Текст книги "Том 2. Реквием блондинкам"

Автор книги: Джеймс Чейз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 4

Когда я ворвался в контору, Паула подняла голову от стола, заваленного бумагами.

– Срочно пятьсот долларов! – рявкнул я. – Дело, кажется, проясняется. Возьми блокнот и карандаш и едем со мной. Все расскажу по дороге!

Паула не впала в панику, она всегда была спокойна: достала из сейфа деньги, вынула из ящика пару блокнотов и положила все в сумочку, надела на голову то легкомысленное сооружение, которое она называет шляпкой, – и все это за двенадцать секунд!

Выходя из конторы, она попросила Трикси временно подменить ее. Мы с Паулой побежали по коридору.

– Эй! – раздалось у меня за спиной. Это был казарменный бас Марты Бендикс.

– Я спешу, Марта…

– Я не задержу… Сведения о Суоки. Ничего подозрительного, первоклассный шофер, служил у Маршлендов десять лет… – выпалила Марта. – Когда заплатите за информацию?

– Скоро, – ответил я и потащил Паулу в лифт.

– Эта женщина наверняка победила бы на состязаниях крикунов, – ядовито заметила Паула, пока мы спускались вниз.

– Сто пятьдесят долларов коту под хвост, – мрачно заметил я. – Я надеялся узнать о шофере что-нибудь поинтереснее… Ну, да ладно, ничего не поделаешь.

Всю дорогу до Футхилл-бульвара я проговорил без остановки. Подъезжая к гаражу «Акме», я уже дошел в своем рассказе до миссис Феррис.

– Как ты убедишься, что она не солгала?

– Я возьму у нее заявление, потом заставлю поехать в полицию. Она получит свои деньги, но каждое слово будет проверено.

Я остановил машину около бензоколонки и вышел вслед за Паулой.

– Бунгало за гаражом, – сказал я.

Мы прошли по дороге мимо гаража. Я заглянул в него, но он был пуст. Меня кольнуло неприятное предчувствие, и я побежал к бунгало. Паула догнала меня, когда я стучал в дверь. Никто не отвечал.

– Я же предупреждал ее!.. – с яростью прошипел я и толкнул дверь коленом. Она широко распахнулась. Мы вошли в маленький холл.

– Миссис Феррис! – позвал я. – Миссис Феррис!..

Молчание.

– Вот так! Эти крысы работают довольно быстро. Останься здесь, Паула, я осмотрю дом.

– А ты не думаешь, что она просто сбежала?

– Нет. У нее не было денег. Наверное, мальчишка предупредил банду.

Я осмотрел комнаты и вернулся в холл. Если миссис Феррис действительно знала так много, как намекала, то сейчас за ее жизнь я не дал бы и цента…

– Вик!

Паула смотрела в окно.

– Что там лежит… в сарае? Это ведь не…

В конце садовой дорожки стоял сарай для инструмента, его дверь была открыта и на полу что-то белело.

– Подожди здесь, я посмотрю.

Миссис Феррис лежала на полу, закрыв лицо руками, как-будто защищаясь от чего-то. Я подумал, что она, наверное, увидела их еще от гаража и, потеряв голову от страха, бросилась бежать к сараю. Ее застрелили, вероятно, через заднюю дверь дома и даже не подошли удостовериться, что она мертва…

Я повернулся и быстро пошел обратно.

Глава 5

В вестибюле «Бич-отеля» сидело несколько холеных, хорошо одетых мужчин. При виде Паулы, они уставились на ее ноги. Мы подошли к стойке, за которой стоял портье, высокий гибкий блондин с вьющимися волосами, бело-розовым лицом и разочарованным выражением голубых глаз.

– Добрый вечер, – сказал он, слегка поклонившись Пауле. – Вы заказывали номер?

– Нет, – ответил я и положил перед ним визитную карточку. – Мне нужно получить от вас кое-какую информацию.

Подняв светлые брови, он несколько раз перечитал карточку.

– Да, мистер Мэллой, чем могу быть вам полезен? – Он взглянул на Паулу и бессознательно поправил галстук.

– Мне нужно найти молодую женщину, которая останавливалась здесь двенадцатого или тринадцатого числа.

– Мы не даем сведения о своих постояльцах, мистер Мэллой.

– Я вполне понимаю вас, но она, – я указал на Паулу, – сестра этой молодой леди. – Паула бросила нежный взгляд на портье. – Она сбежала из дому, и мы пытаемся найти ее…

– О, понимаю! – он колебался. – Что ж… в таком случае, как ее фамилия?

– Наверное, она останавливалась здесь под вымышленным именем. Ведь у вас живет не так уж много одиноких молодых женщин?..

– Вы правы. Кажется, я знаю, кого вы имеете в виду. Если не ошибаюсь, она назвалась Мэри Андерсон. – Он перевернул холеной рукой несколько страниц регистрационной книги. – Да, Мэри Андерсон. Высокая, темноволосая, красивая. Это она?

– Похоже. Вечером двенадцатого на ней было вечернее платье винно-красного цвета и черный шелковый плащ.

– Да-да, это мисс Андерсон.

– Прекрасно. Когда она приехала?

Он снова сверился с книгой.

– Двенадцатого в шесть часов.

– А уехала?

– Тринадцатого. Помню, это меня удивило: она ведь заказывала номер на неделю.

– У нее была машина?

– Когда она приехала, нет. Но потом мы наняли машину по ее просьбе. Обычно мы имеем дело с гаражом «Акме», и Феррис пригнал машину часов в семь.

– Он виделся с ней?

Портье удивленно поднял брови.

– Нет. В этом не было необходимости.

– Вы совершенно уверены в этом?

– Да.

– А что произошло с машиной?

– Стоит в гараже нашего отеля. Хорошо, что вы напомнили мне о ней. Обычно Феррис сам забирает свои машины, но на этот раз почему-то не едет за ней.

– Можно взглянуть на нее?

– Конечно.

– Какая у нее марка?

– Черный линкольн. Служитель вам покажет. – Портье был озадачен.

– Ну что ж, спасибо. Еще один вопрос: к мисс Андерсон приходил кто-нибудь, пока она была здесь?

Он немного подумал.

– Да, один джентльмен. Он приходил днем тринадцатого. Вскоре после его визита она сдала номер и уехала.

Я закурил сигарету и спросил:

– Вы его видели?

– Да.

– Можете описать?

– Конечно. Пожилой, хорошо одетый джентльмен. Судя по всему, очень состоятельный. Он сказал, что его зовут Франклин Маршленд.

Я затаил дыхание.

– Небольшого роста, загорелый, с орлиным носом и маленькими ступнями?

– Какие у него ступни, я вам не могу сказать, но все остальное совпадает.

– Значит, мисс Андерсон уехала сразу после встречи с ним? Она была расстроена?

– Я бы не сказал. Пожалуй, немного взволнована…

– Она уехала на такси?

– Кажется. Швейцар, наверное, запомнил ее.

– Если мы не найдем шофера такси, то сможет ли швейцар вспомнить, куда тот ее отвез?

– Подождите, я узнаю у швейцара.

Когда портье ушел, мы с Паулой обменялись взглядами.

– Мы добились некоторого прогресса, – заметил я. – Интересно, что нужно было от нее Маршленду? Я начинаю думать, что он тоже замешан в этом удивительном киднэппинге.

– Известно, где он был во время похищения?

– Я думаю, это не имеет значения. Сам он не принимал в этом деле непосредственного участия… Нанял кого-нибудь.

Вернулся портье.

– К сожалению, не повезло. Швейцар вспомнил мисс Андерсон, но не помнит, кто увез ее. Он остановил для нее проезжавшую машину.

– Что ж, благодарю вас. Все-таки мне хотелось бы взглянуть на машину. Гараж у вас во дворе?

– Да. – Он повернулся к Пауле. – Надеюсь, вы скоро найдете беглянку…

Паула подарила ему сияющую улыбку.

Когда мы проходили по вестибюлю, холеные джентльмены снова прервали свои разговоры, чтобы поглазеть на ноги Паулы.

В гараже служитель подвел нас к черному линкольну.

– Вот эта машина. Не понимаю, почему Феррис до сих пор не забрал ее.

Он тоже был в восторге от Паулы.

– Вы не помните, в какое время мисс Андерсон вернулась двенадцатого?

– Сейчас узнаю, мы это записываем.

Пока он ходил в маленькую контору, я тщательно обыскал машину, но ничего не нашел. Служитель вернулся.

– Она поставила машину в гараж в десять сорок.

– Вы видели ее?

– Наверное, не помню.

– О'кей, – я дал ему доллар. – Спасибо.

Мы вернулись к бьюику. Было шесть тридцать.

– Я заброшу тебя в контору. Отпусти Трикси домой.

– А ты? – спросила Паула.

– Я собираюсь побеседовать с Маршлендом…

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

Глава 1

По дороге в «Оушн-энд» я разложил по полочкам все открытия сегодняшнего дня. По сути дела, я ни на шаг не приблизился к тому, чтобы вызволить Пирелли из тюрьмы, и тем не менее у меня было предчувствие, что, продолжая поиски, я найду необходимые доказательства. По крайней мере, у меня было над чем поработать. Грейси убили, потому что она знала, кто подбросил улики Пирелли. Это доказывало, что он невиновен на все сто! Если верить миссис Феррис, то Дедрик до знакомства с Сиреной Маршленд в Париже занимался контрабандой наркотиков. Не здесь ли ключ к его похищению? Может, женившись на Сирене Маршленд, он хотел покончить с этим делом, а Баррет решил отомстить за предательство и убил его. Это уже потом он инсценировал похищение, чтобы вытянуть у Сирены деньги. Вполне логичные рассуждения.

Потом мои мысли перешли к Маршленду. Связан ли он с похищением? Предположим, Суоки обнаружил, что Дедрик занимается контрабандой наркотиков, и сказал об этом хозяину. Это была любопытная новость: одна из богатейших в мире женщин замужем за торговцем наркотиками! Разумеется, Маршленд пошел бы на все, чтобы избавить дочь от подобной рекламы. Он мог нанять кого-нибудь, чтобы устранить Дедрика. Возможно, идея инсценировки принадлежала ему, а не Баррету. Исходя из имеющихся фактов, можно предположить, что труп Дедрика покоится где-нибудь на территории «Оушн-энд». И никому не придет в голову искать его там.

Какое же отношение к этому делу имеет Мэри Джером? Кто она? Очевидно, Маршленду не составило большого труда найти ее. Как это ему удалось? Зачем он приехал к ней? Почему после разговора с ним она уехала из отеля?

– Ах, черт возьми! – Я провел рукой по разгоряченному лицу.

Я понимал, что приближаюсь к разгадке, но мне не хватало информации. Как мне вести себя с Маршлендом?

Единственный вариант – быть жестким. Он не сможет отрицать, что был в отеле – портье опознает его. Ему придется признаться мне – либо он вынужден будет признаться Брендону.

Солнце заходило, когда я подъехал к «Оушн-энд». Около входа, как и в первый мой визит сюда, стоял большой черный кадиллак.

Два китайца меланхолично трудились над клумбами… Вдалеке, на фоне газона, стояли неподвижные фламинго. Ни они, ни садовники не обратили на меня никакого внимания. Поднявшись на террасу, я позвонил. Дверь открыл Уэддок. Увидев меня, он нахмурился.

– Хэлло, – сказал я. – Мне надо поговорить с мистером Маршлендом.

– Войдите, мистер Мэллой, хотя я не уверен, что хозяин дома.

Я прошел в просторный холл и снял шляпу.

– Как чувствует себя миссис Дедрик? Я слышал, что ей нездоровится?

– Принимая во внимание все обстоятельства, сэр, неплохо.

Я оглядел комнату. Мне показалось, что я не был здесь целую вечность. Я вышел на террасу и посмотрел на балкон, где в ту ночь сидела Сирена Маршленд, оплакивая своего мужа. Сегодня ее там не было. Я вернулся в холл и сел в мягкое кресло. Только сейчас я почувствовал, как я устал! Слишком много досталось на мою долю за этот день. Я закурил сигарету и выпустил к потолку струю дыма. Комнату наполнял сильный запах душистого горошка, стоявшего в вазе на столике. Этот запах убаюкал меня.

Минут через десять я услышал на лестнице шаги. В комнату вошла Сирена Дедрик. Она была в простом платье белого полотна и с розой в волосах. Под глазами у нее были темные круги, у рта лежала печальная складка.

– Не вставайте. Что будете пить? Виски с содовой?

– Благодарю вас, – потом. Мне нужно поговорить с вашим отцом. Разве Уэддок не предупредил вас?

Она подошла к бару, налила виски в два стакана и положила перед собой пачку сигарет.

– Отец вернулся вчера в Нью-Йорк, – сказала она, не глядя на меня. – О чем вы с ним хотели поговорить?

Я отхлебнул виски. Это были «Черные розы», причем очень дорогой сорт. Я был удивлен, что Сирена спустилась в холл. Может, ей самой нужно поговорить со мной?

– Мне бы хотелось кое о чем спросить его, миссис Дедрик. Но раз его нет, это уже не имеет значения. Вы не могли бы дать его нью-йоркский адрес?

– Это так важно?

– Да.

– Вряд ли вам удастся связаться с ним. О чем вы хотели спросить его?

Я отпил из стакана.

– На следующий день после похищения вашего мужа мистер Маршленд встретился с женщиной, назвавшейся вашей секретаршей. Это произошло в «Бич-отеле», где она остановилась. Мне хотелось встретиться с ним и спросить, как он нашел ее и о чем они говорили.

– Мой отец?!

Сирена застыла.

– Да, он назвал портье свое имя.

– Но я не понимаю, какое отношение к этой женщине имеет мой отец? Он не знал ее!

– Он виделся с ней и говорил. Меня интересует тема его разговора. Если он не скажет мне, то я передам эту информацию Брендону.

Глаза Сирены загорелись гневом.

– Вы угрожаете нам?

– Называйте это как угодно.

– Мой отец улетает сегодня в Европу. Я не знаю, где он остановится.

– Он выбрал для поездки подходящий момент.

Сирена подошла к окну.

– Миссис Дедрик, у меня есть вопросы и к вам.

– Да?

– Вы считаете, что вашего мужа похитил Ник Пирелли?

– Конечно.

– Почему вы так уверены в этом?

Она нерешительно взмахнула рукой.

– Я не хочу говорить на эту тему!

– А вам не приходило в голову, что у вашего отца были серьезные мотивы для того, чтобы избавиться от вашего мужа?

Она резко повернулась, ее лицо побледнело.

– Как вы смеете?! Я не желаю вас слушать! Вы не имеете права делать подобные намеки! И я пожалуюсь в полицию.

Сирена стремительно вышла из комнаты. Поднимаясь по лестнице, она заплакала.

Я остался в комнате, размышляя, чего она так испугалась? Выходит, она знала, что Маршленд замешан в киндэппинге?

У меня за спиной раздалось деликатное покашливание. Я обернулся и увидел Уэддока.

– По-видимому, мистер Мэллой, хозяин уехал в Европу, – сказал он.

– Это Суоки вам сказал или вы сами узнали, что Дедрик занимался контрабандой наркотиков? – Как я и рассчитывал, этот вопрос застал дворецкого врасплох. Нехорошо, конечно, пользоваться таким приемом, Уэддок слишком стар для этого, но мне нужно было убедиться в своих предположениях.

Он раскрыл рот от удивления.

– Суоки, конечно… – и, спохватившись, замолчал, но было уже поздно.

– Ваша шляпа, сэр.

Я взял шляпу и нахлобучил ее на голову.

– Простите меня, – сказал я. – И забудьте этот разговор.

Спускаясь с террасы, я чувствовал на себе его взгляд. Если Суоки сказал Уэддоку, то, естественно, Уэддок сказал все Маршленду. Пусть медленно, но все же я продвигался вперед.

Я сел в бьюик и не спеша поехал через сад. Теперь надо предпринять нечто такое, что разрубит все узлы в этом деле. Но что?

Пирелли сказал Франкону, что вечером, в день похищения, он играл в карты с Джо Бертильо в баре «Дель-Монико». По его словам, они окончили игру и разошлись в десять тридцать. А Бертильо утверждает, что это произошло в девять тридцать. Почему? Может, его подкупили? Если да, то кто? Неплохо бы проверить алиби Пирелли. За один день убиты две женщины, неизвестный в темных очках пытался пристукнуть меня, одна из богатейших женщин в мире наговорила ворох лжи.

В моем распоряжении был целый вечер. А может, стоит нанести визит в бар «Дель-Монико»? Правда, репутация у него более чем сомнительная… Настроение у меня было самое подходящее, и я решил поехать туда не откладывая.

Глава 2

В трубке послышался спокойный голос Паулы:

– Добрый вечер. Вас слушает «Универсал-сервис».

– Ты одна там? – спросил я, сдвигая шляпу на затылок и вытирая лоб платком.

В телефонной будке было жарко, как в цирке «Шапито», и, кроме того, судя по запаху, ее последняя посетительница вылила на себя целый ушат духов «Ночь и день».

– О, Вик!.. Да, я одна. Как дела?

– Так себе. Пообещай мне одну вещь, ладно?

– Какую?

– Никогда не пользуйся духами «Ночь и день» – это ужасная гадость.

– Я их терпеть не могу.

– Вот и прекрасно.

– Какие новости?

– Маршленд внезапно уехал в Европу. Во всяком случае, Сирена так мне сказала. Держу пари, что во время нашего разговора он прятался где-то наверху. Я ей сказал, что, по-моему, за киднэппингом стоит ее отец. Тогда она возмутилась, наговорила мне кучу «приятных» вещей и убежала с мокрыми глазами.

– Правда?

– Да, она была явно испугана. Мне кажется, что она и сама так думает. Дворецкий тоже выдал себя: оказывается, это Суоки рассказал ему, что Дедрик занимается контрабандой наркотиков. Как тебе это нравится?

– Но ведь этим не поможешь Пирелли.

– Ни в малейшей степени, ты совершенно права. Но я сейчас собираюсь сделать кое-что и для него, и ты должна помочь мне. Пошли Джеку телеграмму и спроси, не узнал ли он чего-нибудь про Дедрика. Поторопи его с расследованием.

Паула обещала отправить телеграмму сейчас же, и я добавил: – Когда сделаешь это, можешь отправляться домой.

– А ты чем займешься?

– Я еще немного покопаюсь. Вечер только начался.

– Будь осторожен, Вик!..

Я обещал, что так оно и будет. Снова сев в бьюик, я поехал на Монте-Верде-авеню. Дом номер двести сорок пять оказался, как и говорила Майра Тореска, небольшим бунгало с мощеным двориком. Перед зеленой изгородью из кустарника, закрывавшей дом от взглядов любопытных соседей, я остановил машину и прошел во двор.

В одном из окон горел свет, на шторе мелькала тень. Я постучал в дверь. Она отворилась на несколько дюймов, и голос Майры спросил:

– Кто там?

– Мэллой.

Она сняла цепочку.

– Входите, я ждала вас.

Я прошел за ней в освещенную гостиную. Неожиданно для меня она была украшена пестрыми коврами, китайскими масками и куколками. Майра была в куртке и брюках. Бессонные ночи наложили свой отпечаток на лицо: оно побледнело, глаза запали.

– Как дела? – спросила она, доставая бутылку виски, стаканы и лед. – Я так и не ложилась спать с прошлого вечера.

Вчерашний вечер! Неужели прошло только двадцать четыре часа?

– Новостей много, но я не уверен, что они могут дать нам что-нибудь полезное. Мне нужна ваша помощь в одном деле, но прежде я расскажу вам, что произошло за это время.

Майра стояла перед камином, заложив руки в карманы брюк, и нервно курила. Я не стал вдаваться в подробности, и мой рассказ о событиях сегодняшнего дня занял всего полчаса.

– У меня есть множество фактов, – закончил я, – но ни одного доказательства. Именно их мы и должны добыть. С тем, что у нас есть, Франкон не выиграет процесс. Чтобы добыть улики, нам придется драться с Барретом его же собственным оружием. Наша первая задача – подтвердить алиби Ника. Он сказал Франкону, что до десяти тридцати играл в карты с Джо Бертильо. А тот утверждает, что они закончили игру в девять тридцать. Бертильо – отъявленный негодяй, за деньги он продаст мать родную. Я поеду сейчас в бар «Дель-Монико» и попробую найти человека, который видел, как уходил Пирелли. Если мне это не удастся, то я захвачу Бертильо, привезу его в контору и попробую переубедить его… Вы не против?

Она слегка улыбнулась.

– Прекрасно. Если вам не удастся заставить его заговорить, то, возможно, это удастся мне.

– У Ника есть друзья? Мне нужен какой-нибудь крепкий парень, который поможет мне справиться с Бертильо, иначе с ним хлопот не оберешься.

Майра покачала головой.

– Ник трудно сходится с людьми, да и живем мы здесь недавно. Я сама помогу вам.

– Нет, это неподходящее занятие для женщины. Лучше я договорюсь с Майком Финнеганом, он любит дела такого рода.

– Я сама поеду с вами, – заявила Майра. – Я больше не могу сидеть сложа руки. Я умею обращаться с оружием и сделаю все не хуже вашего друга.

Я посмотрел на нее и решил рискнуть.

– Только давайте сразу договоримся. Я не хочу убивать этого парня, надо только заставить его заговорить.

Она посмотрела на меня так, что у меня мурашки побежали по коже.

– Привезем его сюда, и я заставлю его заговорить.

Я встал:

– Ну что ж, поехали.

Она открыла ящик стола, достала пистолет 25-го калибра, проверила обойму и сунула его в карман брюк. Допив виски, взглянула на себя в зеркало.

– Черт возьми, я похожа на привидение. Хорошо, что Ник меня сейчас не видит.

– Сейчас он был бы рад увидеть вас, как бы вы ни выглядели, – сказал я и пошел к двери.

Она выключила свет, мы вышли из дома и направились к машине.

– А что, если мы захватим Баррета и заставим его заговорить? – предложила она. – Это сэкономит нам время.

Мне не понравилась эта идея. То, что пройдет с Бертильо, может не пройти с Барретом – это слишком крупная фигура. Он, может, и расскажет нам все, но потом на суде присягнет, что мы пытками заставили его заговорить.

– Если нам не удастся спасти Ника, я все равно доберусь до Баррета, – угрожающе сказала Майра. – Я поклялась себе.

Я остановил машину возле бара.

– Давайте сначала займемся спасением Ника. С Барретом мы всегда успеем рассчитаться… Вы когда-нибудь бывали здесь?

– Конечно. Ник постоянно торчал в этом баре.

– Мне хотелось бы увидеть комнату, где Ник и Бертильо играли в карты. Можно это устроить?

– Можно, если она свободна.

Мы вошли в бар, залитый светом. Играл музыкальный автомат, множество посетителей – крупных парней – потягивали крепкие напитки. За столиками сидели девицы в шортах и лифчиках, пытаясь увлечь своих партнеров наверх, но удавалось им это редко. Такие сцены часто встречаются в фильмах братьев Уорнер. Для полного сходства недоставало только Хэмфри Богарта. Однако Майра в этой обстановке держалась уверенно. Она прошла по усыпанному опилками полу к стойке и поманила пальцем одного из барменов. Я молча стал позади нее, готовый к любой неприятности. Компания мужчин возле стойки начала разглядывать Майру.

– Хэлло, крошка! – сказал один из них.

«Ну вот, начинается, – подумал я. – Какого дурака я свалял, взяв ее с собой! Теперь вместо расследования придется вступить в драку с целой шайкой».

Майра повернулась, оглядела мужчин и тихим, но дрожащим от ярости голосом что-то сказала им. Они оторопели и медленно, как в шоке, отошли к стойке.

Майра пошепталась с барменом, он кивнул и указал пальцем в сторону двери.

– Пойдемте, – сказала она мне. – Это наверху.

Мы прошли сквозь толпу к двери, за которой оказалась лестница.

– Ловко вы с ними… – похвалил я ее.

– Я привыкла сама заботиться о себе. Чем грознее мужчина, тем легче с ним справиться. – Она улыбнулась. – Бармен сказал, что через полчаса Бертильо придет сюда играть в покер.

– Он его не предупредит?

Она покачала головой.

– Бармен – мой приятель. Что будем делать? Дождемся его и схватим?

– Сначала нужно осмотреть поле боя.

Мы дошли до лестничной площадки. Перед нами открылся длинный коридор.

– Комната пятнадцать, – сказала Майра и, пройдя по коридору, остановилась перед одной из дверей. Открыв ее, она зажгла свет, и мы вошли внутрь. Под люстрой с зелеными плафонами стоял круглый стол с подставками для карт и покерными фишками. Вокруг располагалось с десяток стульев. Обстановку довершали две медные плевательницы.

– О'кей, – сказал я. – А где же служебный ход, которым пользовался Ник?

Майра выключила свет в комнате, и мы исследовали дальний конец коридора, где была дверь.

– Прекрасно. Подождем Бертильо здесь. Если он будет сопротивляться, то я врежу ему по черепу. Но лучше постараться уговорить его, он довольно тяжел.

Мы снова вернулись в коридор.

– Не знаете, есть здесь свободная комната?

– Посмотрим, – сказала Майра, открывая первую попавшуюся дверь и зажигая свет.

Послышался женский визг и поток отборной брани. Майра поспешно выключила свет.

– Эта занята, – спокойно сказала она, направляясь к следующей двери.

– Подождите минутку, – я схватил ее за руку. – Не надо устраивать переполох. Давайте проверим комнату напротив номера пятнадцатого.

Я постучал в дверь, и спустя некоторое время она открылась. На пороге стояла высокая тощая блондинка в коротеньком одеянии. Ее скучающее лицо оживилось, губы силились изобразить улыбку.

– Хэлло, красавчик! Ты меня ищешь?

При виде Майры она посуровела.

– Что вам нужно?

Ее лицо показалось мне знакомым. Я вспомнил ту ночь, когда попал в переплет и вынужден был скрываться здесь. Эта блондинка тогда спасла меня.

– Помните, у нас с вами была веселенькая встреча два года назад, – сказал я и повернулся к свету. – Я тогда вылез в ваше окно, спасаясь от десятка копов!

Она нахмурилась, вспоминая, потом лицо ее оживилось.

– Ну как же, помню! Вы тогда разорвали мою лучшую простыню. А что сейчас вы здесь делаете? Какие-нибудь новые неприятности?

– Можно нам войти и поговорить?

Она посмотрела на Майру.

– Ей тоже?

– Да, разговор деловой.

Наверное, вспомнив, что я не поскупился во время нашей первой встречи, она впустила нас в комнату.

– Что ж, входите, только это не слишком подходящее место для гостей.

Мы зашли в тесную комнатушку, вся мебель которой состояла из кровати, комода и умывальника.

– Мы так и не успели познакомиться, – сказал я.

– Лола, – представилась блондинка, садясь на кровать.

Ей было не по себе от присутствия Майры. Та прислонилась к умывальнику и с нескрываемым интересом оглядывала комнату.

– Я опять по поводу Бертильо.

– Что он сделал на этот раз? – спросила Лола с брезгливой гримасой. – Терпеть не могу этого типа!

– Мне лично ничего, но вот ее приятелю, – я указал на Майру, – Нику Пирелли, он подложил большую свинью.

Лола широко раскрыла глаза.

– Тому парню, который похитил Дедрика? Черт возьми! Я читала об этом в газетах. – Она с завистью взглянула на Майру. – Так это ваш дружок удрал с пятьюстами грандов?

– Постойте-ка, – поспешно сказал я, заметив как Майра побледнела, – вы ошибаетесь. Пирелли не похищал Дедрика, обвинение подстроено. Он в это время находился здесь и играл в карты с Бертильо. Вот с ним-то я и хочу встретиться!

Вдруг мне в голову пришла мысль: – А вы не видели, как Пирелли уходил?

– Куда уходил, что вы имеете в виду?

– Он говорит, что они кончили играть в десять тридцать, а Бертильо утверждает, что в девять тридцать. А похищение Дедрика произошло около девяти часов.

Лола закрыла глаза, пытаясь вспомнить.

– Он носит белый костюм! – подсказала Майра. – Синюю рубашку и белый галстук ручной выделки.

– Не знаю, видела я его или нет… – проговорила Лола, продолжая хмурить лоб. – Столько мужчин проходит передо мной за вечер. – Она вдруг замолчала и удивленно открыла рот. – Так это тот парень? Ну, конечно, я знаю его. Только он назвался… – Не закончив фразу, она, наверное впервые за много лет, покраснела. Наступило напряженное молчание.

– Продолжайте, – сказала Майра, – не обращайте на меня внимания. Он был у вас в тот вечер?

Лола вскочила. Краска смущения еще не сошла с ее лица, глаза сверкали.

– Убирайтесь отсюда, вы оба! Я и так сказала слишком много!

– Лола, это очень важно, – мягко сказал я. – Пирелли в тюрьме. Если он был у вас до десяти тридцати, то вы обязательно должны сказать об этом: ваши показания спасут ему жизнь. Так был ли он у вас в тот вечер?

Лола бросила быстрый взгляд на Майру.

– Я больше ничего не скажу, – отрезала она. – Убирайтесь отсюда!

– Ладно, Майра, – сказал я, открывая дверь, – подождите меня в машине. Мне нужно поговорить с Лолой наедине. Я вернусь через пару минут.

Майра вышла.

– Да, неловко получилось… – Я достал пачку сигарет, предлагая Лоле закурить. Она состроила гримасу и взяла сигарету.

– В следующий раз будете думать, прежде чем брать женщину сюда, – зло сказала она. – Вы понимаете, в какое положение ставите меня?

– Простите, ради бога! Но, может, это и к лучшему… Скажите, был у вас Пирелли?

– Конечно! Он играл в карты с Бертильо, а потом пришел ко мне. Он один из моих постоянных клиентов.

– Вы помните, когда он ушел?

– Примерно в десять тридцать.

– Интересное кино получается… – сказал я. – Выходит, Бертильо сказал правду, а Пирелли солгал!

Лола промолчала.

– Вероятно, он не хотел, чтобы Майра знала об этом, и рассчитывал, что Бертильо поддержит его версию. Возможно, Лола, вам придется быть свидетельницей. Он должен иметь алиби.

– Мне это безразлично, – ответила она, пожав плечами. – Но этой девушке – нет. Я знаю таких женщин. Они воображают, что если мужчина влюбился в нее, то он – ее собственность.

Я достал стодолларовую бумажку.

– Это вам, за разорванную простыню. И держите рот на замке в отношении Пирелли. Если вы понадобитесь нам на суде, я сообщу.

Она взяла банкноту, сложила ее и спрятала под чулок.

– Что за свиньи эти мужчины! – презрительно сказала она и швырнула в угол окурок.