![](/files/books/160/oblozhka-knigi-grehi-nevinnyh-lp-32168.jpg)
Текст книги "Грехи невинных (ЛП)"
Автор книги: Джейми Макгвайр
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)
Джейми Макгвайр
Грехи невинных
Глава 1
Я стала виновницей ужасной битвы богов и монстров. Зачата своей матерью, Меровингом – прямым потомком Христа, и отцом, полукровкой, сыном падшего ангела, что само мое существование привело к битве, в которой ангелов погибло больше, чем, когда сам Люцифер был изгнан Богом. Прежде чем я успела осознать свое предназначение, я застряла в другом, особом виде ада – школа.
Постукивая поочередно своими неровными ногтями по столу и слушая гул разговоров о предстоящих последних разрывах на выпускном вечере, сколько в минувшие выходные расстанутся с девственностью после самого выпускного, и чьи попытки с модными экспериментами на красной дорожке не увенчаются успехом.
После потрясения, заполнившего недолгую тишину, разразился хохот. Вся рука и сторона моей рубашки от воротника до талии была облита ледяной газировкой.
– Ох. Досадно,― сказала ЛейСи, держа пустую бутылку.
Как и всегда, она не просила прощения. Лишь за одну вещь я уважаю ЛейСи – она поддельно не извинится. Все в комнате знали, что она сделала это нарочно, начиная с седьмого класса, это происходило стабильно хотя бы раз в месяц.
Сконфузившись из-за жидкости, стекающей по моему телу, я прошла через столовую и направилась в ближайший туалет. Дверь с громким эхом в маленькой комнате ударилась о стену, когда я протиснулась через нее. После быстрой проверки, убедившись, что в трех кабинках никого нет, я подпрыгнула вверх и оттолкнула в сторону облегченную металлическую сетку на подвесном потолке. Быстрым рывком я схватила коричневый бумажный пакет, находившийся там, и бесшумно приземлилась спиной на пол.
Мешок шелестел, когда я рылась в серых юбках и строгих светло-голубых рубашках на пуговицах, лежавших на самом дне. Также в мешке были серые слаксы, несколько пар темно-синих колготок, соответствующих униформе академии Провиденса Всех Святых.
– Все хорошо, Эдем? ― послышался голос в одной из кабинок.
Я вздохнула.
– Хорошо, дядя Бекс. Это газировка. Ты рискуешь быть пойманным. Это необходимо? ― спросила я, цитируя его собственный излюбленный вопрос.
– Пойманным? Ты даже не увидела меня. А ты проверила.
Как только я переоделась в сухую футболку, Бекс, с самодовольным выражением лица, толкнул дверь кабинки. Он возвышался надо мной, такой же высокий, как мой отец, гармонично одетый в слаксы цвета хаки и темно-бордовый жилет с галстуком поверх оксфордской рубашки. Даже в форме Католической школы, любая женщина падала бы в обморок от вида его зеленовато-голубых глаз и глупой усмешки, но я не видела этого. Для меня он выглядел больше похожим на ребенка.
– Мне не следует говорить тридцатилетнему гибриду, стоящему на унитазе, что это давно не считается хитростью, ― сказала я.
Он хмыкнул, скрестив руки на груди и облокотившись своим задом о раковину.
– Это если прятаться от простых детей средней школы. И мне пока что не тридцать. А двадцать девять, достаточно в скором времени.
– Достаточно в скором, ― сказала я.
Он нахмурился.
– С каких это пор ты начала рассказывать мне о скрытости? Ты уверенна, что в этом году поднабралась стервозности.
Я подскочила и вернула мешок обратно на свое место.
– Ты посещал военное училище для мальчиков. И не говори мне о стервозности.
– Это уже не является настолько плохим. Я любил бы студенточек.
Я уставилась на него, все эмоции исчезли с моего лица.
Он поднял руки.
– Ладно, это отстой. Но это – то, что ты делаешь из этого. Ты же знаешь, что она обязательно прольет это на тебя. Почему бы тебе не притвориться, что что-то упало и поднимать это? Она будет промахиваться каждый раз.
– Ты думаешь, я об этом еще не думала? Это оскорбительно.
– Так измени это.
– Уже, Бекс. Но если мне делать это каждый раз или даже большую часть времени…
Он кивнул.
– Хорошая точка зрения. Хочешь сломать ей руку броском?
Я попыталась сдержать улыбку, но не получилось. Бекс наклонился и поцеловал меня в макушку.
– Преодолевать более высокие пути трудно, особенно когда ты знаешь, что можешь легко свернуть ей шею. Однажды я свел счеты с Морским пехотинцем, когда мне было одиннадцать. Он давал мне так много дерьма в течение нескольких недель… ― он умолк, погрузившись в защищенную зону. Он вздохнул, а затем встал прямо. ― Но я проиграл.
– Потому что ты использовал свою силу, позволив ему повлиять на твои эмоции?
– Точно.
– Поэтому мы не можем ее убить. Сохранять равновесие и все такое.
Бекс быстро обнял меня.
– Еще одна неделя, ― сказал он, прежде чем выскользнуть за дверь.
К тому времени, когда я распахнула ее, он ушел. Когда я была младше, для меня его способности оставаться незаметным в общественных местах раньше являлись нерешенными. Это только напомнило мне о других существах, что таились, а другие не могли их видеть.
Это было до того, как я узнала правду – что другие, бесчеловечные темные существа, скрывающиеся в тенях, не могли причинить мне боль. Ничто не могло. По Божьим правилам и при условии, что я буду уважать и сохранять равновесие, до этих пор я остаюсь нетронутой, исключительным ребенком Святого Отца, который ненавидел меня еще до моего рождения.
Многие, кто, вольно или нет, склонились перед ним, но я не стала одной из них.
Я родилась бесстрашной.
– Эдем! – неуклюжий парень трусцой бежал в мою сторону, поправляя свои очки. ― Ты пропустила ланч.
Морган МакКинстри пытался быть мне другом после переезда в Род-Айленд в восьмом классе. Он был слишком асматичным, чтобы играть в футбол, слишком худым для игры в баскетбол. Его вьющиеся каштановые волосы и круглые очки напомнили мне о неловком Гарри Поттере.
– Привет, Морг. Как продвигается газета?
– Последняя и лучшая. Выпускное издание, ― сказал он, встав чуть выше и выставляя свою немускулистую грудь.― Я видел, что произошло с фотографией. Она когда-нибудь устанет от этого? Никому уже даже не смешно.
– Наверное, нет,― сказала я, остановившись у своего шкафчика.
– Так, сегодня тест по алгебре. Ты готова?
– Не совсем, ― ответила я. И это была чистейшая правда.
Я освоила математику еще в четвертом классе. Папа вручил мне учебный план выпускника в мой первый год обучения. Мама сказала, что средняя школа – это опыт. Не то, чтобы Академия Всех Святых не имела высшего уровня и одних из лучших спортивных программ в области, но я уже изучила все, что они преподавали здесь. Все Святые был родным университетом моей мамы, и она настояла на том, чтобы я осознала свою человеческую сущность так же, как и роль в духовной сфере. Я предположила, что это имело смысл. Формально, по большей части я была человеком.
Я вытащила книги их шкафчика и позволила Моргану сопроводить меня до класса. Студенты заняли все свои места, тихие и готовые приступить к своим тестам. Я ценила, что большинство студентов воплощали Всех Святых. Все, кроме одной, были почтительны, почти взрослые – знающие, когда сосредоточится и когда выступить, когда говорить, а когда держать свое мнение при себе.
Когда я сделала вид, что борюсь с каждой задачей, знакомый холод пробежался по моим костям, а волосы на затылке встали дыбом. Когда я была маленькой, то связывала это с чувством бегства, как будто кто-то, или что-то, преследовали меня. Теперь, когда я стала старше и поняла правила; бегство было самой далекой мыслью моего ума. Любопытство и готовность бороться были моими единственными стимулами.
Я обернулась через плечо, посмотреть на существо, что присело и устроилось на краю шкафа в кабинете, шелестя своими орлиными крыльями.
– Глаза вперед, мисс Райел, ― сказал Брат Рамзи.
Я повернулась и посмотрела вниз, строча остальные действия решения задачи, записала и обвела ответ, затем подняла руку. Брат Рамзи подошел за моим тестом. Когда он повернулся спиной, я обернулась еще раз, чтобы лучше рассмотреть. Существо наблюдало за мной своими черными шарами, но сжалось под моим ярким светом. Стол Моргана находился меньше чем через пять футов перед неровными грязными когтями, начерненной кожей и деформированным телом. На весь класс пахло серой, ароматом, который вызывал во мне раньше тошноту, но я научилась оценивать острое предупреждение. Я положила локти на свой стол и переплела пальцы, не высовываясь и сжимая зубы. Бекса рядом не было. Он пропадал где-то. Интересно, имело ли это какое-либо отношение к существу.
Один за другим студенты сдавали экзаменационные тесты. Обычно я позволяла другим приходить первыми, но с тем-то окруженным длинным хвостом и когтями, захватывающими кабинет, сконцентрироваться было необходимо. Еще два занятия, два последних, и тогда я отправлюсь на парковку к своей черно-белой Ауди R8, к подарку тети Клэр на мой шестнадцатый день рождения. Когда я отрою дверь, а Бекс уже будет сидеть на пассажирском сидении, читая в сотый раз «Обитателей холмов» (прим. переводика: роман-сказка британского писателя Ричарда Адамса (англ. Richard Adams) в жанре героического фэнтэзи о приключениях группы диких кроликов).
Я закрыла глаза, пытаясь придумать что-нибудь еще, но это были дергания и переминания с одной когтистой ноги на ногу, когда он устроился удобнее позади Моргана. Мое сердце билось в груди, стучало и грохотало о грудную клетку, а потом вернулось в норму лишь на несколько ударов, прежде чем учащённо забиться снова. Было что-то не так в этом существе. Мои легкие горели, когда я вдохнула. Больше, чем сера, больше, чем зловония смерти и зла, его аромат смутил меня – не то чувство, к которому я привыкла. Я испытывала любопытство и, возможно, что-то мягкое ... восторг? Удивление?
Прозвенел звонок, и я смотрела, как Морган убегал от отвратительного сутулого монстра, взгромоздившегося в кабинете на шкаф.
– Что? ― спросил Морган, когда приблизился.
– Ничего. Пойдем, – сказала я, потянув его за собой, затем отпустив свои сверхъестественные щупальца в коридоре.
Единственными нечеловеческими существами, которые я точно определила, были Бекс, идущий ко мне, и существо Моргана, которого я оставила позади в классе алгебры.
– Я тут подумал, может, мы можем сегодня пропустить по фруктовому коктейлю? ― сказал Морган.
– Не сегодня. Я тренируюсь со своим дядей.
– О, да. Он – боксер или борец MMA(смешанные боевые искусства) или что-то в этом роде, так?
– Нет.
Он сморщил нос.
– Ох. Правда? Все это время я думал, что он был профессиональным спортсменом. Тогда почему ты тренируешься каждый день?
– Потому что это хорошо для тебя. А что насчет обеда? Я заеду за тобой.
– Можно я поведу?
– Конечно.
Морган усмехнулся.
– Здорово. Я ужасно чувствую себя в твоем автомобиле.
– Это не совсем тот же эффект, когда ты говоришь о плохом вождении.
Морган остановился, натянув свои круглые очки.
– Маме не нравится, когда меня ругают.
На мгновение я уставилась на него, а затем открыла свой шкафчик и вытащила следующий учебник. У него всегда была та обнадеживающая вспышка в глазах, когда он просил меня ездить с ним по различным местам. Оставаясь близкими друзьями с парнем, который был влюблен и требовал терпения, тактичности, и есть суть моего рождения для поддержания баланса. К счастью для нас, я была не совсем не расторопной.
– Сделаешь мне одолжение, Морган?
– Любое.
– Всегда будь моим другом.
Свет в его глазах потух, но он ответил с улыбкой.
– Несмотря ни на что.
Я похлопала его по руке.
– Заберу тебя в семь, Морг.
Он расправил грудь, глядя на переполненный коридор, чтобы понять, услышал ли кто-то еще.
– Хорошо.
Я повернулась и направилась в класс. Существо не появилось, но запах еще проскальзывал, прежде чем исчезнуть совсем. Другие студенты, кажется, не замечали этого, все болтали о выпускной церемонии вручения дипломов и о банальных вещах таких как, что они наденут под платья и кто куда поедет за границу.
– Как только вы закончите со своим тестом, можете идти. ― Сказал Брат Шепош.― Увидимся на церемонии вручения дипломов.
Взволнованный шепот разнесся по всей комнате. Я была рада, что последним моим занятием был Английский. Ответы на вопросы были простыми, и Брат Шепош был моим репетитором прежде. Он знал, что я была знакома с материалом. Без надобности притворяться и занимать свое время, я сдала экзамен в течение пятнадцати минут, кивая Брату Шепошу, когда проходила мимо его стола.
– Всего хорошего, мисс Райел. Удачи вам во всех начинаниях.
– Взаимно, Брат Шепош.
Когда я шла одна на стоянку, то снова уловила аромат и остановилась. Повернувшись на полные триста шестьдесят, понимая вовремя, что мои легкие наполнены и горели, а на глаза навернулись слезы. Все вошло во внимание – каждый звук, каждый листик, дергающийся на ветру. Но я никого не почувствовала на деревьях, позади или под автомобилями, или даже в ином пространстве. Я продолжала идти, все больше разочаровываясь в тайне. В тридцати ярдах от Ауди что-то темное привлекло мое внимание и, как смертный повернулась на звук. Существо, молча и неподвижно, сидело на выступе соседнего здания.
Я медленно потянулась к ручке Ауди, на случай если существо атакует, осмелившись, напасть, если конечно он за этим пришел. Но существо оставалось на месте, явно потеряв всякий интерес. Почти разочаровавшись, я резко дернула за ручку и приземлилась в гневе на сидение.
Глава 2
― Интересный Гость у вас был сегодня. Гоблины в школе. ― Бекс размышлял над услышанным, пока я пристегивала ремень безопасности, а затем нажала на кнопку зажигания.
Он выглядел, как великан, сидевший на пассажирском сиденье Ауди, с коленями почти на уровне груди, хотя сиденье было расположено далеко.
– Это был не Гоблин.
– Помнишь, как раньше ты называла их гоблинами? Папочка! Гоблины!― он предпринял плохую попытку воспроизвести мой детский голос.
Я закатила глаза, поглядывая в зеркало заднего вида, чтобы выехать на улицу.
– Тогда это был демон – сокрытель (друден).
Бекс лишь признал мой комментарий, а после выдохнул единственным смешком.
– Это он, Бекс.
Он разочаровано на меня взглянул.
– Они выходят только ночью, Эдем. Ты знаешь это. Почему ты продолжаешь настаивать на этом? Что с тобой? Это что, «критические дни»?
Я вытянула шею в его сторону.
– Я ударю тебя коленом и выкину из машины.
Он хихикнул, а затем обернулся, наблюдая за Провиденсем, проносившимся за окном. Я выжала сцепление левой ногой и переключила коробку передач, поддавая скорости и выезжая на полосу обгона, осведомляя каждое транспортное средство на дороге в миле от нас в любом направлении. Нажав на кнопку на двери и опустив стекло, я впустила природу внутрь. День тайн меня расстроил. Мне не нравится ощущать себя растерянной. Я была всемогущей, незапуганной, проницательной во всем. Будучи еще малышкой и видеть демонов это одно. Но быть запутанной, молодой и совершеннолетней еще не достаточно для того, чтобы послать меня махать кулаками в преисподнюю.
– Ты не ощутил его на восточной стороне здания? Он находился менее четырехсот ярдов на расстоянии от тебя и нашего места. Если бы он находился ближе, другие студенты бы увидели его. Понимаешь?
– Нет, ― сказал он скучно.
– Ты думаешь, я шучу с тобой, или ты просто не веришь мне? ― спросила я. ― Где ты был раньше? Если бы ты был где-то по близости, то ощутил бы его.
– Почему ты не пристегнула ремень безопасности? ― спросил Бекс.
– Что? ― я повернулась к нему, мои платиновые длинные локоны задувались от ветра в лицо.
Он посмотрел на меня.
– Ты слышала меня.
– Потому что это правило.
– Ты делаешь так, потому что привыкаешь. Чтобы влиться в коллектив. Тем более Нина будет чувствовать себя лучше, даже зная, что у тебя заживает намного быстрее, чем у любого гибрида.
– Просто перейди к сути дела, Бекс, ― сказала я, хмурясь, пока переключала передачу на четвертую. И тогда я расслабилась, чувствуя, как мое тело ринулось вперед, подальше от Всех Святых и приближаясь к нашему дому, к единственному месту, где я была самой собой.
– Чем дольше принимаешь вещи нормальными, тем счастливее будешь.
– Кстати о счастье, как давно это было? С тех пор как увидел Элисон? ― спросила я своим мягким голосом.
Он покачал головой, его самодовольное выражение лица исчезло.
– Час.
– Она все еще не сказала никому, да?
– Нет.
– Ты все еще скучаешь по ней? ― спросила я.
– Каждый день, ― ответил Бекс, глядя в свое окно.
Слишком долго я ехала тихо, поэтому потянула за передачу, а затем бросила Ауди к парку.
– Это то, где ты был?
– Просто хотел проверить ее.
Я кивнула, касаясь его мускулистого предплечья.
– Прошел уже год, Бекс.
Он вздохнул.
– Тринадцать месяцев, три недели, пять дней… Семь часов.
Я наклонилась, прислоняясь своим виском к его плечу.
– Мне жаль, что она не твой Талех.
Он похлопал меня по колену и поцеловал в волосы.
– Мне нет. Моим Талехом оказался единственный человек, которого я люблю больше чем ее.
Мои брови взметнулись вверх, и улыбка растянулась во весь рот.
– Я не твой Талех.
– Почти.
Я потянулась за рычагом, чтобы зафиксировать его, и тогда Бекс попытался замахнуться на меня, но я увернулась. Я погналась за ним через входную дверь, мимо Агаты, нашей домработницы прямо на кухню.
– Самое время, ― сказала мама. Она облизнула свой большой палец, а затем продолжила чистить картошку.
– Привет, бабуля, ― сказала я.
– Эдем, дорогая, ― сказала бабушка, почему-то посмотрев зло и как обычно вежливо. Она перемещалась с одной стороны кухни в другую. Ее белые волосы были собраны в тугой французский пучок, а каблуки эхом отдавались о кафельный пол, когда ее небольшое тело перемещалось по кухне. ― У тебя беспорядок.
– По дороге домой было ветрено, ― сказала я, расчесывая свои волосы пальцами.
– Как дела в школе? ― мама подошла ко мне ближе и наклонилась, чтобы я смогла поцеловать ее в щеку, а затем она вернулась к картошке в раковине.
– Гоблины, мамочка, ― произнес Бекс с отвратительной усмешкой.
Мама приподняла бровь, но вряд ли выглядела обеспокоенной. Это было давно, но она беспокоилась обо мне. Иногда, я не замечала этого.
– Где?― спросила она.
– На алгебре, ― сказала я.
Она застонала.
– Я ненавидела алгебру. Будь благодарна своим возможностям блестящего мозга, Эдем. Браун не за горами.
– Нина, дорогая, ― позвала бабушка. ― Лук.
– Ох! ― сказала мама, поворачиваясь к плите. ― Как дела в школе? Кроме Гоблинов.
Я закатила глаза.
– Это был не Гоблин. Этот тип был с толстыми деснами и рядом мелких акульих зубов. Я знаю, что это было.
– О? ― произнесла мама, лишь слега заинтересованная.
– Не выпучивай глаза на свою мать, Эдем. Честно, ― сказала бабушка.
– Это был демон – сокрытель, ― сказала я.
Мама перестала шевелиться, но лишь на долю секунды. Единственное, что я могла сделать и понять, не утаивала ли она от меня что-либо, так это прислушаться к биению ее сердца. Прямо сейчас ее сердце неслось как крылья Колибри.
– Я сказал ей, что это невозможно, Нина, ― сказал Бекс. ― Но она уверяет, что видела своими глазами.
– Хорошо, ― сказала мама, возвращаясь к картофелю, «просто потому, что ты бессмертный, не значит, что ты не можешь ошибаться».
– Прекрасно, ― сказала я, скрещивая свои руки. ― Но что если это был демон -сокрытель … это, значит, что они продолжают приходить?
Она пожала плечами.
– Они, наверное, тянутся к тебе, Эдем. Ты знаешь, как это работает.
– Они стали приходить чаще. Иногда группами.
Мама скорчила гримасу.
– Друдены нелюдимы. Не глупи.
– Почему они выходят днем? Они просто… наблюдают. Зачем демону это делать?
– Я не понимаю, ― сказала мама, обменявшись с бабушкой быстрым взглядом.
– Он просто болтался, ― сказала я, прислонившись к стене.
– Стань прямо, дорогая, ― поправила бабушка.
Я стала.
– Но он только что был «внизу». От него воняло, до этого я ничего не чувствовала.
– Не выражайся, пожалуйста, ― поправила бабушка.
– «Внизу»? ― переспросила мама.
– Чёрт, ― уточнил Бекс.
Мама проглотила.
– Наверняка Гоблин тогда. Они, как правило, могут ходить туда и обратно.
– Это не был …, ― я позволяю рукам упасть. ― Мы действительно собираемся продолжать это? Я не ребенок. Просто скажите мне, что это значит.
Мама обратилась к Бексу, но он покачал головой.
– Милая, просто будь терпеливее. Церемония вручения дипломов состоится через несколько дней, и затем…,― Она заметила мое выражение. ― Что это?
Мои глаза расширились, и улыбка автоматически растянулась по всему моему лицу как раз в то самое время, когда дверь открылась.
Тетя Клэр завопила в холле:
– Эди!
Я круто повернулась, полетела через всю столовую и врезалась в нее. Она обхватила меня руками вокруг, и когда мы упали на пол, она проделала то же самое с ногами.
– Ты дома! ― сказала я, сжав ее, пока не сбилось дыхание.
– Полегче!― сказал Райан, смеясь в дверном проеме. Он держал два вещевых мешка со скрещенными руками. ― Я не хочу нянчиться со сломанными ребрами весь вечер. Снова.
Я сползала, чтобы стать и обнять его, удостоверившись, что была нежной. Он был более хрупким, чем Клэр.
– Когда вы вернулись? ― спросила я.
– Сейчас, ― сказал Райан, сняв свою кепку и надев ее на мою голову, а затем натянул низко на мои глаза. ― Ты прислала нам приглашение, так ведь?
– Оу, ― сказала я, увидев, как мама и Клэр обнимаются. ― Это – просто церемония вручения дипломов средней школы. Я не думала, что вы на самом деле приедете.
– Это не просто что-нибудь, ― сказала мама.
Мои шаги, как человеческие, так и ангельские, были все важны для нее, но она подчеркивает важность празднования моего человеческого. Иначе, она говорит, как я буду знать то, за что борюсь?
Мама сильно обняла Райана и затем погладила его по щеке.
– Рада, что вы вернулись. Через девяносто минут будет подано первое блюдо.
– Приятно тебя видеть, Най. Они позволили покинуть тебе офис, хех? ― спросил Райан, ямочка образовалась на его щеке, когда он улыбнулся ей.
Я знала, что он любил ее однажды. Он все еще смотрел на нее определенным образом, но не тем же самым как тогда, когда он смотрел на Клэр. У него были признательность, и уважение к моей матери. Райан обожал Клэр. Он тихо праздновал бы каждую улыбку, каждое дыхание, каждую знакомую манерность во многих отношениях, которым мой папа поклонялся моей матери. Такая любовь стала существовать, после того как я родилась.
– Лишь на эту неделю,― сказала мама, указав на меня и перемешивая ложкой. ― Происходит много событий.
В дверном проеме появился папа, держа мешок бакалеи (сухие продовольственные товары первой необходимости, полуфабрикаты и консервы, а также некоторые базовые хозяйственные товары).
– Похоже на спортивный съезд снаружи!
– Папа! ― сказала я и побежала к нему.
Немного ворча, он поймал меня на ходу и воспрепятствовал тому, чтобы я его не повалила на пол. У меня всегда была особенная любовь к моему папе. У всех других девочек их папы были героями по особым причинам, но мой папа был героем по-настоящему. Он несколько раз спасал мою маму и меня. Он сильнее, чем кто-либо кого я знаю, за исключением меня, но он позволил обнять его сильно, как мне этого хотелось. Я поцеловала его, и он поставил меня на ноги. Мама медленно прошлась по кухне и нежно прикоснулась рукой к его груди, а затем переплела свои пальцы вокруг его шеи.
– Привет, мистер Райел.
– Миссис Райел, ― ответил он улыбкой, склонившись, поцеловать ее.
Мои губы свернулись в трубочку.
– Фу!
– Согласна, ― сказала Клэр, кивнув в сторону столовой. ― Меня поражает, что ты – их единственный ребенок.
– Фу. Остановитесь. ― Сказала я, качая головой.
Она села напротив меня за длинным обеденным столом из дуба.
– Расскажи мне обо всем, ― сказала я, приготовившись выслушать множество историй Клэр, сколько она расскажет.
– Сначала ты, ― сказала она. ― Что, черт возьми, демон – сокрытель делал в твоем классе в полдень?
Мама и папа сидели по обе стороны от меня, они были недовольны моей тетей.
Бекс стоял во главе стола, удивленный, и со скрещенными руками.
– Да, брось, Клэр!
Клэр невозмутима.
– Если она видела демона днем, что если они бродят вокруг нее?
– Это означает, что что-то происходит? ― спросила я, обратившись к каждому из моих родителей.
– Клэр, ― предупредительным тоном сказала папа.
Райан сел радом с ней.
– Вы должны быть честными. В этом и есть замысел.
– Что еще? ― спросила Клэр, обратившись к младшему брату.
Бекс пожал плечами.
– Я не уверен. Пока неясно.
– Неясно?― спросила она. ― Разве не ты предполагался быть заклинателем демонов? Разве не поэтому ты отвечаешь за королевскую икру?
Мама разволновалась.
– Можем мы прекратить? Мы дома. Это – особая неделя. У нас есть вечность для этого.
В комнате стало тихо.
– Хорошо… Кто такой, черт возьми, друден? ― спросил Райан.
Мама сощурила свои глаза.
– Райан!
– Ночные обитатели, ― объяснила Клэр. ― Это жуткое чувство в темноте? Наверное, темный смотрит на тебя. Они в основном приспешники. Они ждут, пока ты заснешь, а затем сеют хаос в твоем подсознании, ― продолжила объяснения Клэр.
– Кошмары? ― спросил Райан, когда Клэр подтвердила, его рот скривился. ― Отстой.
Папа наклонился.
– Ты слышал про ночные страхи? Малыши в сознании, но и без него, забивались в угол, кричали на своих матерей. Можешь ли ты представить, что родитель, пытается успокоить его, пытается сказать ему, что это ты, но он тебя не узнает?
Райан заерзал на своем месте.
Папа продолжал:
– А что насчет лунатиков, которые умирают, когда их пробуждают? Падения с балконов на смерть? До смерти замерзших и скитающихся в лютый мороз? Убийцы-лунатики?
Ухмылка с лица Райана исчезла.
– Да,― сказал папа. ― Не стрёмно.
У папы с дядей Райаном всегда были натянутые отношения, но я не знала истинную причину, пока однажды Бекс не проговорился, что Райан любил мою маму. Папа долгое время думал, что маме с дядей Райаном предначертано быть вместе.
Папа потянулся дотронуться до колена моей мамы, удовлетворенный реакцией Райана.
– Бекс, ― сказала мама, ― разве у тебя и Эдем нет дел?
Бекс кивнул и указал на меня.
– Твоя мама хочет, чтобы я надрал тебе зад. Выходи наружу.
Клэр встала, хлопнув один раз.
– Я скучала по этой семье!
– Ты хочешь надрать мне зад? ― спросила я. ― Ты помнишь, что случилось в прошлый раз?
– Я, да,― сказала Клэр. ― И я позволю тебе сломать мне руку снова, если это значит, что я скину тебя вниз в другую лужу грязи.
Мама, усмехнувшись, вздохнула.
– Заберите меня.
Клэр стрельнула в нее взглядом.
– Давай, Бекс. Мы можем наехать на нее.
– Мне туда, ― сказал Бекс, следуя за своей сестрой через заднюю дверь.
Я обратилась к своим родителям, протянув руки.
– Почему они продолжают пытаться? Они не обыгрывали меня уже с семи лет.
Папа кивнул в сторону открытой двери.
– Уважь им.
Я вздохнула.
– Это когда-нибудь закончится?
– Обучение? ― спросил папа.
Печальное выражение лица отяготило его особенность. Я почувствовала, будто бы он вернулся в возраст десяти лет перед моими глазами.
– Надеюсь, что нет. Я надеюсь, что это все – ни для чего,― сказал он.
Я устремила взгляд в пол и толкнула дверь во двор. Вокруг особняка со всех сторон располагался целый акр серой травы. Я стала посередине между Бексом и Клэр. Где мы стояли, совсем некоторое время назад нами был уничтожен фонтан со скульптурами, когда я ожидала нападения с их сторон. Бекс присел. Я слышала, как Клэр сделала то же самое. Они были взволнованы, и хихикали. Я закрыла глаза, надеясь, что они просто сдадутся скорее раньше, чем позже.
Клер побежала на меня. Она была как в тумане для большинства людей, но только я видела, как мир вокруг нее замедляется. Вместо того чтобы рвануться ко мне, она остановилась в нескольких ярдах и поднялась вверх позади меня. Я выпрямилась, потому, как была застигнута врасплох ее новой тактикой.
– Они не всегда ведут себя как враги, ― сказала она, нежно касаясь моей щеки. ― Часто стратегия реализуется неслышно – не нападать, но проникнуть. ― Она обняла меня и поцеловала в щеку, держа свой голос низким. ― Самые опасные враги те, кого ты любишь.
Клэр повернулась, неторопливо подошла к своему младшему брату, как будто мелодия проигрывала в ее голове, ее гибкое тело расслабилось и стало неброским. Бекс смотрел на мою реакцию с интересом, но как только Клэр была в досягаемости, она локтем зарядила ему в грудь, отбрасывая через всю лужайку.
Он согнул колени, а затем прыгнул вперед, приземляясь на ноги.
– Что, черт возьми, Клэр?
Она приподняла бровь, ухмыляясь своему брату.
– Иногда, они будут использовать тех, кого любишь.
Бекс потер свою грудь больше от обиды, чем от вреда.
– Эдем,― сказала Клэр, ожидая. Когда я не ответила, она продолжила: ― урок ...
– Никому не доверять? ― спросила я.
Она указала на меня.
– Никому за пределами семьи. Даже своему другу.
– Моргану? ― спросила я. ― Он безобиден.
– Послушай, что я говорю, а не то, что ты хочешь услышать. Существует тонкая грань между другом и врагом. Даже если это неумышленно, они могли бы использовать того, кого ты любишь, чтобы повлиять на тебя. Не позволяй им.
– Ты веришь Райану,― сказала я.
– Это другое дело. Он мой Талех, ― сказала она. ― Ты для меня тоже. Твои правила отличаются.
– Ад не может причинить мне боль. Это пустая трата времени.
Клэр нахмурилась.
– Это не значит, что они не попробуют. Они всегда думают о бойни, Эдем. Им больше нечего делать, кроме как свершить план возмездия. Ты стоишь на их пути, поэтому должна быть всегда начеку.
Уголок моего рта вскинулся вверх.
– На страже.
Клэр присела.
– Прими это, девочка. Я убивала и пострашнее существ, чем ты.
– Тебя не было дома год, – сказала я. ― Ты еще не видела страшных.