брови, потребовала:

– Отдай мне ключи, я уезжаю!

– Куда?

– Не важно, я не могу находиться в обстановке, где надо

мной беспрестанно издеваются.

– Инка, ну прекрати, пожалуйста! Я просто не хотела тебе говорить раньше времени, но если тебя так распирает...

– Да, меня распирает!

– Это квартира следователя, который ведет твое дело. Его зовут Владимир Снегирев. Это тебя устраивает?

– Нет, – пробормотала Инка, – не представляю, чем

он мне поможет?

– Инна, как ты не понимаешь, я должна предъявить

тебя следствию. Ведь не могу же я скрывать тот факт, что ты на самом деле жива! А Володька – толковый парень, – убедительно сказала Симка. Вместе мы обязательно придумаем, как защитить тебя и поймать убийцу.

– Ты привезла меня к менту! Как он мне поможет? На

фиг я ему сдалась! Ведь я же проститутка, ничего он не станет для

меня делать! – Инка вся побагровела от крика. – А я-то

рассчитывала, что ты на самом деле мне поможешь! Дура наивная.

– Хочу напомнить тебе, что он не мент, а следователь

прокуратуры. Так же, как и я, между прочим. Поэтому прекрати

орать и приведи себя в порядок. Не стоит бить себя в грудь, заявляя,

что ты проститутка. Для Снегирева – ты в первую очередь потерпевшая. Так что веди себя соответственно.

Симкины слова как будто привели Инку в чувство, и, немного успокоившись, она спросила:

– Слушай, а не тот ли это Снегирев, с чьей девчонкой я по телефону разговаривала?

– Так точно.

– А он бабник? – неожиданно поинтересовалась Инка.

– Как бы это помягче сказать, – протянула Симка, – любитель женского пола, но специалист отличный, – поспешила добавить она, чтобы слишком не очернять коллегу в глазах подруги.

Инка тяжело вздохнула и удалилась. Через некоторое время Симка услышала шум льющейся воды. Несколько удивившись, она подошла к двери ванной, но войти внутрь не смогла, так как дверь предусмотрительно оказалась запертой изнутри.

– Эй! – крикнула Симка, пытаясь перекричать шум льющейся воды. – Ты что там делаешь?

– Догадайся с трех раз, – ехидно ответила из-за двери Инка.

– Соколовская, это неприлично, мы же в чужой квартире. Ты еще

с хозяином не познакомилась, а уже обживаешься в его ванной.

– Я же должна произвести впечатление невинной жертвы! – возмутилась Инка. – У него же при виде меня слезы с голубиное яйцо величиной должны капать. А как же мне изображать невинность, если я полтора месяца в раковине мылась?

– Инка, не глупи, вылезай оттуда немедленно, – попросила Симка и в этот момент услышала, как Соколовская, радостно взвизгнув, плюхнулась в ванну.

"Вот дрянь этакая!" – подумала про себя Симка.

– Не волнуйся, – довольным голосом сказала из-за

двери Инка, – до приезда хозяина я все успею и встречать его,

уж конечно, буду не в ванной.

– Надеюсь, что так, – пробормотала Симка, возвращаясь обратно на кухню, – только бы ты не ошиблась.

Но Инка ошиблась: спустя тридцать минут после ее погружения в ванну раздалась мелодичная трель дверного звонка, и Симка, прежде чем пойти открывать, не без удовольствия отметила, что пение в ванной мгновенно стихло.

– Дождалась, Белоснежка, – прошипела Симка, проходя мимо ванной комнаты в коридор.

– Открывай, Серафима! – раздалось из-за двери.

Симка открыла дверь. Володька ввалился в квартиру и с порога спросил:

– Что за дела у тебя творятся?

– Сейчас расскажу, – промямлила девушка, видя, что Снегирев подозрительно серьезен.

Володька скинул куртку и, не снимая ботинок, прошел в комнату. Удивленно глядя по сторонам и никого не находя, строго посмотрел на Симку:

– С кем же ты приехала?

– С подругой.

– И где же она?

– Ну, – тянула паузу Симка, но потом решилась:

Она у тебя в ванной. Я хотела сделать тебе небольшой сюрприз.

Лицо у Снегирева вытянулось. Чувства, которые обуревали его, не поддавались описанию. Симка приготовилась к тому, что сейчас сойдет лавина ругательств, которые тот сдерживал из последних сил.

Володька недобро улыбнулся и с нарочитой веселостью спросил:

– Ты хочешь сказать, что этот сюрприз моется в моей ванной?

Симка разозлилась:

– Будь добр, не ерничай, я к тебе приехала по важному делу. Так

что давай мне халат, чистое полотенце, фен и... – Симка замолчала

и, подумав, добавила: – Будь уверен, сюрприз будет такой

закачаешься.

От такой наглости Володька слегка опешил и недоуменно посмотрел на

Симку. Потом лицо его немного просветлело, и он, протягивая полотенце, спросил:

– Это что, шутка?

– Сейчас увидишь.

– Симуха, если это шутка, – а я из-за этого отменил важную встречу, ты об этом горько пожалеешь, – проговорил он с угрозой и направился на кухню.

Открыв дверь в ванную, Симка протянула полотенце Инке, которая, безуспешно пытаясь спрятаться в пышной пене, испуганно хлопала глазами, и пошла за недовольным Володькой на кухню. Сев за стол напротив него, она первым делом попросила разрешения закурить, на что Володька милостиво кивнул головой. Мысленно ругая Инку за бесцеремонность, она изобразила на лице растерянную покорность и начала подлизываться к Снегиреву.

– Володя, прости, что так получилось.

– Ну, и что дальше?

"Вот засранец, не дает войти в образ воспитанной пай-девочки! подумала Симка. – Ну ничего, посмотрим, что ты потом запоешь..."

– Дальше я хочу извиниться и сказать...

– Извиняйся, – перебил ее Снегирев.

– Почему ты перебиваешь меня? Думаешь, я здесь ради

собственного удовольствия?

– Не знаю. – Володька загадочно улыбнулся. – Так

где же твой сюрприз?

– Сейчас, – услышав, что в ванной перестал жужжать фен,

сказала Симка, – потерпи минутку.

"Сейчас ты перестанешь надуваться, как мыльный пузырь, от

собственной важности", – успокаивала себя Симка.

Инка оправдала все ее ожидания. Она появилась, затянутая в огромный

Володькин халат, который, вися на ней мешком, все же давал представление о выдающихся формах ее тела. Общую картинку дополняли распущенные светлые волосы, слегка раскрасневшаяся после горячей ванны нежная кожа, огромные испуганные голубые глаза, полное отсутствие косметики на лице и немая покорность во взгляде. "Просто ангел", – подумала Симка и повернулась, предчувствуя, как отпадет Володькина челюсть при виде такой красоты. Она была недалека от истины: рот у Снегирева действительно открылся, пачка сигарет, которую он держал в руке, со стуком упала на пол.

– Вот это сюрприз, – выдохнул Снегирев, вновь обретя дар речи.

– Нет, Володечка, это только начало, – ласково сказала Симка и, обращаясь к старательно изображающей невинность Соколовской, добавила: Садись, Инна.

– Да, пожалуйста, – засуетился совершенно обалдевший Володька, присаживайтесь, Инночка.

– Вы позволите вас познакомить? – обратилась Симка к коллеге,

пускающему слюни от удовольствия.

– Конечно, – довольно улыбнулся Володька.

Меня зовут Владимир, а вы, как я уже понял, Инна.

– Да, именно так, но лучше будет, если она назовет свое полное

имя. Представьтесь, пожалуйста, по всей форме, девушка, – строго

потребовала Симка.

– Соколовская Инна Константиновна, 1972 года рождения,

бесцветным голосом произнесла Инка, стараясь смотреть преимущественно

в пол.

Улыбка Снегирева словно окаменела. Протянув руку через стол, он приподнял

Инку за подбородок и внимательно посмотрел на нее. Его лицо мгновенно потеряло плотоядное выражение, и он серьезно сказал:

– Вот это номер!

Прошло неколько часов. Инка уже окончила свой жалостливый монолог и теперь преданными глазами смотрела на Володьку. Роль жертвы, видимо, понравилась ей, и Симка с удовольствием наблюдала, как Инка, рассказывая о "своей работе", старательно обходила подробности и в особо трагических местах даже плакала. Говоря о Фроле, жаргонных слов не употребляла и вообще производила впечатление маленькой заблудшей овечки, попавшей в волчью стаю. Она так искренно раскаивалась, что даже Симку проняло, а уж про Снегирева и говорить нечего. Его готовность помочь ей прямо-таки выпирала наружу.

– Вы поможете мне, Владимир? – спросила Инка сквозь слезы.

– Непременно, – с готовностью заверил ее Володька,

но вы, в свою очередь, должны будете помочь нам найти Фрола. Согласны?

– Конечно, я сделаю все, что от меня зависит, – дрожащим

голосом произнесла Инка и, делая вид, что уже не в силах продолжать,

добавила: – Извините, я на минутку.

Было слышно, как хлопнула дверь в ванную. Оставшись

со Снегиревым наедине, Симка не торопилась начинать разговор

и тянула паузу.

– Ладно, завтра мы поедем в прокуратуру и там все

решим на месте. Посмотрим, что это за Фрол, да и моей потерпевшей

пора воскреснуть, – первым не выдержал Снегирев.

Симка с удовлетворением отметила, что первый раунд она выиграла.

– Володечка, но если убийство – его рук дело,

и если он узнает, что она жива, ведь наверняка будет искать ее,

предположила Симка. – Я думаю, что воскрешение нужно отложить

на время, и потом: не ехать же ей обратно в свою квартиру. Если так,

то ей нужно будет организовать охрану, а это лишние хлопоты.

– Это точно. Я думаю, может, она пока у тебя поживет?

с надеждой в голосе спросил Володька.

– А как я матери объясню ее воскрешение, ведь я сказала

ей, что Инку убили. И потом, Снегирев, ведь это служебная

тайна. Официально для всех гражданка Соколовская убита,

пусть так оно и будет. – Симку несло: мысль о том, что ей

придется жить с Инкой под одной крышей, абсолютно не радовала ее,

у нее хватало своих проблем.

– Ну и где мы ее будем прятать? – растерянно спросил Володька.

– Я слышала, как ты хвастался ребятам своей конспиративной квартирой,

начала Симка издалека.

– Нет, – отрезал Снегирев.

– Володечка, девушка нуждается в твоей помощи, и потом ведь ты

непосредственно ведешь это дело, и она – твоя потерпевшая.

– С сегодняшнего дня она для меня никакая не потерпевшая, так

что не заговаривай мне зубы.

– Ну что тебе стоит, Володя. Не на даче же ее снова держать!

А так ты сам за ней присмотреть сможешь в случае чего. Она же напуганная молодая девушка, а ты – сильный мужественный следователь, который способен защитить ее даже ценой отмены своих любовных свиданий на тайной квартире.

– Что происходит на моей квартире – мое личное дело и к

тебе никакого отношения не имеет. – Володька уже начал заводиться, но тут вошла Инночка, и положение быстро исправилось.

За время своего недолгого отсутствия она успела не только горестно всплакнуть, но также слегка припудриться и переодеться в облегающее шерстяное платье. В таком виде анатомические подробности ее фигуры выглядели просто умопомрачительно.

– Извините еще раз и спасибо за гостеприимство.

Инна постаралась скромно улыбнуться и с грустью в глазах спросила: Что же мне теперь делать?

– В вашу квартиру возвращаться вам сейчас не стоит.

– Да, наверное, вы правы, – вздохнула Инна.

Стараясь не смотреть на заманчивое колыхание ее бюста, Снегирев, словно повинуясь внезапному порыву, предложил:

– Если вы не против, то некоторое время вы могли бы пожить в

моей квартире.

– Но... – начала было Инна, однако Володька не дал ей закончить.

– Не волнуйтесь, о существовании второй квартиры почти никто

не знает. – Володька посмотрел на Симку, которая поперхнулась

чаем, и невозмутимо продолжил: – Там я сам смогу присматривать

за вами, чтобы с вами чего-нибудь не случилось.

– Спасибо, Володя, с вами мне будет не так страшно! – Инка

в порыве благодарности уткнулась лицом в плечо следователя.

– Вот и хорошо, – томно проворковал Володька, по-отечески

гладя ее по волосам. – Теперь вы будете в полной безопасности.

Я прямо сейчас отвезу вас туда. – И уже обращаясь к Симке, строго сказал: – Я дам тебе телефон и адрес, чтобы ты знала, где можно будет меня найти.

"Ну прямо крутой Уокер, – подумала Симка, глядя, с какой нежностью тот поддерживает Соколовскую за талию. – Все-таки большой бюст – это вещь!"

Придя на работу на следующее утро, Симка первым делом набрала номер конспиративной квартиры Снегирева, чтобы обсудить с ним план действий. Трубку не брали подозрительно долго.

– Алло, – услышала мурлыкающий Инкин голос.

– Ну ты даешь, подруга! Тебе кто разрешил трубку снимать? недовольно спросила Симка.

– А что, нельзя? – испугалась Инка.

– Да лучше не надо. Снегирев давно уехал?

– Вчера вечером.

– Как так?! – изумилась Симка.

– Так. Привез меня, показал, где что, на улицу выходить запретил, звонить по телефону запретил, трубку снимать запретил, забросил мне продукты и уехал.

– Профессионал... – протянула Симка.

– Но вообще-то мальчик классный, такая фигура... – начала

было Инка.

– Меня его фигура мало интересует, но ты там особенно не зарывайся

и никуда не выходи, – строго сказала Симка.

– Ладно, слышала уже.

– И к телефону не подходи, поняла?

– Поняла. Вы что-нибудь выяснили? – поинтересовалась Инка.

– Пока ничего. Если что-нибудь выяснится, Володька приедет расскажет. Будь здорова. – И, не дожидаясь ответа, Симка повесила трубку.

* * *

Симка уже несколько часов подряд копалась в файлах компьютера, пытаясь

вытащить на белый свет все криминальные личности, имевшие кличку "Фрол". Инка не знала ни его имени, ни фамилии, но учитывая, что недавно он получил срок, задание было не таким уж трудным.

– Помогаешь мне в работе? – раздался за ее спиной довольный голос.

Симка обернулась и увидела улыбающегося Снегирева.

– Это я только из уважения к твоему геройскому поступку, – парировала она.

– Кончай злиться. – Володька был в прекрасном расположении духа. Кофе хочешь?

"Просто чудеса какие-то!" – подумала Симка.

– Давай.

– Бросай компьютер, я сам теперь все сделаю, – сказал он, подходя к сейфу. – Да, случаются еще в уголовном деле всякие странные вещи, – начал он разглагольствовать, но Симка его не слушала.

Серафима поймала себя на том, что пристально осматривает фигуру

Снегирева, видимо, пытаясь сопоставить свое мнение с Инкиным.

Она едва сдержалась, чтобы не рассмеяться, но все же несколько раз довольно громко хмыкнула.

– Ты что? – спросил удивленный Володька.

– Да так, ерунда всякая в голову лезет.

Володька протянул ей чашку и спросил:

– Слушай, Симуха, а что тебе подруга рассказала про Голубева? Я у нее не стал спрашивать, как-то неудобно, он ведь наверняка ее клиентом был. Хотя я бы никогда не подумал, что она этим занимается. Выглядит как ангел. – Володька мечтательно поднял глаза к небу. – Ну что насчет Голубева?

"Дура, какая же я дура! Как я могла про это забыть? – Симку даже передернуло. – А Снегирев все-таки молодец!" На ее лице отразилась такая растерянность, что Володька сразу все понял и начал успокаивать:

– Ладно, не расстраивайся, она же твоя подружка, неудивительно, что ты обо всем забыла, когда ее живой увидела. Не переживай, Симуха, сегодня спросишь. Куда она от тебя денется?

– Володь, дай мне свою машину, – попросила его Симка.

На удивление, Володька кинул ей ключи без слов. Поймав их на лету,

Симка рванулась из кабинета, но в дверях слегка притормозила и, повернувшись

к Снегиреву, сказала:

– У тебя совершенно неотразимая фигура, я с этим полностью согласна...

Медленно передвигаясь в пробках, Симка размышляла: "А что я, собственно, так разволновалась, вполне может оказаться, что Голубев действительно был одним из Инкиных клиентов. Что мне это тогда дает? Ничего".

Но проверить, что именно связывало Инку с Голубевым, ей было необходимо.

Войдя в подъезд, Симка поспешно взлетела на пятый этаж и стала яростно терзать кнопку звонка. Безуспешно. Толкнув дверь, Симка с удивлением обнаружила, что квартира не заперта. Холодея от ужаса, она вошла внутрь и стала медленно обследовать каждую комнату, опасаясь увидеть бездыханный Инкин труп. Но Инки нигде не было, а в квартире был идеальный порядок и никаких следов борьбы не было заметно. Симка обратила внимание, что замок специально зафиксирован изнутри в таком положении, чтобы квартира оставалась открытой.

– Куда делась эта полоумная? – процедила сквозь зубы Симка и уже пошла к телефону, чтобы звонить Снегиреву на работу.

В этот момент она услышала, как на этаже открылись двери лифта, и Соколовская, что-то напевая, стуча каблуками, направилась к двери.

Инка вошла в квартиру, держа в руках огромный пакет, который почти

полностью загораживал ее лицо. "Наверняка в супермаркет бегала",

подумала Симка, а вслух громко произнесла:

– Привет. Где ты шляешься?

– Ты что, смерти моей хочешь?! – заверещала Инка, у которой

от неожиданности пакет выпал из рук.

– Я не хочу, но ты сама так к этому стремишься, что глупо тебя

жалеть. Где ты была? – повторила Симка свой вопрос.

– Я уходила по делам, – вскинулась Инка. – Хотела

приготовить что-нибудь экзотическое. У меня, между прочим, свои потребности!

Ну и Снегиреву хотелось что-нибудь приятное сделать, за заботу,

так сказать. – У Инки был виноватый вид, и для пущей убедительности

она постоянно закусывала нижнюю губу и раскаивающимся взглядом смотрела

на подругу.

Недовольная Симка молча прошла на кухню и плюхнулась на низкий диванчик. Инка понуро побрела за ней.

– Почему ты такая нескладная? – устало спросила Симка.

– Не знаю, – пожала плечами Соколовская. – Сим, ну

прости, я ведь даже не предполагала, что это для меня может быть

опасно.

– Ладно, что уж теперь. – Симка вздохнула. – Ты хоть

можешь для меня что-нибудь полезное сделать?

– Все, что хочешь! – горячо заверила Инка.

– Расскажи, откуда у тебя в квартире оказался кошелек академика

Голубева?

– А он правда академик? – Похоже, она даже не удивилась.

– Да.

– Ну, вообще-то кошелек я у него украла. Надеюсь, за это он не

подаст на меня в суд?

– Вряд ли, он умер накануне Нового года.

– Надо же! А такой был приятный дядечка.

– Значит, ты была с ним знакома? – Симка несколько оживилась.

– Ну, можно и так сказать.

– Выкладывай все и как можно подробнее, – не надеясь на

такую удачу, потребовала Симка.

– Я, Симочка, тяжело больна, – начала Инка трагическим

голосом, – у меня клептомания. Ну, может быть, не совсем клептомания,

короче, мне очень нравится красть у мужиков кошельки.

– Значит, ты у него украла кошелек, – с сожалением протянула

Симка, – и только-то?

– Ну, вообще-то я за ним сначала следила несколько часов.

– Зачем? – снова оживилась Симка.

– Понимаешь, какая странная штука. Фатима мне сказала, что я

должна обязательно снять его. Но главное – попасть в его квартиру

и, если получится, попытаться сделать отпечаток ключей от его квартиры.

А еще она велела мне взять из его квартиры черную кожаную папку с каким-то тиснением. Фотографию этой папки она мне показала.

Симка даже дыхание затаила от такого везения.

– ...Меня одели в какой-то китайский балахон, – продолжала Инка как ни в чем не бывало, – и я три часа таскалась за ними по ресторанам.

– За кем – за ними? – переспросила Симка.

– Да он с другом был, крохотным таким китайчонком, кстати, очень забавным и милым.

– Хватит про китайчонка! Про Голубева рассказывай, – прервала ее Симка.

– Ну вот, набрались они прилично, и китайчонок решил меня подснять. Подвел к столику, где Голубев сидел, а оба к тому времени уже лыка

не вязали. Ну я у них кошелечки и умыкнула. Но сделала все так высокопрофессионально, что они даже ничего не заподозрили, потом, правда, поднялся скандал

по поводу оплаты счета, но я выручила старичков. А твой академик

настоял на том, чтобы я поехала к нему домой, чтобы отдать мне деньги.

Я согласилась, правда, китайчонок всю дорогу меня домогался, но я была как неприступная крепость.

– А потом?

– Потом они отдали мне деньги, и оба быстро отрубились.

– Не без твоей помощи, конечно.

– Конечно. – Инка скромно опустила глазки.

Я сделала слепки с ключей, взяла папочку и быстренько убралась оттуда.

– Все?

– Да, – утвердительно кивнула Инка

– А ключи куда ты дела?

– И ключи, и документы я отдала Фатиме. Саму папку, правда, себе

оставила, очень уж она была классная.

– Тебе заплатили за это?

– Нет, собирались только. Как раз незадолго до убийства Натальи.

А что?

– Теперь уже ничего. Послушай, а ты не знаешь, Фатима вела записи

деловых встреч? Где вообще она хранила все свои документы?

– Документы? – Инна задумалась. – Я ничего

про это не знаю. А все записи она вела в своем ежедневнике. Знаешь,

я ей год назад подарила такой роскошный ежедневник...

– Инка, где она могла хранить его? – утомленная

непонятливостью подруги, спросила Симка. – Насколько мне известно,

Володька ничего не нашел у Фатимы. Значит, она или кому-то отдала

этот ежедневник прямо перед своей смертью, или скорее всего его просто

украли.

Инка внезапно скорчила недовольную, злую физиономию и вышла из кухни.

Из коридора донеслось ее ворчание вперемешку с грохотом падающих сумок.

Наконец раздался радостный вопль. Через секунду Инка появилась в дверях и, поджав губы, протянула Симке небольшую книжечку в изящном кожаном переплете:

– Я, между прочим, не какая-нибудь там воровка, и тебе должно быть стыдно подозревать меня во всех смертных грехах! – Вид у Инки был чрезвычайно обиженный. – Эту книжку я сама подарила Фатиме, поэтому и забрала ее из квартиры на память, но если ты считаешь, что я могла... Инка презрительно замолчала.

– Инка, вообще-то я даже не подозревала, что это могла сделать ты, но сейчас моя благодарность тебе просто безмерна, – сообщила Симка хмурой подруге.

Все еще не веря своим глазам, она схватила ежедневник, исписанный размашистым подчерком. Открыв последнюю страницу, она неожиданно наткнулась на знакомое имя и телефон, который был дважды подчеркнут.

– Откуда же ты здесь взялась, Эвелина, ведьма недоделанная? пробормотала она едва слышно.

– Ну что там? – загорелась подруга. – Что-нибудь интересное?

– Ты что же, его даже не читала? – изумилась Сима.

Это при твоем-то щенячьем любопытстве?

– Ты мне, наверное, не поверишь, – опустила глаза

Инка, – но я про него забыла.

– Хорошо, что сейчас вспомнила, – успокоила ее Симка, переписывая что-то из ежедневника в свой блокнот. – Лучше будет, если ты помимо экзотического ужина обрадуешь Снегирева этой весьма ценной книжечкой...

ГЛАВА 13

Москва, 1999 год

Сима, пользуясь временным отсутствием Снегирева, с которым вела незримую войну, разложила на столе свои таблицы, достала из сумки пачку сигарет и закурила. В течение нескольких минут она сосредоточенно рассматривала их, затем вынула откуда-то из недр старого письменного стола большой лист бумаги, линейку и, потушив сигарету, принялась увлеченно чертить. Вскоре лист стал напоминать карту военных действий, разрисованную широкими разноцветными стрелками, которыми она обозначала разные версии. От усердия она даже высунула язык и своим видом напоминала не следователя прокуратуры, а прилежную школьницу. С удовлетворением поглядев на плод своего творчества, она стала изучать переплетение стрелок

и имен проходящих по делу фигурантов. Сима даже подскочила на стуле почти все стрелки сошлись на имени Эвелины. Сима задумалась. Действительно, хозяйка магического салона была знакома со всеми потерпевшими. Все началось со смерти ее брата, хотя смерть была некриминальной. Ее племянница, попавшая в психушку, была уверена в обратном. Правда, мать говорила, что у нее, возможно, шизофрения. И, наконец, два дела, казалось бы, не имеющие отношения к ее расследованию: убийство валютной проститутки и ее сутенерши. На первый взгляд проститутку убил маньяк, но и в ее квартире, и в квартире сутенерши явно что-то искали. Последней записью сутенерши был телефон магического салона Эвелины.

Вызывать Эвелину на допрос Серафима пока не хотела, решив

узнать об этой женщине поподробнее. Оказалось, что о ней почти ничего не известно. Сима поделилась своими подозрениями с матерью, но та возмутилась, а потом подняла ее на смех, заявив, что Сима во всех видит преступников. Мать уверяла, что Эвелина милейшая женщина, что она была подругой Анны и очень нежно относилась к брату и племяннице. А то, что ее телефон был записан у какой-то сутенерши, вообще ни чем не говорит – мало ли какими услугами хотела воспользоваться суеверная женщина в магическом салоне.

Не найдя понимания дома, Сима стала обзванивать бывших сокурсников, так как какие-либо официальные сведения об Эвелине, кроме паспортных данных, отсутствовали. Те только удивлялись ее внезапному интересу к магии, но ничем помочь не могли. Наконец-то Симкина подруга Светка Чусова скрепя сердце продиктовала ей номер телефона консультанта ФСБ по вопросам мистики и оккультизма Георгия Винарова, но велела никому ни за что не говорить, откуда он. Оказывается, несколько лет назад был создан целый отдел, занимающийся вопросами влияния мистических и оккультных наук на общество в целом и возможностью в связи с этим психологического манипулирования разными социальными группами.

Чусова призналась, что Винаров был в свое время

ее любовником, и таинственно добавила, чтобы Сима была с ним осторожна, правда, не объяснила причину этого.

В тот же день Сима позвонила Винарову.

– Добрый день, – поздоровалась она,

могу я поговорить с Георгием Валентиновичем?

– Я вас слушаю, – ответил приятный мужской

баритон.

– Вы меня не знаете... – затараторила Сима,

пытаясь объяснить, кто она и зачем звонит.

– Понятно, – выслушав ее, сказал собеседник.

Ну и что же нужно от меня следователю прокуратуры?

– Мне не хотелось бы по телефону, – Сима

замялась, – тут такое дело... – Она окончательно стушевалась

и выпалила: – Нам нужно встретиться.

– Ну что же, – голос мужчины звучал одновременно

снисходительно и насмешливо, – жду вас завтра в четыре. Полагаю,

вы знаете адрес?

– Да-да, спасибо большое, до свидания. – Девушка

с облегчением положила трубку.

* * *

Cима сидела на кухне и пила чай с огромным куском своего любимого торта "Вацлавский". Она с аппетитом уплетала его и тщательно и по-детски облизывала ложку. Марина смотрела на нее с нежностью. "Уже взрослая, следователем в прокуратуре работает, замуж выдавать пора, а в сущности ребенок", – думала мать, с умилением глядя на жующую и ничего не замечающую Симку. Марина позволяла себе любоваться дочерью, только когда была уверена, что Сима этого не видит.