Текст книги "Меня ему продали (СИ)"
Автор книги: Дилноза Набихан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)
И рядом не находилось никого из родных.
Огорчало ли меня подобное? Вроде бы нет. Я уже давно не считался членом семьи. Отныне и навеки я был бродячим псом, который решил быть сам по себе. И не желал позволять кому-либо трогать своё.
А Ясмина была моей! Моей невестой. И вскоре должна была стать мне женой.
Глава 8
Ясмина
– Какая невеста красивая!
Стоило мне выйти из примерочной, как возле меня началась суета. Женщина-консультант порхала вокруг, словно я была дочерью президента. Её восхищённый взгляд не оставлял место сомнениям: мой образ удался выше всяких похвал. Впрочем, несмотря на подобное, я ощущала себя неловко. Хотелось чем-то прикрыться, спрятав открытые участки тела, потому что платье, надетое мной, практически не оставляло места фантазии.
– Да, вот оно-то нам и подходит! – одобрила Эмине, скептически смотря на меня.
Она словно издевалась надо мной, пытаясь отыграться за поступки моего отца.
– Может, вашей сестре стоит примерить и другие наряды? Не думаю, что ей нравится это платье, – отозвалась консультант, словно почувствовав моё настроение.
Я слабо улыбнулась ей в ответ.
– Нет, нам всё подходит. И потом, Ясмина не моя сестра, а падчерица, – гордо вздёрнув подбородок, словно её оскорбило сказанное, ответила Эмине в своей манере.
– И тем не менее…
– Послушайте, – мачеха нахмурилась, опустив взгляд, чтобы прочитать имя женщины на бейджике, – Анна, верно? Мы сами знаем, что нам нужно. Я думаю, что зятю непременно понравится образ моей дочери! Вам ясно?
Виновато улыбнувшись, консультант встретилась со мной взглядом. Да, подобранное платье безусловно сидело на мне прекрасно, однако было слишком вульгарным. Раньше мне не доводилась так одеваться. И я вообще не понимала желание Эмине купить именно его.
– Мне упаковать наряд? – спросила Анна, проигнорировав грубость последней.
– Нет. Свадьба сегодня. – Слова моей мачехи явно шокировали бедную женщину. – Так, бери вот это и примерь.
Вручив мне пакет, она подтолкнула меня к примерочной, попутно говоря:
– Давайте теперь подберём мне платье. Я хочу…
Дальше я уже не слушала, погрузившись в невесёлые размышления. Оказавшись за ширмой, я откинулась спиной на стену и тихо вздохнула. Единственный плюс моего свадебного наряда оказался в том, что в нём не предусматривалось корсета, а юбка не была излишне пышной. А вот то, что грудь находилась почти на виду у всех, меня удручало. Мне было даже страшно представить, как на подобное мог бы отреагировать Самрат. «Он точно не обрадуется такому», – посетило меня понимание, стоило мне только увидеть собственное отражение.
Открыв полученный от Эмине пакет, я тихо ахнула. Внутри него находилось эротическое бельё белого цвета. И не только белого. Ещё там была кроваво-красная сорочка, которая едва ли могла прикрыть мои бёдра.
Ощутив, как к щекам прилил жар, я покачала головой. Мне стало невероятно обидно за себя и больно, будто бы кто-то невидимый вонзил нож в моё сердце и несколько раз крутанул. Появилось стойкое ощущение, что я была не живым человеком, а каким-то весьма дорогим товаром. Племенной кобылой, выращенной лишь для того, чтобы принести как можно больше денег владельцу.
«Мамочка, кому же ты оставила меня? Смотри, что сделали люди, которым ты доверила единственную дочь!» – с горечью подумала я. По моим щекам потекли горькие слёзы. «Какие ещё испытания выпали на мою долю? О Аллах, почему ты мучаешь меня? В чём я согрешила, что мне уготована такая участь?» – задалась про себя вопросом.
– Ясмина, ты долго ещё? – послышался резкий голос мачехи.
Быстро стерев слёзы, я положила бельё обратно, не собираясь его надевать.
– Ты чего так долго? – прошипела Эмине, без стеснений врываясь в примерочную и отбирая у меня пакет.
– Что это? – слабо прошептала я.
– Ты все ещё не надела его? – Её голос зазвенел от ярости, а потом она буквально приказала, возвращая бельё: – Надевай. Быстро!
– Не буду! Ты с ума сошла?
– Надевай, Ясмина, не спорь! – строго бросила мачеха. – И не надо на меня так смотреть! Чем ты собираешься держать рядом такого мужика, как твой жених?
– Не собираюсь я никого держать рядом! Не я выбирала наш союз, если ты забыла! – ответила ей в сердцах, бросая чёртовы тряпки на стул и садясь сама.
Казалось, что мои нервы были натянуты до предела. Я с трудом сдерживала себя, ощущая, что могла в любой момент разрыдаться или позволить себя излишнюю грубость.
– Слушай сюда! – Не успела я скрыть лицо в ладонях, как Эмине схватила меня за подбородок, сжимая пальцы и заставляя смотреть на себя. – Не стоит тут распускать нюни! Все наши женщины проходят через подобное. Только Самрат не совсем обычный человек. Мы обе знаем. И не спорь со мной, Ясмина! Если ты не будешь удовлетворять его в постели, то он не просто вышвырнет тебя. Он сживёт нас со свету. Ариф останется на улице. Твой будущий муж обещал мне, что будет содержать его. И тебе придётся терпеть. Не ради себя, а ради брата! Не позорь имя своего отца! Если воспротивишься и вздумаешь артачиться, пятно позора ляжет не только на одну тебя. Век не отмоемся!
– Ты слишком драматизируешь! – не выдержав, отозвалась я.
– Нет, ты ничего не понимаешь. Сделай так, как я велю. Если будет больно – держись. Захочет Самрат тебя – не сопротивляйся. Терпи! А теперь быстро надела бельё!
– Я…
– Переживёшь сегодняшнюю ночь, я возьму твоего муженька на себя, – огорошила мачеха. – Что так смотришь? Я вообще-то молодая и знаю, как удовлетворять мужчин. Ему точно понравится. Если получится, заставлю его жениться на себе, а тебя попрошу отпустить. Сможешь катиться на все четыре стороны, как и мечтаешь!
Проглотив взыгравшее отвращение к ней, я сжала кулаки. «Как отец женился на этой бесчувственной женщине? Как я не видела её истинное лицо?» – подумалось мне.
– Выйди. Я не буду при тебе одеваться!
Неизвестно, в чём я согрешила, раз Аллах решил меня наказать. Самрат и правда был моим наказанием. Личным кошмаром, который вот-вот мог воплотиться в жизнь.
Скрипя сердцем, я переоделась и вышла из примерочной. К тому времени сестра Эмине успела выбрать себе наряд, что был, в отличие от моего, достаточно скромным. Ей уже делали макияж, а Ариф сидел рядом, но его ничего не интересовало, кроме телефона. «Лишь бы никто не трогал и игру не отбирал. На другое ему плевать. Впрочем, так и должно быть. Он ещё ребёнок», – рассудила я, отдавая себя на растерзание визажисткам.
Пока над моим образом работали профессионалы, я раз за разом вспоминала слова Самрата. И не только его.
Эмине не собиралась экономить деньги Алайдарова. С её одобрения мы не только купили самое дорогое платье, но и туфли к ним подобрали. Девушка-консультант попалась болтливой и, пока я мерила последние, всё говорила без умолку. А мне же хотелось, чтобы она поскорее заткнулась.
«Пока не поздно, Ясмина. Беги», – предлагал мне голос разума. Поздно, не поздно, но я не могла. Эмине точно не пошла бы со мной, а я не могла оставить брата. Самрат и правда не простил бы побег. Ни мне, ни моим родным.
– Жених красивый? – вдруг спросила женщина, делавшая мне причёску.
Мы с мачехой переходили из магазина в магазин, из салона в салон, поэтому я, окончательно вымотавшись, только и думала, что о нежеланной свадьбе, глубоко уйдя в свои мысли. Именно поэтому вопрос женщины-парикмахера, сменившей бойких консультанток и визажисток, немного ошарашил меня.
– Что?
– Спрашиваю, жених-то хоть красивый. Невеста очаровательная, но отчего-то глазки грустные. Мне доводилось видеть тысячи невест на своей практике, но такую…
Она покачала головой, словно осуждая меня. Будто бы весь мир знал, почему я выходила замуж за чужого мне человека.
– Может быть. – Я неожиданно начала волноваться, а потом, немного помолчав, смущённо продолжила: – Наверное, да. Красивый.
Задумавшись, я попыталась вспомнить Самрата, но память, как назло, подбрасывала лишь его голый торс, что мне удалось увидеть недавно.
«Должно быть, если бы мы встретились с ним в других обстоятельствах… Если бы он был моим осознанным выбором, то уверена, что я сейчас бы сияла от счастья. Только всё ведь не так. Я вынуждена стать его женой, чтобы мой брат не голодал или, не дай бог, чтобы он не сделал с ним что-то, мстя за отказ мне», – посетила меня мысль, вынуждая громко шмыгнуть носом и опустить голову.
– Так, дорогая моя, держи голову выше и не делай такое лицо. Уверена, стоит тебе улыбнуться, как твой жених будет готов сделать всё, что угодно. Такая красивая невеста должна покорить его с первого взгляда. Пусть у него будет нервный мандраж, а не у тебя! Обидел? Так напомни ему об этом, – проговорила женщина, ободряюще обхватывая меня за плечи и заговорщицки наклоняясь ко мне, чтобы добавить: – Только в спальне!
А потом, будто бы ничего и не было, продолжила своё дело. Я же, размышляя над услышанным, смотрела на собственное отражение и анализировала. В чём-то она оказалась права. Пусть не в моей власти было разорвать свадьбу, но я решила попросить Самрата дать мне немного времени, прежде чем мы могли вступить с ним в связь. Я должна была хотя бы попробовать, ведь ничего уже не теряла.
Время прошло довольно-таки быстро. Не успела я подготовиться и как-то привыкнуть к мысли о том, что вот-вот собиралась стать женой Самрата, как уже стояла в ЗАГСе. Из-за фаты, которая закрывала лицо, мне не удавалось увидеть лицо будущего мужа. Я не знала, что он чувствовал, когда смотрел на меня. Или на платье, что почти ничего не скрывало.
Мужчине, как он, точно не должно было понравиться то, что его невеста столь смело демонтировала всем свои прелести. За подобное у нас могли и жизни лишить, ну или отказаться от свадьбы, по крайней мере. Впрочем, последнее было точно не в стиле Самрата.
Пока я подходила к нему, то очень разволновалась. В момент, когда регистратор спросил у меня о согласии вступить в брак, я так занервничала, что перепутала слова.
– Нет, – прошептала я, но потом, стремительно спохватившись, бросила испуганный взгляд на жениха и поправила себя, сказав громче: – Д-да, я согласна!
Мой предыдущий ответ никто не услышал, кроме самого Самрата. И ему явно не понравилось сказанное мной. Держа меня за руку, он так сжал мои пальцы, словно хотел сломать мне руку. Сжавшись под его пронзительным взглядом, я поморщилась. Под фатой не было видно, как я с трудом сдерживала горькие слёзы, которые собрались в уголках глаз.
Кивнув мне, регистратор задал тот же вопрос и ему.
– Да, согласен. – В голосе Самрата не прозвучало и капли сомнения.
Он говорил так твёрдо, будто действительно жаждал нашего брака. А мне не верилось в подобное. Не после того, как он вёл себя ещё недавно или моего вынужденного «да».
На самом деле, мне было страшно думать, что будет, когда мы с ним могли остаться одни. Я даже представить боялась. Настолько, что стук моего сердце оглушал меня.
– Тогда я, пользуясь данной мне властью, объявляю вас мужем и женой! Теперь жених может поцеловать невесту, – торжественно объявил регистратор.
Крепко зажмурившись, я попробовала унять бешеное сердцебиение, когда Самрат, отпустив мою ладонь, поднял фату.
«Я не смогу принять его!» – пришла ко мне оглушающая мысль. Резко открыв глаза, я встретилась с ним взглядом. Самрат внимательно вглядывался мне в лицо. Трудно было понять, о чём он так сосредоточенно думал, плотно сжав губы. Даже ради такого торжества, как собственная свадьба, Алайдаров не соизволил сбрить бороды.
И, должна признаться, та ему шла. С ней он выглядел намного красивее, чем когда злился. Впрочем, смотря на него, я видела лишь картину того, как Самрат убивал Камила.
Да, я не знала, что он с ним сделал. Но отчего-то пребывала в уверенности, что неудавшегося насильника больше нет в живых. Всем было известно, что Алайдаровы всегда сдерживали данное ими слово и ревностно охраняли своё.
Вздрогнув, я гулко сглотнула, стоило только Самрату наклониться и обдать моё лицо горячим дыханием. Мне хотелось зажмуриться до чёрных точек перед глазами и не чувствовать ничего. Ни почему-то летающих бабочек в животе, ни ненависти к нему. Вообще ничего. Но я не могла. Даже взгляд отвести была не в силах.
Наконец теперь уже муж поцеловал меня. Так легко и непринуждённо. Поглаживая по щеке грубыми пальцами. Я насколько растерялась от его нежности, что застыла на месте, как мраморное изваяние. Было страшно поверить, что я требовалась такому мужчине, как женщина, которая ему нравилась, а не потому, что оказалась когда-то обещана и продана.
Не ведая, что творила, я накрыла его руку своей и приоткрыла рот. Самрат прикусил мне нижнюю губы, а потом дерзко ворвался языком внутрь, поддразнивая меня.
Но что-то пошло не так.
То ли я слишком разнервничалась, то ли устала за прошедший день, но вдруг ощутила сильное головокружение и через несколько секунд потеряла связь с реальностью.
Глава 9
Самрат
– Пусть следит за питанием. И да, – немолодая женщина-врач, что приехала осмотреть Ясмину, передала мне листок, – пусть не забудет выпить эти таблетки. Посмотрите, я написала, в какое время их принимать и в каком количестве. Главное, чтобы она вовремя ела.
Проводив доктора и вернувшись в спальню, где лежала моя жена, я укрыл её одеялом.
«Подумать только! Жена!» – повторил про себя, качая головой. Это слово выбивало меня из колеи и, чего уж скрывать, мне было трудно поверить в произошедшее. Я не собирался обзаводиться семьёй, однако теперь благодарил Аллаха за предоставленный шанс.
«Моя жена. Она стала моей женой. Законной. Официальной», – размышлял я, бесцельно блуждая по комнате. Стоило мне вспомнить Ясмину в ЗАГСе, пришедшую туда в подчёркивающем её красоту наряде, как на моём лице появилась слабая улыбка. Я не ожидал, что она могла прийти туда так. В таком платье. С такой причёской. Она словно другой стала.
Когда я впервые увидел её в подвенечном наряде, то потерял дар речи. Не сразу мне удалось в ней узнать ту самую девочку-подростка, каковую я впервые повстречал около пяти лет назад. В тот её шестнадцатый день рождения. Это была другая Ясмина. Более красивая и взрослая её версия. И платье…
Такое откровенное. Не оставляющее место воображению. Я стоял, как мальчишка, и пускал слюну на будущую жену. Фата прикрывала её лицо, но подобное лишь добавляло ей некой женственной загадочности и привлекательности.
«Уверен, что я не один тогда засмотрелся», – закралось ко мне понимание.
Напрягало ли меня то, что мальчишка-регистратор из ЗАГСа наверняка не сводил с неё взгляда? Нет, разве что самую малость. Меня успокаивал тот факт, что она была рядом со мной. И я мог позволить ей так одеваться, раз Ясмине нравились такие провокационные наряды. Только желал всегда находиться рядом. И плевать хотел на все предрассудки.
Мои родители точно не одобрили бы сделанный мной выбор. Отец за подобное мог бы искалечить меня, а матушка ещё долго поминала бы мою жену дурным словом. И после её заставили бы носить хиджаб. Но только мне было по боку, что они думали. Главное, что хотел я. Ясмина была моей, а значит, воспитывать её мог лишь я, не обращая внимания на старинные и давно неактуальные традиции.
Устало опустившись на стул напротив кровати, я расстегнул несколько пуговиц на рубашке. Мной ощущалась усталость и волнение за состояние Ясмины.
Когда она внезапно обмерла в моих руках, и мне в последний момент удалось её подхватить, моё сердце ухнуло куда-то вниз. «Неужели девочка настолько меня боится, а мои касания доводят её до потери сознания?» – гадал я, смотря на жену.
По словам женщины-врача, у Ясмины был слабый иммунитет, и в обморок она упала из-за голода, однако подобное не утешало меня. На плечи мне ложилась тяжёлая ноша вины перед ней. Впервые за много лет я не знал, как поступить в сложившейся ситуации.
Я не хотел, чтобы моя женщина шарахалась от каждого моего прикосновения. Не желал, чтобы она падала в обморок от одного лишь поцелуя со мной. Это я даже не думал насчёт постели. Рассуждать о последнем и представлять её реакцию я не мог. И не хотел.
Впервые я был готов бежать от проблем. Не решать их, а именно бежать. Но и отпустить Ясмину не мог. Я лучше убил бы любого, кто пожелал бы притронуться к ней, чем отпустил бы её. Это можно было бы сравнить с пулей, пущенной мне самому себе в лоб!
«Будет ложью, если скажу, что умираю от любви к ней. Нет. Это чисто физиологический интерес. Я хочу её так, как никого и никогда не хотел. Хочу целовать её и касаться, заниматься с ней сексом. Но и взаимности тоже хочу. И чтобы она тоже хотела меня. Сама, без угроз или чего-то ещё. Уверен, после всего, что я натворил за последнее время, Ясмина воспринимает всё произошедшее как насилие», – думал я, медленно засыпая.
Связь с реальностью почти прервалась, когда я уловил какие-то звуки. Шаги, прозвучавшие рядом. Скрипнула половица, и свет заслонила чья-то фигура. Миг – и я крепко схватил кого-то за хрупкую кисть, а потом, открыв глаза, встретился взглядом с Ясминой.
Она смотрела на меня со страхом, так неестественно широко открыв глаза, будто бы я собирался съесть её. И это уже начинало раздражать.
Неосознанно я так крепко сжал ей запястье, отчего Ясмина поморщилась и ойкнула.
– Б-больно, – выдохнула она, шмыгнув носом.
Я с трудом разжал пальцы, а девочка сразу же поспешила отойти от меня. Сделав два шага назад, она прижала многострадальную руку к груди. В другой у неё было одеяло.
Приподняв бровь, я перевёл взгляд с последнего на неё. Жена потирала запястье, больше не смотря на меня. На ней ещё было свадебное платье, однако её волосы немного растрепались, небрежными волнами окутывая плечи.
– Ты почему встала? – достаточно грубо спросил я.
– Хотела укрыть вас… То есть тебя, – вовремя поправив себя, отозвалась она.
Бросив на меня быстрый взгляд, Ясмина стыдливо опустила тот и покраснела.
– Ложись в постель, – скомандовал я, делая шаг к ней, но она попятилась назад и обняла себя с плечи. В её бездонных карих глазах стремительно проступили слёзы.
«Не пойму, что опять сделал не так?!» – с лёгкой злостью подумал я.
– М-можно… Можно, если мы… – заикаясь, начала было супруга, со страхом смотря то на меня, то на кровать. – Мы..
Она замолчала, отводя взгляд и несколько раз моргнув, а затем протяжно вздохнула. Я же, смотря на неё, постарался обуздать вскипевшую во мне ярость.
– Это так ужасно, Ясмина, стать моей женой? – спросил в ответ. Нет, прорычал. Выдавил из себя сквозь крепко стиснутые зубы.
Поёжившись, она посмотрела мне прямо в глаза. В упор.
Пользуясь моментом, я приблизился к ней. А девчонка всё стояла и смотрела на меня. Не пятилась, хотя пространство в комнате подобное позволяло, и дрожала от страха, но оставалась на месте. Я опустил ей руки на плечи, и Ясмина ощутимо напряглась. Её тело словно бы превратилось в камень.
– Неужели я настолько тебе отвратителен, что даже мысль о близости со мной заставляет тебя терять сознание? – Мой голос прозвучал резко. Наверное, даже грубо.
– Ты пугаешь меня, – через некоторое время нервно проговорила она. – А ещё ты купил меня. Причём не только у отца!
– Разве я обидел тебя? – немного помолчав, медленно уточнил я.
Ясмина больше не ответила, но её взгляд говорил лучше всяких слов.
– Я пугаю тебя, ладно, – согласился в ответ, покачав головой и сделав выводы.
«Тут она права. Может, я и впрямь напугал малость её вчера», – решил про себя.
– Что мне сделать, чтобы ты забыла об этом инциденте? Проси всё, что хочешь. Но только помни, прежде чем попросить: я могу дать тебе всё, кроме свободы. Я не отпущу тебя. Никогда! – продолжил я, выделив интонацией последнее слово.
– Я прошу лишь об одном, Самрат. Дай мне время. Пока… – Ясмина смущённо отвела взгляд и глянула на постель, взбудоражено продолжив: – Я… Пойми, я не готова, пока… Это пугает! Ты… Дай мне время привыкнуть к тебе. Прошу, не заставляй меня согласиться на брачную ночь. Конечно, ты можешь взять меня силой, но…
Замолчав на какое-то время, она усмехнулась, поднимая глаза на меня. В них читалась бесконечная грусть и некоторая обречённость.
– Но тогда ты никогда не получишь моё уважение и любовь. И не жди в таком случае от меня роль прилежной жены. Насилуй сколько хочешь, можешь даже ударить, но…
– Хватит! – не выдержав, я прервал её на полуслове.
От услышанного у меня волосы на затылке стали дыбом. Я не думал о ней в таком ключе. И меня ранили её слова. Её мысли обо мне.
«Но да, я заслужил. Все её страхи. Каждый дурной помысел. Но почему так больно слышать подобное? Признавать свою вину?» – посетила меня невесёлая мысль.
– Я сглупил, что уже понял. Но ты должна понять одну простую вещь, Ясмина. – Склонившись ниже, я коснулся её щеки, а потом взял лицо жены в ладони, чтобы она не смогла отвести глаза и смотрела лишь на меня. Чтобы поняла, что я не обманывал и планировал сдержать данное ей обещание. – Ты теперь моя. Защищать тебя – мой долг, как твоего мужа. Я никогда и никому не дам тебя в обиду. Запомни мои слова.
– И ты обещаешь защитить меня и от самого себя? – кивнув, спросила она, намекая тем самым на постель.
Ясмина смотрела на меня с щемящей сердце надеждой, и я подтвердил:
– Именно. Даже от самого себя.
«Вот только кто же тогда защитит меня от неё?» – добавил про себя.
– Это моё слово. Слово мужчины. Так понятно? – уверил я жену ещё раз.
Ясмина кивнула и накрыла мои руки ладонями.
– Спасибо. – Её голос прозвучал облегчённо.
Отодвинувшись, я отошёл назад. Я обещал не трогать её без разрешения, но если бы остался с ней рядом, то мог бы и не сдержать слово.
– Можно мне тогда переодеться? Ой! – Закрыв рот руками, она посмотрела на меня, словно сморозила чушь. – У меня же нет с собой сменной одежды!
– Ничего, можешь пока позаимствовать мои вещи. Завтра пойдём и купим тебе новые, – сказал я, попутно думая, как Ясмина могла бы смотреться в моей рубашке.
– Ничего не надо покупать. Мне нужно просто забрать свои вещи из квартиры. Зачем тратить деньги? – Супруга робко улыбнулась.
Взяв за руку, я потянул её на себя, и она стремительно побледнела. Качнув головой, я дал себе мысленную пощёчину, ведь забыл, что с ней не стоило делать таких резких движений. Она пока не доверяла мне.
– Мы только что об этом говорили. Я твой муж, поэтому моя прямая обязанность – купить тебе шмотки. Так доходчиво до тебя дойдёт?
Ясмина кивнула.
– Хорошо, одежду можешь взять в шкафу, а если захочешь принять душ, то чистое полотенце находится на нижней полке в ванной комнате. Зубную щётку найдёшь там же. Если что-то нужно или не хватает, напиши. Завтра всё купим.
– А как станем спать?
– Ты просила меня дать тебе время, верно? И как ты собираешься привыкнуть к своему мужу, если мы не будем спать в одной постели? – поинтересовался я и хмыкнул, наблюдая за тем, как она покраснела. – Мы будем только спать, гюнеш. Пока что.
Мне вдруг стало нравиться дразнить её и смущать.
– Хорошо.
Взяв нужные вещи, она скрылась в ванной комнате. Убрав плед с кровати, я решил раздеться, ведь мне тоже не мешало бы принять душ. И кто сказал, что я собирался ждать, когда она перестала бы от меня шарахаться? Мне хотелось ускорить данный процесс.
В ванной Ясмина возилась с молнией на платье, а потому не сразу заметила меня, вставшего на пороге. Я замер, скрестив руки на груди и опёршись плечом о дверной косяк.
– Помочь? – не выдержав, поинтересовался спустя какое-то время.
И она, испуганно подпрыгнув на месте, резко повернулась ко мне.
– Стучать не учили? – бросила в сердцах. – Подожди, пока я займу ванную.
– Вообще-то, я стучал, – нагло соврал в ответ и, отступив от двери, шагнул к ней.
Жена прижалась к раковине, но я лишь развернул её к себе спиной и помог с платьем.
– И нет, мы будем вместе принимать душ, – добавил чуть погодя с лёгкой усмешкой.
– Но ты же обещал…
– Я помню, что обещал, – сдержанно произнёс я, медленно ведя язычок застёжки вниз. – Но как мы будем узнавать друг друга, если ты будешь так шарахаться?
– Ты играешь грязно! – не согласившись, воскликнула она и обернулась.
– А кто сказал, что я буду играть честно?
Фыркнув, я поцеловал Ясмину в плечо. Платье сползло вниз, оголив её грудь, но рассмотреть всё у меня не удалось, ведь жена быстро прикрылась рукой. Смотря в мои глаза, она позволила свадебному наряду соскользнуть по её телу дальше и упасть к нашим ногам. Перехватить его не успела, а потому закрылась ещё и второй рукой, гордо подняв голову.
Её дыхание заметно участилась, а на щеках появился румянец. В квартире было довольно тепло, поэтому мурашки у Ясмины вызвал далеко не холод. Я же, отойдя назад и не сводя с неё зачарованного взгляда, взялся за ремень на брюках и тоже стал раздеваться.
Глава 10
Ясмина
Мои щёки пылали. Нет, не так. Я вся горела! Горела от стыда, ведь стояла перед мужем голой, пребывая только в развратном белье, что практически ничего не скрывало.
Самрат будто бы издевался надо мной. Пытался таким образом отомстить мне за мои недавние слова. Или же просто соблазнить.
Не стесняясь своей наготы, он прошёл в душевую кабинку и стал намыливаться. Его мужское достоинство стояло колом, привлекая внимание. Несколько раз вдохнув-выдохнув, я скинула с себя трусики, после чего тоже забралась в душ.
Сначала я чувствовала себя неловко. Столкнувшись носом с голой грудью Самрата, с которой капали капли воды, отступила было назад, пытаясь сохранять дистанцию. Я старалась не смотреть вверх, чтобы не столкнуться взглядом с насмешливыми глазами мужа. Отчего-то у меня была уверенность в том, что его веселило моё поведение.
Прикрывая грудь, я повернулась к нему спиной. В общем-то, Самрат и так не смотрел туда, что я пыталась скрыть. Мотнув головой, тоже начала намыливаться. Тёплая вода лилась сверху, постепенно окутывая моё тело приятным жаром. Проводя руками по коротким теперь волосам, я ни капли не сожалела о том, что постриглась.
Утром, когда в квартире включили горячую воду, я, недолго думая, схватила ножницы и отрезала те. Это было минутой слабости. Я плакала, но продолжала их состригать. После меня ожидала сцена от мачехи, но мне было глубоко плевать на её крики.
Она могла сколько угодно манипулировать мной, используя привязанность к Арифу, но в личное не имела и права вмешиваться. В особенности теперь, когда я вышла за Самрата, и единственным, что нас связывало с Эмине, оставался мой младший брат.
Я так ушла в свои размышления, что в момент, когда рука мужа коснулась меня, и он шумно вдохнул мой запах, испуганно замерла. Он не предпринимал попыток обняться, да и целоваться не лез. Просто стоял за спиной, а его ладони медленно поднимались верх, касаясь моих лопаток и шеи. Прямое доказательство его желания упиралось мне в поясницу.
Пожалуй, я была настолько смущена, что временами забывала дышать. Грудь тяжело поднималась и опускалась, пока Самрат не развернул меня к себе.
– Ты можешь коснуться меня, – сказал хрипло и, не дожидаясь реакции, взял мою руку, чтобы опустить на свою грудь. – Мы собирались изучить друг друга. Привыкнуть.
Он хмыкнул. Мои пальцы слегка покалывало, пока я вела их вверх.
Впервые у меня появилось желание потрогать мужчину. Причём не кого-то, а именно его. «Ведь Самрат теперь мой, так ведь?» – предположила я, несмело поднимая взгляд.
Прищурившись, он явно чего-то от меня ожидал. Казалось, что его глаза были не серебристого цвета, какой я ещё недавно видела, а тёмными. Совсем как прошлым вечером.
– Смелее, мелегим*, – шёпотом произнёс Самрат.
Засомневавшись, я смутилась, не в силах решиться. Он нарочно подталкивал меня в пламя соблазна, хотя и не давил, держа слово. Возможно, ему хотелось, что я сдалась сама.
Нет, мой муж не выглядел романтиком. Только вот его ласковое ко мне обращение разительно отличалось от поддерживаемого им образа. Образа жёсткого и вечно хмурого мужчины, которому были будто бы чужды абсолютно все чувства.
Неужели я ошибалась, когда думала, что он точно такой же, как и мой отец?
Казалось бы, что сложного? Всего-то и требовалось коснуться чужого тела. Тем более, что оно принадлежало моему новоиспечённому мужу. Но нет. Я колебалась, давая себе немного времени на смелость. Впрочем, долго раздумывать не хотелось. Чем дольше я сомневалась, тем больше смущалась. Мне не хотелось чем-то обидеть Самрата или вызвать его ярость собственными неосторожными действиями.
Он оказался прав. Я сама попросила дать мне время привыкнуть к нему. И сама же была виновата, что не упоминала о честности нашей игры. Её правила было нельзя изменить.
К тому же я ведь не делала ничего постыдного. Я собиралась потрогать и изучить тело собственного мужа, а не кого-то чужого. Эти мысли и успокаивали меня. Вскоре взяв себя в руки, я гулко сглотнула и стала изучать Самрата не только взглядом, но и руками.
У него было красивое тело, причём без единого волоска, что удивляло. Кожа оказалась гладкой и слегка смуглой, будто он побывал на море и загорел. Рельефные мышцы напрягались под моими ладонями. На правой стороне груди и обеих руках вились татуировки, что очень бросались в глаза. Они не отталкивали, а скорее наоборот, привлекали.
Медленно опустив глаза ниже, я нащупала внизу его живота неровность и увидела там маленький шрам, оставленный словно ножом. Тот был практически незаметен и давно затянулся, но всё же немного выделялся на общем фоне.
Парой мгновений спустя, проследовав дальше, я опустила руки на крепкие бёдра мужа, скользнув взором по его половому органу, но мгновенно вспыхнув и поспешив отвести взгляд. Самрат был возбужден, хотя я и не удивилась этому. «Он мужчина. И с самого начала открыто говорил о своих желаниях. Это я всё тяну и смущаюсь», – определила про себя.
Неизвестно, как мне удалось, однако я не остановилась и не выбежала из душевой. Скорее наоборот, подняв голову, впилась в лицо мужа внимательным взглядом. Самрат стоял неподвижно, его руки покоились на моей талии и нежно поглаживали меня. Его пальцы были длинными и немного грубыми, словно занимались тяжёлой работой. И ещё он нагло надо мной издевался, посмеиваясь и вообще не скрывая, как ему нравилось происходящее.
При ближайшем рассмотрении у него оказались широкие плечи и мощная шея, а ещё густые чёрные брови, равно как и борода. Последняя придавала ему более холодный и строгий вид. Разглядывая мужа, я видела, что его глаза действительно серебристо-серого цвета, хотя временами они и темнели. «Но из-за чего?» – недоумевая, задалась про себя вопросом, останавливаясь взглядом на пухлых губах Самрата и невольно начиная завидовать той красоте, которой наделила его природа.
«И почему именно я? Зачем он именно меня захотел? Для чего женился, а не сделал своей любовницей? Так ведь проще. К чему так заморачиваться и жениться на той, кого ты просто купил?» – отравляли меня неприятные мысли. И пусть я первой задумалась об этом, тогда как муж и слова в мою сторону не сказал, мне было обидно.
