Текст книги "Бюро ублюдков (СИ)"
Автор книги: Диана Удовиченко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)
Существо только нервно помотало хвостом, но не обернулось.
– Ты зачем его имя коверкаешь? – вступилась за любимца Дарк. – Тебе вот понравится, если тебя вместо Иллюминеля, например, Ебандилом Поликарповичем будут звать?
– Ты же знаешь, я не употребляю бранных слов. Это отвратительно.
– А-а, точно. Ну ладно, сиди тогда тут. Скоро Патрон вернется, выдаст пиздюлей. Авось изменит решение, и тебя ликвидирует.
– Хуйло! – в отчаянии выкрикнул эльф, для убедительности притопнув ногой.
– Ыр-р-р? – соизволил отреагировать зверь.
– Пошли, урод вонючий, я тебя мыть буду! – приободрился Люмик.
Хуйло ощерился, вздыбил шерсть, и двинулся на врага, выразительно поцокивая когтями.
Эльф попятился к двери.
– Ахаха! – по-гиеньи плотоядно рассмеялось существо, и ринулось в атаку.
Люмик с воплями выскочил из комнаты, за ним несся обиженный оскорблениями зверь.
– Отстань, скотина! Ай, больно же! Не кусайся!
– Ахаха-а-а-а! – неслось по всему зданию Бюро.
Дарк ухмыльнулась. Но тут из кабинета вышел Патрон с новой, едва початой бутылкой виски и двумя стаканами. Уселся за стол, щедро плеснул благородного напитка, подвинул стакан девушке:
– Такое дело…
Вскоре монахиня отправилась на задание. Оставшись один, Патрон погрузился в размышления. Конечно, он обязан был устроить подчиненным разнос, оплошности их очевидны: Люмик не сумел заколоть мигранта, Джо поддался своей фобии, и устроил куриное побоище. Но в том, что произошло дальше, вины ублюдков нет: в итоге они все же справились бы с чужаком. Если бы не вмешательство извне. Хлопок, выброс магии, круг на кукурузном поле – признаки того, что парня телепортировали. Это же недавно подтвердил Дворф, выйдя на связь с поля. Обратный поток магических частиц указывал на прорыв в пространстве.
– Кто-то начал собственную игру, – пробормотал Патрон. – Придется расследовать это дело самому.
Он подхватил со спинки стула серый твидовый пиджак, рассовал по карманам сигары, подмышкой зажал бутылку виски, нахлобучил шляпу-котелок, тихо покинул Бюро, и, никем не замеченный, тенью заскользил по улицам.
* * *
Дарк лежала в кустах, и, приложив к глазам бинокль – изобретение мигрантов – наблюдала за долиной, в которой стояла небольшая заброшенная деревенька. Сейчас в полуразвалившихся домах за частоколами снова кипела жизнь. Там поселилась банда разбойников под предводительством нового мигранта. Чужак появился одновременно с тем, первым, которого упустили коллеги. Поэтому второй прорыв в пространстве Средиморья заметили не сразу. Поняли, что мигрантов двое, только когда в службу безопасности стали поступать жалобы от ограбленных горожан. Информация была странная и противоречивая, поэтому Патрон решил не сразу ликвидировать мигранта, а для начала понаблюдать. Да и ликвидировать из-за отстранения аж троих членов команды, было некому.
– Следи за ними, только очень осторожно, – приказал Патрон, снабдив ее волшебным зеркалом. – Через сутки выйду на связь.
Монахиня выбрала идеальную точку для наблюдения – заросшую лесом верхушку холма. Отсюда деревня просматривалась, как на ладони. Дважды сходила на разведку, подобралась довольно близко, увидела необычные вещи, теперь ждала, когда объявится Патрон с новыми указаниями.
Вечерело. В долину сползала тень, делая наблюдение невозможным. Дарк поднялась, размялась, поправила удобный камуфляжный комбинезон, и решила перекусить. Только открыла рюкзак, чтобы достать хлеб и сыр, как зеркало в кармане противно завибрировало. Девушка поспешно его достала, провела ладонью по гладкой поверхности.
– Дарк, Дарк, прием, что у тебя? – серебристая амальгама показала привычно незнакомую физиономию с пронзительным взглядом серых глаз.
– Мигрант явно инженерного типа, Патрон, – отозвалась Дарк. – Но попыток связаться с властями и предложить прогрессивные технологии не делал. Подводных лодок не строит, оружия массового поражения не изобретает. Вместо этого сколотил шайку, которая грабит близлежащие поселения и охотится на большой дороге. Берет пленных, но только молодых, сильных мужчин. Остальных отпускает.
– Тогда почему инженерного? Может, это просто зарвавшийся манагер?
– Нет, Патрон. Он построил какой-то механизм, причем, думаю, магический.
Посреди деревни возвышался невесть откуда взявшийся огромный кристалл. Вокруг стояли велосипеды без колес, с закрепленными на рулях воронками. Пленные посменно крутили педали, и над устройством образовывалось видимое невооруженным глазом завихрение воздуха. Дарк во время рейда сумела разглядеть, что от кристалла в разные стороны отходят какие-то трубы.
– Похоже, он вытягивает из воздуха магические частицы, и куда-то отправляет.
– Ты права. Вот что. Мигранта нужно потихоньку устранить. Но для начала необходимо разыскать чертежи, по которым построена машина. Пленных вывести, на бандитов можешь не обращать внимания: пусть ими занимаются местные власти.
– Я благодарна за вашу веру в мои возможности, Патрон, – ядовито ответила Дарк, – но боюсь, одной мне с такой миссией не справиться. Пришлите для подстраховки хотя бы Джо, что ли.
– Невозможно. С ним работают люди из службы собственной безопасности. Как и с остальными. Отправлю тебе нового сотрудника, сегодня приняли. Имей в виду: парень неопытный, только после инструктажа. Следи за ним, кадр эксцентричный, впрочем, как и все вы. Но исполнительный. Зовут Жига.
Дарк сообщила свои координаты, и принялась за ужин, представляя себе новобранца. Хорошо бы, он был симпатичным и мужественным. Может, в этот раз повезет?
Пространство в нескольких шагах от монахини задрожало, и выплюнуло новичка. От увиденного Дарк едва не подавилась куском хлеба. Перед ней стоял тощенький юнец лет восемнадцати от силы.
– Здравствуйте, й-й-я Жига, – запинаясь, пискляво представился он, стеснительно покраснев и избегая смотреть девушке в глаза.
Дарк молча разглядывала напарника: рыжие лохмы, торчащие в разные стороны, прыщавая физиономия, круглые очки, мешковатая потертая одежда – типичный недокормленный студент.
– Патрон… это… ввел меня в курс задания, – не дождавшись ответа, продолжил мальчишка. – И сказал… ну… что руководить ликвидацией будете вы. Когда… это… приступать?
Дарк отхлебнула воды из фляги, прокашлялась, просипела:
– Я сейчас. Ты пока займись каким-нибудь делом…
Отойдя на несколько шагов, вытащила зеркало. Дождавшись связи, злобно прошипела:
– Патрон, при всем уважении: я похожа на няньку? Просила мужика, а вы кого прислали? Что мне с ним делать? Сопли подтирать?
– Бюро создано для решения проблемы незаконных мигрантов, а не для удовлетворения ваших сексуальных потребностей, агент Дарк, – проницательно ответил начальник. – Впрочем, если ваши потребности мешают службе, можете в свободное время зайти в мой кабинет. Готов посильно помочь.
Дарк фыркнула: большая радость от общения с мужчиной, которого тут же забываешь.
– Но что он может? Пацан же совсем, дохляк!
– Отставить эмоции. Если у вас все, приступайте к планированию ликвидации. Невыполнение задания чревато санкциями. И да, следите за Жигой. У него слабое представление о добре и зле, также он чрезвычайно рассеян. Конец связи.
На амальгаме появилась надпись: «Магический заряд ниже нормы», зеркало мелодично пиликнуло, изображение исчезло. Дарк с досадой поправила прическу, обернулась, собираясь подозвать Жигу и строго приказать помалкивать, пока она разрабатывает план ликвидации. Парня не было. Дарк обыскала кусты, но и там новичка не обнаружила. Схватила бинокль, навела на склон, и онемела: Жига спускался в долину.
– Блядь, – выразительно произнесла монахиня.
Кричать было бесполезно: парень ушел слишком далеко. Ссутулившись, нелепо размахивая руками, он шагал прямо к бандитскому логову, и даже не пытался скрыться.
– Блядь, – еще раз высказалась Дарк, представив взбучку, которую ей устроит Патрон.
Приближавшегося Жигу заметили, навстречу ему вышли несколько бандитов. Дарк беспомощно наблюдала за коротким диалогом, после которого один из мужиков двинул новобранцу в зубы. Потом его скрутили и увели.
«Спокойно, – сказала себе Дарк. – Сразу пацана не убьют, пленные нужны для того, чтобы крутить педали. Сейчас ты все равно ничем не сможешь помочь. Дожидайся темноты, и отправляйся в лагерь. Может, получится его вытащить. Хотя вряд ли. Одна против десятка бандитов, дохляк не в счет. Это если придурок тебя не сдаст, и шайка не сработает на опережение. И еще зеркало разрядилось… Шарман, блядь, прелестный, а не служба».
Она проверила револьверы, переползла в дальние кусты, и улеглась, продолжая наблюдать за лагерем в бинокль. Окончательно стемнело, в поселении загорелись костры. Дарк решила подождать еще немного, пока бандиты не улягутся спать, выставив часовых. Наконец в деревне остался всего один костер. «Пора», – решила девушка, поднялась, но тут ближайшие кусты зашевелились, из них вылез целый и невредимый Жига.
Онемев от изумления, Дарк наблюдала, как мальчишка выдергивает из головы репьи и отряхивает поношенный костюм. Наконец, к ней вернулся голос:
– Какого хуя ты творишь?! Кто тебе разрешил лезть в бандитское логово? Совсем ебанулся?
– Это… извините. Вы же сами сказали заняться делом. Я думал, это приказ выполнять задание.
– Думал он, – выговаривала Дарк, чувствуя некоторое облегчение: хотя бы не пришлось отвечать за гибель агента. – Тебя сюда не думать прислали, блядь, а подчиняться. Теперь ты запорол задание. Бандиты будут настороже. Как к ним подбираться?
– Так того… не запорол. Вот, – Жига вытащил из-за пазухи сложенные в несколько раз листы бумаги, протянул девушке.
Дарк развернула листы, злобно буркнула:
– Ничего не видно.
– Вот… – Жига сделал неуловимое движение ладонью, над головой девушки, едва не опалив волосы, повис большой огненный шар. – Ой, простите…
Шар сделался в несколько раз меньше. Дарк увидела на бумаге рисунок кристалла, и столбики вычислений.
– Чертежи?! Но как?!
– Это… со стола их главного взял.
– Ну что ж. Первую часть задания ты выполнил, – смилостивилась Дарк. – И самое удивительное, выжил при этом. Но это тебя не оправдывает. Твоя самодеятельность осложнила ликвидацию мигранта.
– А, извините, забыл, – пробормотал Жига, и щелкнул пальцами.
Раздался невероятной силы взрыв, горячая волна отшвырнула Дарк и мальчишку на десяток шагов. Над долиной поднялся огромный огненный гриб, закрыл собою полнеба, кровавое зарево осветило весь город.
Монахиня долго лежала, уткнувшись лицом в траву, закрывая голову руками. Казалось, наступил конец света. В ушах гудело, свет от вспышки пробивался даже сквозь плотно закрытые веки. Наконец она опасливо подняла голову. Жига сидел рядом, приглаживая лохмы.
– Что это за хуйня? – спросила Дарк.
– Ну это… вы же сказали, надо ликвидировать мигранта, – пояснил новичок.
– Так это ты сделал?!
Дарк отыскала бинокль, поднесла к глазам. Света от угасающего пожарища хватило, чтобы рассмотреть: на месте деревни образовалась аккуратная воронка. Взрыв уничтожил всё и всех.
– Ты ебанулся, пиздюк-недоучка?! – заорала монахиня. – Там же пленные были! Ты всех угандошил!
– Извините… – похоже, это слово было основным в лексиконе Жиги. – Не подумал.
– Не подумал он! – бушевала Дарк. – А мне как теперь Патрону в глаза смотреть? Как? Как ты, блядь, это сделал?
– Ну… у меня способность такая. Я могу напитывать предметы нестабильной магией. А потом взрывать. Больше ничего не умею.
– Охуительно, – вздохнула Дарк. – Дай угадаю: ты напитал кристалл?
– Ну… да.
– Прекрасно. Взорвать кристалл-накопитель, полный магических частиц. Ты совсем идиот или наполовину?
– Простите… Ну я это… рассеянный очень. Меня из академии даже выгнали. За рассеянность.
– Уверен, что за рассеянность? А может, ты что-нибудь там взорвал? – успокаиваясь, вздохнула Дарк.
– Кафедру огня поджег. Но это все по рассеянности.
Дарк заподозрила неладное, и вкрадчиво спросила:
– Скажи, а тебе это нравится? Взрывы там, огонь?
– Очень нравится, – простодушно признался Жига.
– Так я и думала.
Монахиня обреченно кивнула: ко всем психам, в бюро ублюдков добавился еще и пироманьяк.
Глава 5. Психи и романтика (часть 1)
– Так-так. Значит, вы не любите мигрантов?
Джо лежал на кушетке, и разглядывал паутину трещин на потолке. Она расходилась от центра правильными лучами, а в конце змеилась и упиралась в сколы. Он валялся здесь уже минут десять, ожидая, когда позволят уйти. Но большим запасом терпения Джо не обладал, можно сказать, держался из последних сил, чтобы кому-нибудь не навалять.
Кем-нибудь был доктор-магопсихотерапевт. Конечно, Джо явился к нему не по своей воле: убийце в кошмаре не привиделось бы обращение к мозгоправу. Во всем виновата была суровая комиссия по внутренним расследованиям. Строго допросив троих ублюдков, агенты его величества пришли к выводу: в сговор с мигрантом ликвидаторы не вступали. Люмика и Дворфа просто допустили к дальнейшей службе, а в Джо усмотрели психический надлом, и обязали пройти консультацию у доктора ведомственной лечебницы для агентов. Это было вдвойне обидно, будто делало Джо второсортным.
– Не любите мигрантов? – повторил вопрос доктор.
– А за что их любить? – лениво откликнулся убийца.
Мозгоправ ему категорически не нравился: пожилой, сухонький, с поджатыми губами и длинным, острым, как птичий клюв, носом. Доктор все время кивал, говорил «так-так», и напоминал дятла, продалбливающего дырку в черепе, чтобы подобраться к мозгам. Именно этого Джо и не собирался позволить.
– Но вы проявляете к ним агрессию.
– А надо что? Осыпать их цветами и угощать пирожными? Я ликвидатор, между прочим. Или может, их с любовью ликвидировать?
– Так-так… Но вы слишком отдаетесь процессу. Наверняка это что-то личное. Какие претензии у вас к мигрантам и тыквам? Они вас изнасиловали?
– Что-о-о? – Джо приподнялся, изумленно глядя на магопсихотерапевта.
Старик не смутился, опять кивнул и зачиркал пером, делая записи в большой потертой тетради.
– Так-так… Ну вы же мрачный убийца, правильно?
– Да.
– Значит, по всем законам жанра, у вас должно быть мрачное прошлое. Вы же почему-то стали таким мрачным. Расскажите о детстве.
– Детство как детство, – пожал плечами Джо. – Золотое, безоблачное. И это, как его… счастливое.
– Так-так… В постель мочились? Животных мучили? Поджогами баловались?
– Нет! – взревел Джо. – Давайте допуск, и пошел я!
– Ваша агрессия означает отрицание. А отрицание означает нежелание снова переживать травмирующие моменты. Я думаю, вас все же изнасиловали. По статистике, большинство мрачных убийц в детстве перенесли насилие.
– Послушайте, док, – вздохнул Джо. – Хватит в моих мозгах ковыряться. Не будите во мне мрачного убийцу.
– Так-так… Я еще и не начинал. Расскажите о матушке.
– Она была хорошая, – улыбнулся Джо. – Пирожки пекла, по голове меня гладила.
– Так-так. Отлично. Она была мигранткой?
– Да вы чего, док? Нет, она местная была, фермерша.
– Значит, мигрантом был ваш батюшка. А о нем что скажете?
– Да ничего особенного. Старик как старик. Днем работал в поле, вечером бухал.
– Так-так… Он вас бил?
– Куда там. Матушка моя была женщина могучая, и сурового нрава. Батя в доме и вякнуть лишний раз боялся. Враз бы поленом приголубила.
– Так-так… Они живы?
– Нет, – вздохнул Джо.
– Что же случилось? – оживился доктор. – Их убили? Изнасиловали?
Джо открыл было рот, но тут же захлопнул, поняв: он не знает, что ответить.
– Так-так… Кажется, мы подобрались к сути. Так что произошло?
– Я не помню, док, – выдавил убийца. – Вот детство помню, матушку, отца. Дом наш помню, как в лесу с братьями играл, барашка, его Кусиком звали. Потом барашка съели, конечно. И вдруг… черное пятно.
– А вот тут и кроется ваша мрачная тайна! – Возвестил магопсихотерапевт. – Вам надо вспомнить, что случилось.
Джо поднатужился, но ничего не вышло.
– Не могу, док.
– Потому что не хотите. Ваша память блокирует мрачную тайну, чтобы сохранить рассудок. Я погружу вас в транс, и тогда вы все вспомните.
– Погодите, док. Но может, моей памяти виднее? Что будет, когда я вспомню?
– Так-так… Не знаю, – беспечно проговорил старик. – Либо ваше сознание не выдержит, и вы сойдете с ума, либо просто поймете, почему ненавидите мигрантов и тыквы.
– Да ну на хуй, не надо мне… – начал было Джо.
Но доктор оказался проворнее: он вытащил из кармана кисет, вытряс щепотку порошка, дунул, произнес заклинание, и убийца погрузился в сон. Там было хорошо, уютно: светило яркое солнце, шелестели листья под свежим ветерком, блеял еще не съеденный барашек по имени Кусик, пахло мамиными пирожками и отцовской самогонкой.
– Так-так, – продолбился сквозь сладкие грезы голос доктора. – Что видите?
Картина омрачилась.
– Мигрант… новый… – с трудом произнес Джо. – Появился прямо у нас на огороде. Родители и наняли его в батраки.
– Что он сделал?
– Нагадил рядом с грядкой. Матушка заметила, хотела его прогнать. Но тут из дерьма проклюнулся росток. И быстро так вытянулся. Тыква это была. Мигрант, он в своем мире жрал семечки… – Джо тревожно заметался на кушетке, застонал.
– Так-так… Действительно, тыквы в наш мир принесли мигранты. Видимо, вы излагаете историю появления овоща. И что же дальше?
– Дальше было хорошо. Вижу, мы снимаем урожай, везем на телеге. Я сижу на самом верху, мне весело. Матушка продает тыквы на базаре, радуется выручке…
– Что вы видите еще?
– Матушка… Она полюбила щелкать тыквенные семечки. Вечером садилась с горстью на крыльцо.
– Так-так… Дальше?
– Подавилась! Матушка подавилась тыквенным семечком! Она задыхается! Я не могу помочь! Она умирает! И все из-за мигранта, который насрал в огороде!
– Сейчас я щелкну пальцами, и вы проснетесь, – быстро сказал доктор.
Джо подскочил, выпучив на старика обезумевшие глаза:
– Доволен, мозгоправ? Как мне теперь с этим жить? Вот за что я ненавижу мигрантов и тыквы!
– Вам нужно научиться управлять гневом и мыслить позитивно, – заикнулся старик.
– Хуй тебе по всему рылу! – Заорал Джо, выдергивая из кармана бумагу и подсовывая доктору под нос. – Подписывай допуск к службе, и пошел я! Уничтожать мигрантов и тыквы!
– Успокойтесь. Допуск не подпишу, – не испугался врач. – Прописываю вам курс по управлению гневом… – В его кармане завибрировало волшебное зеркало, старик взглянул, наморщил лоб, махнул рукой. – Нет, не прописываю. Давайте допуск. Пришел запрос, вас срочно вызывают в Бюро.
Он подписал бумагу, сочувственно вздохнул:
– Держитесь. Теперь вы знаете правду. Главное, вас не изнасиловали. Но все же, берегите психику. Когда освободитесь, приходите, научу вас медитировать и освобождать сознание.
– Нет уж, не надо, – убийца шагнул к двери.
– Подождите, – окликнул доктор. – Один совет. Когда вспомните о тыквах, постарайтесь нейтрализовать агрессию. Представьте вместо тыквы… ну например… что вы любите?
– Как все мужики: пиво и сиськи.
– Так-так… Пиво по форме не очень годится… Вот представьте, что тыква превращается в сиськи. Поверьте, очень поможет.
Джо злобно сплюнул и выбежал из лечебницы.
* * *
На рассвете встрепанная, потная, перепачканная сажей Дарк ворвалась в комнату заседаний Бюро, волоча за собой испуганного Жигу. Здесь уже сидели Дворф и Люмик. Эльф при виде девушки злорадно усмехнулся:
– Взрыв посреди ночи – твоих рук дело? Что это было? Репетиция конца света? Романтичненько.
– Говорил же, не место смазливой бабе в Бюро, – флегматично поддержал Дворф. – Смазливые бабы, они бестолковые. Особенно те, которые с большими сиськами.
– Заткнитесь, – рыкнула монахиня. – Пока вы тут с комиссией прохлаждались, я работала.
– Я прохлаждался? – обиделся Люмик. – Да мне твое Чумло два камзола в лохмотья порвал, пока я его мыл. И вот…
Он продемонстрировал в кровь исцарапанные руки.
– Жаль, он тебе голову не откусил, – огрызнулась Дарк.
– А это что за рыжее чучело? – Люмик переключился на Жигу.
– Новый агент, блядь. Маньяк вроде вас, – вздохнула девушка. – Так и работаем…
Патрон серым облаком выплыл из своего кабинета, уселся за стол, без интереса спросил:
– Ну, что там нового?
– Новое уже не новое, его весь город видел, – хихикнул Люмик.
Мысленно попросив Неизвестного о защите, Дарк заговорила. Выслушав ее сбивчивый рассказ, Патрон, против ожидания, не разозлился, только рассеянно махнул рукой:
– Предоставишь отчет комиссии внутренних расследований. Благо, они здесь. Пока можешь идти. И заряди зеркало, чтобы не пропустить вызов.
– А вы нас не того… ликвидировать не будете? – жалобно спросила Дарк.
– Не до вас, – пыхнул сигарой Патрон. – Пока ты возилась с инженерным мигрантом, а остальные с комиссией, произошло сразу несколько вторжений. Безопасники сбиваются с ног. Не успеваем отслеживать всех. Миграция становится массовой и приобретает характер эпидемии. Во всех службах его величества объявлен режим чрезвычайной ситуации. Так что ступай, отдохни. Скоро вызову на следующее задание.
Хлопнула входная дверь, на респшн оглушительно завопила банши.
– Оставьте письмо у секретаря! – крикнул патрон, когда вой банши смолк. И добавил: – Так целыми днями. Опять жалоба от министра.
– Хорошо, – выдохнула Дарк. – То есть, плохо, конечно.
– Извините, а мне куда? – робко вмешался Жига.
– Пока в Бюро поживешь. Здание защищено противовзрывными и противоподжоговыми заклинаниями. Иди, устраивайся в комнате 32-б. Заодно и за Хуйлом присмотришь.
– Это Хуйло за ним присмотрит, – фырнула Дарк.
Она и Жига вышли, столкнувшись в дверях с Джо, который торжествующе размахивал бумагой о допуске.
– Теперь с вами, – отхлебнув виски, сказал Патрон. – Дворф остается здесь, он мне нужен. А вы двое – на новое задание. Ответственным за операцию назначаю Люмика.
– Почему Люмика? – уточнил Джо.
– О, неужели романтичка? – расцвел в нежной улыбке эльф.
– Именно. Поступил высокий запрос. Она уже двое суток живет у Нидо Фолькерста. И допекла абсолютно всех. Дом разгромлен, прислуга разбегается, супруга Фолькерста в истерике, и собирается подавать на развод.
– Погодите, Патрон. Нидо Фолькерст – это же…
– Да. Министр его величества, тот самый, который побывал в параллельном мире и вернулся живым.
– Магбук показывает, она не выходит из дома, – добавил Дворф, что-то подкручивая в волшебном устройстве.
– Романтические мигрантки… – развел руками Патрон. – Пока не разрушит жизнь мужика полностью, не уймется. Фолькерсту не повезло, что романтичка выбрала его.
– Интересно, почему именно его? – задумался Люмик. – Говорят, Фолькерст почти сумасшедший, так и не пришел в себя после возвращения.
– Ну это сильно сказано, – поморщился Патрон. – Скорее, он со странностями. Из параллельного мира вынес разные мистические заблуждения. И теперь составляет какие-то карты, прогнозы, ежедневно пророча его величеству пожары, чуму и скорую гибель.
– Еще проекты законов предлагает, – буркнул Дворф. – То плотскую любовь хочет запретить, то обязать всех молиться Неизвестному.
– В общем, идите и разберитесь на месте. И постарайтесь не завалить хотя бы это задание.
– Патрон, нужны средства. – Сказал Люмик. – Ликвидация романтички – дорогое удовольствие.
– Да, как всегда, – начальник порылся в ящике стола, вручил эльфу тяжелый позвякивающий мешочек. – Отчет о затратах предоставить не забудь.
С тем Патрон и отпустил двух агентов. На улице Люмик, явно наслаждаясь своим главенством, принялся королевствовать вовсю.
– Тебе что-нибудь пояснить по сути задания? – высокомерным тоном спросил он у Джо.
– Да уж будь так любезен, – саркастически попросил убийца.
– На подготовку понадобится несколько часов. Времени до вечера как раз хватит. Тебе я дам другое поручение.
– Это просто баба, мигрантка несчастная. Какая подготовка? – удивился Джо. – Давай разнесем ей башку, как спелую… сиську.
Люмик остановился и уставился на товарища в безмолвном удивлении.
– Не обращай внимания. Это из-за мозгоправа.
– Разнести башку не получится, – поучительным тоном пояснил эльф. – Поверь моему опыту: я ликвидировал уже трех романтичек. Вот…
Он закатал рукав, и продемонстрировал татуировку: три маленькие черные розы повыше запястья.
– Ого! Да ты метки делаешь.
– Да. Каждая ликвидация романтички – трудная и опасная операция. Здесь хуже, чем на войне: одно неверное слово, и ты труп. Ладно еще труп. Хуже, если женят.
– Чем может быть так уж опасна баба? – не верил Джо.
– В классификаторе опасностей романтички вписаны отдельной строкой. У них даже номера нет. Это хаотичные существа, у которых полностью отсутствует логика, здравый смысл и просто мозг.
– Тупые бабы? Отлично. А они красивые?
– Как правило, страшненькие. Но при перемещении в наш мир, получают мощные чары. Их воздействие на средиморцев очень сильно. Противостоять не может никто. Самое интересное, что средиморцы видят романтичек красавицами. Морок не действует только на таких же мигрантов либо полукровок, вроде нас с тобой.
– Допустим. Так какая подготовка тебе нужна?
Люмик остановился перед вывеской дорогой цирюльни:
– Пожалуй, начну отсюда.
– Ты охуел? – прямо выразился Джо. – В доме министра окопалась опасная тварь, а ты патлы чесать пойдешь?
– Да, пойду. И прекрати грязно выражаться. А еще мне понадобится омовение росой с лепестков диких орхидей, растирание ароматическими маслами, маникюр, педикюр, – со вкусом перечислил эльф. – Затем надо будет купить одежду, обувь, посетить ювелира, заводчика лошадей. Закончу в эльфийском театре оперы и балета.
Джо покрутил пальцем у виска.
– У всех романтичек одна цель: влюбиться во влиятельного мужчину, – снизошел Люмик. – Принцы, короли, темные властелины – вот их мишень. На обычных людей романтички внимания не обращают. Вернее, просто используют их, как нужно. Теперь понимаешь степень опасности? Что произойдет, если дамочка действительно окрутит принца или короля?
– Безмозглая королева это пиздец, – кивнул Джо.
– Вот именно. Теперь понял?
– Нет.
Люмик закатил глаза:
– Чтобы выманить романтичку из дома министра, нужен прекрасный принц. Дошло?
– Так ты принца изображать будешь?
– Наконец-то. С интеллектом у тебя не очень.
– А мне кого играть? Темного властелина?
– Не смеши. Будешь моим личным телохранителем. Причем немым. С романтичками надо беседовать особенным образом. Говорил же, каждое неверное слово может стать для тебя последним. Так что уж помалкивай лучше.
– Переодеваться нужно? – уточнил Джо, решив пропускать шпильки эльфа мимо ушей.
– Дай-ка посмотрю, – Люмик обошел убийцу, оглядел со всех сторон. – Высокий, здоровый, небритый, в пыльной помятой одежде, рожа со шрамом, зверская, не обезображенная работой мысли. Нет, все в порядке. Ты весьма убедителен. Даже слишком. Поэтому пойдешь на разведку в дом Фолькерста. Задача: не попадаясь никому на глаза, посмотреть, что там происходит. Встречаемся возле эльфийского театра, ровно в семь вечера.
Люмик распахнул дверь цирюльни, и царственно удалился, не попрощавшись. Сквозь стеклянную витрину видно было, как эльф уселся в кресло, и вокруг него принялись хлопотать три томных юноши. Джо скривился, и отправился на разведку.
Особняк министра Фолькерста знал весь Эстаргот. В народе здание прозывалось «Черным домом». Построенный из черного камня, с крошечными окнами-бойницами, он мрачным утесом возвышался над городом. Разбитый за кованым забором сад лишь усиливал зловещее впечатление: здесь были густые, темные аллеи, экзотические деревья с корнями, подобно паукам, вылезавшими на дорожки. Колючие кустарники цепляли гуляющих за одежду, яркие цветы из дальних земель тревожно благоухали, вызывая головную боль.
Сегодня над домом будто сгустилось облако тоски, страха и тишины. Не суетились во дворе служанки с лакеями, не прохаживались охранники в пышной форме. Резиденция Фолькерста словно вымерла. Джо обошел забор, отыскал неплотно прилегающий металлический прут, отогнул его и влез в сад. Никем не замеченный, проскользнул по аллеям, миновал парк, прошел мимо хозяйственных построек, и вышел на безлюдный задний двор. Опыт подсказывал убийце: хочешь узнать о господине – послушай, что говорят слуги.
Возле двери в кухню стояло несколько больших пустых бочек. Джо спрятался в одной из них, прикрывшись крышкой, рассудив: слуги – народ подневольный, их работу никто не отменял, рано или поздно появятся. Ждать долго не пришлось.
– Ой, да что же делать? Как жить-то дальше, тетка Полли? – затянул молодой женский голос.
– Что она опять утворила, пакостница эта? – второй голос, уже старушечий.
– Разбила парадный чайный сервиз. Прямо так хватала, и об стенку шарахала. А потом сказала, что это я сделала.
– И господин Фолькерст поверил? – ахнула старушка.
– Да как же ему не поверить, тетка? Ты же видела, какая она красавица, чужачка эта. Только глянет своими черными глазищами, и господин словно в мороке…
– Ох, не знаю, милая, не знаю, как выжить теперь.
– У меня из жалования вычтут. Мне за эти чашечки год работать. Может, сбежать, а, тётка? Уж десять человек в бега пустились, скоро прислуживать некому будет…
Джо просидел в бочке несколько часов, за это время обогатившись ценными сведениями. Мигрантка действительно вела себя дико. Из разговоров слуг выяснилось: за два дня дамочка успела избить трех охранников, расколотить груду дорогой посуды, скинуть с балкона лакея, насмерть отравить домашнего лекаря, устроить локальный пожар в алхимической лаборатории Фолькерста, довести до обморока жену министра, зачем-то подпалив хвост ее любимому попугаю. Также мигрантка почему-то называла министра «мой Темный властелин», и требовала подготовки к пышной свадьбе, не обращая внимания на то, что несчастный женат. Супруга Фолькерста, опасаясь за свою жизнь, решилась на развод.
«Точно, – сообразил Джо, – Люмик говорил, романтичкам нужны только принцы и великие властители. Видно, дурища приняла Фолькерста за Темного властелина. Смешно, ей-Неизвестный. Станет Темный властелин жить в центре города и служить министром…»
Он досидел до вечера, выбрал момент, когда на заднем дворе никого не было, вылез из бочки и, выбравшись за ограду, зашагал к эльфийскому театру оперы и балета с одной мыслью: «Пожалуй, Люмик прав: выманить эту гадину – опасная и трудная операция…»
Глава 5. Психи и романтика (часть 2)
Бал в особняке Нидо Фолькерста был в самом разгаре. Огромный зал, украшенный гирляндами цветов, полнился аристократической публикой. Сверкали под светом магических фонарей хрустальные бокалы с вином и бриллианты на дамах, переливались яркие шелка. Сновали лакеи, разнося напитки и закуски. Играл оркестр, кружились элегантные пары.
Хозяин всего этого великолепия, высокий, монументальный брюнет, одетый, как всегда в черную хламиду, стоял возле буфета со сладостями. Лицо Нидо выражало отчаяние и грусть. На его правой руке висела прекрасная мигрантка по имени Настя. Беспрерывно поедая пирожные, она трещала:
