355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джин Кавелос » Закат техномагов-3: заклиная Тьму » Текст книги (страница 16)
Закат техномагов-3: заклиная Тьму
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 16:06

Текст книги "Закат техномагов-3: заклиная Тьму"


Автор книги: Джин Кавелос



сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 27 страниц)

Морден раскрыл рот, быстро, невесело улыбнулся:

– Так ты не собираешься убивать меня?

Улыбка вовсе не была похожа на его обычную. Но что это доказывало? Преданный агент может горевать по убитым могущественным союзникам. Это вовсе не было доказательством того, что прежде его улыбка была фальшивой, что его заставляли улыбаться с помощью химического воздействия. Морден мог просто испытывать наслаждение, сея хаос, радоваться гибели миллионов, или даже одного живого существа.

Галена трясло. Он выпустил руку Мордена, сделал шаг назад.

– Не сразу. И не прямо сейчас. Сначала ты ответишь мне на один вопрос.

Морден выпрямился, вытер пот со лба. Он слегка щурился, будто от головной боли.

– Тебе не так уж и нужен пистолет.

Гален тем временем вычислил, что Элизар находился в системе, расположенной поблизости от Тенотка, вероятно, в том же секторе Омега. Гален начал более детальный поиск.

– Вот мой вопрос. Какова твоя цель? Зачем ты служишь Теням?

Морден отрывисто усмехнулся, по его лицу промелькнуло подобие прежней улыбочки:

– Желаешь пофилософствовать? Я служу им, потому что, оказавшись перед выбором, решил служить им. Если бы у тебя хватило ума, ты бы поступил так же. В противном случае тебя ждет такой же конец, как остальных магов.

Он так и не ответил на вопрос Галена.

Морден сложил руки перед собой. Хотя он явно старался вернуть себе прежнюю, ровную, угрожающую манеру поведения, ему, казалось, чего-то не хватало: в его словах не было прежней силы и страсти.

– Пока я не забыл, ответь: с кем я встретился в Трущобах? Кто прилетел с тобой?

– Всего двое из нас остались в живых, благодаря вам, и ты не можешь вспомнить, кто?

– Блейлок никогда не славился пристрастием к выпивке. И есть еще, по крайней мере, один маг – тот, что прилетел за вами на Тенотк.

– Цирцея. Ее убили. А что до Блейлока, смерть изменяет людей, не так ли?

Морден мрачно взглянул ему в глаза.

– Тени манипулировали тобой, – сказал Гален. Произнося эти слова, он понимал, что это – правда.

– Манипулировали мной? – Морден еще сильнее сощурился, его лоб избороздили морщины. Покачал головой. – Ты все вверх ногами перевернул. Я тайно руководил ими, со мной они добились самых больших успехов.

– В твоем мозгу есть имплантант, – сказал Гален, – который дает тебе возможность общаться с ними. Имплантант стимулирует гипоталамус, внушает тебе эмоции. Пока Тени передают нужный сигнал, ты испытываешь радость от служения им. Так же они могут заставить тебя испытывать гнев или боль. В отсутствии их сигнала эффект слабеет.

Что он обнаружит там, под оболочкой? Такого же злобного Мордена, которого следовало бы уничтожить? Гален надеялся, что так оно и будет.

– Не понимаю, о чем ты говоришь. Никто на меня не влиял.

Увиденный Галеном рисунок созвездий совпал с картой одного из участков пространства. Элизар действительно находился у Предела, в секторе Омега, в системе Альфа Омега. Хотя Гален не мог точно сказать, была ли та коричневатая планета третьей в системе, он знал, что так оно и было. Так иногда узнаешь видения из кошмарного сна. Планета была обитаема и получила от местных жителей особое название: За'ха'дум.

В пребывании там Элизара и Разил не было никакого смысла. За'ха'дум был совершенно не подходящим местом для испытаний заклинания уничтожения.

В любом случае, туда он лететь не должен. Он поклялся контролировать себя, концентрироваться только на задании. При одной мысли о том, как он будет крушить Теней, разрушит их родной дом, уничтожит раз и навсегда, волна сильного озноба пробежала по его телу. Если он отправится на За'ха'дум, как он сможет удержаться от столь сильного искушения?

Но Элизар и Разил были там, они ждали его. И теперь, стоило ему задуматься об этом, полет на За'ха'дум стал казаться неизбежностью. Он был хорош лишь в одном – в уничтожении, он был создан тьмой и для темных дел. Куда еще, кроме как в самое сердце тьмы, могла вести долгая дорога, по которой он шел? Он должен лишь сохранять контроль, как бы трудно это ни было, и выполнить порученное задание.

Для этого ему потребуется выбить из Мордена информацию – в противном случае его уничтожат еще на подлете к За'ха'думу, как это случилось с коллегами Г'Лил. Стоило Галену подумать о том, как он будет выпытывать у Мордена информацию, энергия забурлила в нем с новой силой.

Морден потер лоб:

– К чему ты все это говоришь?

– Я даю тебе шанс избавиться от влияния Теней, – холодно произнес Гален. – Мне нужно знать, как проникнуть сквозь систему обороны За'ха'дума и незамеченным опуститься на планету. Расскажи мне, как это сделать, и я удалю имплантант из твоего мозга и укрою в безопасном месте. Тебе нет необходимости служить им дальше.

Если Морден отвергнет его предложение, это будет для Галена доказательством природной его злобности. Тогда он, чтобы выбить информацию, с чистой совестью сможет пытать агента Теней, а потом убить его.

Морден рассмеялся неприятным, пустым, отрывистым смехом.

Подобная его реакция всерьез обеспокоила Галена, хотя он толком не понял, почему.

– Если ты не расскажешь мне все добровольно, я заставлю тебя это сделать против твоей воли.

Морден продолжал смеяться.

Гален резко выпалил:

– Ты что, забыл, кем был когда-то?

В воздухе между ними возникла сфера, внутри нее замелькали, быстро сменяя друг друга, образы: лекция об Анфранском любовном камне, взрыв зоны перехода у Ио, кричащее лицо Мордена, оно же, уже спокойное, во время последнего интервью. Улыбка, запечатленная в тот момент, когда он подходил к каюте Коша, готовясь убить ворлонца, улыбка, застывшая на его лице, когда он платил человеку, отравившему возлюбленную Лондо, Адиру, улыбка, что была на его лице в тот миг, когда он вышел навстречу Галену в шахте, глубоко под землей. Морден молча наблюдал.

Гален убрал сферу, теперь они внимательно смотрели друг на друга.

– Я не знал, что они оказывали на меня влияние, – сказал Морден. – Но это ничего не меняет. Я знаю, кем я был, и кто я теперь. А ты не знаешь и половины этого.

– Подчиняясь их внушению, ты творил немыслимые злодеяния. Они заставляли тебя жаждать хаоса и разрушений. Заставляли получать удовольствие от этого. Но это не означает, что ты и дальше должен продолжать в том же духе. Ты можешь остановиться. Можешь творить благо. Все, что тебе необходимо сделать, это рассказать мне то, о чем я тебя прошу.

Морден взглянул на висевший на шее камень, его лицо оставалось непроницаемым.

– Я заключил с ними сделку, согласился на то, чтобы по их указаниям манипулировать, искушать, провоцировать, убивать. Добровольно обещал служить им, стараться для них изо всех сил.

Гален не желал знать этого, не хотел продолжать разговор. Но вдруг услышал свой голос:

– Неужели ты веришь в то, что твоя жена и дочь в момент смерти оказались пойманными в гиперпространственную ловушку?

Брови Мордена удивленно взлетели вверх:

– Да. Они согласились освободить мою семью, позволить им умереть.

– Ты в это…

– Я знаю, что это маловероятно. Знаю, что они, наверняка, погибли при взрыве. Но я не мог смириться с тем, что они, возможно, страдают, даже если это и маловероятно. Я бы пообещал что угодно и кому угодно, лишь бы это давало мне, пусть даже крошечный, шанс помочь им.

Тени заполучили Мордена, сыграв на его любви к близким, повернув эту любовь против него самого. То же самое Морден, уже служа Теням, пытался сделать с самим Галеном.

– Даже если Тени освободили твою семью, ты давно с лихвой расплатился с ними.

Морден нахмурился:

– Я обещал служить им. Служить, пока могу.

– Но я могу освободить тебя, – сказал Гален, и сам поразился своим словам. Он, каким-то образом, зашел намного дальше, чем намеревался. Ведь он собирался всего лишь получить от Мордена информацию о планетарной защитной сети вокруг За'ха'дума. Он знал, что ему не изменить Мордена, но не смог удержаться от попытки. Гален сам не знал, почему так происходит. Не понимал, как такое могло случиться, но, с какого-то момента, эта идея завладела им, стала для него важнее всего остального. – Если тебе представилась возможность обмануть дьявола, то почему бы не воспользоваться ею?

– Не в этом случае. Не с ними. То, что Тени дали мне, стоит того, чтобы сдержать данное им обещание.

Морден согласился платить цену, которая для магов оказалась слишком высокой. Гален прицелился в цепочку:

– За все, что ты сделал, твоя жена и дочь возненавидели бы тебя. Убивая ради них, ты только позоришь их имена.

– Если ты сказал правду, то это – еще одна часть той цены, которую я должен заплатить.

– Ты можешь измениться, – сказал Гален, гадая, кто сейчас управлял его телом. – Переступить через инструкции Теней. Вот зачем я прилетел сюда – предложить тебе выход.

Морден покачал головой:

– Ты прилетел, чтобы освободить меня. Что ж, я нахожу эту идею неслыханной и эксцентричной. Но я – не раб. Если тебе хочется освободить кого-то, здесь полно более подходящих кандидатур. Я добровольно пошел служить им. Но там есть другие, которые отказались служить им. Члены экипажа «Икара», и не только. Те, кого принудили сделать выбор люди, подобные мне, решившие не сопротивляться Теням. Внутри всех кораблей Теней заключены живые существа, исполняющие роль центральных процессоров. А на самом За'ха'думе их во много раз больше. Вспомни о покоренных нарнах, которых ежедневно обращают в рабов. Отправляйся освобождать их, не меня, – он махнул рукой. – Мне это не нужно. Я не хочу этого. Я этого не заслуживаю.

Морден сел.

– Ты сам не понимаешь, что говоришь. Должно быть, ты все еще находишься под их влиянием.

– Как и ты, – ответил Морден.

– Я могу освободить тебя.

– Почему бы тебе не освободить самого себя?

– Я собираюсь это сделать, – ответил Гален. – И очень скоро. Но сначала мне нужно услышать от тебя, как добраться до За'ха'дума. Возможно, я смогу помочь тамошним рабам.

Уголки губ Мордена приподнялись в подобии улыбки:

– Нет, не за этим ты собираешься на За'ха'дум. Ты хочешь убить двух магов, которые сейчас там находятся. Но знай, что тебе не выбраться оттуда живым. Никогда.

– Они убили тех, кого я любил.

– Так ты убиваешь во имя тех, кого потерял?

– Хотя знаю, что они возненавидят меня за это.

Последние слова Элрика: «Не убивай, мстя за меня».

Морден потер висок:

– Система защиты За'ха'дума называется «Око». Я не знаю, как ты сможешь преодолеть ее. Она очень сложная. Когда мы подлетаем, оно узнает нас и позволяет пройти.

Когда Гален был связан с Анной, она думала о чем-то, что называлось «Око». Оно отдавало ей приказы. Видимо, Око не только координировало деятельность кораблей, но так же управляло защитной системой За'ха'дума.

Морден поднял на него глаза:

– Больше от меня ты ничего не узнаешь.

– Тогда пришло время выбирать, – произнес Гален, хотя заранее знал ответ. – Свобода или смерть.

Тени потребовали от магов, чтобы те присоединились к ним, или маги умрут. Гален задумался, чем его предложение Мордену отличалось от предложения Теней.

– Ты знаешь мой ответ.

Гален прицелился в голову Мордена. Пора выполнять задание. Он уже подверг опасности всех обитателей Вавилона 5 для того, чтобы попытаться расправиться с Морденом. Если он не сделает этого сейчас, другого шанса ему не представится. Тогда Морден продолжит инспирировать убийства и провоцировать войны. Продолжит искушать магов. Но Гален все еще колебался.

– Как ты сможешь жить, оставаясь таким?

– Я лишь предлагаю людям то, что они хотят, – на лицо Мордена вернулась привычная улыбочка, обнажившая ряд белоснежных, ровных зубов. – Гален, ты знаешь, что можешь по-настоящему радоваться жизни, радоваться намного сильнее, – его рука скользнула в карман. – Так чего ты хочешь? Что сделает тебя счастливым?

Похоже, на станции еще оставались Тени, и теперь они были так близко, что могли снова влиять на Мордена.

Дверь отъехала в сторону, и у Галена была всего доля секунды на то, чтобы краем глаза заметить в дверном проеме нескольких вооруженных людей. Он мгновенно создал у себя под ногами летающую платформу, бросил ее в дыру в стене и протолкнул туда свое тело. По стенам забарабанили плазменные заряды. Энергия бешеным вихрем взвилась внутри него, отчаянно желая защищаться и нанести ответный, смертельный удар.

Гален поднял оружие, выстрелил в сияющую мембрану. Она, как вода, расплескалась по стенам шахты, и он пронесся мимо, стремясь затеряться в узких, изгибающихся переходах.

Теперь он не знал, что именно собирается делать дальше. У него все было спланировано. Он хотел убивать, и Круг приказал ему убить. Но он не убил. И, в то же время, не освободил Мордена. В очередной глупой попытке творить благо он опять не сделал ничего достойного.

Невозможно было разрубить ниточки, связывающие Теней с их марионетками. Он не сумел спасти ни Анну, ни корабль-гибрид, ни Мордена. К свободе вела всего одна тропа: та, которую открыл Гауэн. Свободы, обещанной Галеном Мордену, на самом деле не было. Только смерть могла принести свободу.

Больше он не повторит этой ошибки.

Глава 13

Смутные образы, жившие в разуме Анны за барьером из сияющей, белой пустоты, обретали форму. Ощущение вовсе не походило на то, что она чувствовала во время вторжения Банни в свой мозг. Ни боли, ни давления. Вместо этого барьер в разных местах становился прозрачным, видневшиеся за ним туманные силуэты обретали цвет и материальность.

Она видела разных людей, различные места. Эти картины всплывали в ее разуме лишь на короткое время, затем снова тускнели. Ни одно из этих воспоминаний не могло сравниться по яркости с воспоминаниями о работе с машиной, но она внимательно рассматривала всплывающие образы.

Джон Шеридан стоит на пляже, разговаривает с ней. Указывает рукой куда-то вдоль побережья, и Анна видит там башню. На вершине башни то вспыхивает, то гаснет свет. Лучи света обегают пространство вокруг башни, проверяя, что там происходит, точно так же, как Око исследует окрестности За'ха'дума. Откуда-то ей было известно, что такие башни называются маяками. Джон Шеридан улыбнулся ей, ветер трепал его короткие, песочного цвета волосы.

Она была в темной комнате, заполненной книгами, бумагами, примитивными устройствами, странными предметами. Занималась изучением маленького объекта эллиптической формы, который лежал на ее столе под лампой. Анна узнала объект – одно из устройств освободителей. Но кожа его была тусклой, неживой.

Она лежала в кровати рядом с Джоном Шериданом. Он разговаривал с ней, а она положила голову ему на грудь.

Человек сидел, опираясь спиной о стену пещеры. Единственным источником света в темноте был фонарь, укрепленный на кислородной маске, которая скрывала лицо сидящего. На нем был оранжевый комбинезон. На одной руке – черное пятно ожога.

Анна просматривала кусочек за кусочком, но они не были ее воспоминаниями в полном смысле этого слова. Они не вызывали у нее никаких эмоций, вовсе не казались чем-то важным. Просто обрывки, вытащенные из общей кучи. К тому же они были неполными, фрагментарными, оторванными от контекста. Анна не понимала их.

Когда лечение закончилось, Джастин помог ей сесть на кушетке и стал расспрашивать о том, что она вспомнила. Выслушав ее ответы, он снова нахмурился.

– Где ты родилась? – спрашивал Джастин.

Она не знала.

– Кто ты по профессии?

И этого она не знала.

– Почему ты вышла замуж за Джона?

– Где вы с Джоном провели медовый месяц?

Джастин тяжело вздохнул, и Анна забеспокоилась. Освободители могут решить, что она не заслуживает той огромной чести, которой они собирались ее удостоить.

– Анна, у нас мало времени, – сказал он. – Я просто расскажу тебе все, что нам известно, а ты это запомнишь. Быть может, тебе удастся связать эти факты с образами, имеющимися в твоем сознании.

– Я все сделаю, – ответила Анна, и он слегка улыбнулся ей.

– Помимо этого, мы попробуем еще одно средство. Приведем сюда того, кого ты знала, кто может подтолкнуть тебя. Вы скоро встретитесь.

Гален скользил по вентиляционной системе Вавилона 5, заставляя энергию, бушевавшую внутри него, замедлить свой бег, температуру понизиться, а бешено стучащее сердце – успокоиться. Два упражнения на сосредоточение, выполняемые одновременно, помогали ему не думать ни о чем постороннем, на это просто не оставалось концентрации. Ему следует покинуть станцию.

Гален вошел в базу данных рубки Вавилона 5 и ввел новое время отлета для своего корабля. Он улетит через час. Больше он не может гоняться за Морденом. Он упустил возможность, теперь Тени готовы к его появлению. Он должен отправиться на За'ха'дум, даже зная, что система обороны планеты наверняка убьет его. Должен, больше не отвлекаясь, заняться выполнением оставшейся части задания Круга. Потому что, не будь у него задания, он сам уже превратился бы в хаос.

Но, первым делом, он должен донести имеющуюся у него информацию до Джона Шеридана.

Гален связался с зондом, укрепленным на щеке Джона, и увидел, что капитан, наконец, остался один. Джон сидел на кушетке в своем кабинете, свет настольной лампы, единственного источника света в комнате, падал на кучу отчетов, рассыпанных у него на коленях. Руки капитана безвольно свешивались вдоль тела. В тишине раздавался лишь звук ровного дыхания. Джон спал.

Хорошо отдохнув, утром Джон, вероятно, сам разгадает стратегию Теней. Но Гален не был уверен в том, дадут ли капитану отдохнуть этой ночью, или, как это уже много раз случалось, что-нибудь вдруг случится, и ему придется всю ночь работать. Галену очень хотелось подсказать Джону, что задумал противник: если, улетев с Вавилона 5, он направится навстречу своей смерти, то напоследок он даст союзу хотя бы этот небольшой шанс одержать победу над Тенями.

Гален подключился к камерам, установленным в прилегающих к кабинету коридорах. Там было пустынно. Час ночи по времени станции. Связавшись с зондом, Гален обнаружил Майкла в Трущобах, тот продолжал искать доктора. Отлично.

Гален остановился. В нескольких футах впереди была отдушина, ведущая в подсобное помещение, которое находилось поблизости от кабинета Джона. Гален несколько раз подряд визуализировал нужное уравнение: в отдушину полетело несколько под завязку заполненных энергией огненных шаров. Шарам потребовалось всего несколько секунд, чтобы прожечь дыру. Гален проник в подсобку, окружил себя иллюзией в полный рост. У него не было времени на то, чтобы завоевывать доверие Джона, объяснять капитану ситуацию и рассказывать, откуда он все это узнал. Он просто заронит в сознание Джона идею и исчезнет.

Тени не станут преследовать его здесь. Им известно, куда он собрался. Он понятия не имеет, как преодолеть систему обороны За'ха'дума, и поэтому они легко смогут разделаться с ним там, у Предела, не привлекая лишнего внимания.

Гален вспомнил о Коше. Что ж, если тот действительно живет внутри Джона, остается надеяться на то, что ворлонец не станет ему мешать.

Коридор около кабинета был пуст. Гален вышел из подсобки в просторную комнату. В тусклом свете лампы виднелось прямоугольное окно, за которым можно было разглядеть обширные Сады станции, на время условной ночи погруженные в темноту. Свет единственной включенной лампы падал на Джона. Он сидел на кушетке, слегка наклонив голову и приоткрыв рот. Во сне капитан казался юношей, слишком молодым для того, чтобы взваливать на себя ту огромную ответственность, которая сейчас лежала на нем.

Гален задумался, какую ловушку Тени придумали для Джона, в чем заключался их план. Если капитан погибнет, союз развалится. Больше никому не под силу объединить столько различных рас, различных государств. Как бы ему хотелось и дальше помогать Джону… Но Гален знал, что не сможет этого сделать.

Он вытащил из кармана липучку, содержащую дозу транквилизатора, подошел к Джону, слегка прижал липучку к его щеке. Гален приготовил дозу слабого успокаивающего средства на тонкой пластинке диаметром в дюйм. Средство будет действовать в течение трех секунд, и за это время он должен успеть поговорить с Джоном. Обычно Гален создавал такие пластинки, чтобы жертва не могла их снять. Но сейчас он не собирался оставлять за собой никаких следов.

Гален снял липучку, убрал в карман, сел рядом с Джоном и поднял руку, готовясь разбудить капитана.

– Ты несешь Теней внутри себя, – произнес, как сначала показалось Галену, Джон, но это был не его голос, да и губы его не шелохнулись. Джон продолжал спать: его голова все так же свешивалась набок, дыхание оставалось спокойным, размеренным.

Однажды он уже слышал этот шепот: каждое слово несло с собой странное эхо, будто это было не одно слово, а много слов, не одно значение, а несколько.

– Это место не для тебя, – продолжал голос. – Улетай немедленно.

Слова проникали непосредственно в его мозг, но Гален не заметил никаких признаков того, что кто-то пытался вторгнуться в его разум. Он без помех продолжал выполнять свои упражнения.

Гален тихо, чтобы не разбудить Джона, спросил:

– Кто ты?

– Ты должен отправиться на За'ха'дум и остановить двоих, подобных тебе. От них распространяется великая тьма. Подобное можно одолеть только подобным.

– Ты ворлонец? Кош?

– Ты мог уничтожить меня, но не сделал этого. Мы встретились во тьме, и ты выдержал мое испытание.

Должно быть, в системе Тенотка ему повстречался именно Кош.

– Что за тьма…

– Не говори никому. Заручись помощью моего преемника, Улкеша. Но не позволяй ему зондировать твой разум.

– Он поможет мне преодолеть систему обороны За'ха'дума?

– Если ты пройдешь его испытание, он не убьет тебя во время твоей попытки проникнуть в логово врага.

– А Око? Если ворлонцы меня не убьют, то это сделают Тени.

– Да.

– Как я смогу…

Джон зашевелился, открыл глаза.

– Майкл? В чем дело? – он выпрямился. – Тени опять напали?

Гален придал себе облик Майкла и заговорил в стиле шефа службы безопасности.

– Нет-нет, – ответил он. – Ничего подобного. Прости, что разбудил. Я просто хотел сообщить тебе последние новости о Стивене. Меня кое-что беспокоит. Ты знаешь, что я пытался отследить перемещения дока. Я до сих пор не нашел его, но, из того, что я слышал, похоже, он прошел самую тяжелую стадию ломки. Кажется, он почти пришел в норму. Поэтому искать его теперь сложнее.

Джон провел рукой по лицу.

– Э… то, чем он занимается… Ты знаешь, он заявил, что бродяжничает.

– Да.

– Кажется, он бродяжничает и в прямом и в переносном смысле. Он, похоже, бродит вокруг нескольких секторов в Трущобах, но не заходит туда, – Гален поднял указательный палец, сопровождая свои слова круговым движением. – Он побывал и выше них, и ниже, но, по каким-то причинам, он не хочет заходить в эти, центральные, секторы.

Джон, сонно кивая, следил за движением пальца Галена.

Гален повернулся, будто собираясь взять что-то с кушетки за спиной, создал иллюзию электронного блокнота у себя в руке. На экране возникло изображение множества точек, образовавших сферу. Протянул блокнот Джону.

– Каждая точка – это место, где видели Стивена. Видишь, они располагаются по кругу, в центр он не заходил ни разу.

Гален снова провел рукой перед экраном, указывая на местоположение точек.

– Прости, я толком не проснулся. Ты говоришь, Стивен почему-то избегает этого района?

– Я думаю, он готовит себя к тому, чтобы войти туда. Думаю, он войдет туда скоро, очень скоро. А когда он сделает это, мне кажется, нам лучше бы оказаться там, встретить его. Там живет множество невинных существ.

Джон потряс головой:

– Ты ведь не считаешь Стивена опасным?

Гален убрал блокнот.

– Нет. Я просто чувствую, что вот-вот произойдет что-то значительное. Действительно значительное.

На лице Джона обозначились морщины, он был явно обеспокоен.

– Я тоже.

Гален встал. Он заронил в подсознание Джона идею. Теперь Джон свяжет концы с концами, и битве быть. А что до него самого, то творить благо – не его конек.

– Я лучше пойду. А тебе лучше лечь спать.

– Спасибо за новости.

Джон начал медленно собирать разбросанные отчеты, несколько раз моргнул, чтобы глаза не закрылись.

– Есть новости о техномаге, напавшем на Лондо?

– Нет. Я приставил к Лондо пару ребят, хотя он об этом не знает. Посол чертовски нелепо вырядился и в таком виде тихо смылся в Трущобы. Но от техномага так просто не отделаться.

– Где бы он ни был, надеюсь, он улетит до того, как нам придется арестовать его или чего похуже.

Гален кивнул и пошел к выходу из кабинета.

– Как плохо, что на нашей стороне нет парочки техномагов.

Гален остановился, повернулся к Джону:

– Да. Плохо.

Гален, переключаясь с одной камеры службы безопасности на другую, наблюдал за тем, как лже-Кош вышел из дока, в котором стоял его корабль, и заскользил почти пустыми коридорами станции к своей резиденции. На Вавилоне 5 ворлонцы, как и Тени, скрывали свое истинное обличье. На этом ворлонце был темный скафандр: черный, с вкраплениями красного и синего цветов. На «голове» – удлиненный, гладкий шлем, на котором сиял красным огнем единственный «глаз». При движении одеяние ворлонца лишь слегка колыхалось.

Гален читал противоречивые свидетельства, касающиеся истинного облика ворлонцев. Источники, заслуживающие наибольшего доверия, говорили о них как существах из света. Другие в восторженных тонах описывали богоподобный вид ворлонцев: образ, который ворлонцы использовали для того, чтобы вызывать слепую веру и беспрекословное повиновение у младших рас.

Гален знал, что этот лже-Кош был жестоким и непреклонным. Улкеш не предложил никакой помощи союзу Джона Шеридана, зато с самого первого дня пребывания на Вавилоне 5 терроризировал свою помощницу. Улкеш не захочет помогать Галену. Ворлонцы всегда презирали техномагов, и у них были на то причины. Маги – творения Теней, порождение древнего врага. Более того, что общего у существа из света с порождением тьмы? Кош предложил ему помощь, значит, Кош был исключением из правил. Но Улкеш был его единственным шансом попасть на За'ха'дум, без его помощи Галену не удастся сделать то, что он должен сделать.

Когда Джон потребовал от Коша, чтобы ворлонцы помогли ему в войне, Кош в гневе атаковал капитана. Но он нанес удар, желая лишь напугать, а не убить. Гален не знал, будет ли Улкеш столь же сдержанным. Но он не собирался вступать в бой с ворлонцем. От Улкеша ему нужны лишь гарантии того, что ворлонцы не станут мешать ему. Потом он уйдет.

Если же Улкеш откажется, он все равно полетит. У него нет выбора. И, если ворлонцы не вздумают гоняться за ним у Предела, он не станет сражаться с ними.

Гален мысленно добавил к первому упражнению на сосредоточение – выстраиванию прогрессии – еще одно. Он должен поддерживать высокий уровень ментальной дисциплины, чтобы сразу заметить любую попытку телепатического воздействия со стороны Улкеша. Он знал о ворлонцах совсем мало, но был убежден в том, что они являются очень сильными телепатами, намного сильнее Банни и ей подобных. Но Кош, кажется, верил в то, что он, Гален, способен остановить Улкеша. Он должен быть готов реагировать мгновенно. Он не выдаст местоположения тайного убежища магов.

Улкеш приближался. Кроме него поблизости никого не было.

Гален вышел из коридора, перпендикулярного тому, по которому скользил ворлонец, преградил Улкешу дорогу.

Облаченная в скафандр фигура остановилась в нескольких футах от него, гладкая голова наклонилась в сторону Галена, фиксируя на нем красный глаз. Раздался шепот, от звука которого волнами расходилось эхо.

– От тебя смердит Тенями.

– Я – друг Коша, – ответил Гален.

– Мы все – Кош, – заявил Улкеш.

– Значит, я друг вас всех.

– Нет, – ответил Улкеш.

– Я встречался с Кошем в прошлом году. Он сказал, что поможет мне сражаться с Тенями. Что позволит мне добраться до За'ха'дума и расскажет, как преодолеть его систему обороны. А сейчас, когда я вернулся за информацией, его место заняли вы. Вы дадите мне то, что он обещал?

– Нет, – ответил Улкеш.

– Вы защищаете Теней?

– Нет, – ответил Улкеш.

– Тогда почему бы вам не помочь мне?

– Ты не можешь сражаться с самим собой.

Гален вздохнул. Возможно, между ним и Тенями не было никакой разницы. И он, и Тени жаждали хаоса и смерти. Но, если его задание состояло в том, чтобы сразиться с самим собой, Гален чувствовал себя готовым к этому. Ведь последние два года он только этим и занимался.

– Только подобный может сражаться с себе подобными, – ответил он.

Улкеш покачал головой, еще пристальнее взглянул на него красным глазом.

– Когда ты сражаешься, ураган ширится.

– Я хочу лишь одного: найти двоих, подобных мне, которые служат Теням, и убить их. Они на За'ха'думе. Если мы уничтожим друг друга, разве это не пойдет на пользу порядку?

– Где все остальные?

– Они мертвы. Их убили Тени.

– Ложь.

Гален быстро проверил свой разум. Но ничего не отвлекало его от выполнения упражнений, не возникло никакого ощущения вторжения в его разум. Как же Улкеш узнал об этом?

– Вы – омерзительная гадость, – Улкеш проскользнул мимо него, двинулся дальше по коридору.

Гален понял, что его словами ворлонца не убедить. Улкеш не сомневался в своем всезнании, и Гален должен убедить его в обратном. Визуализировал нужное уравнение, создал иллюзию самого себя. Сам незаметно отступил в перпендикулярный коридор и установил связь с камерами службы безопасности, чтобы понаблюдать за тем, что произойдет дальше. Аналогично тому, как он составлял сообщения, Гален написал текст для иллюзии. Иллюзия заговорила.

– Разве не будет благом, если я уничтожу два самых сильных орудия Теней?

Улкеш развернулся лицом к иллюзии:

– Благо не может исходить от тебя.

– Разве воля Коша ничего не значит? Вы уверены в том, что и из его желаний не может выйти ничего хорошего?

Красный глаз за какую-то пару секунд превратился в сверкающий круг, потом вдруг ярко вспыхнул. За вспышкой последовал энергетический разряд. Разряд пронзил иллюзию, ударил в стену коридора.

Гален убрал иллюзию, вышел из перпендикулярного коридора в главный.

– Мы в состоянии удивлять тебя, – сказал он.

Взгляд красного глаза Улкеша метнулся в его сторону, задержался на нем. Потом ворлонец развернулся и заскользил прочь.

Джастин с Анной сидели на жестких стульях друг напротив друга за столом, на котором был накрыт обед на двоих. Посреди стола горела свеча. Джастин объяснил, что она стоит в качестве украшения. А есть, по земным обычаям, полагалось с помощью маленьких инструментов. Анна осторожно манипулировала ими.

С одной стороны у стола стояли, наблюдая за происходящим, трое освободителей.

– Анна, – произнес Джастин, изображая Джона Шеридана, – пожалуйста, расскажи, что случилось с тобой на За'ха'думе? Почему было объявлено о том, что ваш корабль уничтожен? Почему за все это время ты ни разу со мной не связалась?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю