Текст книги "Социальный контроль масс"

Автор книги: Эдуард Макаревич

Соавторы: Олег Карпухин,Валерий Луков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

7.2. Функции общественных связей

Выделяют четыре основные функции общественных связей: обеспечение социальных действий, обеспечение политической и экономической конкурентной борьбы, обеспечение развития личности и социальный контроль масс.

1. Обеспечение социальных действий. Ключевым вопросом современной социологии является концепция социального действия. Любое социальное действие включает в себя: действующее лицо, потребность в активизации поведения, цель действия, метод действия, другое действующее лицо, на которое направлено действие, результат действия.

Причем этот алгоритм действий осуществляется как на межличностном уровне, так и на уровне властных и социальных структур, в политической и экономической жизни общества. Производная от социальных действий – социальная зависимость – социальное отношение, при котором некая социальная система не может совершить необходимые для нее социальные действия, если другая социальная система не совершит своих действий. При этом вторая система будет доминирующей, а первая – зависимой. Кроме того, обе системы могут быть взаимозависимыми.

В последнее время утвердился взгляд на отношения зависимости как на «каналы информации». У. Баркли, следуя теории Т. Парсонса, в своей книге «Социология и современная системная теория» [33, 138] пишет, что каждая социальная система существует благодаря согласованному информационному обмену, а информационные потоки, протекающие между системами, могут быть как тормозом социальных действий, так и катализатором, усиливающим и ускоряющим действия.

По сути, общественные связи, о которых мы говорим, и есть информационный обмен, но не стихийный, а организующий информационные потоки, какую бы форму они не имели: образование, религия, пропаганда, реклама, массовая культура. Социальная зависимость, по Баркли, определяется как такой тип информационного потока, который свидетельствует о несамостоятельности действий зависимой системы. Общественные связи, их продукция в виде знаний, сообщений, мифов реализуют отношения зависимости. Ни одна социальная система в любом обществе не способна осуществить социальные действия без информационного обмена, без общественных связей, которые пронизывают всю общественную ткань.

2. Обеспечение политической и экономической конкурентной борьбы. Современное общество динамично по своей природе в силу взаимодействия и противоречивости интересов разных социальных групп и классов, властной элиты и общества, различных групп внутри власти, интересов финансовых и промышленных монополий. Противоречия разного уровня выражают конфликт. Современная политология говорит о конфликте между элитой и остальной частью общества, которая считает, что элита не выражает ее интересы в достаточной мере. Реальны конфликты между фракциями политической элиты, а также между различными группами и классами общества, не принадлежащими к политической элите и использующими свои организации. Конфликты могут быть и между финансово-промышленными группами как центрами силы в обществе. Известны конфликты этнические, геополитические, международные. Конфликт – это состояние идеологической, политической, социальной или экономической борьбы. Ключевую роль в обеспечении этой борьбы играют общественные связи. Посредством обмена информацией, влияния на общественное сознание и настроение, использования различных методов воздействия на политические и экономические силы общественные связи способствуют разрешению, преобразованию конфликта.

3. Обеспечение развития личности. Общественные связи играют важнейшую роль в формировании личности в той ее части, которая связана с влиянием культуры. Исходя из теории модальной личности, под которой американский социолог К. Дьюбойс понимает наиболее часто встречающийся тип личности, обладающий особенностями, свойственными культуре данного общества, можно считать, что посредством общественных связей общество прививает своим членам те общекультурные ценности, которые составляют суть модальной личности. Каждое общество развивает один или несколько базисных личностных типов, соответствующих культуре этого общества. Общественные связи не заменяют межличностное влияние, семью, окружение личности – они посредством образования, религии, пропаганды, рекламы, массовой культуры доводят до личности социокультурные и базисные личностные образцы.

4. Социальный контроль масс, влияние на человека. Общественные связи, как процесс обмена информацией и стоящими за ней ценностями, как производительная сила коммуникаций, становятся движущей силой общественного прогресса. Они необходимы для жизнедеятельности общества, с их помощью осуществляется социальный контроль масс. Последний – весьма значительная часть культуры влияния на человека, составными частями которой являются образование, воспитание, убеждение с помощью информации. Именно от культуры влияния на человека, развитости системы общественных связей зависит эффективность социального контроля в обществе.

Система общественных связей, обеспечивая усвоение индивидом культуры, необходимого социокультурного опыта, важного для жизни в данном обществе, оказывает определяющее влияние на формирование личности. Этот процесс – существенная часть социального контроля. Начинаясь с семьи, с ее традиций и ритуалов, он затем распространяется на институты культуры, религии, систему образования, средства массовой информации. Активную роль здесь играют глубина и многообразие отношений личности с обществом, производством, те цели, которые она ставит себе и пытается достичь в реальных условиях данного общества. Показатели социального богатства личности – масштабность и глубина ее деятельности, разносторонность, содержательность социального общения – всецело зависят от влияния разнообразных форм общественных связей, составляющих суть культуры влияния на человека. Воздействие на сознание и настроение членов общества происходит благодаря тому, что вырабатывается сумма знаний, представлений, имиджей, которые внушаются людям и вызывают определенные мысли, чувства, поступки. Общественные связи активно участвуют и в регулировании отношений между статусом индивида и ситуацией, в которой он оказался.

7.3. Формы общественных связей7.3.1. Образование

Образование, как часть культуры влияния на человека, является одной из форм общественных связей и коммуникационных систем. Именно система образования в первую очередь формирует сознание людей, благодаря ей они овладевают знаниями, научными теориями, постигают художественные ценности, познают опыт, накопленный обществом, поколениями людей. По сути, начальная, средняя, высшая школа обеспечивает связь молодого человека с духовной жизнью общества на разных ее уровнях.

Структура и содержание гуманитарного образования во многом зависят от социально-политического строя, от политики государства. В обществе на переломных этапах всегда шла борьба за содержание образования, его идейную направленность, за методику образования, так как функционирование образовательной системы затрагивает судьбу поколения, будущее общества. Американский социолог Н. Смелзер особо подчеркивает, что воспитание молодых людей в духе признания культурных ценностей и идеалов, сложившихся в обществе, помогает поддерживать существующий социальный порядок [26,428].

Человек, овладевший даже начальной грамотой, делает значительный шаг в своем развитии, он уже способен «общаться» с газетой, книгой. Грамотность – это первооснова культуры. В 30-е годы XIX в. организаторов образования в США заботила проблема повышения грамотности будущих избирателей, их способность принять разумное решение при голосовании. Аналогичные проблемы существовали в тот исторический период во многих странах. Массовое образование оказалось тесно связано с участием масс в политической жизни. Образование в данном случае – это процесс социализации личности. Но кроме того, оно выполняет экономические, социальные и идеологические функции. Высшее образование непосредственно ориентировано на подготовку кадров для разных сфер жизнедеятельности общества. При этом в определенных социальных условиях образование способствует либо поддержанию социальной мобильности, динамике классов и социальных слоев, либо «консервирует» социальную структуру.

Образование в гуманитарной, общественно-политической сфере вырабатывает, а чаще всего транслирует мифы – версии тех или иных исторических событий, или мифы – трактовки художественных произведений. Эти мифы восходят к учебникам, разного рода литературе, к воззрениям учителей и преподавателей. Порой они заложены в учебных программах. Американский профессор Г. Шиллер отмечает в связи с этим:

«Вся культурно-образовательная система поощряет и осуществляет распыление, специализацию и микроскопическое разделение. Университетские справочники служат свидетельством произвольного и насильственного разделения курсов по общественным дисциплинам. Каждая из дисциплин отстаивает свою «беспримесность», и наибольшей популярностью пользуются модели, исключающие междисциплинарную взаимосвязь» [31,44].

А это путь к фрагментарному видению мира, мифологический путь. И начинается он с организации образования.

В либерально-демократическом обществе реально существует ситуация, когда различные группы ведут борьбу за ценности, а по сути, за мифы, которые следует усваивать подрастающему поколению в школе. В Соединенных Штатах в 1960-е годы группы родителей выступили против использования в школе учебного материала, в котором отражались расистские, антиамериканские, антисемитские и антихристианские настроения. В результате большинство учебников было составлено заново, с тем чтобы исключить устаревшие стереотипы. Но одновременно были изъяты из обращения отдельные книги или сокращены возможности их использования. Тогда из многих библиотек страны изъяли такие произведения, как «Приключения Гекльбери Финна» Марка Твена (так как одного из героев называли «черномазый Джим»), «365 дней» (о вьетнамской войне).

По замечанию П. Валери, история представляет собой самый опасный продукт, подготовленный химией человеческого мозга, она заставляет народы мечтать или страдать, делает их больными манией величия, тщеславными, невыносимыми, порождает у них чувство горечи; во всяком случае, ненависть и страсти народов в первой половине XX в. гораздо сильнее возбуждались фальсифицированной историей, чем всеми расовыми идеологиями. Автор солидной трехтомной монографии «Гитлер. Биография» И. Фест заметил, что немецкий национал-социализм не знал, в отличие от итальянского или французского фашизма, того феномена «искушения историей», который относится к основным чертам фашистского мышления вообще: он не имел идеальной эпохи, которая мобилизовала бы его тщеславие и героический порыв к подражанию; он знал критическое отрицание истории, т. е. попытку стимулировать нынешнее тщеславие карикатурной картиной бывшей слабости и раздробленности. Гитлер, безусловно, извлекал из отрицания прошлого такой же заряд динамизма, как Муссолини из заклинания славой Римской империи. Чтобы убедиться в этом, достаточно вспомнить отношение к Версальскому договору. Геббельс дал указание своим пропагандистам представлять период с 1918 по 1933 г. как «преступный» [28,76–77].

А в послегитлеровской, демократической Германии история страны периода правления Гитлера (1933–1945) в школах не преподавалась вплоть до начала 1970-х годов. Считалось, что события времен гитлеровского правления и Второй мировой войны еще слишком близки и остры, чтобы о них можно было выработать взвешенное суждение. Но тем не менее школьников воспитывали в духе неприятия милитаризма, нацизма, тоталитаризма. Ныне преподавание истории в немецких школах ориентировано на выработку исторического сознания. По мнению немецкого исследователя К. Яйсмана, это означает научить молодого человека схватывать взаимосвязь между истолкованием прошлого, понимаем настоящего и перспективным взглядом на будущее [38, 725, 728]. В современной немецкой школе сложились следующие принципы преподавания истории:

♦ немецкая история подается в переплетении регионального, национального и европейского контекстов;

♦ отбор фактов ориентирован на современность, причинно-следственная связь с сегодняшним днем может быть либо непосредственной, либо опосредованной;

♦ политические, экономические, социальные, культурные и повседневно-бытовые аспекты истории излагаются в их взаимовлиянии и многослойности;

♦ отдельные события и процессы освещаются на основе различных источников и мировоззрений, предлагаемые исторические интерпретации вступают в отношения конкуренции [9,214].

В определенной мере эти принципы находятся в некотором противоречии с задачей выработки у школьников исторического сознания, провозглашенного теоретиками образования. Если отбор фактов ориентирован только на современность, если события и процессы освещаются на основе различных мировоззрений и источников, а исторические объяснения конкурируют друг с другом, то цельное видение мира, диалектическое понимание общественных процессов и их движущих сил заменяются мифологическим.

Есть базовые принципы, благодаря которым история призвана не только дать ученику представление об основных фактах, но и научить систематизировать и осмысливать их. Люди прошлого жили и действовали в иных, совершенно не сходных с сегодняшними условиях, их ценности отличаются от современных. Их поступки можно оценивать только после изучения духовного, культурного, политико-экономического фона рассматриваемой эпохи. Попытки же оценить поведение и отношения людей прошлого с современной точки зрения приводят к историческим подтасовкам или представляют прошлое как игру неразумных персонажей. В результате история чрезмерно упрощается.

В большинстве российских учебников истории, изданных в начале XXI в., сочетаются элементы формационного и цивилизационного подходов. Преобладает так называемая модернизационная концепция истории, в том числе истории России XX в. Ее ключевые понятия – «традиционное общество», «индустриальное общество», «модернизация», «индустриализация», «гражданское общество». Переломный характер XX столетия в истории России обусловил приоритетное внимание в школьных программах к политической истории. В этом отношении новые учебники продолжают сложившуюся ранее традицию. Политическая история занимает от 40 до 50 % всего объема учебников. На экономические сюжеты отводится около 20 %, причем целенаправленно выделены темы индустриализации и экономической модернизации. Материал по истории международных отношений и внешней политики Советского Союза и России составляет также около 20 % общего объема. Социальная история в широком понимании, история человека, история материальной и духовной культуры хотя и представлены несколько полнее, чем в учебниках предшествующих десятилетий, составляют лишь 5–8 % от общего объема учебника.

Некоторые исследователи считают, что само образование можно рассматривать с точки зрения теории функционализма. Главный ее принцип в том, что каждый элемент взаимодействия, выполняя свои функции, в то же время существует в рамках целостной структуры. В этом аспекте образование выступает как часть системы влияния на человека, часть процесса «мировоззренческой обработки» молодежи. Поэтому образование становится инструментом воспитания.

Власть прежде всего интересуют идеологический и профессиональный аспекты образования. Она заинтересована в том, чтобы в школах, колледжах, вузах молодым людям прививались определенные ценности. В развитых либерально-демократических обществах – это ценности демократии, либеральной экономики. В соответствии с этим строятся учебные программы, создаются учебники, готовятся преподаватели.

Образование и воспитание обладают «отложенным эффектом». Их результаты проявляются не сразу, а по прошествии времени. Все звенья образовательной системы ориентированы на будущее: они формируют личность, передавая ей ценности культуры, прививая навыки жизни в обществе. Особое значение имеют верно выбранные приоритеты в образовании, особенно школьном. Выпускники школы должны быть не просто информированными исполнителями, а мыслящими людьми, способными самостоятельно постигать духовные ценности, богатства культуры.

Современный институт образования, как форма общественных связей, вступает в непримиримую борьбу за человека с такими формами все тех же общественных связей, как массовая культура, реклама и пропаганда. Правда, образование получило неожиданную поддержку в борьбе за нравственность со стороны религии. Эти две формы общественных связей оказались союзниками в противостоянии другим трем составляющим этих связей. По крайней мере, как показали исследования «Религия в современном обществе» ИКСИ РАН, абсолютное большинство респондентов всех вероисповеданий выступает за толерантность в отношениях между различными религиями и народами. Верующие высказываются за сохранение равноправия народов России как исторически сложившегося условия существования государства. Религиозные организации, будучи авторитетными для своих последователей, подвигают верующих к взвешенным, доброжелательным действиям, способствуют преодолению конфликтных ситуаций и созданию культуры демократического, гражданского общества, основанного на терпимости. Это происходит вопреки стремлению определенных сил использовать религию в экстремистских целях [21].

Этот союз образования и религии в условиях переходного российского общества имеет определенные возможности способствовать такому развитию личности, чтобы ее «отложенными эффектами» стали не агрессия, цинизм и ненависть, а созидательная жизнь, доброе отношение к людям, честность, порядочность и справедливость.

7.3.2. Пропаганда

Пропаганда (от лат. propagare – распространять) – самое сильное, отточенное веками влияния на человека оружие. Западный историк О. Томпсон считает, что пропаганда всегда сопутствовала жизни человечества: определенная техника убеждения масс во все исторические эпохи применялась властями, церковью, оппозицией как в политической, так и в религиозной сфере [49, 3].

В 1920—1930-е годы заметной активностью в исследовании пропаганды отличались немецкие ученые. Они сформулировали некоторые законы публицистики, выявили особенности влияния пропаганды на человека, взяв на вооружение некоторые идеи Гитлера из его книги «Майн кампф». Этими разработками пользовался Геббельс в своей пропагандистской деятельности.

Впоследствии в изучении теории и практики пропаганды значительно преуспели исследовательские центры в США. После Второй мировой войны там произошел настоящий бум в научных областях, имеющих отношение к пропаганде. Это в определенной мере свидетельствовало об экспансионистской политике властной элиты США как внутри страны, так и в мире, о совершенствовании деятельности в сфере социального контроля масс. Один из классиков теории пропаганды профессор Чикагского университета Г. Ласуэл выразил эту тенденцию достаточно внятно:

«Пропаганда – это инструмент тотальной политики вместе с дипломатией, экономическими мероприятиями и вооруженными силами. Политическая пропаганда – это использование средств массовых коммуникаций в интересах власти» [40,218].

Именно в США сложилась наиболее авторитетная и массовая школа пропаганды. Ее представляли такие исследователи и специалисты, как У. Липман, Т. Парсонс, Г. Ласуэл, П. Лайнбарджер, М. Чу-кас, О. Томпсон, Дж. Мартин, Дж. Клэппер и др.

Что же такое пропаганда? В литературе сложился целый ряд определений, на основании которых можно выявить самое характерное, свойственное этому понятию.

Й. Геббельс, министр пропаганды в гитлеровской Германии, считал, что пропаганда – это инструмент политики, средство социального контроля, ее функция – привлечь сторонников и держать их в подчинении.

Американские социологи Р. Хольт и Р. де Вельде указывают, что во всех определениях пропаганды подчеркивается, что она представляет собой попытку влиять на поведение, воздействуя с помощью средств массовой коммуникации на характер постижения массовой аудиторией смысла и значения окружающего мира [37, 87]. Но постижение смысла окружающего мира людьми – это и задача образования. Однако образование, в отличие от пропаганды, распространяет результаты познания, т. е. такие представления, которые не носят противоречивого характера, одинаково оцениваются различными группами людей. Сферой пропаганды являются представления, в том числе социального содержания, которые вызывают разное отношение у тех или иных слоев населения. В этом русле рассматривает пропаганду известный американский социолог Г. Ласуэл. Он характеризует ее как попытку повлиять на установку большого числа людей по противоречивым вопросам, подчеркивая, что нейтральное распространение взглядов не является пропагандой [40, 218].

Но есть иные точки зрения, сторонники которых более широко толкуют понятие пропаганды. О. Томпсон, оппонируя Г. Ласуэлу, пишет:

«К пропаганде относятся любые средства внедрения и передачи образов, идей или информации, которые влияют на человеческое поведение, взятое с его активной или пассивной стороны. Сюда входят почти все аспекты искусства и коммуникации» [50, 7].

По мнению американского социолога Т. Парсонса, задача пропаганды состоит в том, чтобы влиять на отношения, а отсюда – на действия людей с помощью лингвистических стимулов, слова – письменно или устно [45, 142, 171–172]. Он рассматривает пропаганду как средство социального контроля, с одной стороны, и как техническое средство, способное изменить ситуацию, – с другой. Т. Парсонс делит пропаганду на усиливающую, революционную и разрушительную. Усиливающая пропаганда закрепляет установки людей в отношении определенных ценностей, социальных систем, оценок. Это делается в русле социального контроля. Революционная пропаганда нацелена на то, чтобы заставить людей принять новые ценности и идеи, находящиеся в конфликте с существующими. Разрушительная пропаганда направлена на разрушение общепринятой системы ценностей – это уже манипулирование общественным сознанием, психологическая война.

Известный американский социолог М. Чукас в книге «Пропаганда становится зрелой» рассматривает пропаганду как часть социального процесса, часть социализации личности. Он указывает на то, что на протяжении всей истории различные общества разрабатывали средства формирования сознания отдельного человека и контроля за его поведением с момента рождения до смерти [34, 41 ].

Конечно, социализация человека сопровождается установлением контроля за его сознанием. И это сфера пропагандистских усилий. Но приобщение индивида к культуре, знаниям, духовным, моральным ценностям и нормам неправомерно сводить только к пропаганде. Процесс социализации шире пропаганды. Он включает и отношения с общественностью, и процесс образования и воспитания, и воздействие семьи, религии, разных социальных групп, трудовых коллективов. Таким образом, процесс социализации – это одновременно и направленный и стихийный процесс. Рассматривая его как сферу «обработки людей людьми», которая тоже шире пропаганды, следует выделить идеологический аспект социализации, т. е. формирование мировоззрения, ценностей личности, ее отношения к обществу, общественно-политическим ценностям, власти. И вот здесь определяющую роль играет пропаганда.

Необходимость пропаганды в современном обществе обосновывают западногерманские социологи К. Козик и К. Пруйс. Пропаганда, по их мнению, рождается там, где циркулируют потоки информации, и она необходимая часть общества, так как дает «образцы мышления», мнений, без которых невозможен контроль за сознанием, выработка определенного мировоззрения [39,291–292].

Следует подчеркнуть, что во всех приведенных определениях и понятиях пропаганды присутствуют такие явления, как социальное взаимодействие, коммуникативный акт, распространение информации, которые в целом можно рассматривать как коммуникативную социальную деятельность.

Таким образом, пропаганда– это социальная деятельность в сфере «обработки людей людьми», направленная на распространение социально-политических, философских, научно-технических знаний, сообщений, мифов, моральных и художественных ценностей с целью формирования определенного мировоззрения и установок личности, а также целенаправленное воздействие на личность, на людей, с тем чтобы повлиять на их отношение к обществу и власти, на их оценки и поведение. В узком значении пропаганда – это деятельность, направленная на распространение в массах идеологии и политики государства и определенных политических сил.

Пропаганда как деятельность в сфере «обработки людей людьми» может рассматриваться в следующих ф о р м а х, определяющих ее типы:

♦ пропаганда как социализация. Здесь пропагандистская деятельность направлена на приобщение человека к ценностям материальной, духовной культуры, культуры бытия. Она осуществляется системой образования, средствами массовой информации, различными организациями и общественными структурами;

♦ пропаганда как распространение идеологии и политики. Это сфера деятельности прежде всего средств массовой информации, организаций и структур государства и политических партий;

♦ пропаганда как образ жизни, социальное окружение. В этом случае в качестве средства пропагандистского воздействия выступает сама действительность, жизненная реальность, влияющая на человека не словом, а предметом, ситуацией, практикой. Этот тип пропаганды обосновал французский исследователь Ж. Эллюль. Он ввел понятие «социологическая пропаганда», охватывающее пропаганду образом жизни и предметным окружением человека (материальная среда, предметы потребления, социальные символы, реклама);

♦ пропаганда как коммуникация и информирование направлена на обеспечение общения людей в экономической, политической, материально-бытовой, культурной сферах. Такая пропаганда обеспечивает население разносторонней информацией, необходимой в социальной практике людей. Подобная пропаганда осуществляется средствами массовой информации и рекламой.

Пропагандистские мифы. Продукт пропаганды – пропагандистские, т. е. публицистические, информационные мифы. Они создаются прежде всего средствами массовой информации. Среди менеджеров и редакторов СМИ до сих пор идет полемика о том, считать информацию пропагандой или нет.

Обратимся к тем понятиям пропаганды, которые выведены из понимания природы информации. Л. – Дж. Мартин рассматривает пропаганду как акт убеждения с помощью информации [41,62]. Л. Виндлхэм считает, что политическая информация – это продуманная передача отправителем потребителю политических новостей с намерением повлиять на поведение потребителя информации таким образом, чтобы тот не мог поступить иначе [50, 17]. Но, пожалуй, самое точное понимание взаимодействия информации и пропаганды мы находим у Э. Ниринг и С. Ниринг: пропаганда – это прежде всего метод преподнесения информации, а ее качество всецело зависит от того, кто эту пропаганду ведет [18, 105]. Именно метод преподнесения информации, без чего она не существует, «превращает» информацию в пропаганду. П р о ц е с с «п р е в р а-щ е н и я» и н ф о р м а ц и и в п р о п а га н д у в прессе и на телевидении складывается из нескольких составляющих.

1. Отбор информации, актуальность и новизна. Выбор информационных тем уже сам по себе – акт влияния на аудиторию. Британский философ и социолог К. Поппер писал:

«Не существует информации, не несущей в себе какой-либо тенденции. Это видно уже по отбору материала, который кладется в основу предлагаемой людям информации. Причем уже заранее устанавливается, как осветить те или иные факты, решается, насколько они интересны и значимы. Одно это показывает, что нет «нетенденциозной» информации. Так, например, любой профессионал-телевизионщик может спрашивать интервьюируемого «в лоб» или «по касательной»: разница здесь очень велика!.. Все результат определенного выбора. Утверждения, будто существует информация в чистом виде, ложны… И потому различия между «воспитывать» и «информировать» нет и быть не может, даже если вы говорите: «Мы объективны, мы показываем только факты, такие, какие они есть, а не такие, какие вы должны увидеть: просто факты, и все». Это ложь… Если вы серьезные «информаторы», вы и воспитатели» [5].

2. Разработка драматургии сюжета, которая включает в себя интригующее начало, «завязку» драмы, основное противоречие и акценты, заключение. Все это несет смысловую нагрузку, влияющую на восприятие. На телевидении в силу его технологических особенностей зрительный ряд, как ведущая информационная составляющая, тоже становится мифом. Немецкие социологи опросили телеоператоров на предмет выяснения, какие средства визуального наблюдения используются ими для достижения определенного эффекта, как они оценивают возможности воздействия съемочной техники на создание впечатления? 78 % операторов считали «вполне возможным» и 22 % «возможным», что «чисто оптическими средствами они могут добиться особо положительного или особо отрицательного впечатления о том или ином человеке» [19,232–233].

3. Информационная насыщенность сюжета. Объем материала, многообразие источников, предыстория, исторические параллели, подробности, биографии героев – все это в совокупности выделяет сюжет или тему, превращая ее в ударную в телепрограмме или в номере газеты, а значит, наиболее эффективную по влиянию на аудиторию.

4. Порядок подачи информации. Это важный шаг в создании пропагандистских мифов. Они начинаются с компановки, подачи материалов на газетной полосе или в телевизионных информационных выпусках и продолжаются в журналистских, авторских и иных выступлениях. Причем эта подача на полосе газеты или в телепрограммах может быть целенаправленной, акцентирующей или хаотичной, бессистемной, сознательно направленной на то, чтобы «утопить» действительно важное событие. Л. – Дж. Мартин замечает, что с успехом работающий пропагандист сочетает благоприятную и неблагоприятную информацию, принижая последнюю и изображая ее не имеющей значения и в то же время раздувая первую [42, 18]. Американский исследователь Г. Шиллер обращает внимание на другой метод подачи информации – фрагментацию, которая делает для индивида безнадежным поиск смысла:

«Возьмем, например, принцип составления обычной телевизионной или радиопрограммы или компоновки первой страницы крупной ежедневной газеты. Общим для всех является полная разнородность подаваемого материала и абсолютное отрицание взаимосвязи освещаемых социальных явлений» [31, 44].

5. Интонация ведущего или журналиста. Личность ведущего и журналиста, их стиль, интонация формируют отношение к информационному сообщению, определяют его качество.