Текст книги "Кодекс Защитника (СИ)"
Автор книги: Эдуард Семенов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 4
Коктейль Молотова
…В то утро, много-много лет назад, когда все началось, он тоже заставил себя встать и выйти на утреннюю пробежку. Правда, тогда на нем были размятые кроссовки из «Спортмастера», а не солдатские грубые полусапоги, как сейчас. И одет он был в приличный спортивный костюм известной фирмы, а не брутальные кожаные плащ и штаны.
Но бежать ему в то утро было гораздо тяжелее…
В голове после выпитого накануне пива изрядно шумело. Виски так и сдавливало. Голова разрывалась от грустных и, как тогда казалось, очень важных мыслей. Где взять денег на то, чтобы вернуть кредит? Куда поехать отдыхать летом? Кого взять с собой? Блондинку или брюнетку? Ту, что потолще, или постройнее? И наконец, что это за херня не давала ему спать всю ночь…
И не то, чтобы он никогда так не делал. Каждое утро, независимо от того, как он проводил предыдущий вечер, Данила начинал с легкой разминки на велотренажере. Это был заведенный порядок, которому он следовал уже более пяти лет с того момента, как его назначили старшим маркетологом и дали солидную зарплату, позволявшую откладывать средства на различные модные девайсы. А вот выбежать в то утро на улицу его заставил необычный звук за воротами его загородного дома. Дом этот был добротным, двухэтажным и являлся предметом его гордости. Он располагался на краю коттеджного поселка и достался ему от родителей. К дому прилегал небольшой участок в двенадцать соток и уютный сад. Рядом с домом проходила шоссейная дорога, ведущая в город. По правую и левую руку от его участка жили такие же, как он, респектабельные соседи, а вот дом за спиной долгое время пустовал. И вот, судя по странным звукам, наконец, у него появились хозяева.
«Дынц-дынц-упс… Дынц-дынц-упс»… И так всю ночь. Даже сейчас, утром, они не прекратились и продолжали давить на мозг. Данила завернул за угол и чуть не споткнулся о человеческое тело. На пожухлой и придавленной траве, лицом к забору, лежал то ли молодой парень, то ли девка. Из-за длинных волос, закрывающих лицо, сразу было не разобрать какого он пола. Тело лежало в позе эмбриона, поджав ноги чуть ли не к подбородку. Руки были прижаты к груди, и казалось, что человек просто прилег поспать. Данила прошел мимо на цыпочках, стараясь почему-то не шуметь, и пошел вдоль забора. Забор бы высокий, из красного кирпича, с башенками по углам. В середине забора он увидел ворота и чуть приоткрытую калитку. Калитка была металлической. В центре была видна кнопка домофона.
Данила подбежал к двери и заглянул через открытый проем на территорию особняка. Почти сразу он обнаружил источник нервирующего его звука. Возле гаража стоял серебристый лексус с распахнутыми дверьми, внутри которого и была включена музыка. Заходить на территорию чужого дома без приглашения было неудобно, поэтому Данила несколько раз нажал на кнопку домофона. После пятого или шестого сигнала на пороге дома появился парень приблизительно одного возраста с Данилой, может, чуть помладше, с всклокоченными волосами, одетый в цветастый махровый халат и домашние тапочки на босу ногу.
– Доброе утро! – произнес Данила, перекрикивая звук, доносящийся из машины. Парень приложил ладонь к уху, показывая, что не слышит, и махнул рукой, приглашая войти. Данила сделал несколько шагов внутрь участка и ткнул пальцем в машину. Парень понял, подошел к лексусу, залез в салон и выключил музыку. Сразу наступила тишина. Данила даже услышал, как щебечут птицы.
– Что вы хотели? – спросил парень.
Вид у хозяина дома был довольно помятый. Он то и дело зевал, глаза были полузакрыты.
– Простите, – Данила старался быть вежливым, – но эта музыка всю ночь мешала мне спать. Да думаю, не только мне!
– А, – зевнул парень и нисколько не смутившись, добавил. – Бывает! Мы вчера гульнули немного. Обмывали новоселье.
Он потянулся и посмотрел на Данилу.
– Бухнешь?
Данила покачал головой. Он все не мог сообразить, как вести себя в такой ситуации.
– Не мешало бы извиниться! – произнес он, хмуря брови и изображая недовольство. Но видимо у него не очень это получилось, поскольку парень снова махнул рукой, будто не слышал.
– Да, брось ты. С кем не бывает! Сам что ли никогда не отрывался?
Он протянул руку.
– Давай знакомиться. Меня зовут Вадим. Я твой новый сосед!
– Данила, – ответил Данила на рукопожатие и добавил. – Все ж впредь постарайтесь заканчивать свои вечеринки часам к одиннадцати. Рядом живут люди, которые по утрам ходят на работу.
На слове «работа», парень снова зевнул да так, что чуть не вывернул челюсть. Придержав ее, он кое-как справился с зевотой и снова махнул рукой.
– Забей. Все будет нормально.
Данила принял эти слова за признание вины и приготовился ретироваться.
– Вот и отлично! – добавил он и, наполовину задавая вопрос, наполовину подводя итог, произнес. – Надеюсь, больше проблем не будет?
Вадим снова сделал вид, что не услышал.
– Может, ты вмазаться, хочешь?
– Не-е-т, – заикаясь, ответил ему Данила, – Спасибо!
Когда Данила понял, что предлагает ему сосед, его прошиб пот. Предательская капля побежала по спине. Отшатнувшись, он показал на ворота – у вас там кто-то лежит. По всей видимости, без сознания. Не мешало бы вызвать «скорую помощь».
– Где – там? – не понял хозяин.
– За забором, возле ворот.
– А-а-а… – протянул неопределенно Вадим и снова молча уставился на Данилу осоловевшими глазами. При этом взгляд Вадима чем-то напомнил ему взгляд болотной жабы, пустой и холодный.
– Сделайте что-нибудь? – попросил его Данила.
– Что?
– Милицию вызовите! Неотложку! Может, человек помер.
Вадим пожал плечами.
– Мне-то, какое дело? Тебе надо, ты и вызывай.
Данила удивился.
– Но это же ведь ваш приятель.
Он продолжал стараться быть вежливым. Вадим мотнул головой и достаточно жестко ответил.
– Не думаю. Все мои приятели разъехались по домам на своих машинах, и мне дела нет, до всяких там бомжей. Если вам больше делать нечего, то сами вызывайте ментов или санитаров.
Вадим сунул руки в карманы халата, потянулся и вдруг, неожиданно сменив тон, достаточно резко добавил:
– Если вы ничего не хотите, то покиньте, пожалуйста, частную территорию. Я приму к сведению все ваши пожелания.
Данила предпочел не обратить внимания на сменившийся тон Вадима и, выходя за ворота особняка, все-таки миролюбиво бросил:
– Все же вызовите ментов сами, товарищ как-никак лежит возле ваших ворот. Вам же будет мешать.
Что ответил Вадим, он не услышал, так как тот довольно грубо захлопнул за ним дверь. Данила же решил, не обращать внимания и на этот выпад. «С кем не бывает? Его надо понять – не выспался! В конце концов, мне просто показалось, а на самом деле он был достаточно любезен!»
Успокоив таким образом свою совесть, Данила еще раз бросил взгляд на лежащее тело и посчитал, что он свой долг гражданина и соседа выполнил сполна. Инцидент исчерпан, а значит можно продолжить свою утреннюю пробежку.
* * *
Через три дня Данила почувствовал странный запах. Вернее, не он, а белокурая моделька, которую он подцепил на вечеринке в ночном клубе. Выходя из черной тойоты – еще одного предмета гордости Данилы – она недовольно сморщила носик и прощебетала:
– Фу, Дэн, чем это у тебя так пахнет?
Данила тоже поморщился, потому что он не любил, когда его так называют, но был вынужден признать, что запах действительно присутствует. Какой-то тонкий сладковато-приторный душок! Так пахла ворона, которая залетела к нему в дымоход прошлой осенью и успела до зимы превратиться в мумифицированную тушку. Данила вспомнил, сколько ему пришлось заплатить тогда трубочистам, чтобы они достали ее из трубы, и погрустнел. «Неужели опять! Черт побери, одни расходы! А ведь обещали, что больше в трубу никто не залетит!»
Но в доме запаха уже не было. Да и камин работал исправно, а значит, дымоход был чист. И, занятый своей гостьей, Данила быстро забыл о странном запахе.
Однако, утром, выезжая на работу, они снова его почувствовали. Подруга, сморщив носик, быстро нырнула в уютное нутро кабины, под защиту кондишена, а Данила решил обойти вокруг дома, чтобы посмотреть, не кинул ли кто ему в сад дохлую кошку. Беглый осмотр показал, что в саду все чисто. Правда, принюхавшись, он определил, что запах был более сильным со стороны нового соседа. «Если запах не прекратится, придется идти к нему снова. Как его там зовут? Вадим, кажется. Наверняка, у него кто-то сдох из домашней живности. Что не мудрено с их образом жизни! Но неужели он ничего не чувствует! Странно!»
* * *
В этот день Даниле пришлось задержаться на работе. Он устал и вернулся домой один. Запах был уже невыносим, но было достаточно поздно и он, посчитав, что будет не вежливым беспокоить людей, отложил визит к соседу на утро.
Утром Даниле пришлось уже зажимать нос, выходя на крыльцо. Откладывать поход к соседу, было нельзя…
Первое, что он увидел, завернув за угол, было, лежащее возле забора тело. Оно лежало все в той же позе, было сине-фиолетовым и до безобразия распухшим. Никогда еще Данила не видел так близко труп человека. Ему стало так страшно, что захотелось, развернуться и убежать, как в детстве, но в тоже время внутри поднялась не свойственная ему волна возмущения. «Три дня! Прошло уже три дня! А этот подонок так ничего и не сделал! Как он мог, оставить человека без помощи?» Подавляя рвотные позывы, он бросился к воротам Вадима и начал исступленно нажимать на кнопку домофона. Когда понял, что никто ему открывать не собирается, стал колотить в дверь руками и ногами, но очень быстро отбил себе все мягкие места. Повернувшись спиной, несколько раз лягнул ногой низ двери и наконец понял, что все это бесполезно. Дверь ему не откроют. Все время, пока Данила колотил в дверь, он очень четко слышал в динамике характерный писк, который означал, что на том конце провода кто-то снял трубку и смотрит на него через глазок видоискателя.
– Козел ты, Вадим, – не сдержавшись, крикнул в дверь Данила, брызнув слюной, – человек ведь из-за тебя умер! Почти сразу после эти слов, писк прекратился. Это означалось, что на другом конце повесили трубку и отошли от домофона.
А труп продолжал источать сладковато-приторный запах. Надо было что-то делать! Данила достал из кармана мобильный телефон и набрал номер экстренной помощи.
– Здравствуйте, – проговорил он в трубку, вдруг сообразив, что он никогда в жизни не звонил по таким телефонам и совершенно не знает, что говорить и как себя вести. – Здесь человек лежит мертвый, приезжайте скорее, пожалуйста!
Голос на другом конце сигнала был сух и официален:
– Кто звонит? Представьтесь, пожалуйста!
– Да, какая разница, – возмутился Данила. – Прохожий! Приезжайте скорее сюда…
Он назвал адрес.
– Тело уже синее.
* * *
Вечером у соседа снова забухала танцевальная музыка… «Дынц, дынц, дынц!»
Данила не спал всю ночь и пришел на работу злой и нервный. Впервые в жизни он не знал, что делать. Внутри него стал просыпаться тревожный червячок сомнений, что в случившемся виноват не только сосед, но и он сам… Ведь он тоже мог тогда позвать на помощь, но не позвал. Предпочел свалить все на соседа. Это было неприятно.
В обеденный перерыв, в кафе, он случайно услышал рассказ сотрудницы из бухгалтерского отдела. Она сидела вся в слезах и рассказывала соседкам по столу, что ее дочь, которая пропадала три дня, нашли мертвой. Врачи обнаружили в крови сильную дозу наркотиков.
Соседки сокрушенно качали головами в такт ее причитаниям:
– Что же это такое делается? Три дня лежала девочка на улице. И никто не подошел…
Когда же возле своей калитки Данила обнаружил два использованных шприца, ему стало понятно, что рядом с его домом появилась «точка».
Червячок сомнений исчез. Ему показалось, что он знает, что теперь надо делать.
Он отпросился на работе и записался на прием к участковому. Молоденький лейтенант грустно посмотрел на Данилу и со вздохом сообщил, что постарается поговорить с Вадимом, но ничего не обещает, так как территория частная, и он может там делать все, что ему заблагорассудится. А за употребление наркоты сейчас не сажают. Поставить дежурного возле его дома он не может, да и не факт, что смерть девушки и шприцы на улицы имеют какого-то отношение к его новым соседям.
– С чего вы решили, что ваш сосед – наркоторговец? – рассуждал перед ним милиционер, нервно теребя на руке дорогие часы. – Вполне возможно это случайность! Совпадения. И «вмазать» он вам предлагал просто спирту.
– Ну, а как же девушка? Шприцы?
Участковый ухмыльнулся и покачал головой.
– Девушка умерла от сердечного приступа, а шприцы могли использовать диабетики. Вот если бы у нас были реальные факты, – смотря прямо в глаза, высказал свое мнение участковый, – то вполне возможно я бы и мог что-то сделать.
– Что значит реальные факты? – переспросил Данила. – Вам что нужно, чтобы я купил у соседа наркоту и запечатлел это на камеру мобильного телефона?
– А сможете? – нисколько не смущаясь, спросил участковый.
* * *
Выходя из управления внутренних дел, Данила какое-то время еще думал в таком же ключе. Где взять камеру? Как ее закрепить на одежде? Как подойти к дому и задать вопрос? Но потом в голове снова появилось сомнение, только уже другого толка. Это же бред какой-то! Ему, законопослушному гражданину, почему-то надо делать то, что он совершенно не хочет? А органы правосудия как бы умывают руки. А что будет, если ему не продадут наркотики? Или продадут, но что-то левое? Да мало ли какие возможны варианты?
Придя домой, он залез в Интернет, чтобы полазить по форумам и почитать, что по этому поводу думает народ. Очень скоро он понял, что участковый его просто подставлял. Интернет буквально кишел душераздирающими историями о том, как наркомафия легко выставляет тех, кто восставал против нее, козлами отпущения. Скорее, вышло бы так, что после того, как он купил наркотики, к нему домой пришли бы с обыском. Потом повесили бы на него убийство девушки, обвинив его, а не соседа, в том, что он не оказал человеку помощь, оставил человека в беде, а сосед бы еще и дал показания против него. В результате его дом, дом, доставшийся ему в наследство от родителей, был бы конфискован. И неизвестно, кто стал бы его владельцем после продажи на аукционе.
Данила отказался от затеи, идею которой подкинул ему «добрый» участковый.
Однако обстановка возле его дома с каждым днем становилось все напряженнее и напряженнее. Если раньше он возвращался в дом с большой охотой и иногда даже позволял себе мысли, что как только подкопит достаточно денег, то сможет наконец жениться и завести детей, – возраст позволял – то теперь он с ужасом думал, что его дом находится почти что в окружении. Машины с тонированными стеклами уже не стесняясь, подъезжали к дому соседа в любое время суток. Музыка громыхала по ночам чуть ли не через день. Шприцы на улице стали постоянным явлением. Он уже устал их убирать. Все чаще их стали просто перекидывать ему через забор. Данила начал подумывать о продаже своего дома и участка, чтобы переехать подальше от этого беспорядка. Но где была гарантия, что на новом месте будет тихо или там тоже не появится такой же Вадим? Такой гарантии не было.
* * *
Плохой сон и нервная обстановка тут же сказались на его рабочих показателях. Ему уже дважды делали замечание о том, что его креативные идеи не срабатывали или были глубоко бледными на фоне рекламных решений их ближайших конкурентов. Директор магазина намекнул, что если так будет продолжаться и дальше, то им придется расстаться. А этого никак не входило в его долгосрочные планы! Ведь еще был не выплачен кредит за машину.
В общем, Данила не придумал ничего умнее, как еще раз поговорить с соседом и с участковым. Правда, было не совсем понятно, на что он рассчитывал.
Разговора, естественно, не получилось ни с тем, ни с другим. До участкового он просто не достучался. Тот стал в буквальном смысле скрываться от него, Вадим же напротив уже совершенно не скрывал того, что он действует под хорошим прикрытием, и ему нет дела до его жалких попыток противодействовать его бизнесу.
– Ты что из себя возомнил, – прошипел он на Данилу, когда тот, улучив момент, все же поймал его возле ворот дома, – думаешь, я здесь просто так работаю? У меня все схвачено. Неужели тебе это не понятно?
– Понятно, – хмуро ответил ему Данила.
– Я купил здесь бизнес за такие бабки, что тебе и не снилось. И вытяну с этой территории все, что только можно. Поэтому заруби себе на носу. Козел здесь ты. И совершенно зря ты ходил жаловаться на меня участковому. Можешь хоть к президенту обращаться. Все равно все будет так, как я хочу. Лучше сиди тихо и моли Бога, чтобы я всех отсюда не выселил, и ты сам не прибежал ко мне с просьбой продать мне свой дом. Понял?
Когда Данила уходил, Вадим еще долго плевал ему в спину оскорблениями и проклятиями.
* * *
Никогда еще в своей жизни Данила не испытывал такого унижения. Он шел и физически ощущал на себе брызги от его слюней. Они жгли ему спину, как будто это был горящий напалм.
Ночью ему приснился дед, который с укоризной смотрел на него и почему-то молчал. Нет, он что-то хотел сказать ему, Даниле, но не мог… Дед шевелил руками, показывал ему какие-то знаки, но ничего не говорил…
На следующее утро, проснувшись, Данила вспомнил, что в детстве дед рассказывал ему о коктейле Молотова – бутылках с зажигательной смесью, которые использовали в годы Второй мировой войны для уничтожения фашистских танков. Еще не осознавая, зачем ему это надо, он полез в интернет. Найти рецепт изготовления такого коктейля на сайтах последователей анархистов было несложно. Изготовить, в общем-то, тоже. Проверив несколько раз на пустыре принцип его действия, он подобрал нужный состав и усовершенствовал систему действия запала. К концу испытаний у него окончательно сложился план, каким образом он может применить свою «адскую смесь».
Перед тем как привести свою мысль в действие, он взял отпуск, купил путевку в санаторий и выехал из дома. Прожив несколько дней в санатории, он выбрался на улицу через балкон, незамеченным покинул территорию и вернулся домой на попутной машине. Несколько часов пролежал в лесополосе, наблюдая за соседским домом и согревая заветную бутылку в руках. Под покровом ночи подкрался к забору Вадима в тот момент, когда дискотека и торговля наркотой была в самом разгаре. Возле ворот стояло несколько машин. Чиркнув запал, он дождался, пока тот разгорится посильнее, потом размахнулся и перекинул бутылку через забор. Услышал, как за забором раздался звон разбившегося стекла и увидел, как языки огня взвились в небо под чьи-то крики и завывания. Видимо, бутылка разбилась на крыше лексуса, потому что через несколько секунд за забором раздался страшный взрыв, и оторвавшаяся крыша машины, как башня немецкого «тигра» перелетела через забор, спланировала на дорогу, с противным скрежетом прочертив полосу на щербатом асфальте.
Он увидел, как языки пламени взметнулись вверх и стали лизать стены особняка. В этом момент из ворот выбежал, объятая пламенем фигура, факел, внутри которого угадывалось тело, по форме напоминающее человеческое. Факел побежал на Данилу, размахивая крыльями и страшно рыча от боли, но, не добежав до него всего несколько шагов, упал на землю и начал сперва кататься по ней, пытаясь сбить пламя, а потом, уже видимо в агонии, скрести пальцами песок, стараясь в него зарыться… или добраться до Данилы…
* * *
Позднее в обожженном трупе опознали хозяина особняка Вадима Кораблева, дважды судимого по статье «продажа наркотиков». Как странно, больше никто из гостей от пожара не пострадал. Все отделались либо легкими ожогами, либо легким испугом. Следствие по делу об умышленном поджоге было прикрыто из-за отсутствия каких-либо улик и подозрений. Вердикт был таков: самоподжог по неосторожности. Торговля наркотиками в коттеджном поселке прекратилась.
Но Данила после той ночи уже не смог найти себе покоя.
Он долго думал, как же так получилось, что он смог попасть бутылкой через забор точно в того человека, который являлся источником всех его бед? Ведь он не хотел его убивать, он просто хотел напугать соседа, чтобы тот подумал, что на него давят конкуренты, и уехал из его поселка. При этом, с одной стороны, он испытывал чувства глубочайшего удовлетворения (его буквально распирало от гордости) за то, что он смог совершить такой поступок и наказать человека, который чувствовал себя совершенно безнаказанным в существующей системе правосудия и правопорядка, но, с другой стороны, Данила чувствовал, что сам совершил преступление, лишив жизни человека без суда и следствия. В конце концов, он решил, что не сможет жить с таким камнем и пришел в органы правосудия с повинной…
Судья долго изучала личное дело Данилы, удивляясь тому, что тот взял на себя вину за преступления, которое просто невозможно было доказать и уже было закрыто, но все же признала его виновным и… осудил на пять лет колонии строго режима. Начальник же колонии, узнав его историю, предложил ему пройти подготовку по программе «Защитник». Сколько раз потом в Китеж-граде учителя говорили ему, что своими поступками он сам выбрал свою судьбу. И каждый добавляли, что если это так, то его история еще не закончилась и обязательно будет иметь продолжение.
И вот теперь, двигаясь в быстром темпе по полуразрушенным и неосвещенным улицам города Цхинвал, спотыкаясь на выбоинах и колдобинах, рискуя ежесекундно сломать себе шею, Данила почему-то вспомнил именно безразличные глаза Вадима, в которых читалось нежелание сделать что-нибудь, чтобы помочь умирающему, а потом его же возбужденные красные глаза, источающие ненависть и презрение к нему, в общем-то незнакомому человеку.
Самым неожиданным для Данилы было то, что он вдруг отчетливо вспомнил, что даже объятый пламенем, он не просил о помощи, а смотрел с ненавистью, стараясь добраться до его горла своими когтистыми пальцами… И он явственно видел, как сквозь облезающую кожу проступала чешуя… рептилии, которая считала себя хозяином жизни, а людей лишь средством для наживы, еды и развлечения.
В тоже время Данила понимал, что в момент истины из глубины колодца и со дна моря на него был направлен точно такой же взгляд. Взгляд, пронизанный теми же самыми чувствами – безразличием, а потом ненавистью и презрением…
Что это? Простое совпадение, случайность, судьба? Неужели пророчества его учителей сбываются, и дела давно забытых дней, вернулись к нему бумерангом? Ведь он никогда не верил им. Не хотел верить тому, что они говорили… Тогда как понять такое совпадение? Ведь случай – это всегда указующий перст Бога, надо только правильно понять, на что или на кого он указывает!
За спиной Данилы раздался страшный грохот. Данила обернулся и увидел, как за ним начал расти пылевой гриб на месте светового столба. «Ракета летела все-таки не десяти минут, а гораздо меньше! Не успел!» – мелькнуло в голове Данилы. Он стал отчаянно оглядываться по сторонам в поисках места, где мог бы успеть укрыться от ударной волны, но в спину ему пахнуло огнем…. Земля зашаталась и, ударив под колени, уронила на асфальт, который треснул и разошелся как яичная скорлупа. Совершив немыслимый кульбит, Данила перевернулся через голову и, ударившись затылком о бетонный край образовавшегося провала, рухнул в черную всепоглощающую бездну.
Туда, откуда на него продолжали смотреть глаза холодной рептилии…
