Текст книги "Мистраль"

Автор книги: Доктор Курбаши

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 9.

6 Сентября 1929 года.

Кронштадт.

Собрание командиров, комиссаров и директоров предприятий проходило в недавно отремонтированном после пожара, Доме Офицеров, интересно что сверкавшее свежей краской здание Дома Офицеров очень мало напоминало тот Итальянский Дворец, который был построен для князя Меньшикова в 1724 году итальянскими мастерами. В свое время Итальянский Дворец не утупал по роскоши отделки резиденциям светлейшего князя в Петербурге и Ораниенбауме. Изящные фасады были украшены барельефами, вазами, пилястрами, а крыша декорирована скульптурной балюстрадой. Перед зданием когда то был обширный Итальянский пруд, в зеркале которого эффектно отражался фасад дворца. От былой красоты мало что уцелело за все эти лихие годы, особенно после пожара 1926 года когда здание было почти полностью перестроено. В большом актовом зале собралось около 500 человек представляющих реальную власть в городе. Командир Мистраля скромно стоял по правую руку от коменданта Кронштадта Зимина и наблюдал за выражениями лиц, манерой держаться и задавать вопросы, и даже за тем как люди были одеты и какой были комплекции. Костюм военного инженера не привлекал к нему пристального внимания собравшихся и давал возможность наблюдать и анализировать обстановку. Подавляющее большенсво собравшихся мужчин были между 25-40 годами, с открытыми славянскими лицами и напоминали Макарову героев советских фильмов начала 60 годов, он думал, вот сидят нормальные русские мужики, если их переодеть и подкормить немного то они мало чем будут отличаться от своих детей и внуков из 40-60 годов, неужели мы с ними не построим лучшего общества, чем то котрое готовит им товарищ Сталин. Комиссар Зимин в это время уверенно рассказывал о том, что да действительно в одной из частей РККА была вспышка брюшного тифа, но благодаря грамотным действиям врачей все больные были быстро изолированы, проведена необходимая санитарная обработка и уже сегодня новых случаев заболевания зарегистрировано не было. –Товарищи, закрытие паромной переправы с Ленинградом это только временная мера и как вы успели убедиться это совершенно не ухудшило состояние с подвозом продовольствия, даже наоборот, все основные продукты питания для жителей Кроншдата продаются без карточек и ограничений, и мы постараемся чтобы это стало обычной практикой. Товарищи советское правительство поставило перед нами задачи перепрофилирования части Морского Завода и ряда других предприятий для выпуска новейших видов оружия для Красной Армии и флота. Для выполнения этой задачи к нам из Николаева прибыл новейший транспорт «Красная Заря» с командой военных инженеров, которые вскоре начнут работать вместе с вами. Они доставили уникальные образцы вооружения, которые нам поручено как можно скорее начать выпускать в больших обьемах для нужд всего СССР. Раздались аплодисменты и люди воодушевленно зашумели. Все части РККА размещенные на острове Котлин и корабли Балтийского флота получат новые образцы стрелкового оружия первыми, для обучения личного состава владению новыми видами оружия в помощь командирам будут направлены инженеры инструкторы с «Красной Зари». Это вызвало еще большее возбуждение среди сидевших в зале. Кроме того вместе с инженерами на транспорте «Красная Заря» прибыла большая группа врачей, которая помогла прекратить эпидемию брюшного тифа в военных частях. В настоящее время группа медиков оборудовала несколько кабинетов в военно-морском госпитале для проведения деспансеризации и раздачи новых лекарств для предотвращения заболевания. Товарищи все кто не прошёл диспансеризацию вчера пожалуста организованно проследуйте в госпиталь, списки лиц которым нужно явиться на диспансеризацию уже переданы в госпиталь. И последнее, товарищи командиры в связи с черезвычайной важностью поставленной перед нами задачи прошу вас обеспечить режим максимальной секретности во вверенных вам подразделениях, вы должны пресекать любые разговоры о новых видах оружия и внимательно следить за пропускным режимом, а так же немедленно докладывать о всех лицах проявляющих повышенный интерес к новым видам вооружения.

После консультации со своими офицерами Макаров принял решение постараться как можно дольше оставаться в тени и замотивировать приход Мистраля в Кронштадский порт приемлемой легендой. Хотя все командиры и комиссары будут психокорректированы на выполнение поставленных перед ними задач без лишних вопросов и сомнений, однако охватить все население Кронштадта было невозможно, люди начнут удивляться переменам и пойдут слухи. Поэтому экипаж Мистраля после фактического захвата власти на острове, замаскировался под аборигенов и растворился среди многотысячного населения города. Вся прелесть ситуации заключалась в том, что люди будут фактически работать и выполнять задачи, абсолюто отличные от утверженных в Москве и Ленинграде, но не будут об этом даже догадываться. Все оставалось как будто по прежнему, но глубокие изменения уже начались и будут нарастать с каждым днем.

Штурман лейтенант Баренцев, начальник особого отдела старший летенант Надеждин и ряд других офинеров продолжали работу с корабельными архивами и электронными библиотеками они с самого момента переноса совместно с Крапивиным проводили практически все свободное время в библиотеке выуживая все исторические сведения, которые были доступны по этому историческому периоду и могли быть полезны экипажу Мистраля. Для более систематического исследования данных и для более полного охвата материалов каждый из них специализировался на своем собственном направлении более всего отвечающим их специальности и индивидуальным интересам. Например лейтенант Крапивин уделял основное внимание вопросам финансов и снабжения, лейтенант Баренцев систематизировал сведения о талантливых людях живущих сейчас в России и во всем мире, а также основным тенденциям в развитии техники и вооружений, старший лейтенант Надеждин уделял больше внимания проблемам безопасности и шпионажа, он изучал все доступные материалы о деятельности зарубежных и отечественных спецслужб. Именно его сейчас вызвал командир корабля для индивидуальной беседы.

– Михаил как ваши успехи, есть ли какие-то интересные наработки?

– Товарищ командир из анализа доступной на Мистрале информации совершенно ясно, что на территории России в настоящее время работают почти открыто тысячи шпионов и резидентов зарубежных разведок, начиная от английской и немецкой до турецкой и китайской, в буквальном смысле слова страна напичкана ими, все иностранные специалисты помимо своей профессионнальной деятельности регулярно передают сведения военного характера, например здесь в Кронштадте работают достаточно много иностранных специалистов особенно из Германии и Англии, так вот в первый же день нашего появления в порту эти господа первыми побежали на телеграф сообщать своим контактам новости о приходе необычного корабля в порт, так как телеграф мы взяли еще ночью и провели коррекцию всего персонала то естественно мы первыми узнали кто приходил и что пытался передать по телеграфу, послания все зашифрованы, но код довольно примитивный. Я предлагаю всех этих специалистов провести через ведомство доктора Ходжаева в первую очередь, я думаю мы не только получим важные сведения, но также нейтрализуем потенциальных врагов и преобретем полезных сторонников.

– Так Михаил, я назначаю вас начальником контрразведки Мистраля и острова Котлин с неограниченными полномочиями в вашем ведомстве, работайте самостоятельно, подберите себе команду из числа моряков и десантников, о результатах докладывать будете мне лично, вы отвечаете за нейтрализацию шпионской сети здесь в Кронштадте и в дальнейшем во всей России. Задача ясна?

–Так точно товарищ командир.

–Вот и отлично преступайте, свяжитесь с подполковником Ходжаевым пусть даст вам кого-то из своей команды в помощь, используйте любые спецсредства, но мы должны всех этих господ перепрофилировать на работу на нас, а не против нас.

– Иван Сергеевич я тут подготовил материалы по сотруднечеству СССР и Германии вплоть до 1933 года, большевеки очень активно работают с немцами по военным вопросам и естественно шпионят друг за другом, нам бы надо перехватить большенство этих контактов и сделать их полезными и результативными.

–Хорошо осавте докладную записку я прочитаю.

Не смотря на большую занятость и множество не решенных вопросов Макаров углубился в чтение материалов по сотрудничеству СССР и Германии, и чтение его твк увлекло, что он потерял счет времени, вот основные пункты записки Надеждина:

«Советская Россия и Германия находились в похожем положении. Из первой мировой войны они вышли униженными и обескровленными. Они обе оказались во внешнеполитической изоляции, подписав унизительный мир, по условиям которого от обеих стран были отторгнуты большие куски территории. Полный развал экономики, голод, одичавшее население. Да, мир достигнут – но никто не обольщался мнимым «миролюбием» европейских соседей. А Красная Армия в ту пору находилась в состоянии абсолютного развала, что вполне официально констатировала комиссия ЦК партии в 1924 году. Еще хуже обстояло дело с вооружением.

Интересы России и Германии великолепным образом дополняли друг друга. Германия сумела сохранить научный и промышленный потенциал, но была лишена возможности создавать, испытывать и производить современное вооружение. Россия не имела по этой части никаких ограничений, на ее просторах можно было не только испытывать все что угодно, но и обеспечить секретность этих испытаний. Гражданская война выбила и вымела из страны ученых и промышленников. Перед тем как что-то делать, надо было восстанавливать заводы и воссоздавать научные и технические школы. Военные секреты стран Антанты если и продавались, то стоили огромных денег, а у Германии не было иного выхода, кроме как довериться восточному соседу.

Более того, общие политические интересы подкреплялись еще и теоретически. Творцы революции в России изначально, еще на основе Маркса, рассчитывали, что в Германии вот-вот произойдет революция и строительство социализма будет совместным. Что к ним приедут высококвалифицированные немецкие специалисты, что будет идти активный обмен: оттуда – «ноу-хау» и готовая продукция, туда – сырье. Поэтому-то в работе Коминтерна придавалось огромное, ни с чем не сравнимое значение именно германскому направлению.

Первые контакты с русской стороны были сделаны Карлом Радеком и наркомом по иностранным делам Советской России Г. В. Чичериным. А с германской – первый министр иностранных дел Веймарской республики Ульрих Карл Христиан фон Брокдорф-Ранцау. Наркомвоендел и председатель Революционного Военного Совета – Лев Троцкий, зам. Председателя РВС Эфраим Склянский, начальник Управления Военно-Воздушных Сил РККА Аркадий Розенгольц, целиком и полностью поддерживали налаживание отношений с Германией и составляли прогерманскую группировку в советских верхах. С германской стороны сторонниками сближения с Россией были генерал Макс Гофман, бывший в годы Первой мировой войны начальником штаба Восточного фронта и генерал фон Сект. Сект был категорически против совместного с Антантой выступления против Советской России. Сект не питал относительно западных союзников никаких иллюзий: идеальным для них было бы вновь стравить Германию с Россией и отсидеться в сторонке. Относительно Польши его позиция тоже была однозначной. Он прекрасно понимал цель восстановления независимости этой страны, обладающей совершенно потрясающим умением плодить вокруг себя врагов.

Немецкие правительства менялись, как в калейдоскопе, и у каждого была своя внешняя политика. Зато Сект был неизменен, как сфинкс у пирамиды. Кончилось дело тем, что военные обеих стран общались друг с другом, вообще минуя министерство иностранных дел – напрямую, через так называемую «Зондергруппу Р», или «Вогру».

«Зондергруппа Р» появилась в военном министерстве Германии еще в начале 1921 года, по личному указанию Секта. Инициатором ее создания был Шлейхер, а Нидермайер стал ее первым уполномоченным в России. В русской терминологии это подразделение называлось «Вогру», или «военная группа». Она-то непосредственно и занималась организацией военного сотрудничества, и Сект отнюдь не горел желанием посвящать в эти дела постоянно меняющиеся разномастные правительства. Отчасти поэтому «Зондергруппа Р» входила в состав разведотдела, самой засекреченной структуры немецкого штаба. Об основной причине, по которой «Вогру» была включена в состав разведотдела, говорит имя одного из тех, кто входил в ее руководство. Это был легендарный Вальтер Николаи, начальник контрразведки кайзеровской армии и специалист по России. Военное сотрудничество было нашпиговано разведчиками – впрочем, с обеих сторон.

Но военное министерство не могло напрямую заниматься промышленными делами. И тогда в 1923 году оно основало промежуточную структуру – так называемое «Общество содействия промышленным предприятиям», или «ГЕФУ». Под прикрытием этого расплывчатого названия пряталась организация, назначением которой были финансирование и координация работы совместных германо-советских предприятий на территории СССР, – естественно, гражданские предприятия ее не интересовали. Общество было попросту «крышей», под которой германские военные прятали дела, не совместимые с условиями Версальского договора. Руководителем «ГЕФУ» стал еще один член спецгруппы Секта, майор германского генштаба Чунке. Тогда же и Нидермайер получил повышение, став начальником службы генштаба по русским вопросам. Он информировал Секта и начальника генштаба Хассе о ходе работ, поддерживал контакты с советскими организациями и высокопоставленными деятелями не только армии и промышленности, но и политиками, и чекистами. Именно в его руках сосредоточились все нити сотрудничества.

Однако один Оскар фон Нидермайер не мог заменить всего аппарата военного атташе. А таковых Германии, по условиям все того же Версальского договора, иметь не полагалось. И тогда в Москве появилась еще одна контора. Называлась она постоянной комиссией по контролю за хозяйственной деятельностью немецких концессий в СССР. А на самом деле это было тайное представительство немецкого генерального штаба. В секретных документах оно именовалось «Центр-Москва» («Ц-МО»). Под пару ей в германском генштабе был создан отдел «Ц-Б» («Центр-Берлин»). «Ц-МО» возглавил полковник Лит-Томсен, а его заместителем и фактическим руководителем стал все тот же Оскар фон Нидермайер. В 1927 году Лит-Томсена отозвали в Германию, и Нидермайер остался во главе общества до 1931 года. Общество должно было не только курировать все вопросы советско-германского военного сотрудничества, но и информировать генштаб по всем доступным ему военным вопросам то есть разведкой.

Уже в 1923 году, с самого основания «ГЕФУ», одним из партнеров этого общества выступает наше предприятие «Метахим». В сентябре этого года обе конторы организовывают совместное общество «Берсоль», цель которого совершенно белая и пушистая – производство удобрений. Возглавлял правление сей крайне полезной для сельского хозяйства фирмы Стефан Иосифович Мрочковский. 14 мая 1923 года в Москве был подписан договор о строительстве химического завода по производству отравляющих веществ. Немцы ассигновали на его создание 35 млн. марок. Немецким партнером стал химик Хуго Штольценберг, один из крупнейших в Германии специалистов по ОВ, который к тому времени уже построил завод в Гамбурге. По договору, Штольценберг должен был модернизировать химический завод в поселке Иващенково, что под Самарой. Предполагаемая производительность – 60 тысяч пудов фосгена и 75 тысяч пудов иприта в год, а также жидкий хлор. Но как только завод был построен в 1925 году коммунисты решили кинуть немецких концессионеров. Использовалась профсоюзная фишка. Сначала заключался договор на длительный срок, а потом «внезапно» советский персонал начинал бастовать, требуя повышения зарплаты в несколько раз. В итоге договор расторгался, а оборудование концессионеров и обученный персонал оставались советской экономике в качестве трофея. После отъезда немцев нашим ученым потребовалось несколько лет на то чтобы запусить процесс создания ОВ самостоятельно, а также качество и количество выдаваемого продукта оставляло желать лучшего. Тем не менее Россия и Германия договорились о совместном испытании ОВ. Испытания ОВ были настолько секретными, что точное количество полигонов неизвестною. Есть точные сведения только о двух объектах. Это «Подосинки», расположенные в поселке Шиханы, что неподалеку от Саратова, и «Томка» возле населенного пункта Тоцкое Оренбургской области. Испытания совместные, расходы – пополам. И снова техническое руководство испытаниями – немецкое, административное – наше. Обе стороны за отдельную плату могли получить образцы всех применявшихся и разработанных приборов. Все протоколы испытаний, фотоснимки, чертежи выполнялись в двух экземплярах – для каждого из партнеров. Мы предоставляли немцам полигоны, персонал и условия для работы. В ответ они брали на себя обязательство обучать специалистов по всем отраслям, по которым будут проводиться опыты, и давать им возможность принимать практическое участие в работе. Этот проект практически свернут к 1929 году в связи с изменениями в германской политической ситуации. Среди других советско – германских проектов можно назвать летную школу в Липецке. Липецкий объект выполнял двоякие функции, в первую очередь здесь обучались будущие асы немецких ВВС, а так же школа стала испытательным полигоном рейхсвера. Именно здесь, в Липецке, проходил испытания «Юнкерс» К-47. Вначале этот самолет был разработан как истребитель. Затем, впервые в истории военной авиации, на нем установили спаренные пулеметы с вращающимся лафетом. Вскоре решили попытаться использовать истребитель для бомбометания, и в результате появился новый тип самолета – пикирующий бомбардировщик. После, в 30-х годах, на базе К-47 был разработан знаменитый Ю-87 – самый популярный пикировщик Третьего рейха, отличавшийся исключительной точностью бомбометания. С 1926 года в Казани начала действовать совместная танковая школа, в июне 1929 года состоялся ее первый выпуск. В настоящее время ряд советских военных высокого ранга, таких как Иона Якир, Жан Зомберг, Василий Степанов, Ян Лацис и Роман Лонгва обучаются в Военной академии генерального штаба Германии. А генерал-майор Ганс Хальм работает по обмену опытом в Штабе Красной Армии. в общем сотрудничество между нашими странами носит широкомасшабный характер и будет свернуто только с приходом к власти Гитлера в 1933 году. Исходя из вышеизложенного следует отметить что начатое сотрудничество в военной и других областях позитивно влияет на развитие современных технологий и индустриализацию России, желательно устранить все препятствия к продолжению взаимовыгодного сотрудничества путем вмешательства специалистов Мистраля. В частности вербовка ключевых фигур представляющих Германские интересы в России является обязательной. В последствии эти лица могут использоваться для недопущения прихода к власти Гитлера или его устранения.»

Да есть о чём подумать, времени остается все меньше и меньше, Надеждину нужно поручить разработать план операции внедрения во властные структуры СССР и вербовки с последующей психокоррекцией представителей германской разведки и рейхсвера.

Обстановка в Кронштадте оставалась спокойной, хотя по прежнему не работала паромная связь с Ленинградом. Руководство Ленинграда пока что себя никак не проявляло, но Макаров чувствовал что это не на долго, скоро нарисуются с проверкой, но ничего встретим. Десантники отловили несколько особо ретивых граждан пытавшихся уйти с острова на лодках, но серьезных врагов среди них не было, поэтому их подкорректировали и отпустили с миром. Отмена карточной системы на продукты и увеличение продовольственных норм для красноармейцев и моряков сработало как отвлекающий фактор от прихода в порт Мистраля и отмены паромов. Ладно еще день или два, а затем постепенно восстановим сообщение с берегом, но надо будет ввести пропускной режим и селективную психокоррекцию. Да кстати, надо будет дать Зимину задание без шума восстановить церковные службы в Морском соборе, который закрыл для посещения и богослужений его предшественник, тоже будет фактор в нашу пользу, большенство населения ведь верующие.