Текст книги "Том 2. Реквием блондинкам"
Автор книги: Джеймс Чейз
Жанр:
Крутой детектив
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Сознание медленно возвращалось ко мне. Сначала я почувствовал пульсирующую боль в голове, потом, открыв глаза, обнаружил, что лежу на спине и луч фонарика освещает мое лицо. Я замычал и повернул голову, пытаясь сесть, но чья-то рука толчком в грудь вернула меня в исходное положение.
– Лежи, – услышал я голос Дедрика.
Содрав пластырь с моих губ, он присел около меня. Свет фонарика резал глаза, но меня больше беспокоили какая-то давящая тишина, темнота и сырой холодный воздух.
– Что происходит?
– Скоро узнаешь, – ответил Дедрик.
Я почувствовал, что мое тело опоясано чем-то. Опустив глаза, я увидел, что Дедрик окрутил меня цепью и запер ее на висячий замок. Над нами нависали тяжелые каменные своды, подпертые почерневшими бревнами.
– Это что, шахта?
– Да. Сто футов под землей. Это не моя идея, лично я против тебя ничего не имею и вполне удовлетворился бы пулей в лоб. Но Баррет… Он хочет завтра прийти и посмотреть на тебя.
– Он что, хочет уморить меня голодом? – спросил я, безуспешно пытаясь освободить руки.
– Ты умрешь не от голода, – он помолчал и закурил сигарету. – Ты просто не успеешь…
– Что ты хочешь этим сказать?
– Скоро узнаешь. Если дашь слово не бросаться на меня, я освобожу тебе руки. По крайней мере, ты сможешь сопротивляться.
Я почувствовал озноб.
– Если ты освободишь мне руки, то я, наверное, задушу тебя, – сказал я. – Меня не так-то просто запугать.
– Не валяй дурака! Ты просто не представляешь, что тебя ждет. Повернись!
Я повернулся, и он освободил мне руки.
Я сел. Встать мне мешала короткая цепь, но приятно было снова владеть руками.
– Я оставлю тебе фонарик, – сказал Дедрик-добрая душа. – Это все, что я могу для тебя сделать.
– У тебя, как видно, все же осталось немного совести. – Я потряс онемевшими кистями, чтобы восстановить циркуляцию крови. – А что должно произойти?
– Не знаю. – Он осветил фонариком длинный темный туннель. – Взгляни-ка сюда!
Луч фонарика выхватил из темноты то, что мне сначала показалось грудой тряпок. Всмотревшись, я понял, что это когда-то был светлый костюм.
– Под этими тряпками – скелет, – разъяснил мне Дедрик. – Мы оставили его здесь не более двенадцати часов назад, и вот во что он превратился…
– Кто это? – хрипло спросил я.
– Неважно.
Но я и сам догадался.
– Это Феррис?
– Это еще один любопытный парень, который совал свой нос не в свои дела, – сказал Дедрик и вытер лицо носовым платком. Затем вынул из кармана еще один фонарик и кинул его мне. – Со светом тебе будет веселей. Но когда услышишь, что идет Баррет, потуши его. Он убьет меня, если узнает…
– Что ж, и на том спасибо, – ответил я, освещая фонариком его лицо. – Но почему бы тебе не довести доброе дело до конца и не освободить меня? Ведь тебе самому не нравится эта затея. Отпусти меня, Дедрик, когда-нибудь и я помогу тебе…
– Нет, – сказал он. – Ты не знаешь Баррета. Ни один нормальный человек не решится стать у него на пути. Прощай, Мэллой, надеюсь, что это продлится недолго…
Я сидел и смотрел, как свет его фонарика становился все бледнее, по мере того, как он удаляется. Потом свет исчез, и сразу же темнота навалилась на меня ощутимой тяжестью. Я зажег фонарик. Яркий свет отогнал темноту, но она не исчезла полностью, а, казалось, притаилась где-то рядом, чтобы, улучив момент, снова наброситься на меня…
Я решил исследовать цепь, которой меня приковали к стене. Однако она была слишком толстой, чтобы ее разорвать, а замок – слишком крепким. Схватив цепь обеими руками, я уперся ногой в стену и рванул несколько раз, но безрезультатно. Я понял, что с таким же успехом можно пытаться сдвинуть с места Эмпайр-Стейт-Билдинг. Тяжело дыша, я повалился на пол. Мое сердце колотилось, едва не выпрыгивая из груди.
Никому и никогда не придет в голову искать меня здесь! Паула в лучшем случае заглянет в дом на Джефферсон-авеню и найдет там труп Макси… Затем, наверняка, пойдет к Мифлину. Но чем он сможет помочь? Кто догадается искать меня в этой заброшенной шахте? Мой взгляд снова возвращался к куче лохмотьев в нескольких метрах от меня, которая еще недавно была Феррисом…
И вдруг я почувствовал приглушенное дыхание какого-то животного! Паника охватила меня. Я готов был завопить во весь голос, если бы это помогло. Ни разу за всю жизнь я не был в таком безвыходном положении.
Несколько минут я сидел неподвижно, пытаясь взять себя в руки, убеждая себя не поддаваться отчаянию и награждая себя самыми оскорбительными эпитетами, которые только могли прийти в голову. Но страх не покидал меня.
Я достал сигареты и закурил, прислонившись к стене. Вдыхая дым, я смотрел на луч фонарика, спасавшего меня от темноты. Фонарика хватит еще часа на два беспрерывной работы. Надо поберечь батарейки, пусть даже придется сидеть в темноте. Я пересчитал сигареты: всего семнадцать. Даже слабый, тлеющий огонек сигареты успокаивал, поэтому на время курения я выключал фонарик. На меня сразу наваливалась плотная, удушающая темнота, но мне удалось немного успокоиться, поглядывая на тлеющий огонек. Так прошло около часа. Не выдержав, я включил фонарик и посмотрел на часы: оказалось, что я просидел без света только восемь минут… Меня снова охватило беспокойство. Если после восьми минут темноты я был готов лезть на стенку, то что же со мной произойдет через час или два, через день?.. Я снова попытался выдернуть цепь, но сколько ни дергал, ничего не добился. Только мышцы ног задрожали от усталости.
И тут я услышал какой-то шорох… До сих пор единственными звуками, которые слышались в заброшенной шахте, были мое дыхание, стук моего сердца и негромкое тиканье часов. И вот теперь к ним прибавился этот шорох. Затаив дыхание, я прислушался. Из туннеля доносилось какое-то тихое шуршание, кто-то осторожно двигался в мою сторону. Я осветил туннель фонариком и заметил две красноватые тлеющие точки, похожие на глаза животного. Я стоял на коленях, вглядываясь в темноту.
«Ты убедишься, что я аккуратно плачу по счетам», – с ужасом вспомнил я слова Баррета. Он был прав: те несколько секунд, что я всматривался в темноту, были самыми страшными в моей жизни. Красноватые огоньки медленно приближались, и скоро я смог различить силуэт животного, его острую мордочку. Это была крыса, но какая!.. Настоящее чудовище размером с кошку! Она опасливо приближалась к свету, ее мех отливал коричневым. Я нащупал камень и запустил в нее, но она удрала прежде, чем камень ударился о землю. Ну что ж, теперь, по крайней мере, я знаю, что меня ждет судьба Лью Ферриса. Знаю, что когда эта тварь будет голодна, она не убежит…
Я огляделся вокруг в поисках камней и стал собирать их в кучу. Кроме того, я нашел на земле обломок палки. Это было не бог весть какое оружие, но все же лучше, чем ничего. Одну крысу я мог убить, но меня тревожила мысль, что она здесь не одна. Держа палку в одной руке и фонарик в другой, я прислонился к стене и ждал. А где-то там, в темноте, крыса ждала меня.
Глава 4Светящиеся стрелки моих часов показывали двадцать минут пятого. Я находился в шахте уже более двух часов. У меня осталось пять сигарет, свет фонарика тускнел. Пытаясь продлить его жизнь, я выключал его через каждые пять минут. До меня не доносилось ни единого звука, и я начал дремать. Стараясь не уснуть, я сосредоточил все свое внимание на тлеющем кончике сигареты. Чтобы как-то защититься от крысиных зубов, я обвязал шею носовым платком. Мне удалось немного преодолеть ужас, а может, я просто устал бояться? Есть какой-то предел у страха, возможно, я его уже достиг после часа пребывания под землей. Но в то же время совершенно утратил надежду выбраться из этой тюрьмы. Моим единственным желанием было убить крысу раньше, чем она расправится со мной. Больше я ни о чем не думал.
Два часа тянулись как два месяца. Мне ничего не оставалось делать, как только курить, смотреть в темноту и прислушиваться. Медленно ползли стрелки часов. Снова послышался шорох. Я бросил в крысу камень и отогнал ее. Меня беспокоило, что батарейка фонарика на исходе. Я выключил его и посидел некоторое время в темноте. Глаза мои закрылись, я задремал…
Вдруг что-то зашуршало. Я зажег фонарик и увидел крысу, которая кралась ко мне, прижимаясь к земле. Свет обратил ее в бегство. Я взглянул в сторону туннеля и увидел теперь вместо одной пары глаз три-четыре пары светящихся точек. Эти твари расположились передо мной полукругом. Я крикнул на них, но они даже не шевельнулись. Я швырнул в них горсть камней. Они исчезли, но тут же появились снова, уже немного ближе.
Я опять крикнул. И тут мне показалось, что я схожу с ума: я услышал свое имя:
– В-и-ик!..
Встав на колени, я прислушался. Почудилось, или меня действительно кто-то позвал?
Мой ответный крик громовым раскатом разнесся по туннелю.
– Вик! Где ты?
– Я здесь!
От радости я забыл о крысах и кричал как сумасшедший. Вдруг один из грызунов бросился на меня, его зубы вцепились в платок на моей шее. Я дико завопил от ужаса и схватил тварь. Острые, как бритва, зубы впились мне в руку. Обезумев от боли и еще больше от страха, я изо всех сил сдавил тело крысы так, что хрустнул позвоночник. Содрогаясь от отвращения, я отшвырнул от себя это мерзкое порождение подземной жизни.
– Вик!
– Я здесь! – хрипло крикнул я.
– Это я, – отозвалась Паула, и в конце коридора блеснул далекий свет.
Никогда еще я так не радовался человеческому голосу.
– Осторожнее, смотри под ноги! Здесь полно крыс!
– Иду!
Через минуту Паула была рядом со мной и, встав на колени, схватила меня за руки.
– О, наконец-то, Вик!..
Я глубоко вздохнул и попытался улыбнуться, но губы не повиновались.
– Паула! Как я рад, что ты пришла! Как ты здесь оказалась?
Она коснулась моего лица.
– Это потом. Ты ранен?
Я поднял руку. По запястью струилась кровь. Если бы не платок вокруг шеи, я был бы уже где-то на полпути к тому свету.
Паула сняла с шеи белый тонкий шарфик и перевязала им мою руку.
– Это крыса, – объяснил я ей. – Я убил ее.
Паула содрогнулась.
– Ой! А здесь еще есть?
– Да, пару штук найдется…
– Скорей уйдем отсюда!
– Не могу. Я прикован к стене.
Пока она обследовала цепь, я рассказал ей обо всем.
– Вик, у меня револьвер. Может, нам удастся расстрелять одно звено?
– Попробуем. Дай револьвер и отойди подальше – пуля может срикошетить.
Паула отдала мне свой 25-й и отступила в туннель. После третьего выстрела звено отлетело. Я с трудом поднялся. Она поддержала меня.
– Сейчас все будет в порядке. – Я начал ходить, чтобы немного размяться. – Расскажи, как ты попала сюда? Откуда ты узнала, что я здесь?
– Мне позвонила женщина, не назвавшая себя. Она сказала: «Если хотите спасти Мэллоя, то поторопитесь. Его запрятали в шахту рудника Монте-Верде». И сразу положила трубку. Я ни о чем не успела ее расспросить, схватила револьвер, фонарик и бросилась сюда. – Паула покачала головой. – Конечно, надо было связаться с Мифлином, но я просто потеряла голову, Вик.
– Все в порядке! Ты здесь, я свободен, что еще нужно для полного счастья?
– Но я блуждала целый час. Если бы ты не закричал, я сама бы завопила. Чуть не заблудилась, дура!
– Я найду дорогу.
Вдруг Паула увидела груду костей и тряпок.
– Что это?
– Лью Феррис, – ответил я и подошел ближе. Кости были обглоданы начисто. В лобной кости черепа виднелось пулевое отверстие. Значит, его застрелили. За что?.. Я осмотрел то, что осталось от пиджака, и нашел бумажник, в котором лежала квитанция на имя Лью Ферриса, две пятидолларовых банкноты и фотография женщины, в которой я узнал его жену.
Я положил бумажник на место и встал.
– Надо будет привести сюда Мифлина.
Паула с ужасом смотрела в темноту.
– Они не погонятся за нами, Вик?
– Нет, побоятся. Пошли.
Мы двинулись по туннелю вниз. Мой фонарик светил слабо, но я решил использовать его до конца. Фонарик Паулы нам еще пригодится. Мы дошли до второго туннеля, который сворачивал направо.
– Пойдем направо, – сказал я Пауле.
– А почему не прямо?
– Дедрик ушел туда.
Мы свернули направо и через сто метров дошли до второго туннеля, уходившего в темноту.
– А теперь куда?
– Выбирай дорогу сама, это все равно.
– Давай опять направо.
Мы снова свернули направо, но через несколько минут я понял, что мы спускаемся вниз, а не поднимаемся.
– Подожди минутку! Это ответвление идет вниз, а не вверх. Надо вернуться и попробовать левый коридор.
– Со мной было то же самое, – обреченно сказала Паула. – Я блуждала здесь больше часа.
– Пошли.
Мы вернулись к пересечению туннелей и свернули в левый коридор, который через несколько минут привел нас в тупик.
– Ну вот! – Паула была в отчаянии.
– Успокойся! – Ее состояние встревожило меня. Она всегда была такой невозмутимой, а тут была готова впасть в истерику. – Может, тот коридор идет сначала вниз, а потом вверх.
– Как я могла решиться прийти сюда одна! – она схватила меня за руку. – Почему я не позвонила Мифлину! Мы заблудились, Вик, нам никогда не выйти отсюда!
– Пошли! – резко сказал я. – Не будем тратить время на пустые разговоры. Надо искать выход!
Паула постаралась взять себя в руки, и голос ее начал звучать спокойнее.
– Прости, Вик, я так испугалась. Мне кажется, что я здесь похоронена заживо.
– Понимаю. Возьми себя в руки. Стоит начать жалеть себя – и мы пропали.
Я взял ее под руку, и мы двинулись дальше. Коридор пошел под уклон, и мы начали спускаться в темноту. Вдруг погас фонарик. Паула вскрикнула.
– Спокойно, все в порядке. Зажигай свой. Шахта должна скоро кончиться. Странно, что она такая длинная…
Мы ускорили шаг. Чем дальше мы шли, тем более спертым становился воздух. В довершение ко всему туннель с каждым шагом становился ниже, нам приходилось нагибаться.
Вдруг Паула остановилась.
– Вернемся, Вик. Там нет никакой дороги, – глаза ее лихорадочно блеснули.
– Нет, мы должны идти туда, – упрямо сказал я. – Там выход. Дедрик ушел туда.
– Я больше не выдержу этого, я совсем задыхаюсь.
Мне и самому было трудно дышать, но я схватил ее за руку и потащил вперед. Мы переходили из одного туннеля в другой, и все они были похожи друг на друга. Наконец пол коридора перестал спускаться.
– Мы на правильной дороге, – обрадовался я, – поднимаемся вверх.
– Я больше не могу идти, – еле слышно произнесла Паула.
Я обнял ее рукой и поддержал. Потолок штольни опускался все ниже, и наконец нам пришлось двигаться, согнувшись пополам.
– Не могу!.. – простонала Паула.
– Давай передохнем немного.
Мы сели на пол, и я почувствовал, что внизу дышится гораздо лучше, чем под потолком. Я велел Пауле лечь на пол и сам примостился рядом с ней. Через несколько минут мы совсем восстановили дыхание, тяжесть рук и ног прошла.
– Тебе лучше? – спросил я.
– Да. Прости меня, что я так вела себя.
– Пустяки, – я взял ее за руку. – У тебя просто приступ клаустрофобии.
– Ты действительно думаешь, что мы на правильном пути?
– Да, – ответил я, но моему голосу недоставало уверенности. Я начал понимать, что Дедрик ушел другой дорогой.
Вдруг Паула вздрогнула.
– Слышишь, что это?
Я прислушался. Откуда-то из глубины шахты раздавались звуки, похожие на шум дождя или шорох сухих листьев.
– Что это, Вик?
– Подожди! – Мы привстали, напряженно вслушиваясь. Я узнал этот шорох. Это были шаги тысяч крысиных лап. И этот шорох приближался.
Крысы преследовали нас!
Глава 5Я вскочил на ноги.
– Бежим! Быстрее!
– В чем дело?
Я схватил ее за руку.
– Крысы! Скорее! Только не пугайся!
Согнувшись, мы побежали по тоннелю. Шум крысиных полчищ приближался. Мы спотыкались, наталкивались на стены, но продвигались вперед. Коридор свернул направо. Завернув за угол, мы вышли в более просторную часть штольни, а еще через несколько ярдов стало возможным выпрямиться во весь рост. Теперь двигаться было намного легче, но туннель казался бесконечным. Мы бежали в полумраке, задыхаясь и спотыкаясь.
– Не могу, – шепнула мне Паула, – дай передохнуть!
Мы немного постояли, но потом опять побежали, подстегиваемые приближающимся шорохом. Впереди туннель снова начал сужаться, и мы увидели проход – вернее, просто дыру в стене.
– Туда, – приказал я Пауле, помог ей и забрался сам.
Мы оказались в большой, широкой пещере, в центре которой стояло множество деревянных ящиков.
Паула воскликнула:
– Отсюда нет выхода, Вик.
Она была права. Мы попали в тупик. Отсюда не было выхода, а вернуться мы не могли: крысы наверняка заняли соседний коридор.
– Быстро! Загородим дыру ящиками! Это наш единственный шанс.
Мы начали судорожно хватать ящики и выстраивать их перед входом в пещеру. Первый ряд был уже готов, когда появились крысы. Мы продолжали возводить свою баррикаду. Я осветил фонариком туннель, и дрожь пробежала у меня по спине – весь пол был покрыт ковром шевелящихся тел. От писка крыс и шороха их лап кровь стыла в жилах… Я схватил револьвер Паулы и дважды выстрелил в шевелящуюся массу. Эхо выстрелов отразилось от стен и оглушило меня. Передние ряды атакующих дрогнули, но им некуда было отступать: сзади напирали. Пули ранили двух или трех чудовищ, но следующие ряды прошли по ним и двинулись вперед. К этому времени мы уже сложили стену в четыре фута высотой. Но этого было недостаточно: надо было выстроить против них двойную стену, чтобы крысы не могли повалить ее. Мы ставили ящики, подносили новые, делали следующий этаж, снова подносили ящики, снова ставили – до полного изнеможения.
Наконец стена была готова. Крысы царапали ее, но повалить не могли. Тогда, обессиленные, мы свалились на пол.
– Все бы я сейчас отдал за бутылку виски! – пробормотал я. – Что ж, по крайней мере, мы не сможем сказать, что у нас не было приключений.
– Я бы предпочла обойтись без них, – с отвращением сказала Паула. – Никогда в жизни я не испытывала такого страха… Как ты думаешь, они уйдут?
– Не знаю, во всяком случае, сюда они не проникнут.
– Вик, но ведь мы и сами не сможем выйти отсюда. А если они даже и уйдут, мы можем так и не найти выход. Кроме того, фонарик скоро погаснет…
Пока она говорила, я водил лучом по пещере. В углу была куча каких-то ящиков.
– Посмотрим, что в них, – я стал на колени и открыл крышку одного из них. Там были ряды аккуратно упакованных пачек сигарет.
– Сигареты с марихуаной! – догадался я. – Наверное, это склад Баррета. Вот это трофей! Тут их, должно быть, на миллион!
Паула подошла ко мне.
– Но ведь он не мог таскать ящики по штольням! – внезапно осенило меня. – Надо искать, здесь должен быть какой-то выход!
Стены пещеры были монолитны, поэтому я занялся полом. Вскоре мы нашли хитро замаскированный люк с подъемной дверцей. Совместными усилиями мы открыли его, и в пещеру ворвался свежий воздух.
– Вот и выход! – я посветил фонариком перед собой.
Мы стояли в начале прохода, в полу которого были вырублены грубые ступени. Я спустился по ним первым и вышел на солнечный свет. Туннель шахты выходил на боковой склон глубокого карьера. Подо мной расстилалось дно карьера, поросшее низким кустарником. От входа в тоннель вела вниз незаметная тропинка. Постояв у входа, я услышал отдаленный крик. Только теперь я заметил, что далеко внизу стоят два грузовика и группа мужчин.
Их было человек шесть, и они смотрели в мою сторону, что-то крича. Я поспешно отступил в тень, но они уже бежали ко мне.
ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ
Глава 1– Там люди Баррета! – крикнул я Пауле, увлекая ее в коридор. – Тебя они не заметили. Сейчас я попробую отвлечь их внимание. Как только ты увидишь, что они занялись мной, беги во всю прыть. Доберись до телефонной будки и позвони Мифлину. Пусть скорее приезжает сюда!
В критических ситуациях Паула никогда не спорит. Она пожала мне руку, кивнула в знак того, что все поняла, и я бросился обратно к выходу. Трое человек уже бежали ко входу в туннель, но по крутому склону взбираться было нелегко. Они кричали мне что-то на бегу, и я поспешно оглянулся, чтобы наметить план действий.
Вверх от входа – тропинка на вершину карьера. Я побежал туда, теперь уже на виду у преследователей. Гребня карьера я достиг довольно быстро. Оттуда, как на ладони, была видна окружающая местность. Передо мной простирались песчаные дюны, поросшие кустарником, и начиналась пустыня, лежавшая за рудником Монте-Верде. Слева от меня проходила автострада Сан-Диего – удобный объект для бегства. Но и для Паулы она тоже была удобной. Если я побегу туда, то она останется в хвосте у преследователей, а моя задача увести их как можно дальше от Паулы. Чтобы помочь ей, мне нужно было бежать направо, в глубь песчаных дюн, которые позволяли надежно спрятаться.
Пробежав ярдов двести, я остановился и оглянулся. Преследователи еще взбирались на гребень, их не было видно, и на секунду я испугался, не нашли ли они Паулу. Но нет! Судя по их крикам, они вот-вот появятся. Я нырнул за куст и стал ждать. Вскоре над краем карьера появился первый бандит, а за ним остальные. Они остановились и стали осматриваться. Это были здоровенные парни. Четверо из них были в рыбацких рубашках, другие имели более городской вид, но все они выглядели настоящими уличными бродягами. Главарь банды, широкоплечий здоровяк, отдал приказ, и четверо парней побежали налево, а остальные, растянувшись полукругом, начали приближаться к моему укрытию. Не увидев меня, они могли вернуться и помешать уйти Пауле. Поэтому я выбежал из-за куста на открытое место. Послышался торжествующий дружный вопль, и я понял, что они меня заметили.
Солнце медленно катилось к горизонту, но было еще жарко, и все труднее становилось бежать по рыхлому песку. Я снова оглянулся. Теперь к погоне присоединились и те четверо, которые вначале пошли налево. Преследователи расположились в виде широкой дуги, которая отгоняла меня все дальше от автострады в пустыню. Но жара мешала и им. Если мне удастся сохранить прежнюю дистанцию до захода солнца, я смогу ускользнуть. Видимо, такая же мысль пришла в голову моим преследователям, потому что позади меня раздались выстрелы, и с десяток пуль просвистело над моей головой.
Выстрелы меня пока не очень беспокоили, потому что на таком расстоянии из револьвера довольно трудно попасть в движущуюся цель. В целом наше расположение напоминало игру в лису и гусей. Бандиты немного сбавили скорость, но дистанция между нами оставалась прежней. Справа от меня показался один из первых холмов в цепи предгорий. Рано или поздно они могут стать барьером на моем пути, а преследователям помогут загнать меня в ловушку. Я решил прорваться через цепь раньше, чем попаду в район холмов, и, прибавив скорость, начал резко заворачивать влево. Сзади сразу же раздался крик, и, обернувшись, я увидел, что тройка парней тут же бросились по песку наперерез. Я еще прибавил скорость, но усталость давала себя знать, я начал увязать и спотыкаться в рыхлом песке. Один из рыбаков, здоровый и сильный парень, мчался быстрее всех. Мы бежали с ним наперегонки в сторону прохода между двумя холмами. Если я обгоню его, то мне удастся первым выбраться на открытое место. Если же это не получится, он обгонит меня, и я окажусь запертым в узком пространстве между холмами. Прикинув расстояние, я увидел, что он нагоняет меня. Теперь я мог различить его лицо, красное и мокрое от пота.
Впереди маячила расщелина между скалами. Он приближался ко мне, пыхтя, как маневровый паровоз. Я попытался увильнуть, но он схватил меня за пиджак, а потом сжал в медвежьих объятиях, и мы повалились на песок. Наша схватка протекала с переменным успехом, и неизвестно, кто бы одержал победу, но тут подбежали остальные.
Коренастый широкоплечий тип навел на меня свой 45-й.
– Руки!
Я поднял руки и встал. Наконец я мог отдышаться.
Если мне повезло, то Паула уже на подходе к телефону…
Поймавший меня парень тоже поднялся и подошел с растерянным видом.
– Обыщи его, Мак, – приказал ему широкоплечий.
Мак нашел у меня револьвер Паулы и бросил его вожаку.
– Больше ничего нет, Джо, – ответил он и отошел назад.
– Кто ты такой? – спросил Джо, удивленно глядя на меня. – Я тебя раньше никогда не видел.
– Меня зовут Мэллой.
– Это тот самый парень, о котором говорила она! – встрял Мак.
Джо нахмурился.
– Ты нас не за тех принимаешь. Мы не люди Баррета. У нас свое небольшое дело. – Он повернулся к остальным. – Мак, возьми своих ребят и закончите дело, а я отведу этого типа в хижину. Когда справитесь, тоже возвращайтесь туда.
Мак кивнул и пошел вместе с остальными к шахте, оставив меня с Джо.
– Слушай, приятель, – довольно миролюбиво предупредил тот, ткнув меня револьвером в бок, – если будешь трепыхаться, живо схлопочешь пулю. Имей в виду!
Я уже успокоился и мог рассмотреть его. Лет сорока. Круглое мясистое лицо, маленькие глазки и тонкие губы. Широкие плечи и длинные руки делают его похожим на гориллу.
– Чеши вперед! – приказал он. – Я скажу, когда нужно будет остановиться. – Он махнул рукой в сторону холма. – И смотри не оглядывайся! Если оглянешься – мигом пристрелю. Понятно?
– Еще бы не понять!
Мы двинулись вперед. По дороге я спрашивал себя, что это за компания. Откуда они взялись? Что за «дело» им нужно закончить? Я со злорадством подумал, что они наверняка наскочат на Мифлина и его ребят. «Это тот самый парень, про которого говорила она», – вспомнил я. Кто это – «она»?
Теперь мы брели среди холмов, спотыкаясь на каждом шагу. Солнце скрылось за горизонтом, стало темнеть. Время от времени Джо направлял меня: «Возьми вправо» или «Сверни на левую тропинку».
– Остановись, приятель, – вдруг сказал он. – Давай-ка передохнем.
Я повернулся к нему и сел на камень. Он опустился рядом и вытащил из кармана «Лаки-Страйк», достал сигарету для себя, потом бросил пачку мне.
– Что из себя представляет этот рудник? – спросил он, давая мне прикурить.
– Отвратительное место, – меня передернуло. – Там полно крыс-людоедов.
– Я слыхал об этом. А марихуану ты, часом, не встречал?
– Там этих сигарет миллиона на два, не меньше!
Он радостно оскалился.
– Ого! Черт возьми! Я же говорил ей, а она не верила! Как они упакованы?
– В ящиках. А кто это «она»?
Он нахмурился.
– Не твое дело. Сейчас я задаю вопросы.
Я вдруг сообразил.
– Так вы потрошите Баррета?
– Верно, приятель, мы решили прикарманить его запасы, – он встал. – Ну, пошли. Держи прямо к этому холму и направо.
Теперь совсем стемнело, но у Джо глаза были как у кошки. Наконец он приказал мне остановиться и пронзительно свистнул. Секунду спустя в нескольких ярдах от нас блеснул свет, и я увидел бревенчатую хижину, стоявшую под защитой холма.
– Здорово, правда? – спросил Джо. – Мы сами ее построили. Не заметишь, пока не уткнешься прямо в нее. А к тому времени, как уткнешься, уже будешь нашпигован свинцом не меньше, чем чучело для стрельбы. Ну, заходи.
Я вошел в открытую дверь и оказался в большой комнате, обставленной грубой мебелью. Перед камином, заложив руки за спину, с сигаретой во рту стояла Мэри Джером.
Вокруг корабельного фонаря, свисавшего с балки, кружился белый мотылек. Джо поймал его, бросил на пол и растер ногой. А я во все глаза смотрел на Мэри. Вот уж кого совсем не ожидал здесь увидеть! Она была в клетчатой ковбойке и канареечно-желтых вельветовых брюках, ее темные волосы скрывала красная косынка. Она немного побледнела и похудела со времени нашей первой встречи, но выглядела все так же очаровательно.
– Хэлло! – сказал я. – Вы мне не поверите, но я уже целую неделю охочусь за вами!
– Сбавь тон, приятель, – вмешался Джо. – Ишь, разговорился! Сядь и заткни варежку!
Он толкнул меня к креслу, стоявшему у окна.
Я сел.
– Где вы встретили его?
Джо усмехнулся, явно гордясь собой.
– В шахте. Мы увидели, как он выходил из верхнего туннеля. Дал деру в пустыню, но мы поймали его.
– Он был один?
– Конечно.
– Тогда зачем же ему понадобилось бежать в пески?
Джо нахмурился и провел рукой по стриженым волосам.
– Как это… зачем?..
– Если он хотел удрать от вас, ему нужно было бежать к автостраде, не так ли? – нетерпеливо спросила она.
Лицо Джо помрачнело, он повернулся ко мне.
– В чем дело, парень? – зарычал он. – Ты был один?
– Нет, – я не мог сдержать улыбку. – Со мной была девушка, она побежала за полицией.
Мэри сокрушенно пожала плечами.
– Я отказываюсь от тебя, Джо. За что бы ты ни взялся, ничего у тебя не выходит!
– Но откуда я мог знать, что он не один? – воскликнул Джо, наливаясь злостью.
– Это твое дело. Но теперь ты должен как-то исправить положение.
– Ладно, я вернусь на этот чертов рудник, а вы пока присмотрите за ним.
Она кивнула.
– Поторопись, Джо.
– Возьмите мой револьвер.
Она взяла его 45-й и взвесила на руке.
– Учти, приятель, она умеет обращаться с этой штукой… – предупредил меня Джо.
Повернувшись, он вышел.
Мэри отошла от камина и села в кресло, лицом ко мне.
– Давно мы не виделись, – сказал я. – Это вы предупредили Паулу, что я на руднике?
– Да, только не спрашивайте, почему я это сделала. Наверное, с возрастом становлюсь сентиментальной, – устало сказала она.
– Кто этот Джо? Ваш приятель?
– Не совсем. – Она подняла голову и посмотрела на меня. – Вы уже успели задать мне кучу вопросов. Ну что ж, спрашивайте дальше. Все равно я собираюсь смыться. Мне казалось, что я управлюсь с Джо, но не удалось.
– Давайте смоемся на пару.
– Нет, это ему не понравится. Подождем немного. Если он не вернется, вы сможете уйти.
– А если вернется, – вежливо спросил я, – что будет со мной?
Она пожала плечами.
– Не беспокойтесь, вам не причинят вреда. Просто Джо подержит вас до тех пор, пока сам не смоется.
– Какое вы имеете отношение к этой банде?
Странная улыбка осветила ее лицо.
– А вы как думаете?.. Я – жена Дедрика.
– Жена Ли Дедрика? – я остолбенел. – Но ведь он женат на Сирене Маршленд?
– Сперва он женился на мне, – она закурила сигарету. – В жизни Ли такая мелочь, как двоеженство, не имеет никакого значения.
– Вы хотите сказать, что его брак с Сиреной Маршленд недействителен?
– Да. Но тогда Сирена не знала об этом… Теперь – знает, – с горечью сказала она.
– Вы рассказали ей об этом?
– Я рассказала ее отцу.
– При встрече в «Бич-отеле»?
Она слегка приподняла брови.
– Вы знаете об этом? Да, я рассказала ему тогда. Мне нужны были деньги, и он дал мне тысячу долларов за сохранение тайны.
– Не торопитесь! Давайте начнем сначала. Когда вы вышли замуж за Дедрика?
– Года четыре назад. Точной даты не припомню. Я не романтична и не храню в памяти такие мелочи. Брак с Ли – это не сахар. Я познакомилась с ним в Париже и влюбилась. Не знаю, почему он женился на мне, но факт остается фактом… Я получила то, что заслужила. – Она бросила окурок в огонь и закурила новую сигарету. – Вскоре я узнала, что он занимается наркотиками и их доставкой в Париж. Он уговорил меня помогать ему. – Она улыбнулась. – Вы не представляете себе, как он умеет убеждать!.. Потом он встретился с Сиреной Маршленд. Я ни о чем не подозревала… он и раньше пропадал по неделям… Думала, что он занят отправкой товара. Затем он надолго исчез, оставив все дела на мне и Джо. Тот пытался продолжать, но не смог управлять контрабандным рэкетом. Нас чуть не схватила полиция. С трудом удалось бежать из Франции, и мы приехали сюда. Тут я узнала, что Ли женился на Сирене Маршленд. Тогда я пошла к Баррету… Вы с ним знакомы?
