Текст книги "Молли Мун, Микки Минус и машина для чтения мыслей"

Автор книги: Джорджия Бинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава двенадцатая

Когда глаза Молли привыкли к свету, она узнала пухленькую фигуру няни Миклес. Она была одета в пушистый розовый халат. Молли выскользнула из постели и вместе с Петулькой пошла за няней. Миновав три двора и туннель, увитые плющом, няня остановилась в укромном уголке, возле каменной скамейки.

– Подожди здесь со своей собачкой, – тревожно прошептала няня. – Камеры тебя не разглядят, потому что вон та колонна загораживает им обзор. А я через пять минут вернусь с Микки. Выйду вон из той двери.

Молли сразу же узнала серебряную створку.

– Но ведь эта дверь ведет в зал с медузьей машиной!

– Да. Когда увидишь нас, не показывайся. Дай мне пару минут, мы войдем в главный машинный зал. Потом заходи и тоже надень электромагнитный костюм. Но помни: держись так, чтобы нам тебя не было видно.

– Что вы задумали?

– Молли, пышечка моя, я могу тебе немного помочь, – прошептала няня Миклес. – И Микки я тоже хочу помочь. Когда мы войдем в машинный зал, ты мне немного подсобишь, только действовать надо быстро. Помни: что бы ни случилось, не смотри Микки в глаза. – И она ушла.

Молли ждала в темноте, вдыхая сладкий аромат ночных цветов. Что же затеяла няня Миклес? Через десять минут Петулька навострила уши. Мимо прошел Микки, одетый в светло-голубой халат. Он тяжело опирался на няню и с трудом ковылял, прихрамывая. Подойдя к серебряной двери, он набрал на замке комбинацию из букв и цифр, и няня Миклес жестом велела ему войти. Дверь она оставила слегка приоткрытой.

Молли медленно досчитала до ста двадцати, потом позвала Петульку и вошла.

Внутри разливалось знакомое бледно-синее мерцание гигантской медузы. Из главного зала доносился голос Микки.

– Зачем вы разбудили меня? Чтобы сообщить это? – ворчал он. – Если я не высплюсь, то заболею еще сильней. Разбудите лучше ее саму и расскажите про эти лица. – Молли сообразила, что упоминание о лицах как-то связано с историей, которую няня Миклес сочинила, чтобы выманить его из спальни.

– Я хотела, чтобы ты увидел их первым, пончик мой, – ответила няня Миклес

Молли с Петулькой вошли в зону переодевания. Спортивный костюм Молли внезапно взлетел вверх и повис на невидимой вешалке рядом с домашними халатами Микки и няни Миклес. И в тот же миг невидимая рука облачила Молли и Петульку в синие электромагнитные наряды.

– Я их не вижу, – говорил Микки в машинном зале.

– Вот одно из них, – сказала няня Миклес. И в тот же миг послышался характерный треск, с каким отрывают от катушки кусок липкой ленты

– Что вы де… – вскрикнул Микки и замолк.

– Теперь, Молли, можешь войти, – тихо позвала няня Миклес. Молли зашла и увидела Микки – он извивался, как уж, его руки были связаны за спиной, а рот заклеен липкой лентой. Няня Миклес в электромагнитном костюме выглядела потрясающе – словно блестящий синий мячик с ручками, ножками и головой.

– Молли, надо торопиться. Я приглушила микрофоны и развернула камеры. Будем надеяться, что в этот час охранники дремлют и не слишком внимательно смотрят на экраны. Помоги мне посадить его в кресло. Ну, подойди же.

Молли заколебалась.

– Молли, мне пришлось заклеить ему рот, – мягко прошептала няня. – Хоть Микки и не может как следует бегать, кричать-то он уж точно умеет очень здорово. Давай усадим его и немного почистим.

– Как это – почистим? – Молли всё еще держалась поодаль. Ей не хотелось участвовать в этом. – Что вы хотите с ним сделать? – У нее на глазах няня потащила Микки к креслу так легко, как будто он был не тяжелее свернутою одеяла.

– То же самое, что они сделали с тобой.

– Что? Отобрать у него знания о том, как гипнотизировать?

– Вот именно. Машина настроена на те же параметры. Обычная история! Ее высочество никогда не убирает за собой – оставляет это слугам. К счастью для нас, она поленилась переключить машину в нейтральное положение. Нам остается только нажать эту кнопку. – Она показала на большую зеленую кнопку с надписью «ПУСК». Микки сидел, пришпиленный к креслу, его руки были опущены, туловище и ноги крепко пристегнуты. Няня Миклес опустила ему на голову серебряный колпак. – Прости, Микки, что приходится так поступать с тобой, – проговорила она, глядя мальчику на ноги и избегая его гипнотических глаз, – но ты бы всё равно не послушался. Это для твоей же пользы, дорогой мой. Надо научить тебя стоять на земле обеими ногами. Твоя сестра тебе поможет.

Микки попытался вывернуться из кресла, но оно крепко держало его.

Молли понимала, каково ему сейчас приходится. Ей стало стыдно.

– Зачем вы это делаете? – спросила она. Толстушка медленно подошла к панели управления машины.

– Пусть хоть одним глазком увидит настоящий мир, – тихо проговорила она. – Он и не догадывается, каких бед натворил. Пусть узнает. Они полностью переделали его, Молли. Он всегда был очень хорошим мальчиком. У меня сердце разрывается, когда смотрю, во что они превратили моего сладкого пончика. Но я его знаю, Молли. В душе он всё равно человек хороший. Я верю, что он твой брат. Познакомься с ним получше. Попробуй не обращать внимания на его дурные манеры и помоги ему. Пусть он потеряет свои гипнотические способности – только тогда он сможет с тобой бежать.

– Бежать?

– Да Я покажу дорогу. – Она коснулась пальцем зеленой кнопки. – Мне нелегко пойти на это, но я знаю – так будет лучше. – Няня закрыла глаза и нажала на кнопку. Машина включилась. Сквозь синюю желеобразную массу засверкали искры, полукруглый колпак на голове у Микки вспыхнул разноцветными огнями. Микки брыкался и кричал, но его усилия были тщетны. Молли понимала, как он злится, и даже пожалела его. Вдруг Микки прекратил сопротивляться. Он понял, что из него выкачали все гипнотические знания, и его гнев угас.

– Теперь можешь посмотреть на него, – разрешила няня Миклес

Молли встретилась глазами с братом. Их взгляды слились.

– Вы знаете, как вложить воспоминания обратно? – с надеждой спросила Молли.

Няня покачала головой:

– Сейчас нет времени на сожаления. Если будешь глядеть во вчерашний день, проморгаешь завтрашний! Ну-ка пошли скорее, пора снимать эти маскарадные костюмы.

Няня Миклес вернула микрофоны и камеры в обычное положение. Потом Молли помогла ей оттащить связанного Микки в зону переодевания, и там ихоблачили в прежние одежды. Держась в тени и волоча Микки за собой, они торопливо пробежали через вереницу дворов и приблизились к синей двери, за которой начинался коридор. В его дальнем конце темнело продолговатое отверстие высотой по пояс.

– Это желоб, который спускается в прачечную, – сказала няня, наклонилась и погладила Петульку. – Тут камер нету. – Вдруг она услышала позади какой-то шум и перепугалась. – Да, и… Ох, боже мой. На чем же я остановилась? Да, так вот, там начинается тайный подземный ход, который ведет в горы. Идите по нему. А чтоб попасть в него, езжайте на щипцах. Принцесса Фанг не догадается, где вы. – Она сунула руку в карман и протянула Молли предмет величиной со спичечный коробок. – На, Молли, это фонарик. Это всё, что я могу для вас сделать.

Она обернулась к Микки:

– Я сделала это ради тебя, коржик мой медовый. Если меня разоблачат, то, возможно, сотрут всю память, но я не могла поступить иначе. Я пошла на риск ради тебя, пончик мой. – Она наклонилась поцеловать его, но Микки, гневно сверкнув глазами, увернулся. Он хотел что-то крикнуть, но сквозь липкую ленту на губах донеслось только хриплое жалобное мычание.

Няня ласково поцеловала Молли в лоб.

– Удачи вам, – проговорила она. – Теперь спешите, скорее, скорее. И спасибо, что пришла спасти его. – Она подхватила Микки сильными руками и посадила его в люк. – Придется ему обойтись без своего летающего кресла, – сказала она. – Это ему пойдет только на пользу.

Молли тронула няню Миклес за плечо. В ее душе постепенно нарастала храбрость.

– Что значит – езжайте на щипцах? – спросила она. Но ответ услышать не успела – в тот же миг она и Петулька заскользили вниз по желобу и быстро исчезли в темноте.

Глава тринадцатая

Желоб был сделан из большой металлической трубы и круто уходил вниз, так что падение темноту было весьма стремительным. Молли, держа Петульку на коленях, приземлилась в корзину грязного белья величиной с хороший диван, чуть не налетев на Микки – он перекатился на бок и барахтался, пытаясь встать. Связанными руками он стряхнул с головы носок и обвинительно уставился на Молли.

– И не смей на меня так смотреть! – упрекнула его Молли – Ты не единственный, кого сажали в эту машину. Представь, каково приходится мне. Я пришла сюда только посмотреть, хорошо ли тебе живется. И видишь, что из этого вышло! Мой лучший друг загипнотизирован, и это сделал ты. Я потеряла всю свою силу, и мы – Рокки, Петулька и я – застряли в этом времени, которое для нас совсем не родное!

Пока Микки упрямо сидел на полу, вознамерившись как можно сильнее осложнить ей жизнь, а Петулька бегала вокруг, принюхиваясь, Молли стала искать выход. Прачечная была довольно просторная, вдоль стен стояли большие стиральные машины. Перед каждой была панель управления с китайскими надписями. Одна из машин была включена, и сквозь квадратное окошко Молли увидела одно из принцессиных платьев с оборками. Платье не крутилось в воде, а было аккуратно растянуто, и на него лились потоки зеленого света. В дальнем конце зала виднелась дверь. Она была заперта. Над головами неподвижно висели длинные механические руки – видимо, они служили для сортировки одежды. Молли провела руками по стене. Поверхность была совершенно гладкая. Ни единого шва, ни намека на дверь. Молли в отчаянии стала раздвигать тележки и обшаривать весь зал. Микки засмеялся. Смех был язвительный, приглушенный лентой, заклеивающей рот. Молли не обратила на него внимания.

Мгновение спустя раздался грохот. Молли отскочила. Механизмы под потолком пришли в движение. Это Микки отыскал кнопку, приводящую в действие стиральные машины.

Длинные механические руки сортировочных устройств тоже зашевелились. Одна из них потянулась за Молли, приняв ее за большую груду нестираного белья. Железные клешни ринулись к девочке. Перепуганная Молли еле успела увернуться. Вторая рука направилась на Петульку – той повезло меньше. Резиновые тиски обхватили ее и подняли в воздух Собачка испуганно заскулила, но машина не услышала ее. Механическая лапа высоко подняла ее, прикидывая, в какую из машин опустить.

– Дурак! – заорала Молли на Микки. – Выключи!

Микки только покачал головой и пожал плечами. Молли в ужасе смотрела, как Петулька поднимается всё выше и выше, под самый потолок. Молли, отшвыривая с пути корзины на колесах, подбежала и встала прямо под Петулькой – на случай, если та вдруг упадет.

А высоко над головой у Молли Петулька оцепенела от страха Она терпеть не могла высоту. Увидев прямо перед собой потолочную балку, собачка забыла о страхе и стала барахтаться. Если она сумеет выкрутиться из мертвой хватки железно-резиновой руки и перебраться на балку, то там ей будет гораздо лучше.

Наконец механическая клешня стала постепенно разжиматься. Петулька почувствовала, что выскальзывает. Если она упадет, будет очень больно. Гораздо больнее, чем в тот раз, когда она в щенячьем возрасте упала с садовой ограды. Петулька решила действовать, и когда машина подъехала к белой балке, Петулька рванулась изо всех сил, вырвалась из металлических тисков и прыгнула навстречу балке. Ее черное пухленькое тельце взметнулось в воздух, и на миг ей показалось – ничего не выйдет. Потом передние лапки уцепились за балку, и, поболтав в воздухе задними лапами, Петулька вскарабкалась.

– Ой, Петулька, осторожнее! – донесся снизу Моллин голос. Механическая рука в растерянности поехала прочь. Она решила: раз уж потеряла одну партию белья, значит, надо поскорее вернуться за следующей.

Петулька посмотрела со своего насеста вниз. Мир перед глазами покачнулся. Чтобы не упасть, она поглядела вперед, но тут поняла, что ей отсюда никак не спуститься, и ее мохнатые ножки задрожали. Она попыталась совладать с собой, приказав голове не кружиться. Если дойти до конца балки, то там будет карниз, чуть более широкий. На нем станет не так страшно. И, набравшись храбрости, Петулька внушила себе, что идет всего лишь по тонкой полоске, нарисованной на земле. Она старалась не слышать, как скребут когти о металл. Выбросила из головы мысли о том, как она полетит на землю. Вскоре собачка очутилась около стены и от радости прыгнула вперед. И тут произошла неожиданная вещь. Стена подалась.

Снизу, сквозь переплетение рычагов транспортного захвата, сквозь груды простыней, которые перетаскивала железная рука, Молли тоже увидела это отверстие. Она подошла к Микки и подняла его.

– Спасибо, – сказала она и потащила его к середине комнаты, чтобы на них нацелилась сортировочная машина. – Вышло так, что ты показал нам путь наружу. Надо сделать так, как велела няня Миклес ехать на щипцах. – Микки широко распахнутыми глазами смотрел на балки под потолком. В этот миг одна из металлических клешней заметила некую груду материи, приняла ее за скатерть и стала опускаться. Молли подпрыгнула и ухватилась за членистую лапу. Машина подхватила и Микки, вознесла его под потолок, на ходу пытаясь разобраться, из чего он сделан: из льна или из хлопка. Молли, поравнявшись с балкой, уцепилась за нее свободной рукой, перекинула ногу и крепко сжала колени. Обретя равновесие, она ухватилась за брата, которого щипцы доставили к балке, и сильно дернула. Щипцы разжались, Микки упал на балку рядом с ней, и машина, снова растерявшись, поехала вниз за новой порцией белья.

– Сиди смирно, – велела Молли, стараясь вселить в брата уверенность. Микки застыл, как деревянная палка. – Я дотащу тебя туда, и ничего с тобой не случится. – Она медленно попятилась к карнизу, волоча его за собой. Добравшись до стены, она обняла и поцеловала Петульку: – Вот молодчина, умная собачка!

Петулька восхитилась храбрым взлетом Молли, хоть и не понимала, зачем она потащила за собой этого мальчишку. И еще она не знала, как отсюда спуститься. Она уже успела обнюхать вход в туннель. Оттуда пахло сыростью и старым потухшим костром. В такой туннель никому лучше не соваться: ни собакам, ни людям. Поэтому Петулька страшно удивилась, когда почувствовала, что ее толкают в черноту.

Молли осмотрела прачечную – не оставили ли они за собой следов, – потом осторожно подтолкнула Микки и протиснулась в скрытую за стеной потайную дверцу. Пропустив их, крышка люка тотчас же захлопнулась

Глава четырнадцатая

В первый миг Молли сидела тихо, боясь шевельнуться. В туннеле было темно, пахло застарелой жареной капустой, но ей не было до этого дела. Ее переполняла радость. Получилось! Принцесса и ее окружение по ту сторону потайной двери сейчас крепко спят, и, по крайней мере ненадолго, Молли ничего не грозит. Она вспомнила жестокую линейку мисс Криббинс и горячо понадеялась, что никогда больше не увидит ее – и не почувствует. Однако приглушенное ворчание Микки вернуло ее к действительности. Она его не видела, но ощущала его присутствие. Ее ноги упирались ему в спину.

– Мммрррммхммффф! – Он пытался что-то произнести сквозь кляп. Молли знала, как это ужасно, когда у тебя заклеен рот. Помимо этого, у Микки были связаны руки. В засиженной пауками темноте, которая окутывала его, он, должно быть, борется с клаустрофобией и страхом. Молли нашарила фонарик, который дала ей няня Ми клее, и включила свет.

Микки обернулся. В его широко распахнутых глазах стояли слезы. Он поднял руки и подставил их под луч света,

– Мммрввввхххммм! – потребовал он.

– Я развяжу тебе руки, – пообещала Молли. – Но только когда мы отойдем подальше от этой двери. Мне не хватало только, чтобы ты вытащил кляп и закричал. – Микки отвернулся. Молли смягчилась. – Прости, – добавила она. – Я не виновата, что тебя запихнули в мыслительную машину. Няня Миклес считала, что так для тебя будет лучше. – Микки сердито хрюкнул– Ладно, – сказала Молли. – Потом расскажешь. А теперь пора в путь. Иди первым. Показывай дорогу. – Она слегка подтолкнула брата коленками, и он пополз по туннелю.

Поначалу спуск был пологим. Петулька шла впереди, полагаясь на свой нюх и свет Моллиного фонарика. Двигалась она очень неохотно. Ее чувствительный собачий нос улавливал в этом туннеле смешанный запах собак и змей, как будто оба этих вида животных играли здесь одновременно. Запах становился всё сильнее. Он был совершенно свежим. Петулька ощетинилась. Однажды в Брайерсвилль-Парке, бегая в траве, Петулька наткнулась на ужа. А тут змеиный запах был еще в пятьдесят раз сильнее. И у Петульки сложилось жуткое ощущение, что здешние змеи в пятьдесят раз крупнее. Неужели Молли не чувствует этого запаха? А что касается собак – наверняка они страшно разозлятся, обнаружив на своей территории чужака. Петулька обернулась к Молли и тихонько проскулила: «Молли, здесь опасно. Давай вернемся!»

Ребята пробирались по туннелю, и им казалось, будто они крадутся по громадной вене какого-то исполинского каменного зверя. Стены были холодными и влажными, а земля под ними усыпана грубой галькой. Молли предположила, что эти туннели были проложены какими-то древними подземными ручьями, в те времена, когда снег в горах таял каждый год. Однако этими туннелями кто-то пользовался: ведь чьи-то руки построили потайную дверь в дворцовую прачечную. Кто же? Молли задумалась. И откуда обо всем об этом знает няня Миклес? Ей представилась огромная, чудовищная масса горы, громоздящаяся над ними. Чувство было не из приятных – казалось, исполинская громада вот-вот раздавит их насмерть. «А вдруг этот туннель тянется на много миль?» – подумала Молли. А у нее уже болели ноги, хотелось пить.

Внезапно туннель резко повернул вниз. Они кубарем съехали по склону и свалились на дно. Молли с фонариком в зубах потянулась к Микки и развязала ему руки.

– Только не делай глупостей, – предупредила она его. В темной духоте туннеля ее голос прозвучал как-то на редкость свирепо. – У меня нет настроения шутить. Ты знаешь, что я сильнее тебя, к тому же, если что, Петулька тебя покусает. – Молли было неприятно изображать стерву, но следовало запугать Микки, чтобы он не вздумал бежать. Микки потер запястья и отклеил ленту с губ.

– Дура, – ощерился он. – Тебя сюда никто не звал. Сидела бы у себя в своем времени. А теперь из-за тебя мы попали в беду. Тебе известно, кто построил эти крысиные норы? Ты об этом не подумала?

– Насколько я понимаю, – прорычала в ответ Молли, пожирая глазами королевский герб, вышитый на его халате, – если тут и есть крысы, так это – твои гнусные тамошние дружки. А те, кто построил эти туннели, наверняка лучше, чем твоя компания!

– Все равно ты дура. Ты ничего не знаешь ни об этом месте, ни об этом времени. – Микки чуть не лопался от злости. – Ну что может понимать такой доисторический человек, как ты?

– Пусть я и не из этого времени, – процедила Молли сквозь стиснутые зубы, – но в мои времена люди были в тысячу раз лучше, чем здесь. Они – твой народ – все больные на голову. Единственный более или менее нормальный человек – это няня Миклес. И, кстати, ты тоже больной.

– Да, я знаю. Я больной. И ты тоже больная, раз смеешься над моим нездоровьем!

– Я говорю не о твоем теле, – ответила Молли. – Ты больной, раз решился загипнотизировать весь народ, который живет у озера!

– Если бы я смог загипнотизировать тебя, я бы тебе внушил, что ты – куча дерьма, – сказал Микки. – Громадная куча навоза крылатой коровы!

– Замечательно, – ледяным тоном ответила Молли. – Но ты уже больше не гипнотизер, Микки. Ты просто одиннадцатилетний мальчик, так что привыкай. – Молли посветила фонариком вокруг себя. Их падение закончилось в коридоре, который уходил налево и направо.

– Ты как крот, заблудившийся в норе, – сухо бросил Микки. – И знаешь, что я тебе скажу: на кротов охотится много жутких тварей!

Молли пропустила его слова мимо ушей и глубоко вздохнула. В ее словах прозвучала храбрость, которой она отнюдь не испытывала:

– Ну, Петулька, показывай дорогу!

Петулька навострила уши и принюхалась. Ни один из маршрутов ее не привлекал. В обоих туннелях было сыро и пахло змеиным пометом и собаками. Она выбрала тот, откуда доносился терпкий мшистый запах, и повернулась носом туда.

– Ты доверяешь выбор дороги собаке? – презрительно спросил Микки.

– Животные, – сухо ответила Молли, – обладают гораздо более острыми органами чувств, чем мы. У Петульки голова работает. Она много раз выручала меня в трудную минуту. – Внезапно Молли вспомнила о своей новой способности читать мысли. Она еще не привыкла к ней и в панике успела забыть о такой фантастической возможности. Сработает ли она в темноте? Если она сумеет прочитать мысли Микки, то вовремя узнает, не замышляет ли он какую-нибудь гадость. И она послала ему мысленный вопрос: «О чем ты думаешь?»

Тотчас же над головой Микки вырос голубоватый пузырь. В нем она разглядела спальню, стакан воды, потом появилась она сама, Молли, туго связанная веревками, как египетская мумия.

– Я доверяю Петульке, – подытожила Молли. – гораздо больше, чем тебе. Сдается мне, тебе хотелось бы связать меня по рукам и ногам так, чтобы я задохнулась. – Она посветила фонариком в лицо брату и увидела, как он удивился. – Я угадала? – спросила она.

– Н-нет… Д-дура… – заикаясь, пролепетал Микки.

– Пошли.

И они в молчании заковыляли по склону.

– Холод собачий. Что, если этот коридор никуда не ведет? – поддразнивал ее Микки. – Может, он заканчивается тупиком? Что тогда? Мы погибнем от гипотермии.

– Тогда вернемся и попробуем другой туннель.

– А если я не смогу?

– Тогда я тебя потащу, – беззаботно отозвалась Молли, как будто Микки был не тяжелее воздушного шарика. Но сказать по правде, она очень устала, и ее совсем не радовала перспектива силой тащить брата, а потом еще и упереться в какой-нибудь тупик. Возможно, туннель заканчивается пещерой. Воздух был таким спертым, что Молли мерещилось, будто их похоронили заживо.

Коридор, извиваясь, уходил всё глубже и глубже. На ходу у Молли начали слипаться глаза. И тут Молли услышала шум. Казалось, сама гора шепотом разговаривает с ними. Неужели она спит и это ей снится? Молли встряхнулась. Нет, вдали определенно слышался какой-то тихий шипящий свист, а потом к нему добавилось и рычание. Молли, Петулька и Микки застыли, Молли выключила фонарик.

Петулька ощутила на языке противный горький привкус, и ее пронзил страх. Подземный ветерок донес до ее носа острый запах собак и змей. Она ощущала его и раньше, но теперь он стал до отвращения ярок. Однако вряд ли эти звери успели учуять ее, прикинула собачка, потому что ветер дул в ее сторону. Тем не менее собаки со змеями приближались. Петулька услышала шипение и еще один рык. Позабыв про свой собачий долг, она повернулась и мимо Молли с Микки метнулась вверх по туннелю, через который они только что пришли. Ее когти скользили на мокрых камнях

– То ли твоя собака повредилась головой, то ли она знает нечто такое, что неведомо тебе, – уныло поддразнил сестру Микки. Потом он насторожился, потому что тоже услышал впереди, в темноте, странное рычание.

У Молли вспотели ладони.

– Пойдем лучше за ней, – сказала Молли и потащила Микки за собой. – Пошли, я тебе помогу. – И она стала поспешно карабкаться вверх по наклонному туннелю. Микки был гораздо тяжелее, чем она ожидала. Молли поскальзывалась на гальке, камни сыпались у нее из-под ног. Позади нее вниз обрушивался целый фонтан глины и щебенки.

Петулька остановилась, чтобы уловить чувства, исходящие от преследователей. Ох, лучше бы Молли и мальчик поторопились! Неужели они совсем не чувствуют опасности? Неужели не понимают, что те звери, которые гонятся за ними по туннелю, вот-вот сожрут их?

«Пошли!»– проскулила Петулька и в тот же миг пожалела об этом: сзади, словно в ответ донесся грозный рык.

«КТО ПРЯЧЕТСЯ В НАШЕМ ТУННЕЛЕ?»

«Они убегают!»– прорычал другой пес. Петулька взвизгнула.

– Черт! Кажется, они нас обнаружили! – воскликнула Молли. И, в отчаянии напрягая все силы, протащила Микки еще на фут по темному, хоть глаз выколи, коридору.

Шипение стало очень громким. Казалось, совсем рядом, направляясь к ним, хлещет по полу гигантская метла. И рычание сменилось многоголосым победным лаем.

– Нам конец! – вскрикнул Микки, корчась от страха.

– Не тормози, – взмолилась Молли. – Если остановишься – мы погибли. Ради бога, Микки, попробуй пошевелиться. – Ей тоже стало страшно. Неведомые звери были совсем близко. В темноте громко слышалось их хриплое дыхание, и казалось, чудовища уже тут, за ближайшим поворотом. – Петулька! – вскрикнула перепуганная Молли. – Петулька, беги! Пусть они хватают нас, а ты спасешься.

Но было уже поздно. Звери окружили их. Они были повсюду. Она ощущала их гладкую чешуйчатую кожу, могучие мускулы под ней, упругие тела проскальзывали у нее под руками, вдоль шеи, по спине. Казалось, ее опутывают гигантские щупальца. Молли словно лежала на целой груде змей. А еще в гулком туннеле витал собачий запах и перекатывался грозный рык. Молли чувствовала по обе стороны лица жаркое дыхание сразу двух собак. От них воняло гнилым мясом.

– А-А-А-А-А! – закричал Микки. Змеиная волна подхватила его и куда-то понесла.

«Простите нас, – пролаяла Петулька двум псам, запах которых учуяла в темноте совсем рядом. – Мы не хотели вторгаться на вашу территорию. Мы заблудились. Мы не сделаем ничего плохого!»

Но огромный пес прямо перед ней прорычал:

«Помалкивай, дворцовый пекинес. Ане то я сам заткну тебе пасть!»

Петулька почувствовала, как толстые волнообразные тела двух змей поднимают ее в воздух. Их сухой запах был невыносим. Они обхватили ее за передние и задние лапы, понесли по коридору. Видя, что борьба бесполезна, собачка закрыла глаза и отдалась на волю судьбы.

А впереди то же самое произошло с Молли и Микки. Вокруг них рычало и лаяло множество собак.

– Наверно, мы попали в стаю горных волков! – завизжала Молли. Микки тоже вопил во все горло.

– А-А-АИ! Змеи! Пустите! Пустите! У меня аллергия на рептилий!

Теперь Молли очень захотелось, чтобы принцесса Фанг услышала их. Жизнь во дворце, какая бы она ни была, это все-таки жизнь. А тут они скоро превратятся в груду обглоданных костей.

Змеиная волна несла Молли и Микки всё дальше и дальше вниз по извилистому коридору. Они словно съезжали с какой-то сумасшедшей горки. Молли не осмеливалась включать фонарик: а вдруг это разозлит страшных чудовищ? Она попыталась прочитать их мысли, но на бешеной скорости, с которой они мчались, пузыри вспыхивали над головами и гасли так быстро, что она ничего не успевала разглядеть. Поэтому, как и Петулька, Молли закрыла глаза и отдалась на волю ожившего кошмара.

Постепенно спуск стал более пологим, вскоре змеи мчались уже по ровной земле. И вдруг остановились. И Молли с удивлением заметила над головой открытый люк.

Сквозь него втекал тусклый свет и резкий запах. Он напомнил Молли о доме – о слонихе Амрит. Ей на голову сыпались обрывки соломы. Потом удивление Молли сменилось ужасом. Когда глаза привыкли к свету, она различила очертания существ, которые доставили ее сюда. Это были не собаки и не змеи, а то и другое, вместе взятое. Громадные змеи с головами лабрадоров. Одни были черные, другие ржаво-бурые, третьи песочные. И у всех во рту торчали желтые зубы. Змеиная волна подняла Молли вверх, к пыльному лучу света, и она осознала, что ее везли, как на колеснице.

У нее за спиной раздался вскрик Микки. Потом змеи в мгновение ока вынесли их через люк.

Они очутились в чем-то вроде огромной клетки. Деревянные перекладины вокруг них были туго-натуго перекручены крепкой проволокой, а на одной стене виднелась громадная поилка, примерно такая, какие устраивают для хомяков, только во много раз больше. Пол был усыпан соломой. Молли ощутила, как чешуйчатое существо под ней заворочалось. Неужели их бросят здесь, на съедение неизвестно кому?

Петулька встревоженно принюхалась. Из-под громадного брезентового занавеса на дальнем конце клетки исходил запах кроликов и слонов. Или там целая прорва кроликов, или кролики эти – настоящие великаны. Занавес зашевелился. Микки наконец обрел дар речи.

– Мне кажется, мы… в Йанг-Йонгийском зоологическом институте, – испуганно проговорил он. – А там, под брезентом, прячется слонозаяц. Я не… – Из-под занавеса выглянуло громадное животное, и Микки замолчал.

Это было нечто вроде слона, скрещенного с кроликом. Оно было величиной со слона, имело сухую толстую кожу, но хвост оказался не тонким, как плетка, а толстым и пушистым. Ноги были как у кролика, только не мохнатые, а кожистые. И уши торчали кроличьи. Глаза были большие и желтые, но усы на мордочке отсутствовали. А вместо носа пуговкой свисал длинный хобот. Зверь тяжело поднялся с земли, опасливо потянулся хоботом к новоявленным гостям.

Змеесобака, сидевшая рядом с Молли, залаяла на чудовище, а другая, орудуя пастью, деловито прикрыла люк соломой. Слонозаяц поднял огромную заднюю ногу и стал топать по земле. Клетка сотряслась.

– Слонозайцы о-очень о-опасны, – пролепетал Микки, побелев от страха Но не успел слонозаяц вытворить ничего опасного, как змеесобаки снова подхватили Микки, Молли и Петульку и вынесли через небольшую металлическую дверцу.

Снаружи их встретил яркий, солнечный день. Температура уже поднялась довольно высоко. Во все стороны разбегались широкие дорожки, вдоль них тянулись вольеры с удивительными животными. Из окошка под крышей самого высокого домика высунул голову полосатый, как зебра, жираф и блаженно щурился на солнце. На двери соседнего загона висела табличка:

МЕДВЕМАРТЫШКА

Порода выведена научной группой Цзинлин

в 2425 году.

Йанг-Йонгийский зоологический институт.

Питается листьями, травой и любыми теплокровными существами.

Чрезвычайно свирепа.

Едва Молли успела дочитать эту табличку, как их повезли дальше. Змеиный кортеж направлялся к огромному раскидистому дереву, где среди ветвей был выстроен целый поселок из хижин и подвесных дорожек между ними.

Они проехали мимо еще одного загона с табличкой:

САБЛЕЗУБАЯ КРЫСА

Порода выведена научной группой Цзинлин

в 2420 году.

Йанг-Йонгийский зоологический институт.

Питается всем подряд.

Чрезвычайно агрессивна.

Молли в отчаянии озиралась, ища помощи, но в зоопарке не было ни одного человека. Ни единого. У подножия могучего дерева одна из змеесобак залаяла. Через несколько мгновений метрах в шести над землей открылась деревянная дверь.

Появился какой-то человек. Снизу Молли приняла его за крохотного старичка со смуглой кожей, толстой и шершавой, как древесная кора. Из одежды на нем была только грязная набедренная повязка. Черные волосы до плеч были скатаны в сальные дреды, а лицо, казалось, навеки осклабилось в язвительной ухмылке. Но самым страшным в старике были его глаза. Необычайно яркие, зеленые, они смотрели безумно и пристально. Полудикий вид этого лесного обитателя наводил на мысль о том, что он тоже представляет собой один из экспериментов научной группы Цзинлин.