355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джон Томпсон » Один дома » Текст книги (страница 3)
Один дома
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 00:26

Текст книги "Один дома"


Автор книги: Джон Томпсон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

– Я с удовольствием помогла бы вам, – любезно отвечала юная мадемуазель. – Но это не в моих силах. Поверьте.

К ним подошла миссис Маккальстер.

– Они послали полицейского проверить, все ли в порядке дома.

– Да? Вот и хорошо. Но знаешь, дорогая, нет билетов. Мы не сможем вылететь сегодня.

Лицо Керри покрылось красными пятнами.

– Как нет? Нет билетов до Чикаго?

– Не только до Чикаго, мадам, – мило улыбалась девица в голубой форме, – и до Нью-Йорка тоже нет билетов.

Миссис Маккальстер закрыла лицо руками. Ей становилась дурно. Ведь это означало, что маленький Кевин останется ночевать один. Но это невозможно! Она не допустит этого! Ни за что! Она горько рыдала, положив голову на грудь мужа. Питер ласково гладил ее по голове.

– А может, попробовать на частном самолете? – предложила мадемуазель.

– Спасибо, но мы не практикуем вещи подобного рода, – холодно ответил Маккальстер.

Вот еще выдумки! Они не Рокфеллеры, чтобы раскатываться на частных самолетах. Хорошенькое предложение!

При всем своем флегматичном спокойствии ему было больно смотреть на страдания жены. Он взял ее за руку.

– Дорогая, мы ничего не сможем сделать в этом аэропорту. Я предлагаю пойти к Рокку. А оттуда звонить.

Керри решительно замотала головой.

– Но пойми, у нас нет другого выхода. Они нам могут предложить билеты только на пятницу, на утро. Это через два дня.

Керри разрыдалась еще громче. Ее сын дома один. Она не может бросить его. Она должна улететь. Бедный, бедный маленький Кевин.

– Мадам, если вы хотите остаться в аэропорту, то мы можем предоставить вам возможность вылета, если кто-то откажется от билета.

Глаза Керри засветились. Появился единственный, хоть маленький, проблеск надежды. Она быстро утерла слезы. В конце концов всегда находится выход даже при полной безысходности.

– Это правда, мадемуазель?

– Ну, конечно, – улыбнулась девица. – В жизни столько неожиданностей, и планы у людей меняются часто.

Керри облегченно вздыхала. Она была уверена, Бог услышит ее молитвы и пошлет желанный билет до Чикаго.

Они решили, что детей не нужно мучить зря, и Питер вместе с Ненси и Фрэнком уведет их к Рокку. Они не виноваты в случившемся. Им нужен отдых. Да и к тому же сегодня они еще ничего не ели.

Мистер Маккальстер нежно поцеловал жену.

– Будь осторожна, дорогая. И не стоит так убиваться. Я уверен, все обойдется. Поверь мне.

– Да, да, – шептала Керри, обнимая мужа. – Я буду осторожна. Обещаю.

Дети, уставшие и притихшие, дружно шагали к выходу. Их мысли были только о праздничном столе, фантастических напитках и невероятно аппетитных блюдах. Дядя Рокк ожидал их. В голодных желудках давно урчало, изо ртов текли слюнки.

* * *

Кевин принимал ванну. Как только опасность миновала и за ним уже никто не охотился, он вновь почувствовал себя взрослым мужчиной. Вытершись широким полотенцем отца, он обвязал им бедра и стоял перед зеркалом, расчесывая свои мокрые волосы. На него смотрел худощавый белобрысый мальчишка с торчащими ушами.

– Я помыл все свое тело и смазал его кремом, даже между пальцами и пупок.

Кевин взял дезодорант и стал обильно сбрызгивать под мышками, шею, грудь, живот.

Но где же его зубная щетка? Порывшись по полочкам, он решил, что, возможно, кто-то по ошибке стащил ее с собой. Но ничего страшного, он купит себе новую.

Немного отдохнув, Кевин оделся и отправился в комнату База. Где-то там братик прятал свои денежки. Но Кевин не пожалеет времени, чтобы поискать их и найти. Он шарил по полкам, вытряхивая книги, коробки, перебирая всякую дребедень, которую хранил недалекий Баз. Ага! Ясно! Шкатулка, зеленая пластмассовая шкатулка. Деньги наверняка там. Она лежала на самой верхней полке книжных стеллажей почти под потолком. Баз специально положил ее туда, чтобы никто не мог их оттуда достать.

Кевин подпрыгивал на кровати, пытаясь коснуться рукой желанной коробочки и достать ее. Но ничего не получалось. Он слишком мал. Лестницы дома не было, и Кевин полез по полкам. Несмотря на свой тщедушный вид, Кевин имел двадцать пять килограммов веса. Хрупкие стеллажи не смогли выдержать такой нагрузки и, как только Кевин потянулся за шкатулкой, с грохотом рухнули вниз. Книги, часы, сувениры, металлические побрякушки, видеокассеты полетели прямо на голову Кевина, на несколько минут оглушив его. Сверху отвалилась последняя полка и грохнулась прямо на Кевина, лежащего под грудой вещей.

Очнувшись и немного полежав, он стал выбираться из развалин. Болела голова, руки, ныла спина. Все-таки он здорово ушибся. Удивительно, как вообще остался жив. Перед глазами плыли цветные круги.

Но вскоре Кевин пришел в себя. Да, он, безусловно, пострадал. И все из-за скупердяя База, засунувшего шкатулку чуть ли не к черту на рога. Тем не менее Кевин был рад. Теперь у него есть деньги, и он может купить все, что посчитает нужным. В конце концов ему не мешало бы поесть. Дома ведь ничего не было.

Блаженно улыбаясь, Кевин считал хрустящие бумажки. Одевшись, он вышел на улицу. Словно пух, сыпались снежинки, попадая в глаза, рот и даже в нос.

У соседнего дома стояла машина. Интересно, ведь Кларки собирались в Калифорнию. Странно, что они не уехали.

А тем временем в комнате База из-под обломков книжных стеллажей показалась лохматая нога. Немного посопев, из своей стеклянной тюрьмы, случайно разбитой Кевином, вылез любимый Базом скорпион Ролси. Остановившись, он огляделся по сторонам и поковылял в гостиную…

* * *

В это время Марвин Синий глаз и Гарри Томсон дружно выносили имущество почтенного мистера Кларка. Бойко разбирали содержимое буфетов и шкафов, закидывая в чемоданы полюбившиеся вещички.

Зазвонил телефон. Воры притаились. Там был автоответчик, и вскоре они услышали голос.

– Добрый день! Говорит мистер Маккальстер. Я звоню из Парижа. Я нахожусь в квартире моего брата. Запишите номер телефона: шесть-девять-четыре-пять-восемь-два… Дело в том, что у нас не работает телефон…

– Эй! – крикнул Марвин приятелю. – Мы вчера были в доме Маккальстера?

– Да, – Гари запихивал в карманы серебряные побрякушки. – И что?

– Ты был прав, – Марвин радостно оскалился. – Их действительно там нет.

Гарри самодовольно захохотал. Он ведь не мог ошибиться. С головой, слава Богу, у него все в порядке.

– Я знал, что их там нет. Мы здорово сглупили тогда. Сегодня вечером мы навестим их дом еще раз.

В предвкушении богатой наживы глаза обоих лихорадочно засверкали.

* * *

Звякнул колокольчик. Кевин вошел в небольшой магазинчик на Уолстер-стрит. На прилавках были аккуратно разложены самые разнообразные сорта мыла, шампуней, пенок, а также мыльницы, подставки и много прочей дребедени. Кевин выбирал зубную щетку, тщательно перебирая груду разноцветных прозрачных упаковок. Пожалуй, вот эта желтенькая будет в самый раз.

Кевин подошел к продавцу, пожилой женщине в парике и больших круглых очках.

– Чем я могу служить? – она обвела внимательным, изучающим взглядом юного покупателя.

– Скажите, применение этой зубной щетки одобрено ассоциацией американских промышленников в области медицины?

Продавец вытаращила на Кевина глаза так, что очки съехали на кончик носа. Она не ожидала столь «взрослого» вопроса от такого маленького покупателя.

А Кевин продолжал стоять с невозмутимым видом.

Немного растерявшись, продавец пробормотала:

– Я н-не знаю, но могу спросить. Джек! Тут вопрос по поводу зубной щетки.

Подошел седовласый господин в толстом вязаном свитере.

– Что такое?

– Ты не знаешь, применение этой зубной щетки одобрено ассоциацией медицинских промышленников?

– Гм… – седовласый Джек почесал затылок. Еще ни один покупатель не задавал ему таких странных вопросов. – Я не знаю…

Зазвонил колокольчик, извещая о приходе нового клиента. В магазин кто-то вошел. Опустив голову, Кевин ожидал ответа. Он не думал, что так озадачит владельцев магазина. Он слышал, как сзади кто-то приблизился к ним, став рядом. Синяя скрюченная рука с желтыми высохшими ногтями легла на прилавок. Кевин поднял голову. Старик Моргви стоял возле него.

От ужаса Кевин закричал и стал пятиться назад.

Продавец видела, что маленький мальчик со щеткой в руках направляется к выходу.

– Мальчик, платить нужно здесь.

Но Кевин не слышал ее. Его тело оцепенело от страха. Он думал только о том, чтобы скрыться, убежать от страшного чудовища, преследовавшего его. Кевин пулей выскочил на улицу и дал деру сколько было сил.

В магазине начался переполох. Кражи здесь случались редко. Но чтобы ребенок унес товар прямо из-под носа… Невероятно!

– Джимми! Задержи его! – кричала женщина-продавец. – Он не расплатился.

Сидевший на лестнице Джимми, шестнадцатилетний подросток, убирал с потолка паутину. Быстро соскочив пол, он побежал вслед за Кевином.

Тот бежал, никого не замечая.

– Эй! Стой! Держи вора! – орал Джимми. Он не мог допустить убытка в своей семье, так как был сыном хозяев и в свободное от учебы время с охотой помогал родителям по работе в магазинчике. Тут он увидел полицейского, стоявшего у светофора.

– Держи вора! Он не расплатился!

Тем временем раскрасневший от ветра Кевин перебегал улицу. Полицейский увязался за ним. Располневшему пожилому человеку было трудно тягаться с мальчуганом. Но долг превыше всего. Он обязан следить за порядком в городе.

Кевин не заметил, как попал на каток. Хорошие мальчики и девочки выписывали плавные кружева на коньках. Кевин проскользнул мимо них и, шлепнувшись пару раз на лед, быстренько отряхнулся и побежал дальше.

Оказавшись на льду, бедолага-полицейский то и дело грохался, обивая себе бока.

Подлый маленький негодяй. Это же надо, так мучить почтенного пожилого человека! Ну, я тебе покажу! Толстяк хотел было подняться, но кто-то из катающихся толкнул его сзади, и он растянулся опять.

Выбравшись на четвереньках из этого ада, вспотевший и запыхавшийся полицейский заметил, что юного вора и след давно простыл.

Поняв, что проиграл, уставший и с побитыми боками, он медленно поковылял назад.

Выбившись из сил, сжимая в кармане зубную щетку, Кевин плелся домой. Болели коленки, рубашка прилипла к спине, на душе был неприятный осадок.

– Я – преступник. Я – преступник.

Он понимал, что воровать нехорошо. Родители всегда твердили ему это. Да и сам он никогда не крал. Разве что у База чего-нибудь… А так, чтобы в магазине или в школе… Никогда!

Как глупо все получилось. И все из-за этого отвратительного старика. Почему он преследует его?

* * *

Марвин выносил последние коробки из дома Кларков и грузил их в «додже». Закончив работу, он сел в кабину.

– Чего такой довольный? – Гарри сидел за рулем. – Опять включил напоследок воду? Я же говорил тебе не делать этого.

После грабежа каждого дома Марвин оставлял открытым кран – последний подлый штрих в его работе. Хозяева, заходя в квартиру, видели лужи на полу и сначала не замечали исчезнувших вещей. А когда спохватывались, было уже поздно. За это время воры успевали скрыться далеко. А кроме всего прочего, хозяйка, наводившая порядок, напрочь уничтожала все следы и отпечатки пальцев преступников.

– Это наша визитная карточка, – сказал Марвин. – У каждого вора должна быть своя визитная карточка.

– Ты просто больной.

– Я не больной.

Гарри вел машину. Они громко спорили, орали. Марвин доказывал свою правоту. «Пакостить – так пакостить!» – был его девиз.

Уставший от глупых пререканий, Гарри строго сказал:

– Короче, все. Ты больной. Но больше не делай этого.

Вдруг Марвин дико заорал:

– Стой! Тормози! А-а-а!

Тут Гарри увидел ребенка прямо под колесами машины и резко затормозил.

– О, черт!

Кевин едва успел отскочить в сторону. Расстроенный и уставший, он был так погружен в свои мысли, что не заметил машины, надвигавшейся прямо на него.

– Сынок, надо быть осторожней, – Марвин скорчил зловещую гримасу. – Так ведь недолго угодить под грузовик.

– Извините, – оторопелый Кевин опустил ресницы. Ему нечего было сказать. Еще немного, и он бы расплакался.

– Ну ладно, – Марвин заметил, как слезы накатывались на глаза мальчишки. – Повезло тебе. А то вместо Рождества мог бы угодить в похоронную контору.

– Ну ничего, ничего. Счастливого Рождества! – Гарри оскалился.

Тут Кевин увидел, как сверкнул золотой зуб. Он узнал его. Это был тот самый полицейский, который приходил к ним домой.

И тогда у Кевина мелькнула внезапная мысль: «Воры!» Теперь он в этом не сомневался. Толстяк приходил в дом под видом полицейского, чтобы все разузнать.

От страха Кевин съежился. На каждом шагу его подстерегала опасность. Попятившись боком, он поплелся прочь.

Автофургон остался стоять на том же месте.

– Слушай… – Гарри прикусил губу.

– Что?

– А мне не понравилось, как он на меня посмотрел. Здесь что-то не так.

Гарри задумался.

– Ты его видел раньше? Он тебе знаком?

– На этой неделе я видел сотню детей.

И почему этот сопляк смотрел так подозрительно? Может, это один из тех молокососов, в дом которых он заходил на днях?

– Давай проследим, куда он пойдет, – предложил Марвин.

Медленно они последовали за Кевином. Тот понял, что за ним следят, и шел все быстрее, прибавляя шаг. А потом и вообще побежал.

– Почему он побежал? – спросил Марвин.

– Я же говорю, здесь что-то не так. Он странный. Чего ему бежать от нас?

А Кевин бежал все быстрее и быстрее. Наконец показалась церковь. Он проворно шмыгнул в кусты и притаился за густыми елями, покрытыми снегом.

Марвин и Гарри увидели, что мальчишка в одно мгновение исчез.

– Может, он зашел в церковь?

– Но мы не пойдем туда. Ладно, – Гарри махнул рукой, мол, глупо тратить время на какого-то тронутого молокососа. – Пора убираться отсюда. Не хватало, чтобы нас здесь заметили.

На перекрестке они повернули машину налево и скрылись

Увидев, что бандиты исчезли, Кевин облегченно вздохнул.

– Когда эти ребята вернутся, я буду готов их принять, – сказал он и пошагал домой. По дороге он обдумывал план предстоящей встречи, смахивающий на план боевых действий.

НЕВЕРОЯТНЫЕ ПРОДЕЛКИ МАЛЕНЬКОГО КЕВИНА

Что же придумал Кевин? Поняв, что его собственность в опасности, он дал полную волю своей богатой детской фантазии.

К приезду непрошеных гостей он готовился со всей тщательностью. В подвале валялось много старых манекенов из картона. Очистив от пыли, он притащил их в дом, расставил по комнатам, привязав к их ногам веревочки.

Когда знакомый серый «додж» подъехал к дому Маккальстеров, оттуда во всю мощь доносились знакомые всем мелодии Луи Армстронга. Слышался топот, смех, в окнах мелькали танцующие силуэты.

– Они что, вернулись? – Марвин уставился на Гарри.

– Да брось ты. Парень шутит.

Но тени все дергались и скакали. Ясно, что мальчишка не один. Вероятно, устроил вечеринку в честь отбытия предков. Черт бы его побрал.

– Ну хорошо, – сказал Гарри. – Придем завтра. Может, они к этому времени уберутся.

Марвин высунул голову в окно. Жаль, что операция сорвалась. Такие возможности случались не часто. А может…

– Давай быстрей. Что высунулся, – прошипел Гарри. – А то еще кто-нибудь заметит.

Он быстро завел машину, выжал акселератор, и они убрались прочь, подальше от беды.

Кевин украдкой наблюдал за шторой. Как ловко он обвел вокруг пальца двух взрослых дураков и спас дом от напасти! Душа Кевина торжествовала. Он был несказанно доволен собой.

* * *

Баз не думал беспокоиться о брате. Семейство Маккальстеров расположилось в просторной гостиной дядюшки Рокка. Посередине стояла нарядная елка, сверкая разноцветными гирляндами. Дядя Рокк вошел с огромным подносом пирожных.

– Внимание, дети!

Он по очереди обходил всех и каждый выбирал то, что было по вкусу: безе, корзиночки со сливочным кремом, с орехами, с малиновым джемом, шоколадные кексы и еще всякую всячину. Дядя Рокк знал, как его племянники любили сладкое, и всегда тщательно готовился к их приезду.

Питер Маккальстер пытался дозвониться домой. Но ничего не получалось. Телефон соседей тоже упорно молчал.

– Ну что? – спросил Рокк. Питер безнадежно махнул рукой.

– Все поуходили куда-то. Черт знает что.

Баз и Сьюзен сидели на диване у телевизора и уплетали трубочки с фруктовым кремом.

– Сидим мы здесь, в этой квартире, – грустно вздохнула Сьюзен. – Мама в аэропорту. Кевин дома.

Она скучала. Ей было жаль младшего брата.

– Вот еще! Можно подумать, что мне нечего больше делать, кроме как страдать по Кевину. И мама тоже хороша. Только зря время теряет. Билетов все равно нет. Сидела бы спокойно здесь, ела всякую вкуснятину.

– Тебе все равно? – Сьюзен всегда удивляла холодность брата. Особенно по отношению к Кевину. – Ты не беспокоишься о нем?

Баз презрительно хмыкнул.

– Ну, а чего мне беспокоиться? Он вел себя как полный негодяй и наконец попался. Так ему и надо.

Все-таки Баз непробиваем. Но как можно быть таким злым и безразличным? Сьюзен не могла этого понять.

– А вдруг он сошел с ума? Он такой маленький и беспомощный, – она пыталась разжалобить брата.

Но ее слова только рассмешили непреклонного База.

– Да нет, – ответил он. – Это, наоборот, пойдет ему на пользу. Два дня в нормальном мире взрослых.

– Ты не боишься, что с ним может что-нибудь произойти? – не унималась Сьюзен.

Холодное безразличие База пугало ее. Она считала, что нельзя так относиться к близким. В конце концов, это не по-христиански.

– Я не боюсь, – спокойно отвечал Баз, отправляя в рот ореховое печенье. – По трем причинам. Во-первых, мне так не повезет, во-вторых, у нас есть система пожаротушения, в третьих, мы живем в самом занудном городке Соединенных Штатов, где никогда ничего не происходит.

Сьюзен задумалась. Может, Баз в чем-то и прав, но… все-таки смириться, что малыш Кевин дома один… Это невозможно!

* * *

У дома Маккальстеров резко затормозил старенький голубой «форд-гранада». Статуя, традиционно стоявшая у газона, свалилась, издав громкий звук раскалывающегося металла. Посыльный из пиццерии выскочил из машины, на ходу поставил на место статую и с белой коробкой в руке поспешил к дверям.

– Кто там? – услышал он грубый мужской бас.

– Я принес пиццу.

– Оставляй на крыльце, придурок, и убирайся отсюда!

– А как же насчет денег?

– Каких денег?

– Видите ли, сэр, за пиццу придется платить.

– Вот так. И сколько с меня?

– Одиннадцать восемьдесят.

Кевин ловко переключал кнопки на пульте к видеомагнитофону. Голос бандита из фильма ужасов звучал просто ошеломляюще и заставил дрожать паренька-рассыльного.

– Я считаю до десяти и даю тебе время убраться отсюда, ничтожество. Иначе я накачаю тебя свинцом.

Рассыльный с недоумением стоял на крыльце. Было страшновато, но уехать без денег он не мог.

– Раз, два, три…

Что за тип сидит в этом доме? Может, сумасшедший?

Но тут вдруг раздалась автоматная очередь, от которой его, словно ветром, отбросило в сторону от двери. От страха несчастный парень слегка намочил в штаны и, закрывая голову руками, быстро, что было сил дал деру к машине.

Ну и ну! Сумасшедший дом. Его могли убить. Его работа, оказывается, опасна. Он не знал этого. Непременно расскажет обо всем хозяину. Пусть повысит жалование. Он ведь рисковал жизнью!

На всех скоростях, используя максимальные возможности своей добитой машины, он уносил ноги. Машина скользила по заледенелой дороге, бешено ревел мотор.

Как только глупец из пиццерии удалился, веселый Кевин выключил видеомагнитофон и вышел на крыльцо. На ступеньках лежала белая коробка. Он поднял ее. Она пахла просто замечательно и была еще совсем горячей. Кевин открыл коробку.

– Пицца с сыром. Только для меня.

И довольный, в предвкушении вкусного ужина, мальчик захлопнул за собой дверь.

* * *

Силы покидали измученную, исстрадавшуюся в безуспешных поисках билета миссис Маккальстер. Она готова была на все, лишь бы получить то, что ей нужно. Мысли о покинутом Кевине мучили ее.

Ей предложили билеты на завтрашний рейс, но она не могла ждать целые сутки, когда ее мальчик…

Надломленная, убитая горем, она бродила по аэровокзалу, все еще надеясь на успех.

По динамику объявили о посадке на самолет, летевший в Даллас.

Даллас! Это уже полпути. Она должна попасть туда! Керри бросилась к толпе, которая медленно проходила на посадку. Она остановила пожилую даму в позолоченном пенсне. И, отозвав в сторонку, предложила пятьсот долларов, карманный переводчик, стоимостью также в не одну сотню долларов, часы «Ролекс», словом, все, что имела при себе, если та согласится выехать завтрашним рейсом! Сначала старуха хотела отпираться. Вот еще! Будет она еще сутки сидеть в Париже! Но когда почтенная женщина услышала о щедром вознаграждении, глаза ее лихорадочно засветились. Все-таки пятьсот долларов не предлагают каждый день. Да еще карманный переводчик. Она давно хотела его приобрести, но жалела денег. Он стоил дороговато.

– Это настоящий «Ролекс»? – спросила старуха, разглядывая изящные золотые часики, подаренные когда-то Керри мужем.

– Ну, а как вы думаете? Кроме того, у меня есть кольцо.

Предложение было слишком заманчивым. Конечно, ради этого нужно возвращаться в гостиницу, но… Мадам предлагала билеты в первом классе. Они с мужем еще никогда не летали в таких шикарных салонах, считая, что это расточительно. Старуха стояла в нерешительности. Но отказаться была не в силах.

– Дорогая, нам пора, – к ней подошел муж, седовласый господин в большой фетровой шляпе, с пышными серебристыми усами.

– Подожди, – пожилая дама взяла его за руки и, приподнявшись на цыпочки, стала шептать ему на ухо. – Нам предлагают пятьсот долларов, кольцо, часы, карманный переводчик…

– И еще сережки! – добавила миссис Маккальстер, смотревшая на них умоляющими глазами.

Она готова была отдать все, лишь бы улететь на этом самолете. Часы и украшения были дороги ей. Сережки и кольцо подарил ей отец после рождения их последнего ребенка – Фулера. Отца уже не было в живых. Но теперь она не думала об этом. Спасти Кевина было единственным ее желанием.

Старики долго шушукались, спорили, не зная, как поступить. Глаза Керри наполнились слезами. От этих двух скупердяев зависела жизнь ее сына! Наконец старик, уставший препираться с назойливой женой, бросил на Керри полный недоверия взгляд и потащил супругу к посадочной секции.

– Но я в отчаянии! – взмолилась миссис Маккальстер. Она была готова на коленях умолять этих мещан уступить ей билеты. По щекам текли слезы.

– Прошу вас как мать…

Ее слова не могли не растрогать стариков. Да в придачу щедрое вознаграждение, которое она предлагала.

Измученная, уставшая, с опухшими от слез глазами, но все равно счастливая, Керри Маккальстер сидела в жестком кресле салона второго класса. Самолет медленно поднимался в воздух.

Она летела в Даллас.

* * *

Удобно устроившись в кресле, Кевин смотрел телевизор. Это был второй вечер, который он проводил один. Ведущий детской рождественской передачи читал письмо какого-то мальчика к Санта-Клаусу:

– Дорогой Санта-Клаус! В прошлом году у меня появилась маленькая сестренка. В этом году я ограничусь, пожалуй, куклой…

Кевину было одиноко и грустно. В руках он держал семейный портрет: мама, отец, Баз, Майкл, Сьюзен, маленький Фулер и он… Как хорошо ему было тогда. Да, родители часто относились к нему несправедливо, понапрасну ругали, запрещали что надо и что не надо. Баз незаслуженно издевался над ним. Майкл часто был холоден и не брал его на каток. Но без них Кевин чувствовал себя еще более невыносимо. Он ощущал себя одиноким брошенным котенком, жалким и никому ненужным.

Все-таки без семьи жить невозможно. Жаль, что он понял это только сейчас. А вдруг они уже никогда не вернутся? Нет, это было бы слишком жестоко с их стороны.

Кевин тяжело вздохнул. За окном падали снежинки. Стоял темный декабрьский вечер.

Днем он никогда не чувствовал себя так подавленно, но с наступлением темноты становилось одиноко и жутко. Скука и страх одолевали его.

Кевин нежно гладил портрет.

– Дорогие мои! Если вы вернетесь, я буду вести себя совсем иначе. Доброй ночи!

Кевин поцеловал портрет и положил под подушку.

Только бы они вернулись. Он будет самым образцовым ребенком: не будет приставать с глупостями, ломать игрушки, творить беспорядок, будет ходить за покупками и убирать в квартире. И из школы будет приносить только отличные оценки.

С этими мыслями Кевин уснул.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю