Текст книги "Акренор. (Трилогия)"

Автор книги: Эдуард Катлас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 64 страниц)

Близился вечер и до места, по словам фэйри, оставалось совсем немного. Показался ручей, и вновь подлетевший к отряду волшебный житель леса предложил подняться по его каменистому дну на несколько сотен шагов. Они почти пришли.

Место, выбранное фэйри, действительно было удачным. Несколько невысоких лесных холмов загораживали ручей со всех сторон. Небольшое, в несколько десятков шагов, пространство было полностью скрыто от чужих глаз обрывом, внизу которого и протекал ручей. Попасть на этот пятачок было, в общем-то, несложно, но для этого надо было специально идти именно сюда. Любое существо, бродящее по лесу, почти наверняка выберет другую, более удобную дорогу, если будет просто пробираться мимо. Это была идеальная маскировка, один из хитрых приемов, в которых мало понимали даже рейнджеры, но в совершенстве отработанный народом леса. То, что люди считали волшебством, когда не видели ни одного представителя народа леса в течение веков, было, как оказалось, всего лишь великолепным трюком.

Брентон посмотрел на Фантома, оглядывающего окрестности, и понял, что Фантом не забудет этот урок. Подобное умение прятаться было важным, но, к сожалению, почти недоступным людям искусством. Чтобы пользоваться таким «волшебством», требовалось очень много знать о лесе.

– Я говорил, – идеальное мес-сто. Его не видно, оно как будто отпугивает любого, кто идет мимо. Я провел с-здесь много времени. С-смотрел, думал. Думал, как деревья будут рас-сти до ос-сени, куда будут падать лис-стья. Какой ветер будет дуть до зимы. Это хорош-шее мес-сто, лучш-шего не найти. В этом лес-су есть много хороших мес-ст, но это – лучш-шее. Выкопайте яму с-здесь.

Фэйри опустился на траву, указывая место для посадки. Ким и Мугра ножами выкопали неглубокую, в полтора локтя яму и остановились, глядя на фэйри.

– Можно начинать, приятель? – спросил Мугра.

– Да, ос-сторожно пос-ставьте горшок в яму, потом рас-збейте его и вытащ-щите черепки. Лучш-ше не тревожить рос-сток, он уже начал рас-сти и ждет только свящ-щенной воды.

Через полчаса возни с черепками, нижние из которых приходилось вытаскивать на ощупь, они засыпали оставшиеся щели землей.

– Поливайте, а потом полош-жите с-сверху несколько прелых лис-стьев. Остатки горш-шка унес-сите с с-собой.

Брентон достал сосуд и осторожно вылил все его содержимое на клочок взрыхленной земли. Его друзья тут же накидали сверху листьев.

– А теперь лош-житесь и с-спите. Я пос-стерегу.

– Мы можем постоять в карауле. Негоже спать в чужом лесу, не имея охраны. – Хмуро бросил Брентон.

– Я, я не буду с-спать с-за вас! Я не буду с-спать теперь оч-шень долго, пока дерево не окрепнет. А утром я рас-збужу вас-с и покаж-шу росток! Не меш-шайте мне!

Отойдя на край поляны и быстро перекусив, они принялись укладываться, напоследок посмотрев на фэйри, порхающего над будущим деревом.

– Вик, раскинь-ка паутину шагов на пятьсот. Гном, я толкну тебя через пару часов, не шевелись, не открывай глаза и лежи тихо, но не спи. Потом разбудишь следующего. Если фэйри не хочет, чтобы мы следили за его работой, то так тому и быть. Но никто не может нам запретить следить за самими собой.

* * *

Кто– то из них все же заснул на посту. Бодрствовать посреди ночи, лежа с закрытыми глазами, оказалось слишком тяжело. Или фэйри, заметив подвох, использовал свою магию и усыпил караульного. Как бы то ни было, но утром их всех разбудил фэйри.

– С-смотрите. Новый лес начал рас-сти. Не подходите блис-зко, смотрите отс-сюда.

Друзья протирали глаза и поднимались на ноги. За ночь из спрятанного в земле семени вырос росток. Такой маленький и хрупкий, что не верилось, что из этого небольшого растения, всего в локоть высотой, когда-то разрастется могучий лес. Не верилось, если не думать о том, что это деревце выросло всего за ночь.

– Это чудо! – фэйри порхал над своим детищем, – вы первые из людей, которые видят подобное. И я единственный из ныне ж-шивущих, кто дал рош-ждение новому лесу.

– Тогда нам пора идти, – произнес Фантом, – если что-то пойдет не так, то прилетай, и мы придем на помощь. Если все будет хорошо, то мы ждем тебя ранней осенью. Прилетай к нам друг, мы будем молить наших богов, чтобы все было хорошо, и остановимся только тогда, когда ты сообщишь нам о своем успехе.

– Я прилечу, люди. С-спасибо вам. Дерево пус-стит корни, и от них вырас-сут новые деревья. Дерево разбросает семена вокруг, и от них тож-ше вырас-сут новые деревья. Лес начнется на милю к северу и закончится в болотах. С-следующей вес-сной его будет не ос-становить. Через пять лет он полностью перекроет оркам дорогу.

Отряд ушел так же, как и пришел, – по дну ручья.

– Почему не разбудил, – спросил Брентон рейнджера, перед тем, как выйти из воды и вновь углубиться в лес.

– Не поверишь. Я заснул. Наверное, фэйри наколдовал.

– Все было спокойно, – встрял маг, – паутина не была потревожена. Фэйри знает, как выбирать места. Странно…

– Что? – обернулся рейнджер, – давайте выйдем из ручья. Нам надо обсохнуть, чтобы не наследить в лесу. Что странного, Вик?

– Посмотрите назад. Видите, вот течет ручей. Потом он виден снова через сотню шагов.

– Да, это так. Ну и что?

– Если бы ты, по какой-либо причине, хотел идти вдоль ручья, то – как бы ты пошел?

Рейнджер еще раз посмотрел на блестевшее невдалеке течение и кивнул:

– Я бы решил, что ручей немного изгибается, и решил бы срезать путь. Фэйри продумал все. Кто бы и как бы ни шел по этим местам, он всегда пройдет мимо заветного клочка, на котором растет дерево. Дерево, которое выросло на пол-локтя всего за ночь.

– Когда я общаюсь с фэйри, – маг задумался, глядя на обсыхающую обувь, – меня все время не покидает ощущение великого волшебства, которое за ним стоит. Волшебства, в котором люди не понимают ничего и вряд ли когда-нибудь поймут. Как будто я оказываюсь в мире иллюзий, в котором властвует условность.

– О чем ты? – Мугра стряхивал с сапог последние капли и готовился шагать дальше, – при чем здесь условность?

– А ты задай себе простой вопрос. Это росток вырос за ночь или мы спали месяц, околдованные фэйри? И то, и другое принесло бы одинаковые результаты для нас – мы увидели выросшее дерево.

– Это ты загнул, – Лашан начал углубляться в лес, – твоей паутины бы уже не было, если бы мы проспали дольше первого рассвета.

– Да, – кивнул маг, – только мы же не знаем всех способностей фэйри. Может, он умеет продлять жизнь чужой паутине?

– Все равно, вряд ли это так.

– Да, я знаю. Знаю, что мы действительно проспали всего ночь. Но это ощущение все равно не покидает меня. Творить волшебство из ничего – это искусство, которому я хотел бы когда-нибудь научиться.

* * *

– То же самое, – прошептал Фантом на ухо Брентону, – не хуже и не лучше, чем в остальных местах.

Брентон сквозь зубы прошептал ругательство.

– Раз то же самое, то пойдем здесь, – ответил он рейнджеру, – скоро рассвет, а я не хочу шататься под носом у орков до следующей ночи.

Подойдя к крепости, они обнаружили, что орки так и не атаковали за прошедшие два дня. Вместо этого они решили взять защитников измором. Везде вокруг скал горели костры, не менее тысячи осаждающих стояли в караулах вдоль скал.

– Хотят заставить нас умереть от голода, – рейнджер внимательно осматривал расположение костров, что-то прикидывая в уме. – Правильный расчет.

Брентон покачал головой:

– Орки не любят длительных осад. А рейнджеры славно поохотились в этих лесах в последние дни, на несколько недель припасов нам хватит. Воины ловят рыбу из реки прямо со скал, и оркам придется еще перегородить эту речушку. А потом мы можем перейти на конину, хотя и немного жалко лошадей, которые прошли с нами столько. Оркам надоест, надоест значительно раньше, чем мы действительно начнем голодать.

– Орков стало больше, в лесу много следов, к ним подходят все новые кланы, более мелкие, но их много. Когда они пойдут на штурм, не стоит рассчитывать на удачу, которая была в прошлый раз. Даже Локо не всесилен.

– Сейчас нам нужно думать о том, как пробраться обратно. Ты уже придумал план?

Рейнджер кивнул:

– Конечно. Бежим вперед, убиваем всех, кто встанет у нас на пути, и забираемся на скалу.

– Хороший план, – согласился Гном.

Первые трое, оказавшиеся у них на пути, умерли мгновенно, так и не поднявшись от костра. Фантом решил не обходить его стороной и иметь за отрядом горячих преследователей, а вместо этого снести маленький караул и прорваться к скале, пока с флангов будут бежать другие орки.

Они были в ста шагах от скалы, когда из-за деревьев выскочило еще несколько орков. На бегу замахнувшись секирой над головой, Брентон сделал свирепое лицо, но тут же понял, что в темноте его гримасу все равно никто не оценит. Тогда он издал свой любимый боевой клич, наполовину для того, чтобы испугать противника, наполовину для более важной цели. Нужно было предупредить воинов, ждущих их на стене, что пора спускать веревки.

Орк поднял щит, защищаясь от удара секиры. Но удара не было. Гном изменил движение оружия, обвел щит слева и попытался подрубить бедро врага. Орк опустил ятаган, прикрывая ногу. Но Брентон оказался хитрее. Вместо удара он резко подтянул секиру на себя, перехватив древко почти у основания и, подскочив к орку вплотную, как ножом, резанул врага лезвием по отрывшемуся горлу. Орк еще падал, когда Брентон уже хватался за веревку. И первый, и второй удар стали бы смертельными для орка, но у них был один недостаток – они бы заставили Брентона остановиться. Чего ему не хотелось.

– С возвращением, – воин, тащащий его веревку, протянул ему руку и помог преодолеть оставшиеся шаги. Отряд был в безопасности, за пределами досягаемости стрел орков, все равно бесполезных в практически полной темноте.

* * *

– Рад, что у вас все прошло, как задумано, – капитан поднялся от костра, чтобы встретить отряд. – Орки взяли нас в плотное кольцо, и я опасался за ваше возвращение. Хоть одна хорошая новость.

– К ним прибывает подкрепление. Каждый день подходят новые отряды. Сколько бы мы не убили орков под стенами в последний раз, сейчас их все равно больше, чем было.

– Как стена? – Лашан посмотрел на южную часть долины, пытаясь рассмотреть там происходящее в свете множества костров.

– Работают. – Капитан повернулся вслед за мечником. – Никогда не видел, чтобы строили так быстро. Каменщики уже подняли ее на уровень земли. Представляете? За несколько дней поднять стену шириной в десять локтей на уровень земли. Если орки протянут еще несколько дней, то нам у нас будет вторая линия, к которой мы сможем отступить от заслона. Если у нас будет хотя бы пара недель, то даже десять тысяч под стеной будут нам не так страшны.

– Да, – вступил в разговор Фантом, – но только я бы не надеялся на то, что их будет всего десять тысяч. Готовьтесь к худшему.

* * *

– Какие цепи, мастер Урцил? – кузнец оторвался от наковальни и посмотрел на архитектора. Во взгляде его отсутствовало дружелюбие. Вкупе с тяжелым молотом, который он держал в руке, это обстоятельство заставило Урцила отступить на шаг назад. На всякий случай.

– Ну как же, мастер. Цепи для подъемного моста.

– Впервые слышу. И вообще, мне сейчас не до этого. Мне еще нужно завершить решетку.

– Как? – Урцил так удивился, что забыл о молоте в руке кузнеца и подступил к нему почти вплотную. – Вы еще не закончили решетку? Но без нее мы не сможем продолжать строить центральную башню!

– Это почему же? – кузнец явно не любил, когда его торопили.

– Как же! Решетка должна быть внутри камня, понимаете? Чтобы ее не смогли выбить. Сначала надо опустить в пазы решетку, а потом продолжать строить. И для ее подъема тоже нужны цепи, не забудьте.

– Хорошо, – кузнец тяжело кивнул, – сегодня закончу с решеткой, и начну делать цепи. Вы только скажите углежогам, что если они еще раз не подвезут вовремя уголь, то я за себя не отвечаю.

Но архитектор уже думал о другом. Перехватив одного из камнетесов, он спросил:

– А где я могу найти уважаемого мастера Фукорая?

Каменотес махнул рукой, и архитектор увидел мастера, возящегося с еще несколькими людьми вокруг камня, который они пытались расколоть.

– Глубже, глубже забивай. Иначе клин выскочит, как только он разбухнет от воды.

– Мастер Фукорай, – прервал работу каменотеса архитектор, – мастер Фукорай, а почему гном работает один над его лестницей?

– А зачем она нам нужна? У нас есть заботы поважнее.

– Мастер, может, она и не нужна нам сейчас, но, поверьте мне, она окажется очень полезной в дальнейшем. И потом, мастер. У ваших людей есть уникальная возможность поработать вместе с гномом. Может быть, даже чему-нибудь научиться.

Фукорай фыркнул.

– Мы и сами кое-что умеем. Хорошо, я пошлю гному полдюжины подмастерьев.

* * *

– Их уже трое, – Т"Асмерин устало прикрыл глаза, – каждый день они придумывают что-нибудь новенькое. Мои силы постепенно тают. Я перестал быть уверен, что моих сил хватит до зимы. Конечно, на защиту уходит меньше энергии, чем на нападение, но все равно она уходит.

За последние дни лицо мага осунулось и постарело. Он почти не двигался, все время сидя в своей палатке. Даже еду ему приносили прямо сюда.

– Мне пришлось возобновлять две защиты, которые они почти прорвали. Им удалось обойти меня и создать иллюзию. Несколько воинов в карауле свалились со стены, борясь с несуществующим монстром. Тяжело бороться с шаманами без башни. Без башни и без подготовки. Если бы у меня было хотя бы полгода, чтобы создать вшитые в местность предохранительные заклинания, то разговор с шаманами был бы совсем другой.

– Могу я чем-нибудь помочь? – Виктор озабоченно смотрел на изможденного мага.

– Не знаю. Возьми вот эти свитки. Прочитай и попробуй. Я успеваю только прикрыть основные направления ударов, а до мелочей руки не доходят.

– Что это? Защита от жары и засухи, и защита от наводнения? Но они не могут использовать оба направления, они же нейтрализуют друг друга.

– Правильно, нейтрализуют. Я вообще не думаю, что они будут заниматься такими мелочами, но лучше все же обезопасить себя. И если они все же возьмутся играть с этим, то я также не знаю, что они используют. Поэтому придется ставить защиты и от того, и от другого. Сделаешь?

– Не знаю, если мне хватит сил. От наводнения точно сделаю, это легко, хотя подобное нападение все равно бессмысленно. А от засухи – не знаю. Надо попробовать.

– Пробуй, – кивнул маг. – Вот опять. Теперь они снова пытаются испортить еду. Извини меня, мне надо работать.

* * *

– Новости от Урцила, капитан, – вестовой нашел капитана на северной скале, для чего ему пришлось полчаса взбираться сначала по полусотне ступеней Бодора, затем по деревянным и веревочным лестницам, размещенным в наиболее сложных участках подъема.

– Говори, – капитан отвлекся от обсуждения с дозорным последних перемещений орков по району.

– Мастер говорит, что к вечеру стена будет поднята до высоты заслона. Завтра орки могут заметить наше строительство.

– Спускаемся, – кивнул капитан, – надо поговорить с архитектором.

* * *

В последние дни капитан практически ежедневно менял план обороны. Три дня назад, когда каменная стена поднялась на высоту человеческого роста, он планировал разместить на ней мастеров с арбалетами. Вчера стена была уже полтора роста вышиной, и капитан предполагал отступить к ней сразу же, после первого прорыва переднего заслона, укрывшись пусть за низкой, зато широкой и прочной каменной кладкой. Сегодня план приходилось менять снова.

– Когда орки увидят вашу работу из-за заслона? – капитан стоял на правой площадке, постепенно превращаемой во фланговую башню. Две таких башни во флангах, крепостная стена между ними, центральная, более приземистая башня, защищающая ворота – крепость с каждым днем приобретала все более явные очертания.

– Думаю, что они знают, что мы что-то делаем здесь. Не могут же они быть совсем глухими.

– Одно дело знать, а другое дело увидеть собственными глазами. Это может заставить их атаковать вновь.

– Заслон и стена очень недалеко друг от друга, меньше сорока шагов. Как только мы подымем стену на локоть другой выше бревен, дозорные орков это заметят.

– Сделаем так. Когда стена сравняется по высоте с заслоном, остановите работу. Перебросьте всех, кого удастся, на подготовку и переноску камней. Соберите как можно больше готового материала. Вы продолжите возведение стены завтрашним вечером, и будете работать всю ночь, только при свете факелов из-за стены.

– И что нам это даст?

– Если повезет, то орки только утром заметят нашу стройку. Пока они будут размышлять, и собираться, у нас будет еще день. На следующую ночь мы сожжем заслон, оттащив всю набросанную за ним землю и камни назад, в крепость, и выкопав ров сразу за ним. И тогда утром, если орки решат атаковать, им придется пройти до новой стены почти три сотни шагов под градом наших стрел. А потом еще взобраться на нее. Надеюсь, за лишний день вы поднимите ее до десятка локтей.

– Поднимем, – кивнул Урцил, – надо кое-что еще прикинуть, чтобы защитникам не пришлось стоять на голой стене, но поднимем. Тем более что дальше пойдет быстрее, с высоты в два роста мы начинаем оставлять полости в стене. Атакующие не смогут использовать тараны на такой высоте.

– Хорошо. Когда будут готовы площадки для катапульт на скалах?

– Я до сих пор выбираю места. Несколько расчищаются, завтра туда поднимут катапульты и начнут их устанавливать. Это очень удачные места, мастера были довольны. Мастер катапульт говорит, что с этих площадок камни будут долетать до самого леса.

– До леса… Видели просеку, которую прорубили орки?

– Видел, – вновь кивнул архитектор, – это может означать только одно. Они готовятся вывести по ней тяжелые осадные машины, которые строят где-то в глубине леса.

– Точно. Поэтому я хочу, чтобы катапульты были направлены именно на выход из этой просеки. Будем использовать медлительные метатели против медлительных таранов. И еще, мастер. Посмотрите на остальные скалы. На них есть, по крайней мере, три места, оборонять которые скоро будет сложнее, чем поднимающуюся стену. Орки могут не ограничиться простыми вылазками, а решиться на настоящую атаку прямо на скалы. Особенно, когда увидят, как мы защитили вход в долину. С этим нужно что-то сделать, я не могу держать оборону в нескольких неприспособленных для этого местах одновременно.

Урцил молча наклонил голову в знак согласия.

* * *

Брентону пришлось долго успокаивать расстроенного мастера. Две трети кирпичей, вынутых из печи, оказались «никуда не годными».

– Да эти кирпичи даже для домов использовать стыдно! Не то что для крепостных стен. – Мастер подошел к еще одному штабелю и выхватил очередной кирпич, – они же крошатся прямо в руках. Как же я мог так ошибиться! Неделя работы пошла насмарку.

– Подумайте, мастер, что было сделано неправильно, – в очередной раз сказал Брентон, – это поможет нам не допустить повторения ошибки.

– Не знаю я, все было выдержано по канонам, – мастер обреченно качал головой, – мы поторопились только в одном – не дали кирпичам просохнуть сначала на солнце. Все эта спешка. Теперь многие из них слиплись и их вообще нельзя использовать.

– Думаю, мастер, что вы сможете придумать изменение канонов, подходящее под нашу ситуацию. Нам нужно сделать вторую закладку сегодня.

– Что толку! Если следующая партия будет такая же, как и эта, то наша работа бесполезна.

– Может, положить что-нибудь между заготовками, чтобы они не слипались?

Лицо мастера просветлело:

– Точно! Как я не подумал об этом. Мы будем класть каждый кирпич на подставки! Но на что? Что положить между кирпичами, чтобы оно не сгорело и не расплавилось в жаре печи? Если мы положим камни, то они будут вплавлены в глину и испортят изделия.

– Не испортят, если мы сделаем все аккуратно. Маленькие плоские камушки по углы каждой заготовки. Когда мы вынем кирпичи из печи, то мы легко их отобьем. А качество будет даже лучше, ведь жар будет проникать к кирпичу со всех сторон.

Мастер обернулся и подозвал подмастерьев. Вскоре они занимались удивительной работой, забавляя остальных мастеров – ходили вдоль скал и собирали маленькие камни.

– А из этой партии мы построим первый настоящий дом в долине. Зимовать ведь тоже где-то надо, – Брентон взял в руки кирпич и еще раз посмотрел на него. Для воина этот кирпич был так же хорош, как и все остальные. Что не устраивало мастера, он так и не понял.

* * *

Денис сидел за столом вместе с маршалом запада вон Вайю и в третий раз перечитывал письмо.

– Ну и что будем делать? – наконец поднял глаза от бумаги принц, – наши ожидания во многом не оправдались. Орков оказалось значительно больше, чем даже в наших худших представлениях.

Маршал тяжело кивнул:

– Зато отряд нашел очень хорошее место для крепости, как я понял из письма. Если все так, как описывает капитан, эту крепость орки не возьмут никогда, как только в ней появится настоящий гарнизон.

– Но там нет гарнизона! Там десять сотен новобранцев против тысяч орков. Один маг без башни против всех шаманов запада. И даже если они выстоят, то к осени у них начнутся проблемы с провизией. А весной орки опять будут под стенами новой девятой крепости, и даже если мы пошлем туда людей, как только стает снег, мы все равно будем на месте значительно позже.

– Но если мы пошлем туда армию сейчас, – маршал задумчиво теребил подбородок, то ослабим западную границу. А в Рамангаре даже башня мага пустует.

– Нам придется это сделать. Если все орки собираются этим летом вокруг девятой крепости, то нам не стоит ожидать их атак на остальные восемь крепостей. Пришло время повышать ставки в игре, иначе скоро настанет время, когда нам не на что будет ставить. Завтра выдвинете к Азгар пять тысяч пехотинцев. За две недели они дойдут. Крепости с третьей по пятую должны собрать еще пять сотен воинов. От четвертой крепости до отряда Тригора три недели пути, теперь, когда мы знаем дорогу. От Азгар они пойдут пешком, налегке, пусть возьмут с собой только тягловых лошадей с провизией. Ранней осенью они будут на месте. И пошлите с ними мага четвертой крепости.

– Могу я лично возглавить эти силы, принц?

– Нет, эрл, вы не можете. Но вы можете послать своего сына, если он достаточно опытен для такого похода. И поторопите его, время не ждет.

* * *

Подмастерье подбежал к Т"Асмерину и о чем-то его спросил. Маг покачал головой и указал на Виктора. Подмастерье подошел к нему и повторил вопрос. Вопрос, который так ошарашил Виктора, что он не сразу вник в его смысл.

– Прости, ты не мог бы повторить?

– Конечно, уважаемый маг. Мой мастер, каменщик Лорен, спрашивает, где закладывать вашу башню?

Воцарилось молчание, Виктору просто нечего было сказать, настолько он ошеломлен. Подмастерье переминался с ноги на ногу, не решаясь прервать «размышления» мага. Но, так и не дождавшись ответа, он решил рискнуть:

– Высокочтимый? Вы сможете показать нам место для вашей башни?

Виктор встряхнул головой и повернулся к магу Рамангара:

– Старший, но я не могу иметь башню, я еще ученик, да и нет у меня достаточно сил, чтобы защищать целую крепость.

– А у меня уже есть башня. Как бы то ни было, я не вижу здесь других магов, кроме нас двоих. Немножко рановато для тебя, я знаю, но придется тебе заселить башню девятой крепости.

В тот день место для башни так и осталось невыбранным. Молодой маг попросил время на раздумья.

* * *

– Что, можно поинтересоваться, вы делаете? – Урцил, наконец, добрался до скал на востоке, где возводили одно из небольших укреплений на наиболее пологом участке.

– Стену, мастер, пять локтей вышиной, как заказывали, – один из каменщиков удивленно посмотрел на архитектора.

– Я понимаю, что стену, но что вот это такое?

– Как, мастер архитектор, это желоб для стока воды со стены.

– Мастер, я понимаю, что это водосток. Я хочу вас спросить, почему он выведен наружу? Вы хотите поливать деревья за скалой, чтобы они хорошо росли и лучше прикрывали атакующих? Переделайте – все водостоки должны отводить воду в сторону долины, – ни капли лишней воды не будет у наружных стен крепости.

* * *

Заслон, с которым воины успели сродниться, пылал. Бревна, защитившие их жизни и давшие им, окруженным врагом, возможность выжить, трещали, поднимая в ночное небо тысячи искр. Искры поднимались высоко и перемешивались со звездами, сверкающими в небе.

Взводы стояли на стене, которая возвышалась над землей на три полных роста. А если считать еще и ров, вырытый перед крепостью, то и на большую высоту. Каждый воин по-своему прощался с горящими бревнами. С иллюзорной линией обороны, защищая которую, погибло так много их друзей. Этот огонь можно было сравнить с погребальным. Только в нем сгорали не мертвые. В этом огне сгорали воспоминания о тяжелых днях и битвах, которые им довелось пережить.

– Они атакуют на рассвете, – капитан стоял в ряду воинов рядом с Ремом, – теперь они увидят, как ошибочно было промедление и к чему может привести дальнейшая нерешительность. Они ударят на рассвете, бросив на стену все, что смогут.

– Почему они просто не уйдут? – глядя на огонь, Рем становился задумчив, – почему они так ненавидят нас, что заставляет их нападать снова и снова? Неужели они так мечтают истребить людей?

– Они защищаются, – капитан, также как и Рем, не отрываясь, смотрел на пламя, – нам кажется, что они нападают, но они всего лишь защищаются. Вся территория нашего нынешнего королевства когда-то, давным-давно, была их землей. Они отступали под натиском людей год за годом, столетие за столетием. Сейчас мы снова угрожаем им, отбирая их земли. Они будут сражаться за них, или умрут. Ведь им некуда отступать. Никто не примет в клан орка без охотничьих угодий.

– Вы действительно так думаете, капитан? – Рем удивленно посмотрел на Тригора. Подобное взгляд на войну он встретил впервые.

– Неважно, как я действительно думаю. Я показываю тебе, каково их отношение к действительности. Мы можем считать их кровожадными, но мы не знаем, каким бы было их существование без людей. Мы считаем их злобными и трусливыми, но они отдают свои жизни в битвах охотней и храбрее, чем многие представители нашего рода. Я лишь хочу показать тебе, что не надо недооценивать своего врага. И не надо его презирать. Хотя бы потому, что это самый быстрый путь к лодочнику. Враг заслуживает твоего уважения, ведь он имеет мужество сражаться.

Капитан наклонил голову, как будто решая, стоит ли ему продолжать. Но Рем все же услышал от него еще несколько фраз, до того, как капитан замолчал окончательно:

Много ли ты знаешь людей, готовых без раздумий сражаться за свою землю? Я не беру в расчет воинов в этой долине. Простых крестьян, купцов, баронов? Много ли ты найдешь среди них тех, кто возьмется за оружие и пойдет защищать свое поле или свой лес? Так вот – каждый орк такой. Каждый орк – воин, готовый умереть в любой день.

– Я хочу, чтобы ты понял, Рем. Это не битва добра и зла, как представляется молодым отпрыскам богатых баронов в центральных провинциях. Это война двух рас, которые не смогли ужиться между собой. Этим она и страшна. Даже добро и зло могут заключать временные перемирия. Две расы, ненавистные друг другу – никогда. Наша битва будет идти столетия, пока не умрет последний представитель одной из рас. Но это не мешает воинам уважать своего врага. Это наш кодекс чести, то немногое, что останется у тебя в душе после стольких смертей.

* * *

Орки атаковали.

Первая волна в тысячу орков была просто послана на смерть. У них не было никаких шансов даже подняться на стену, им дали только те лестницы, которые были предназначены для преодоления заслона, слишком короткие, чтобы подняться на каменную стену. Слитные залпы лучников заставили треть из них остановиться, так и не добежав до рва.

Но первая волна сделала то, для чего была предназначена. Хрупкая защита из кольев, вбитых перед рвом, была снесена, а перед воротами ров почти завален ветками и бревнами, вперемежку с трупами орков. Под спасительное прикрытие леса вернулись немногие, не более двух сотен. Можно было праздновать очередную победу, если не знать, как много еще орков окружают крепость.

– Капитан, орки нападают везде, где можно, – вестовой поднялся на центральную башню. Называть это место башней было еще рановато, но капитан выбрал именно ее в качестве наблюдательного пункта. По крайней мере, стены башни были на несколько локтей выше остальных.

– Где?

– В трех местах атаковали сразу по несколько сотен. В одном орки прорвались, мы едва сумели сбросить их обратно. Пятеро убиты. Сержант Ворг просит прислать подкрепление. Иначе в следующий раз они сумеют закрепиться.

– Хорошо, я сниму один взвод со стен и переброшу на скалы. Пусть ждут.

Капитан обернулся к стоявшему рядом Рему:

– Они растягивают нашу оборону. Одно дело – защищать только эти двести шагов стены, совсем другое – оборонять долину со всех сторон. У нас просто может не хватить людей.

– Пока это только два взвода, которые легко отобьют любые попытки взобраться на скалы, заметил Рем.

– Да, если забыть, что у нас их всего двадцать. Каждый человек, снятый со стен, увеличивает их шансы при следующей атаке… Что они творят?

– Кто? – Рем недоуменно проследил направление взгляда капитана и увидел каменщиков, отпихивающих в стороны солдат, стоящих на фланге стены. Не прошло и четверти часа после первой атаки, но каменщики уже вновь решили взяться за строительство. На веревках спешно поднимали новые блоки, а мастера обмазывали раствором предыдущий уровень. Смесь извести и глины, со специальными добавками, являвшимися величайшим секретом гильдии каменщиков, расходовалась каменщиками нещадно, так, что даже не успевшие отойти солдаты оказались заляпанными.

– Думаю, капитан, что они делают свою работу. – Рем обернулся и увидел аналогичную картину на другом фланге.

– Но вторая волна орков пойдет в любую минуту!

– Орки будут нападать непрерывно, так что мастерам придется использовать любой момент, чтобы положить на стену лишний камень. Каждый из таких камней может спасти жизнь кому-нибудь из солдат.

– Раствор все равно будет отвердевать не меньше суток, Рем. Любой точно выпущенный из катапульты камень выбьет эти блоки из стены.

Рем кивнул:

– Это так, капитан. Но есть несколько но. Первое, мы не видим катапульт. Им придется вывести их из леса, если даже орки вообще их построили. Вывести, установить, пристреляться. И все это будет происходить перед нашими стенами. Орки использовали лес перед стеной, чтобы он скрывал их передвижения. Но теперь это играет против них. Пока они сами не вырубят лес, чтобы установить катапульты вне досягаемости наших стрел, пройдет время. Второе но – даже если выстрел из катапульты будет удачным, то он сможет вышибить один – два камня с вершины стены. Посмотрите, мастера успеют уложить их несколько десятков, даже если орки пойдут в атаку через четверть часа.