Текст книги "СТО попаданки. Красотка рулит (СИ)"

Автор книги: Дия Семина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 46
Потрясающая новость

Хьюго де Анджело от нетерпения трижды крикнул кучеру: «Быстрее!»

Но люксовая двуколка постоянно застревает в пробках. Несчастный адвокат закатил глаза в очередной раз, когда перед его экипажем чуть не столкнулись две телеги.

– С этим хаосом на дорогах пора что-то делать! – простонал Хьюго.

Через полчаса кучер притормозил у ворот дома, где сейчас живёт семейство де Конте.

Ожидаемо, и тут хаос. Машина, карета, вторая карета из полиции.

– Кажется, я вовремя! Что случилось? – он поймал за руку Жульет.

– На господина Бенцера совершено покушение, и уже пришли сплетни, что и на короля с Кэтрин тоже напали. Госпожа Матильда сейчас в городе, где эти гонки ужасные. Всё мне некогда, доктор у господина Бенцера, – простонала от усталости Жульет и сбежала.

– Да уж! Вот и сиди в архиве весь день, все пропустил! А ведь хотел рассказать потрясающую новость! А тут меня убили новостями!

Адвокат решил, что из всех неприятностей, только его известие сможет обрадовать, госпожу Матильду. Не хотелось снова пережить ад узких улочек и заторов на дороге, но ехать нужно.

– Господин, я провезу вас вокруг, немного пыльно, зато быстрее! – реабилитировался кучер и, не дождавшись ответа, сразу помчался в назначенное место.

– Когда же мадам вернётся в свой дом в городе, как было удобно. Надеюсь, с моими новостями это произойдёт быстро.

Через минут двадцать по сырой дороге и без пыли экипаж прибыл на автодром, но и тут не оказалось никого из знатных господ. Все уехали в королевский госпиталь.

– Да что такое! Поезжай в королевский госпиталь, чего уж! Ловить, так ловить! – простонал Хьюго, он себя ощущает гонщиком, но тем, кто приезжает позже всех.

– Слушаюсь!

Только двуколка развернулась, де Анджело заметил, как автомобиль герцога, мокрый и с разбитым лобовым стеклом, не спеша вкатился в зону финиша. К нему сразу же подбежали полицейские.

– Подожди, я должен узнать, что происходит! – чуть не на ходу выскочил из экипажа и поспешил к толпе. Смотрит на водителя, но это не герцог.

– А где Его сиятельство? На него тоже совершено покушение?

– Мне приказано доставить автомобиль в гараж, больше я ничего не знаю! – проворчал водитель и замолчал.

– Вот так дела! Заберите его на допрос, скоро привезут одного из раненых преступников, того, чью карточку участника нашла госпожа де Конте. Рано или поздно всех найдём. Надеюсь, с герцогом всё в порядке? – ворчит один из дознавателей второму.

– Герцог, скорее всего, уже на пути в Италию или Германию! Если хотите задать ему вопросы, советую поспешить! Он замешан в этих нападениях, у нас есть свидетель, – негромко сообщил Хьюго, нет уверенности, что дознаватель настроен действовать энергично. Скорее всего, решит дать фору герцогу. Для полицейских достаточно наказать мелких исполнителей, чем пытаться пробить лбом толстую стену аристократической неприкосновенности.

– Мы сообщим об этом Её Величеству, но телеграфируем срочную депешу на пограничные заставы. Спасибо за информацию. Если есть какие-то данные, то желали бы увидеть и вас на рассмотрении дела.

– Непременно! – де Анджело протянул визитку, уж сообщить про угрозы Кэтрин он и сам собирается.

– Всё! Теперь, наконец, в госпиталь! – проворчал уставший адвокат.

В центре города дороги значительно лучше, недалеко от королевского дворца расположен лечебный корпус и Хьюго издалека заметил скопление людей у входа.

Репортёры, полиция, гвардия, автомобили, кареты! Как обычно!

– Проезжай дальше, там второй вход, я хочу войти незаметно.

– Слушаюсь! – экипаж пролетел мимо толпы.

«Знали бы репортёры новость о герцоге!» – хмыкнул Хьюго, всегда приятно знать чуть больше, чем любопытные.

Недолгое ожидание в фойе госпиталя, и его проводили в палату.

– Ах, Кэтрин! Вы ранены? Это серьёзно? – первое, что увидел, это перевязанную руку своей дорогой клиентки.

– Да, представляешь, в меня стреляли.

– Хьюго, где вы пропадали? Всё утро вокруг нашего семейства ходят тучи, а вас, как ясного солнышка, не дождёшься, – ворчит Матильда. – На Кэтрин и короля совершено покушение и не одно!

– Я знаю, скажу больше, герцог сбегает за границу.

Барон услышал эту новость, вспыхнул гневом и сразу же вышел, чтобы сообщить адъютанту Её Величества.

– Но и это ещё не всё, я почти оформил документы на детей. Осталось соблюсти формальности, и две подписи чиновников. Я кое-что нашёл в архиве, потрясающая новость о вашем поместье. Точнее, справедливости ради, мне настойчиво рекомендовали проверить старинный кодекс указов.

Хьюго не спеша открыл свой деловой портфель и начал перебирать бумаги.

– Хью-ю-г-0−0-0! – простонала от нетерпения Матильда и чуть не хлопнула молодого человека по руке за театральную паузу.

Но тот улыбнулся и протянул лист Матильде.

– Это нотариально заверенная выписка из свода всех королевских приказов за 1796 год.

– Такая древность? Что происходит! Умоляю, скажите на словах, у меня строки перед глазами плывут. Смилуйтесь, я устала! – Матильда села с листом в креслице рядом с постелью племянницы и тут же вернула лист с печатью адвокату.

– Это дарственная вашему предку, Эрнесту де Конте получил большой надел южных земель. Но важна формулировка. Это не просто дар, а вечная признательность за самоотверженное спасение Его Величества короля Фердинанда от предательской пули. Отравленной пули! Ваш прапрадед умер от раны. Но его многочисленное семейство получило в вечное пользование огромный надел королевских земель.

– Это значит? – тётя прищурилась, ненавидит, когда кто-то так растягивает информацию.

– Это значит, что эти земли всё еще под защитой короны, их невозможно отдавать в залог, на них невозможно устанавливать ограничения. Но вы так и остаётесь хозяйками, ибо этот документ гарантирует вам право пользования до скончания веков. Однако есть одно условие, типичное для нашей страны. Лицо мужского пола является законным наследником по условиям этого приказа!

Мы с тётей не сговариваясь смотрим на Хьюго и шепчем:

– Джулиан?

– Да! Этот малыш новый хозяин земель. Он кровный родственник, мужского пола и гражданин Швейцарии. Поздравляю, дамы, мы выиграли дело до суда! Я, с вашего позволения, отвезу этот документ в палату. Там же сначала подпишу документы, что опека над малолетними сиротками переходит госпоже Матильде де Конте, а потом жахну им этим королевским приказом! Обожаю наблюдать лица поверженных оппонентов!

Слёзы, смех, и снова слёзы. Меня хотели обнять, но рука. Тётя на радости расцеловала нашего гениального адвоката, тут же подписала все бумаги, чтобы дать делу ход, и окрылённый рыцарь убежал спасать наше благосостояние в госдепартаменте. Пока фермера не известили о торгах и не испортили ему настроение накануне праздника первого урожая.

– Какое счастье, моя девочка. Об этом законе все давным-давно и забыли. Если бы не дотошность молодого адвоката. А с другой стороны, ты ведь тоже спасла жизнь королю.

Матильда сидит в кресле и рыдает от счастья, а я физически ощущаю, как с моих плеч скатывается огромная глыба, которая непосильным гнётом давила всё это время.

Но остался камень по имени Илья, и мне ужасно неприятно вспоминать его взгляд, в тот момент, когда он понял, кто пришёл к нему с того света.

Мне срочно нужно к Диме, только он поймёт мою проблему.

Глава 47
Ты моя

Матильда оставила меня одну в шикарной палате госпиталя, а сама с бароном поспешила к детям, раз всё так повернулось, то нужно снова собирать вещи и возвращаться в городской особняк де Конте. Синдикату запретили любую деятельность на территории страны. До выяснения всех обстоятельств преступлений не только против короля и нашей семьи, но и многих других несчастных.

Дело затянется на года. Нас уже заверили, что фермерские угодья навсегда в полном и исключительном праве нашей семьи, но под защитой короны. Завтра Хьюго привезёт бумаги.

Я осталась одна, задремала, но, кажется, всего на несколько минут. Что-то мне нут неуютно, в любой момент может войти Тэо, королева или ещё кто-то важный. Уже десять раз пожалела, что не уехала с тётей. Там и Дима, мне с ним очень надо поговорить.

К счастью, до вечера я пробыла одна, часов в шесть мне подали шикарный ужин, помогли с едой, одной левой рукой неудобно управляться.

– Благодарю вас, я сам позабочусь о госпоже! – пока девушка суетилась около, моего столика, я и не заметила, что в дверях появился посетитель. Он ещё договорить не успел, а я уже красная.

Сам король вошёл без стука в мою палату, воспользовался своим правом, или дверь осталась открытой?

– Слушаюсь, Ваше Величество, – девушка присела в реверансе, тоже покраснела и сбежала, прикрыв за собой дверь.

Что же меня так трясти начало. Это не трепет, нет его во мне, это совершенно иное чувство. Смотрю на самого завидного жениха Европы и понимаю, не прошло во мне ещё ужасное отвращение к такого рода отношениям, а гибель Ильи всё только усилила, я в этом мире «случайный пассажир», любой обморок, и я с того света уже не вернусь.

Пытаюсь вдохнуть, справиться с приступом неприятного ощущения самозванки. Он меня сейчас раскроет, а и пусть…

– Кэтрин, ты словно приведение увидела, прости, испугал тебя!

– Я и есть приведение!

– Что? У тебя жара нет? Кэтрин ты меня пугаешь, хотел с тобой пофлиртовать, поднять настроение, а ты как не в себе, милая! – он присел рядом и помог мне с очередной вафлей, специальным ножом намазал аккуратным ровным слоем абрикосовый джем и пододвинул ко мне тарелочку.

Пытается мило ухаживать, закрутить интрижку? Но не со мной и не сегодня, а может, и никогда.

– Жара нет! И у нас ничего не получится! Простите меня, Ваше Величество! Но я не могу быть с вами!

– Да что такое случилось? Я слышал, что ваши дела в порядке, или ты влюбилась в барона? Или в Роберта? Кэтрин! – в его голосе пропал юношеский задор.

Говорит взрослым спокойным тоном, и мне это нравится. Но мне нужно время, особенно после того, что случилось.

В памяти возникают слова Димы, что мы не можем быть тут с кем-то, кто нас никогда не поймёт. Закрываю глаза и слёзы сами начинают скатываться по щекам.

Ничего не могу с собой поделать. В этом мире я чужая. Шмыгаю носом, так тяжело, ну почему я осталась и не поехала домой с тётушкой.

– Ты пережила такое, я знаю, что ты чувствуешь! Я перед тобой в неоплатном долгу, и навсегда! Прости, но я знаю, что с тобой случилось! Анну допросили подробно обо всём. Мама занялась лично этими делами.

– Какими делами? – замираю, не понимая, о чём он.

– Фабио тебя пытался отравить и изнасиловать, но Анна помешала. Она молодец.

Но я прекрасно понимаю твой страх пред мужчинами.

Моё сердце подпрыгнуло, я его поймала где-то в горле, оно зацепилось о ком.

– Кх-ах! – не смогла вдохнуть. В висках задолбил пульс, а сердце так и стонет от страха. Но я цепляюсь за это алиби. А ведь чуть-чуть и рассказала бы про Илью.

На грани была. Он бы не понял, потом одному богу известно, чем бы закончились разборки.

– Кэти! Этот страх пройдёт! Я теперь понял, почему ты так покорно согласилась выйти за барона, он тебе как отец, ведь так? Безопасный и надёжный мужчина, но он тебе не пара.

Молча качаю головой, соглашаясь.

– Прости за пощёчину. Это рефлекс. Я случайно, именно по этой причине. Мне пока очень трудно. Я не недотрога, и ты мне…

Ой! Лишение слова сорвались с языка, и Тэо, улыбнувшись, поднёс к моим губам вафлю с джемом.

– Так я тебе что?

– Ничего, девушкам нельзя такие слова говорить королю. Честное слово, я вам не пара. Пока во мне столько эмоций и страх, и злость, и скучаю по своим. Вам лучше уйти, умоляю, простите, что выгоняю вас. В любой другой ситуации я бы не посмела. Но сегодня я так устала, и рука ноет ужасно.

Я говорю и говорю, а он ждёт, когда закончу и откушу вафлю.

Кусаю, и конечно, моя губа испачкалась в джеме. Он наклонился и как я когда-то в театре, лизнул меня. Только лизнул и улыбнулся.

– Ничего ужасного, это лишь джем.

– Вкусный, между прочим, моя бабушка такой делала в Ялте!

Оно случилось. Сижу, не могу даже жевать, глаза вытаращила. Ну почему он не ушёл, я в таком состоянии вообще не «Штирлиц» каждое слово, жест, мысль, всё выдаёт меня настоящую. Дима прав, любой бред и я себя выдам, как сейчас.

– В Ялте? – он теперь подаёт мне чашку с чаем, запить этот самый джем.

– Неважно! Я лишнее болтаю. Вам лучше уйти, я уже сама закончу ужин. А завтра утром поеду домой. Простите, не знаю, как вас выгнать, – виновато улыбаюсь.

– Я тебе настолько неприятен? Или ты вообще боишься мужчин? Такая смелая, Кэтрин, что происходит? Ты? Ты беременная? Он тебя изнасиловал?

– Что? О боже! Нет! Нет, конечно. Только критические… Ой! Да выйдите уже. Сколько можно меня пытать!

Не в силах больше сидеть перед этим детектором лжи, падаю лицом на подушку и так неудобно, задеваю рану. Вскрикиваю от боли, и всё равно не поворачиваюсь к нему.

– Да, я, конечно, знаю, что девушки полны загадок. Но ты, моя дорогая, превосходишь всех. Я не уйду, до утра свободен, могу почитать тебе книгу, ты не отделаешься от меня. Как друг, я же могу тут остаться?

– Нет!

– А я говорю, что могу! – он слишком настойчив, как, впрочем, и всегда.

– Хорошо. Я скажу тебе правду. Только чтобы ты посчитал меня ненормальной и отстал!

Выпрямляюсь, вытираю слёзы, которые так и текут, но теперь не из-за обиды, рука и правда очень разболелась.

– Ну наконец-то, обожаю секреты!

– Как ты относишься к мистике? – понижаю голос и говорю загадочным шёпотом.

В стиле Уэнсдей.

– Страшные истории? Вымыслы, тебе нравится Эдгар По?

– Нет! Я говорю о реальности. Фабио отравил меня! Моя душа переместилась в другой мир, я там прожила другую жизнь, научилась водить машину, встретила и полюбила мужчину, а он меня убил в день помолвки. А потом я вернулась в тело Кэтрин, очнулась. Так и не поняла, сон это был или реальность.

Надо было видеть, как вытянулось его лицо. Но лишь на миг, тут же улыбнулся, посмотрел на меня так, словно не купился на розыгрыш.

Жаль, а тётя в эту сказку поверила.

– Очень занимательная история. Если Фабио действительно так поступил с тобой, отравил, и ты была в коме, то могла придумать себе что угодно, и вот что я тебе скажу. После таких ужасных переживаний тебе нельзя оставаться одной. Барон уже сказал, что водить тебя научил господин Бенцер, так что оставим эту историю, как ужасный опыт позади. Тебе нужно время. Клянусь, я не собираюсь форсировать естественный ход наших отношений. Пусть они развиваются спонтанно и закономерно.

Закатываю глаза и улыбаюсь.

– Другими словами, Ваше Величество, вы меня не оставите?

– Нет, конечно, я и не собирался. Знала бы ты, как я обрадовался, когда Виктория вернула кольцо. Это некрасиво, но я не могу предать напутствие отца.

Сижу и, наверное, выражение моего лица само за себя говорит об абсолютном непонимании.

– Мой отец сказал незадолго до смерти, что король должен жениться на женщине своего круга, принцессе, и уважать политику, но это все полная чушь, потому что, несчастный, нелюбимый и нелюбящий король разрушает свою страну, любовь – это огромная созидательная сила, и ты мне нужна, Кэти, чтобы продолжить дело отца. Мои юристы сделали запрос о твоём титуле и через пару месяцев тебе пришлют подтверждение о том, что ты герцогиня Уолш. Между нами нет пропасти, о которой ты так настойчиво твердишь, ты такая же ценная гражданка нашей родины, как и я, и любой другой житель Швейцарии. А ещё преданней тебя я знаю только одного человека, и это моя маты Ты уже доказала, что единственная из всех для меня и для страны. Так что просто ждём твои бумаги, герцогиня Уолш, а потом всё в лучших королевских традициях.

Вывернулся. Возложил на меня обязанности перед страной. Закрываю глаза, улыбаюсь и чувствую нежный поцелуй на губах. Но такой быстрый. Он действительно решил не форсировать.

– А теперь подвинься, осторожнее, дорогая, я почитаю нам главу из исторических хроник, очень интересно.

Этого парня не выгнать, я уже поняла. Он откатил столик с ужином, улёгся рядом, но поверх моего одеяла, поправил подушки, взял книгу и как ни в чём не бывало начал выразительно читать какую-то историю своего предка. На второй странице его успокаивающего повествования я уснула…

Глава 48
Мой долг?

Утром я проснулась одна. Но с огромной розой на кровати.

– Надеюсь, ты не превратился в цветок, – улыбаюсь. Аромат божественный, явно, что срезана утром в оранжерее, обожаю такие цветы. Но из романтичного настроения меня выдернула медсестра, помогла мне с утренним туалетом, причёской и красивым пеньюаром, скоро придёт доктор, проверить рану. Так хочется домой, хочу попросить отпустить меня.

Вместо простого осмотра в моей VIР-палате королевского госпиталя собрался консилиум. И как оказалось, главные опасения о моём здоровье – яд!

Когда услышала, забыла, как дышать. Они не сказали вчера, чтобы не пугать. Но историю моего предка по линии отца королева напомнила медикам лично и приказала проследить, не отравлена ли пуля, что ранила меня.

Самый важный доктор долго осматривал рану и выдал вердикт:

– Инфекция есть, но незначительная. Рану нужно промывать и обрабатывать, порошки для поддержки молодого организма по рецептуре.

– Я бы рекомендовал усиленную диету! – добавил второй врач.

– Дайте мне свежих ягод, там много витаминов, и отпустите домой, пожалуйста! – вставляю своё мнение, и доктора улыбаются. Но пожелания записали в блокноты.

– Хорошо, распорядимся, вам сегодня же доставят свежие фрукты и ягоды! – улыбнулся самый пожилой доктор. Они ещё немного времени обсуждали план моего лечения, и два дня я тут точно должна остаться.

Вздыхаю, и сама не заметила, что довольно улыбаюсь. Ведь вечером король придёт читать «Сказку на ночь».

Доктора вышли, мне сразу принесли завтрак, и несколько газет.

Не успеваю сделать глоток кофе, как взгляд выхватывает заголовок!

«Король упустил шанс на победу, но нашёл любовь»

– Боже, ну зачем так откровенно-то! Господи! Позор какой! Любовь!

Хватаю газеты и прочитываю все заметки. Это нетрудно, они на первой полосе.

«Вчерашняя невеста барона, сегодня спасла короля от гибели!»

«Король нашёл достойную замену сбежавшей принцессе Виктории!»

«Рыженькая девица проявила себя, как телохранитель короля!»

И всё в таком духе. Меня превратили в героиню, короля в жертву нападения.

Думаю, что Тэо не понравятся такие заголовки, он гордый. А тут представлен чуть не тряпкой.

Только на последней странице одной из серьёзных газет нашла заметку, что всех причастных к покушению на Его Величество поймали. Имена не разглашаются, подробности скрыты в интересах расследования. Но интрига достойна детективного, романа.

Эпитетов много, толку мало!

Меня во всей этой шумихе волнует один вопрос, поймали ли герцога?

Это же непростой человек. С таким титулом ему достаточно рявкнуть на любого, полицейского или таможенника, и они отступят.

Теперь у меня появился ещё один персональный страх и повод для паники: месть герцога.

– Кэтрин! Как себя чувствуешь? Ох! Надоело заниматься переездом, и я сбежала к тебе, пусть Анна и Жульет сами разбираются с домашними делами.

– Анна? Наша Аня? – мой рот открылся от удивления.

– Да, представляешь, приезжаем вчера домой, а она уже там, вся такая нарядная и не отходит от господина Бенцера, он смешно смущается, а она настойчиво ухаживает за ним. А как дети к нему липнут. Уже переехали в его комнату и забавляют смущённого Роберта.

Начинаю смеяться. Знаю, как он любит детей, тоскует по своим внукам и детям.

Может быть, наши малыши отогреют его сердце, и он позволит себе вновь полюбить.

– Вот вы меня удивили, я не ожидала.

Но тётя не дала мне закончить рассуждения, сделала строгое лицо и прошептала:

– Ты в курсе про герцога Уолша? Тебе уже сказали? – она ещё ближе пододвинулась ко мне и говорит так, словно это государственная тайна.

– Да, пока ехали с Его Величеством, он мне раза два эту историю пересказал.

Ужасно! И ты правда не знала об этом? Ингрид оставалась загадкой? – тоже перехожу на шёпот.

– В то время у меня свои трагедии случились, я не знала, куда прятаться от позора после неудачного романа. Брат заикнулся однажды, но, наверное, посчитал, что это не патриотично, жениться на дочери военнопленного. И не особо делился историей своей избранницы. Мне жаль, что Марсела так жестоко поступила с этой несчастной женщиной. Ингрид Уолш же фактически облагородила наш род. Мы скромные дворяне, баронеты, мне бы нужно было выйти замуж за кого-то знатного.

Но Эндрю, по молодости женился на матери Марселы и растерял последние крупинки знатности, однако теперь всё вернётся на круги своя. Ну надо же, герцогиня Уолш! Поверить не могу.

– Тётя, у меня есть подозрения! – шепчу беззвучно и заставляю замолчать и её.

– Какие, дитя моё?

– А что, если это подтасовка фактов, просто королю захотелось жениться на мне, и они придумали мне легенду, чтобы из грязи в герцогини, а?

– И радуйся, глупышка, уже никто не посмеет доказать обратного. Они делают нам честь, а мы покорно принимаем. Радуйся, что о тебе так заботятся. Ты уже доказала преданность короне! Пусть хоть принцессой назовут, улыбайся и соглашайся.

– Но я не могу!

– Что опять за глупости, Кэти! Как не можешь? Прикажут, значит, должна. И не вздумай отказать Его Величеству. Если ты герцогиня, то уже не принадлежишь себе.

Кажется впервые за всё время нашего общения Матильда серьёзно разозлилась, но я продолжаю настаивать.

– Анна тоже герцогиня!

– Анна, это другое! Она родственница короля, четвёртое колено, и не девственница, очень тяжёлое прошлое, да и отец у неё страшный человек, на её руку вряд ли женихи найдутся!

– Значит, ей можно выйти замуж за простого, а мне нет?

– Замолчи, пока не сказала глупость! Кэти! Ты же не влюбилась в Роберта?

Закрываю глаза и улыбаюсь. Как всё просто с политикой двойных стандартов.

– Нет! Не влюбилась, но он понятный для меня, и я была бы с ним счастлива простой и тёплой жизнью. Вся эта шумиха, этикеты и герцогские замашки не для меня. Уж простите, можно, я поеду домой. Рука заживает!

– Нет! Я тебя не приму. Ты остаёшься тут, и, более того, прикажу, чтобы тебя охраняли и не позволили сбежать! Вчера похоронили твою сестру, как преступницу в безымянной могиле. Всё прошло тихо и даже нас не пустили. Не разбивай моё сердце, Кэти! Умоляю, следуй за своей судьбой. Стань достойной госпожой. Хватит несчастий! Хватит!

Не успеваю возразить, что мне нужна свобода, а не это всё, как Матильда поднялась, поправила шляпку, вышла и реально отдала распоряжение следить за мной.

– Вот какая авантюристка! – ворчу ей вслед, но что поделать, если мне маячит такой куш, то тётя свяжет и приведёт меня на королевскую свадьбу силой.