Текст книги "Меня ему продали (СИ)"
Автор книги: Дилноза Набихан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)
Скинув халат и сорочку, что была под ним, я встала под струи воды. Не хотелось больше жалеть себя и заниматься самобичеванием. Можно было сколько угодно сокрушаться о своей доле и думать о том, как бы сложилась моя жизнь, если бы я тогда не пошла с Алисой в подпольный клуб и не встретилась там с ним. Если бы после он не спас меня сначала от хулиганов, а после от мерзкого мужчины, которому была должна Эмине. Возможно, я была бы где-то уже под землёй, ведь точно не смогла бы пережить такого позора.
Я так глубоко ушла в себя, что и не заметила, когда перестала быть одна. Испуганно повернув голову, когда створка душевой кабинки открылась, увидела на пороге мужа. Он был без одежды и занял собой всё пространство. Волнуясь, я не могла отвести от него взгляда.
Самрат словно знал, какую имело надо мной власть его обнажённое тело. И вот он закрыл дверь, отрезая путь к свободе. «Разве не этого ты хотела недавно?» – пришла ко мне мысль, полная иронии. Я сглотнула, наблюдая за ним, пока муж не оказался рядом. Его грудь коснулась моей спины, а в поясницу мне упёрся возбуждённый до предела член.
Инстинктивно упёршись руками в стену, я подалась назад, когда крепкие руки Самрата легли на мою талию, медленно поднимаясь по ней выше. Накрыв ладонями мне грудь, соски которой ощутимо напряглись и затвердели, он слегка помассировал ту, а затем скользнул пальцами вниз. Те быстро и уверенно нырнули мне между ног, со знанием дела лаская клитор. Не прошло и минуты, как я ощутила возбуждение. Оно ударило волной, а в мигом животе образовалась приятная тяжесть.
Мгновение, другое – и муж резко дёрнул меня к себе. Я вновь прикоснулась спиной к его груди и охнула. С нас медленно стекала вода. В тесном помещении душевой кабинки неожиданно стало душно и очень жарко.
– Самрат, – вздохнула я, а потом из моей груди вырвался стон, когда два его пальца, средний и указательный, вошли в меня, а остальные продолжили ласкать клитор.
Мне хотелось свести бёдра вместе, чтобы прекратить эти мучения, но не удалось. Я была в полной власти мужа, который играл на моём теле, как на музыкальном инструменте. И, сдавшись на его милость, широко развела ноги, чтобы он мог продолжить то, что делал.
Упёршись затылком ему в плечо, я ухватилась руками за его ладонь, которая играла с моими сосками, подставляя шею под поцелуи.
– Мне остановиться? – донёсся до меня, будто сквозь вату, голос моего мужчины.
Я в ответ так яростно затрясла головой, что брызги воды полетели в разные стороны. И его пальцы неожиданно остановились внутри меня, срывая с моих губ возмущённый стон. Да, стон был именно возмущённый, потому что я уже собиралась кончить. И Самрат, получается, лишил меня удовольствия.
Только вот я поздно поняла его задумку.
– Нет, не останавливайся, пожалуйста, – позорно попросила, ощущая, как к щекам прилила кровь. И была благодарна тому, что он не видел этого.
Вскоре я забыла о стыде, стоило его пальцам внутри меня продолжить уверенные движения. И так же, как в прошлый раз, муж подарил мне оргазм и только потом толкнулся в меня своим каменным членом, растягивая моё наслаждение. В нём больше не угадывалось того нежного Самрата, который был в мой первый раз. Он сразу задал жёсткий и быстрый темп, крепко удерживая меня за бёдра и раз за разом насаживая меня на себя.
Мои стоны, его хриплое дыхание и шлепки наших тел – всё смешалось. Новый оргазм настиг меня так неожиданно, что я могла свалиться там же, прямо у ног мужа, но он не позволил этому произойти. Самрат присоединился ко мне где-то через минуту, брызнув горячей струйкой спермы на мою поясницу, а вода, что лилась сверху, сразу же смыла её.
Стоило ему отстраниться, как ко мне вернулась ясность разума. И всё, что я испытывала, было жгучим стыдом. У меня появился ворох вопросов к себе. Бросив быстрый взгляд в сторону мужчины, я ополоснула тело, а потом выбежала из душа, как ошпаренная.
«Не стоило нам с Самратом мыться вместе», – преследовала меня мысль.
Нет, я стыдилась не того, что между нами случилось. Отчасти, подобное тоже имело место быть, но сам факт, что я вела себя, как падшая женщина, отдавшись ему в душе, вгонял меня в краску. Я всегда считала, что близость мужчины и женщины, вне зависимости от того, кто они друг другу, должна происходить только в спальне. В кровати. А то, что случилось в душевой кабинке, казалось мне до ужаса неправильным.
Высушив волосы и одевшись, я пошла в кухню. Мне стоило заняться завтраком, чтобы хоть как-то прийти в себя. Я и не думала, что могла застать Самрата в постели. И не предполагала, что он мог так быстро проснуться, из-за чего я не только не успела искупаться, но и что-нибудь приготовить. Вспомнив о мытье, я в который раз ощутила, как к щекам прилила кровь. Следовало что-нибудь делать со своей реакцией на мужа, причём поскорее.
В спешке оглядевшись, я решила приготовить на завтрак несколько яиц и подать их с кофе. Когда собиралась позвать Самрата, в дверь неожиданно позвонили. В такое раннее утро мы точно никого не ждали, поэтому я немного удивилась.
«Надеюсь, это не Эмине. Не хотелось бы ещё больше усугублять с ней отношения», – подумала я, но ошиблась. За дверью стоял молодой парень и держал в руках пакеты, от них вкусно пахло свежей выпечкой. У меня моментально потекли слюнки.
– Извините, а вы не возьмёте это? – нетерпеливо и недовольно спросил парень.
– Э-э, извините, но мы ничего не заказывали, – растерянно отозвалась я.
– Вроде пришёл по верному адресу. Заказ был сделан на имя Самрата Алайдарова, полчаса назад, – произнёс курьер, и тогда я вовсе запуталась.
– Да, это его дом, но мой муж…
– Спасибо, дальше мы сами. – Я и не услышала, как Самрат подошёл сзади, чтобы взять пакеты из рук парня. Потом он дал ему чаевые и, как ни в чём не бывало, закрыл дверь.
Глава 24
Ясмина
– Спасибо, дальше мы сами.
Самрат вёл себя странно… Так, будто бы ничего между нами и не случилось. И мне, вместо того, чтобы испытывать к нему благодарность за это, стало даже немного обидно.
Пока я была в душе, он заказал нам на завтрак свежие и ещё горячие круассаны, попутно приготовив кофе. Выйдя на кухню, я посмотрела на стол, где стоял завтрак, приготовленный мной, и с трудом сдержала улыбку. Забота мужа подкупала, хотя мне и было немного жаль собственных сил, потраченных на приготовление еды.
Удивительным было то, что мы с Самратом завтракали так впервые за последние несколько дней. Домашняя обстановка и устроенный его руками сюрприз в виде вкусной выпечки – наш завтрак стал едва ли не самым прекрасным, что случалось в моей жизни. За столом мы не разговаривали, хотя муж и наблюдал за мной краем глаза, ведь едва я собралась налить себе ещё чаю, как он опередил меня и сделал всё сам. Это было приятно, однако мне не хотелось думать, что Самрат делал всё ради того, чтобы я быстрее к нему привыкла, и у него был постоянный доступ к моему телу.
Пусть мы с ним и прошли этот этап, и он предупредил меня, что ему не плевать на мои чувства, некоторые опасения у меня ещё оставались. Впрочем, постепенно я начинала не только его уважать, но вроде бы переставала бояться. Теперь, когда мы постепенно сближались с ним, узнавая друг о друге всё больше, понятие «близость» относилось уже не только к постели. Секс стал не главным. Ну или, по крайней мере, мне так хотелось верить.
После завтрака мы затеяли небольшую уборку, плавно перетёкшую в грандиозный субботник, пусть и по календарю был только четверг. Совместные дела показались нам неожиданно увлекательными, поэтому время словно бы полетело вперёд. Самрат хоть и выглядел, как типичный альфа-самец, который никогда не стал бы пылесосить или мыть посуду, но на деле он показал себя весьма хозяйственным и внимательным.
Честно говоря, я всё ещё не знала, почему он пропал на четыре года и не искал меня. И почему Самрат буквально навязал мне брак, едва мы с ним только встретились. В моей голове вертелось столько вопросов, но ни на один не находилось дельного ответа. Я смотрела на мужа, пока он передвигал мебель, чтобы мы могли подмести пыль и помыть пол под той, и не понимала, что с ним могло произойти.
Пропылесосив и полив одинокий кактус, стоявший на подоконнике, мы стащили с дивана и кресел чехлы, которые незамедлительно отправили в стирку. Застелив их чистыми простынями, чтобы ненароком не испачкать бархатную оббивку во время уборки, перестелили постель и принялись возвращать мебель на место.
Вновь в какой-то момент остановившись глазами на муже, я оценила то, как по-домашнему он выглядел. На нём были серые штаны, севшие на него, как вторая кожа, и белая футболка. Одежда очерчивала эффектную фигуру Самрата, подчёркивая его накачанный торс и бёдра. Я буквально залипла, побросав все дела и неожиданно вспомнив вопрос той женщины из салона, что делала мне свадебную причёску. Кажется, она интересовалась, красив ли мой муж. Пожалуй, теперь я могла бы ответить на её вопрос без колебаний.
Да. Самрат определённо был красавчиком. И, хотелось верить, настоящим мужчиной.
Время пролетело быстро, день сменила ночь, из секунд складывались часы и минуты, а потому я и не заметила, как прошло несколько недель. В нашей жизни всё стало относительно спокойно и тихо. Не было больше неприятных сюрпризов в виде его младшего брата или моей злобной мачехи. Мы наконец-то начали жить в мире и гармонии друг с другом, по-прежнему привыкая друг к другу, часто смеясь и рассказывая что-нибудь о себе.
В какой-то момент мне отчаянно захотелось встретиться с Арифом. Я очень соскучилась по нему, а Самрат только поддержал меня, не видя в этом абсолютно никаких проблем. Прошло от силы полтора часа, когда мы всё обсудили, и он устроил нам встречу. Просто взял и привез моего братика домой, каким-то образом воздействовав на Эмине.
Ариф не побоялся идти одному с незнакомцем. Он вообще держался молодцом, упираясь и не желая, чтобы я тискала и целовала его при Самрате. Мальчишка так расхрабрился, что самостоятельно купался и мыл руки каждый раз, когда мы собирались сесть за стол. Раньше он делал всё это исключительно со мной, поэтому мне не верилось, что брат научился справляться без моей помощи.
В тот день Ариф остался ночевать у нас. Только пришлось его взять в нашу постель. Это была первая ночь, когда мы с Самратом просто спали, не занимаясь сексом. В таком плане мой муж оказался практически ненасытным, и в него всегда будто бы бес вселялся.
Наступил конец лета. Жаркий август постепенно сменился прохладной и ранней осенью. Вечерами становилось холодно, поэтому сидеть на террасе и наблюдать за городом я больше уже не могла. Самрат беспокоился о моём здоровье и пораньше утаскивал меня в спальню, где удерживал вплоть до утра. Несколько раз он приходил домой поздно и с синяками на лице, но я ни о чём не спрашивала, хотя и страшно переживала за него.
И в один из дней муж усадил меня в машину и тронулся с места, упорно промолчав всю дорогу. Он не говорил, куда мы ехали. Просто загадочно улыбался на все мои вопросы и каждый раз, когда мы останавливались на светофоре, срывал с моих губ поцелуи.
– Это… Это же… – Едва наш автомобиль затормозил, то я, не веря глазам, закрутила головой, пытаясь рассмотреть такой знакомый мне двор.
Мы стояли прямо перед воротами университета, в который мне довелось когда-то ходить, но где не удалось проучиться и хотя бы один семестр.
– Что мы здесь делаем? – спросила я, когда мои эмоции немного улеглись.
– Когда я говорил, чтобы ты училась и занималась любимым делом, развиваясь как личность, то не шутил, – серьёзно произнёс Самрат, тронув пальцами мой подбородок.
Он не позволял мне опустить голову или отвернуться, а мне же хотелось плакать от счастья. Я не верила собственным глазам!
– Но…
– Это не обсуждается, Ясмина, – непреклонным тоном прервал меня муж. – Я уже говорил тебе, что мне не нужна слабая и зависящая от моих решений или меня женщина. Мне нужна сильная и умная, умеющая ценить в первую очередь себя, а потом меня и нас.
Он смотрел мне прямо в глаза и не позволял прервать наш зрительный контакт.
– Мы начали неправильно, признаю. – Самрат подался вперёд и коротко поцеловал меня в приоткрытые от удивления губы. – Я не знаю, что это, любовь к тебе или простая одержимость. Но я понял за тот короткий период, что мы живём вместе: если ты счастлива и улыбаешься, мне приятно. И я просто счастлив, если являюсь причиной твоей радости.
Затаив дыхание, я выслушала его, вслушиваясь в столь необычное для меня признание. Каждое его слово, каждая произнесённая им буква казалась чем-то поистине волшебным, как если бы все мои мечты могли исполниться прямо здесь и сейчас.
И меня прорвало.
Я заплакала, закрыв лицо руками и позволив мужу обнять себя. По большому счёту, я и не помнила, когда мне говорили что-то такое. Последним человеком, которому была небезразлична моя судьба, являлась мама. Только она одна любила меня. Может, отец тоже любил меня, пусть и по-своему, но этого я так и не узнала.
Слова Самрата, такие простые и искренние, сделали гораздо больше, чем недели нашей совместной жизни. Я понимала, что окончательно и бесповоротно впустила его в своё сердце, желая добиться такой же ответной любви, что в тот момент ощутила к нему.
«Одержимость – плохая вещь, но в разы хуже, когда ты действительно любишь и боишься открыто в этом признаться. Остаётся надеяться, что он испытывает ко мне гораздо большие чувства, чем одна страсть», – размышляла я, скрывая лицо в пиджаке мужа.
Глава 25
Ясмина
– Хорош уже ныть, женщина, – наконец произнёс муж, молчавший до этого. – Я сделал всё для того, чтобы ты тут плакала, что ли?
Его голос был полон нежности. Или мне так показалось?
Фыркнув и не поднимая голову, я быстро утёрла слёзы, стараясь улыбнуться. Самрат умел портить романтику. Что с него было взять? Мужчина – и этим всё сказано!
Отстранилась, я посмотрела прямо ему в глаза. Мне было важно их видеть в момент нашего разговора. И наконец-то стало понятно, почему он не любил, когда я отводила взгляд.
– Я правда очень-очень благодарна, – сказала едва ли не по слогам.
Сглотнув, сжала двумя руками его большую ладонь, ощущая исходящее от неё тепло.
– Спасибо, – немного помолчав, шёпотом продолжила я.
В горле у меня образовался комок, к глазам подкатили слёзы, но мне это не помешало. Подняв голову, я несколько раз моргнула, не желая больше плакать.
– Это от радости, – пояснила мужу, когда поймала на себе его хмурый взгляд.
– Раз так, я тогда не буду больше делать вещи, из-за которых ты станешь плакать, – серьёзно ответил он. А я не удержалась и засмеялась, уткнувшись лицом ему в шею.
Нет, Самрат точно не умел быть романтиком.
– Это обычная реакция человека, – пояснила я после смеха, выпрямляясь и выдыхая. – И тут нет ничего зазорного или постыдного. Запомни мои слова. Однажды ты тоже будешь плакать от счастья, и тогда я погляжу на тебя!
Его серебристые глаза сузились.
– И не смотри на меня так. Думаешь, мужчины не плачут?
– Я – нет, – категорично отозвался он.
Мне же не хотелось с ним ссориться или спорить, поэтому я промолчала и взглянула ещё раз на ворота с университетом за ними, не в силах поверить в происходящее.
К слову, Самрат все вопросы с учёбой давно уладил и без моего присутствия. А меня взял, чтобы просто поставить перед фактом. До начала нового учебного года оставалась где-то неделя, но на этом приятные сюрпризы, приготовленные им, отнюдь не заканчивались.
После университета муж отвёз меня в торговый центр, где мы купили мне канцелярские принадлежности и одежду для учёбы, выбрав две блузки и юбки к ним, брюки, красивый костюм, несколько однотонных платьев, туфли и пару сумок. Иным словом всё, что могло бы понадобиться студентке. Я хотела было отказаться от обновления гардероба, но Самрата не интересовало моё мнение по данному поводу. Он купил ровно то, что хотел, горя желанием порадовать меня. Мне же оставалось лишь соглашаться с ним, примерять вещи и крутиться перед ним, чтобы он оценил.
К концу дня я была выжата как лимон. Естественно, что о приготовлении ужина не шло и речи. Мои ноги гудели от усталости, и мне требовалось отдохнуть. Честно сказать, я думала, что Самрату было бы неинтересно в магазине, однако он комментировал каждую одежду на мне, не забывая говорить комплименты и откровенно восхищаться мной. Пожалуй, только в канцелярском бутике он и не участвовал в обсуждении покупок, целиком положившись на меня. Там загорелись уже мои глаза, и я купила много разнообразных ручек, ведь всегда любила их собирать, а от ежедневников же меня нельзя было и оттащить.
Вернувшись домой, мы единогласно решили обойтись без ужина. Правда Самрат, едва ступив на порог, поспешил переодеться и, забросив чистые вещи в спортивную сумку, сразу же ушёл на тренировку. Прощаясь, он велел мне не ждать и ложиться спать без него.
И пусть так было не в первый раз, когда муж оставлял меня одну, я всегда ощущала нестерпимое одиночество после его ухода. Причина подобного была мне неизвестна, ведь раньше я как-то обходилась, живя без Самрата. Наверное, у меня не получилось бы объяснить, почему так происходило. Анализировать свои чувства я отчего-то боялась и, стоило только тем поднять голову, старательно подавляла их в себе. Так было проще, что ли.
И вот теперь тоже происходило такое. Я хотела, чтобы на прощание Самрат поцеловал меня. Нет, не так. Как там говорилось в каком-то фильме? Стоит верно расшифровать свои желания? Так вот, я хотела провожать его на тренировки, ну или куда он там обычно ходил. В крайнем случае – всегда целовать на удачу в губы и просить, чтобы возвращался быстрее. И главное, целым и невредимым. Глупой я никогда не была, а потому отчётливо понимала, чем мой муж рисковал. Там, на ринге, никто не собирался его жалеть. Всё было по-взрослому.
Сев на кухне, я вслушивалась в то, как Самрат шумел, спешно собираясь, поначалу в спальне, а потом и в гостиной. Как он надевал обувь, перекидывал с характерным звуком сумку через плечо. Кусая губы, я была не в силах сдерживаться, играя в холодную принцессу, не могла больше притворяться, что всё хорошо. Хотелось, чтобы он понял: мне не всё равно.
Не выдержав, я поднялась и босиком выбежала к нему, но не успела. Дверь с щелчком закрылась, затем пиликнула сигнализация.
«Всё. Он ушёл. Я не успела. Пока набиралась храбрости, Самрат ушёл», – посетило меня понимание, полное неподдельного огорчения.
Подойдя к двери и прислонившись к ней спиной, я медленно стекла вниз. Слёзы сдержать не получилось. Мне было больно. И ещё я злилась. В первую очередь на себя, дуру, что сомневалась. Вместе того, чтобы идти на контакт, я тонула в пучине нерешительности.
«Могла же, в конце концов, объяснить всё тем, что он – мой муж. Да чёрт возьми, найти тысячи причин, чтобы объяснять свои действия и не выглядеть сейчас такой жалкой идиоткой!» – размышляла я, бессильно уткнувшись лицом в руки.
Не прошло и пяти минут, как дверь вновь открылась. Я не успела отскочить в сторону, поэтому рухнула прямо Самрату под ноги, ударившись локтями о пол. Впрочем, подбородком тоже приложилась порядком. Так, что даже зубы скрипнули неприятно, а во рту почувствовался привкус металла.
«Успела и язык прикусить!» – поняла про себя, сдавленно шипя от боли.
– Ясмина! – раздался надо мной взволнованный голос мужа.
Отбросив сумку, он помог мне подняться, а потом и вовсе взял на руки и, не разуваясь, быстро отнёс в гостиную. Опустив же на диван, Самрат начал меня осматривать.
– Со мной всё хорошо, успела подставить руки. – Мне хотелось его успокоить, хотя я и не знала, как объяснить ему ситуацию.
– А что с голосом? – подозрительно уточнил он, а потом приказал: – Открой рот.
«Нет, ему не нужно всё видеть», – решила про себя, мотая головой и поджимая губы.
– Я нечаянно прикусила язык, когда приложилась подбородком, – немного помолчав, всё же решилась сказать правду.
Самрат явно не поверил и подозрительно прищурился, сидя передо мной на корточках.
– Ты почему вернулся? – взволнованно спросила я.
– Ключи от машины забыл. Точно всё в порядке? И почему ты сидела на пороге? – Он внимательно осмотрел меня, а потом что-то заметил и нахмурился. – Ты плакала?
Коснувшись моей щеки пальцем, муж смахнул с той одинокую слезинку.
– Что случилось? Я вышел всего на три минуты, а ты тут сырость развела. – Вроде бы он говорил без гнева и несерьёзно, но взгляд у него был такой, что кровь в венах стыла. – Ты сама скажешь, кто тебя обидел, или мне придётся клещами вытаскивать каждое слово?
– Ты. – Неожиданно обидевшись на него, я отвернулась.
– Я?
Наверное, со стороны я походила на ту, что могла бы устроить скандал без причины. Сама была в шоке. Не ожидала подобного от себя, но всё же.
– Ты сам говорил, что мы будем постепенно привыкать друг другу, но сам ушёл, даже не поцеловав меня на прощание! – быстро отозвалась в ответ. – Да ты…
Что он там, я так и не договорила, ведь меня прервали самым наглым образом. Точнее, закрыли мой рот самым проверенным способом из всех возможных.
Самрат даже и не стал слушать мою болтовню, уловив самое главное и обхватив меня руками, чтобы резко притянуть к себе. Наши губы встретились, и он, нажав пальцами мне на
подбородок, завладел полностью моим ртом. Я же совсем забыла и о боли, и о прикушенном языке, и о недавней обиде, мгновенно отзываясь на его поцелуй.
– С тобой так трудно, – выдохнул он, прислоняясь лбом к моему.
Глупо улыбнувшись и заметив остаток помады на его губах, я стёрла тот.
– Возьмёшь меня с собой на бой? – спросила в ответ.
– Нет, даже не начинай. Зрелище не из приятных. Это не для твоих глаз, гюнеш.
Так он называл меня нечасто, но в подобные моменты я чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. И сполна понимала смысл выражения «бабочки в животе».
– Я буду ждать тебя. Не засну, пока не увижу целым и здоровым, – вздохнув, сказала я и накрыла пальцами ему губы, когда Самрат хотел было что-то ответить. – И не спорь, пожалуйста. С меня ничего не убудет.
И, пока не передумала, наклонилась и сама поцеловала его.
Глава 26
Самрат
– Что с тобой происходит в последнее время, Самрат? – поинтересовался Евгений, стоя надо мной и зло смотря на меня.
– Ничего. – Отмахнувшись, я поднялся на ноги.
Лежать на матах, конечно, было приятно, но не стоило слишком долго отдыхать.
«Важный бой на носу, а я сам не свой», – пришла ко мне мысль, вынудив шевелиться.
Появление Шаха выбило меня из колеи, перевернув привычный уклад жизни. И теперь я с опаской оглядывался назад, боясь встречи с членами своей семьи.
Неизвестно, что именно меня страшило. То, что отцу было известно, где я и чем жил, или то, что Ясмина стала моей женой? Я знал, что нечто подобное могло случиться. Для Эмира Алайдарова брак его сына с дочерью почившего Карима точно не был выгодным. Даже тогда, когда они между собой решили, что мы должны пожениться, отцу данная идея не сильно пришлась по вкусу. Он не привык, чтобы кто-то ставил ему условия. А тут сам Карим, что в то время почти находился одной ногой в могиле, посмел навязать ему этакую сделку.
Тогда всё для меня казалось занятной игрой. Я не воспринимал Ясмину как женщину, с которой можно приятно провести время. Она в то время была просто зашуганной ланью. К тому же, после того инцидента с поцелуем на балконе, девчонка каждый раз шарахалась от меня, как от огня. Да я и сам заставил себе забыть вкус её губ. Она была не для меня. Несмотря на то, кем являлся её отец, я не желал втягивать Ясмину в подобного рода дерьмо.
– Когда ты в последний раз трахал бабу? – прилетел мне в спину вопрос Евгений.
Решив проигнорировать его, я промолчал, не будучи настроенным на разговоры. Мы оба знали, что во время подготовки к бою такие вещи, как женщины и секс, находились под запретом. Тут важно было не потерять голову, занимая мысли посторонним при работе. Впрочем, я всё равно успешно нарушил эти правила, мгновенно вспомнив о жене.
– Так, на сегодня хватит. Но если и дальше так дело пойдёт, – заговорил приятель через некоторое время, – я сам найду тебе бабу.
Услышав его, я усмехнулся и тяжело опустился на маты. Мне никак не удавалось выкинуть из головы то, что теперь отцу стало известно о моей жизни буквально всё.
– Ты чего так дышишь? Как неженка, ей богу! – не унимался Евгений.
Закатив глаза, я опять ничего ему не ответил и, поднявшись с места, пошёл в душ. Не успел помыться, как зазвонил мобильный. Отключив воду, я вышел из кабинки голышом, поспешив принять звонок. Он к тому времени оборвался, но через несколько секунд вновь нарушил тишину настойчивой трелью. Номер был не сохранён, но я хорошо помнил отобразившиеся на дисплее телефона цифры, пусть и уже более четырёх лет не набирал их.
Под ложечкой у меня неприятно засосало. Появилось нехорошее предчувствие. Первая мысль была отключить мобильник и ни в коем случае не поднимать трубку, но мне пришлось стиснуть зубы и обуздать свою ярость. Как бы я ни был зол на звонившего, именно он дал мне жизнь. Впрочем, именно его отношение и сделало меня таким, каким я стал. Этого было нельзя отрицать. Именно этот человек превратил меня в изгоя!
Пока я боролся со своими демонами, звонок прекратился, однако следом за ним сразу же пришло сообщение. Я не собирался читать его содержимое, но что-то заставило меня посмотреть на экран телефона. И контроль, который мне с трудом удавалось хранить, рухнул. Послышался треск. Это я с силой сжал мобильный в руке, отчаянно пытаясь сдержаться.
Не потрудившись протереться полотенцем, я натянул вещи на мокрое тело и выскочил из душевой комнаты. Евгений, который пытался остановить меня, что-то кричал за моей спиной, но я совершенно не слушал его. Все мои мысли теперь занимало совсем другое. Мужчина, который считался моим отцом, сегодня перешёл-таки все границы.
Выбежав на улицу, я запрыгнул в припаркованную у обочины машину. До посёлка, где жила моя бывшая семья, было где-то полтора часа. Если учитывать пробки, то чуть больше.
Сжимая руль побелевшими от напряжения пальцами, я вновь и вновь прокручивал в голове то, что узнал. Ясмина была у них. Я отчётливо представлял себе её, напуганную и беспомощную, ждущую меня где-то там.
Как? Как я мог не подумать об этом? Ведь знал, что отец мог пойти на всё, лишь бы добиться своего. В данный момент его целью являлся я. Забавная ирония, однако он вспомнил обо мне в кои-то веки, решив использовать в каких-то тёмных делишках. И я не знал, что ему могло понадобиться от моей женщины. Чего он этим добивался?
Пока не доехал до места, я нарушил все мыслимые и немыслимые правила, собрав целую коллекцию штрафов. Впрочем, мне не было вообще до этого. Я желал как можно увидеть Ясмину и убедиться, что никто не причинил ей зла.
Не успел я выскочить из машины, резко затормозив у дома родителей, как рядом материализовалась охрана. Они переговаривались по рации и не пропускали меня. Я злился, рвался вперёд, но меня держали, словно чужого. И, как бы прискорбно не звучало подобное, именно таковым я там и являлся. Причём это случилось не четыре года назад, когда меня вычеркнули из семьи, а именно сегодня. В тот момент, когда отец посмел тронуть мою жену.
– Эмир Алайдаров! – сорвался у меня с губ выкрик, раздирая горло.
Наверное, в тот момент я больше походил на зверя, чем на человека. Дикого. Злого.
– Эмир Алайдаров!
Я был готов зарычать. Сердце в груди отбивало чечётку. Мне было страшно. И вовсе не от предположений того, что он мог сделать с Ясминой, а от собственных мыслей. Они буквально пожирали меня изнутри, равно как и страх больше не увидеть любимую.
На мои крики вышли домочадцы. У всех на лицах был написан самый настоящий шок.
– Эмир Алайдаров, хватит скрываться в доме! Выйди или дай мне пройти внутрь! – кричал я, пытаясь увидеть среди вышедших лицо гюнеш.
Впрочем, вместо этого наткнулся глазами на другое. Тоже родное, морщинистое и с добрыми глазами. Я ещё помнил, насколько могли быть тёплыми её объятия, дарующие чувство надёжности и безопасности, которого у меня не было уже очень давно. С тихим ужасом на меня взирала моя собственная мать, прикрыв рот ладонью. Пожалуй, она действительно боялась за меня. Переживала, что отец мог что-то мне сделать.
– Что за цирк ты тут устроил, щенок? – словно в ответ моим мыслям, раздался властный и холодный голос последнего, в котором так и сквозили нотки надменности.
Подняв голову, я увидел его, замершего на ступеньках и будто бы возвышавшегося над всеми нами. Он стоял у террасы и взирал на меня как на насекомое, которое легко раздавить.
– Прикажи своим псам, чтобы они впустили меня! – в тон ему отозвался я.
Мне не хотелось пресмыкаться перед ним, виляя хвостом и прислуживая с открытом ртом. «Такого больше не будет», – преследовала меня мысль.
– Я пришёл за своей женой!
– За женой? – Этот мерзкий человек усмехнулся и медленно спустился по лестнице.
Я отслеживал каждый его шаг и буквально кипел от бессилия.
Прошло много лет, но отец по-прежнему вызывал это отвратительное чувство. И я действительно ненавидел, когда испытывал слабость перед ним.
– Здесь нет ничего твоего, щенок, – поравнявшись со мной, процедил он с плохо скрываемым злорадством. – Здесь нет твоей жены.
Услышав последнее, я даже на миг растерялся. Подумал, а может, мне почудилось то сообщение? Или я не так его понял? Но нет. Ошибки тут не было. Это я точно знал.
– Хватит, Эмир, – раздался внезапно совершенно другой голос.
Голос, который я не ожидал вообще услышать.
Мы с отцом одновременно взглянули на мою мать, которая с гневом смотрела на нас.
– Хватит уже тиранить Самрата!
– Заткнись, Хатидже!
– А что? Заставишь извиниться? – На моей памяти это был первый раз, когда она давала такой отпор. Прежде мать всегда оставалась послушной, не смея перечить мужу. – Ты можешь заткнуть меня, но я не позволю тебе рушить жизни наших детей. Брак – это не бизнес. Ясмина теперь жена Самрата, твоего первенца. Невестка в этом доме. Она не вещь, которую можно отдать другому лишь потому, что ты не получил с неё никакой выгоды!
От её последних слов моё сердце рухнуло куда-то вниз.
– Где Ясмина? Что вы с ней сделали?! – нервно спросил я, сжимая кулаки.
– Она в комнате Ихсана.
И тут внутри у меня всё оборвалось.
Не медля больше ни секунды, я рванул внутрь дома. Отыскать нужную комнату было нетрудно. Ихсан являлся внебрачным сыном моего дяди, что умер ещё до его рождения. И верным псом моего отца. А ещё он был откровенным садистом, что обожал унижать женщин.
Не успел я добраться до комнаты, как услышал доносящиеся оттуда крики.
Глава 27
Самрат
Я не помнил, как выбил дверь ногой и ворвался в чужую комнату. Кажется, за тот маленький промежуток времени я постарел лет на десять. Мне было невероятно страшно за Ясмину. Впрочем, когда я увидел её, то испытал одновременно весьма противоречивые чувства. Моя жена стояла над Ихсаном, который лежал на полу и корчился от боли. В одной руке она держала подсвечник, по всей видимости и нанеся им решающий удар.
