332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Щеглов » Жилищная афера » Текст книги (страница 4)
Жилищная афера
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 18:01

Текст книги "Жилищная афера"


Автор книги: Дмитрий Щеглов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

– Вы Елизавета Беркут? Парадиз-сити? – Если бы она сказала «Паразит-сити» – это больше соответствовало бы тому презрению, с которым было произнесено название фирмы.

– Добрый день Ева! – поставила ее на место Лиза.

Приветствие было произнесено столь вежливо-бесстрастным тоном, что сразу провело между дамами невидимую черту. Маска любезности и хороших манер обычно хорошо скрывает мотивы поступков того класса, который правит миром. У каждой эпохи свои условности. Взгляд, которым одарила ее Лиза, яснее ясного сказал, что она совершила оплошность. Гостья знает себе цену. Секретарша мстительно прикусила губу.

– Добрый день! – ответила она.

– Да, я Елизавета Беркут! Извольте доложить обо мне!

Не одну сотню мнящих много о себе дамочек видела секретарша. Поэтому она докладывать не стала, а смерив Лизу тем презрительным взглядом, которым обладают только женщины при виде потенциальной соперницы, молча распахнула перед нею дверь.

– Проходите!

– Благодарю вас, любезная, вы отлично справляетесь со своими обязанностями! – громко сказала Лиза, не упомянув на этот раз имени, и вошла в кабинет директора банка.

За директорским креслом восседал грузный мужчина в малиновой в крапинку жилетке. Белую сорочку под подбородком украшала ярко-красная бабочка. «Безвкусица», подумала Лиза и мельком оглядела двух других мужчин. Эти были фактурой помельче. Фасонов Семен, был одет изыскано. Синий, дорогой костюм, в тон, синий, галстук, черный лакированные туфли, и более светлая, голубая рубашка. Второй мужчина, сидевший напротив Фасонова, несмотря на летнюю жару был весь в черном, в сапогах и кожаной до пояса куртке. Директор банка, чуть оторвав от кресла зад приглашающим жестом показал Лизе место напротив его стола.

– В лучших домах Лондона, при появлении дамы все мужчины встают! – насмешливо сказала Лиза, произнося название столицы туманного Альбиона с ударением на втором слоге.

– Мы не в Англии! – скрипнул сапогами черный, затянутый в кожу, клепанный медью доморощенный анархист. Он лишь подтянул ноги. На этом церемониал приветствия с его стороны закончилась. Сахно равнодушно отвернулся в сторону.

– Чтобы быть джентльменом не обязательно в Лондон ехать! – на этот раз название города Лиза произнесла правильно. Критика возымела избирательное действие. Банкир и риэлтор Семен встали и легко поклонились.

– Извините! Издержки советского воспитания! – с иронией воскликнул Фасонов Семен.

– Пороли в детстве мало! – поправил его анархист Сахно.

– Самокритика, вещь полезная! Иногда и далекие года вспомнить надо! – с ехидной улыбкой сказала Лиза. Она величественно прошла вперед, подобрала юбку, вежливым кивком поблагодарила Семена отодвинувшего кресло. На стол Лиза поставила дамскую сумочку из крокодиловой кожи и рядом положила белые перчатки. И то и другое ей навязала Наташка Шпак, узнав, что Лиза идет устраиваться на работу.

– Сумочка и перчатки из дорогих бутиков! Кто разбирается, тот поймет, сколько они стоят, соответствующее и отношение к тебе будет.

И верно, Фасонов Семен и директор банка первым делом оценили аксессуары дамского туалета гостьи и лишь затем подняли глаза на нее. Лиза нарочно села в профиль к анархисту. Если ему все равно в чем она пришла, так пусть хоть оценит ее красоту. Пренебрежения к себе Лиза не переносила.

– Мы вас Елизавета пригласили…

Лиза перебила банкира.

– Елизавета Степановна!

– Мы вас Елизавета Степановна пригласили для того, чтобы вы дополнили картину случившегося, нарисованную нам адвокатом, Симоном Измаиловичем. Я его сразу послал на стройку. Удалось напасть на след этого мерзавца убийцы?

«Ну, да! – подумала Лиза, – умный какой! Сами хозяйчики закрылись за семью замками и кордонами в банке, а подставили ни в чем не повинного мужика, Капецкого Николая Ивановича. А теперь им еще и впечатления сообщи». Непонятно откуда взявшееся чувство презрения к сидящим в кабинете резкой волной накатило на нее. Пусть не пудрят мозги. Ими движет не чувство мести, а страх за собственную шкуру. Она стала спокойно рассказывать:

– Не поверите, страшно видеть рядом смерть. Мы, дамы, все три, были в соседнем кабинете, в бухгалтерии, когда это случилось. Николай Иванович, буквально с полчаса как проводил недовольных пайщиков до ворот и вернулся обратно в свой кабинет. Минут через пять к нему зашла главный бухгалтер Любовь Гурьевна с платежными документами, и выбежала от него с криком. Он сидел в кресле с пулевым ранением в виске. Мы вызвали милицию и позвонили вам.

– А дальше?

«Толстокожие чукчи!» мысленно обозвала их Лиза и вместо продолжения рассказа решила, как нашкодивших котов потыкать их носами в собственные… «дела».

– А дальше, сразу начинаешь понимать ценность и бренность человеческой жизни. Ни война, ни голод, ни цунами, ничего такого нет за окнами, а Николая Ивановича нет в живых. За что? В голове не укладывается.

Лиза поочередно посмотрела на всех троих. Банкир Помпей отвел глаза в сторону. Риэлтор Семен рассматривал собственные ухоженные ногти. И лишь Нестор оценивающим взглядом окинул посетительницу и тут же отвернулся. А Лиза продолжала рассказывать:

– Оперативно-розыскная группа, что приехала по вызову, на первый взгляд вполне профессиональна. Она без суеты и спешки сфотографировала место, сняла с нас показания, обследовала территорию, собрала все вещдоки и с ними часа через два, два с половиной уехала.

– А какие вещдоки? – встрепенулся Нестор Сахно.

Лиза на мгновение растерялась. Она не знала, как правильно расшифровать усеченное слово «вещдок», то ли – вещественные доказательства, то ли – вещественные документы. Вещественные документы – это масло масляное, значит – вещественные доказательства. Впредь надо следить за своей речью. Поэтому она сказала:

– В первую очередь основной вещдок!

– Какой?

– Там, где пуля! Сам труп! Его на скорой отправили!

Труп никого не интересовал. Семен Фасонов, владелец «Гранд-жилья», про другое спросил:

– А документы, какие-нибудь изъяли?

Лиза отрицательно покачала головой.

– Нет! Сказали, что если им что понадобится, вы им в зубах сами принесем.

Она не сомневалась, что ее рассказ хорошо ляжет на историю оскорбленного и выброшенного за порог адвоката.

– А что еще изъяли?

– Бумажник! Мобильный телефон. При нас пересчитали деньги и внесли их в протокол. Ключи от машины, остались на фирме.

– И что еще сказали оперативники?

– Но, это было неофициально заявлено.

– Что? – сразу два голоса, Помпея и Фасонова, спросили ее. Даже Нестор переменил позу, перекинув ноги в обратном порядке, левую на правую. Теперь он сидел в пол-оборота к Лизе, и мог лицезреть разрез на ее юбке.

– Сказали, что еще один висяк.

Ей показалось, что троица облегченно вздохнула. Но она не собиралась им облегчать жизнь. Поскольку господа, мнящие о себе слишком много, являлись теми, от кого зависела будущая стройка, Лиза решила их немного пришпорить и добавила:

– Капитан Стецкий! Он нам посоветовал на воротах повесить плакат, где указать имена и фамилии настоящих хозяев. Сказал, что теперь настал черед учредителей.

Опасную игру она играла.

– Так и сказал? Вот сволочь! – снова вскинулись Помпей и Фасонов. – И вы сможете это на суде подтвердить?

– Элементарно! То же самое сегодня говорили обманутые жильцы. Их человек тридцать было. Они тоже судом и линчем вам грозили.

Теперь даже Нестор Сахно проявил интерес к разговору. Трое учредителей, не обращая внимания на Лизу, растерянно смотрели друг на друга. Первым, высказался Семен Фасонов, бросая упрек банкиру:

– Этот капитан… Я узнаю его… Зря Помпей ты обидел его прошлый раз.

– Чем он его обидел? – спросил Нестор Сахно.

Риэлтор поморщился.

– Капитан сам пришел, документы ему нужны были какие-то для расследования, а он барин, видишь ли его час держал в приемной, а потом отправил к юристу нашему Банкетову Симону. А юрист у него попросил бумагу. Вот Банкетову сегодня и дали от ворот, поворот. И вы хотите чтобы капитан рвал под собой подметки, убийцу искал? Да будь я на его месте если бы поймал стрелка, то отпустил бы его, чтобы он и нас как куропаток пощелкал.

– Я знаю этого капитана, у него гонору ничуть не меньше, чем у тебя Помпей. – подтвердил Нестор Сахно. Лиза тоже была согласна с обвиняющей стороной. Директор банка был слишком высокого мнения о себе. Так что вовремя она щелкнула его по носу.

– Ну, и что вы хотите этим сказать? – обиделся банкир. Он откинулся в кресле и презрительно смотрел на своих собеседников.

– А ничего! – огрызнулся Фасонов. – Месяца на два надо линять за границу. Притом срочно! Может быть киллер на крыше напротив сейчас сидит и поджидает, когда мы выйдем из банка или выцеливает здесь нас в кабинете.

Банкир непроизвольно посмотрел на окна. Плотные жалюзи светонепроницаемой стеной отделяли кабинет от внешнего мира. На недвусмысленное предложение уносить ноги реагировали по-разному. Нестор Сахно угрюмо заявил:

– А я не могу ехать за границу! У меня дела.

– А у меня проверка Центробанка. – сморщился Помпей, – скажут, сбежал от нее.

Семен Фасонов плотно сжал губы.

– Дело ваше. Своя жизнь дороже!

Как пионер подняла руку Лиза.

– Позвольте мне, человеку со стороны, высказать свое мнение…

Мужчины недовольно переглянулись и предоставили ей слово:

– Пожалуйста!

– Послушаем еще одно мнение!

– Может и правда со стороны виднее!

На этот раз Лиза попробовала четко сформулировать мысли и ясно их изложить:

– Весь сыр-бор, если отстрел можно так назвать этим словом, вызван, насколько я понимаю, одной причиной – несвоевременным началом строительства жилого дома.

– Правильно понимаешь!

– Предположим!

– Дальше что?

Лиза выдержала небольшую паузу.

– А дальше, – она показала пальцем на Семена Фасонова, – уважаемый товарищ, правильно сказал: если дом не начнет строиться, нас всех просто перестреляют. Сегодня я присутствовала при встрече нашего директора Николая Ивановича с инициативной группой будущих жильцов и пришла тому же выводу, что ничего хорошего никого не ждет, ни нас сотрудников, ни вас учредителей. А наглядный тому пример, удел Капецкого.

– Уж куда наглядней! – ехидно заметил Семен Фасонов. – Врагу не пожелаешь такого конца. Мне кажется это последнее предупреждение нам. Я готов господа, продать вам свою долю в «Парадиз-Сити». Я не строитель.

Его предложение прозвучало, как насмешка. Его никто не принял всерьез. Нестор Сахно негромко буркнул.

– Твоя доля, на сегодняшний день это потенциальных, два на метр. Побеспокойся насчет престижного места на кладбище.

– Кончайте ругаться! Надо что-то думать! – одернул соучредителей строительной фирмы директор банка. – Может быть Елизавета Петровна…

– Степановна! – поправила его Лиза.

– Может быть Елизавета Степановна нам что-нибудь предложит? И вообще, где остальной народ?

Растерянность учредителей была видна невооруженным взглядом. Они даже толком не могли сформулировать вопрос.

Елизвета насмешливо сказала:

– Насчет остального народа, могу сказать, что он со страху разбежался и вряд ли появится в ближайшие дни.

– Правильно, – подтвердил Семен Фасонов, – под пули лезть и таскать для нас с вами уважаемые господа учредители из огня каштаны никому не охота.

– Вы не то говорите! – перебил всех Нестор. – Вы лучше подумайте, как будет выглядеть ваша стройка завтра, если кто придет. Прораба нет, бухгалтера нет, юриста нет, экономиста нет, директор застрелен, один из учредителей, – он кивнул на Семена Фасонова, – тот самый «Гранд-жулье» кто продавал квартиры, за границей. Скажут, последние деньги собрали и смотались.

– Ты дело говори, что ты пугаешь! – взвился директор банка и обратился к Лизе как всегда перепутал ее отчество:

– Елизавета Петровна…

– Степановна!

– Елизавета Степановна, оставьте нас пока наедине. Нам кое-что обсудить надо!

– Я могу и совсем уйти, если у вас вопросов нет! – решительно встала Лиза. Помпей проворно вскочил со своего места. У него родилась в голове спасительная мысль.

– Нет! Нет! Прошу, не уходите. Чаю, кофе попейте и подождите нас немного, нам надо посовещаться. А затем если хотите, водитель доставим вас домой. Вы где живете?

У Лизы это был самый больной вопрос. Она жила у своей далекой родни. Квартира у них была в самом центре Москвы, две минуты ходьбы от Кремля, но сегодня все были за городом, на даче и ой, как ей не хотелось добираться туда на электричке. А если ее предлагают отвезти, почему же не согласиться? На вопрос, где она живет, Лиза ответила, уже открывая дверь:

– В Жуковке!

Самый известный поселок в Советском Союзе, а теперь и в России – Жуковка. Самое, самое… Самое престижное место Подмосковья, престижнее не бывает. Так по крайней мере объясняла ей ее сверстница и дальняя родственница Наташка Шпак, когда они поехали первый раз на дачу. Предшественником Жуковки было старинное село Луцкое, трансформированное из села Лужское. Первые упоминания о нем относятся к пятнадцатому веку. Великий князь Василий Темный в своем завещании 1461 года передавал его своей жене Марии Яковлевне.

Последующие владельцы рангом были пониже – князь Углицкий и Звенигородский Андрей Васильевич, боярин Морозов. Затем село в 1681 году отошло Савво-Сторожевскому монастырю, а во время нашествия Наполеона попало в полосу военных действий и полностью выгорело. По собственной неосторожности один из отрядов вице-короля Евгения Богарне идущий от Бородина через Звенигород на Москву в несколько часов сжег село Луцкое.

Советская история села началась с 1926 года., когда решили произвести застройку по типу новой советской деревни. Единственный плюс от того времени, доставшиеся во владение участки по 50 соток. В 1930 году Жуковка приглянулась всесильному НКВД, видимо, потому, что неподалеку облюбовал себе дачу Сталин, а вместе с ним и многие его соратники. Рядом быстро выросли поселки Совмина и ЦК и двухэтажные дачи для номенклатурного люда. Поселок Жуковка сейчас спешно застроен трехэтажными кирпичными «болванами» нуворишей.

Нечто подобное тем царственным дворцам, что мелькали по Рублево-Успенскому шоссе, собралась увидеть Лиза, когда остались позади Барвиха и Раздоры, и машина Шпаков повернула под красный кирпич и въехала на территорию бывших государственных дач. Затертая копейка рядом с новым рублевиком не смотрится. Так и дача Шпаков выглядела бедным родственником по соседству с новоделами.

– Зато место, как на Новодевичьем кладбище! Престижно! – хвалилась Наташка.

– Глупая, сравнила, то же! – отругала ее мать, Серафима Карловна.

Вот и сейчас, как только за Лизой закрылась дверь, с нее стали ощипывать перья.

– В Жуковке, каждая сотка сто тысяч баксов стоит.

– А триста не хочешь?

– Если она из Жуковки то, что ей на стройке надо?

– Спроси на вахте, кто такая, – предложил Семен Фасонов банкиру, – паспорт наверно показывала?

Помпей снял трубку и соединился с отделом пропуском. Лицо его непроизвольно вытянулось.

– Баронесса?.. Ты не ошибаешься?

С недоумением он посмотрел на коллег по несчастью.

– Баронессой, говорят, представилась.

– Чертовщина, какая-то!

– Может аферистка?

Недоразумение разъяснил всезнающий Семен.

– Они на Рублевке мало того что мультимиллионеры, так еще и корни древние откуда-то понаоткопали.

– Ты режиссера имеешь в виду или меня? – недовольно спросил банкир Помпей.

– При чем тут режиссер а ты тем более, мне один знакомый предлагал орден Андрея Первозванного за десять тысяч баксов. Любой степени. Их говорят, за триста лет при царях всего двадцать штук выдали, самым великим людям, таким как граф Потемкин, или князь Суворов. А нынче за пятнадцать лет четыреста штук уже роздали кому ни попадя… Я отказался… И графиня, наверно, такая же.

– Да не графиня, а баронесса.

– Тем более! – махнул рукой Семен. – Давай лучше по делу!

Оба они обернули лица к Помпею. Ведь это была его инициатива удалить на время Елизавету Беркут. Директор банка посмотрел на часы и сказал:

– Я, коллеги по дерьму в котором мы по уши сидим, более всего вот чем обеспокоен. Завтра нашу фирму «Паридиз-сити» затаскают по милициям и прокуратурам, может быть еще тысячу проверок на голову ей просыплется, а она без директора. Первая наша задача, которую мы должны решить прямо сейчас, не сходя с места – это поставить нового директора, чтобы он утром был на рабочем месте. Иначе нам самим придется… Предложения у вас есть?

– Какой дурак будет подставлять под пулю свой лоб? – недоуменно пожал плечами Семен, – у меня кандидатуры нет.

– И у меня нет! – Нестор начал тяготиться многословием банкира. – Давай конкретное предложение и разбежимся.

Помпей нервно побарабанил пальцами по столу и сказал:

– Я бы предложил на время, пока мы не подберем постоянную кандидатуру, провести эту девку директором. Ее вряд ли отстреляют. И документы пока поподписывает, и платежки, и в курсе она всех дел, и зубастая вроде. А за неделю, кого-нибудь найдем…

У остальных, как гора с плеч свалилась. Они согласны были переложить все заботы хоть на черта, хоть на даму, лишь бы самому не ходить под прицелом.

– Зови ее! – обрадовано воскликнул Семен Фасонов. Помпей попросил секретаршу пригласить Лизу Беркут. А Елизавета в это время решала для себя непростую задачу. Ей расхотелось оставаться в фирме «Парадиз-сити». Она рассматривала в коридоре одну из картин современного художника, когда ее позвала секретарша.

– Иду! – сказала Лиза и осталась на месте. Уйти, не попрощавшись, молча по-английски или… А что сказать у Шпаков? И где еще искать работу? Она раздумывала. Секретарша выглянула второй раз. Когда Лиза вошла в приемную, у учредителей видно кончилось терпение, и Помпей гаркнул, по громкоговорящей связи:

– Ада, где эта баронесса?

Секретарша, как раз открыла перед нею дверь в кабинет директора банка.

– Скажите этим неотесанным мужланам, что идет уже! – Лиза твердой походкой вошла в кабинет. Троица отлично расслышала невысокую оценку собственных персон и теперь внимательно изучала вошедшую Лизу. Банкир, поправив на себе галстук-бабочку, спросил ее:

– Присаживайтесь. Какой у вас интерес к фирме «Парадиз-сити»?

– Простой! – ответила Лиза, – я имею на руках сертификат, на двухкомнатную квартиру и хотела в нее побыстрей въехать. А у нас там все еще на стадии утверждения и согласования разрешительной документации.

Двое, банкир и Семен Фасонов непроизвольно переглянулись. Неспроста, подумала Лиза. Она ожидала, что сейчас ей начнут рекомендовать как ей и остальным сотрудникам вести себя дальше, но сделанное предложение было похоже на известный ушат ледяной воды. Банкир привстал со своего места и торжественно объявил:

– Елизавета Степановна! – на этот раз он правильно произнес ее отчество, – мы посовещались здесь втроем, и хотим предложить вам временно исполнять обязанности генерального директора в фирме «Парадиз-сити». Неделю, не больше. Если надо будет бухгалтеру, мы за полчаса переоформим карточки с образцами подписей. Платежи пойдут, а там и новый директор появится. Что вы на это скажете?

Ничего подобного Лиза не ожидала. Ее что, совсем за дурочку принимает? Денег наворовали, офисов, дворцов себе понастроили, а ты за них на амбразуру? Она была теперь рада тем, что пугнула давеча их чередом подставляться. Ишь, переполошились как? Интересно, если я соглашусь, что еще они предложат?

Сейчас ведь, практически ничего не предложили. Временно на неделю побудь генеральным директором…То есть тебе как исполняющему обязанности заплатят ровно за неделю, а если тебя убьют ненароком, то и на похороны этих денег не хватит. Скоты! По-другому Лиза не могла их назвать. Вонючие скоты. Банкир видно и сам понял, что лепит что-то несуразное, и дал задний ход.

– Не подумайте, нет, мы заплатим вам не за неделю, а за месяц, – сказал он, подумал и добавил, – за два, и вперед. Машину вам на время вашего директорства оставим, и еще выделим телохранителя, или вы его себе сами подберите.

Ни одно, ни второе, ни третье, так не интересовало Лизу, как ее будущее жилье. За него она в первую очередь и волновалось. У нее в памяти остались двусмысленные взгляды, которыми перекинулись банкир и риэлтор при упоминании сертификата.

На Лизу накатила волна подозрений в двойной продаже ее квартиры. А проверить это можно лишь будучи в кресле первого лица строительной фирмы. Она поняла, что идет игра в детали которой, сидящие за столом ее посвящать не собираются. Ну же, решайся. Пауза затягивалась. Надо было давать ответ. Для нее предложенные условия были супер приемлемыми. Отказаться никогда не поздно. Поэтому, выдержав приличествующую моменту паузу, она постаралась придать голосу оттенок вежливого внимания, и спокойно сказала:

– Еще раз озвучьте условия, из-за которых я буду ходить неделю, а может и больше под прицелом!

– Так вы согласны? – недоверчиво спросил банкир.

– Я не из пугливых!

– Ну, что ж! – и банкир повторил ранее сказанное. Когда он замолчал, Лиза уточнила его условия.

– За два месяца зарплата вперед, я согласна – это пять тысяч долларов. За телохранителя зарплата за месяц вперед, я согласна – это еще полторы тысячи долларов. Я нанимаю его сама. Машину и ключи, до появления нового директора я беру себе. Но, – Лиза сделала небольшую паузу, – я прошу провести меня не исполняющей обязанности, не временно, а штатным, постоянным генеральным директором. И последнее, если меня убьют случайно, или ранят, я прошу в приказ или решение записать, что моей бабушке, Беркут Аделине Федоровне полагается двенадцатимесячная среднемесячная заработная плата согласно штатного расписания. Надеюсь, она и в штатном такая же, как вы ее озвучили. За меньшее я не собираюсь подставляться.

Поскольку Лиза говорила четко, ясно, и практически ничего не добавила из того, что ей предложили, банкир остальным пайщикам предложил согласиться.

– Делай, как знаешь! – сказал Нестор, – только побыстрей. Давай я бумагу тебе чистую подпишу, а ты потом на ней напечатаешь.

– Да, чего тут, пять минут не деньги, – остановил его Семен Фасонов и шумнул в приемную: – Ева! Шнель ком цу мир!

Недовольная его фамильярностью в кабинет вошла секретарша. Банкир попросил ее напечатать текст решения собрания пайщиков фирмы «Парадиз-сити» и пересказал условия договоренности с Лизой Беркут. Пока печаталось решение, Помпей открыл встроенный сейф и отсчитал оговоренную сумму, шесть с половиной тысяч долларов. Лиза взяла их и небрежно кинула в дамскую сумочку. Затем сказала:

– Завтра, если хотите, чтобы дело не стояло, надо съездить в две организации, в одной подтолкнуть, в другую сдать документы. С пустыми руками не придешь, не те времена. Автомобиль без бензина, также не ездит. И где вообще мои представительские расходы, дайте мне пластиковую карту и положите на нее тысяч пять хотя бы.

Насчет пластиковой карточки каждый день зудела Наташка. Именно такую сумму она просила у родителей.

Банкир недовольно забормотал. Он почти слово в слово повторял ответ Шпака:

– Ели дать вам карту тысяч на пять, то я боюсь, что к понедельнику на ней ничего не останется. Давайте пока разойдемся так! – он достал из сейфа деньги, отсчитал еще тысячу долларов. – И так каждую неделю на представительство. А на бензин берите на фирме. Теперь все? – спросил он ее.

Лиза повторила процедуру, также небрежно бросила деньги в сумочку.

– Нет!

– Что еще? – в голосе банкира начал появляться метал.

– Я просила вас утром обеспокоиться о семье Николая Ивановича, вы не могли бы сказать, чем разговор окончился, чтобы от фирмы я не дублировала ваши действия?

– Она правильно говорит! – поддержал Лизу Нестор Сахно. – Мы со страху наложили в штаны и занялись собственными персонами. Жене так никто и не позвонил?

– Я дал указание начальнику отдела безопасности, – как-то неуверенно заявил Помпей. – Он с вами Елизавета завтра обязательно свяжется.

Секретарша внесла в кабинет отпечатанное решение. Сначала его прочитал Помпей, затем он протянул его Лизе.

– Формулировки вас устраивают?

Хотя Лиза медленно читала текст, но ее интересовал всего лишь один пункт, первый. Он звучал следующим образом:

«Назначить Беркут Елизавету Степановну на должность генерального директора фирмы «Парадиз-сити» с 13 августа с окладом (две с половиной тысячи у.е.) согласно штатного расписания».

Второй пункт, касающийся погребальных сумм, был составлен в лучших традициях черного юмора, но его Лиза пробежала мельком. Она не знала, что в скором времени будет ссылаться на него, как на прецедент, обязательный для аналогичных случаев.

Учредители, быстро пробежав по документу глазами тут же подмахнули его.

Поздравляю, с назначением! – облегченно вздохнул Нестор Сахно и помахал всем ручкой.

Семен Фасонов, был более учтив. Он приложился к ручке и пригласил Лизу поужинать.

– Благодарю, но как-нибудь в другой раз! – сказала Лиза.

– Тогда может быть вас домой, в Жуковку, забросить?

– Я на машине! – сказала Лиза. Провожатых ей не нужны были. Семен Фасонов не понял.

– Откуда вдруг появилась?

– Во дворе, на стройке стоит. Забыли, что подписали?

– А..а…а! – хлопнул себя по голове Семен.

Лиза пожала на прощанье обоим руки, и через минуту вышла из банка. Она пожалела, что упомянула про машину. Теперь за нею придется ехать на стройку. Не успела еще она спуститься на первый этаж, как Помпей нажал кнопку внутренней связи и вызвал начальника службы безопасности банка.

– Селиверстов, срочно ко мне.

Через десять секунд у него в кабинете по стойке смирно стоял начальник службы, отвечающий за жизнь патрона. Помпей показал в окно, на Лизу.

– Видишь даму?

– Вижу!

– Геть, за нею. Посиди у нее сегодня на хвосте!

– Понял!

– Проследи, куда она поедет домой и можешь быть на сегодня свободен.

– Последить с кем встречается? За хахелем?

– Господи, за что только тебе полковника дали. Пока просто последи.

Начальник службы безопасности, чертыхнулся про себя. Рабочий день и так практически закончился, а он ему говорит, можешь быть свободен. А если за нею придется сначала колесить по всей Москве? Уже убегая, с порога он поставил в известность шефа, что удвоил ему охрану.

– Иди! Иди! Чему быть, тому не миновать! – устало махнул рукой Помпей и выглянул в приемную. Там скопилось достаточно людей ждущих приема.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю