Текст книги "Измена. Начать с нуля (СИ)"
Автор книги: Диана Ярина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)
Измена. Начать с нуля
Диана Ярина
Глава 1. Она
– Твоя жена совсем перестала следить за собой! – цокает друг мужа.
Сегодня у нас с мужем в гостях – семейная пара, Семен и Марина. Семен – близкий друг моего мужа, они дружат с университета. Застолье давно осталось позади, я уже прибрала со стола, мужчины пьют, закусывают.
Я шла с тарелкой закуски, но, услышав нелестное высказывание о себе, замираю. Спрятавшись за дверным косяком, я прислушиваюсь к разговору.
К лицу прилил жар, сердце забилось в десять раз быстрее. Пальцы намертво впились в тарелку с сырной закуской.
– Видел, как она уминала салат, – продолжает Семен, добавив с с осуждением. – Сколько килограмм набрала? Десять? Пятнадцать?
Уверена, что муж одернет нахала, но супруг со вздохом соглашается:
– Да, поправилась.
Мне становится еще гаже стоять в тени и выслушивать все эти гадости о себе. Но, вынуждена признать, замечание справедливое. За последние полгода я набрала лишний вес после трагической смерти родителей.
Мы разбились на машине, какой-то лихач выскочил на встречную полосу. Лобовое столкновение. Мама умерла на месте, папа – у меня на руках, не дождавшись приезда скорой помощи.
Я долго восстанавливалась – и физически, и морально…
Да, немного упустила себя. Но уже взяла ситуацию под контроль, к привычному плаванию я добавила спортзал и скорректировала план питания. Результатов придется подождать…
Но какого черта друг мужа сует нос в нашу семью и отпускает такие мерзкие замечания? За своей женой бы лучше смотрел: еще немного, и Марина превратится в анорексичку.
– Сем, ты же знаешь. У Лили был непростой период. Она стала сиротой… – нехотя оправдывается муж.
– Я все понимаю, но, Матвей… Ты – лицо нашей клиники, и рядом с лицом – вот такая задница. XXL или уже XXXL?
Какой мерзкий… А сам при встрече мое платье нахваливал и прическу!
На этом замечании подвыпивший друг мужа не останавливается, продолжает разглагольствовать:
– Не бери ее на наши встречи, не позорься, а еще лучше сделай, как я, заведи себе красивую содержанку!
Сейчас Матвей точно пошлет его далеко и надолго. Однако муж спрашивает с интересом:
– Содержанку? – и потом внимательно слушает, как друг расписывает ему прелести таких отношений.
– Содержанку! – подтверждает Семен. – У нее только одна обязанность – быть красивой и радовать горячим кексом меня в постели, если ты понимаешь, о чем я. Твоя жена, наверное, тебя только сытными кексами балует, ничуть не стараясь в постели! А моя девочка каждый раз устраивает цирк дю Солей, – хвастается.
Какой мерзкий тип!
Развернувшись, я ухожу обратно на кухню.
Буквально бегу через длинный коридор и швыряю тарелку с закусками в мойку.
– Что случилось? На тебе лица нет! – удивляется жена Семена.
Даже не знаю, имею ли я право рассказывать о том, как ее муж хвалится содержанкой!
– Семену стоило бы пить поменьше… Он явно перебрал, празднуя открытие клиники.
– Ааа… – кивает Марина. – Опять несет всякую фигню? Слушай его поменьше, не обращай внимания. У них это семейное, свекру тоже, если капля в рот попадет, такую ахинею нести начинает. Я уже привыкла.
Марина странно спокойна, а у меня язык не поворачивается рассказать ей, глотаю собственную обиду.
Друзья покидают наш дом через часа два, к тому времени Семен налакался так сильно, что Матвею пришлось тащить его на себе к такси.
– Матвей, я его в квартиру сама не подниму. Поможешь? – просит Марина.
Муж соглашается.
– Лиль, вернусь скоро. Жди меня в спальне, – обняв, опускает ладонь на попу, сжав требовательно.
***
Не могу выкинуть те неприятные слова из головы. Долго кручусь перед зеркалом, меняю белье – одно на другое. Трусы с низкой посадкой, кажется, только подчеркивают наметившийся животик. Все не то, не нравится…
Нервничаю перед приездом мужа, не получается ни расслабиться, ни поймать волну предвкушения близости.
В итоге, когда муж приезжает, и начинает меня целовать, готовить к близости, я едва отзываюсь на его ласки и прошу погасить свет.
В итоге от интима с мужем я не получаю должного удовольствия, чувствуя, что и он не совсем мной доволен.
– Наверное, ты сегодня просто устала, – говорит супруг, рухнув на простынь взмокшим.
Он старался изо всех сил, но я так и не смогла ни расслабиться, ни поговорить с ним.
– Выглядишь загруженной. О чем думаешь?
– Обо всем на свете. Я тебе нравлюсь?
– Безусловно. Странные вопросы. Развейся, Лиля. Сходи с подругами куда-нибудь… На шопинг, массаж или в спортзал… – советует он.
Еще один справедливый упрек в мой адрес: пора брать себя в руки или мы окончательно отдалимся друг от друга.
– О чем вы говорили с Семеном?
– Да много о чем, – отвечает муж. – Обо всем на свете.
Внутри зудит, не дает покоя услышанное. Не знаю, как подобраться к этой непростой теме, говорю осторожно:
– Мне показалось, что у них с Мариной в отношениях похолодало как-то…
– Тебе просто кажется, Лиля. У них все отлично, Семен без ума от жены.
– Он ей изменяет?
– Разумеется, нет, – лжет муж.
Лжет, не моргнув глазом…
Матвей искусно врет, покрывая похождения друга.
Знаю, как говорят: скажи мне, кто твой друг, и я тебе скажу, кто ты…
Не могу уснуть, лежу без сна до рассвета, разглядывая пятна света, медленно ползущие по стенам и потолку.
Матвей не остановил потоки бахвальства своего друга, слушал его с интересом.
Он правда задумался о содержанке? Или просто не мешал болтать пьяному другу?!
Я была уверена, что брак – это быть вместе и в горе, и в радости. Но наш брак не выдержал стремительного взлета карьеры мужа.
В его жизни появилось слишком много соблазнов и совсем не осталось времени для семьи…
Я решила, что развод в нашем случае – это самый лучший выход.
Но все не так просто…
***
– Твоя жена совсем перестала следить за собой! – цокает друг мужа. – Сколько килограмм набрала? Десять? Пятнадцать?
Уверена, что муж одернет нахала, но супруг со вздохом соглашается:
– Да, поправилась.
– Не бери ее на наши встречи, не позорься, а еще лучше сделай, как я, заведи себе красивую содержанку!
Сейчас супруг точно его пошлет далеко и надолго. Однако муж спрашивает с интересом:
– Содержанку? – и потом внимательно слушает, как друг расписывает ему прелести таких отношений...
Глава 2. Она
Я уверенно взяла курс на то, чтобы вытащить себя из унылого состояния, в котором оказалась после гибели родителей.
Постоянно говорю себе, что справлюсь.
Кажется, будто и наши отношения с мужем улучшились.
Но через две с небольшим недели мою уверенность подкосила новость: муж собрался на корпоративный праздник.
Без меня.
– Лиля, тебе там будет скучно, гарантирую! Ничего особенного, разговоры о бизнесе и политике…
Матвей говорит о скуке, но сам взбудоражен. Ему кто-то пишет, муж отвечает с улыбкой и опускает телефон на комод.
Потом он отправляется в гардеробную, за парой обуви.
Меня подмывает прочитать, что же такого интересного ему написали? Муж, буквально, расцвел, увидев это сообщение!
Проклиная собственное любопытство, беру в руки телефон.
Запаролен.
Муж никогда раньше не ставил пароль на телефон…
Ни-ког-да.
Значит, ему есть что от меня скрывать…
Осторожно опускаю телефон на то место, откуда взяла, и отхожу. В груди на месте сердца будто образовался камень, в горле встал горький комок.
Матвей появляется из гардеробной, с двумя парами новых туфель и примеряет их перед зеркалом.
– Лиля, посоветуешь? Никак не могу определиться, какие лучше!
– Первые, – говорю безразлично.
– Постой, я же еще не показал, как смотрится с этими брюками вторая пара…
– Просто первые более классические, подойдут лучше.
– Уверена? – сомневается.
Матвей сейчас одевается со вкусом и удовольствием, он очень рад нашей новой состоятельной жизни.
После стольких лет… его труды, наконец-то оказались вознаграждены. Стремительный взлет, колоссальный скачок в уровне дохода.
Интересные знакомства, большие перспективы, новые грандиозные проекты…
Все это увлекает Матвея. К большому сожалению, я с каждым днем чувствую, что мы отдаляемся друг от друга. Еще совсем недавно он брал меня с собой всюду и не стеснялся рассказывать, что у меня свой кабинет в салоне красоты, я занимаюсь шугарингом…
Однако теперь все изменилось, при встречах с новыми знакомыми муж больше не спешит рассказывать обо мне, переключает внимание на себя, на свои успехи. Я только сейчас начинаю задумываться об истинных причинах подобного поведения.
Может быть, муж меня просто стесняется?!
Стесняется меня не только как равноценного партнера браке.
Чушь, конечно, я никогда не зарабатывала столько же, как он. Но и не сидела у него на шее, свесив ножки. У меня всегда был и есть собственный доход.
В новом кругу общения полно состоятельных мужчин, чьи жены или невесты не работали ни одного дня в своей жизни. Оставишь такую красавицу за бортом, и она сразу же примется за поиски нового спонсора, потому что ни к чему иному не приспособлена.
Муж еще раз осматривает себя с ног до головы в зеркале, душится парфюмом.
– У тебя новый аромат?
Я удивлена и не скрываю этого.
В последнее время во внешности и привычках моего мужа слишком много перемен, которые нельзя не заметить.
– Да, решил сменить. Старый уже наскучил, давно не в тренде, – небрежно отвечает он.
Я глотаю обиду.
Ведь это камень в мой огород, я дарила ему этот парфюм из года в год, Матвей его любил, нахваливал всегда. Говорил, что запах легкий, свежий и не претенциозный, не отталкивающий. В работе с пациентами безумно важно создать правильное впечатление и никого не оттолкнуть.
– Надолго?
– Ужинай без меня, – целует в щеку и быстро уходит, оставив меня одну.
Ему уже кто-то звонит, муж отвечает, полностью забыв про меня.
***
Я понимала, что муж вернется позже, чем обычно…
Но точно не ожидала, что Матвей вернется лишь под утро.
Я слышу его шаги, медленные, немного заплетающиеся.
Выпил лишнего?
Жду, когда появится в спальне.
Но муж не заходит в нашу спальню, слышится шум…
Через минуту из гостиной доносится его храп.
Покинув спальню, я на цыпочках подбираюсь к нему: Матвей рухнул на диван в одежде, спит, широко раскинув руки в стороны.
– Матюш, пойдем на кровать, здесь диван жесткий. Завтра со спиной мучиться будешь, – шепчу тихо, наклонившись над ним.
– Алён, не сегодня… – бормочет он, перевернувшись на бок.
Меня будто ударило молнией.
Он назвал меня другим именем.
И еще от него сильно пахнет… женскими духами!
Глава 3. Она
Мне захотелось треснуть мужа по лицу, ставшему холеным в последнее время.
Я-то помню времена, когда он сутками с дежурств не вылезал, работал по по девяносто-сто часов в неделю! А теперь, посмотрите… Он во главе частной медицинской клиники, отдыхает намного лучше, ходит к модному барберу, который делает ему стильную бородку и ровняет щетину трижды в неделю.
Теперь костюм мужа стоит больше, чем он получал на своей первой работе!
И этот холеный, красивый, сильный и умный мужчина является моим мужем.
Он – мой муж… Мой.
Я была с ним с самого начала, влюбилась в него еще когда он был нищим врачом, с талантливыми руками, но без хороших связей и с перспективой полжизни расплачиваться за ипотеку в доме со слышимостью, будто стены сделаны из картона.
Как же он хорошо поднялся, расцвел!
И как же сильно меня обидело это его сегодняшнее: на празднике тебе будет скучно!
То есть мыкаться по жизни с ним мне было не скучно!
Вкладываться в его идеи – тоже не скучно.
Пахать за двоих, тянуть семью и быт, потому что он постоянно пропадал на работе, тоже не скучно… Так надо.
Но, выходит, когда пошли плоды, ягодки наших совместных трудов, так сказать, муж изящно задвинул меня в сторону, будто я не хочу отпраздновать и блистать рядом с ним.
Или блистать в теле с весом семьдесят килограмм против прошлых шестидесяти уже недопустимо?
Не могу не злиться, в голове засели слова Семена, то, как он пренебрежительно говорил. И плевать, пусть бы он молол своим языком, болтун… Но меня задело, как муж его не одернул, не заставил замолчать и даже не сказал, чтобы Семен отзывался более уважительно обо мне!
Почему я проглотила эти слова, мол, тебе там не место, сиди дома!
Все эти чертовы комплексы, замалчивание достижений и постоянное восхваление успехов мужа… Грандиозная поддержка его со стороны всех моих близких. В тени его славы я чувствую себя совсем незаметной…
Не смогла сразу сказать о том, как мне обидно.
Замалчивать и терпеть – привычнее. Меня так воспитали: не ной, не высовывайся. Не хвастайся…
Говори только о серьезных заслуга-, выбирай только достойные профессии, а не баловство всякое… А если выбрала чепуху, так хоть не кричи, нечем здесь гордиться…
Я проглотила слова мужа, отошла в сторону, а теперь стою над ним, храпящим во сне, и сгораю от бессильной злости и обиды.
На него? На себя? На нас?
Матвея всегда превозносили. И его родители, и мои…
Они им гордились, каждым его шагом вверх, каждой сложной операцией, выступлением на форуме.
В наших семьях – в чести медицинские профессии. Мама – фармацевт, папа – полжизни на скорой помощи отработал. Но я не пошла в медицину, чем заслужила своего рода пренебрежение со стороны родственников. Я после учебы почти не работала по профессии, полтора года помыкалась и ушла в бьюти-сферу, перепробовала многое…
Словом, стала своего рода позором для родителей, которые жизни спасают, а я то ноготочки пилю, то реснички наращиваю… В итоге, вообще попробовала делать шугаринг и пока осталась на этом занятии. Не факт, что буду заниматься этим до конца своих дней, в планах попробовать еще многое, в идеале – не просто арендовать кабинет, но открыть свой салон…
Мысли скачут с одного на другое, но неизменно возвращаются к теме содержанки, к празднованию мужа отдельно от меня.
Новый всхрап, муж грузно переворачивается на другую сторону. Ремень брюк впился в кожу.
Проклиная собственную услужливость, я все-таки расстегиваю ремень и стягиваю с него брюки.
Из кармана падает телефон.
Приземляется на пол со стуком.
Замираю: проснется ли муж? Звук вышел громким.
Муж храпит дальше, почесав шею.
Поднимаю телефон, снова пробую его открыть.
Пароль.
Пробую наугад комбинации из даты его рождения, дни рождения родителей, старшего брата. Ничего не выходит. С усмешкой ввожу дату своего рождения, дату сочетания браком – нет! Ничего…
Значит, пароль никак с семьей не связан или я просто не могу угадать нужную комбинацию цифр.
Меня бросило в испарину. Какие варианты остаются?
Приложить палец? Нет, не похоже, что сюда палец приложить нужно. Ах да, лицо показать.
Но в комнате темно, осторожно включаю настенное бра, пытаюсь словить лицо мужа для разблокировки телефона. Не выходит! У него глаза закрыты…
Что же такое… Никак не взломать телефон, что ли?
Еще несколько попыток оказались неудачными. Я уже начала терять терпение, испытывая усталость от переживаний и собственных мыслей.
Бросить бы этот телефон! Разбить…
С трудом совладав с гневом, я покидаю гостиную и отправляюсь на кухню. Пью холодную воду, от нее ломит зубы, горло становится будто каменным.
Так…
Поступим иначе.
Я звоню Семену.
Он точно был на том же самом празднике.
Не думала, что дозвонюсь с первого раза. Но на удивление друг Матвея отвечает довольно быстро.
– Алло.
– Привет, Семен.
– Привет, Лиля. Как ты? – уточняет с заботой.
Непривычно…
– Почемы ты спрашиваешь?
– Матвей сказал, что ты решила в последний момент не ехать, отравилась чем-то.
Что?!
Ах, значит, это я решила не ехать? В последний момент? Отравилась?!
Какой лжец…
И как противно слышать фальшивую заботу в исполнении мужчины, который высмеивал мой вес.
Лицемер.
– Спасибо, мне уже лучше, – отвечаю сухо. – Не знаешь, где сейчас Матвей? Не могу до него дозвониться.
Я решила, что если не могу проверить телефон мужа, то проверю их дружбу с Семеном. Посмотрю, покрывают ли они друг друга или нет?
– Лиля, тебе не о чем переживать. Время для таких праздников, можно сказать, еще детское. Тебе что-то срочное нужно?
– Да. Так ты знаешь, где Матвей?
– Разумеется, – отвечает очень уверенно. – Стоит буквально перед моими глазами.
Вот это мастер лжи.
Врет невероятно убедительно!
– Только не могу его позвать. Мы весь вечер ждали, пока представится возможность поговорить с человеком из городской администрации… Так… Вот, пожалуйста, отошли подальше, поговорить тет-а-тет.
Семен вздыхает:
– Лиля, сама понимаешь, важные переговоры – это часть таких мероприятий. Как только Матвей освободится, сразу же ему передам, что ты звонила!
– Спасибо, Семен.
Стараюсь говорить так, чтобы в моем голосе не прозвучало ни сарказма, ни разочарования: только что я поняла, что закадычные друзья Семен и Матвей готовы лгать напропалую и покрывать друг друга в любой ситуации. Причем, Семен делает это так уверенно и искусно, будто они исполняли этот номер десятки, а то и сотни раз!
– Так что-нибудь передать Матвею?
– Нет, ничего. Если он занят…
– Безусловно.
– Тогда не стоит. Хорошо повеселиться.
– Лиль, постой… – внезапно говорит Семен.
Его голос странным образом меняется.
– Может быть, я смогу тебе помочь?
– Помочь? Не думаю, что ты станешь мне помогать в деликатном вопросе.
– Говори, что надо, сделаю. Не чужие же люди! – решительно отвечает Семен.
– Даже ночью?
– А какая разница? – он словно набирает в легкие воздух и говорит. – Лиля, я…
Глава 4. Она
Голос Семена зазвучал странно, с некоторым волнением.
Я с удивлением вслушивалась в его тембр, но мужчине было не суждено закончить фразу. Что бы он ни хотел сказать, я уже об этом не узнала.
Потому что раздается жуткий грохот, я испуганно вздрагиваю. Мгновенно сбросив звонок, бегу в гостиную, на ужасные звуки.
– Твою мать… Аааа… Гребаный… Стол!.. Уууу… – мычит муж.
– Матвей!
Помедлив всего секунду, я бросаюсь ему на выручку. Кажется, во сне муж резко перевернулся и упал с дивана, зацепив при падении стеклянный журнальный столик, опрокинув его. Понятия не имею, как он умудрился это сделать! Может быть, муж упал, попытался встать, оперевшись при этом на столик. Пьяный, в сопли, не удержался, и упал.
– Матвей, ты чего так упился?
– Я праздновал, Лиль. Тебе не пронять.
– Не понять, ты хотел сказать?
– Зануда…
– Зато тебе весело. Вставай. Вот… Держись за меня!
Матвей еще и сопротивляется, умничать пытается, но у него плохо выходит. Зато хорошо выходит мычать строки песен, явно он хорошо провел время.
Обида колет сердце, но и бросить его я просто так не могу.
Все еще надеюсь, что мои подозрения – беспочвенны. Нужны более веские доказательства измены мужа, чем просто мои страхи и то, что я себе надумала.
Внутренний голос сопротивляется, изо всех сил стоит на своем, утверждая, подозрения не беспочвенные. Но я задвигаю его как можно глубже, дальше в себя!
Сейчас у меня одна задача – довести Матвея до спальни и, может быть, разболтать его?
Неизвестно откуда берется эта коварная мысль, но я сразу берусь за ее воплощение, изображаю заинтересованность пьяными бреднями мужа, усиленно смеюсь, когда он пытается пошутить и между делом пытаюсь выяснить, где был и с кем, вдруг новые интересные знакомства появились?
– Делами интересуешься? – хмыкает он. – Лиль, я тебе объяснять начну, ты же все равно ничего не поймешь. Где моя клиника, а где твои… писи с глубоким бикини?
– Ах так. Писи с глубоким бикини, значит? Такое чувство, будто ты весело провел время с одной из таких пись!
Разозлившись, я перестаю цепляться за рубашку мужа изо всех сил, и он валится на кровать грузным, тяжелым мешком, запутавшись в своих же ногах.
– Черт, ты чего?
– Ничего. Спи! Дальше справишься сам!
Выйдя из спальни, громко хлопаю дверью. На глаза наворачиваются слезинки, стираю их кончиками пальцев.
Вот, значит, как…
Пренебрежение из моего мужа так и прет фонтаном. Высокомерие и довольство собственной карьерой.
Довольно!
С меня хватит…
Завтра же я поставлю вопрос ребром.
Так дальше продолжаться не может.
***
На следующий день
– Лилечка! Ты сегодня рано, – улыбается мне Арина, администратор салона. – У тебя записи с одиннадцати утра, или ты кого-то взяла?
– Нет, никого не брала.
– Ох, я бы тогда на твоем месте спала и спала, – тянет девушка, явно настроенная поболтать.
Но у меня такого настроения нет и в помине, я быстро иду в свой кабинет, решила устроить генеральную уборку. Кабинет я всегда содержу в чистоте, но сегодня мне просто необходимо чем-то занять себя.
Иначе сойду с ума…
Понемногу втягиваюсь в процесс, пока руки заняты, мысли в голове начинают становиться в стройный ряд.
В кабинет заглядывают девочки, уже почти все собрались в салон. Большинство пришли к десяти, за исключением администратора.
Меня приглашают на чашечку кофе, к кофе, как обычно, десерты, печеньки… От кофе не отказываюсь, но беру себе без сливок.
– Лиля, ты совсем ничего не взяла! – удивляется Юлия, стилист по волосам. – Неужели ничего не нравится? Вот это печенье, с миндалем, вообще свежайшее, во рту тает.
– Ох, спасибо! Верю на слово, но я уже две недели как стараюсь придерживаться правильного питания.
– На диету села, что ли? А на какую?
Вопросы диет и похудения между нас, девочек, всегда самые бурно обсуждаемые. Поэтому разговор протекает в этом русле, все охотно делятся своим опытом. Мастер по маникюру, Аня, вызывается поддержать мою диету и спортзал, но… со следующей недели. Я лишь улыбаюсь: похудеть и вернуться в прежнюю форму – это уже вопрос принципа. Ради себя самой! Не ради Матвея. Пошел он к черту, сам-то брюки покупает уже следующего размера и волосы укладывает по-другому, иначе будет видно, что у него появляются залысины.
Он тоже не молодеет год от года… Но почему-то я не позволяю себе бросить в его сторону упрек, а он на пьяные бредни друга промолчал, еще и начал заинтересованно слушать советы про содержанку!
Неужели изменяет? А друг… Тоже хорош, покрывает!
Как складно он мне вчера врал, будто Матвей у него на глазах ведет важные беседы.
Злость снова проникает в меня по капле, заставляет кипеть мою кровь.
Никак не получается успокоиться!
После завершения чаепития всю свою энергию вкладываю в уборку, а потом становится не до того – приходит новая клиентка. Одна из постоянных, дарит сувенир из Таиланда, с восторгом рассказывает о том, как здорово они отдохнули семьей. Кроме отравления, разумеется. Кажется, это проклятие всех отдыхающих – слечь на первые два-три дня от непривычной еды…
За беседой с клиенткой время летит незаметно.
Проводив ее, замечаю, что мой телефон разрывается от звонков.
Муж.
– Что тебе надо? – усмехаюсь, сбросив вызов.
Перевожу телефон на беззвучный режим: некогда мне! Сегодня с одиннадцати и до пяти вечера – поток клиентов, одна за другой.
В перерывах между клиентами смотрю на телефон – муж много раз звонил, оставил около десяти сообщений.
С момента его первого звонка прошло несколько часов…
Может быть, стоит ответить? Как раз у меня перерыв и салат на перекус.
Перезваниваю мужу. Я не уверена, что он ответит. Ведь Матвей такой занятой и важный, куда мне до него!
– Наконец-то! – выдыхает сердито Матвей.
На удивление, он отвечает после нескольких первых гудков.
– Я думал, что тебя уже надо в розыск подать.
– Что за глупости? Я на работе. У себя в кабинете. Не твой кабинет директора клиники, конечно, но тоже кое-что, – усмехаюсь.
– Не понял, – говорит он. – Что с настроением?
– Ничего. Все прекрасно, погода отличная. Собираемся сегодня с девочками в кафе после работы заглянуть.
– Сегодня? На другой день перенести никак?
– Никак.
– Черт… – ругнулся. – И все-таки я прошу тебя отказаться.
– Интересно, почему я должна отказываться?
– Я хотел пригласить тебя кое-куда.
– Что, в спортзал? Знаешь, я и сама туда прекрасно хожу.
Матвей слушает удивленно.
– Что с тобой? Какая муха тебя укусила? Сегодня ты странная какая-то! С самого утра…
– О, с самого утра, значит? Любопытно… Я-то была уверена, что утром мы с тобой не виделись. Уверен, что видел и говорил утром именно со мной? Может, с другой девушкой ты беседовал, но нажрался так, что привиделось и перепутал?!
Матвей прочищает горло.
– Так. Ясно. Я пришел вчера поздно, пьяный, ты обиделась. Я так и думал, что ты обидишься. Именно поэтому я приглашаю тебя в ресторан.
– Нет, Матвей. Ты не пришел. Ты… Ты вчера приполз! На бровях. Едва не разбил столик и…
– Что еще?
– Да так… Болтал кое-что…
Слышу, как сбивается дыхание мужа.
– Послушай, Лиль, Лиличка. Я вчера… действительно, перебрал. Даже не ожидал, что выпивка козырная окажется такой крепкой. Я-то был уверен, что не пьянею, но вчера развезло конкретно. Извини, если я вел себя по-свински и мог наболтать… Не со зла. Самое паршивое, я ведь даже не помню, что говорил тебе! Скажи, что было? – просит он. – Лиля, любимая моя. Прости.
