![](/files/books/160/oblozhka-knigi-grehi-nevinnyh-lp-32168.jpg)
Текст книги "Грехи невинных (ЛП)"
Автор книги: Джейми Макгвайр
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)
– Он не в порядке или папа не преувеличивает? ― переспросила я.
– И то и другое, ― ответил Райан.
Я села.
– Эдем! ― закричала мама.
– Он в порядке! ― сказал Бекс, с лентой во рту, что свисала вниз. Он работал быстро.
Я легла на спину, качая головой.
– Это была плохая идея. Мы могли убить друг друга.
– Мы бы не позволили ему зайти так далеко, ― сказала Клэр. ― Он нужен нам живым, для Бекса, помнишь?
– Я ничего не чувствую, ― сказал Леви.
– Но вы позволили зайти этому довольно далеко, ― отрезала мама Клэр.
– Мы должны были увидеть ее предел. Я не уверена, что мы увидели его. Она смогла побить его.
– Я это слышал, ― завопил Леви.
– Но ей нужна практика, ― сказала Клэр. ― Он прав. Она медлит, ей нужно больше упражнений. Она не перехватывает так, как должна.
Она посмотрела вниз на меня.
– Но ты защищалась там. Я впечатлена.
Я улыбнулась, а Клэр убрала с моего запотевшего лица локон волос.
– Не запачкайте кровью занавески! ― завопила бабушка, приподнимая полиэтилен перед Леви, защищая окна.
– Он в плохой форме, чтобы пойти домой одному, ― сказала я.
– Он не будет один, ― сказал Бекс.
– Они атакуют стаями, ― сказала я. ― Бексу нужно будет подкрепление.
– Леви может остаться здесь, ― сказала мама.
– Только в самой дальней комнате от твоей, ― сказал папа без капли юмора в тоне голоса.
Как только мама с Клэр закончили меня подлатывать, Клэр помогла мне подняться. Папа с Бексом все еще обрабатывали Леви. Он терпеливо лежал, и обрадовался, когда увидел меня в вертикальном положении.
– Папа? ― спросила я.
– Его брюшная часть пронырливая. Я бы увез его в больницу, если был уверен, что нас не арестуют. Объяснил бы, что это пулевое ранение, но это далеко не так.
– Он выглядит так, словно в бою побывал, ― заявил Райан.
– Ты в порядке? ― спросила Клэр, оборачивая мою руку вокруг ее шеи. ― Никаких воспоминаний?
Райан покачал головой.
– Я в порядке.
– С Леви все будет хорошо, ― сказал папа. ― Осталось немногое обработать.
– Идем, детка, ― сказала Клэр. ― Давай уложим тебя в постель. Тебе надо отдохнуть.
– Увидимся позже, ― сказал Леви, наблюдая за тем, как я покидаю кухню.
Мама с Клэр помогли мне подняться по лестнице, это был каждый мучительный шаг вверх. Я никогда не была травмирована настолько, и также не уверена в степени травмированности Леви. Мои инстинкты овладели мной, а память затуманилась.
Клэр опустила меня на мою кровать и подпёрла подушку под голову.
– Я не беспомощна, ― сказала я.
– А я не хочу, чтобы раны вновь начали кровоточить.
– Ты подстелила пленку под нее? ― с порога спросила бабушка. ― Кровь будет просачиваться и испортит белье.
– Синтия! ― сорвалась мама. ― Ради Бога!
– Мам, она просто волнуется.
Клэр пошла в ванную и включила кран, потом вернулась с мокрой тряпкой. Она сложила полотенец вчетверо и положила его мне на лоб.
– Ты все сделала правильно. Ты продержалась весь путь со мной. Я ревную.
Бабушка принесла стакан воды, и помогла мне попить.
– Вы, ребята, так носитесь со мной, как будто я умираю.
– Ну что ты, нет, ― сказала бабушка. ― Ты просто обезвожена. Кроме того, тебе нельзя умирать – не на этих простынях.
Смеясь, я выдохнула.
– Спасибо.
Она прикоснулась к моей щеке.
– Отдыхай. Я приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое на ужин.
Я кивнула, и она встала без лишних слов.
– Синтия полагает, что изысканное блюдо может что-то исправить, ― сказала Клэр.
– Сможет. ― Я хмыкнула, когда попыталась сесть повыше.
– Вот. Позволь мне помочь, ― сказала Клэр.
– Со мной все в порядке.
– Нет, вот через час ты будешь в порядке. А прямо сейчас ты должна дать себе время, чтобы все зажило, или это займет больше по времени.
Мама стянула с себя перчатки и сдула свою чёлку с глаз.
– Все в порядке. Телефон лежит на тумбочке. Напиши, если что-нибудь понадобится.
Она подошла к моему месту, поцеловала кратким поцелуем в носик, а затем остановилась у двери, ожидая Клэр.
– Ей нужно отдохнуть, ― сказала мама, ее тон был неоспорим.
Клэр удивилась.
– Увидимся позже.
Она шуткой хлопнула мне по руке, а затем поднялась, от ее веса кровать подпрыгнула, когда она встала.
Двери закрылись, оставив меня в полном одиночестве с летним светом, льющемся ко мне в комнату. Еще ребенком, в мою комнату повесили розовые занавески с тех пор как мы переехали, но я никак не решалась сказать маме, что мне больше не нравился этот цвет. Я не обращала внимания на это до того, как дядя Райан начал поддразнивать меня над этим.
Мебель цвета слоновой кости была старше меня, и книги, и игрушки оставались на том самом же месте, как будто с этой стороны комнаты время заморозили. В другой стороне было все по моему возрасту: музыка, журналы, пара кинжалов, висящих на стене, которые Клэр подарила мне на двенадцатый день рожденье.
Кто-то постучал в дверь, затем просунулась голова Бекса.
– Ты спишь?
Я отрицательно покачала головой.
– Выглядишь ты ужасно, ― сказал он.
– Спасибо.
Он повернулся.
– Я не думаю, что тебе стоит видеться с ней.
Дверь распахнулась шире, и за ней стоял Леви по пояс обнаженный и весь обвязанный поперек живота марлей, которая пропиталась его кровью. Он немного сгорбился, и до сих пор его лицо было в грязи, после стольких раз, сколько я его отправляла на землю.
– Да, я хочу, ― сказал он, прозвучав совсем обессилено. Затем он поплелся мимо Бекса.
– Полегче! ― сказал Бекс. ― Твои внутренности вот-вот вывалятся из раны на ее коврик, и тогда Синтия навечно возненавидит тебя.
Леви не обратил на него внимания, медленно доковыляв до моей кровати.
Бекс вдохнул и посмотрел в потолок.
– Зачем ты дал мне его? Я умру.
Леви заполз ко мне в постель и лег на бок, положив голову на мою подушку. Затем нахмурился.
– Я говорил тебе, что мы не должны были этого делать.
– Теперь я более оснащена атакой во вращении, чем когда проснулась этим утром. Я назвала бы это успехом.
Бекс закрыл дверь, но я все еще чувствовала его в зале.
Я потянулась, скользя своими пальцами по Леви, затем он расслабился и утонул в подушке.
– Я задался вопросом, как ты отреагируешь на все это, ― сказал он. ― Боялся, что ты отвергнешь нашу жизнь до этого.
– Это странно. У меня есть воспоминания, и я знаю, что они мои, но я не испытывала их – по крайней мере, не в этой жизни. Поэтому, это ощущается больше как прекрасная мечта, чем предыдущая жизнь.
– Это произошло. И я был там.
– Я тоже, ― сказала я, стараясь не смеяться и дышать осторожно. Все причиняло боль.
Мои глаза открывались и медленно закрывались, чувствуя начинающееся истощение. Я не помню, чтобы когда-нибудь так уставала.
– Как долго мы должны это делать?
– До тех пор, пока не буду уверена, что оставишь меня в покое и смогу сама за себя постоять?
Леви сдул с меня влажный завиток волос с глаз.
– Я боялся, что ты скажешь это.
– Ты думаешь, что я не справлюсь?
Он посмотрел на меня усталыми глазами.
– Я всегда буду бороться вместе с тобой. Всегда.
Глава 12
Я проснулась одна в своей постели. Солнечный свет заливался ко мне в комнату сквозь окна, и я резко села, слишком резко, что ощутила боль в своей руке. Пол был холодным, поэтому я скользнула в свои мокасины и побрела к двери.
Ближе к ночи ко мне приходила Клэр, помочь принять душ и поменять бинты. В белых льняных шортах и белой рубашке с рукавами цвета персика, я направилась вниз по лестнице.
Как только я шагнула по последней ступеньке, то ощутила резкий приступ боли по всей стороне, и, устремив взгляд вниз, мне пришлось всосать больше воздуха. За прошедшую ночь на бандаже проявилось кровянистое пятно, которое отпечаталось на моей рубашке. Я приподняла край ленты и содрала ее. Рана оказалась лишь светло-розовым шрамом – все затянулось, но продолжало болеть.
Зазвонил дверной звонок, и я просканировала пространство своими глазами и чувствами.
– Агата? ― окликнула я.
Когда никто не откликнулся, я попыталась прикрыть рукой свою рану и направилась открыть дверь.
– Морган, ― сказала я, немного удивившись.
Он бегло оценил меня, и оказался в шоке от увиденного.
– Это от тренировок? ― Он указал на руку. ― Это сделал Бекс?
– Нет, ― ответила я, держась за забинтованную руку.
Когда я переместилась, Морган увидел окровавленное пятно на рукаве моей рубашки. Его глаза расширились.
– Боже Правый, Эдем! ― Он быстро огляделся и затем вытянул перед собой руки, жестом приглашая меня подойти к нему. ― Идем. Я вытащу тебя отсюда.
– Бекс здесь не при чем, Морган. Я, хм… я попала в аварию.
Морган нахмурился.
– Но… Ауди припаркована возле дома. Все с ней в порядке.
Я сжала губы в полоску.
– Я разбила мамину машину.
– БМВ? Так это… она сделала с тобой?
Мое дыхание перехватило, и мне пришлось ухватиться за свою болевшую сторону, когда я попыталась рассмеяться.
Морган снова протянул руки.
– Господи, Эдем. Тебе следует быть в пастели.
– Что ты делаешь? ― сказал Леви, появляясь из-за моей спины. ― Идем, я помогу тебе подняться наверх.
Морган выпрямился, поразившись ситуации. Его взгляд метался.
– Ты позвала его, а не меня?
Я начала было говорить, но меня опередил Леви.
– Ты должен был позвонить и предупредить, прежде чем заявляться, разве нет?
Морган начал заикаться, когда ответил.
– Я… я думал. Извини, но… ― Он изменил выражение своего лица. ― Ты сам позвонил?
– Нет, она сама позвонила мне, ― ответил Леви, как само собой разумеющееся.
Я впилась взглядом в Леви, а затем обернулась к Моргану.
– Он был вместе со мной в машине, ― сказала я, подняв рубашку Леви и показывая прямоугольный бандаж, охватывающий его нижнюю часть живота. Моему взору окрылились точеные мышцы пресса, и на мгновение я притормозила, прежде чем опустила край его рубашки. Я сморгнула. ― Родители настояли, чтобы он остался здесь, так как у него нет здесь никого из родных. Ты же знаешь маму.
– Нет, ― сказал Морган. ― Я не знаю.
Он повернулся и направился вниз по ступенькам.
Я выдернулась из цепких рук Леви и направилась решительными шагами, рыча от боли. Это нервировало меня. Ведь к утру все должно было зажить.
– Морган, подожди.
Он остановился, затем медленно обернулся.
– Я все понял. Я, конечно, предполагал, что буду заменен другим парнем. И думал, просто подумал, что это произойдет лишь, когда мы переберемся в колледжи.
– Тебя никто не заменил, Морган. Не глупи.
– Ах, да. Это не я оказался с тобой в несчастном случае. И ты говорила мне, что должна тренироваться.
– Я тренировалась… с Леви.
– Да, и эту чепуху я не в состоянии сделать.
– Тебе и не надо. С каких это пор нужно быть атлетом, чтобы стать моим другом? И с чего ты решил, что у человека может быть только один друг?
– Он должен оповещать, когда собирается прибыть?
– Морг… моя семья негласна. Есть такие вещи, которые ты просто не поймешь.
– Ох, ― в ярости сказал Морган. ― Он – богат. Ты права. Этого я никогда не пойму.
Он зашагал вниз по усыпанной гравием дорожке.
– Куда ты идешь? Как ты сюда попал? ― сказала я ему в спину.
– На автобусе. Точно так же, как и доберусь до дома.
– Позволь мне отвезти тебя.
Он хмыкнул и обернулся.
– Не думаю, что ты в том состоянии, чтобы сесть за руль машины.
– Тогда пусть Роберт тебя отвезет.
– Какой Роберт?
– Водитель моей бабушки. Он отвезет тебя туда, куда тебе необходимо.
Он закатил глаза, и затем просмотрел на наш экспансивный дом, сморщив нос от ярких солнечных лучей.
– Он отвезет меня на два месяца назад?
– Морг…
– До встречи, Эдем.
Я сделала несколько шагов, и гравий захрустел под моими мокасинами, затем я почувствовала жгучую боль в своем боку. Мне пришлось ухватиться за бок и окликнуть своего друга:
– Что ты хочешь от меня, Морган? Чтобы я сделала выбор?
Он остановился.
– Может и хочу. ― Затем повернулся. ― Да… он или я?
– Ты, ― без колебаний ответила я.
– Правда? ― спросил он, сдвинув немного очки.
– Да. Я заставлю его уйти, если захочешь. Просто пойдем внутрь.
Морган направил свой взгляд мимо меня, и я поняла, что Леви все еще стоял позади меня. Я посмотрела через плечо, ожидая увидеть взгляд разочарования, гнева, или ревности, но он улыбался – даже с гордостью.
– Ты слышал это? ― спросил Морган. ― Она выбрала меня.
– Я услышал. И не удивился, ― сказал Леви.
– Нет? ― спросил Морган.
Леви покачал головой.
– Не я ее лучший друг. А ты.
Морган поднялся чуток повыше, а затем направился ко мне. Стоя рядом со мной, он медленно обвел мою руку вокруг своей шеи и затем помог мне зайти внутрь.
– Твоя тетя здесь?
– Да, ― сказала я.
– Ты будешь меня защищать?
– Конечно.
Морган поддерживал большую часть моего веса, пока мы не оказались на кухне, где бабушка хлопотала в бешеном темпе. Затем вошли родители, держась за руки и улыбаясь. Мама села за обеденный стол, а папа скрылся за дверью, интересуясь у бабушки, нуждалась ли она в помощи.
– Так, ― начала мама. ― Это Морган.
– Приятно познакомиться, ― ответил Морган, двинувшись вдоль красного деревянного стола, чтобы пожать ей руку. ― У вас прекрасный дом.
– Спасибо, ― сказала мама, оперевшись подбородком о ладошку. ― Он не мой.
– Ты сегодня работаешь? ― спросила я, подметив, что на ней надет серый брючной костюм.
– Бет ушла, а у меня еще есть несколько дел, до моего перерыва.
– Перерыва?
– На остаток лета я в отпуске.
– Но я подумала, что мы оставим все своим чередом – как обычно?
– А я думала, ты знаешь, что я не подчиняюсь твоим приказам.
– Или никому вообще, ― сказала бабушка, неся в обеих руках по белому блюдцу.
Она поставила тарелку передо мной, а затем перед Морганом.
– Если этого не достаточно, ― начал Морган.
– Не глупи, ― сказала бабушка.
Я посмотрела вниз на тарелку. Бабушка испекла картофель, разрезала его напополам, а поверх него положила сырный омлет в виде шарика, с нарезанными кубиками луком и помидорами. По бокам тарелки лежал бекон, с посыпанной сверху зеленью.
– Как красиво, ― сказала я.
– Я не думаю, что когда – либо вкушал такое блюдо,… ― сказал Морган.
Папа вышел с остальными тарелками по обеим сторонам рук, а бабушка расставила их возле каждого сидящего. Затем прибыли Клэр с Райаном, готовые к завтраку.
– Я могу привыкнуть к этому, ― сказал Райан.
– Не беспокойся. ― Клэр остановилась.
Морган сгримасничал и опустил голову вниз.
– Кто этот маленький дитя? ― спросила Клэр, опустившись вперед. Ее мышцы на руках напряглись от такого движения.
Морган вздернул голову и посмотрел на меня.
– Это мой друг, Морган. Он уже в ужасе от тебя, поэтому не пытайся запугать его окончательно.
Райан фыркнул, а Клэр закатила глаза.
– Извините, ― обратилась бабушка, вытерев рот салфеткой. Затем отодвинула от себя стул и покинула комнату.
Мы все переглянулись.
– Я обидел ее? ― спросил Райан.
– Кто ее знает, ― ответила Клэр.
Леви напрягся. Секундой позже, Бекс встал и подошел к окну, отодвигая штору, и тогда я почувствовала это. Что-то неладное. Что-то надвигалось.
Клэр посмотрела на отца, а потом на Моргана.
– Мы должны…
Папа покачал головой.
– Нет.
– Что… что происходит? ― спросил Морган.
– Я… не уверена, ― солгала я.
Бабушка возвратилась, опустилась вниз и продолжила свой завтрак. Постепенно, угроза уменьшилась. Бекс возвратился к столу, и моя семья с Леви продолжали есть, как будто ничего не происходило.
Морган удивился, а потом уткнулся в свой завтрак.
Я хотела поинтересоваться при всех, но это не правильно втягивать Моргана, когда он сидел рядом со мной. Как только мы позавтракали, Морган, Леви и я направились медленным темпом в гостиную.
– Как твой живот? ― спросила я у Леви.
– Лучше. Намного. Ты как?
– Процесс заживления не настолько прогрессивный, как я надеялась, ― сказала я, намеренно звуча загадочно.
– Потому что это случилось только вчера, Эдем, ― сказал Морган. ― И займет некоторое время.
– Ну, ты же знаешь меня. ― Я улыбнулась. ― Всегда нетерпелива.
Леви сощурил глаза на Моргана.
– Как ты себя чувствуешь, Морган?
– Я? Хорошо, полагаю. По ощущениям мою грудь будто бы сдавливало, когда я вошел сюда. Но я думаю это аллергия.
– Это пыльный старый дом, ― сказала я, устраиваясь удобнее.
Леви потянулся ко мне, пытаясь помочь.
– Оу, ― сказал Морган. ― Вы, ребята…
– Нет, ― оборвала я.
– Да, ― сказал Леви, со мной в унисон.
Морган вздрогнул.
– Это так неловко.
– А помнишь весенний бал в восьмом классе? ― спросила я у Моргана, отчаянно пытаясь сменить тему разговора.
– Да. ― Он вытер вспотевший лоб. ― Одна из лучших десяти наиболее неловких ночей в моей жизни.
– Почему? ― спросил Леви, забавляясь.
– Я заставила его пригласить на танец Анну Эванс.
– А я все время наступал ей на ноги, ― сказал Морган, облокотившись назад.
– С тобой все в порядке? ― спросила я.
Он был намного бледнее обычного и вспотевшим.
– Просто мне очень жарко, кажется, завтрак не пошел мне. Может, я пойду?
– Я отвезу тебя, ― сказал Леви. ― Эдем, я могу взять Ауди?
– Ты не в том состоянии, чтобы вести машину, ― сказала я. ― Я поручу Роберту.
– Тогда я поеду с ним, ― сказал Леви.
Каблуки бабушки зацокали по коридору, затем она вошла с сумочкой в руках.
– У меня есть некоторые поручения, поэтому я убегаю. Гарантирую, Роберт отвезет мальчика туда, куда он пожелает.
– Так нормально? ― спросила я Моргана. ― Ты можешь остаться здесь.
Морган покачал головой.
– Я думаю, мне лучше пойти домой.
Он встал, а бабушка отступила в сторону, когда Морган двинулся через зал.
Она с Леви переглянулась, а затем проводила его до гаража.
– Хорошо, Леви. Что это было?
Он покачал головой.
– Я думаю, что он болен. Бедный ребенок.
– Он уже не ребенок. Он нашего возраста.
– Нет, Эдем. Мы на энное количество вечностей старше его.
Мои губы сжались в жесткую линию.
– Кто-то должен пойти с ними? Он в опасности? Или бабушка в опасности? Скажи мне правду.
Глаза Леви прошлись по всему залу.
– Да, брось, Эдем. Это не моя правда.
– Тогда, чья?
Он хмуро посмотрел на меня, а затем наклонился ближе.
– Мы должны оба отдыхать. Позволь мне взглянуть на твои ребра.
Он поднял мою рубашку, а затем сорвал пластырь, обнажив светло-розовые пятна, больше похожие на ожог, чем на зияющие раны до этого.
– Заживает.
Леви аккуратно ощупал область. Я поморщилась от боли.
– На ощупь немного горячи. Что-то вроде инфекции. Организм сжигает ее. Сегодня ты будешь на сто процентов восстановлена.
– Приятно слышать, ― сказала я, расслабившись, когда он разгладил пластырь.
Он наклонился и поцеловал кожу рядом с ним, а затем посмотрел на меня, и опустил свои глаза на мои губы.
Я придвинулась и наклонила свою голову, останавливаясь всего лишь в нескольких дюймах от его рта.
Он придвинулся ко мне.
– Попроси меня поцеловать тебя.
Я положила палец на его губы, а он посмотрел на меня в замешательстве.
– Что ты скрываешь от меня?
Он вздохнул и упал спиной на диванные подушки.
– Ты убиваешь меня, ― сказал Леви.
– Ты лжешь. Ты не моя семья. И не можешь лгать мне.
– Ты права. Я тебя знаю дольше, и я люблю тебя больше.
– Ты не знаешь этого.
Он нахмурился, приподнимаясь с некоторым усилием.
– Если они хотели, чтобы ты знала, они бы тебе рассказали сейчас. Есть причина, почему они скрывают это от тебя.
– Скрывают, что от нее? ― спросила мама, неся свои каблуки в руках. Она наклонилась и поцеловала меня в щеку. ― Пора работать. Люблю тебя.
– Кое-что о бабушке.
– О бабушке? ― спросила я, глядя на Леви.
Он пожал плечами.
– А что с ней? ― мама спросила Леви.
– Вы не находите небольшую толику паники во время завтрака странным? Прямо после того, как бабушка ушла? ― спросила я.
– Она хорошо во всем этом разбирается, Эдем, ― сказала мама.
– Нет. – Я помотала головой. – Это что-то другое. Она напугала их как-то. Она это уже делала.
– Эдем, ― предупредил Леви.
– Что ты имеешь в виду? ― спросила мама.
Я откинулась на спинку стула.
– Ты тоже не в курсе.
– О чем? ― переспросила она.
– О бабушке.
Разочаровано мама покачала головой.
– О чем ты говоришь, дорогая?
Я посмотрела на Леви и тут же почувствовала присутствие Бекса внутри комнаты. Я повернулся к дверному проему, и он покачал головой.
О Боже. Должно быть, это что-то очень плохое. Раз они все знают об этом и скрывали от мамы всё это время.
Мама тоже заметила Бекса, а потом уставилась на Леви.
– Выкладывай на чистоту, юноша.
– Она ... ― Леви нерешительно посмотрел на меня.
– Леви, нет, ― сказал Бекс.
– Скажи ей, ― встряла я.
– Она похожа на меня, ― сказал Леви. ― Она истинный Посланник.
Мама невесело хохотнула.
– Синтия – гибрид?
Леви недовольно вздохнул.
– Да. Ее отец – демон.
У нас с мамой были соответствующие выражения лиц.
Бекс покачал головой и прикрыл глаза.
– Тебе повезло, что ты мой Талех. Иначе Джаред точно убил бы тебя после этого.
Мама обернулась.
– Джаред знал?
– Ох, дерьмо, ― сказал Бекс, пятясь от двери.
Мама медленно побрела в сторону своего шурина.
– Бекс Эммануэль Райел, это ... это непростительно.
Бекс помедлил.
– Ну ... ты же вышла из гроба и чуть не убила нас всех. Но мы ведь простили тебя за это.
Мама замерла на мгновение. Ее нижняя губа задрожала, а затем она двинулась мимо Бекса. Он позволил ей почти сбить его с пути, когда она прошла.
– Эдем, она не узнает, что я сообщил тебе, ― сказал Леви. ― Она старше меня, и сильнее. Я никогда не видел Посланников со способностями как у нее. И у меня чувство, что ей все равно, умрет Бекс или нет, если она захочет убить меня.
Я стиснула зубы, а затем посмотрела в сторону Бекса.
– Ким была одной из близких маминых подруг. Многие женщины переживают в период беременности. И так получилось, что Ким погибла. И ты думаешь, мама не понимает, что из-за оплошности выйти из гробницы, это привело к смерти Ким?
– Ты права, ― застыдившись, сказал Бекс.
– Каждый год на мой день рождение она приходит домой с кладбища вся в слезах, Бекс. Каждый год. Как ты мог сказать ей это в лицо? Я не могу поверить, что ты только что сделал.
Бекс прислонил лоб к косяку, держась за него обеими руками.
– Не могу поверить, что я сказал это.