Текст книги "Магистр, не искрите! У меня аномалия (СИ)"

Автор книги: Дита Терми

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 27. Сломать печать

Это похоже на какое-то безумие, и я тону в нём без остатка. Наши языки сплетаются, наши тела вжимаются друг в друга. Его пальцы жёстко перебирают мои волосы. Я чувствую его горячее, напряжённое тело сквозь тонкую ткань формы.

Мы будто изголодались, соскучились, будто только и мечтали об этом моменте всё это время. Он сходил здесь с ума, запертый, а я… я мучилась, представляя, как он ломается здесь. Словно Эверхарт наконец сдался, позволил себе эту слабость, смог разрешить себе отпустить контроль.

А я не могу думать, не могу анализировать, сейчас я просто отдаюсь этому моменту со всей своей искренностью, с пониманием, что это то, чего мне не хватало всё это время. Его. Мне не хватало его губ, рук, его неприкрытого желания. Мне не хватало этой иллюзии, что я ему нужна, что я не просто аномальная ошибка в его идеальной жизни.

Моя магия же не теряет времени даром. Она вырывается наружу бирюзовыми вспышками и тянется к нему. Она хочет сплестись с его тьмой, как тогда, в библиотеке. А ещё как на балконе и в саду у фонтана. Обычная её реакция на его появление…

Но отклика нет.

Его тьма клубится вокруг нас. Она кружит горячим, живым вихрем, но не отвечает моей, будто заперта за ржавой решёткой, которую моя магия не может прогрызть. Будто между ними встала стеклянная стена, которую невозможно пробить.

Сознание всё-таки включается в работу, хоть мы всё ещё у стены, хоть мы продолжаем жарко целоваться, хоть его руки до сих пор горячо удерживают меня, как добычу, которую он не намерен отпускать.

Я вспоминаю один факт, который сказал мне Ник. Мой друг ведь сказал, что на магистра наложили печать. Совет заблокировал его магию. Частично, но достаточно для того, чтобы она не могла соединиться с моей.

Я чувствую, как моя аномалия внутри начинает метаться в ярости от отказа. Она не понимает, почему его тьма ей не отвечает. Почему она рядом, но не становится единым целым с ней. Почему что-то мешает этой связи, не даёт им слиться.

Она дёргается, пульсирует, ищет выход, приходит в настоящее бешенство от такой несправедливости. Я каждой клеточкой тело ощущаю, как она хочет к нему, как ей важно, чтобы тьма откликнулась. Боль, давление, как будто в голове сжимается всё от сильнейшей мигрени.

Пытаюсь отстраниться, сказать Эверхарту, что у нас тут кое-какая проблемка возникла, но он будто ничего не замечает. Продолжает так же самозабвенно сжимать меня в своих руках и жадно целовать. Словно его вообще ничего не колышет, кроме меня.

Он целует, целует, а потом… раздаётся неожиданный странный треск. Такой необычный, почти неслышный, будто лёд, который ломается под ногами весной.

Моя магия бьёт в невидимую стену. Снова и снова.

Бирюзовые всполохи врезаются в блокирующие чары Совета. Давление растёт, воздух вокруг начинает активно искрить, а волосы встают дыбом. Дыхание перехватывает уже не от поцелуя, а от понимания…

Моя магия ломает печать!

– Эллария… – выдыхает Эверхарт в мои губы, наконец-то отрываясь.

Я вижу его затуманенные желанием глаза, в которых вспыхивает осознание. Он замечает этот хаос. И я чувствую себя неловко под его требовательным взглядом. Будто сейчас начнёт меня отчитывать. Прямо после того, как только что сладко доводил меня до сладкого безумия.

– Я не… это не я, – бормочу я, краснея.

Опять я влипла, но это не моя вина! Моя живая, ненормальная магия сама по себе живёт. Она аномальная, я просто не могу её никак приручить. И она, пользуясь тем, что я не дёргаю за поводок, что я расслабилась и отвлеклась… она взрывается.

Бирюзовый свет резко заливает комнату, врезается в чёрные оковы печати, и те не выдерживают. Треск превращается в грохот, оглушительный грохот, как будто молот врезался в стекло. Невидимая стена рушится.

И в тот же миг его тьма вырывается.

Чёрная, густая, живая тьма хлещет из него, как вода из прорванной плотины. Моя магия наконец-то встречается с ней. Переплетается, кружит, танцует тот самый бешеный танец, который мы уже видели несколько раз. Только сейчас он сильнее и глубже. Будто они обе сходили с ума от разлуки, а теперь добились своего, воссоединились.

Эверхарт отшатывается от меня.

Я впервые вижу его таким… растерянным. Передо мной стоит уже не ледяной магистр, не мрачный наставник, не тот, кто держит всё под контролем и даже не тот жаркий мужчина, что активно меня целовал.

Сейчас он совсем другое.

У него расширены глаза, дыхание сбито, рот слегка приоткрыт. Он смотрит на переплетение бирюзовой и тёмной магии, которая клубится вокруг нас, отбивая свой безумный танец. Медленно переводит взгляд на свои руки. Прямо из его ладоней летит его свободная, не скованная больше печатью магия.

Эверхарт глубоко вздыхает. Его грудь тяжело поднимается, а потом медленно оседает. Он переводит ошеломлённый взгляд на меня. И я чувствую, как в его глазах загораются огоньки гнева.

Ой.

Кажется, я попала. Опять!

– Что ты наделала? – хрипит он.

– Я не знаю! Правда! – честно признаюсь я, сжимаясь под его взглядом. – Это она… хотела к твоей тьме.

Я замолкаю, потому что не знаю, как объяснить произошедшее. Я ведь не великий маг, я не умею контролировать это. Но всё же моей магии удалось сломать печать Совета… А ведь для этого ведь нужны колоссальные ресурсы! Откуда они взялись во мне?

Моя магия всё ещё пульсирует вокруг, переплетаясь с его тьмой. И это единство кажется таким правильным, таким идеальным, будто самой судьбой задумывалось, что нелепая адептка и мрачным магистр когда-то пересекутся и… получится то, что получилось.

Мы не планировали этого, не задумывались, но вот оно произошло. И, кажется, из нашего союза вышло что-то однозначно сильное.

Но при этом такое опасное. И, кажется, теперь мне влетит. Я не помогла, я только ухудшила ситуацию. Потому что придётся отвечать за совершённое, как-то объяснять Совету, что непутёвая адептка умудрилась сломать печать.

Адептка, которая, между прочим, вообще не должна была появиться в комнате магистра, закрытого на домашний арест, да ещё и поздно ночью.

Эри, превосходная вылазка. Молодец.

– Печать, – бормочет Эверхарт и сжимает кулаки. Его тьма послушно втягивается обратно, а моя магия недоумённо начинает крутиться вокруг магистра, обвивая его ноги и руки. Ей не нравится, что он взял себя под контроль. – Совет заблокировал меня. Я не мог…

– Я знаю, – перебиваю я, и мой голос дрожит от адреналина. – Но моя аномалия разнесла её в клочья. Теперь ты свободен. Или мы оба с треском вылетим из академии...

Он морщится и опирается плечом на стену рядом со мной. Он снова выпускает магию, и безумный танец продолжается. Бирюза и чернота, которые сливаются, дерутся, танцуют, наслаждаются тем, что снова могут быть вместе.

Я вздыхаю. Отвожу глаза от вихря, сосредотачиваюсь на Эверхарте. Ловлю на себе его задумчивый, хмурый взгляд.

– Зачем ты здесь, Эллария? – спрашивает он тихо, но твёрдо.

А вот и время для разговора. Всё-таки оно пришло.

Что ж. Именно для этого ведь я сюда и кралась, ставя под удар собственную репутацию и благополучие. Вот только теперь нас ждёт не только разговор. Теперь нужно будет думать, как быть со сломанной печатью.

М-да… Недальновидно было сюда идти.

Глава 28. Слухи о Дэмиане

Эверхарт смотрит на меня, а я на него. И я понимаю, что молчание между нами слишком затягивается. Пора объясниться. Он ведь ждёт. Да и не могу ведь я здесь всю ночь торчать. Нужно будет ещё как-то возвращаться. Если получится, конечно.

– Я… просто хотела прийти, чтобы сказать, что я верю тебе, – говорю я и вдруг понимаю, что даже не осознала в какой момент стала обращаться к нему на «ты». Неловко так, но уже неудобно переходить на официальный тон. Тем более после… после таких жарких поцелуев, от которых губы до сих пор горят огнём. – И чтобы разобраться в том, что вообще происходит.

Он продолжает гипнотизировать меня взглядом. Потом проводит рукой по лицу, будто пытается стереть усталость. Вздыхает. Снова смотрит на меня.

– Никто не знает, что случилось с Айрис, – произносит он. Сразу говорит то, что я от него хотела услышать. – Она была рядом со мной, потом отошла. Спустя полчаса, я узнал, что ей стало плохо. Я… я не знаю, что это было. Моя магия не при чём.

– А артефакты?

– Я не крал их, – горько усмехается он. – Зачем мне лишние проблемы? Хватает и того, что за моей спиной постоянно шушукаются. Кажется, в этой академии, я самая приметная фигура.

Ну насчёт первенства в странностях я бы ещё поспорила. Но как-нибудь в другой раз. Сейчас меня больше беспокоят другие вопросы. Я очень хочу разобраться в ситуации. Но, судя по всему, Эверхарт и сам не знает, что творится и кто стоит за этими происшествиями.

Нам нужно выяснить это. Обелить его честь.

Это ведь несправедливо. И, кстати…

– Тогда почему они обвиняют тебя? – спрашиваю я взволнованно.

– Потому что я удобная кандидатура, – спокойно отвечает он и пожимает плечами. – Тёмный маг с неустойчивой магией, той, самой, которой требуется энергия, чтобы не обезуметь до конца… Идеальный образ врага.

– То есть… это правда? Твоя магия… ей нужно питаться чужой магией?

Сколько разных слухов крутилось вокруг тёмного магистра. Значит, это правда? Я действительно влюбилась в того, кто медленно и верно уничтожает других? Но почему его тогда вообще до сих пор держат в академии?

Он делает шаг ко мне. Останавливается в опасной близости. Моё сердце подпрыгивает в груди и вовсе не от страха, а от того самого запретного желания снова оказаться в его объятиях.

Кажется, мне совершенно всё равно, даже если он злодей. Даже если бы он сейчас признался, что его магия ударила по Айрис, или что он заделался в воры. Никакой морали, когда в дело примешиваются чувства. А я больше не могу противиться тому, что испытываю к нему. Больше не могу этого отрицать.

– Да, так и есть. Моя магия такая же сломанная, как и твоя, Эри, – признаётся он. – И как видишь… моя тьма нашла себе подругу. Может быть именно из-за своей ненормальности им так хорошо вместе?

Его голос становится тише. Эверхарт поднимает руку и проводит грубыми подушечками пальцев по моей щеке. Дыхание мгновенно сбивается с ритма. Я смотрю на него и жду, когда он снова преодолеет расстояние и притянет меня к себе, но вместо этого он отступает на шаг.

Убирает руки за спину. Смотрит на меня.

Эх, я точно думаю не о том, о чём следует. Нужно сосредоточиться, а не растекаться в лужицу перед ним.

– Я научился контролировать свою магию. Она не сжирает чужую. Вместо этого я отдаю ей на съедение ненужные, старые артефакты, – сухо произносит он, будто просто читает мне лекцию. – Это ты и видела тогда в библиотеке, Эри. Это то, что мне позволил делать Совет. Они в курсе.

В голове услужливо вспыхивает картинка. Тот самый вечер, когда я играла в фанты с сокурсниками и забрела в библиотеку, а он стоял над каким-то древним фолиантом и… будто бы впитывал его в себя. Каждую строчку, каждую мысль. Он не читал тогда! Его магия питалась!

Удивительно, я ведь даже не подумала…

Да и много ли я знала о нём, много ли понимала? Тогда я переживала только за сохранность собственной жизни. За репутацию, за то, чтобы меня не вышвырнули с академии за то, что в библиотеке случился магический взрыв. И ещё… уже тогда я чувствовала это странное притяжение, что появилось между нами с первого же прикосновения.

– Значит… у тебя магия-пожиратель, – выдыхаю я, пытаясь расставить в голове всё по полочкам. – Но ты её контролируешь.

Он молчит.

– Когда ты рядом… делать это намного сложнее, – признаётся он после паузы.

Мы молчим. Магистр отводит от меня взгляд. Задумчиво смотрит в стену рядом со мной.

Не понимаю, почему я так странно влияю на него, почему он теряет контроль рядом со мной, как это всё взаимосвязано? И главное, что теперь со всем этим делать? Я ведь не могу держаться от него подальше, чтобы он был как всегда холодным и мрачным.

Теперь-то уж точно не могу. Не после всего, что между нами произошло.

Эверхарт качает головой.

– Эри… зря ты пришла. Ещё и сломала печать Совета. Ты хоть понимаешь, что теперь ты – соучастница? Тебя могут наказать.

– Понимаю, – говорю твёрдо. – Но я не могла иначе.

Он снова переводит свои тёмные омуты на меня. Я не знаю, о чём он думает, но его взгляд вдруг смягчается. Он подходит опять ко мне. Аккуратно кладёт руки на мою талию. Смотрит на мои губы, сглатывает.

– Что же мне с тобой делать, адептка Вейл, – спрашивает он без вопросительной интонации, будто не существует ответа на этот вопрос.

– Не знаю, что со мной делать, но мы должны доказать твою невиновность, – произношу я уверенно.

Он наклоняется и касается губами моих губ. Легко, нежно, будто боится, что его снова снесёт от этой безумной бури, что вспыхивает каждый раз между нами. Тьма вокруг нас пульсирует, только в этот раз спокойнее. Она будто подстраивается под ритм наших сердец. Вместе с моей бирюзовой магией.

– Как нам освободить тебя, магистр Эверхарт? – шепчу я, когда он отстраняется.

– Дэмиан, – поправляет он с усмешкой и ведёт пальцами по моему позвоночнику вверх до самого загривка. Внутри вспыхивают тёплые огоньки, а внизу живота образуется что-то тяжёлое, напряжённое. – Хотя бы наедине ты можешь называть меня по имени.

Дэмиан.

Мысленно произношу и улыбаюсь. Боги, я совсем расплылась от счастья, хоть ничего и непонятно. Но ясно, что как прежде уже не будет. Мы с ним связаны. На уровне магии, на уровне своих чувств.

Он ведь тоже неравнодушен. Пусть только попробует отрицать…

– Так как мы будем действовать, Дэмиан? – произношу я и урчу про себя от удовольствия от того, как звучит его имя у меня на языке.

– Для начала нужно как-то тебя отсюда вытащить, Эри, – он убирает прядь волос с моего лица. – Потому что у сбежавшей адептки, которая вломилась ко мне посреди ночи и сломала королевскую печать, могут быть очень-очень большие проблемы.

Моё сердце замирает.

Он абсолютно прав.

Я вошла сюда с артефактом, который уже разрядился. А как выйти? Ведь на двери всё та же печать Совета. Разве что попробовать сломать её своей магией… и… тогда точно станет ясно, что это не случайность.

Сломанная печать Дэмиана и сломанная печать на двери…

И почему у меня такое чувство, что я сделала только хуже?

Глава 29. Не отдам

Дэмиан Эверхарт

Эллария не может выйти.

Печать на двери восстановилась полностью. Тот маленький разрыв, что получилось сделать с помощью артефакта, мгновенно стянулся, самовосстановился. Теперь мы оба заперты в моих покоях.

Мы попробовали всё-таки открыть. Я приложил руку к дверному проёму, выпуская тьму, чувствовал, как её бирюзовые всполохи бьются о невидимую преграду, но безуспешно. Печать глушит наши магии. Их недостаточно, чтобы сломать барьер, созданный десятком магистров.

Или… мы недостаточно хотим этого.

– Я в западне, – шепчет она, прижимаясь лбом к моей груди. – Вместе с тобой.

– Вместе со мной, – эхом повторяю я.

И почему-то это слово – «вместе» – звучит как обещание чего-то запретного и желанного. Того, о чём я даже не смел мечтать. Но я ведь не имею на это никакого права? И вопреки доводам разума я всё равно прижимаю её к себе и пытаюсь успокоить бешено стучащее сердце.

И ещё я отчётливо осознаю, как сильно мне хочется, чтобы она осталась. Это совершенно глупое и иррациональное желание.

Мне нельзя желать этого, но тем не менее… Кажется, рядом с ней я уже давно напрочь утратил весь контроль. Она появилась в моей жизни как непредвиденный вихрь, снесла к чёрту все мои барьеры, пробралась под кожу, оставила свою частичку в моём чёрством сердце.

Невольно сжимаю её сильнее, а она жмётся ко мне.

Мы стоим в темноте моей комнаты. За окном шумит ветер. Тьма вокруг меня успокоилась, свернулась у ног послушным псом, но я чувствую её напряжение. Она ждёт. Она знает, что впереди нас ждёт что-то опасное, нужно восстановить силы, пока есть время.

– Нужно поспать, – говорю я, и Эри поднимает на меня уставшие глаза. – Утро вечера мудренее. Возможно, к тому времени я придумаю, как вытащить тебя отсюда.

– Возможно, – кивает она и вдруг улыбается. – А если нет?

– Тогда останешься здесь навсегда, – отвечаю я, и где-то в глубине души именно этого я и хочу.

Она смотрит на меня. И мне на секунду даже кажется, что она не против такого расклада. Или я просто рад обманываться.

Что я творю? Как позволяю этой девчонке сводить меня с ума? Почему?

Я перехватываю руку Эри и веду к своей постели.

– Ложись.

– А ты? – поворачивается ко мне.

– Не буду тебя стеснять. У меня довольно удобное кресло.

Киваю в сторону. Эри следит за моим взглядом, что-то обдумывает несколько секунд, а потом тянет меня за руку к кровати.

– Ложись рядом. Здесь хватит места, – усмехается она.

Проклятье. Я не смогу спокойно с ней лежать рядом. Понимаю, что меня слишком уносит от неё. Я ведь могу наброситься на неё, как голодный зверь. Но по какой-то неведомой причине я подчиняюсь.

Мы ложимся на мою постель.

Я – на спину, она – рядом, свернувшись калачиком и положив голову мне на плечо. Её волосы пахнут цветами и чем-то сладким, девичьим, от чего кружится голова. Я вдыхаю этот запах и не могу насытиться. Готов вечность ею дышать.

– Дэмиан? – шепчет она.

– М?

Перебираю пальцами её волосы, глажу по спине, чувствуя, как её тело расслабляется под моими ладонями. И в голове у меня полный сумбур. Она слишком активно на меня воздействует. Надо успокоиться, но я и представить себе не мог, что сегодня ночью буду сжимать в руках Эри.

Либо я счастливчик, либо полный идиот.

Но что точно – нас ждут серьёзные проблемы.

– Расскажи мне что-нибудь, – просит Эллария. – О себе. О том, что ты чувствуешь. Я хочу знать, потому что ты для меня – загадка. То отталкиваешь, то… целуешь.

Я закрываю глаза. Тьма внутри успокаивается, подстраиваясь под ритм её дыхания. Моя магия всё ещё хочет соединиться с её, но я держу её. Мне вообще много что приходится сейчас держать под контролем.

– Я думал, что буду один, – начинаю я тихо, сдаваясь. – Всегда так думал. С детства, когда понял, что моя магия… сломана. Что она не такая, как у всех. Что она голодная, опасная, пожирающая.

Эри молчит, но её пальцы начинают гладить мою руку.

– Я думал, что никогда не смогу быть с кем-то, – продолжаю я. – Потому что моя тьма – это приговор. Потому что я опасен. Потому что рано или поздно я могу причинить боль тому, кто окажется рядом.

– Но ты не причинил, – шепчет она.

– Пока, – горько усмехаюсь я. – Я не знаю, что будет завтра. Через год. Через десять лет.

Вот и всё. Я сказал самую страшную тайну, озвучил вслух то, что гложет меня изо дня в день. А после появления Элларии в моей жизни – ещё чаще. Все эти недели, что я пытался отдалиться от неё, всё выходило только хуже. Она проникла в мою голову, в моё сердце, в мои мысли.

Она всегда рядом. Даже если находится где-то далеко. Потому что каким-то странным образом, я чувствую её. И неважно сколько между нами километров.

И для меня это пытка. Потому что мне нельзя к ней приближаться.

– Не думай о завтра, – говорит она, и я чувствую, как её губы касаются моей ключицы. По телу пробегает горячая дрожь. – Думай о сейчас, Дэмиан.

Я прижимаю её к себе крепче. И очень хотел бы выбросить будущее из головы. Потому что она нужна мне. Больше всего на свете я хочу этого. Но я не могу. Я мужчина. Мне нужно просчитывать ходы вперёд.

Нельзя подвергать её опасности. Даже то, что она лежит сейчас рядом со мной – это уже риск.

Не нужно было её целовать. Не нужно было. Но я просто не смог больше держать себя в руках. Ни там на балконе, ни сейчас в моей комнате…

– Та ночь в библиотеке, – произношу я. – Когда наши магии впервые соединились… это было подобно экстазу. Я никогда не испытывал ничего подобного. Моя тьма… она словно нашла то, что искала всю жизнь. Твой свет, твою аномалию, твою безумную, непослушную магию. И мне пришлось… отдалиться.

– Я чувствовала, что ты хочешь от меня избавиться, – шепчет она.

Избавиться.

Она стала моей зависимостью.

Конечно, это был единственный способ. Выстроить между нами стену.

– Я хотел, – признаюсь я. – Я пытался держать дистанцию. Убеждал себя, что это ошибка, что я справлюсь, что смогу тебя забыть.

– Не смог, – выдыхает она.

– Не смог, – соглашаюсь. – Каждый раз, видя тебя, я теряю контроль. Каждый раз, когда ты смотришь на меня, моя тьма начинает сходить с ума. А когда этот дракон…

Я замолкаю, сжимая зубы. Даже сейчас, при одном упоминании об адепте Сайре, внутри поднимается злость. Потому что он мне не нравится. И потому что у него намного больше шансов быть с Эри, чем у меня.

– Когда Арден появился, я бесился, – рычу я, и чувствую, как её тело напрягается. – Он кружил вокруг тебя, улыбался, прикасался. Он смел прикасаться к тебе. И я ничего не мог с этим сделать. Только сжимать кулаки и смотреть, как ты с ним… танцуешь, смеёшься. Как тебе с ним хорошо.

– Ты ревновал, – замечает Эри.

– Да, – выдыхаю я. – Ревновал. И ревную. И ненавижу себя за это. Потому что я не имею права. Потому что я – твой магистр, а ты – моя адептка. Между нами пропасть правил и запретов. И тебе лучше держаться от меня подальше, Эри.

Я застываю. Она имеет полное право уйти. Вот только я не знаю, как я смогу пережить это. Но это будут мои проблемы. Главное, чтобы она была счастлива. Даже если она выберет этого чёртова Сайра.

Эри поднимает голову, опирается на локоть и смотрит на меня.

– Не вздумай меня отталкивать, Дэмиан, – говорит она твёрдо. – Только попробуй опять спрятаться в свой панцирь. Поверь мне, я не отстану и буду снова и снова биться, чтобы ты перестал отдаляться.

Я смотрю на неё. На эту безумную, отчаянную, невозможную девушку, которая вломилась в мою комнату посреди ночи, сломала печать Совета и теперь лежит в моей постели, глядя на меня так, будто я что-то значу для неё.

И, кажется, я заражаюсь тем же безумием. Допускаю мысль, что вдруг… получится.

– Ты моя, – говорю я хрипло. – И я никогда, слышишь, никогда тебя никому не отдам. Даже если придётся идти против Совета, против всех монстров Тёмной Шинерии, против самого короля.

Я тянусь к ней и целую. Нежно, медленно, стараясь не переступить через грань, где меня снесёт окончательно. Она отвечает, вплетая пальчики в мои волосы.

Мы целуемся, пока дыхание не сбивается окончательно.

Отстраняюсь и помогаю лечь удобнее на моё плечо. Я глажу её по спине, по волосам. Она мурлычет, как котёнок, и прижимается ко мне всем телом, вызывая в теле обжигающе горячую волну.

Утыкаюсь носом в макушку, вдыхаю её запах. И думаю о том, как долго шёл к этому моменту. Как сопротивлялся, отрицал, убегал. Как боялся потерять то, чего ещё даже не имел. И теперь ещё страшнее. Потому что теперь я точно осознаю, чего именно могу лишиться.

– Спи, – шепчу я.

– А ты? – зевает Эри.

– Я рядом. Никуда не уйду.

Она закрывает глаза. Её дыхание выравнивается, становится глубоким и спокойным. Я смотрю на её ресницы, на разметавшиеся по подушке волосы, на приоткрытые губы и понимаю.

Я не отпущу. Никогда.