Текст книги "Поварёнок на всю голову (СИ)"

Автор книги: Дина Хоуп

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

–Тогда не будем откладывать эту проблему в долгий ящик, пройдемте?

20 глава. Чудо, а не чай

20 глава. Чудо, а не чай

–Тогда не будем откладывать эту проблему в долгий ящик, пройдемте?

Мы быстро дошли до кабинета и расположились на диванчике сбоку от входа. Софи попросила Нэлл заварить нам чай. Пока мы ждали его приготовления она не решалась начать разговор о том, что её волновало, по-видимому, весь день. Поэтому я решил немного отвлечь её.

– Ты давно посещала тот пруд, что недалеко от вашего поместья?

– Какой пруд? – выгнув одну бровь, вопросительно посмотрела на меня Софи.

– Тот, на который нас с тобой часто возил твой отец, чтоб мы там поиграли и покупались, когда я еще гостил у вас, – улыбаясь проговорил я. Мысли о сегодняшней прогулке навевали теплые воспоминания, особенно те, в которых я представлял её там, на пруду, рядом с собой.

– Прости, я его не помню, но, наверное, была бы не против когда-нибудь, когда проблемы немного отпустят меня, побывать там, – пожав плечами ответила девушка.

В этот момент зашла Нэлл с большим разносом всяких сладостей к чаю с самим его величеством чайным сервизом. Расставив всё, что нужно перед нами на столе и налив каждому по напитку служанка с какой-то хитрой улыбкой удалилась, аккуратно прикрыв за собою дверь.

Я поднёс чашку к губам, принюхался… Ну, вроде, чай, как чай. Отпил несколько глотков. Софи повторила за мной.

– Теперь, я думаю, нас никто не потревожит, – полушёпотом проговорила она.

Она рассказала мне о предстоящей встрече с графом Любиным и о том, что Софи хотела бы донести до него своё негативное отношение к свадьбе с его сыном, а так же, если он начнет артачиться и настаивать на своём, применить козырь, но немного сомнительный: обвинить её полоумка-недомужа в измене. Почему сомнительный козырь? Потому что факт измены не заметил бы лишь глупейший из людей, но вот прямых доказательств этому нет, а лжесвидетельствование у нас достаточно строго наказывается и тут уже Софи могут грозить неприятности в виде подпорченной репутации, как минимум, а как максимум – лишение титула. Да, настолько у нас всё серьёзно.

– Это будет непросто, – ответил я. – Граф Любин – влиятельный человек, и он не привык, чтобы ему перечили. А уж тем более, если речь пойдёт о репутации его рода и фамилии… У него обширные связи, и боюсь, он не будет сидеть в сторонке, а подключит весь свой легальный и нелегальный арсенал против тебя.

– Я понимаю это, но я должна попытаться, – ответила Софи, с такой грустью в глазах, – Пойми, я просто не могу отдать ему наш дом, мне не простят этого. Все работающие тут люди надеются на меня, думают, что я не дам их никому в обиду. К тому же, если я отдам поместье, то Дима и камня на его месте не оставит, всё распродаст до крошки. И уже от моего рода не останется и следа. Мой отец никогда не простил бы это, а бабушка… – закрыв глаза ладонями, сдавленно проговорила Софи. По голосу слышно, что она уже не может держать это в себе.

Я резко подскочил к ней, поднял с кресла, положил ее голову к себе на плечо и обнял на столько, на сколько мог себе позволить. В этот момент не надо было слов и Софи это знала. Она прильнула ко мне всем телом и её плечи начали тихонько подрагивать. Я гладил её по волосам, по плечам, по спине. Мы простояли так некоторое время, пока она не пришла в себя. Понимая, что пора её отпустить, я расслабил хватку, она немного отстранилась, но не до конца, всё же оставаясь в кольце моих рук. Подняла на меня свои глаза-омуты, сейчас, после того как она плакала, без того синий цвет стал выглядеть ещё ярче и глубже, я будто смотрю в тот самый пруд неподалеку и утопаю в нем.

– Спасибо, Эрман, – нежно и тихо проговорила она.

– За что? – хрипло ответил я, голос, как на зло, потерял всю силу перед ней.

– За то, что ты сейчас рядом, за то, что не оставил одну со своими страхами на едине. А я очень боюсь. Боюсь того, что будет завтра, боюсь, что однажды не смогу проснуться, не смогу увидеть этот мир, не увидеть тебя… – видимо, осознав, что только что сказала, Софи прокашлялась, потрясла головой и окончательно отдалилась от меня, будто испугалась реакции, отвернулась и прошла к столу на своё кресло.

Я же не мог ничего поделать, меня пригвоздило к тому месту, где я стою намертво одной лишь фразой: «…не увидеть тебя…». Неужели она ко мне что-то испытывает? Могу ли я на что-то надеяться? Ничего не могу с собой поделать, все эти мысли, которые я старался последние дни держать в узде сорвались и с бешеной скоростью проносились в моей голове.

– Эрман?! – услышал я её голос, сквозь непробиваемый розовый туман.

Поздравляю, господин глава сыскного ведомства, вы влюбились по самое не горюй!

– Да, прости, задумался, – ответил на автомате. – Я могу помочь вам подготовиться к встрече. Я знаю, как вести себя с такими людьми.

В глазах Софи загорелся тот самый лучик надежды, и я подсел к ней за стол, чтобы набросать план для разговора со старшим Любиным.

* * *

София

Мы обсудили стратегию, которую я буду использовать на встрече. В итоге решили, что я буду твёрдой и решительной, но от прямого конфликта буду стараться уходить и как можно дольше постараюсь продержать графа в неведении касательно измены Димитора, а также надо будет поюлить о наличии доказательств. Эрман пообещал помочь с ними. Оказывается, у него есть люди, которые были приставлены к Димитору сразу после того, как мы начали с ним близко общаться (этот факт меня немного даже удивил, видимо, я действительно дорога ему, раз так присматривал и контролировал жизнь девушки, в теле которой я сейчас нахожусь), поэтому в ближайшее время герцог постарается раздобыть для меня как можно больше информации.

– Для тебя главное – донести до графа Любина, что ты не хочешь выходить за его сына, – сказал Эрман. – Измена Димитора – это самое крайнее средство, к которому ты можешь прибегнуть. Старайся вытянуть как можно больше информации: зачем, для чего, почему и так далее, строй из себя очень глубоко обиженную девушку.

Мы еще немного поговорили о предстоящей встрече, обговорили все нюансы, параллельно пересев опять на диван у входа. Но в мои мысли то и дело пробивались ненужные картинки, которые никак не давали полностью сосредоточиться на разговоре.

– Может ещё чашечку? – показывая на чайник спросила у Эрмана.

– Нет, спасибо, – откидываясь на спинку, довольный собой проговорил герцог. – Еще немного и я точно лопну.

– Знаешь, с каждым днём, мне кажется, что я так давно тебя знаю, – начала я, хотя и осознавала, что звучит это довольно глупо, ведь Эр знает меня действительно долго, но он же даже не догадывается, что рядом с ним сидит совсем не та Софья, которую он видел, знал и, возможно, любил. Этот факт меня немного задевал. А что будет, если я однажды лягу спать и проснусь уже не тут? А, например, опять в своем мире? Зачем тогда давать себе столь хрупкую надежду на какое-никакое, но совместное счастье. Я не знала ответы на эти вопросы, и они не давали мне покоя. Хотя всё во мне кричало, что это он, тот самый, я должна открыться и поверить… Откуда все эти мысли о нас?

– Что случилось? Ты сегодня иногда говоришь странные вещи, – видимо, заметив изменение в моем голосе и настроении, спросил Эрман.

– Ничего, наверное, мне нужно больше отдыхать. А то я как встала после несчастного случая, так нормально и не высыпалась, – устало проговорила я.

– Иди сюда, – раскрыв свои объятия с улыбкой произнёс герцог. Как же он поменялся с первого дня моего с ним знакомства. Черты лица и без того аккуратные и аристократичные стали выглядеть более гладкими и какими-то что ли домашними.

Возможно, увидев моё промедление и настороженное выражение лица, Эрман нехотя начал отпускать руки и будто бы невольно его улыбка переросла в нечто напряженное.

О боже, Софья, ты об этом пожалеешь, возможно и не раз.

Резко подскочив со своего места, я бросилась на уже опустившего руки испугавшегося герцога. И как обычно бывает, я сначала сделала, и лишь потом начала думать, потому как полы моей длинющей юбки запутались в ногах, при этом я успела зацепиться за столик, на котором стоял чай и закуски. И вот я, такая вся графиня, куда деваться, лечу, словно в замедленной пленке, прямо на герцога.

Радует лишь то, что его реакция несравненно лучше, чем моя, так как он успевает перехватить мою талию и я падаю не мимо столика к ногам Эрмана, а прямо на него.

Вот наши глаза оказались на одном уровне, его руки на моей талии, я почти не дышу, а он пожирает меня взглядом, неровно дышит и после очередного моего вздоха мои губы накрывает тепло его губ.

21 глава. Откровение

21 глава. Откровение

Вот наши глаза оказались на одном уровне, его руки на моей талии, я почти не дышу, а он пожирает меня взглядом, неровно дышит и после очередного моего вздоха мои губы накрывает тепло его губ.

Взрыв. Весь мой внутренний мир разложился на атомы и собрался в единое целое за секунду. Новая вспышка. Я не чувствую своего тела, будто не могу им управлять, становится страшно, но одновременно нестерпимо жарко, потому что руки Эрмана крепче и крепче обвивают мою талию. И вот я вроде бы опять в сознании, но тут же оно куда-то утекает и мои руки уже изучают его лицо, каждую складочку, каждый изгиб, пальцы утопают в густых волосах. Слышится рык.

Секунда и резко обдает холодом. Эрман аккуратно посадил меня рядом с собой и тут же, после короткой паузы, вновь начинает меня целовать. Губы, шея, ключицы, ох, ну всё, так не пойдёт. Куда мы бежим, почему так торопимся?

–Эрман… – еле как смогла произнести его имя.

– Софи… – жадно, словно утопающий, который не может напиться, проглотил мое имя герцог.

– Эрман, остановись, прошу, – попыталась я немного отодвинутся от мужчины.

Возможно, мой тонкий жалобный голос сработал как сигнализация, потому как тело Эрмана дернулось, и глаза, будто заволочённые дымкой, тут же прояснились и он, встряхнув головой, уставился на меня, словно совершил нечто непристойное только что.

– Что это такое? – потирая лоб, присел рядом герцог, при этом не сводя с меня шокированного взгляда.

– Я… Я не знаю, – потупив взгляд отозвалась я, – но такое ощущение, будто в какое-то мгновение тело перестало меня слушаться и начало делать то, что само считало нужным. Я будто бы не могла контролировать сама себя.

– У меня вообще ощущение такое, будто мой разум отключился, а в себя я пришел, только когда ты начала пытаться выскользнуть, – задумчиво проговорил он.

Ничего не понимаю.

Но тут мой взгляд упал на разбросанный на полу чайный сервиз. Похоже, что мы не заметили, как во всём этом хаосе мы сбросили посуду со столика, стоящего около дивана.

Эрман проследил за моим взглядом, прищурился.

Вот тут то и пришла догадка о том, откуда ноги растут.

– НЭЛЛ!!!

– Нэллочка!

Одновременно с герцогом прокричали мы в сторону выхода.

Через несколько мгновений дверь приоткрылась, но никто не спешил заходить.

– Софья Алексеевна, звали? – не показываясь, пролепетала девушка.

– Дорогая моя Нэлл, будь так любезна, покажись, – начала елейно я, – пока я не вышла сама, – более уверенно и строго продолжила.

Бледная, как мел, Нэлл очень неуверенно вошла в кабинет, остановилась у дверей и вжавшись головой в плечи скосила глаза в пол.

– Ну и? Ничего сказать не хочешь? – начала я допрос.

– А что я могу сказать? Поручений вы не давали, госпожа, поэтому ничего полезного я вам не могу предоставить, – быстро отрапортовала девушка.

Ага. Под дурочку, значит, косить будем? Ничего, и не такие орешки раскалывали.

– Нэлл, золотце, ты не добавляла в чай чего-нибудь интересного? – сменила тактику с прямого нападения.

– Нет. Обычный травяной чай, – как-то не очень уверенно ответила служанка.

Тут уже не вытерпел Эрман:

– Нэлл! Ну не тяни кота за хвост, скажи, что ты сделала с чаем? Я и твоя хозяйка себя не очень хорошо чувствуем! Если ты что-то добавила, я должен знать, что это, чтоб предупредить неприятные ситуации.

– Ваша Светлость, – испуганно упала на колени Нэлл, – Многоликий мне свидетель, я ничего не добавляла, что могло бы ухудшить ваше здоровье! Простите меня! Я просто подумала, что было бы не плохо заварить вам травяной чай для поднятия настроения, чтобы вы лучше себя чувствовали. А то ведь с самого утра и Вы и наша хозяйка в таком плохом настроении, вот я и решилааа самаааа! – упавши на пол уже и с головой начала причитать девушка, и чем дольше она лежала, тем отчетливее раздавались всхлипывания и причитания.

– Софьюшка Алексеевна, простите меняяяя, я ведь как лучшееее!!! – продолжала заливаться Нэлл.

– Ну всё, успокаивайся, началось в колхозе утро, – присела рядом с горе-служанкой и обняла её, – Всё в порядке, просто в следующий раз предупреждать надо, чтоб сюрпризов не было и неприятностей в том числе, инициативная ты моя, – похлопав её по спине, помогла встать.

– Нэлл, скажи пожалуйста, какую траву ты добавляла в чай для настроения? – ожил Эрман.

– Цветикрас и сушёный корень огнезлата, – вытирая рукавом последствия потопа на лице, уже более спокойно проговорила девушка.

– Спасибо, я понял, – мягко улыбнувшись Эрман присел на кресло, на котором буквально некоторое время назад мы чуть не зашли за границу дозволенного.

– Можешь идти, Нэлл, только пожалуйста, давай больше без трав, – сложив руки в умоляющем жесте, обратилась к служанке.

– Хорошо, простите еще раз, я пойду, – мягко развернувшись, пошмыгивая носом, Нэлл направилась к выходу из кабинета.

– Весело тут у вас, – иронично заметил герцог.

– Не то слово, и руковожу этим цирком я, – не менее иронично отвечаю.

– Ты в курсе, что это за растения, что добавила в чай Нэлл? – спросил Эрман.

– Нет, расскажешь?

– По долгу своей службы мне приходится иметь обширный круг интересов. Знание трав иногда очень упрощает следствие, если в деле замешаны всевозможные отравы, яды и тому подобное.

– Да, я уже заметила, что ты в это не плохо разбираешься еще вчера, когда вы спорили с Фридрихом Альвицем.

– Да, так вот, трава эта является чем-то вроде афродизиака для людей. После неё сознание плывёт и человек расслабляется, но при этом наружу показываются его истинные желания. Чаще всего подобные сборы трав можно встретить в заведениях, о которых не говорят в приличном обществе, – поднял взгляд на меня Эрман.

– А ты не понаслышке, я так понимаю, знаешь об этих заведениях? – почему-то разозлилась я.

– Ревнуешь? – выгнул бровь этот наглец.

– А что, уже надо? – парировала я.

Эрман усмехнулся, но так и продолжил спокойно и по-хозяйски сидеть в кресле.

Какое-то время мы сидели друг напротив друга, просто переглядываясь, ловя каждый вздох, каждое микродвижение, но потом резко встали, движимые одним единым порывом и встретились прямо посреди кабинета.

– Софи…

–Эрман…

Он аккуратно обхватил ладонями моё лицо, поглаживая первыми пальцами то щеки, то губы.

Я же накрыла своими руками его ладони и просто таяла. Не знаю, что это за трава такая, но то, что я пыталась держать и контролировать неминуемо вырывается на свободу, и ничего хорошего из этого не выйдет.

– Софи, – начал герцог, – Я не хочу отпускать тебя, будь со мной, пожалуйста, – тихо проговорил он, так нежно глядя мне в глаза.

– Я не хочу торопиться, – с трудом вернула адекватные мысли в голову, – Пойми, сейчас я не могу рисковать, есть рамки, через которые переходить сейчас нельзя. Да и я, какие бы теплые чувства не испытывала, еще боюсь в очередной раз получить нож в спину. Я могу лишь дать тебе надежду, но не более. Ты готов ждать?

– Я уже достаточно ждал, – с грустью ответил Эрман, – Подожду ещё. Но пообещай мне, что попробуешь довериться и открыться себе со мной. Я никогда тебя не обижу и сделаю всё для того, чтобы ты была счастлива.

– Обещаю, – прикрыв глаза, прислонилась щекой к груди Эрмана. Его сердце отстукивало такой бешеный ритм, что можно было чечетку танцевать.

Так, в обнимку, мы простояли какое-то время, пока не раздался новый стук в дверь:

– Госпожа, Ваша Светлость, ужин готов, – раздался голос Нэлл.

– Да идём.

Ужин прошёл в относительной тишине. Ничего необычного не происходило, видимо эффект от чая начал пропадать, и наша смелость с герцогом спряталась где-то внутри каждого из нас, сгорая от стыда за совершенные действия и несвоевременные признания.

После ужина мы разошлись по своим комнатам, оба находились в глубоких раздумьях. Не знаю, что же на уме у Эрмана, но я надеюсь, что он не жалеет о содеянном.

Вот в таком настроении и прошла моя бессонная ночь. В голову лезли ненужные мысли: а надо было сделать так, а тут надо было сказать не это, а вот это… Ещё и мысли о завтрашней встрече не давали расслабиться.

В общем, уснула я лишь спустя пару-тройку часов. А потом еще и ворочалась всю ночь, то не находя удобного положения для сна, то становилось жарко, то холодно, а то и сны приходили через чур реалистичные, от которых тело невольно вздрагивало…

На следующее утро я проснулась с тяжёлой головой, но зато с полным осознанием того, что намерена довести дело до конца. Сегодня был назначен важный разговор с графом Любиным, и я была полна решимости защитить свои интересы.

Я спустилась в столовую, где меня уже ждал Эрман. Он выглядел серьёзным и сосредоточенным, в принципе, как и всегда, когда речь шла о делах.

– Доброе утро, Софья Алексеевна, – поздоровался он, – Как вы себя чувствуете?

К слову, выглядел он не лучше моего. Что, тоже ночью откат от чая был, а, вашество?

– Доброе утро, Эрман, – ответила я. – Чувствую себя немного лучше, но всё ещё будто не до конца оправилась от эффекта чая.

Он лишь улыбнулся одним уголком рта, но ничего не сказал в ответ.

Мы приступили к завтраку, но я не могла сосредоточиться на еде. Мои мысли были заняты предстоящей встречей.

22 глава. Шанель отдыхает..

22 глава. Шанель отдыхает..

Мы приступили к завтраку, но я не могла сосредоточиться на еде. Мои мысли были заняты предстоящей встречей.

После завтрака я проследовала к швее, надеюсь, хоть что-то уже готово из того, что я просила её сделать.

Нэлл помогла мне добраться до рабочего места Антонии, так звали женщину, которая обшивала нашу семью. Её кабинет, если это можно назвать так, находился неподалеку от особняка, надо было выйти и пройти в соседнее маленькое длинное здание, в котором, по всей видимости, находились и другие рабочие помещения. Рабочее место швеи выглядело очень аккуратно, здесь было чисто и светло, много рулонов с тканями находились на огромных полках вдоль одной стены, а вдоль другой – противоположной – в стеллажах аккуратно были расставлены по цветам нити и остальная фурнитура, которая нужна для пошива разного рода вещей.

– Добрый день, госпожа, – встав из-за стола, учтиво поклонилась мне Антония, – Рада снова видеть вас в добром здравии, – улыбнувшись, добавила она.

– И вам доброго дня, – так же приветливо ответила я, – Скажите, не готово ли уже что-нибудь из тех эскизов, что я вам передала на днях?

– А вы сомневались в моем мастерстве? – с гордостью приподняла она подбородок и, выпрямив осанку, взглянула не то с гордостью, не то с вызовом, – Я всегда выполняю все заказы господ в кратчайшие сроки.

– Я в этом и не сомневалась, – попыталась я успокоить обиженную моими словами женщину, – Тем более заказ был не совсем обычный.

– Кстати, госпожа, я как раз хотела с вами поговорить об этом. Я сначала не совсем поняла, что же от меня хотят, эти изделия не похожи ни на что. Я уж было подумала, что меня пытаются так обмануть или что-то в этом роде, но Нэлл уверила меня, что эскизы – ваших рук дело, – вопросительно выгнув бровь, посмотрела она на меня.

– Да, всё верно, Антония, ошибки никакой нет, я захотела изменить немного свой гардероб более практичными вещами. И я надеялась, что ты, столь творческая личность, отнесешься к этому непростому заданию с большим энтузиазмом, – боже, я столько лести за всю свою жизнь в том мире не говорила людям, сколько уже высказала тут.

– Вы, несомненно, правильно сделали, что доверились мне, – снова приосанившись, проговорила Антония, – Но давайте же тогда приступим к примерке, мне уже не терпится посмотреть свои творения на вас вживую, – прихлопнув в ладоши пару раз, указала рукой на вешалки с одеждой в углу комнаты.

Ну что ж, приступим. Долой подъюбники с корсетами! Даёшь свободу!

Я прошла за ширму и начала примерять первый свой наряд.

Нежный белый шёлк коснулся моего тела. Коротенькая маечка на тонких бретельках и с V-образным глубоким декольте, длинные свободные брюки с завязками на талии, а также невероятно легкий полупрозрачный халат на запах длиной до самого пола. Это был домашний комплект для сна. Осточертели уже эти бабкины сорочки в пол, в них невозможно нормально спать, да и в принципе не очень функционально.

Выйдя из-за ширмы, я словила две пары восхищенных глаз. Нэлл и Антония стояли, раскрыв рты от удивления.

– Госпожа, вы такая красивая в этом наряде, такая нежная, словно перышко, – чуть ли не пуская слезу, тихо проговорила Нэлл.

– Нет, я, конечно, представляла во время пошива, как примерно это будет смотреться в итоге, но не ожидала настолько эффектного образа, – словно под гипнозом сказала Тоня.

– Ох, девушки, если от пижамы такие взгляды, то дальше у вас что, сердце встанет? – смеясь, проговорила я, – Ладно, давайте дальше, а то и так много времени уже потратили.

Примерив остальные вещи, я действительно помогла девушкам войти в состояние шока. Когда они увидели спортивный костюм, а тем более после моих объяснений, для чего он, то они чуть ли не дружно начали уговаривать меня не заниматься подобным, ведь это не женское дело, решат еще окружающие, что графиня умом тронулась. Но это ладно, когда они увидели костюм, в котором я сегодня собиралась выехать на встречу с графом Любиным, они уже чуть ли не в ногах лежали, говоря, что подобное одеяние – моветон в светском обществе. Но на данный момент мне настолько уже надоело носить на себе целую тонну тряпок, что я решила, уж лучше быть местной сумасшедшей, чем мучиться от недостатка кислорода и чрезмерного перегрева. В общем, на словесную дуэль я собиралась ехать в брюках палаццо, которые были такими шорикими, что походили на обычную юбку, пиджаке и светлой рубахе. А вместо галстука я решила использовать декоративную розу из той же ткани, что и костюм, которую мне любезно быстро соорудила Антония.

Придя в свои покои, умывшись и собрав волосы в аккуратный низкий пучок, прилизав при этом верхние волосы, чтобы четко было видно пробор, облачившись в свои новые доспехи цвета кофе, я стала похожа на девушку из Европы начала этак 20-го века. Глядя на себя, сразу почему-то вспомнила главную героиню культового фильма про крушение огромного корабля в Атлантике. Мне б еще зонт в виде трости.

При выходе из комнаты столкнулась с Эрманом. Приоткрыв рот от удивления и перестав дышать на несколько мгновений, он рассматривал каждый сантиметр меня.

– Выдыхай, Эрман, – лучезарно улыбнувшись, рассмеялась я, – И рот прикрой, а то муха залетит, – аккуратно указательным пальцем дотронулась до его подбородка, чтобы прикрыть немного отвисшую челюсть.

Руку перехватили, и одним толчком в секунду затолкнули меня обратно в мою комнату. А ещё через секунду я была прижата к стене, полностью обездвижена, а его горячее дыхание касалось моей шеи.

– Ты что творишь, Софи? – еле внятно проворчал мне в ухо герцог.

– Эрман, отпусти, я вообще-то иду на судьбоносную для меня встречу, и ты об этом прекрасно знаешь.

– В этом? – оторвавшись от меня, он просканировал сверху донизу мой наряд.

– А что тебя не устраивает? – возмутилась я, – Нигде ничего не выпирает, нигде ничего не торчит и не просвечивает. Всё строго, аккуратно и формально. По крайней мере в разговоре внимание будет точно обращено к моим словам, а не ко внешности, – скрестив руки на груди и поджав губы, ответила я.

– Ох, Софи, – закатывая глаза, проговорил Эрман, – Ты, несомненно, привлечешь к своей скромной персоне внимание, но не только графа Любина, но и всех, кто будет находиться рядом с вами.

– Ты преувеличиваешь. В любом случае я поеду так, и никто не заставит меня что-либо изменить. Поэтому этими разговорами мы только лишь оттягиваем и без того ограниченное время, – чуть ли не топнув ножкой, ответила я.

– Ладно, беги, но обещай быть внимательной и аккуратной, – снова наклонившись ко мне, Эрман поцеловал меня нежно в шею. Сделал медленный вдох и выдох, а потом отстранился и дал мне возможность выбраться из его окружения.

Я не стала играть с огнём, постаралась аккуратно обойти его и уже направилась в сторону выхода, как в спину прилетели слова.

– Все доказательства будут у тебя на руках уже при встрече с Любиным, мои люди передадут их тебе. Потяни время, если вдруг они не успеют.

Как он так быстро успел всё сделать? Ночь не спал что ли?

В любом случае, надо будет потом обязательно как следует отблагодарить Эрмана, за эти дни он мне очень помог.

Выходя из поместья я прихватила с собой перчатки и вуаль на лицо, заблаговременно поднотовленную Антонией. Ведь я только недавно вспомнила о трм, что от принятия ванн с травами, подаренными Джулией, моя внешность могла уже подпортиться, поэтому сделаю вид, что хочу максимально закрыть себя от взглядов окружающих. Мало ли.