Текст книги "Точка Бифуркации XV (СИ)"

Автор книги: Дейлор Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

На этих словах князь недовольно нахмурился и поджал губу, очевидно, вспоминая нюансы минувшей встречи. Ведь в действительности, если какой-то одарённый представляется по имени, сам факт данного слова уже является доказательством сказанного. Найти более глупый способ лишиться своей силы или себя серьёзно ослабить, ещё нужно поискать. Впрочем, как верно заметил Зайцев, это правило работает только для одарённых. Был ли им человек, представившийся графом Николаем Шевцовым, Алексей убедиться не удосужился. Как и поискать его фотографию в сети.

Впрочем, если князь на этот счёт хоть секунду расстраивался, по нему этого было не сказать. Ведь понимание, что его в чём-то обманывают, присутствовало изначально. Как и желание дать этому обману случиться.

– Видится мне, господин Зайцев, род Шевцовых не брезгует крышевать банду мошенников. Я, право, думал, что подобные занятия для аристократических родов – дело унизительное, но видно мало ещё знаю об этом мире.

– Такие слова вам могут дорого стоить, господин… Не знаю, как к вам обращаться. Вы не представились.

– Тебе пока и не нужно знать, – улыбнулся Алексей, переводя взгляд на приближающегося в его сторону Святогора. – Закончили?

– Так точно, Алексей Михайлович. Что с ними будем делать?

– Есть у меня пару вариантов…

* * *

Входя в помещение, цесаревич неожиданно для себя отметил, что внутри, помимо самого отца, присутствуют сразу несколько приближенных к нему советников, глава и заместитель отдела аналитики, а также оба личных помощника государя.

– Чем обязан столь позднему приглашению, отец?

– Присаживайся. Только тебя все и ждём, – коротко кивнув, ответил монарх. Затем, отмечая, что все в сборе и готовы слушать, он поднялся с места и без лишних вступлений произнёс: – Сегодня мне поступил звонок – некоторые из вас уже в курсе. В целом, с учётом того, что сейчас происходит, это было вполне ожидаемо. Хотя мы, признаться, уже и забыли, когда в последний раз получали известия от Ордена. Тем не менее, этот момент настал. Империя была вновь включена в состав участников.

– О каком ордене идёт речь, Ваше Величество? – задумчиво произнёс Глеб Владимирович, изучая взглядом лицо отца.

– Орден Хранителей. Ты должен помнить о нём по урокам истории с Валентином Ильичом.

– Это те Хранители, орден которых исчез вместе с уничтожением рода Черногвардейцевых? – уточнил цесаревич, вызывая на лице императора эмоцию недовольства. – По крайней мере, насколько я помню, это примерно сопоставимо по датам.

Если кто из присутствующих и мог осуждать Глеба Владимировича за поверхностное знание таких важных и серьёзных вещей для его будущего поста, то виду он не подал. Да и о чём может идти речь, когда Романов-младший являлся единственным из окружающих его сейчас людей, который в те годы был ещё ребёнком. А уроки истории о судьбоносной для мира организации он получал уже спустя десяток и более лет, со дня последнего её появления в свете. Орден Хранителей за своей ненадобностью, казалось, был всеми постепенно забыт. Впрочем, некоторыми государствами, ввиду определённых разногласий, он был забыт намеренно.

– С одной только поправкой. Исчез не сам Орден, а было аннулировано наше членство в этой организации, в качестве санкции за произошедший геноцид, – отмечая, как на лицах некоторых помощников зреет немое недовольство от озвученных трактовок, Романов тут же добавил: – Да-да, будем называть вещи своими именами. Потому как это крайне важно сделать сейчас, когда у нас появилась возможность переиграть сложившиеся реалии. Вы, Пётр Андреевич, и вы Анатолий Саныч, служили ещё при моём отце, покойном императоре Анатолии первом, царствие ему небесное. И должны отлично помнить, как всё было, и кто позаботился о том, чтобы наша пропаганда разнесла нужные нарративы среди аристократической элиты страны. Сегодня мы от этого отходим.

Часть из присутствующих людей поджали губы, невольно обменявшись взглядами – слова императора явно не всем пришлись по вкусу. Принц же, судя по его лицу, хотел что-то спросить, но в последний момент сдержался – очевидно, более не имел желания демонстрировать некомпетентность в обсуждаемом вопросе при членах совета.

– Позвольте уточнить, Ваше Величество, с каким предложением они к нам пришли? – произнёс один из пожилых советников, чьё имя было только что озвучено.

– В кратчайшие сроки организовать встречу. Я, Черногвардейцев, и несколько представителей Ордена, которые прибудут к нам в Москву. Пока всё, но я более чем уверен, что речь также зайдёт и о камнях, – не стал скрывать своих догадок император.

– Я надеюсь, вы понимаете, что давать им хотя бы малейший повод думать, что артефакты мы готовы отдать – крайне недопустимо.

– Также недопустимо, чтобы они о чём-то договорились с тёмным князем. Повторять прежние ошибки… ваш отец сделал очень много, для того чтобы ситуация изменилась. Большие риски и серьёзные последствия, которые пережила империя, не должны оказаться напрасными.

– Каждое время требует своих решений, – твёрдо ответил император. – Пока что мы будем готовить встречу. Новость вам была озвучена на то, чтобы сегодня с нею переспать, а также чтобы уже сейчас уведомить отдел аналитики. Будем просчитывать риски, последствия и возможные варианты развития событий. Помимо этого, меня интересуют мнения и свежие взгляды на ситуацию: объективно, незашоренно, с оглядкой на современные реалии и вероятную войну с расой ящеров.

Отметив, что лица присутствующих на экстренном совете погрузились в раздумья, император удовлетворённо кивнул, следом добавив:

– На этом все свободны. Глеб, останься.

Едва дверь за спиной последнего человека, покидающего кабинет монарха, закрылась, цесаревич тут же занял место в кресле напротив Владимира Анатольевича, подчиняясь его беззвучному жесту, и, подняв взгляд, произнёс:

– У меня такое ощущение, отец, что я имею непозволительно серьёзный пробел в знаниях. Не поможешь?

– Моё упущение, – вздохнул император, отлично понимая, о чём идёт речь. – Мы действительно думали, что лучшие годы этой организации прошли и она себя изжила. Вдобавок, аннулирование нашего членства в Ордене Хранителей… это ударило по самолюбию отца, и мы о них забыли, – отмечая, что Глеб мало что понимает из сказанного, государь почти на десяток секунд замолк, после чего, кивнув собственным мыслям, продолжил: – Постараюсь объяснить с самого начала.

В дальнейшем рассказе император поведал сыну короткую историю о происходящих два десятка лет назад событиях. С его слов, когда Анатолием Романовым было принято решение об уничтожении рода Черногвардейцевых, руководствовался почивший монарх не только тем фактом, что у тёмных появились опасные запрещённые артефакты, а их враги внутри империи, почуяв настроение царя, накатали сотни доносов и кляуз, обличающих тёмные делишки попавшего в немилость рода. Куда большую роль в принятом решении сыграли выявленные ячейки бесов-шпионов во дворце и ряде других княжеств, а также, что самое важное, усиливающееся влияние Михаила Черногвардейцева на мировой арене. Орден Хранителей мог давить на глав государств и целых империй, и это, естественно, никому не нравилось. Правда, справедливости ради, организация стояла над мировыми правительствами и никогда, ну или практически никогда, не участвовала в каких-либо земных конфликтах. Впрочем, интересы всё же иногда пересекались.

– Тогда чем же они занимались?

– Защищали наш мир от внеземного вмешательства, – ответил Романов-старший и, видя непонимание на лице сына, пояснил: – Например, наше министерство по борьбе с аномалиями – это плод их работы. Изначально это была межгосударственная структура, подчиняющаяся именно что Ордену. Но с ослаблением влияния Хранителей, это правило было нарушено. Впрочем, как ты мог заметить, даже во время случившейся гражданской войны полгода назад, министерство хоть и подчинялось нам, но в конфликте участия не принимало.

– А к сражениям с теми же зорканцами…

– … они готовятся уже сейчас.

Цесаревич погрузился в раздумья, замолкнув практически на несколько минут. Император также не спешил нарушать тишину, позволяя сыну переварить услышанное.

– Неужели угроза, исходящая от Михаила, была настолько серьёзной, что дед решился на такое?..

– Это очень спорный вопрос, сын. На людях я никогда не позволяю себе осуждать решения отца. Но говоря между нами… я был знаком с Михаилом, – император перевёл взгляд в сторону окна и глубоко вздохнул, уставившись в одну точку. – Ты не поверишь: чтобы снизить градус напряжения между Темногорском и Москвой, он пошёл на то, чтобы перевести большую часть из своей гвардии в состав МБА. Оставил только самый минимум, для поддержания порядка в княжестве. Он вообще с каждым годом всё меньше участвовал в политической жизни империи и был, на мой взгляд, совершенно для нас безопасен. Даже, возможно, в какой-то степени лояльным… в том плане, что Михаилу было совершенно плевать на все внутренние распри и конфликты. Но враги рода его не позабыли, как понимаешь. Всё это тёмного князя и погубило, вкупе с предательством собственных бесов. Слишком большую лямку он пытался тянуть… Что ещё можно тебе о нём рассказать… Я считаю, что тёмный князь был нашим человеком в составе Хранителей. Больше никого из высшей знати нашей империи туда не допустили. Это, конечно же, очень многим не нравилось. Хотя, справедливости ради, в членах Ордена Хранителей, как считалось, никого из глав государств не было и вовсе. Тем не менее… в общем, я склонен полагать, что отца это задевало.

Владимир Анатольевич говорил медленно и с нескрываемым сожалением в голосе. Это был тот редкий случай, когда Глеб мог увидеть отца с другого ракурса. Когда тот проявлял искренние неподдельные эмоции и делился чем-то необычным, может быть даже личным.

– Он… он был твоим другом? – озвучил принц неожиданно посетившую мозг догадку.

– Нет, друзьями стать мы не успели, – покачал головой монарх. – Но я его уважал. А ещё, некогда он, можно сказать, спас мне жизнь.

– Ты не рассказывал, – тут же заинтересовался Глеб.

– Как-нибудь расскажу. Весёлое было время, – неожиданно усмехнулся император.

Возникшая на десяток секунд тишина была внезапно нарушена повернувшимся к сыну монархом.

– Какой вывод из всего моего рассказа можешь сделать?

– Вывод… Думаю, с тёмными надо быть всегда настороже. Не недооценивать их силу и возможности. Но в то же время, поменьше слушать этих брюзжащих в их сторону стариков. Если выдержать правильную модель поведения и наладить взаимоотношения, из Черногвардейцевых получатся надёжные и верные союзники.

– И никогда не забывай про баланс – когда люди пытаются вырезать под корень род природного князя, природа начинает сопротивляться. В таких обстоятельствах и рождаются такие монстры как Алексей.

– Так в своё время возвысился и наш род, – кивнул цесаревич, вспоминая один из частых рассказов отца.

– Верно.

Немного помолчав, принц вновь привлёк внимание родителя.

– Отец, у меня остался ещё один вопрос, но немного по другой теме.

– Спрашивай, и будем заканчивать.

– Я всё о Виндзор…

– «Если два соседа ругаются, значит накануне у одного из них был в гостях англичанин», – кивнув на слова сына, вспомнил о чём-то своём император. – Что с ней?

– Да я как раз про эту пословицу… – нахмурился Глеб. – Можешь объяснить, почему мы её вообще пустили во дворец?

– Да уж… задал ты мне вопрос, – почесал затылок Владимир Анатольевич. – Во-первых, рассказывал мне об этой грани дара Виндзоров ещё мой дед. А оно, знаешь ли, за многие годы немного забывается. К слову, Виндзоры ведь подчиняют себе стихию ветра, а продемонстрированная возможность является гранью дара или талантом, что наверняка бывает далеко не у каждого представителя фамилии. Но важно другое: это всё ведь всего лишь наши догадки. Официально, да и в кулуарах об этом никто не говорит – думаю, британцы в целом пользуются такими возможностями довольно редко. Вот, кстати, и сделай себе зарубку рассказать об этом сыновьям, и чтобы они передали своим. Глядишь… больше не напоремся.

– Да уж, не то слово… – покачал головой цесаревич, вспоминая о только недавно отпустивших его чувствах. – Остаётся только искать плюсы: будем надеяться, что Черногвардейцев теперь станет приносить меньше проблем. Так сказать, успокоится, прижмёт хвост и перестанет кошмарить наших аристократов.

Император, услышав эти слова, не сдержал улыбки, едва заметно покачав головой.

– На сегодня всё, мне пора спать.

* * *

– Ты видел⁈ Ты видел, Андрей⁉ – громко шептала девушка, с беспокойством наблюдая за происходящим во дворе и периодически поглядывая на мужа. – После такого ты ему веришь?

– Мы не знаем, что там произошло, Соня… – вздохнул мужчина.

– Что здесь нужно знать… бандиты какие-то. Чем он нам поможет? Я ему не верю!

– Ты можешь немного успокоиться и выдохнуть?

– Не могу! Ты видел, как он улыбался? А эта профурсетка, которая нас вела в его кабинет? И друзья у него странные!

– Зато Вика тебе понравилась.

– Вика… она здесь в меньшинстве, – сглотнула Софья, вновь уперевшись взглядом в окно.

Молодые люди осторожно сдвинули занавеску в сторону и наблюдали за происходящими разборками в особняке Черногвардейцева от начала и до конца. До этого и так скептически настроенная Софья, узнав о личности хозяина дома и о том, какой силой он управляет, пришла в неподдельный ужас. Происходящее же сейчас на её глазах только укоренило её мнение и приумножило панику.

– Ты мне обещал…

– Я помню, – кивнул Андрей, вздыхая и поглядывая в сторону часов.

– Значит нужно уходить!

– Хорошо. Но только не сейчас. Пускай все разойдутся, всё уляжется, и тогда мы спокойно покинем этот дом. Тебя это устраивает?

Глаза Софьи несколько раз метнулись от окна до лица мужа, после чего девушка медленно кивнула.

– Устраивает.

Примерно через полтора часа, двое молодых людей, накинув капюшоны на головы, спешно шагали вверх по улице, не сбавляя темп, пытаясь как можно скорее покинуть район, в котором находился особняк пригласившего их к себе в гости человека. Шли они преимущественно молча, часто оглядываясь и крепко держась за руки.

– Прошу прощения, молодые люди, – внезапно привлёк внимание пары низкий голос откуда-то со стороны. – Я здесь, сбоку, – донеслось следом же.

На этих словах Андрей с Соней повернули головы влево, где на другой стороне дороги стоял мужчина в чёрном костюме и с дорожной сумкой в руках.

– Вы забыли, – приподнимая перед собой сумку, озвучил голос, следом добавив: – И вот ещё, здесь какие-то деньги. На тумбочке остались.

На этих словах мужчина шагнул навстречу молодым людям, так и держа перед собой прихваченную с собой сумку.

– Это за ужин и постель… – сглотнув, неуверенно произнёс Андрей.

– Ох, прошу вас, не стоит так оскорблять моего господина. Вот держите, – промолвил мужчина, наконец передавая замершим на месте людям остатки их вещей, которые они намеренно не стали забирать из гардеробной, чтобы не показать своё убытие.

– С-спасибо. Передайте Алексею Михайловичу наши извинения, мы не…

– Не стоит, – качнул головой подошедший. – Вы в своём праве. Но господин велел вас уведомить, что если вы всё же передумаете – можете позвонить ему вновь. Также он просил вам передать, чтобы вы уезжали спокойно и не таясь. Можете прямо здесь вызвать такси, например – вам никто не помешает.

– С-спасибо… мы, наверное, так и сделаем, – доставая мобильник, отозвался Андрей.

– Отлично, тогда на этом я вас оставляю.

– Скажите… – внезапно нарушила молчание Софья. – А вы…

– Да, я демон, девушка, – глаза человека внезапно окрасились на несколько секунд в чёрный цвет. – Но вам не стоит меня пугаться. Я, к слову, участвовал в той операции, когда вас освобождали из плена. Хорошей дороги.

Сказав последнюю фразу, тёмный мгновенно дематериализовался, оставляя в головах своих собеседников кучу вопросов и мыслей.

Глава 14

Несколько часов назад

– А с этим что? – указав на Виктора, произнёс дядя.

– К остальным. Ничего интересного и полезного он мне рассказать не может, – ответил я, но в следующий же миг передумал. – Хотя, знаешь что… пусть ещё немного посидит здесь. Сейчас кое-кого сюда приведут.

Демоны только и ждали моего сигнала, чтобы выкрасть и перетащить в особняк двух других участников этой схемы. Один из них, тот, что так умело отыгрывал передо мной графа Шевцова, по докладу Рикса, курирующего эту операцию, веселился в ночном клубе. Вторым был маклер, не менее умело впихнувший мне этот дом. Он сейчас собирался ложиться спать. Что ж… это теперь уже вряд ли.

Через полминуты у меня из-за спины, в сопровождении пары демонов в человеческом обличии, появился человек, с ошеломлением во взгляде озирающийся по сторонам. Его быстро провели по ступеням вниз и усадили рядом с Виктором. Лицо последнего заслуживало отдельного внимания – шок, удивление, ступор. Зайцев явно не ожидал встретить здесь сегодня своего подельника.

– Что тут проис… – начал было маклер, но я заставил его губы сомкнуться, лишая возможности говорить.

– Славная погода, Леонид Борисович. Не правда ли? – произнёс я, поглядывая на тёмные облака. – Вы действительно меня не обманули. Воздух здесь свежий – почти как в лесу. И дом мне тоже нравится.

– С-спасибо, Ал-л-лексей Михайлович…

– Но есть один нюанс, – переводя внимание в сторону мошенника, продолжил я. – Тут не далее чем десяток минут назад, к нам нагрянули вот эти молодчики, уверенно заявив, что вы, сударь, – обведя тяжёлым взглядом недавно прибывшего человека, выразительно произнёс я, – меня обманули. Дескать, граф не настоящий, договор – фальшивка, маклер – вообще гнусный мошенник. Подскажите, пожалуйста, правда всё это? Или эти злые люди всё наговаривают?

Господи, кто бы знал, какую ненависть я внезапно ощутил в сторону всех мошенников мира. Во мне будто что-то внутри переворачивалось от желания казнить всех причастных к этой схеме ублюдков самым жестоким способом. А воспоминания о прошлом мире только усиливали гнев… Там, кстати, с этой гнилой прослойкой общества, которая строила свою жизнь на деньгах обманутых пенсионеров и детей, почему-то совсем ничего не могли сделать власти. Хотя рецепт, казалось бы, невероятно прост…

Маклер тем временем нервно сглотнул, поглядывая то на Виктора, то на аккуратно уложенных на брусчатке во дворе бойцов его сопровождения.

– Чего же вы молчите, господин Ситников? – добавив стали в голос, вернул внимание поверенного к себе я.

– Это… это какая-то чушь! Они, они бандиты! К вам в дом нагрянули бандиты! Мы с вами заключили настоящий договор, и я уже зарегистрировал его в соответствующем реестре! – как можно убедительнее заявил Леонид Борисович.

– Ты чё несёшь, сука⁈ – тут же вспылил Зайцев.

– Вам нужно с ними жёстко разобраться! Вы в своём праве их всех уничтожить! Это ваша частная собственность! – с неожиданным воодушевлением продолжил маклер, в глазах которого блеснула злость.

Ублюдок, кажется, уже придумал как будет выкручиваться – достаточно мне сейчас убить всех ворвавшихся на мою территорию людей, и по предположениям Леонида, граф Шевцов лично прибудет сюда и размажет меня по стенке. Тогда как он сам, в своих отчаянных мечтах, благополучно спасается. Только вот есть один нюанс… граф Шевцов уже тоже здесь.

– Заткнись! – рыкнул Виктор, одарив Ситникова яростным взглядом. – Это он мошенник, Алексей Михайлович!

Надо же, имя моё запомнил – отметил в своей голове я. Тем временем, между двумя моими пленниками грозилась разгореться настоящая драка.

– Тишина, – спокойно бросил я, и оба человека тут же заткнулись. Отметив, что эти уроды вновь уставились на меня, я продолжил: – Дело в том, Леонид Борисович, что из вас двоих только Виктор одарённый. Или вы тоже можете похвастать мне своим даром?

– Нет, Алексей Михайлович… Я бездарен, – после некоторого молчания, не стал препираться мужчина.

– Тогда и верить я могу лишь только словам этого сударя, – указывая пальцем на Виктора, сказал я. – Думаю, не надо объяснять почему?

Зайцев победно оглядел своего визави. Леонид Борисович же, напротив, поник.

– Выходит, что вы сейчас пытались обмануть меня во второй раз… – заключил я, как бы размышляя вслух.

– Меня заставили… – вновь поднял взгляд маклер. – Я… я невольник в этом деле!

– А жестоко расправиться с этими людьми вы меня науськивали, чтобы затем стравить меня с Шевцовыми? Наверняка вы думали, что в таком случае граф сюда скоро нагрянет и очень быстро со мной разберётся. Что ж… вам повезло. Его Сиятельство уже здесь.

На этих словах дверь за моей спиной открылась, и мои бесы вывели на крыльцо ещё одного участника схемы.

– Николай Георгиевич? Прошу вас, присаживайтесь, – улыбнулся я, не оборачиваясь.

Демон тем временем, отвесив подзатыльник попытавшемуся было сопротивляться мошеннику, пихнул его в сторону ступеней и следом усадил по другую сторону от Зайцева.

– Ваше Сиятельство, – переводя взгляд на псевдографа, начал я, – тут вот человек в вашей подписи сомневается. Говорит, вы и не граф вовсе, а какой-то мошенник. Что скажете?

Последний из моих пленников лишь опустил взгляд. Судя по виду, он был немного пьян, но кажется, ситуацию понимал намного лучше, чем его изворотливый компаньон. Трезветь ему приходилось очень быстро.

– Скажите нам, Николай, вы одарённый?

– Меня зовут Иннокентий. Нет, я не одарённый, – буркнул мужчина, не поднимая взгляда.

– Выходит, подпись и правда недействительная, – задумчиво произнёс я. – Любопытно знать… где же мои деньги?

Вопрос повис в воздухе, потому как ни один из стоявших передо мной на коленях пленников не торопился на него отвечать.

– Кали, сделай что-нибудь. Только чтобы Леонид Борисович остался жив, – вслух произнёс я, отмечая, как бесовка через мгновение материализовывается за спиной у маклера.

– Деньги у графа! У графа деньги, Алексей Михайлович! У настоящего графа! – тут же спешно заголосил мужчина, с мольбой в голосе уставившись мне в глаза.

Но Кали его слов будто и не заметила. Схватив маклера за руку и оттянув её от его полного тела, демоница как сухую ветку сломала конечность о своё колено. Мошенник заорал от боли, следом же падая на пол, скуля и баюкая свою руку.

– Вы подтверждаете это, господин Зайцев? – переводя взгляд на названного человека, произнёс я.

Отметив, что Виктор терзается в сомнениях и никак не может принять верную сторону, я решил ему в этом немного помочь.

– Ещё один человек, который желает испытать моё терпение. Кали, будь добра, покажи ему, что его барьер для нас отнюдь не проблема.

Зайцев не успел даже открыть рот, когда вмиг сместившаяся от маклера бесовка возникла над его телом и вонзила ему в ногу свой кинжал.

Мужчина взвыл от боли, прорычав что-то нечленораздельно ругательное на весь двор.

– Итак, вопрос повторяется, – продолжил я. – Вы подтверждаете, что мои деньги сейчас находятся у графа Николая Шевцова?

– Да! – нехотя выдавил мужчина, не поднимая глаз и держась за правое бедро обеими руками.

– Что ж… раз уж мы все тут убедились, кто есть кто, последний вопрос вам, господин Ситников. Как много людей вам удалось обмануть по этой и схожих схемах?

Маклер набычился, всё ещё баюкая свою руку, но на этот раз хватило одного лишь взгляда, чтобы он отбросил всякие мысли о неповиновении.

– Несколько десятков. Точнее сказать уже трудно, – болезненно отозвался он.

– Мне нужны документы. Где вы их храните?

– Нигде я их не храню!

– Что ж… На этом, пожалуй, я всё, – вздохнул я, следом безмятежно добавив: – Кали, выдавите из него информацию по пострадавшим. Мне нужны бумаги. Я хочу найти всех, кто пострадал от мошеннических схем Шевцова.

– Вы всё равно ничего не докажете… – угрюмо буркнул Зайцев, не пересекаясь со мной взглядом.

– А мне и не надо.

Поднявшись с места, я кивнул своим друзьям, которые всё это время также находились на лестнице и наблюдали за допросом. После чего, оставив бесов работать с пленными дальше, направил нашу тройку в сторону Святогора.

Дядя на время допроса отлучался вместе со своим отрядом и десятком демонов к дому настоящего графа Шевцова. Небольшая разведка, изучение округи и наблюдение. Собственно, пока всё это происходило, я и отводил душу на нарвавшихся на меня ублюдках. Сейчас же пришло время для решения о дальнейших действиях.

– Ну что там?

– Неплохой особняк. Охраняется. Для нас сровнять его с землёй не проблема, – хмуро ответил дядя.

– Но? – чувствуя в его голосе протест, уточнил я.

– Но нужно ли? – уставился на меня Святогор, очевидно одолеваемый какими-то мыслями.

– Говори, дядя, – кивнул я, одновременно предлагая всем нам немного пройтись.

– Император и так на тебя зуб точит, Алексей, – с готовностью начал отвечать Святогор. – Сейчас Шевцовых мы, конечно, обнулим. За них Жилины может и не впишутся по полной, но проблем нам наделают точно. Императору кляуз накатают, СМИ, как это сейчас принято, подключат.

– Когда это нас пугало? – улыбнулся Степан, но под взглядом дяди резко посерьёзнел.

– Когда у Алексея начались проблемы с Романовыми.

– Дядя, но это ведь уроды самые настоящие. Ещё неизвестно скольким людям они жизнь так испортили. И я почему-то не уверен, что это единственная их схема по отжиму бабла у местных богатеев и не очень.

– А кто тебе предлагает спустить всё им с рук? – качнул головой Святогор. – Речь идёт о подходе. Ты аристократ. У тебя вон хороший товарищ появился, который, как и его отец, известный на всю империю юрист. Нам нужно учиться работать и по закону.

– По закону их нормально не накажут, – вздохнул я.

– Это ты зря так, – отрицательно качнул головой дядя. – По крайней мере не в случае столкновения с нами. Это не какого-то купца на бабки опрокинуть. Да и не пытаюсь я тебя уговорить им вообще ничего не делать, – добавил он с улыбкой.

– Уже интереснее, – также улыбнулся я.

* * *

Стук в дверь разразился в ночной тишине неприятным эхо. Мужчина недовольно поморщился, слегка приподнявшись на локтях, и уставился в сторону входа.

– Кто?

– Это Артём, Ваше Сиятельство. По срочному делу, разрешите?

– Входи, – буркнул граф, занимая сидячее положение. – Что у тебя?

– Эм… У нас непредвиденная ситуация… Николай Георгиевич. Дело в том, что… – начал было мужчина, но внезапно завис на полуслове, уставившись в сторону окна. – Твою!..

– Ну чё завис, говори давай, – зевая, бросил граф, очевидно слегка раздражаясь.

Но следом аристократ поднял глаза и проследил за взглядом вошедшего в помещение начальника охраны. И пока последний спешно раздавал приказы в свою рацию, он с большим удивлением и непониманием на лице поднялся с кровати и подошёл к окну.

– Это чё за хрень⁈

– Ваше Сиятельство, прошу вас! Отойдите от окна… И давай уведём отсюда вашу супругу, – покосившись в сторону проснувшейся женщины, добавил безопасник.

– Чё за херня это, я тебя спрашиваю⁈ – на этот раз уже во весь голос рявкнул граф.

– Мы не знаем, – спешно отозвался мужчина. – Выясняем.

Несмотря на предупреждения охранника, Николай Георгиевич подошёл ближе к своему окну и, отбросив в сторону занавеску, встретился лицом к лицу с висевшим за стеклом трупом. Искажённая ужасом физиономия таращилась на него взглядом немигающих остекленевших глаз. Хотя, если присмотреться, было видно, что глаза висельника смотрели как раз куда-то вверх, что было характерно для большинства жертв, умерщвлённых через повешение.

– Здесь ещё один, Ваше Сиятельство, – вздохнув, добавил Артём, застыв у соседнего окна.

– Куда… куда вы, бл**ь, все смотрели⁈ Какого чёрта они здесь висят⁈ Снять быстро! – разразился тирадой граф, одарив начальника охраны взглядом, полным гнева и раздражения.

Быдырджжжж!

Внезапно, окружающее пространство разразилось невероятным грохотом. Стены пошатнулись, с потолка что-то посыпалось вниз, но взрыва, несмотря на ожидания, не последовало.

Быдырджжжж!

Быдырджжжж! Быдырджжжж!

– ЧТО⁈ СУКА! ВАШУ МАТЬ, ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ⁈ – зарычал Шевцов, вслед за женой выскакивая из помещения.

* * *

– Дети где?

– В дальнем крыле, господин. Если будете швырять их в эту часть здания, никто не должен пострадать. Разве что охрана или сами хозяева, если попадёте вон в то окно, – вслух поясняла демоница.

– Всё слышали? – повернулся я в сторону друзей.

– Не переживай, – отозвался Степан.

– Тогда готовьсь! Пли!

В следующий миг, в сторону особняка Шевцовых полетели смятые в железные комки автомобили, на которых прибыли люди графа ко мне в гости этим вечером. Четыре заряда впечатались в фасад дома, пробивая крышу и стены здания, и изрядно нарушая ночную тишину в элитном районе московского пригорода.

– Ладно, уходим, – скомандовал я, следом ментально добавляя для Аластора: – «Разведайте там всё. Если решит мстить, разбудите».

«Будет сделано, господин».

* * *

Зал ожидания в аэропорту столицы – место в любое время суток с большим количеством народа. Среди всей этой массы находившихся в здании терминала людей, скромно, на краю ближнего к выходу ряда, сидела молодая пара. Оба в джинсовых костюмах и с усталыми лицами, они безмолвно смотрели в пустоту перед собой.

– Знаешь… что-то не вяжется, – внезапно нарушил тишину Андрей, не меняя своего положения.

– Что ты имеешь в виду? – спустя пару мгновений отозвалась его спутница.

– Успокоилась? Готова поговорить?

– Сейчас, когда мы среди людей и под объективами камер… можно сказать уже да, – отпрянула от мужа Софья, повернув лицо в его сторону.

– Для начала хотелось бы тебе сказать, – сдержав нервную улыбку, кивнул мужчина, – что если бы князь всё-таки желал нам зла… всё это, – поведя вокруг открытой ладонью, – ему бы никак не помешало. Пропади мы прямо сейчас из этого места – если кто и заметит, то точно ничем помочь не сможет.

– Если ты хочешь опять заставить меня нервничать и бояться, у тебя очень хорошо получается, – поёжилась девушка, уставившись перед собой и потерев руками плечи.

– Напротив, Соня, – качнул головой собеседник. – Я хочу сказать, что мы двое ему нафиг не сдались. Убежали – отпустил. Хотя его демон нас нагнал, едва мы успели отдалиться на несколько сотен метров от особняка. И то, я думаю потому, что он потратил лишних пару десятков секунд на разговор с хозяином и сборы наших вещей.

Софья продолжала молчать, буравя взглядом спинку впереди стоявшего кресла.

– Меня не покидает ощущение неправильности происходящего. Я думаю, мы совершаем ошибку. А что чувствуешь ты?

– Не знаю… – качнула головой девушка. – В такие моменты страх затмевает всё остальное, и я не могу нормально соображать, – неохотно призналась она.

– Ты уж давай постарайся. Сейчас, когда стало ясно, что нам ничего не угрожает и мы вольны вернуться домой, постарайся сконцентрироваться и… ну как ты это делаешь?

Софья молча кивнула, следом сглотнув и глубоко вдыхая, одновременно прикрывая глаза и, после короткой паузы, медленно выдыхая через рот.