332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Калюжный » О западе, который пыжился, пыжился, а Россия сама по себе » Текст книги (страница 29)
О западе, который пыжился, пыжился, а Россия сама по себе
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 01:53

Текст книги "О западе, который пыжился, пыжился, а Россия сама по себе"


Автор книги: Дмитрий Калюжный


Соавторы: Сергей Валянский

Жанр:

   

Публицистика



сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 40 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Ещё до 1999 года, по словам академика Н. Римашевской, у нас образовалось «… два уровня жизни со своими доходами и денежными единицами, два потребительских рынка, отличающихся ценами и набором потребительских благ. Представители «двух Россий» плохо понимают друг друга. И это тем опаснее, что в «страну» богатых и очень богатых, а также высокообеспеченных входит политическая элита. На противоположной стороне находится «страна» бедняков (включая «маргиналов»), доходы которых не достигают прожиточного минимума. Различие в уровне жизни «двух Россий», по экспертным оценкам, достигает 100 раз».

Сегодня для характеристики уровня жизни опасно использовать средние показатели, которые только вводят в заблуждение.

По данным Н. Римашевской, четверть россиян четыре года назад имели долг по квартплате и были под угрозой выселения из своего жилища. Теперь их, конечно, больше. «Социальное дно» составляло тогда около 10% городского населения, или 10,8 млн. человек. В их составе 3,4 млн. нищих, 3,3 млн. бездомных, 2,8 млн. беспризорных детей и 1,3 млн. уличных проституток.

А Тишков рассказывает нам, как мы все хорошо стали жить!!!

Ссылки на рост покупок автомобилей, числа частных поездок за границу, строительства загородных то ли коттеджей, то ли вилл, то ли дворцов и других высокоэластичных товаров и услуг (динамика потребления которых сильно зависит от изменений в уровне доходов) – далеко не первая попытка доказать улучшение материального благосостояния населения России. В действительности при росте дифференциации доходов спрос на элитные товары возрастает, на обычные товары – падает.

При стремительной поляризации доходов спрос на те же самые автомобили может расти даже при снижающемся среднем уровне доходов населения. Во-первых, богатеи покупают по несколько машин. Во-вторых, бедняк ведь понимает, что кроме как частным извозом, ему скоро нечем будет заработать. Откуда у него возьмутся пассажиры? А оттуда, что автобусные маршруты закрываются.

Рост дифференциации доходов, произошедший в России за период «позитивных трансформаций», не имеет прецедента в цивилизованных странах за всю, пусть и не очень длинную, историю человечества. У большинства населения удельный вес расходов на товары и услуги первой необходимости в общем объёме потребительских расходов возрос с 84% в 1996—1997 годах до 92% в 1999 году, на капитальные блага – упал с 9% до 4%.

Жителю Москвы это, конечно, не очень заметно. По данным Мосгорстата, среднедушевые доходы 20% наиболее богатых москвичей, составляющих немногим более 1% жителей России, равны 17% доходов всего населения страны и значительно превосходят сумму доходов всех граждан, живущих ныне за чертой бедности. Москва, сконцентрировав в себе почти все финансовые ресурсы России, просто обслуживает этих богатеев, и живет, под собою, буквально, не чуя страны.

И действительно, сейчас ежегодно выезжает за рубеж порядка 10 млн. человек. Такого не могут позволить себе бразильцы или мексиканцы, которые, по официальной статистике, пребывают с россиянами примерно на одном уровне достатка. Но сколько из наших выезжающих едут «челночить», или нелегально подзаработать за границей? Это первый вопрос. И второй: а на какие шиши мог бы поехать наш «средний» гражданин отдохнуть на зарубежном курорте, если его средняя зарплата 100 долларов в месяц, а поездка на неделю стоит самое меньшее 300 долларов? Наш «учёный» этого не анализирует. Да ведь и задача такая перед ним не стояла; ему надо было доказать народу, как хорошо он, народ, живет.

А вот его размышления о процветающей российской науке.

«Так называемый „кризис науки“, возможно, касается ряда естественных наук и военно-промышленных разработок, но общественные науки он затронул только в плане кризиса теоретико-методологических основ, да и это имело место скорее на начальном этапе российских трансформаций. Риторика жалоб здесь (и не только здесь) используется главным образом для того, чтобы сохранить государственное обеспечение, действующую систему организации науки и существующие кадровые ресурсы. Это само по себе понятно, но к реальному кризису имеет условное отношение. За последние десять лет Институт этнологии и антропологии РАН произвел научной продукции в три-четыре раза больше, чем за предыдущее десятилетие. Такая же ситуация в других гуманитарных институтах. В обществоведческий арсенал введено огромное количество новых и забытых имен ученых, осуществлены крупномасштабные переводческие проекты. Новым и позитивным явлением стала деятельность двух государственных научных фондов (Российского фонда фундаментальных исследований и Российского государственного научного фонда), через которые получает поддержку лучшая часть ученого сообщества».

Беда в том, что выход страны из кризиса потребует помощи как раз точных наук, а большая часть макулатуры подобных Тишкову «гуманитариев», работающих по принципу «чего изволите», приносит один лишь вред. Да и чего ждать от людей, представлявших наихудшее, что было в советском обществоведении, которые при старом режиме бежали «впереди прогресса» и сегодня первыми отрапортовали, что они уже одобрили новую систему.

Зачем же врут народу эти «учёные»? Дело в том, что люди, приходящие ныне во власть, чувствуют изрядную неуверенность. Им жизненно необходимо убедить самих себя, что они поступают правильно, что они много делают для страны. Остаётся убедить в этом народ, и на помощь зовут вчерашних обществоведов-одобрямсов. Они и стараются по мере сил, надеясь на благодарность. Не случайно же г-н Тишков после подобных исследований стал академиком.

Еда как мерило народного благосостояния

«Пролетарии всех стран

маршируют в ресторан»

Иосиф Бродский.

Иногда интересно полистать страницы газет, старых и новых, – чтобы понять, в каком направлении движется страна. Впрочем, не будем заглядывать в слишком уж далекое прошлое. Читаем прессу конца ХХ века, и узнаем, что в 1999 году «Россия еще больше отстала от Америки по душевому ВВП, рассчитанному по паритету покупательной способности (ППС)… Нам далеко не только до США, но и до Португалии… Госкомстат известил общественность, что в 1999 г. наш ВВП на душу населения составил 18% от ВВП США (еще в 1996 г. он составлял 24% от американского)».

Вот какое безобразие допустил наш бывший президент Ельцин. К счастью, на смену ему красивой походкой пришёл молодой и решительный В.В. Путин. Ещё даже не став президентом, он, так сказать, заострил вопрос, о чём и сообщили газеты:

«Секвестирование бюджета-2000, особенно его социальных статей, недопустимо. Об этом заявил и. о. Президента России, премьер-министр Владимир Путин. И.о. Президента констатировал снижение влияния страны на мировые хозяйственные процессы, снижение уровня жизни населения». Путина возмутил факт, что по уровню жизни Россия находится на 71-м месте. «Нас обогнали страны Восточной и Центральной Европы, Балтии, Ливия и Таиланд», – огорчался он.

Путин тогда, – если кто забыл, – высказал мнение, что правительство «должно реально смотреть на то, что происходит в стране», и что необходимо действовать энергично, продолжать реформы под контролем государства, «укреплять институты государства и власти», – «иначе мы будем пускать в экономику криминал».

За сим пролистнем два года, – надо же дать президенту и правительству время, чтобы выполнить намеченное, и откроем газеты за апрель 2002 года, и узнаем, что «Кремль недоволен Белым домом», а «Россию спасёт экономическое чудо»:

«В понедельник президент впервые критиковал правительство так откровенно. Оба сценария экономического развития – оптимистический и пессимистический, – предложенные кабинетом министров, отправлены на доработку. „Ни то ни другое не гарантирует нам уменьшения хотя бы разрыва между Россией и основными индустриально развитыми странами мира, – заявляет Путин. – Мне кажется… не кажется, я уверен: правительство должно ставить перед собой более амбициозные планы. Нельзя ни себя успокаивать, ни страну успокаивать вот этими положительными, но недостаточно интенсивными темпами развития страны“.

Экономический советник президента Андрей Илларионов тут же объяснил, что президент прав в своём недовлльстве: «Что такое экономический рост? Это сокращение бедности. Позиция, когда наш рост не превышает 5 процентов, означает сохранение уровня бедности, слабости и отсталости. Это не входит в набор программных целей президента».

Затем и премьер Михаил Касьянов дистанцировался от не понравившихся президенту цифр и посоветовал журналистам обо всём спрашивать Германа Грефа. А этот последний, подробно рассказав журналистам, что такое среднесрочный сценарий экономического развития, призвал к опоре на внутренние факторы, чтобы по возможности не зависеть от цены на нефть. По Грефу, стране нужны радикальные реформы, без которых Россия никогда никого не догонит: «Чтобы догнать развитые страны… ну давайте посчитаем. В Европе 40 тысяч долларов среднедушевой доход, у нас – шесть-семь. Вот и посчитайте. Не бывает чудес в экономике».

Пропустим еще годочек, и вновь откроем газеты. Апрель 2003 года: по уровню жизни Россия «убегает» от Доминиканской Республики. О том, что желали догонять по этому параметру Португалию, уже забыто, ибо совершенно невыполнимо. «По продолжительности жизни мужчин мы занимаем 134-е место, а женщин – 100-е. Семнадцать процентов детей рождаются с генетическими отклонениями, а состояние экологии комментировать излишне…»

Май 2003 года: выступая с Посланием Федеральному собранию, глава государства, наконец, констатировал, что «не нужно проводить реформы ради реформ, нам не нужно перманентное реформирование общества. Нам нужно обеспечивать подъем благосостояния людей и экономический рост».

Эх, обманули нашего доверчивого президента. Он-то, видать, и впрямь верил, что реформаторские «темпы роста» добавят всем и каждому понемногу, и бедных станет меньше, а богатых больше. Конечно, как бы он мог догадаться, что вся политика правительства и думского большинства и до его прихода, и после, целила отнюдь не на устранение бедности бедных, а на увеличение богатства богатых, и не понемногу, а очень даже помногу. Ни о каком благосостоянии народа наша «элита» не думала, и думать не будет, действуя только и исключительно в интересах узкой группы лиц, буквально нескольких сотен семей!

Но вот, прозрел и В.В. Путин. Слава тебе, Господи, что так быстро! Всего лишь через четыре года после прихода во власть, – сначала в качестве премьера, а потом и президента, – он осознал, что «мы должны отвергнуть политику, которая противоречит интересам подавляющей части общества».

Среднедушевые доходы россиян в апреле 2003 года, по данным Госкомстата, достигли 5114,2 рублей, а среднемесячная начисленная номинальная заработная плата составила 5035 рублей. Это СРЕДНИЕ данные. А, скажем, нянечка в детском саду зарабатывает 1500 рублей, и хотя питаться манной кашкой она может со скидкой, и за содержание своего ребенка в этом учреждении ей платить не надо, но если она мать-одиночка, ни на что, кроме квартплаты, её заработка не хватит. Это – край нищеты для работающего.

Каков «край» в доходах богатых, судить трудно, но можно, опять же обратившись к газетам. Мы очень советуем высокочтимому Владимиру Владимировичу Путину прочитать статью «Скромное обаяние кулинарии» в «Известиях» за 29 мая 2003. И узнает он, как питаются представители «элиты», посещая рестораны:

«Михаил Касьянов с друзьями на банкете заказывали: равиоли с раковой шейкой и соусом фуа гра, утку с апельсинами, мильфей с клубникой и малиной. Вино – красное французское Haut Brion 1989 года ($5000 бутылка). 23 мая гулял президент Банка Москвы Андрей Бородин. Чек – на 25 тысяч долларов. Чаевые – 2,5 тысячи долларов. Постоянно обедает Евгений Киселев, Леонид Парфенов и инкогнито из Управления делами президента, который стабильно заказывает хор казаков».

«Известия» сообщают об этом с придыханием восторга, а не в ироническом, или каком другом ключе. Похоже, газетёнка окончательно съехала из реального мира. Особенно умиляют чаевые в 2,5 тысячи долларов: при курсе в 30 рублей «на чай» разово выдана зарплата одного «среднего» человека за 15 месяцев. Тут же, кстати, приведено мнение самих рестораторов: дела-то, оказывается, совсем плохие. Приличным людям негде покушать. Рестораны переполнены. Владелец одного из них размышляет: «Кризис забыт. Москвичи живут настоящим, при этом все уверены, что завтра будет ещё лучше, чем вчера. Денег – вагон, а дома есть никому уже неохота, скучно».

Так, чёрт возьми, что нужно России? Реформы, или рестораны? Экономический рост, или вменяемая власть?

Общество разорвано на две части. У них разные интересы, разные деньги, разные представления о стране и её будущем. Более или менее одинаковы только их чувства друг к другу.

Ненависть.

Вожди и советники

«Превосходство же страны в целом есть царь, заботящийся о стране».

Еккл., 5.8.

Страна «советов»

Советников имеют все президенты планеты, и это нормально. Вот и наш президент В. Путин в принятии решений о политических и экономических реформах, столь необходимых России, смело советуется со специалистами.

Поговорим же о советниках. Вот каков типичный российский специалист-реформатор последнего призыва: родился 40—45 лет назад (молодой). Окончил экономический факультет, как правило, ленинградского вуза (образованный). Преподавал то, что выучил сам, новым студиозусам того же вуза (опытный). Наконец, годовая стажировка в Европе, и специалист по анализу и планированию реформ готов: молодой, образованный, опытный. Даже тот неприятный факт, что новый советник – столь же кабинетный деятель, как и его шеф, не так страшен. Ведь ему нужно знать Россию лишь настолько, чтобы подобрать для каждого конкретного случая «правильную схему» или, как это теперь называется, «экономическую модель».

Вот с моделями, конечно, проблема. В одной только Латинской Америке, которая вся целиком меньше нашей Сибири, моделей не меньше десятка: чилийская, аргентинская, перуанская. Колумбийский, опять же, опыт надо учесть… Какая модель лучше подойдет России? Поскольку базовое образование советник по реформам получил при проклятом «совке», и лишь один год изучал «модели» в Европе, он тоже нуждается в советах специалистов.

В свое время (осенью 1991 года) молодые реформаторы пригласили себе в советчики западных экономистов: Джеффри Сакса, Андерса Ослунда, Ричарда Лэйарда, Марека Домбровского, Яцека Ростовского и других. Они с одобрения Ельцина консультировали кабинеты Гайдара и Черномырдина. Каковы были советы и советчики первой волны, мы уже говорили. Сегодня это уже история…

Затем, когда правительство возглавил Примаков, в Москву привезли знаменитого аргентинца Ковалльо, отца соответствующего «экономического чуда». Но Примаков меньше всего оказался склонен к чудесам, и экономику на некоторое время перестали мучить примерками зарубежных «моделей». И тут выяснилось, что она жизнеспособна! Это уже тоже в прошлом, и хотя плодами его руководства мы пользуемся даже сегодня, все дальнейшие успехи приписали Степашину и Путину.

Ждать ли нам снова чудес? В 2000-м, сразу после президентских выборов опять высадился десант зарубежных экономистов: декан экономического факультета Чикагского университета и «духовный отец» чилийского экономического чуда Арманд Харбергер; Джеймс Гвартни, главный экономист объединенного экономического комитета конгресса США; Карлос Болоньи – бывший министр финансов Перу. Ученые чудотворцы делились своими секретами с представителями Центробанка и Минфина, читали лекции студентам МГИМО и Академии имени Плеханова, а также проводили закрытые семинары: в час дня в Центре стратегических разработок Германа Грефа, в четыре – на Старой площади в администрации президента. Возможно, встречались и с Путиным.

Кто же их позвал? Говорят, премьер Михаил Касьянов и советник президента Андрей Илларионов, люди в государстве не маленькие. Спрашивается, как же они берутся руководить экономикой громадного государства, и давать советы президенту страны, если без подсказок совершенно к этому не подготовлены? С другой стороны, в России существует отделение экономики Академии наук и немалое количество экономических институтов. Почему же приглашают советчиков из-за рубежа? Какой после этого Илларионов директор экономического института, и, кстати, почему его, а также Гайдара и других реформаторов, по советам западных учителей разваливших экономику страны, пресса изображает великими экономистами?

Или задача сразу в том и состояла, чтобы «подогнать» нашу экономику к потребностям экономики западной?

Илларионов, отбиваясь от подобных обвинений, заявил: «Что бы нам ни советовали, а делать мы будем сами и по-своему. Но из этого не следует, что надо затыкать уши от умных вещей». Да, но в российской научной элите процент дураков не выше и не ниже, чем на Западе, зато наши лучше знают реалии России и хотя бы её (возможно) любят. Почему бы не послушать их? Вдруг что умное скажут, например, об экономической истории России. Жили же тут как-то люди тысячу лет по своей «модели», не чилийской.

А, судя по проведенной административной реформе, наслушавшиеся «учителей» власти приняли «собственное решение» и выбрали для нашей с вами будущей жизни именно чилийскую модель. Это – реформирование экономики унитарного, моноэтнического, одноконфессионного государства с небольшим населением, с огромными запасами природного сырья для поставок на внешний рынок (Чили – основной мировой поставщик меди), с твердой привязкой к США. Чтобы воспользоваться «моделью», надо Россию превратить в Чили, то есть ликвидировать местные свободы, унифицировать население, назначить главенствующую религию, убрать проявления оппозиционности. Что и происходит.

Дальше тупое внедрение чуждой модели потребует повторения негативных сторон тамошнего «чуда». Но и это достижимо.

Президент Путин

Ян Трейнор в «Гардиан»[18]18
  В изложении газеты «Советская Россия» от 25.01.01.


[Закрыть]
пишет, что новый президент Путин демонстрирует «авторитарные инстинкты», а экономика нашей страны погружена в коррупцию, капитал бежит из страны в ужасающих размерах, и внутренние инвестиции минимальны. По его словам, ЦРУ предсказывает безостановочный упадок в России, несмотря на обещания Путина восстановить величие и международный престиж государства. Также ЦРУ предсказывает:

«Между нынешним и 2015 годами Москва столкнется с ещё большим вызовом, чем сегодня, пытаясь соизмерить свои претензии на мировое лидерство с драматически сокращающимися ресурсами… Сможет ли эта страна совершить переход и свести при этом концы с концами, согласно мнению большинства экспертов, остается открытым и критически важным вопросом, так же как и вопрос о характере и качестве российской политики в области управления и экономики. Наиболее вероятный результат будет состоять в том, что Россия окажется внутренне слабой».

Ныне в Вашингтоне наступило изрядное отрезвление после «дружбы» Клинтона с Ельциным. Советница Буша по вопросам национальной безопасности Кондолиза Райс говорит: «Проблема политики США состоит в том, что беспрерывные объятия, в которые клинтоновская администрация заключала Ельцина и тех, кого принимали за реформаторов вокруг него, просто закончились провалом. Американская поддержка демократии и экономических реформ стала поддержкой Ельцина. И его повестка дня стала нашей повесткой».

В общем, перестарались американцы с Россией времён Ельцина. Вот почему так пристально смотрят они сегодня на В. Путина. Он может или подтвердить, или опровергнуть мрачные предсказания экспертов ЦРУ. Но мы тоже способны провести экспертизу – хотя бы высказываний нашего президента.

18 июля 2001 года президент Российской Федерации В. Путин дал пресс-конференцию. Отвечая на самый первый вопрос – о том, как он оценивает закончившуюся сессию Госдумы, – президент сообщил: принято «четыре конституционных закона, 155 обыкновенных федеральных законов, из них 53 закона обозначены были Правительством как законы первоочередной важности». А о качестве принятых законов – тишина. Видимо, он оценивает их достаточно высоко:

«Можно сказать, что парламент страны в этом году реально приступил к модернизации экономики государства, и внес существенный вклад в совершенствование политической системы страны».

Судить о реальности модернизации на том только основании, что приняты некие законы, довольно трудно. Немного позже один из корреспондентов упомянет Доктрину информационной безопасности и выразит озабоченность журналистов этим «скажем так, зловещим документом». Президент ответит ему:

«Вы эту зловещность на себе как-то ощутили? Как-то это Вам мешает? Ну, принята Доктрина об информационной безопасности. Это повлияло на реальную деятельность средств массовой информации? Думаю, нет».

Это мы к вопросу о качестве законов. Зачем принимали, если действие закона ни на чем не сказывается?.. Но продолжим:

«Возьмите налоговую сферу. Ну, это просто революционные преобразования: 13 процентов подоходный налог с населения – самый низкий в Европе. Теперь мы переходим практически к самому низкому в Европе налогу на прибыль юридических лиц, предприятий – 24 процента. Сравним с любой развитой европейской страной, и мы поймем, в каком направлении движется Россия, – к либерализации экономики и исключению необоснованного вмешательства государства в экономику. Я хочу сказать: именно необоснованного. Не вообще устранения государства от регулирующих функций, а необоснованного вмешательства».

Хотелось бы напомнить президенту, что подоходный налог с беднейших граждан был 12%, и «революционное преобразование» для абсолютного большинства вылилось в увеличение налога. Реально налоги снижены только для богатых, и теперь даже тот, чьи доходы в тысячи раз превышают заработок бедных, платит одинаковый с бедными процент налога. Это значит, что богатая часть общества, жирея на продаже за границу принадлежащего всей стране сырья и эксплуатации такого ресурса, как рабочая сила, не будет содержать социальную сферу этой самой «силы».

Затем Путин рассказал о российском правительстве. Уловить смысл его речи трудно:

«Что касается российского Правительства, то должен сказать, что вы не очень внимательно все-таки следили за нашими высказываниями, и сейчас объясню почему. Вы сформулировали свой вопрос следующим образом: почему перенесены сроки? А кто их называл? Сроков реформирования Правительства России никогда никто из официальных лиц не обозначал. И я тоже. Мы говорили, и я говорил, в частности, в своих публичных выступлениях о том, что российская бюрократия ничем не хуже бюрократии любой другой европейской страны либо североамериканской страны, но и не лучше. Это одна из проблем, которую мы должны решать».

Какую проблему имел в виду президент, если наша бюрократия не лучше и не хуже любой другой? Загадка. Наверное, проблема всё же есть, но нам о ней говорить не хотят.

Далее – о трудовых отношениях:

«Можно как угодно спорить о том, правильно либо неправильно мы делаем, принимая новый Кодекс законов о труде, но совершенно очевидно, что, если тот, старый Кодекс был создан в 1972 году и обслуживал интересы плановой экономики, где государство отвечало за всё, то сегодня это невозможно. Государство не может сегодня отвечать за всё, потому что оно не предоставляет всех услуг, которые предоставляет рыночная экономика. (Налоги уменьшают, вот и не могут ни «предоставлять услуг», ни за что-либо отвечать, – Авт.) Так же, как и административные органы власти, управления, в том числе и Правительство. Правительство должно соответствовать тем функциям, которые возложены на государство в современных условиях».

Какие функции возложены, если государство намерено от всего отрешиться, и в чём несоответствие?.. Об этом ни слова, зато о реорганизации правительства мы тут же узнаем, что:

«Здесь… не нужно ждать никаких революционных преобразований. Поэтому здесь не нужно искать каких-то сенсаций. Их просто нет. Это рабочий момент. И это не просто обсуждение для того, чтобы кого-то поднапугать из Правительства, сказать, что кто-то, кого-то, куда-то уволит. Вопрос содержательный, вопрос не в личностях: кого, куда передвинуть или кого уволить. Вопрос в том, как сделать, чтобы главная административная структура России функционировала более эффективно. Мы привлекаем для этого не только чиновников из самого Правительства, но и экспертов в сфере управления. Я думаю, что обязательно будем советоваться и с депутатами Государственной Думы. В общем, как только это решение созреет, оно будет проведено в жизнь».

Так и остаётся неизвестным, есть проблема с управлением и бюрократией, и какая, – или нет?.. Ответ на следующий вопрос тоже весьма удивителен. Вопрос был такой: «господин Президент, будет ли ближневосточный кризис и положение в Персидском заливе включены в повестку дня в саммите в Генуе? И будете ли Вы выдвигать какие-то российские инициативы на этом саммите?»

А вот и ответ:

«Вы знаете, что основными темами, которые будут обсуждаться в Генуе, являются проблемы общечеловеческого характера. В принципе лидеры восьми стран договорились о том, чтобы сосредоточить своё внимание главным образом на неполитических вопросах. Это борьба с бедностью, борьба с болезнями…»

Эти проблемы не решены внутри страны, они у нас только нарастают! – а он собирается обсуждать, как их решать на мировом уровне. Бедность – это когда люди получают на жизнь меньше доллара в день или, по нашим масштабам, около 900 рублей в месяц. Сколько таких у нас в стране? 10%, 20%? Другая проблема – туберкулез, с которым он собирается бороться в мировом масштабе, то есть перечислять деньги из нашей поражённой туберкулезом страны на «решение» этих проблем где-то там, за бугром. А чтобы покончить с эпидемией внутри страны, денег у него нет.

Задан вопрос о состоянии флота: «…Буквально только что вернулся из Северодвинска. Это, как Вы знаете, российский государственный центр атомного судостроения. В лучшие годы там строилось до 2-3 атомных подводных лодок. Сегодня одна, в лучшем случае в один, два, три года. Вы как Президент и Верховный Главнокомандующий удовлетворены таким состоянием дел?»

Президент отвечает:

«Вы сказали: в лучшие времена. Они для кого-то были лучшими, для кого-то не очень (сейчас точно также, но он об этом, похоже, не догадывается, – Авт.).Всё ведь познается в сравнении. Да, был период времени, когда мы уделяли особенно много времени и вкладывали почти все имеющиеся у нас ресурсы в вооружение, в том числе и в Военно-Морской Флот. Я сейчас не буду давать оценку, хорошо это было или плохо. Во всяком случае, фактом является то, что эта гонка вооружений без оглядки на реальные экономические возможности государства в значительной степени являлась одной из причин, не единственной, но одной из причин, которая и подорвала и саму экономику, и как следствие – доверие населения к государству. Мы это с вами знаем по событиям начала 1990 годов. (Это пример «русских горок»: после напряжения всех сил – желание жить, «как все», – Авт.) Поэтому я с сожалением смотрел на это, когда вернулся из-за границы. Понимал эмоциональный настрой населения, но с сожалением на все это смотрел.

Допустить повторение подобного развития событий в нашей истории мы, конечно, не можем. Поэтому мы должны сопоставлять наши экономические возможности с нашими потребностями. (Беда только в том, что потребности определяем не мы, а наше внешнее окружение, – Авт.)Именно поэтому мы разработали программу модернизации Вооруженных Сил, её называют ещё военной реформой, рассчитанную на 10 лет. В этой программе значительное внимание уделено и развитию Военно-Морского Флота.

Я могу сказать, что сегодняшним состоянием Военно-Морского Флота не удовлетворён. Не удовлетворён и количеством боевых единиц в составе Флота. Абсолютно уверен в том, что Флоту должно быть уделено больше внимания, чем это имело место в последние годы. Больше внимания даже в сравнении с другими видами Вооруженных Сил. Но это не значит, что мы должны вернуться к объёмам вооружений и производству вооружений, которые мы производили в советский период. Нам это не только не по карману, это просто излишняя трата ресурсов, сил, средств. Мы должны иметь такую армию, которая бы абсолютно обеспечивала нашу обороноспособность, была бы эффективной, компактной, но не затратной, минимально затратной, так скажем».

Короче, хорошо быть богатым и здоровым, и плохо – бедным и больным. В устах президента страны это детский лепет. Он вынужден прикидываться деловитым и озабоченным, потому что никаких расчётов и программ на самом деле нет. Зато Путин показал себя прекрасным оратором. В одном абзаце, для патриотов: «Надо укреплять», для «демократов»: «Возврата к старому нет. Будем разоружаться». Это рассчитано на тех, кто им очарован, – они всё ненужное в его речи пропустят, а нужное воспримут, и будут счастливы. А флота как не было, так и не будет.

ВОПРОС: «Господин Президент, полтора года назад я спрашивала в Давосе, кто такой господин Путин, и никто не мог дать ответа. Я до сих пор хочу узнать ответ на свой вопрос. Скажите, пожалуйста, у Вас есть какой-то политический ярлык, которым можете себя описать: социальный демократ, либерал или еще кто-то.

И, во-вторых, какая политическая и экономическая модели наиболее подходят для России? Есть ли особая российская модель, и как она будет выглядеть? И как, по Вашему мнению, будут выглядеть российские экономические и политические институты к тому времени, когда Вы покинете свой нынешний пост?»

ОТВЕТ: Первая часть Вашего вопроса, который Вы задали – кто такой господин Путин? Когда это было, год назад? Всё-таки я бы попросил Вас избавить меня от ответа на этот вопрос. Мне бы не хотелось давать самому себе характеристики и тем более приклеивать, как Вы просили, какие-то ярлыки. Я думаю, вы и ваши коллеги сделаете это блестяще без моего участия. У людей талантливых, какими вы все являетесь, это очень хорошо получается.

А по сути, мне кажется, о человеке нужно судить не по тому, что он сам о себе говорит, а по тому, что он делает. (Золотые слова! Речи вождей надо всё время проверять их делами, – Авт.)Давайте посмотрим и проанализируем, что происходило в сфере политической, экономической, в сфере строительства государства.

У нас федеративное государство, федеративное устройство. В рамках действующей в стране Конституции происходят все процессы по стабилизации российской государственности. И я хочу это подчеркнуть, именно в рамках действующей в России Конституции. Если вы посмотрите в текст Конституции, вы согласитесь со мной в том, что это одна из наиболее демократичных конституций, действующих в цивилизованных странах. (Верно, но устройство государства при этом очень далеко от оптимального, – Авт.)


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю