332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Щеглов » Жилищная афера » Текст книги (страница 9)
Жилищная афера
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 18:01

Текст книги "Жилищная афера"


Автор книги: Дмитрий Щеглов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

Внизу на первом этаже Лиза нашла главного бухгалтера и показала ей подписанное директором банка заявление на материальную помощь. Главный бухгалтер удивилась:

– Лизавета, честное слово, у тебя есть скрытые таланты. Сроду не ожидала, что он подпишет. Я наверно задержусь здесь часа на два, – сказала она Лизе, – подпиши чековую книжку.

До риэлторской фирмы «Гранд-жилье» они добрались за десять минут. В особняке дореволюционной постройки она занимала на первом этаже левое крыло. Лизу сразу пропустили к Семену Фасонову. Памятуя вчерашний разговор, принял он ее стоя и сразу предложил кофе или чай.

– Пожалуй, чай, – сказала Лиза, – кофе я люблю сама заваривать.

– Бутерброды?

– Спасибо!

Семен не спешил начинать разговор. Ждет пока собеседник выложит перед ним свои карты. Не дождешься. В качестве вступления к долгому разговору она положила перед риэлтором заявление на материальную помощь.

– Что это? – Фасонов осторожно потянул бумагу к себе. Поступки, жесты человека выдают его характер. Скрытный, и должно быть очень осторожный, решила Лиза. Риэлтер дочитал заявление до конца, потом еще долго глядел на росчерк банкира и отодвинул бумагу от себя. – Я согласен.

Лиза пододвинула бумагу обратно.

– Тогда поставьте внизу подпись.

– А это обязательно?

– Бухгалтерия требует! – слукавила Лиза. Семен Фасонов нехотя взял перо и оставил автограф на заявлении. Лиза не спеша, спрятала заявление в целлофановую, прозрачную папку и сделала вид, что собирается уходить. По-хорошему говоря, если списки инвесторов-жильцов не готовы, то делать ей здесь больше нечего. А переливать воду из пустого в порожнее не хотелось.

– Вы только за этим приходили? – удивленно спросил риэлтор. Лиза села обратно в кресло. – Рассказали бы, как дела обстоят на фирме?

Неизвестность гложет человека сильнее всего. В какой-то мере можно понять Семена Фасонова. Сейчас начнется следствие, и если милиция захочет покопаться в бумагах фирмы, то ее в первую очередь будут интересовать списки жильцов. Среди них может оказаться потенциальный убийца. Значит, тогда списки ему самому придется относить к следователю. А это, ох как не хотелось делать Семену. Общение с органами еще никому не приносило радости. Поэтому, эту неприятную миссию он собирался переложить на плечи нового директора строительной фирмы. Давно подготовленные списки лежали у него в столе.

– Дела обстоят неплохо, – сказала Лиза, – если к нашей ситуации применимо это слово. Сегодня утром решили вопрос еще с одним согласованием, осталось его только оплатить и сбросить по факсу. Сейчас главный бухгалтер в банке, занимается этим. Прораб Кузьмич должен привести к концу дня еще одно разрешение и тогда мы на коне. Если все удачно сложится, завтра же отнесем документы в административно-техническую инспекцию для получения ордера. А вот сколько это займет времени, я сказать не могу. А административно-техническая инспекция, сказали наши, последняя инстанция, которая дает разрешение на начало строительства. Так, что я думаю, не сегодня так завтра, можно будет приступить к рытью котлована.

Семен слушал ее объяснения в пол-уха. Видно само строительство ему было до лампочки. Другие проблемы волновали его в настоящий момент. Дождавшись, когда Лиза перестала рассказывать, он спросил ее:

– А что милиция говорит?

Лиза независимо пожала плечами.

– Что она может говорить? Пока утром я уезжала с Гапой Марьей Ивановной, приходил следователь, и взял кое-какие документы.

– Выемку сделал?

– Да!

Хотя риэлтор и старался сохранить невозмутимое выражение лица, но тень тревоги и беспокойства отражалась на его бледном и холеном лице. Лиза его успокоила:

– Он только попросил копию последнего отчета, да еще списки жильцов.

Семен моментально успокоился и сказал:

– Списки, мы вам подготовили, и если надо, то и юриста своего пришлем. Он у нас адвокат.

Семен пододвинул к Лизе толстый скоросшиватель наполненный документами. – Здесь все. Копии договоров, реестр инвесторов, с адресами и паспортными данными. Все сто девяносто восемь человек. Когда будете отдавать их в милицию, попросите с него расписку.

Лиза, наконец, держала в руках заветную папку. Первым ее желанием было посмотреть на список жильцов и найти свою фамилию, под номером (185) сто восемьдесят пять. На эту квартиру она имела сертификат. Два противоречивых чувства боролись в ней, посмотреть сейчас или отложить на потом. Семен почувствовав ее минутное замешательство, спросил:

– Что-то не так? Все сходится, как в аптеке, можете сами посмотреть.

Лиза открыла папку. Первый же документ был тем самым заветным списком составленным в виде таблицы, с разбивкой по номерам квартир, метражу, ФИО и домашнему адресу. На четвертой странице списка она нашла искомый номер – сто восемьдесят пятый. В графе «ФИО», было вписано – именной сертификат. Ни фамилии ее, ни имени, ни отчества. Семен напряженно смотрел на нее.

– Что-то не так? – повторил он свой вопрос.

Лиза понимала, что внести ее в список они не успели. Выигрышный сертификат она получила несколько дней назад, а фирма «Гранд-жилье» об этом не знала. Повернуться и уйти или настоять сейчас на дополнении? Уйдешь, завтра можно не застать Фасонова. А сотрудники без руководителя не решают серьезные вопросы. Лиза собралась с духом перед непростым разговором и показала пальцем на свою квартиру.

– Здесь, под номером сто восемьдесят пять в графе «ФИО» написано «именной сертификат». Он у меня на руках!

Хотя Лиза и сказала, что он у нее на руках, с собой в наличии его у нее не было. Для внесения исправлений в список жильцов-инвесторов пришлось бы съездить домой, а это по времени как минимум пол дня. Но игра стоила свеч. Поэтому она напряженно ожидала ответа. И если бы сейчас Семен, ей ответил, что нет проблем, привозите сертификат, мы его внесем, как положено, она не стала бы торопиться и отложила поездку до завтрашнего дня. Вчера еще Ван Ваныч с недоверием крутил в руках этот злополучный документ, и называл его филькиной грамотой.

– Договор под него должен быть, скрепленный печатью. А так знаешь, сколько я могу таких сертификатов нарисовать? С ним ведь в суд не пойдешь.

Лиза глянула на следующие документы. Дальше в папке лежали ксерокопии договоров. К ним не придерешься, они, как раз были оформлены правильно. Вот и ей бы такой договор, подписанный с риэлторской фирмой. Между тем Семен подтвердил вчерашние опасения ее московской родни. Отводя глаза в сторону, он сказал:

– Именной сертификат, если вы заметили, у нас в списке всего один. Он должен пройти определенную процедуру утверждения, прежде чем стать реальным документом.

У Лизы екнуло сердце.

– Какую процедуру?

Семен недовольно пожевал губами, раздумывая над тем, говорить дальше или нет, и придя к определенному решению уже более жестко заявил:

– Вы ведь сами понимаете, в одиночку такие дела не решаются. Кворум должен быть и единогласное согласие всех пайщиков. Еще разработать положение надо. Может быть, я буду согласен, а остальные учредители скажут, нет. Я ведь не могу один брать на себя такую ответственность. Сертификат, если его отоварить, по нынешним временам стоит больших денег.

Все. Дальше он мог не рассказывать. Лизе стало ясно, что квартира ей улыбнулась. У них даже не разработано положение об этих сертификатах. То-то вчера на совещании у директора банка, когда она заявила, что тоже претендует на квартиру, они многозначительно переглянулись. Она заполошно подумала, что если в ближайшие дни, пока директорствует, срочно не решит этот больной вопрос, то когда начнется строительство, будет уже поздно. Ничего ей не достанется. Сколько у нее осталось времени, чтобы уломать всех троих? Неделя или все-таки три дня, как намекала главный бухгалтер?

– Но, надеюсь, вы то согласны? – глядя прямо в глаза Семену Фасонову спросила она.

– Конечно, согласен, о чем разговор! Было бы разработано положение.

Врет, как пишет, и даже не улыбнется. Ни одному его слову Лиза не верила. И честный взгляд его не смог ее обмануть. Когда, до дела дойдет, он не то, что подпись свою не поставит, а на порог своей фирмы не пустит. Кто она такая, пришедшая с улицы с этим сомнительным документом? Тут люди, те что вносили живые деньги, ничего от них добиться не могут, а она, имея на руках документ сомнительного качества, хочет заставить трех ушлых мужей поделиться собственным имуществом. О, святая простота! Какая же ты наивная! Так, на же получи еще один удар в этой жизни.

Мрачные мысли вскачь пронеслись в моментально отяжелевшей голове. Лиза не подала вида, что ей ясен тайный смысл высказанного Фасоновым, и как ни в чем не бывало, мило улыбнувшись, ровным голосом спросила:

– А когда мне ждать на свое место замену?

Семен Фасонов облегченно вздохнул.

– Самое позднее, через три дня.

Итак, у нее осталось не так уж и много времени, всего три дня. Лиза решила биться до конца. За это время она должна уломать, остальных двоих, и подписать с ними договор. А для этого нужно сначала разработать непонятное положение. В общем, смысл ясен, ее заставляют ходить по большому кругу. И если вдруг, ей улыбнется фортуна…

Тогда у нее на руках будет, какой никакой документ. С ним, по крайней мере, можно будет в суд обратиться. Хотя у нее на душе скребли кошки, Лиза улыбнулась самой очаровательной улыбкой Семену и даже сказала ему незатейливый комплимент:

– Вы единственный мужчина, кто так изысканно и со вкусом одевается!

Семен Фасонов удивленно на нее посмотрел, а она продолжила:

– Спасибо за поддержку. Вас не затруднит, соединить меня с Нестором Сахно. Я у него тоже хотела бы получить согласие.

Что оставалось делать риэлтору, не говорить же этой глупышке в лицо, что напрасны будут ее потуги. Пусть побегает, решил про себя Семен и набрал номер третьего учредителя – Нестора, владельца многопрофильной фирмы «Глобал-шоп».

– Нестор! Приветствую тебя – это Семен. У меня сейчас сидит новый директор нашей строительной фирмы, Елизавета Беркут. У нее к тебе дело… Что?.. На похороны пойду я или нет? Я же говорил тебе, улетаю… Да… Помочь семье?.. Я не против!.. Только ты же знаешь, я весь в новом проекте, денег у меня нет… Да, да! Отдай и за меня! Потом сочтемся. Сколько говоришь?.. По десять штук зеленых с носа?.. Ну что ты, достаточно!.. Спасибо тебе Нестор. Так я к тебе ее подсылаю?.. Куда?.. Ладно, пока!

Семен Фасонов довольно потер руки. Все, что требовалось от него, он сделал, и общение с милицией перепихнул на строительную фирму, на Лизу, и за чужой счет оказал благодеяние семье убитого. Он встал со своего места, показывая, что разговор окончен. Лиза тоже не собиралась больше обременять его своим присутствием.

– Вот адрес! – протянул он визитку Нестора Сахно. – Здесь недалеко! Он у себя в офисе, деньги считает! – ухмыльнулся Семен Фасонов.

Обменявшись на прощание фальшивыми улыбками с хозяином кабинета, Лиза покинула риэлторскую фирму. Она посмотрела на часы. В запасе у нее был еще час с лишним до обусловленного с главным бухгалтером времени. Можно было успеть съездить и вернуться обратно. Она протянула визитку Мыколе и спросила, знает ли он этот адрес? Мыкола обиделся.

– Зачем рогами упираться, я вас прямо к двери подвезу. Ходите подам задом, хотите передом. Я человек с уважением, если мне тоже наложат… Сидайте!

Лиза села на заднее сидение и задумалась. Столичная жизнь издалека кажется легкой и праздничной. Чтобы сидеть вечером у собственного камина, подкладывая в него дрова или ездить на роскошной иномарке надо перетереть гору руды, пока блеснет самоцвет. Состояться в большом городе не так просто, что в творческом, что в материальном плане. Для начала нужна хотя бы маленькая стартовая площадка, свой собственный угол, где ты можешь вечером спокойно вытянуть уставшие ноги. Лиза смотрела за окно на поток сверкающих лаком дорогих лимузинов. А ведь кто-то на них ездит. Неужели ничего нельзя придумать? Ведь, какая бы гостеприимная родня ни была, но пора и честь знать.

Эх, жалко, я не родилась мужчиной, подумала Лиза. У них в молодости проблемы другие, сдвинутые по времени годам к тридцати, когда приходится задумываться о семье. А девушка с молодых лет нацелена на создание собственного гнезда. Вот и приходится постоянно охорашиваться и ловить заинтересованные взгляды мужчин. Только выбор невелик или почти нет его. Принцы, даже деревенские имеют свой круг общения. А она сейчас, после окончания института, со своими завышенными требованиями, не только собственного круга не имеет, но еще и не знает, как сложится завтрашний день.

Приземленные мысли вернули ее к действительности. Она вспомнила недавнюю встречу в риэлторской фирме. С каким избавительским удовольствием проводил ее до порога кабинета Семен Фасонов. Правильно, а что она хотела? Приносить в клюве неприятные вести и еще что-то требовать?

Мысли перебежали на семью убитого директора. Вот у кого действительно трагедия. Надо будет оказать им материальную помощь и пойти обязательно на похороны. Выколочу я с учредителей эти деньги, пусть раскошеливаются, подумала Лиза и сразу успокоилась, а потом и возмутилась. Гвоздя наверно эта троица за свою жизнь в стену не вбила, шпателя в глаза не видела, а строительную фирму организовала. Дом они видите те ли строят. Барыши считают, а не дом строят. И она должна на них работать, бегать, согласовывать какие-то документы, а у этого риэлтора оказывается новый проект. Интересно, кого они на этот раз собрались окучивать?

Глава 11

Машину Мыкола действительно подогнал к черной, металлической двери с тыльной стороны пятиэтажного кирпичного здания. Если бы Лизу спросили, куда она приехала, то вряд ли смогла бы внятно ответить. Москва, для нее, как для всякого новоприезжего сливалась в неоновые вывески витрин, в Красную площадь, в московскую кольцевую дорогу и в метрополитен. В метро Лиза ориентировалась свободно и МКАД освоила хорошо.

Рядом с побитой в некоторых местах дверью красовалась вывеска «Глобал-шоп». Она вышла из машины и нажала на черную кнопку звонка. Секунд через десять ей открыл дверь быкообразный молодой парень.

– От Семена? – коротко спросил он.

Лиза кивнула головой.

– Проходи.

Когда Лиза зашла, он угрюмо осмотрел двор и только после этого захлопнул дверь. Офис Нестора Сахно представлял из себя затянутую железными решетками, отремонтированную квартиру с минимумом мебели. Бык провел Лизу через несколько комнат, и лишь затем они попали в кабинет к хозяину. Сахно жестом показал ей на стул.

– Присаживайся, в ногах правды нет.

– Спасибо! – подобрав юбку Лиза села.

– Ну, как там мои дружбаны, в бронежилетах ходят?

– Насчет бронежилетов не знаю, а вот перед подъездом у одного танк стоит, а у другого бронетранспортер.

– С них станется, – усмехаясь, заявил Сахно, – рассказывай, с чем они тебя прислали?

Лиза хотела сказать, что они малознакомы и не переходили на «ты», но на этот раз решила промолчать. Фамильярность Сахно была естественной, как у деревенского мужика и ее не оскорбляла.

– Два вопроса у меня и оба меркантильные. Первый, это материальная помощь семье Капецкого Николая Ивановича, его жене. Сами понимаете, похороны нынче в копеечку влетают и притом большую.

Лиза не стала говорить о другом, о том, что этой материальной помощью они хозяева фирмы, обозначают денежный эквивалент стоимости чужой жизни. Для банкира и риэлтора жизнь наемного директора Капецкого, судя по их прижимистости, не стоила тридцати тысяч долларов. За меньшую сумму он должен был вместо них подставлять свою голову. Чернь, быдло. Ее ныне как грязи… Вон, уговорили же ее, Лизу за два медных пятака стать на его место директором.

Сформировав из сумбура обрывочных мыслей собственное кредо, она не стала вываливать его на голову собеседника, а просто поставила его перед фактом, сказав:

– Насколько я понимаю, с вашей стороны это будет разовая помощь? И на похороны, и жене и старушке матери, если она есть. Поэтому сумма, по аналогии с той, что вы вчера согласовали, будет вот такая, двенадцать среднемесячных окладов.

Лиза пододвинула Сахно заявление с согласующими подписями Помпея и Фасонова. Тот небрежно взял его в руки.

– Меня уговаривать не надо, я бы и больше дал, если бы они согласились.

Она отлично поняла, кого он имел в виду, когда заявил «они».

– Правильно, с ними так и надо, пожестче! – Сахно одобрил ее действия. – Ладно, десять тысяч больше, десять меньше, я все равно выколочу с них долги. Оставляй мне бумагу, я сам отвезу деньги.

– А можно мне ксерокс с нее сделать? – спросила Лиза.

– Можно! – Сахно позвал одного из своих быков и передал ему заявление на материальную помощь. – Слон! Сделай ксерокс.

Косолапый увалень молча взял документ и вышел из кабинета. Дверь он оставил открытой.

– Что еще? – спросил Нестор.

– Мы с первым вопросом еще не закончили, – сказала Лиза.

– То есть?

– Позвоните вдове, узнайте адрес, скажите, когда подъедете. Людям может быть будет чуточку легче, что о них помнят. Люди все-таки… Я могу телефон жены Николая Ивановича дать.

Сахно отрицательно покачал головой.

– Не надо, у меня он есть. А ты жалостливая оказывается, барыня.

Он намекал на вчерашнюю Лизину заявление насчет баронессы.

– Я вчера неудачно пошутила, а вы приняли за чистую монету, – созналась Лиза, – меня смутили ваши фамилии, Помпей, Ева Браун, про вас сказали, что вы Нестор Махно, фирма «Парадиз-сити», «Гранд-жилье», ваша «Глобал-шоп»!

– Ну, у меня то все натуральное, – приукрасил Сахно, – это они там все помешались на престиже, с утра разводят понты. Какой престиж если ты как волк, выбежал из тамбовских лесов.

– Я сама тамбовская. Не обижайте мою Родину.

Нестор Сахно прищурил глаза.

– А как же Жуковка?

– У родни я там временно живу.

Бык принес и положил перед Лизой копию заявления, а оригинал отдал Нестору.

– Богатая родня? – спросил Нестор.

– Номенклатурная!

– Тоже неплохо!

Лиза не стала уточнять, что привилегии ее родни растаяли давно, как дым, остались номенклатурные связи. Хотя разговор и подвигался вперед резкими толчками, она все-таки сумела плавно перейти ко второму вопросу.

– Теперь вы понимаете, почему я оказалась на работе в вашей строительной фирме и согласилась временно стать директором. Личный интерес. У меня есть именной сертификат на отдельную двухкомнатную квартиру, и я хотела бы чтобы строительство дома началось побыстрей. Но сегодня мне Семен Фасонов сказал, что для юридической чистоты и материального наполнения моего именного сертификата, необходимо письменное согласие всех пайщиков. То есть мой сертификат надо конституировать. Если вы все трое будете согласны, то в этом случае он подпишет со мною, как с собственником договор.

Нестор Сахно долгим, изумленным взглядом смотрел на посетительницу. Лиза правильно истолковала его взгляд, он принял ее за сумасшедшую. О чем она тут бормочет, о какой квартире? Где она увидела бессребреников раздающих такие дорогие подарки?

– Девушка! – оторопевший Сахно даже забыл, как Лизу звать, – они, эти два жлоба по десять тысяч долларов поскупились дать на похороны, в долг у меня попросили, и вы надеетесь их уломать? Да этот Семен как сегодня слово дал, так завтра от него и откажется. Сертификат!.. Знаете, сколько он их по друзьям надарил?.. Даже у меня такой есть, где-то здесь в столе валялся. Это почище Мавроди будет.

Нестор Сахно порылся в столе и достал точно такую же, как была и у Лизы, красиво обрамленную с несколькими степенями защиты ценную бумагу, на которой было написано «сертификат».

– У вас какой номер? – упавшим голосом спросила Лиза.

– Сто восемьдесят пятый!

Сколько ни крепка была Лиза, но губы у нее дрогнули. Она усиленно сдерживала себя, чтобы не разрыдаться. Такого подлого удара от жизни она не ожидала. Если по дороге сюда у нее и были большие сомнения в своей способности добиться нужного решения и уломать трех мужиков, то теперь последние иллюзии рассеялись. В дальних тайниках сознания она собиралась подключить в качестве пресса-давилы даже Ван Ваныча. Хотя, какой из Ван Ваныча, хоть он и отставной генерал, пресс, он сам находится под прессом жены. Но теперь…

Лиза взяла себя в руки.

– Спасибо за откровенность! – враз осевшим глуховатым, но достаточно ровным голосом сказала она. – У меня вопросов больше нет. Единственная только просьба…

– Да! – Нестор Сахно внимательно ее слушал.

– Отвезите сегодня супруге Капецкого материальную помощь. Я не знаю, как они там живут, но как бы ни жили, думаю, она им совершенно не помешает. И с вашего позволения, я хотела бы его жене позвонить, сказать, что мы на фирме о ней тоже хлопотали!

– Можете хоть отсюда позвонить! – сказал Нестор Сахно и подвинув ей телефонный аппарат.

– Я от себя позвоню! – Лиза вернула телефон на место. Раздавленная свалившейся на нее откровением или вернее чудовищным блефом, связанным с именным сертификатом, она чувствовала себя заторможенной и плохо воспринимала реальность.

А в это время Нестор подошел к книжному шкафу и легко отодвинул его в сторону. Показался вделанный в стену современный сейф. Закрыв его спиной, он набрал код, и открыл дверцу. Лиза непроизвольно глянула туда. Верхняя небольшая полка наполовину была заполнена пачками с деньгами. Три из них Нестор Махно небрежно сунул себе в карман. Затем, не обращая внимания на Лизу, порылся в записной книжке и сделал звонок. Лиза слышала, как он договорился через час встретиться с женой убитого Николая Ивановича, Ольгой. Дел у Лизы здесь больше не было. Она медленно встала собираясь откланяться.

– Я провожу! – сказал Нестор. По пути он позвал одного из быков и громко приказал:

– В Балашиху Слон смотаемся! На пару часов, иди грей машину!

Нестор явно работал на публику, желая показать перед Лизой молодецкую удаль. Открывая входную дверь, он укоризненно заметил:

– Что же вы Елизавета за такие деньги согласилась сесть в директорское кресло? Они, эти герои с испугу согласны были и по десять тысяч в месяц платить.

Сахно со своим водителем-телохранителем направился к огромному, черному джипу по размерам больше похожему на однокомнатную квартиру, а Лиза села к Мыколе в миниатюрную Шкоду. Со двора они выехали почти одновременно, только в разные стороны.

– В банк! – коротко сказала Лиза и забилась в уголок на заднем сидении. Хорошо, что водитель был хорошо дисциплинирован и без нужды не приставал с разговорами. Можно было спокойно обдумать создавшееся положение. Лиза теперь на сто с лишним процентов была уверена, что в этом, еще не построенном доме ничего ей не светит, не то что квартира, но и возможность деньги на нее заработать.

Завтра придет новый генеральный директор, и она снова станет менеджером с окладом в двадцать тысяч рублей. А из этих денег даже если откладывать каждый месяц по сто долларов, то лет через сто появится возможность купить собственное жилье. Круг замкнулся. Она снова оказалась у разбитого корыта. В ее положении не имело никакого смысла рвать под собою подметки, и носиться по округе выбивая недостающие разрешения для открытия стройки.

Тупиковая ситуация никогда не способствует появлению хорошего настроения. Больше всего ее огорчало то обстоятельство, что она не сможет вывезти бабушку из деревни. Правда, благодаря полученному двухмесячному безвозвратному авансу у нее появилась возможность этим летом съездить домой и даже купить старушке дорогие подарки.

А вообще, нечего загадывать так далеко вперед, не те времена. Серафима Карловна, жена Ван Ваныча владеет таксомоторной фирмой, можно будет к ней устроиться диспетчером. Был у них как-то об этом разговор. Не сама она сделала ей предложение, а Ван Ваныч сватал ее к своей жене. Только та почему-то отмолчалась. Чего я расстраиваюсь, успокоила себя Лиза, вся жизнь впереди.

Машина подошла к банку. Из вестибюля вышла главный бухгалтер. Сев на переднее сидение, она сказала:

– Поехали! Я все вопросы порешала!

Лизе было все равно. Все, так все. Забившись в уголок, она молчала.

– Скучная ты какая-то девочка! – не выдержала Любовь Гурьевна, – случилось что-нибудь?

Лиза усмехнулась.

– Нет! Если не считать, что у наших учредителей есть точно такой же сертификат на квартиру, как и у меня.

– Ну, нашла из-за чего переживать. У меня точно такой же есть. И у Мыколы тоже. Тут каждый, кто в фирме работает, таким сертификатом награжден.

– А зачем? – смысл награждения не был ясен Лизе.

Любовь Гурьевна расхохоталась.

– Как зачем? Вот если ты доработаешь до конца, проявишь себя, то тогда среди сотрудников фирмы будет выявлен один победитель, и ему надеюсь, будут вручены заветные ключи. Стимулировать надо чем-то дураков? Вот нам всем и устроили конкурс – слабое звено. Так что ты тут не одна такая, не переживай.

– Я не переживаю.

Чужое сочувствие не помогло. Лизе не стало легче. Любовь Гурьевна продолжала:

– Ты еще когда в первый день заявила, что у тебя на руках сертификат, у меня было желание предупредить тебя, что ты не единственная владелица, да что-то пропала охота. Я подумала, что ты можешь мне не поверить, да как-то и не хотелось тебя в первый день огорчать. Пусть думаю, девочка сама узнает. Так оно и вышло. Так что мы теперь все в одной упряжке и неизвестно, кто из нас первым добежит до финиша?

Хоть смейся, хоть плачь!

Впервые, за сегодняшний день Лиза от души расхохоталась.

– Хорошую морковку нам повесили. И у вас тоже квартира под номером сто восемьдесят пять?

– А ты думала!

К Лизе, забившейся в уголок на заднем сидении, с соболезнующей улыбкой повернул голову Мыкола.

– Я самый первый сертификат получил! Жене отослал. Потом Гапа получила, потом Кузьмич. И у секретарши есть такой же. Мы одна гоп-компания, одна квартира на всех. Вы Лиза будете спать за гардеробом, когда квартиру получим. Я вам загородку сделаю! А Кузьмича поселим в коридоре, на топчане! Гапе сделаем ширмочку, как архитектору по индивидуальному проекту. Разместимся как-нибудь. Раньше все так жили и ничего. А на балконе будем капусту солить.

Смех сквозь слезы разбирал Лизу. Она подумала о том, что учредители слишком грамотные и ушлые. Действительно, завтра напишут такое положение о конкурсе, что заставят выбирать слабое звено. Вот будет потеха. А сколько есть еще неизвестных ей претендентов?

– У Нестора Сахно, есть такой же сертификат! – сказала она. Ничего нового она не сообщила ни главному бухгалтеру, ни водителю. Те совершенно спокойно восприняли ее сообщение.

– Пусть, хоть двадцать штук имеют, – твердо заявила главный бухгалтер, – что мне обещали, то я у них с внутренностями вырву. Никуда не денутся.

В себе такой безоглядной уверенности Лиза не чувствовала, и только еще больше укрепилась в принятом решении поскорее уйти отсюда. У нее не хватит ни сил, ни воли, ни терпения ждать еще год или два, и в итоге остаться ни с чем. Она сама себя объявила слабым звеном. А главный бухгалтер втолковывала ей механику конкурса.

– К ним, к учредителям сейчас придраться нельзя. Условия конкурса пока не разработаны, значит, розыгрыш проводить рано. Вот нас и водят на веревочке, соки выжимают. И в суд ни на кого не подашь, дело то внутреннее. Никто, со стороны не может прийти и сказать, что это вы сотрудникам мозги морочите? Помпей пошлет их куда подальше и на этом все закончится.

– А у Капецкого тоже был сертификат? – неожиданно спросила Лиза. В машине повисла напряженная тишина. Вопрос, заданный ею, имел под собой двойную подкладку. Сам собою напрашивался вывод, что если он у него был, то кандидатом номер один на получение приза, становился генеральный директор. Лиза уже пожалела, что спросила. Водитель оглянулся на нее, но промолчал, а Любовь Гурьевна ответила:

– Он из обманутых инвесторов-жильцов к нам пришел. Мужик свои кровные, свои собственные деньги за квартиру заплатил. Может быть и ему сертификат наши хозяева сунули, я не знаю. Исключать такую возможность нельзя. Вот поэтому я документы и забрала из сейфа, чтобы милиция на нас не подумала. А то еще скажут, конкурента убрали. Пусть настоящего убийцу ищут, а не ворошат наше белье. Ты ведь тоже неспроста, спросила?

– Я без задней мысли, – попробовала оправдаться Лиза, – но кому-то Капецкий перешел дорогу.

Главный бухгалтер резко ответила:

– Есть список их двухсот человек, вот пусть среди него и ищут, а к нам нечего цепляться.

Дальше ехали молча. За кольцевой дорогой Мыкола зарулил на строительную площадку.

– Зайдем ко мне, – сказала главный бухгалтер, когда они вышли из машины. Закрыв за собою дверь она показала Лизе толстую пачку денег. – Я получила деньги на материальную помощь. Не хотела при Мыколе, говорить, что у меня такая сумма. Пусть и Гапа не знает.

– А Нестор Сахно их уже повез! – растерянно сказала Лиза и рассказала о том, как прошли у нее переговоры с теневым финансистом стройки. Любовь Гурьевна и не подумала расстраиваться.

– Ничего у нас сейф весом четыреста килограмм. Положим туда, никто и знать не будет. Ты только не проболтайся Кузьмичу. А то он тут же аванс попросит, и потом его три дня собаками не сыщешь. Не везти же их обратно.

Не успела Лиза заверить ее в своем молчании, как в дверь постучали. Спрятав деньги в стол, Любовь Гурьевна открыла кабинет. На пороге с бутербродом в руках стояла Гапа.

– Вы, что от нас закрылись? Обедать будете?

Она стала докладывать.

– Кузьмич приехал, привез разрешение на вывоз грунта. Я в эту «мусорсвалку» звонила, они факс от вас получили, платежка с исполнением им уже пришла, так что можно ехать получать разрешение и завтра с комплектом документов отправляться в административно-техническую инспекцию.

Гапа явно набивалась на похвалу, и хоть у Лизы не было повода для веселья и радости она сказала:

– Поздравляю!

Гапа и тут осталась недовольна.

– Молодежь какая невоспитанная пошла, – заявила она, – не дают рассказать, что за время вашего отсутствия случилось.

Лиза с холодной дрожью ожидала очередной неприятности. А старушка продолжала разглагольствовать:

– Не все так просто, как вам кажется? Вы что, думаете завтра получите ордер и можете начинать стройку? Как бы не так. У нас еще нерешенные вопросы всплыли.

– Какие? – главный бухгалтер зло смотрела на нее.

– Электричества у нас нет!

– Как нет, а это что, не свет? – Любовь Гурьевна показала на потолок, а Лиза вспомнила электрический кабель протянутый на столбах от соседнего дома. Гапа просто получала удовольствие от собственной значимости.

– Кузьмич сказал, что ему нужно киловатт четыреста, постоянных. А это времянка, только на освещение.

На пороге кабинета при упоминании его имени появился сам Кузьмич. Спокойный как танк, он небрежно махнул рукой.

– Не к спеху. Котлован будем рыть экскаватором, а через два месяца, когда дело подойдет к плите, что-нибудь придумаем. Это еще нескоро.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю