Текст книги "Мастер билдов 3 (СИ)"
Автор книги: Егор Петров
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
Ци: 510/1125. Мана: 1104/1104.
До порога снова сто сорок, и слава богу, старик закончил.
Мы встали перед самыми дверями, и я привычно стал проводить инструктаж.
– Значит, так, – сказал я. – Он кастует каменные копья. Они собираются перед ним и висят примерно две секунды, а потом уходят вперёд по прямой. Две секунды – это много. За две секунды перебегаешь вбок и всё. По залу должны быть колонны, и за ними удобно прятаться.
– А если не успеть? – спросил Корн.
– Будет больно. Наверно, смертельно, так что лучше успевайте. Хотя… Мастер Корн, может, вы здесь подождете?
– Ну уж нет.
– Дальше. Он весь в каменной корке. Толстой. Пробить её сразу не получится, зато она не восстанавливается. То есть схема простая: уклонился – ударил, уклонился – ударил. Корка проседает, и в какой-то момент можно добить.
Сайрус кивнул.
– Долго?
Я прикинул его силу удара и размер глефы. А также добавил рывок.
– Захода три-четыре, если бить в одну точку с небольшим «взрывом Ци». Сильным не надо, разве что под конец. Главное правило – один удар и уходить, потому что вблизи он тоже своей дубиной бьет будь здоров, и если задержаться, то начинает отстреливать в тебя камнями со своего тела.
Я выдохнул и подытожил.
– Босс простой, если все делать правильно и не спешить. Самое главное – он медленный и почти не ходит. Поэтому просто спокойствие и темп. Уклон – удар, ждем новый каст. Уклон, удар, ждем новый каст, и всё пройдет как по нотам.
Корн о чем-то задумался и раздал нам по зелью ловкости.
– На всякий случай, – сказал он и первым вылил в себя склянку.
Сайрус посмотрел на свою, посмотрел на меня, пожал плечами и выпил.
– Ну как? – не выдержал я.
Сайрус подвигался, пару раз взмахнул глефой, присел, встал.
– Двигаться немного легче.
– Интересно…
Я тоже выпил. Не столько потому, что думал, что это нужно, сколько из интереса. Жаба требовала приберечь, но ладно, за компанию же.
Повторил движения Сайруса и поразился. Такое ощущение, что мышечный отклик стал быстрее, улучшилась координация. Захотелось наполнить технику в ногах Ци, взбежать по стене или хотя бы сальто сделать, но я сдержался. Хоть и начал без конца переступать с ноги на ногу без всякой причины, просто получая удовольствие от движения.
Ладно, три часа. Хватит с запасом – и на босса, и на попрыгать.
Зал открылся сразу за створками – огромный, шагов восемьдесят в длину, с двумя рядами колонн и с широкими карнизами по обеим стенам, на высоте трех метров. В дальнем конце было возвышение, а на нём что-то вроде трона, сложенного из костей. Пустого. Сердце разлома, по-хорошему, должно быть где-то там же, за ним или под ним.
А огр стоял посреди зала, шагах в тридцати пяти от нас, широко расставив ноги, и я даже успел обрадоваться, потому что выглядел он так же, как в игре: серая туша под четыре метра, вся в наростах, с огромной каменной дубиной-посохом в правой руке.
А вот дальше было странно. Рядом с ним стояло четыре гоблина. Мелкие, по грудь мне, серо-зелёные. Странно, конечно, но гоблины и гоблины.
А потом они выхватили из-за спин луки и выстрелили, почти синхронно, под рёв босса, который вот-вот начнет кастовать копья.
Первая стрела ушла в Тики-тика и лопнула о нагрудник, и по стали разбежалась белая корка. Вторая прошла там, где только что стоял Корн, потому что тот успел присесть за железную ногу. Третья ударила в пол и осталась в камне торчать.
Это был лёд – целиком, от острия до оперения, и оперение тоже было изо льда, тонкое и даже красивое. Это ледяные лучники, вот же срань. Одна из вариаций лучников, тех, что ждут в комнате перед боссом. Но здесь, внутри, уже у босса, еще четыре…
Додумать я не успел, потому что все понеслось вскачь.
Гоблины сразу после выстрела бросились в стороны и с удивительной сноровкой полезли на карниз, вверх. И забрались буквально за пару секунд, пара на каждую сторону.
И из-за ширины карниза они пропали из зоны видимости.
– Сайрус, он твой! – заорал я. – Мы разберёмся!
Не факт, что быстро разберёмся, конечно. Но убивать огра больше некому, а если он останется жив, то и всё остальное будет гораздо хуже.
Сверху справа что-то мигнуло голубым, и рядом со мной в колонну вошла стрела.
Она вошла в камень на пол-ладони и осталась торчать, и по колонне от неё пошёл иней.
Сайрус ушёл вперёд, и через секунду перед огром собрались первые копья.
Копья висели две секунды, и Сайрус ушёл с линии на первой же. Дождался выстрела, влетел с рывка обратно, ударил и отошел. Кусок корки отвалился с лопатки огра и грохнулся на пол.
Босс действовал именно так, как я говорил, и это была единственная часть плана, которая ещё держалась.
Он развернул корпус и начал новый каст, и снова восемь каменных копий вырастали перед ним, и поворачивались синхронно с тем, как он двигался за Сайрусом. Тот нырнул за колонну, босс довернулся еще немного и выстрелил в нашу сторону.
И вот это было неожиданно, хоть и логично.
Я успел спрятаться за колонной и столкнулся взглядами с лучником, который уже натягивал лук.
Сайрус, судя по звуку, нанес второй удар.
Гоблин натягивал тетиву спокойно, без спешки, с какой-то издевательской ухмылкой, словно знал, что я никуда не денусь.
А я вспомнил, что три часа ещё не кончились.
Разбег у меня был шагов пять, не больше, и я вложил в него всё, что было в ногах. Техника в ногах отозвалась мгновенно – Ци пошла в каналы так, как никогда не шла на тренировках, и первый же шаг по кладке лёг ровно, и второй, и на третьем я уже цеплялся левой рукой за край карниза.
Гоблин успел довернуть лук, но не успел выстрелить.
Алебарда у меня двухметровая, а карниз шириной в три шага, и деваться ему было некуда. Я ударил его крюком, наотмашь, слева направо, пробил бок и сдернул с карниза вместе с луком. Сам чуть не свалился и только успел удивиться пируэту, который выдал, даже не потеряв отражение.
Второй, на моей же стороне, дал дёру.
Он прошёл шагов десять по карнизу, и там его встретила склянка, знатно меня оглушив и окатив жаром. Корн вёл его всё это время, и как только тот побежал по прямой, всё стало просто.
Гоблинов осталось двое, оба с другой стороны.
Внизу огр развернулся и начал третий каст, и восемь копий ушли туда, где Сайруса уже не было. Они вошли в колонну и раскололи её до половины, и посыпалась крошка.
Сайрус ударил в третий раз. С лопатки огра ушёл пласт корки размером с дверь. Я автоматом отметил, что глефа у него собрана в три части, в самый длинный вариант.
Я стоял на карнизе, тяжело дыша, и мне отсюда было видно всё.
И вот тут я понял, что сейчас произойдёт.
Корн стоял внизу, за железной ногой Тики-тика. Тики-тик закрывал его от карниза напротив, где сидел лучник, и закрывал хорошо. Но вот второй сильно отошёл в сторону, и если старик сейчас не отойдет, то в него прилетит стрела.
Корн это видел и уже отходил, параллельно следя за своим гоблином, в которого планировал кинуть склянку. А вот огр начал четвёртый каст.
И начал разворачиваться не к Сайрусу.
Копья начали собираться остриями в сторону старика. И если он сейчас высунется, то его нашпигует кольями. А если не высунется, то в него выстрелит дальний гоблин.
Две секунды. И даже орать толку нет.
Я прыгнул.
Три метра вниз – это ерунда, я и с пятиметровой стены прыгал. Ну, по-другому немного, конечно, и без разбега. Алебарду я бросил сверху, перекатился, вскочил, и пол под ногами был ближе и понятнее, чем должен был быть, и мутное зелёное пойло, которое я выпил из чистого любопытства, отрабатывало прямо сейчас.
Прыжок со стены, перекат и девять шагов до босса меньше чем за две секунды.
Я успел.
Влетел огру под руку и вбил кулак в бедро – выше не дотягивался, да и незачем.
Плёнка сработала.
Сгусток отражения ушёл, и огра едва заметно повело.
Копья, которые уже развернулись и уже начали уходить вперёд, вздрогнули и осыпались вниз обычным щебнем.
Я попал в середину каста и сбил его своим станом.
А потом вспыхнуло голубым, и мне в грудь ударило.
Я даже не понял сначала, что это. Просто под ключицу въехало, как доской с размаху, и меня толкнуло назад, опрокинув.
Скосив взгляд, я понял, что бригантина отработала. Ледяная стрела, которая казалась мне красивой, теперь была совсем близко, и странное отупение совсем не мешало мне ее рассмотреть. Судя по длине древка, металлическая пластина не пустила стрелу глубоко – я это почувствовал.
Только вот этой стреле, кажется, и не надо было входить глубоко.
Внутри пошёл холод. По грудной клетке, между рёбрами, и он расходился оттуда медленно и уверенно. Я собрался с силами и обломал стрелу ударом руки, которую тоже обожгло холодом.
Сайрус тем временем ударил в четвёртый раз.
Корка рассыпалась под ударом, и глефа пролетела дальше, в мясо, судя по тому, куда бил Сайрус, в сторону сердца. Бахнуло взрывом Ци. Еще один взрыв, и по звуку это склянка от Корна.
Огр медленно завалился и упал лицом вперёд, совсем рядом с моими ногами. Как же хорошо, что выстрелом меня швырнуло назад.
Последний лучник высунулся, чтобы посмотреть, что случилось с его боссом.
Сайрус мгновенно выхватил меч и метнул через ползала, и с карниза свалился гоблин.
Ци: 140/1125.
Реген уже отрабатывал, и это была прекрасная новость. Я глянул на тушу босса, думая о зерне. Там были каменные копья, повеление и усиление выносливости. Вроде двужильности Сайруса, но сильно круче.
– Не шевелись, – сказал Корн, опускаясь рядом.
Он разрезал ремни на бригантине и стянул её с меня, и я даже не почувствовал, как он это сделал.
– Вошла совсем неглубоко. Дырка ерундовая.
– Мастер Корн.
– Что?
– Холодно внутри, – сказал я. – Может, одеяло какое-то есть?
– Так, – нахмурился он. – Реген у тебя работает?
– Работает.
– Ага, – сказал Корн. – Ага. Ну хорошо.
Он полез в кольцо, потом остановился, потом полез снова и достал незнакомую флягу.
– Пей.
– Что это?
– Пей, я сказал. И ложись на бок. Согреешься.
Я выпил и повернулся. Горло обожгло спиртом, а по телу стало разливаться тепло. Ну да, что он мне еще дать мог, самогонщик, блин, старый.
На самом деле сил хватало, чтобы встать, но вот вообще не хотелось. Сложный бой позади, врагов больше нет, адреналин ушёл.
И какого вообще хрена этот бой был сложный? А ответ-то был простой – только из-за гребаных лучников, которых в комнате босса никогда раньше не было.
Это не игра, да. Сколько можно уже. В общем, главное правило разлома отныне и навсегда: предварительная проверка комнаты босса. Открыть дверь и осмотреться, как в первый раз, с Сайрусом.
Я прислушался к себе – вдруг отобразятся статы. Но нет, никакой новой информации система не давала. Может, ловкость не такая очевидная характеристика?
– Рэй, ты так и будешь валяться? Тут за костями четыре сундука стоит, – раздался голос Сайруса от возвышения, в то время как Корн пеленал зерно с босса.
Лут. Какое сладкое слово. И сердце разлома там же, за троном. Кажется, мне уже совсем не холодно.
Глава 12
Ему волосы не покрасишь
Сундуки стояли за кучей, которую я сначала принял за трон. Вблизи стало ясно, что это просто гора костей, рассыпавшихся в труху там, где было сидение. Какая масса была у этого огра, посчитать сложно, да и незачем. Кости система опознала как гоблинские, самые обычные, так что я их трогать не стал.
Сайрус вскрывал сундуки глефой, просто сбивая замки ударами такой силы, что один из них, видимо самый пустой, перевернулся на спинку.
Внутри первого лежало серебро. Реально гора серебра, в монетах.
Сайрус взял одну из монет и покрутил.
– Никогда не видел таких.
Корн, который тоже оказался рядом и уже обследовал упавший сундук, прокомментировал:
– Я тоже не видел. По форме похожи на наши, но раза в полтора тяжелее. Чеканка тоже незнакомая.
– И сколько они могут стоить? – влез я.
– Если в слитки переплавить, то на пятьдесят-семьдесят золотых. Чужие монеты вряд ли кого-то сильно заинтересуют. Хотя надо смотреть состав, может, и есть там что-то интересное.
В полтора раза тяжелее при той же форме. Или металл другой, или монетки просто толще, и второе гораздо вероятнее. Хотелось конечно найти какой-нибудь мифрил, который вроде как истинное серебре и тяжелее, по всяким книжкам, но его даже в игре не было, так что отставить.
Я прошёл к Корну и увидел, что в упавшем сундуке лежат три знакомых по виду фиолетовых кристалла, которые он ощупывал.
– Это то, что я думаю? Кристаллы заклинаний и техник?
– Пустышки.
Я взял один и покрутил. Внутри действительно ничего не было. Ни структуры, ни заряда, гладкий камень и всё.
– Это заготовка, получается?
– Да, вроде того. Их вроде как сдать в столицу можно, если кто найдёт.
Я мигом забыл про два оставшихся сундука и побежал к створкам, где мы бросили мешки. Где же там моя семигранка…
Достал, приложил гранью к плоской стороне кристалла. Попробовал надавить. Попробовал подать ману. Покрутил, попробовал прикладывать разными гранями.
Реген перестал тянуть ещё пока я валялся, значит, дырку в груди он закрыл, и Ци теперь пошла вверх сама. Я попробовал и её – тоже никак. Металл не отзывался ни на то, ни на другое, как и в прошлый раз.
Ну и ладно. Есть инструмент, есть заготовка, а значит, рано или поздно что-то в голову придёт.
В оставшихся двух сундуках интересного не было. Ни артефактов, на которые я смел надеяться, ни редкостей. В одном лежали золотые монеты, в куда более скромном количестве, чем серебро, а в другом кости, клыки и бусы. Вот их Корн перебирал долго, приговаривая, что они очень насыщенные маной и неплохо пойдут в дело.
А я тем временем смотрел на зерно.
З ерно каменного повелителя огров.
B ранг.
Пассивная способность: Неутомимость – резкое повышение выносливости и восстановления. Потребность во сне снижается кратно.
Скрытое свойство: неизвестно.
Энергия Ци. (100/1000)
Множитель не указан, но он в районе трёх с половиной.
В мои корзины оно не лезет никак. Зато для жизни звучит очень удобно: если спать надо будет час-полтора вместо восьми, у меня на всё станет в полтора раза больше времени. От такого сложно отмахнуться.
Только Сайрус вон с двужильностью спит три часа, и я не уверен, что хочу проверять на себе, что делает с головой такой режим. Может быть он поэтому такой агрессивный, вечно кого-то убить хочет и всё такое? Сон ведь нужен не только телу. Да и выносливость с ростом Ци и так растёт.
На продажу. И хорошо, что не упало повеление, потому что вот тогда я бы думал всерьёз. Зерно волколака у нас уже лежит, и связка получалась бы красивая: ходи из разлома в разлом с ордой, которая встречает все неприятности вместо тебя. Вот только в город с такой ордой особо не придёшь, не поймут местные, как ни крути. А собирать каждый раз заново, та еще морока.
Из лута оставалось только сердце разлома.
Оно оказалось на самой вершине груды, за «спинкой», если это так можно назвать, и вниз от него уходили не корни, а кости. Тёмные, почти чёрные. Ощущение было, что сердце взяло ближайший материал и проросло через него. Это получается, сначала тут была гора костей, а уже потом появилось оно?..
Спешить с ним сейчас не надо было, заберём перед выходом.
А сейчас надо было решиться: прорываться на второй круг прямо тут, потому что тут сейчас безопасно, или выйти наружу.
Корн посмотрел на меня, как будто я предложил использовать его взрывные зелья, чтобы согреться.
– Тут мана идёт неровно, толчками, – медленно проговорил он. – Ты не чувствуешь? Ты будешь вести своё кольцо, а маны будет то больше, то меньше, и каждый раз ты будешь думать, это ты дрогнул или оно снаружи дрогнуло.
– А снаружи не так?
– Нет. Не везде, по крайней мере, и спокойное место найти легко.
Ну, легко так легко. Значит, собираемся.
Сердцем занимался я, уже привычно, а Корн стоял рядом и увлечённо что-то зарисовывал. Из-за костей вместо корней в голову полезла шальная мысль просто выдернуть его целиком. Я даже потянул, и ощущение было такое, будто решил поднять разом всю гору.
– Сайрус, может, попробуешь дёрнуть?
– Я как-то уже пробовал.
Я вспомнил его рассказ, что в самом первом своём разломе, где он был без меня, он попробовал вытащить сердце сам. И что было ему очень неприятно. Ладно. Надо будет потом расспросить, что там был за босс и почему Сайрус не взял его зерно. Хотя, скорее всего, закалки не хватало на перезапись.
Раз он отказался, я минут десять разбирал эти кости руками. Одна тёмная переходила в другую, ветвилась в более светлые, от них в ещё более светлые, и всё это уходило куда-то вниз, в глубину груды. Таких штук в игре не было.
– Мастер Корн, вы не знаете, что это такое?
– Я думал, ты мне расскажешь, партнёр. Но раз не знаешь, собери всё. Хотя бы самые тёмные.
– Зачем?
– Затем, что в кузнице вокруг жил росли красные наросты, и ты сам мне сказал, что это корни разлома и основа «Лёгкого круга». – Он уже потирал руки. – Наростов тут нет. Зато кости у самого сердца ведут себя точно так же и точно на что-то сгодятся.
Я только кивнул и начал отсоединять одну за другой, потихоньку, не спеша. Минут за пять отделил сердце вместе с самыми тёмными, а потом и их разъединил. Корн подхватывал телекинезом и складывал себе в кольцо. Мол, сами дураки, что отказались. Надеюсь он не будет их смешивать с тем бурым мхом и тем более что-то из них гнать. Не в замкнутом помещении, по крайней мере.
Я держал сердце в двух руках и прислушивался.
С прошлого раза я гораздо лучше научился ощущать ману, а точнее, её колебания. И вот что интересно: в сердце мана не колебалась вообще. Но стоило к ней потянуться, она начинала отвечать и шла в унисон с моей. А моя нестабильна из-за неправильного количества, поэтому унисон рассыпался в бестолковый шум секунды за две.
И тут же вспомнилось, как в кузнице у меня дёрнуло круг, и я решил тогда, что мана из сердца пытается пробиться внутрь, а места в контуре нет.
Ничего она не пыталась. Это был резонанс. Просто тогда я ещё не умел слушать свою ману, а точнее её колебания, и процесс отследить не мог. Да и жарко было, почудилось.
Пол едва ощутимо дёрнулся к тому моменту, когда мы почти дошли до портала.
Снаружи было вроде как утро. Небо затянуто серым, моросил мелкий дождь, трава была вся мокрая, и буквально через десяток шагов всё ниже пояса было насквозь в воде.
Мы отошли шагов на триста, поднялись на пригорок, и Сайрус начал смотреть по сторонам, сверяясь по одному ему ведомым ориентирам. Потом указал на гору на горизонте.
– С каждым разломом нас уносит на запад. Эта гора была вон там. – И показал смещение в два кулака вытянутых перед собой рук.
– Это на пять дневных переходов нас откинуло, почитай, – почесал подбородок Корн. – Этак ещё пять-шесть разломов, и можно по прямой к столице идти.
Я нахмурился. Слишком уж удобно, если считать, что мы туда и едем. Но почему нас вообще смещает? В игре такого не было, говорить об этом уже никакого смысла. Понять бы, как всё устроено, чтобы найти причину. Ощущение при этом было, что ничего хорошего в этом нет, хоть и казалось бы, по пути – радуйся. Но я в такие подарки судьбы, после того как радовался клапану-татуировке, которая меня чуть не убила, не верил. Точно надо становиться сильнее.
Дошли до ближайших деревьев, расстелили плащи и скатерти, чтобы было хоть немного суше, и пересчитали добычу. Не только с этого разлома, а всё, что накопилось с кузницы.
Серебро и золото из сундуков, если плавить, тянуло на сотню золотых. Если сдавать ценителям, если такие вообще есть, то дороже, конечно. Три пустых кристалла – на еще целых пять золотых. Эх, а я так им радовался. Плюс два зерна B-ранга, четыре десятка C-шек и полсотни D. Плюс алхимия, чёрный металл и сердце разлома, которые я в счёт не брал вообще, потому что цену им не знал.
Выходило минимум тысячи на три. Почти по тысячи на человека, и это уже было серьёзно.
– В столицу, – сказал Корн. – Добра у нас уже достаточно.
Он это сказал так, как говорят заранее обдуманное. Видно было, что он прокручивал это в голове ещё в разломе, пока перебирал клыки и бусы.
– Смотрите сами. Эльма у меня в доме. Зёрна ваши тут не купит никто, тут их вообще некому предъявить, а в столице купят и ещё поторгуются. Металл этот чёрный надо показать человеку, который скажет, что это. Серебро переплавить. Заготовки сдать. И кристаллы, – он посмотрел на меня. – Там можно взять с заклинаниями. Раз уж ты собрался вить кольцо.
Я аж выпрямился, потому что вот тут он попал в самую больную точку. Ману хоть как-то использовать хотелось безумно. Встреча с лучниками показала, что мне не помешает либо дальняя атака, либо магический щит, а заклинания могли дать и то и другое. Причем за один прорыв, если взять два кристалла.
– И в столице столько людей, что на тебя долго никто внимания не обратит. Ну живёт у меня дома родственник, и что с того? Волосы тебе покрасим, если хочешь. Пока ману свою везде раскидывать не начнёшь, никто и не узнает. Кристаллы я сам куплю, для себя, мол.
Я молчал. Звучало всё это разумно и сладко. Да и в цивилизацию хотелось безумно. Поспать на мягкой кровати, выйти из этой бесконечной череды сражений и травм.
Корн перевёл взгляд на Сайруса в поисках поддержки и осёкся.
Потому что Сайрус смотрел на Тики-тика, который стоял шагах в двадцати у кустов и что-то там аккуратно разбирал руками. Ветки летели во все стороны каждый раз, когда он что-то доставал из земли.
– Ему волосы не покрасишь, – сказал Сайрус.
Он в кои-то веки удачно пошутил, но смеяться не хотелось. Да и на старика подействовало. Он совсем притих.
– Мастер Корн.
– Не начинай.
– Я не начинаю, я спрашиваю. Если мы всё-таки пойдём, вы его тут оставите? И самое главное, он сам-то останется, если вы ему скажете?
Он посопел, поводил пальцем по краю скатерти и ничего не ответил, и это был лучший ответ из возможных.
Я, если честно, хоть и произнёс это вслух, но оставлять его не хотел. Хоть и понимал, что это иррационально. Это ведь гребаный босс разлома, монстр B-ранга, с чего мне вообще за него переживать? Но он прикрывает своим телом старика, носит нашу поклажу, не жалуется и иногда мастерит игрушки и дарит их Корну. В основном птиц.
Отправить его гулять в одиночку – решение разумное, если считать по логике. А по ощущениям гадость.
– Ладно, – сказал я. – Давайте так. Сейчас ищем спокойное место с ровной маной, я ставлю кольцо, а дальше по обстановке. И если нас каждым разломом сносит на запад, значит, мы всё равно идём в столицу. Просто медленно и с добычей. Пять-шесть трещин, вы сами сказали. За это время либо мы что-нибудь придумаем с Тики-тиком, либо не придумаем, и тогда будем решать на подходе, а не тут.
Корн поднял голову.
– Это ты сейчас отказ идти прямо в столицу обозвал планом?
– Ну да.
– Ага. – Он поскрёб бороду. – Ладно. Хоть честно.
– А вообще, мастер Корн, если вы его понимаете, может, спросите, чего он сам-то хочет?
– Да спрашивал уже, – начал раздражаться Корн. – Думаешь, я не понимаю?
– И чего?
– Отстань. Собираемся, и пойдём на юг. Подальше от разломов, тут мана буйная.
Через два часа после выхода я отошёл в сторону и воткнул алебарду в дёрн.
Разворачивать ради каждого слива гору металла из кольца было бы издевательством над стариком, так что в дороге я работал по старинке. Пятьдесят Ци за удар, семь ударов, и на третьем прокнуло: вспышка, грохот и я на удивление стою. Только мелкая дрожь по рука пошла, то ли весь удар ушёл в землю, то ли я уже привык. Сайрус даже головы не повернул. В чистом поле этот шум уже никого не мог привлечь. Надеюсь.
Ци: 40/1125. Мана: 1104/1104.
После обеда дождь кончился, и трава начала подсыхать. Хоть что-то.
Место искал Корн, и искал он его до самого вечера.
Я думал, это будет быстро. Ну поле и поле, камни и камни.Он ведь еще в катакомбах, когда старик запретил прорываться внутри, сказал что место легко найти.
Но на практике,оказалось, у него на этот счёт целый набор требований, из которых он вслух сформулировал примерно половину, а остальные бормотал себе под нос и сам с собой спорил. Подальше от трещин. Не в низине, потому что в низине мана стоит и застаивается, а это не то же самое, что ровно. Не на воде. Не под скалой, потому что в скалах почти всегда есть жилы. И чтобы фон не гулял хотя бы шесть часов, а как это проверить за один вечер, он не знал и злился.
– А может, как-то обустроить можно?
– Обустроить⁈ Можно! – ворчал он, топчась по очередной проплешине. – Я в мастерской своей сделал именно так, и заняло это десять лет! Полы перебирал, эссенцию испарял, стены всякой дрянью обмазывал. Любой нормальный маг так делает, потому что круг ставить – это тебе не два пальца друг о друга ударить! Это риск!
Место он нашёл уже на самом закате, на одном из холмов. Чем этот холм отличался от любого другого, я так и не понял.
Сайрусу место не понравилось.
– Нас отсюда видно с трёх сторон.
– Зато и нам видно.
– И что? Если кто-то нас увидит и придёт, бросим его, что ли? – Он кивнул в мою сторону. – Мага во время прорыва не трогают вообще. Совсем.
Я хотел было спросить, откуда он знает, но вспомнил про Эльму. Наверняка знает.
– Лучше места тут нет. Я тебе как маг говорю. – Веско сказал Корн.
Сайрус долго молчал, и на этом обсуждение кончилось. Он ушёл на разведку, а мы стали обустраиваться.
Со сливом Ци я так ничего умного придумать и не смог. Оставался один вариант: сесть на кучу металла и сливать либо рывками, отвлекаясь, либо выделить на это крошечный кусочек сознания и делать фоном, постоянно. Я же могу говорить про себя, идти и дышать одновременно. Надо просто привыкнуть.
Корн был уверен, что это юношеская дурость и самонадеянность.
– Нет, не пойдёт. Точнее, пойдёт, но не всё. Давай, садись на металл, но Ци не выпускай.
– И что дальше?
– Тики-тик. Можешь потянуть Ци из металла?
Доспех подошёл, сложился в коленях и прислонил палец к куче. Я, что удивительно, почувствовал, как энергия хочет от меня убежать. Это и озвучил.
– Ну так не сопротивляйся. Отпусти и не думай.
И я понял, что действительно сопротивляюсь. Ощущение было страшным, но я выдохнул и отпустил, как будто в воду нырнул.
Энергия понеслась через меня с такой скоростью, что скрутило грудь. Как будто ко мне приставили огромный пылесос и сейчас засосёт всего целиком, вместе с каналами. Я еле смог выдавить:
– Оста…
Сняло как рукой. Я вдохнул и почувствовал, что подрагиваю.
– Я чуть не сдох по ощущениям, – меня потряхивало. – Давай полегче. Раз в десять.
– Так, может, не надо? – задумался Корн о здравомыслии. В кои-то веки.
– Нормально. Просто надо сильно мягче. Это действительно не требует моего контроля.
Второй заход был совсем другим. Ци уходила сама, ровно и постоянно, и меня это никак не занимало. Простое и элегантное решение, на самом деле.
Ну, если не считать того, что сутки подряд моя жизнь будет висеть на монстре из разлома, который в любую секунду может включить пылесос на полную мощность и разорвать меня нафиг. Я эту мысль отмел. Просто паранойя… Чёрт, но вот так довериться монстру… Может всё-таки самому попробовать?
Я еще раз посмотрел на Тики-тика. Ладно. Он заслужил доверие, на самом деле, хоть мне и страшно. Это действительно выход.
Нормальный прорыв – это сутки и два кольца. Быстрый вариант – одно толстое, поставил и живи, и он хуже во всём, кроме скорости постановки, по словам старика.
Двенадцать сливов Ци за сутки – это была серьёзная задача, и теперь её за меня решал Тики-тик. Сутки под контуром – совсем другая, и вот тут всё зависело только от меня.
Если делать оптимально, по моим расчетом, то точек у меня будет двенадцать. Восемь на верхнем кольце и четыре на нижнем, потому что гармоника выше и узлов ровно вдвое. У запасного варианта их шесть: кольцо одно, гармоника одна, и лишняя мана уходит не в новые узлы, а в толщину. Шесть точек за шесть часов, даже звучит красиво. Правда, по словам Корна, от слишком большой толщины будут проблемы с пропускаемостью.
Так, дальше. Верхнее кольцо надо замыкать сразу, как встанет, иначе мана утечёт. Значит, точка возврата у меня ровно одна и лежит она перед шестой точкой: пока кольцо не сомкнуто, я могу всё бросить и свести в один толстый круг. После – уже нет.
Корну я об этом сказал, и он неожиданно не стал спорить.
– Правильно, – сказал он. – Только имей в виду: чем ближе к концу, тем больше будет хотеться замкнуть. Оно всегда так. Ты будешь думать, что решаешь головой, а решать будет усталость.
– И что делать?
– Условие себе поставь заранее. Не «когда устану», а какое-нибудь такое, чтобы его нельзя было подвинуть.
Я подумал и поставил. Если к рассвету я не пройду шестую точку на верхнем кольце, сворачиваю всё в один круг.
Решиться было сложно, и я, словно оттягивая момент, находил себе всё новые дела. Слил Ци ещё раз, хотя до порога было далеко. Корн что-то алхимичил, и я хотел подойти узнать что, но не стал, потому что чувствовал, что нырну в алхимию, лишь бы не думать о прорыве. Гребаный мандраж.
Вернулся Сайрус.
Я по третьему кругу перебирал записи, сверялся с формулами, прислушивался к себе, раз за разом находя точки тишины. Достал семигранку, пустой кристалл и сердце разлома. Магические штуки всё-таки, вдруг чем-то помогут.
Три заготовки, и ни одной рабочей. Корн говорил, что с кристаллом безопаснее на порядок. Это уже второй круг подряд, который я поставлю пустым. Без такого удобного и крутого заклинания, что при моём объеме маны обидно вдвойне.
А ведь мне предлагали два, без очереди и без денег. Об этом я думать не стал.
Семигранка и кристалл ощущались как дурость. А вот сердце разлома отчётливо резонировало.
– Можно я возьму его с собой на прорыв? Спрашиваю, потому что это общая добыча.
В ответ была тишина. Корн, наверно, подбирал слова, чтобы объяснить, что нельзя тащить на прорыв столько чужой маны. Так что я рассказал всё вслух, как мог. Что мана в нём не колеблется. Что если к ней потянуться, она отвечает и идёт в унисон, а моя нестабильна, и унисон рассыпается через пару секунд. И что я как минимум смогу по нему сверяться, ровно у меня идёт или нет.
– Забирай, – сказал Корн. – Только потом расскажи, что было. Подробно. Мне это интереснее, чем тебе.
Сайрус ничего не сказал. Он просто смотрел, и смотрел довольно долго. Что только не пронеслось в моей голове – и слова о том, что мы добудем еще, если вдруг что случится, и что я готов долю оплатить из своей добычи. Я подготовил ответ под любой его аргумент, а он…
– Не против, – сказал Сайрус.
Я сел на импровизированное гнездо из кучи металла, к которому снова подошёл Тики-тик. Понимал, что сутки так сидеть будет тяжело, но лечь на всё это дело удобно не получалось: даже так металл неприятно холодил и кололся, как бы я его ни раскладывал.
– Держи. – Корн протянул мне склянку.
Я пригляделся. Чего? Зачем?
