Текст книги "Дублер Казановы"

Автор книги: Диля Еникеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)

– Я же говорила вам, что тыл очень важен. На первом месте для любой нормальной женщины – семья, дети, а уже на втором – работа и все остальное.

– Намек поняла, – улыбнулась Алла.

Лариса молчала, думая, какие все же своеобразные существа женщины. Надо решать серьезную проблему, а они болтают на любимые бабские темы семья, муж, дети, мужчины...

Видимо, Лидия Петровна заметила её напряженность и тут же переключилась.

– Итак, расскажите ваши новости.

Подруги подробно пересказали все, что удалось выяснить за эти дни.

– Какая помощь требуется от меня?

– Как вы думаете, надо ли переводить Нату в психиатрическую больницу? – спросила Лара.

– По психическому статусу – да. У неё так называемое реактивное состояние. Это показание для госпитализации.

– А вы думаете, она согласится?

– Уверена, что нет. Я с ней в прошлый раз об этом уже говорила.

– А перевести Натку без её согласия вы можете?

– Нет. Наши правозащитники постарались. Теперь госпитализация только с согласия самого больного, за исключением случаев, когда пациент представляет опасность для других людей или для самого себя. У Наташи таких показаний нет. Она не социально опасна и у неё нет мыслей о самоубийстве.

– Получается тупик?

– Таких случаев сейчас немало. Психиатры и близкие многих больных стонут, а поделать ничего нельзя. Ведь некоторые больные в обычной жизни просто невыносимы, их бы подлечить, и все бы нормализовалось. Раньше можно было госпитализировать с согласия родственников или по психиатрическим показаниям, теперь диапазон этих показаний слишком узок.

– Тогда я предлагаю вот что, – вмешалась Алла. – Вы говорили, что Натка чего-то очень боится.

– Да, – подтвердила психиатр.

– Нужно узнать, чего и кого она боится. Как мы ей можем помочь, если она сама ничего не говорит? Вы могли бы разговорить её под гипнозом?

– Могла бы, но не буду этого делать.

– Почему? – удивилась Алла.

– Это неэтично. Психиатры так никогда не делают. Гипноз только с согласия самого пациента и в его интересах.

– Где-то я читала, что можно в гипнозе человеку что-то внушить, и он это сделает потом, когда уже будет не в гипнозе. Это правда?

– Правда, – подтвердила психиатр.

– А вы можете внушить Натке, чтобы она повторила все действия, которые совершила в ту пятницу?

– Могу, но пока не понимаю, с какой целью.

– Чтобы мы знали, чего она боится, и могли ей помочь.

Лидия Петровна внимательно посмотрела на Аллу.

– Вы обещаете мне, что только это ваша цель?

Алка, великая притворщица, смотрела на неё с самым невинным видом и недрогнувшим голосом подтвердила.

– Обещаю.

– Уточните, зачем вам это нужно.

– В данном случае мы исходим из интересов Натки. Нам с Ларой ничего не грозит. Может быть, вызовут на допросы, но у нас алиби. Да к тому же мотив смехотворный, мотивы есть у многих. А вот Натка в опасности. Много шансов, что на её одежде кровь Марика. Кто убил – мы не знаем. Может быть, она сама, может быть, их враги. Вариант: они на пару с Мариком обманули кого-то, его наказали, пытались убить и Натку, например, подстроив аварию, но та осталась жива и теперь дрожит от страха, что до неё все равно доберутся. В этом случае ей может помочь Мирон. А попросить его можем только мы с Ларой. Нам он не откажет, возьмет Натку под свою защиту и все уладит. Но для этого мы должны знать, что она сделала и что ей грозит. Даже если она убила Марика, то мы никогда не сообщим об этом правоохранительным органам. Лично я просто из принципа не сделаю этого, да и Натку жалко. А если его убили другие, и ей грозит опасность, – то мы поможем.

– То есть, вы надеетесь, что ретроспектива событий той пятницы прояснит ситуацию и даст вам возможность помочь Наташе?

– Да, – голос Аллы по-прежнему звучал очень убедительно.

– Тогда другое дело. Но я должна получить согласие самой Натальи.

– Это уже зависит от вас.

– Хорошо. Сейчас у меня затишье, я могу съездить к ней в больницу.

– Я вас отвезу, – вызвалась Алла. – Мы возьмем в регистратуре ещё несколько талончиков, чтобы, пока вас нет, не направляли новых пациентов.

– Не нужно, Алла, я сама скажу медсестре об этом. Бывают экстренные случаи.

– Нет, Лидия Петровна, нужно. Не спорьте, – голос Аллы был тверд.

Лариса с удивлением посмотрела на нее. Надо же, она даже врачу диктует, что делать!

– Хорошо, – согласилась психиатр. – Это не принципиальный вопрос.

– Тогда я жду вас в машине.

Выйдя из кабинета врача, Алла прошептала подруге:

– Как я, а? Была убедительна?

– Очень, – признала Лара.

– Да ведь и приврала всего чуток, это простительно, верно? Ради правого дела-то?

– Действительно, это внесет ясность, и тогда мы поймем, есть ли опасность для нас.

– Держись за меня, подруга, не пропадешь! – загордилась та. – Есть у меня умище, сама чую.

Лариса улыбнулась и пошла к регистратуре за талончиками, Алла – к выходу.

– Только езжай осторожнее, не испугай врача, – спохватившись, сказала Лара вслед подруге.

– Не ссы! – ответила та одними губами. И уже громче. – Я тебе позвоню о результатах.

Выйдя на улицу, Лара не увидела "Фольксвагена" подруги. Быстро же та умчалась, всего-то минут пять прошло.

Сев в машину, она набрала номер мобильника Виталия и услышала привычное:

– Я вас внимательно слушаю.

– Привет, милый, это я.

– Рад слышать любимый голос. У тебя хорошее настроение?

– Да, похоже все движется к финалу. Алла тут провернула одну задумку. Уговорила психиатра внушить Натке под гипнозом, чтобы та повторила все, что сделала в пятницу.

– Гениальная идея! Вот бы вашего психиатра к нам! Ловим клиента, а потом она моделирует преступление, и можно брать тепленьким. Половина сыщиков без работы останется.

– Напрасно размечтался. Лидия Петровна говорит, что врачи так не делают. Только в интересах пациента.

– Конечно, в его интересах – чистосердечное признание, как известно, облегчает душу. Клиент повторил свое преступление, потом все чистосердечно подтвердил и у него сразу легче на душе.

– Не шути, Виталик. Алка еле-еле её уговорила, даже приврала, что нам это нужно только чтобы помочь Натке.

– А на самом деле у вас свой интерес?

– Ну надо же во всем разобраться!

– Верно, милая. А как вы собираетесь это осуществить?

– Пока не знаю. Это придумала Алка, но мы не успели с ней поговорить, она повезла Лидию Петровну в Склиф. Обещала позвонить.

– Ты мне потом перезвонишь?

– Обязательно.

– А сейчас ты занята?

– Есть кое-какие дела.

– Может, отложишь?

– А есть идеи?

– Есть, причем, грандиозная.

– Рвануть сейчас к тебе?

– Верно.

– Ладно, думаю, что дела немного подождут.

А в самом деле, почему бы и не расслабиться? Что за жизнь – говорить с любовником только о делах?! Так все чувства можно растерять.

– Тогда я мчусь к себе и жду.

– Хорошо, милый, до встречи.

Выходя из ванной, Лариса услышала пиликанье своего телефона. Обернувшись полотенцем, она прошла в комнату, где Виталий с блаженной улыбкой растянулся на софе.

– Может, ну их на фиг, все эти звонки? – спросил он.

Лара покачала головой и взяла трубку.

– Привет, дорогая, – услышала она голос подруги.

– Привет. Ну, как все прошло?

– На уровне. Лидия Петровна уговорила Натку, пообещав, что мы ей поможем, и та согласилась на гипноз. Завтра Наталью выписывают, в два часа будут готовы все её документы. Мы заберем Натку и рванем на её дачу. Пятница, два часа – полная идентичность. Ты где?

– У Виталика.

– Грехи замаливаешь?

– Ага.

– А я рвану к Мирону. Надо закрепить эффект личной встречей. Не хочешь подтянуться? В преферанс перекинемся, расслабимся.

– Не знаю, вряд ли.

– Вся в любви?

– Ага.

– Ну, ладно, раз такое дело. Хотя без тебя будет скучно. И чего я так прикипела к тебе душой? Ведь ничего в тебе особенного нет – баба как баба. А может, я розовею, а? На свой пол потянуло, только я пока этого не сознаю... Надо бы с Лидией Петровной посоветоваться, пусть в зародыше искоренит подобные противоестественные устремления. Я теперь без личного психиатра и шагу не ступлю. Привыкаю к цивильному образу жизни – за границей все тоже имеют личного психиатра и по каждой ерунде бегают советоваться.

– Ладно, Алка, попридуривалась, и будет. Надеюсь, ты Мирону ничего не скажешь?

– Нет, конечно. Без него обойдемся.

– Тогда до завтра.

– Пока, подруга.

Лариса убрала телефон и посмотрела на любовника.

– Иди ко мне, – позвал он.

– Фиг тебе! Хорошего понемножку.

– Так ведь на сегодня ничего срочного нет.

– Но дела-то у меня ещё остались.

– На фиг!

– Нет, мне пора.

Лариса собрала свою одежду и пошла в ванную одеваться. Раздеваться при любовнике до – это сексуально, но одеваться после – вовсе нет. Когда она вышла уже одетой, Виталик успел натянуть джинсы.

– Погоди, не уходи, – удержал он её. – Ты же мне не рассказала, что там с Натальей.

– Лидия Петровна провела сеанс гипноза. Завтра в два Натку выписывают. Мы с Алкой заберем её и отвезем на дачу.

– Я с вами.

– Нет, Натка сейчас всех боится. Незнакомого мужчину тем более.

– Тогда я на всякий случай поеду за вами. Буду где-нибудь поблизости и подстрахую.

– Не думаю, что это разумно. Ничего особенного произойти не должно.

– А вдруг случится нечто экстраординарное?

– Да нет, Натка не опасна. Да и вообще она может быть ни при чем.

– Давай пока оставим этот вопрос открытым и ещё раз обсудим попозже.

– Хорошо, я поговорю с Алкой и тебе перезвоню. Пока, милый.

– Без тебя мне здесь тоскливо, буду искать утешение в работе. Одну минуту, сейчас переоденусь.

– Пожалуй, я не буду тебя ждать, все равно через пять минут разъедемся.

– Ну хоть пять минут ещё побудем вместе.

– Это уже не принципиально, – покачала головой Лара и вышла из квартиры.

На самом деле никакой необходимости срочно куда-то ехать не было. Просто она не любила ни долгого прощания, ни всего, что происходит между любовниками после. До – гораздо интереснее. А когда свидания неизменно заканчиваются близостью, и все происходит примерно по одному и тому же сценарию, то все быстро приедается.

И самая бурная страсть, приобретая определенный стереотип, утрачивает свою прелесть. Может быть, для кого-то привлекательны сами по себе свидания и то, что во время них происходит, но ей это быстро надоедает. Даже объяснения в любви, на которые не скупился Виталик, уже стали привычными.

Когда только начинался их роман, все было гораздо интереснее. Кровь стучала в висках, ноги подкашивались, жаром обдавало... А теперь одно и то же. "Поедем ко мне?" Ну, поедем. И дальше все уже заранее известно. Секс, конечно, сам по себе тоже хорош, но как говорила одна умная женщина, главное не сам процесс, а предварительная разминка.

"Поеду-ка я домой, – решила Лариса. – Обрадую Алешку. Это самый главный и самый любимый мужчина в моей жизни".

Как всегда, её приходу все обрадовались. Алешка висел на шее и требовал новых анекдотов, гувернантка сына приветливо улыбалась, Дон вилял хвостом, сопел и лизал руку. Миша тоже вышел из своей комнаты, стоя чуть поодаль и с улыбкой глядя, как все домашние встречают Ларису.

Алешка с Леной ушли к себе заканчивать уроки. Она подошла к мужу и обняла его.

– Ты сегодня рано. Устала? – спросил он.

– Нет. С тремя заместителями дел стало поменьше.

– Я рад.

– Ты ужинал?

– Да. Извини, что тебя не дождался, – думал ты придешь поздно.

– Ничего, родной, все правильно. Я же все равно не ужинаю. Просто бы за компанию с тобой посидела. Как у тебя дела?

– Хорошо.

– Отлично! У меня тоже.

Муж ушел к себе работать, а Лара прошла в ванную.

"До чего же дома хорошо! – думала она. – Великое дело – семья! Как же несчастны те, кто сегодня с одним, а завтра с другим, ни к кому не привязываются, никого не любят, и их никто не любит. Нужно срочно помочь Алке устроить личную жизнь. Может, и мне доведется стать крестной матерью. Так люблю маленьких... От младенцев чудесно пахнет... Может, и мне родить второго? А что? Это идея! Тридцать пять лет для второго ребенка нормально. Я всегда мечтала о дочери. И Казанова так просил родить ему дочку... Но придется обмануть Мишу. Непростое это дело Надо бы хорошенько все обдумать на досуге".

Вся проблема в том, что с мужем уже давно нет сексуальных отношений. Лидия Петровна говорили, что у Миши задержка психосексуального развития, поэтому он любит Ларису платонической любовью, а секс ему не нужен. Если решиться родить от Казановы, тот будет счастлив. Тогда ради алиби придется хотя бы разок иметь интим с мужем. А как же Виталик? Хочется дочку, но столько сразу проблем... "Я не буду об это думать сегодня, подумаю завтра", – как всегда, решила Лариса.

Переодевшись и закончив вечерний туалет, она прошла в комнату сына.

– Лена, можете идти, – отпустила она гувернантку и проводила её.

– Поболтаем, сын?

– Сначала пять анекдотов, – потребовал тот.

– Ну, хорошо. Очень полная женщина приходит к врачу. Он ей говорит: "У вас избыточный вес". "Да понимаете, доктор, я ем немного, но мне приходится доедать за всеми членами семьи – за дочерьми, внуками, мужем, зятьями" "А вы заведите свинью, вы же в деревне живете", – советует врач. "Как, и за ней доедать?!"

– Давай второй.

– Сын приходит из школы: "Мама, с новым годом!" "Ты что, дорогой, сегодня же тридцатое мая!" "А меня на второй год оставили".

– Это я расскажу нашему Лискину, он двоечник.

– Расскажи. Приходит псих в магазин: "Взвесьте килограмм молока". Продавец спрашивает: "Вам как, порезать или куском завернуть?" "Мне все равно – я на велосипеде".

– Это про психов, да? Или абстрактный?

– Про психов.

Алешка все же ещё очень наивный. Хочет казаться солидным, но мышление детское. Ну, ничего, задатки у него есть, да и наследственность нормальная.

– Ученик говорит: "Если директор не возьмет свои слова назад, – я уйду из школы". "А что он тебе сказал?" – спрашивает его приятель. "Вон из школы!"

– Этот я расскажу учительнице.

– Учительницам рассказывать даже приличные анекдоты неприлично. И последний на сегодня. Гуляют отец и сын. Мальчик говорит: "Папа, смотри, птичка!" Отец отвечает, вытирая лысину: "Это не птичка, это летающая корова!".

Алешка рассмеялся.

– Ну, а теперь расскажи мне о своих делах, благо ещё время есть.

Каждый день бы так. Спокойный вечер с сыном, никаких проблем. Обычная жизнь. Может, это и есть счастье?

Пятница, 16 марта.

С утра Лариса созвонилась с подругой.

– Алка, Виталик просится поехать с нами на Наткину дачу.

– Да зачем? Если Натаха будет плохо себя вести, я её успокою одной левой.

– Думаешь, мы сами управимся?

– Запросто. Присутствие мужика только все испортит. Устроим девичник и создадим уют, спокойную доверительную атмосферу. Думаю, Натка расслабится и сама все нам расскажет.

– Тогда я позвоню Виталику и дам отбой. Встречаемся в два у Склифа?

– Давай в половине второго. Вдруг эта мартышка от нас ускользнет.

– Ладно. До встречи.

Сегодня у Лары не было переговоров. Она заехала в офис своей фирмы, подписала документы, дала задания своим заместителям, позвонила Виталию и убедила его, что ему не стоит ехать, сделала ещё несколько звонков и в половине второго была у центральных ворот больницы. Алла её уже ждала и махнула рукой, показывая, что можно проехать на территорию. Сегодня они уже не прятались, поставили машины перед входом и вошли в здание.

– Сначала давай зайдем к Виктору Павловичу, – предложила Лариса.

– Давай, – согласилась Алла. – По-моему, тебе просто хочется увидеть симпатичного доктора.

– Хочется, – призналась Лара.

– Во дает, подруга! Позавчера с одним красиво отдыхала, вчера с другим в койке валялась, теперь решила и доктора охмурить. А ещё и Казанова в Штатах, небось, каждый день названивает, как соскучился и мечтает стиснуть тебя в объятиях.

– А почему бы и нет? – улыбнулась Лариса. – Мне все они нравятся. Почему я должна быть только с одним, когда столько классных мужиков рядом?!

– А может, мне с доктором романчик закрутить? Мужичок он ничего, мне тоже понравился. Отдашь?

– Бери.

– Нет, ты на полном серьезе?

– Дорогая, отдаю его тебе со спокойной душой, – преувеличенно серьезным голосом произнесла Лара. – Знаю, что попадет в хорошие руки. Да и тебе не мешает развлечься.

– Ну, мать... Я знала, что ты баба благородная, но чтоб мужика уступить подруге...

– И хлеба горбушку и ту пополам, – пропела Лариса известную песню боевой комсомольской юности.

– Ага, тебе половина, и мне половина, тебе полстакана, и мне полграфина, – на тот же мотив подхватила Алла.

– Бери весь графин, мне не жалко.

– Спасибо, подруга. Век не забуду твоей доброты.

Но Виктора Павловича в отделении не оказалось. Медсестра сказала, что он уехал на конференцию.

– Не грусти, подруга, ещё не вечер, – успокоила её Лариса. – Раз уж ты на него запала, то своего добьешься.

– Точно! Если уж я что решил, – так выпью обязательно. Все равно он будет мой.

Они предупредили медсестру, что приехали за Пантелеевой, и прошли в палату Натки. Та сидела на своей кровати в больничном халате. Маленькая, худенькая, жалкая, растерянная. Не мытые неделю светлые волосы обвисли неряшливыми сальными прядями. Видно, у неё не было щетки для волос, и она всю неделю даже не причесывалась. Судя по всему, ей совершенно наплевать на свой внешний вид. Лицо без макияжа было бледным, осунувшимся и постаревшим.

– Привет, девочки, – вяло произнесла она без улыбки.

– Привет, – бодро отозвалась Алла. – Чего сидишь, печалишься? С вещами на выход! – как говорят в некоторых казенных учреждениях.

– Да мне ещё мои вещи не принесли. Говорят, их следователь забирал. Не знаю, вернул ли.

– Вот черт! А мы не додумались тебе чего-нибудь привезти... Может, тебя в одеяло закутать да в тачку? Или прямо в этом халате умыкнуть?

– Я не знаю, что делать...

Вот ведь бедолага! Сидит несчастная и ждет у моря погоды. Даже не поинтересовалась у сестры-хозяйки, привез ли следователь её вещи. Да и матери или сестре могла бы позвонить, ведь ещё вчера знала, что её выписывают. Наверняка и в больнице Натку никто не навещал – на тумбочке пусто, никаких пакетов рядом с кроватью нет. А если бы подруги за ней не приехали? Так бы и сидела, ожидая неизвестно чего? Тяжело жить без мозгов, когда нет возможности продумать свое будущее хотя бы на день вперед.

– Может, я к тебе домой сгоняю, привезу что-нибудь из шмоток? предложила Алла.

– У меня дома ремонт, там все вверх дном, ты ничего не найдешь.

– Так где ж ты сейчас живешь?

– Жила у мамы, пока отец лежал в психбольнице. От водки лечился. Теперь он выписался, я к ним не поеду. Поживу на даче, пока в моей квартире ремонт закончится.

– Нам-то свою дачу покажешь?

– Покажу.

Вот хитрая Алка! Совершенно естественно напросилась к Натке на дачу, а Лара ломала себе голову, как бы это сделать, чтоб не выглядело нарочито. У подруги же получилось вроде бы случайно, и Натка ни о чем не догадалась.

– Тогда мы прямо туда и рванем, – хитрющая Алка продолжала гнуть свою линию. – У нас с Ларкой сегодня свободный день, можем посвятить его развлечениям. Отдохнем на твоей дачке, расслабимся. Погоды нынче стоят отличные.

– А в чем же я поеду? – перевела на не растерянный взгляд Натка.

– Не боись. Сейчас узнаю про твои вещи, а если их нет, то накинешь мой плащ, а я в костюме до машины дойду. На даче-то у тебя одежда есть?

– Есть.

– Тогда порядок. А тачка твоя где?

Алла делала вид, что не в курсе, хотя прекрасно знала, где машина Натки. Виталик же говорил.

– Следователь сказал, что на посту ГАИ недалеко от дачи.

– Она на ходу?

– Вроде, да.

– Забрать её можно?

– Не знаю.

– Ничего, заедем туда по пути и на месте разберемся. Тебе ж без тачки нельзя. Как ты будешь с дачи в Москву ездить?

– Спасибо, девочки, за помощь.

– Не за что. Мы и дальше тебе поможем. С нами не пропадешь.

Похоже, Натка полностью доверилась инициативной Алке и согласна на все. Доверительный контакт есть, как говорит Лидия Петровна. Значит, Алка её разговорит.

– У тебя на даче есть, что пожрать?

– Не знаю, может, в холодильнике что осталось.

– Ладно, заскочим в супермаркет, накупим всяких вкусностей. Тебе, небось, обрыдла местная кормежка?

– Да я почти не ела.

– Ладно, калории тебе не помешают, – бодро заверила Алла. – Надо же подкрепить больной организм.

В палату вошла сестра-хозяйка и принесла вещи Натки. Светлое пальто спереди было заляпано бурыми пятнами, костюм тоже. Не сговариваясь, подруги решили ни о чем не расспрашивать Натку. Та даже не обратила внимания, что её одежда в пятнах засохшей крови. Пока она переодевалась, Алла быстро свернула её перепачканное пальто, чтобы не таращились прохожие, скинула свой плащ, набросила его на плечи Натки, подхватила её сумочку и скомандовала:

– Пошли!

Забрав у старшей сестры выписку из истории болезни Натки, они вышли на улицу.

Бывшая одноклассница была почти на голову ниже рослой Аллы и полы плаща волочились по земле. Шедшая сзади Лариса подхватила их – на тротуаре были лужи. Натка даже не обернулась.

"Какая-то она вялая, явно не в себе, – подумала Лара. – Лидия Петровна права, надо бы ей в психбольницу, пусть бы психиатры за ней присмотрели".

– Садись в мою машину, – предложила она, взглядом дав понять подруге, чтоб не лезла с встречным предложением. – В моей места больше. Ты мне будешь дорогу показывать, а Алка следом поедет. По дороге будем останавливаться у постов ГАИ, поищем твою тачку.

Они заехали в супермаркет за продуктами. Натку оставили в машине, да та и не горела желанием их сопровождать. Сидела расслабленная, отрешенно глядя в одну точку. Лара от души пожалела её. Хоть и бестолковая, но понимает же, что над её головой собираются грозовые тучи. Призадумаешься тут!

Ладно, пусть пока посидит. Как только Натка все расскажет, они с Алкой придумают какой-нибудь выход. Можно успокоить Натку, что их психиатр поможет.

Верная боевая подруга набрала целую тележку разноцветных упаковок.

– Да куда столько продуктов? – ахнула Лариса.

– Натке пригодится, она же на даче жить собирается, а мы даже не знаем, есть ли у неё деньги. Может, этот пострел Марик все у неё выгреб. Кстати, надо оставить ей бабулек. А мы сегодня устроим себе праздник живота. Когда я голодная, то все готова купить. В магазинах редко бываю, а здесь такие упаковки яркие, хоть попробую, что за зверский витамин. Ты же знаешь, я готовить не умею, питаюсь либо в ресторанах, либо всякой сухомяткой, которую мне Толик тащит. А чего мужик купит – сама понимаешь.

– А он тебе и домой привозит продукты?

– А то? Не самой же бегать по магазинам.

– Здорово ты приспособила бывшего бандита.

– Ничего, это ему только на пользу, меньше дури в башке будет. Пусть привыкает вести домашнее хозяйство – пригодится, когда женится. Я ещё не теряю надежды его женить.

– Разве твоя экономка не закупает продукты?

– Раньше это была обязанность хазбенда, а я ещё не привыкла к безмужней жизни. Но теперь придется озаботить экономку, а то испорчу себе организм сухомяткой или похудею, чего доброго. Ты же знаешь, толстые люди добрее худых. Если я стану худая и злющая, то советую всем прятаться в укрытие! Всех урою!

Лариса рассмеялась. Конечно, подруга немного рисуется и даже перед ней играет маленький спектакль, но Алка не была бы Алкой, если бы вела себя иначе. Даже трудно себе представить, что она избавится от своих хохмочек, будет говорить благовоспитанные речи.

Может, не стоит разубеждать её играть привычную роль? Ведь, в сущности, игра Алки никому не причиняет вреда. С ней всем интересно. Веселая, никогда неунывающая, острая на язык. Болтушка, правда, каких свет не видел, но где вы видели неболтливую женщину?

Подруги докатили тележку до Лариного "Мерседеса", загрузили пакеты в багажник и тронулись.

Наткину машину нашли быстро. У неё оказалась "Вольво". Лара удивилась, почему та выбрала такую "неженскую" марку, но расспрашивать не стала. Та сидела как неживая, даже не вышла из машины, чтобы поучаствовать в разговоре.

Сотрудники ГАИ не хотели отдавать машину без постановления следователя, но Алла сумела с ними договорится, сунула зеленую купюру, и проблема решилась.

Наташа пересела за руль своей "Вольво" и маленькая кавалькада тронулась в путь. До дачи доехали без происшествий. Алла дисциплинированно ехала за "Мерседесом" Ларисы и даже сохраняла положенную дистанцию.

На даче было тепло, видимо, в прошлый приезд хозяйка оставила включенным отопление. Натка переоделась в спортивный костюм, предложила дачную одежду и Алле с Ларой, но те отказались.

Остаток дня и вечер прошли без особых неожиданностей. Хозяйка провела гостей по дому, показала комнаты для гостей, но выше второго этажа подруги не поднимались – Ната с сожалением сказала, что третий и четвертый этаж ещё не закончены. В подвальном этаже была бильярдная и сауна. Предполагался и подземный гараж, но он тоже ещё не отделан.

Подруги восхищались, ахали и поздравляли хозяйку с удачным приобретением, многозначительно переглядываясь за её спиной.

Потом они погуляли по лесу и вернулись в дом, не встретив по дороге ни души. Натка достала двухлитровую бутыль с черносмородиновой наливкой, невесть каким образом оказавшейся на даче.

"Во дворе кусты смородины не растут – из чего и кто сделал наливку? удивлялась про себя Лариса. – Вряд ли Натка купила ягоды на рынке, чтобы показать себя рачительной хозяйкой...".

Всю жизнь Наталья жила, как перекати-поле, не имея собственного угла. Хотя... Может быть, ей уже так надоело скитаться, что обзаведясь собственным домом, она решила наверстать упущенное. На это-то её интеллекта хватит. Некоторые женщины, много лет жившие по чужим углам, в общежитии или коммуналке, получив отдельную квартиру, чуть ли не ежедневно вылизывают её до блеска. И все же это не очень вяжется с характером Натки.

За ужином под пустопорожний треп о том, о сем, три дамы "уговорили" всю наливку. Когда хозяйка, убрав со стола пустую бутыль, поставила её на пол рядом с мойкой, Лара обратила внимание, что там уже стоит точно такая же. Видимо, её выпили Марик с Наткой. Или кто-то другой?

Ната по-прежнему была вялая, какая-то полусонная. Часов в девять, когда подруги, постоянно переглядываясь, пришли к молчаливому согласию, что доверительная атмосфера достигнута, хозяйка стала откровенно зевать.

– Давайте спать, девочки, что-то меня совсем сморило, – с трудом сдерживая очередной зевок, предложила она и не дожидаясь ответа, ушла в свою спальню.

– Я вообще-то ночевать здесь не собиралась, – растерянно проговорила Лара.

– Да и я тоже, – согласилась Алла. – Когда затевала все это, почему-то думала, что все быстро получится. Приедем на дачу, все выясним и обратно умотаем.

– И что нам теперь делать?

– Снять штаны и бегать! – отпарировала Алла. – Раз мы встряли, надо доводить дело до конца.

– Тогда я позвоню домой и Виталику.

Лариса достала из сумочки телефон и набрала номер. После нескольких длинных гудков она заволновалась: а вдруг Миша не услышит звонок? Он же работает в своей комнате, а телефон стоит в кабинете. Квартира большая, муж может и не услышать. Она насчитала двадцать гудков, нажала отбой и снова позвонила. На этот раз Миша взял трубку почти сразу.

– Миша, я заночую на даче у Натки, нашей бывшей одноклассницы. Помнишь её – маленькая, худенькая блондинка с голубыми глазами? Да так уж получилось, ей нужна была помощь, попала в аварию. Мы с Аллой сегодня забрали её из больницы, не хотим на ночь оставлять одну. С родителями она не в контакте, больше у неё никого нет. Подежурим возле нее, а утром я приеду. Алешка уже лег? Нет, не говори ему, я утром приеду. Ну, хорошо, до завтра.

– Порядок? – спросила Алла.

– Да. Миша даже почти ни о чем не спрашивал. Лишь удивился, почему мы возимся с Наткой, ведь никогда не дружили.

– А ты про теперешние дела ничего ему не говорила?

– Нет, я вообще стараюсь ему не рассказывать лишнего. И так он за меня волнуется.

Лариса набрала номер Виталия.

– Привет, милый, это я. Прости, раньше не могла позвонить. С половины второго мы постоянно были с Наткой, а при ней звонить не хотелось. Не волнуйся, все в порядке. Она уже легла спать, мы с Аллой на ночь останемся здесь, а утром решим, что с делать подопечной, и по домам разъедемся. Она не хочет в психиатрическую больницу, может быть, я уговорю её постоянно наблюдаться у Лидии Петровны. Да, все мирно-спокойно. Побродили по лесу, подышали воздухом, поужинали, выпили. Нормальное времяпрепровождение на даче. Ты напрасно тревожился, ничего экстраординарного не предвидится. Хорошо, что ты не поехал, мы посидели, потрепались о своем, о девичьем. Обстановка вполне доверительная, но не стоит форсировать события. Натка отдохнет, выспится и завтра на свежую голову мы втолкуем ей, что хотим помочь. Надеюсь, она все расскажет. Спокойной ночи, милый, завтра я позвоню.

Убрав телефон в сумочку, Лара посмотрела на подругу.

– Что будем делать?

– Устроимся в гостиной и будем спать по очереди, мало ли что. Дежурим три часа, потом сменяемся. Кинем жребий, кому спать, а кому Наталью караулить. Она какая-то странная, вдруг что-нибудь выкинет?!.. Мы должны знать, что было в ту пятницу. Вот и будем зрителями, если она надумает все повторить.

– Давай вначале я подежурю, – предложила Лариса. – Время ещё детское, я так рано никогда спать не ложусь, все равно не усну. Углядела к шкафу томик Гарднера, могу с ним хоть до пяти утра просидеть. Мне, сове, это запросто. А вот рано лечь и рано встать – проблематично.

– Идет, согласилась Алла. – А как начнешь носом клевать, – растолкай меня.

Не раздеваясь, она легла на кушетку, укрылась пледом и мгновенно уснула.

"Вот ведь нервы! – в который уж раз восхитилась Лара. – Даже под обстрелом преспокойно заснула бы".

Взяв с полки сборник детективов любимого писателя, она забралась с ногами в кресло и заглянула в оглавление. Так, роман "Дело о светящихся пальцах" точно не читала. Отлично. С хорошим детективом можно и до утра просидеть. Спать, вроде, совсем не хочется. Да и вряд ли она уснет в чужом доме. Но уже на тридцатой странице Лариса стала засыпать и чуть не выронила книгу.

"Что это со мной? – удивилась она, потирая виски. – То ли устала, то ли сказывается нервное напряжение... Алке-то хоть бы хны, ищет приключений, а я опять иду у неё на поводу. Ну, зачем я согласилась на эту авантюру и поехала сюда? У меня дома сын, муж, меня ждет любовник, а я сижу в чужом кресле неизвестно зачем... На нервной почве даже макияж забыла смыть. Никогда со мной такого не было. Пойти, что ль, на кухню и умыться? Но ни смывку, ни крем с собой не захватила, а от воды кожу стянет".

Встав, чтобы немного размять затекшие ноги, Лариса вдруг почувствовала, что они её плохо слушаются. Во всем теле слабость, а ноги, как ватные. Она снова села.

"Может, наливка у Натки такая крепкая, и я опьянела? Эти домашние заготовки неизвестно как делаются. Вроде бы, совсем слабенькая, а в ноги ударила. И сонливость непривычная... А может быть, Натка туда что-то намешала?"