Текст книги "Клыки гостеприимства (СИ)"

Автор книги: Екатерина Бэйн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

– Что-то не так?

– Хороший вопрос. «Что-то не так»! Да все не так! На что это вы намекали этой стерве?

– Все у вас стервы. Вы другие комплименты женщинам делать можете?

– Я спрашиваю, на что вы намекали? Если вы подумали, что я собираюсь…

– Ничего подобного я не думала. Кажется, у вас развивается кретинизм в легкой стадии. Или уже не в легкой.

– Тогда с какой стати вы ей сказали…

– Я ничего ей не говорила. Это она сказала. Не надо воспринимать все так буквально. Я просто пошутила. Зато она ушла.

– Не пойму, вы что, решили за меня заступиться?

– Я? – я широко раскрыла глаза, – ну нет, я еще не спятила, чтобы заступаться за вас. Просто ее идиотские намеки меня разозлили.

– Нет худа без добра.

Я посмотрела в окно, надеясь, что рассвет вот-вот наступит. Но увы, пока это мне не грозило. Господи, как долго длится эта ночь! Никогда не думала, что буду считать секунды до ее окончания.

– Не беспокойтесь, мистер Ламберт, – я затушила сигарету в пепельнице, – у меня нет ни малейшего желания вас соблазнять. Оставайтесь верным своей подружке. Напротив, я думаю об этом с ужасом.

– Это почему же с ужасом? – возмутился Алекс.

– Вы забыли? Меня воротит от вашей физиономии. Кажется, я это уже говорила, но могу повторить, если память вас подводит.

– Хотите, чтобы я вас придушил?

– Нет, спасибо.

Некоторое время он раздумывал, выполнять свою угрозу или нет, но потом махнул рукой и достал сигарету.

– Я уже сказала: здесь не курят.

– Но вы сами курили.

– Это моя комната. Что хочу, то и делаю.

– Ванесса, может быть зароете топор войны в землю хотя бы на время? Я уже устал с вами препираться.

– Вот еще. Вы едва не раздавили моего кота, чуть не придушили меня и назвали сучкой.

– Вы называли меня куда хуже. И расцарапали мне щеку. Так что, мы в расчете.

Я махнула рукой, признавая, что в этом что-то есть.

– Ладно, черт с вами, курите.

– Спасибо, вы очень любезны, – съязвил Алекс.

Пока он курил, я молчала и смотрела в окно. Кажется, верхушки деревьев уже посветлели. Или мне это только кажется? Нет, точно посветлели. В самом деле, наступает утро. Господи, поскорее бы.

– Интересно, – задумчиво проговорил Алекс, – зачем сюда приходила ваша знакомая?

– Ее зовут миссис Моэм.

– Мне плевать, как ее зовут. Зачем она сюда приходила?

– Наверное, проверить, ушли вы или нет. Она очень беспокоится за мою репутацию. Впрочем, это меня не удивляет.

– Стоп, я знаю, что вы сейчас скажете. Может, хватит? Эта старая ведьма хотела добраться до меня, но ваше присутствие ей мешает.

– Чем?

– Понятия не имею. Но она почему-то с вами считается.

– Да бросьте. Если б она со мной считалась, то не приперлась бы в мою комнату в такое время.

– Радуйтесь, что она пришла для того, чтобы радеть за вашу репутацию, а не для того, чтобы сделать с вами что-нибудь менее приятное.

– Например?

– Не знаю. И не хочу узнавать. Хочу лишь убраться отсюда.

– Я тоже хочу, чтобы вы убрались.

– Уверен, что вы проводите меня до самого выхода и пожелаете счастливого пути.

– Напрасно вы в этом так уверены. Ничего подобного я делать не собираюсь. Сами доплететесь как-нибудь.

Алекс фыркнул. Он затушил сигарету, просто размазав окурок по пепельнице. Должно быть, я здорово его достала. Сдержав улыбку, я удовлетворенно кивнула головой. Что ж, если после такого милого приема у него еще сохранится мысль о том, чтобы побыть здесь еще немного, то я – не я.

– Кажется, светает, – проговорил он, взглянув в окно.

Я подскочила на кровати и уставилась туда же. Точно, светает. Ну наконец-то! Кажется, я даже сказала это вслух. Алекс хмыкнул.

– Радуйтесь, еще несколько минут – и моего духу здесь не будет.

– А я и радуюсь. Но моя радость будет более глубокой, когда этот момент наконец наступит.

– В этом мы с вами солидарны. Думаю, это единственный вопрос, в котором наши мнения сходятся.

Я кивнула головой, потому что думала точно также.

– Кстати, у вас есть что-нибудь съедобное? – спросил он.

– Что? Съедобное? Может, и есть. Но вам-то что за дело?

– Есть хочу.

– Неужели? – фыркнула я, – и что? Вас угостить?

Он посмотрел на меня, сморщил нос и покачал головой.

– Не надо. Иначе вы треснете от жадности.

– Мне не жалко, и я вовсе не жадная. Но кормить вас после того, как вы меня едва не придушили, это как-то чересчур затейливо. Может быть, ослабев от голода, вы станете менее агрессивным.

– Да, вероятно так оно и будет, – Алекс не выдержал и рассмеялся, – вредности в вас человек на сорок хватит и даже еще останется.

– Купить хотите?

– У меня своей достаточно.

– А вот это верно.

Я поднялась на ноги и вытащила из-под стола одну из своих злополучных сумок. Раскрыла ее и заглянула внутрь. Так и есть. Сверху лежали три пачки чипсов и упаковка печенья. Поразмыслив полминуты, я вытащила одну из них и кинула Алексу прежде, чем он успел сообразить, что к чему.

– Держите и помните мою доброту. Хотя на самом деле я просто не хочу возиться с вашим трупом.

Хотя он не ожидал этого, но пачку поймать успел и сделала вывод о его прекрасной реакции.

– Ух, ты, – выдал он, – какая безумная щедрость.

На это я ничего не стала говорить. Вернулась обратно на кровать и раскрыв свою пачку, принялась жевать, изредка прислушиваясь к звукам и взглядывая в окно. Лэйси услышал шуршание и тут же проснулся. Он прыгнул ко мне и стукнул лапой по пачке так, что она едва не выпала у меня из рук.

– Да знаю, знаю, – проворчала я, – ты тоже хочешь есть. Потерпи.

Лэйси терпеть не желал, что и выразил в весьма грубой форме, заворчав и посмотрев на меня с обидой.

– На, – не выдержав, я сунула ему одну чипсу.

Понюхав ее, кот презрительно фыркнул и отвернулся.

– Вот видишь, ты не хочешь. И чего тогда клянчить?

В комнате постепенно светлело и наконец стало так светло, что я без труда могла различить почти все подробности. Это послужило для Алекса сигналом к уходу. Встав со стула, он сказал:

– Мне пора.

– Уже уходите? – обрадовалась я.

– К счастью, да.

– Прекрасно, – с чувством произнесла я, – если нетрудно, закройте за собой дверь поплотнее.

– Обязательно.

Я помахала ему рукой на прощанье и продолжала жевать. Неужели, это наконец произошло? А я уже и не чаяла дождаться. Посмотрев на Лэйси, я отложила пачку чипсов и встала:

– Ладно, пошли, покормлю тебя.

И конечно, он оказался у своей миски прежде, чем я успела туда дойти.

Поразмыслив немного на тему, чем мне сейчас заняться, я решила, что ложиться спать не стоит. Время упущено, а мне следовало отправляться домой. И чем скорее, тем лучше. Поэтому я отправилась в ванную умываться и приводить себя в порядок.

Когда я была почти готова и стояла перед зеркалом, причесываясь, дверь распахнулась и в комнату влетел Алекс. Боже мой, да уйдет он когда-нибудь или нет?

– Что-то забыли? – осведомилась я спокойно.

– Их нет!

– Кого?

– Моих друзей. Их нет в комнатах.

– Наверное, они уже ушли домой, – предположила я.

– В полшестого утра?

– Ну вы ведь уже на ногах. Почему думаете, что им доставляет куда большее удовольствие находиться здесь?

– Они спали, а я нет.

– И что?

– Ничего! Они не могли уйти без меня.

– Ладно, хорошо, они не могли уйти без вас. В таком случае, куда же они делись?

– Это я у вас спрашиваю.

– Почему у меня? Думаете, что я их спрятала?

– Ван, прекратите городить чушь. Вы прекрасно знаете, что я имею в виду. Пошли, поищем их.

– Почему вдвоем? Один не справитесь?

– Хватит пререкаться, пошли, – и он схватил меня за руку.

И в это время Лэйси почему-то решил, что ему это не нравится. Хотя всю ночь он был всего лишь пассивным наблюдателем. Наверное, ему было просто безумно лень шевелиться. Но сегодня с утра он был полон сил и энергии. Так что, он с воплем подпрыгнул и с треском разодрал Алексу рукав рубашки. Я не успела даже рот закрыть.

– Черт! – завопил Алекс, – паскуда!

– Ему тоже очень приятно с вами познакомиться.

Я схватила Лэйси за шкирку, встряхнула его и бросила на кровать.

– Сиди там и никуда не лезь.

Алекс тем временем откатал разорванный рукав и теперь любовался на три глубокие царапины, из которых текла кровь.

– Ваш мерзкий кот…, – прошипел он с чувством, – придушить бы его. У вас есть пластырь или бинт в конце концов?

– Есть, – не стала я отрицать очевидного, – сядьте на стул. Господи, как мне надоело перевязывать всех вас по очереди.

Пока я обрабатывала ему руку, он кривился, морщился и скрипел зубами. Правда, не вопил, за что я была ему очень благодарна. Наконец, дело было закончено.

– Готово, – сказала я, убирая медицинские принадлежности, – мне уже можно менять профессию и идти работать медсестрой в больницу. Я прекрасно справлюсь.

– Ну, спасибо, – непередаваемым тоном отозвался Алекс, – вы так любезны, что у меня просто нет слов.

– Вот и хорошо, а то у меня уже голова трещит от вашей болтовни. Я, кажется, говорила, что Лэйси не любит посторонних. Сами виноваты.

– Сочувствия мне от вас не дождаться.

– Да, это вам не грозит. Если вы в состоянии ходить, то пошли посмотрим, где могут быть ваши приятели. Хотя мне кажется, что они просто пошли по малой нужде.

– Что, вместе?

– Почему бы и нет? Разве это запрещено?

– Ну вас к черту, – отмахнулся он, – пошли. Только без вашего кота.

– Хорошо, что предупредили. Я уже совсем собралась прихватить и его.

Мы вышли в коридор, где уже было достаточно светло для того, чтобы не врубиться в стену, но не так, чтобы очень.

Как он и говорил, первая спальня, куда мы пришли, была пуста. Кстати, постель была аккуратно застелена, что сразу привлекло мое внимание.

– Чья это спальня? – спросила я.

– Мэрион.

– Судя по всему, она давно ушла отсюда.

– А я вам что говорил?

– Ясно.

В спальне Криса была та же картина. И это начинало меня изумлять. Что происходит?

– Ну, и что вы скажете теперь? – зло осведомился Алекс.

– Я что-то должна сказать? Хотя, если подумать, у меня есть одна идея. Только она вам вряд ли понравится.

– Что еще за идея? Вы опять думаете, что у них какие-то шашни? В вашу голову больше ничего не приходит?

– Я вовсе так не думаю. Не надо мне приписывать свои извращенные мысли. Я подумала, что может быть, вы решили меня разыграть? Пошутить? Кто знает, может вы с друзьями так развлекаетесь.

– Вы с ума сошли? – он уставился на меня почти с ужасом, – я что, похож на шутника?

Я не стала отвечать на этот вопрос, поскольку ответить на него могла лишь однозначно. Да у него на лбу написано, что он болван, кретин и идиот, а такие люди обожают прикалываться и думать, что у них очень забавные, остроумные и потрясающе смешные шутки.

– Эта мысль еще более идиотская, – пробормотал он, – и что я удивляюсь? Вам в голову и не могло прийти ничего другого. Где спальня вашей знакомой? Я хочу с ней поговорить.

– Понятия не имею, где ее спальня, – я пожала плечами.

– Вы что, не знаете?

– А почему я должна знать?

– Но ведь это ваша знакомая.

– И что? Думаете, я постоянно наведываюсь в ее спальню?

Алекс прошипел что-то себе под нос, но от более резких высказываний удержался.

– Ладно, пойдем поищем ее спальню.

– Это без меня, – я отступила на шаг назад.

– Нет, именно с вами. Вы знаете ее лучше.

– Ну и что? Это не повод, чтобы врываться в ее спальню в полшестого утра.

– А мне наплевать на это. Я хочу знать, что она сделала с моими друзьями.

– Почему вы решили, что она что-то делала?

– Да у нее на лице это написано.

– Если бы вы делали все, что написано у вас на лице, то…

– Хватит, – оборвал меня Алекс, – давайте все-таки найдем ее комнату. Мне надоело выслушивать, какими еще жуткими пороками я обладаю.

Он шагнул вперед и пинком ноги распахнул первую попавшуюся дверь. Комната была пуста. Не нужно было особенно приглядываться, чтобы обнаружить это. Там отсутствовала не только кровать, но и другие предметы меблировки. Лишь на полу лежал вытертый ковер.

Следующие полчаса мы только тем и занимались, что ходили по коридору и открывали двери, обнаружив лишь, что все комнаты, куда мы заглядывали пусты. Этот факт заставил меня насторожиться. Странно, куда подевалась миссис Моэм? Я еще могла понять ее отсутствие после двенадцати часов дня, но в полшестого утра! Что там вчера говорил Алекс? Она не бывает в городе, никому не известно ее имя. В таком случае, куда же она постоянно ходит?

– Где эта чертова баба? – вскипел Алекс, – она не может провалиться сквозь землю. Где-то же она должна быть.

Я остановилась посреди коридора, задумавшись так глубоко, что никак не отреагировала на обычное его хамство.

– Ван, что вы стоите столбом? Вы слышите, что я сказал?

– Я не знаю, где она может быть. Я, как и вы, ничего не понимаю. Все это очень странно.

– Наконец-то! – громкогласно вскричал он, – наконец до вас это дошло! Я твердил это всю ночь. До вас это дошло только сейчас?

– Да идите вы, – отмахнулась я, – я и тогда ничего не понимала. И честно говоря, я совсем не хочу разбираться, что здесь происходит. Думаю, что нужно поскорее мотать отсюда.

– Хорошая мысль, – Алекс развернулся и направился к лестнице.

У самого поворота обернулся и посмотрел на меня.

– Вы точно хотите уехать прямо сейчас?

Я кивнула головой.

– Вот и прекрасно. Некому будет трепать мне нервы.

– Только не вообразите себе, что я уезжаю исключительно для сохранности ваших нервов.

Хмыкнув, я направилась к себе.

7 глава. Обращение

Вся эта история мне совершенно не нравилась, и я не хотела в ней разбираться даже ради обыкновенного любопытства. Как говорится, не суй свой нос куда не следует, дольше проживешь. Не то, чтобы я опасалась чего-то подобного. Просто мне не хотелось застрять тут на веки вечные.

В комнате я по-быстрому упаковала оставшиеся вещи и оттащила сумки к входной двери. Пора было идти. Но для начала я решила спуститься вниз и осмотреть гостиную. Вдруг миссис Моэм по доброте душевной решила накормить меня, невзирая на мой моральный облик.

Оказавшись в гостиной, я поняла, что сюда хозяйка дома не заглядывала со вчерашнего вечера. На столе так и стояли грязные чашки, тарелка из-под печенья и чайник. Скорчив гримасу, я присела на подлокотник кресла и достала из кармана жевательную резинку. Мой завтрак на данный момент. В такую рань мне никогда не хотелось есть.

Зато у остывшего чайника я обнаружила небольшой листок бумаги. Развернув его, поняла, что это снова записка.

«Ванесса, – говорилось в ней, – я надеюсь, вы дождетесь меня вечером. Мне хотелось бы кое-что обсудить с вами».

Я презрительно хмыкнула и смяла записку в кулаке. Ну уж нет, с меня хватит. Я уже наобсуждалась по уши. С меня хватит этого странного дома, его странной хозяйки и этого чересчур гостеприимного городка. Я как никогда раньше хотела домой. Мне уже не хотелось отдыхать, путешествовать и развлекаться. Нет, просто хотя бы добраться до места со всеми удобствами и принять ванну.

А вот в комнате я совершила самую ужасную ошибку из всех, какие я только успела совершить. Мне почему-то стукнуло в голову немного полежать, так как меня невыносимо клонило в сон. Ну еще бы, всю ночь не спать. Я подумала, почему бы и не полежать немного. Не успела моя голова коснуться подушки, как я заснула так крепко, что уже не реагировала на внешние раздражители.

Проснулась я мгновенно и тут же подскочила, осматриваясь. То, что я увидела, не могло меня порадовать. За окном явственно сгущались сумерки.

– Черт, ну ты и дура, – в сердцах сказала я и со злостью пнула туфли, которые отлетели куда-то в угол.

Знала ведь, что засну. Так зачем вообще решила полежать? Так мне и надо. Вот, что бывает с благими намерениями. Собралась, называется, быстро уехать. Браво, Ванесса!

За туфлями пришлось лезть под шкаф, куда они залетели от моего пинка. Поднявшись на ноги и отряхнувшись от пыли, я обулась и распахнув дверь, вышла в коридор. Если бы я не знала, что уже наступил вечер, то теперь убедилась в этом совершенно. В коридоре было так темно, что я первым делом налетела на стену и больно стукнулась лбом, аж искры из глаз посыпались. Выругавшись и потерев ушибленное место, я вытянула вперед руку, чтобы не повторять подобных ошибок. Мне всегда идиотски везет. Для начала в том, что я хотела уехать сегодня утром. Следовало бы поздравить себя с успехом. Теперь еще шишку набить и с лестницы свалиться осталось. Тогда можно считать, что мне повезло на полную катушку.

Я обошла холл, заглянула в гостиную, но только лишний раз убедилась, что там никого нет. Миссис Моэм как сквозь землю провалилась. Она ведь хотела что-то обсудить со мной. Или еще не вернулась, не успев оторваться от своих чрезвычайно важных дел? Только интересно, что там за дела такие? И где именно она ими занимается.

Еще несколько минут я бесцельно бродила по дому, а потом решила вернуться к себе. Раз уж день пропал, почему бы не поспать? Все равно, уже вечер. А если хозяйка в самом деле хочет что-то обсудить со мной, пусть сама меня ищет.

Добравшись до своей комнаты, я раскрыла дверь пошире и вошла вовнутрь. Темнота совершенно сгустилась и было так темно, что я могла различать лишь смутные силуэты предметов. Так что, я хотела зажечь лампу и уже шагнула к столу, чтобы осуществить это похвальное намерение. Но тут споткнулась обо что-то и едва не упала.

– Черт, – прошипела я, хватаясь за спинку стула и восстанавливая равновесие.

На полу что-то лежало. Что-то большое. Что это могло быть, я не знала, но догадывалась, что это должно быть одна из сумок. Хотя каким образом она оказалась посреди комнаты, если я собственноручно отнесла их к двери?

Носком туфли я потыкала этот большой предмет, но так и не поняла, что это такое. Поняла лишь, что на ощупь оно мягкое. Вполне могла быть и сумка. Решив не гадать, я приблизилась к столу и зажгла лампу.

Когда я осветила неизвестный предмет на полу, у меня отвисла челюсть. И не просто отвисла, а совершенно отвалилась. Несколько секунд я пыталась прийти в себя, мотая головой. Наконец судорожно сглотнула и разозлилась.

На полу лежал Крис. Можете себе представить? Вот, только Криса мне тут и не хватало для полного счастья. И это теперь, когда я была совершенно уверена, что раз и навсегда избавилась от всей этой троицы. Он лежал совершенно неподвижно, вытянувшись, сложив руки на животе и закрыв глаза.

– Что это вы тут разлеглись? – сварливо спросила я, поскольку ничего другого мне в голову не пришло, – другого места не нашли?

Ответом было молчание. Я скривилась, так как мне очень не хотелось начинать все по новой. С меня вполне хватило вчерашнего дня. Вновь затевать бесполезную дискуссию с Крисом я не собиралась.

– Давайте, валите отсюда, – продолжала я в том же духе, – пусть этот дом слишком запущен, но другое место для лежания вы вполне сумеете отыскать.

Его молчание уже начало меня бесить, и я снова пнула его в бок, на этот раз куда более чувствительно. И каково было мое удивление, когда она никак на это не прореагировал. Все-таки, пиналась я довольно больно, пусть я и не сломала ему ребра, но хоть что-то он должен был почувствовать.

Я присела на корточки и осветила светом лампы его лицо. Что-то не нравится мне, как он лежит.

– Эй, – проговорила я.

Лицо выглядело совершенно безучастным и спокойным, словно отрешившимся от всего земного. Ни малейшего движения мышц. Как будто он и в самом деле уже покинул наш грешный мир. Да нет, невозможно. Не мог же он умереть, в самом деле!

Я наклонилась ниже и прислушалась, стараясь уловить его дыхание. Вполне возможно, что он просто спит. Не буду рассуждать на тему, что на полу спать не очень удобно и вообще, выглядит полнейшим идиотизмом. Тем более, что он выбрал для этой цели пол в моей комнате.

Ничего не уловив, я еще некоторое время сидела перед Крисом и думала, что же мне теперь делать. В конце концов, не придумала ничего лучшего, как приложить палец к сонной артерии. И вот тут-то до меня дошло. Под моим пальцем ничего не билось. Этот человек был мертв.

Итак, у меня в комнате лежит труп. Очень мило. Ну просто очень. Господи, никак понять не могу, почему этот тип решил умереть именно в моей комнате! В доме так много пустых комнат. Почему здесь? Вот кретин!

Довольно долгое время я сидела на корточках перед трупом и тупо на него глазела. Такое случалось со мной впервые. До сих пор я еще никогда не видела трупов. И если уж на то пошло, то и не хотела бы видеть. В этом не было ничего интересного. Хотя никаких особенных ощущений он у меня не вызывал. Мне не было страшно, просто немного противно и конечно, я все еще злилась на то, что это лежит именно здесь.

Наконец, я встала и поставила лампу на стол. Странно, с чего бы это Крис вдруг взял и умер? На вид он был совершенно здоровым. Кстати, его поза вовсе не указывала на внезапную смерть. Когда люди умирают, они не заботятся о том, чтобы выглядеть как можно красивее. Такое впечатление, что его кто-то нарочно уложил тут.

Я покусала ноготь большого пальца. А ведь это очень неприятная мысль. Неужели, его убили? Зачем? И почему именно здесь? Черт, кажется, меня на этом зациклило. Хватит думать об этом. Лучше подумать, что мне теперь делать. Вызывать полицию? Да, мысль стоящая, но вот только она мне совершенно не нравилась. Во-первых, я не знала номера местного отделения полиции, во-вторых, мне очень не хотелось со всем этим связываться. Они примутся допрашивать меня и неизвестно, на сколько еще я тут застряну. А мне очень хотелось уехать, а главное, я ужасно не хотела оправдываться и выкладывать всю подноготную этой дурацкой истории.

Тогда как мне поступить? Может быть, отволочь его в подвал? Как говорится, с глаз долой, из сердца вон, в данном случае, из памяти. Однако, несмотря на разумность этой идеи, в ней было много подводных камней. К примеру, Крис был довольно плотным мужчиной при жизни, а после смерти стал еще тяжелее. Да я пупок надорву, волоча его. Возможно, мне и удастся сдвинуть его с места. Но ведь это еще не самое главное. Мне придется тащить его по коридору, потом вниз по ступенькам, и кстати, этот подвал еще найти надо. Нет, плохая мысль.

Оставалось просто сидеть и ожидать прихода миссис Моэм. Может быть, она найдет более оптимальное решение. Это ведь ее дом, в конце концов. Черт, только трупа мне не хватало для полного счастья. Все есть, а этого нету. И зачем я когда-то решила путешествовать по родным просторам? Нужно было ехать на теплое, южное море.

Я ничего не слышала, но какое-то шестое чувство заставило меня обернуться. Я повернулась и вытаращила глаза. Передо мной стоял Крис.

Первым моим чувством было облегчение. Значит, он жив, и я ошиблась. Слава Богу, мне не придется ломать голову над тем, куда девать этот труп. Потом я вновь разозлилась. Естественно, на его дурное чувство юмора. Так шутят только недоразвитые дебилы.

– По-вашему, это очень смешно? – прошипела я, – ну, что вы на меня вылупились?

Крис стоял передо мной, как будто не слыша моих инсинуаций. Не шевелясь и смотря таким застывшим взглядом, что я снова начала сомневаться в его жизнеспособности. Подняв руку, я помахала ею перед его лицом. Никакой реакции. Словно труп только поменял плоскости, и вместо горизонтальной принял вертикальную.

– Эй, вы меня слышите? Мне это уже надоело. Ступайте веселите кого-нибудь другого своими тупыми шутками. Кстати, они вам не по возрасту.

В это время распахнулась дверь и в комнату вошла миссис Моэм. Вовремя. Очень вовремя, иначе я бы точно стукнула этого болвана лампой по голове.

– Вы забыли, что я вам говорила? – сурово осведомилась женщина, крепко взяв Криса за запястье, – я сказала, не смейте трогать Ванессу. Я ясно выразилась?

– Я ее не трогал, – сказал Крис.

– А я думала, это манекен, – хмыкнула я, – стоит, не шевелится и даже не дышит. Мистер Хаксли, я предполагала у вас гораздо больше серого вещества в мозгу.

– Глупая и неуместная шутка, – заявила миссис Моэм, в упор смотря на Криса, – ступайте отсюда, мистер Хаксли. И не приближайтесь к Ванессе. Ради собственного блага. Идите в гостиную. Мы вскоре к вам присоединимся.

Крис кивнул и вышел. У меня создалось такое впечатление, словно он совершенно не слышал моих слов. Как будто я говорила со стенкой.

– Вы вновь пригласили его в гости? – поинтересовалась я у хозяйки дома.

– Его и мисс Фаррел, – кивнула она, – а мистер Ламберт прийти не пожелал. Думаю, он появится здесь завтра. Я рада, Ванесса, что вы все-таки послушали меня и решили не уезжать сегодня.

Я ничего не ответила на это не потому, что не хотела. Просто не могла. Меня совершенно лишило дара речи высказывание миссис Моэм о том, что она пригласила в гости Криса и Мэрион. Очень и очень странно. Ну ладно, Крис, но Мэрион! Ведь вчера невооруженным взглядом было видно, что ей ужасно не нравится этот дом и она очень хочет поскорее отсюда уйти.

– Пойдемте вниз, Ванесса, – продолжала миссис Моэм, – вы, наверное, голодны. Я сегодня утром совсем забыла оставить вам еду.

– И хорошо, что не оставили, – отозвалась я, – все равно, я бы не сумела ее съесть.

– Почему? – она приподняла брови.

– Я спала.

– Ах, да. Вы ведь не спали эту ночь. Понимаю, вам мешал мистер Ламберт. Неприятный тип. Но не волнуйтесь, больше он вас не потревожит.

Я кивнула, не зная, что сказать на это. Какая заботливая женщина! Только и делает, что отгоняет от меня всевозможных мужчин, Криса, Алекса. Не пойму, что здесь происходит.

В гостиной и в самом деле сидели Крис и Мэрион, чинно сложив руки на коленях. На звук открываемой двери они повернули головы, потом учтиво кивнули, причем это было выполнено почти одновременно. Я кивнула им в ответ. Дурдом какой-то.

На столе стоял одинокий прибор. Это было приготовлено именно для меня, я сразу это поняла. Поэтому без лишних вопросов села на стул и взяла в руки вилку.

Миссис Моэм внесла поднос с едой. И тут у меня просто челюсть отвисла. Такой щедрости от нее я не ожидала. Главным на подносе была жареная курица, приготовленная по всем правилам. Но и помимо нее там было достаточно вкусностей, включая отварной картофель, паштет и даже нарезанные аккуратными кружочками помидоры. Так, главное не упасть в обморок.

– У нас сегодня какой-то праздник? – уточнила я на всякий случай.

– В этом вы совершенно правы, Ванесса, хотя точнее будет, это прощальный ужин. Я недаром просила вас задержаться до вечера.

Мама дорогая! Вот уж чего не ожидала от нее, так это торжественного ужина. Я молча смотрела, как хозяйка расставляет на столе тарелки. Кажется, я была о ней слишком невысокого мнения. Просто стыдно.

– Это очень мило с вашей стороны, миссис Моэм, – сказала я.

– Приступайте, – улыбнулась она.

– А как же вы?

– Я пообедала в городе, – ответила женщина.

Ну, это я уже слышала. Поэтому просто мотнула головой в сторону остальных.

– Вместе с ними?

– Мы не голодны, – произнесла Мэрион, пренебрежительно глянув на еду.

Судя по ее взгляду, она ее совершенно не волновала. Но при том, девушка почему-то очень часто поглядывала на меня. Решив не обращать на это внимания и не гадать, что вызвало в ней такой интерес, я принялась ужинать.

Честно говоря, это был единственный приличный ужин за все время моего пребывания здесь, и я решила не упускать такой возможности. Пусть эти трое таращатся на меня сколько влезет, а я в кои веки поем нормально, как человек.

– Как продвигается ваша работа, Ванесса? – спросила у меня миссис Моэм.

Я едва не полюбопытствовала, что она имеет в виду, но потом сообразила. Она спрашивала о моем романе. Не говорить же ей правду, что это совершенно вылетело у меня из головы. Так что, я отозвалась:

– Прекрасно. Я написала почти половину.

– Надеюсь, наше присутствие вам не мешает? – и она взглянула на гостей, – я запрещаю вам мешать Ванессе работать. Не вздумайте затевать с ней разговоров и входить к ней в комнату.

Они кивнули. Ну и ну, никогда не думала, что Крис, а особенно Мэрион станут выполнять требования миссис Моэм. Если бы здесь сидел еще и Алекс, покорно кивая на каждое ее слово, я бы, наверное, решила, что мне снится какой-то особенно затейливый сон. Но Алекса тут не было и можно было с большой натяжкой подумать, что эти двое признали авторитет хозяйки. Господи помилуй! Если уж на то пошло, я совершенно не хочу узнавать, что же тут происходит.

– Вы завтра уезжаете, Ванесса? – продолжала женщина, – вы говорили что-то о важном звонке.

– Да, – согласилась я, – звонила мисс Вэнс, мой редактор. Наверное, для того, чтобы уточнить сроки сдачи. Но я должна при этом присутствовать.

– Понимаю. Все, что касается вашей работы, Ванесса, очень важно. Кстати, если вы думаете, на чем вам уезжать, то не беспокойтесь об этом. Ваша машина на ходу.

– Моя машина? – я даже жевать перестала, – разве ее не угнали?

Миссис Моэм рассмеялась.

– Конечно, нет, просто я загнала ее в один из пустующих сараев. Странно, что вы не спросили о ней раньше.

Почему не спросила? Да потому, что это не пришло мне в голову.

– В какой именно? – осведомилась я, не зная, что сказать еще.

– Он находится как раз за домом, первый слева.

– Спасибо, миссис Моэм. А я уже начала думать, что у вас тут, только отвернись, непременно машину стащат.

За ужином последовал чай. А к чаю хозяйка внесла небольшой, но очень аппетитный тортик. Ну, это вообще отпад. Не думала, что она знает, что это такое.

Так что, я наелась до отвала. И меня уже не волновало то, что я ем в полном одиночестве, что никто не хочет составлять мне компанию. В конце концов, это их личное дело. Не хотят ужинать, да ради Бога. Зато мне больше достанется.

Наконец, я встала и поблагодарив миссис Моэм за прекрасный ужин, сказала:

– Что ж, мне пора. Я бы хотела еще немного поработать перед сном.

– Разумеется, Ванесса, – кивнула та, – желаю вам всего наилучшего.

– До свидания, мисс Фернхэм, – подала голос Мэрион и он мне не понравился, голос, я имею в виду.

Хозяйка дома повернулась к ней и окатила суровым взглядом. Девушка скромно потупилась.

– Спокойной ночи, – тут же торопливо поправилась она.

– Спокойной ночи, – я развернулась и вышла за дверь.

Все-таки, здесь происходит нечто странное. Странное и непонятное. Что произошло с Крисом и Мэрион, отчего они стали послушными и покорными как овечки? И вообще, что они здесь делают? Ни за что не поверю в то, что им тут нравится. Здесь никому не может нравиться.

Я быстрым шагом поднялась по лестнице и свернула направо. Хватит с меня загадок. Сто лет буду думать и все равно не догадаюсь. Да и не наплевать ли на это? Завтра я возьму свою машину и уеду домой.

Открыв дверь, я вошла в комнату и тут же замерла. На стуле сидел Алекс с таким видом, словно никуда и не уходил. Я некоторое время молча на него смотрела, потом сделала два шага вперед и закрыла дверь за своей спиной.

– Добрый вечер, – проговорил он.

Я кивнула.

– Удивлены?

Я кивнула снова. Потом решила, что это выглядит не лучшим образом. Он еще может подумать, чего доброго, что у меня язык отнялся. И я сказала: