Текст книги "Три колокольчика, два бантика и один лучший друг брата (ЛП)"

Автор книги: Девни Перри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

– Хочешь пойти со мной? В качестве моей пары?

Приглашение было очень похоже на тест.

Я был не из тех, кто их проваливает.

– Да.

Должно быть, она подумала, что я скажу «нет», потому что улыбка, которую она мне послала, была полна облегчения.

– Зайдешь?

– Если позволишь.

Она отступила в сторону и поманила меня пальцем.

Глава 11

Стелла

Глаза Венди вылезли из орбит, когда мы с Хитом вошли в бар «Кристалл». С другого конца переполненного зала у нее отвисла челюсть, когда она увидела его руку на моем плече. В мгновение ока шок исчез, и она бросила на меня хмурый взгляд.

Мне нужно было все объяснить.

– Прости, – одними губами произнесла я.

– У тебя неприятности, – одними губами произнесла она в ответ.

Я потянулась к руке Хита и крепко сжала ее, пробираясь сквозь толпу.

В канун Нового года бар был переполнен. Женщины были одеты в мерцающие топы и блестящие платья. У группы мужчин были салюты, в которые они собирались запустить после нескольких рюмок. До полуночи оставалось несколько часов, и этот звук скоро надоест. Праздничные шляпы и диадемы с номерами наступающего года были разбросаны по барной стойке. С пыльных балок свисали завитки из фольги.

Бар «Кристалл», несмотря на модное название, был самым грубым баром на Мэйн-стрит. Он был определением «без излишеств». Его еще предстояло отремонтировать и превратить в высококлассный, модный бар, как и многие другие в центре города.

Ряды старых бочковых кранов были развешаны высоко на одной из кирпичных стен бара, присоединяясь к вывескам пива и ликероводочных изделий. Одна секция потолка была отведена под конфискованные поддельные удостоверения личности, ряд за рядом надежно накрытые листом оргстекла. У «Кристалла» был свой собственный запах, появившийся из-за старых пьяниц и буйных студентов колледжа. В самом первом отзыве на «Елп» бар высмеяли за непристойные вывески, нецензурную брань и грязные туалетные комнаты.

– Это место напоминает мне колледж, – сказал Хит, наклоняясь ближе, чтобы я могла расслышать его сквозь шум.

– Мне тоже. – Я рассмеялся. – Тот же затхлый запах. Та же паутина.

Он усмехнулся.

– В значительной степени.

Мы были старше большинства присутствующих здесь сегодня по крайней мере на пять лет. Но, учитывая, что Венди работала со многими студентами колледжа в спортзале, неудивительно, что они выбрали это место.

– Что ты хочешь выпить? – спросил Хит. – Я пойду закажу. Ты можешь поговорить с Венди.

– Шампанского, если у них есть.

– Хорошо, детка. – Он наклонился и запечатлел поцелуй на моей щеке, и трепет от прикосновения его губ к моей коже пробежал по моим венам.

Мы были здесь. На людях. Не прятались. Не притворялись.

Никаких секретов.

Я практически протанцевала свой путь к Венди. Она нахмурилась, но я не смогла сдержать улыбку.

– Счастливого Нового Года.

– Не влюблена Хита Холидэя, да?

– Не совсем. – Я покраснела, обнаружив его у бара. Он был выше остальных мужчин, его плечи были шире. Ожидая бармена, он закатал рукава своего черного свитера до мускулистых предплечий.

– Рассказывай. Прямо сейчас. – Венди хлопнула меня по плечу. – Как долго это продолжается? И почему я не была первой, кому ты рассказала?

– Прости. Это началось на вечеринке в Сочельник. Но мы еще не сказали ни Гаю, ни моему боссу. Мы держим это в секрете.

– Ты не смогла доверить мне секрет? Как будто я когда-либо разговаривала с Гаем. Или с твоим боссом.

– Знаю, – вздохнула я. – Простишь меня?

– Только если ты мне все расскажешь.

Я улыбнулась.

– Я занимаюсь сексом с Хитом Холидэем.

Она хихикнула.

– Кто-то должен. Посмотри на этого мужчину. Он великолепен.

Я оглянулась через плечо, смеясь вместе с ней.

– Я все еще не могу поверить. И просто хочу прокричать это, как будто это поможет воплотить это в реальность.

– Сделай это. – Она толкнула меня локтем. – Здесь так громко, что тебя никто даже не услышит.

Из динамиков гремела «Милая Кэролайн» Нила Даймонда, большая часть толпы пела: «Да. Да. Да. Лайн». Мужчины с праздничными язычками-дуделками сходили с ума.

Если когда-либо и было место, где можно закричать, то это было оно.

К черту все.

– Я занимаюсь сексом с Хитом Холидэем!

На середине моего предложения музыка оборвалась. Создатели шума остановились. Все взгляды обратились в мою сторону, и Венди съежилась от моего имени.

– О боже мой, – прошептала я, уходя в себя.

– Э-э… – Бармен остановил музыку, чтобы взять микрофон. – Рад за вас, леди. И за Хита Холидэя.

Я закрыла лицо руками, когда в комнате раздался смех. Почему? Почему я?

– Не важно, – протянул бармен. – Краткое объявление. Разливные пинты с этого момента и до одиннадцати будут стоить два доллара.

Музыка заиграла снова так же внезапно, как и прекратилась.

Я не двигалась, только позволила волосам рассыпаться по плечам, закрывая лицо. Сегодня вечером на мне был кремовый свитер и серебристые брюки с блестками. Это был мой наряд для вечеринки. Чего бы я только не отдала за то, чтобы быть во всем черном, чтобы я могла скользнуть в тень и исчезнуть.

Сильная рука обхватила меня за плечи, притягивая к твердой, как скала, груди. Груди, на которой я спала каждую ночь на этой неделе.

– Это моя вина, не так ли? – Хит низко наклонился, чтобы прошептать мне на ухо.

– Да. Все мои неловкие моменты – это твоя вина, помнишь? Ты проклят.

– Прости.

Я расслабилась и опустила руки, поворачиваясь к нему лицом.

– Насколько все было плохо?

Хит поставил свою бутылку пива и мое шампанское на ближайший к нам столик, затем обхватил мое лицо руками, прежде чем запрокинуть голову и закричать:

– Я занимаюсь сексом со Стеллой Мартен!

В комнате было слишком шумно, и единственные люди, которые его слышали, были рядом.

– Видишь? – спросил он. – Не так уж и плохо.

– Уф. – Я застонала и упала вперед, на его тело. – Это не одно и то же.

Он крепко обнял меня, целуя в волосы.

– Привет. Я Хит.

– Венди.

Я осталась стоять уткнутой в его грудь, пока он пожимал ей руку.

– Какие у тебя намерения в отношении моей лучшей подруги?

Я снова застонала.

– Венди.

– Это чертовски хороший вопрос.

Вот только сказала это не Венди.

Я напряглась, услышав сердитый, знакомый голос. Хит тоже. Он прозвучал из-за его плеча.

Когда руки Хита ослабли, я отстранилась, заглядывая ему за спину, чтобы увидеть своего брата.

Возможно, весь бар не слышал заявления Хита. Но Гай – да. Он стоял, кипя от злости, таким бледным я его не видела уже много лет. Все его эмоции были написаны на лице, и в тот момент он был близок к ярости.

Только один раз в своей жизни я видел Гая таким злым.

И это привело к тому, что один мудак попал в больницу.

– О, черт, – пробормотала Венди, подходя ко мне. – Он зол.

– Думаешь? – Я сделала невозмутимый вид, затем подвинулась, пытаясь втиснуться между Хитом и Гаем.

Но Хит почувствовал мое движение и остановил меня. Одна из его рук сжала мою, когда он заговорил с Гаем.

– Позволь мне объяснить.

– Пошел ты, – сказал Гай. – К черту твои объяснения.

– Гай, – прошипела я.

– Не надо. – Он указал на мой нос. – Ты тоже скрывала это от меня.

– Мы собирались рассказать тебе, – сказал Хит. – Когда ты вернешься с катания на лыжах в «Биг Скай».

– Сюрприз. Появилась Мэл, и одному из нас пришлось уйти. Поэтому я пришел домой пораньше, решив позвонить своему лучшему другу и сестре. Узнать, не хотят ли они встретиться. Когда ни один из них не ответил, я поехал в центр. И вот вы здесь.

– Прости, – сказала я.

Гай уже отпустил меня, его взгляд встретился с Хитом.

– Успокойся, – сказал Хит. – Давай поговорим.

– Успокойся, Гай. – Я потянулась к его руке, но он отдернул ее, одарив меня короткой усмешкой, прежде чем сузить глаза на Хита.

– После всего, что я сказал тебе тем вечером. – Гай усмехнулся. – Я, блять, не могу поверить.

– Что? – Я посмотрела на Хита. – Что он тебе сказал?

– Это не одно и то же. – Хит сжал челюсти. – Не смей сравнивать меня с тем ублюдком.

Подождите. Что рассказал ему Гай? Могла быть только одна история. История, которой Гай не имел права делиться, особенно с Хитом.

Нет. У меня закружилась голова, и я схватилась за руку Хита, чтобы не упасть. Этого не происходило. Была причина, по которой я не рассказывала людям о том, что случилось со мной на первом курсе. Это была не просто постыдная история. Это был кошмар.

Гай не имел права.

– Ты рассказал ему. – Я шагнула ближе к брату. – Ты рассказал ему о Дэйве.

У Гая даже не хватило порядочности выглядеть виноватым.

– Да, я сказал ему. Я знал, что ты с кем-то встречаешься. Тайком. Я беспокоился о тебе и спросил Хита, знает ли он, с кем ты встречаешься. И он солгал мне. Ты. Солгал. Мне. В. Лицо. Не кому-то, мне.

Большинство этих слов были поглощены шумом в моей голове.

Хит знал о Дэйве. Он знал, что один из друзей Гая накачал меня наркотиками и собирался изнасиловать. Он знал об этом всю неделю.

Он знал в ту ночь, когда пришел ко мне и спросил, смогу ли я сохранить секрет.

Мой желудок сжался.

– Как ты мог? – спросил его Гай. – Она моя сестра. Ты должен был быть моим лучшим другом. Что произойдет, когда ты ее трахнешь? Что произойдет, когда ты разобьешь ей сердце?

– Этого не…

– …случится? – Гай выгнул брови. – Так я тебе и поверил.

– Остановитесь. – Мой голос был слишком тихим. Ни один из них не услышал меня, а Гай был в ударе.

– Ты используешь ее. Я сказал тебе, что она запала на тебя, и ты решил, что она будет легкой добычей, верно? Легкой интрижкой?

– Следи за своим чертовым языком. – Хит придвинулся ближе к Гаю. – Ты не будешь говорить о Стелле так, будто она какая-то дешевка.

– Ты обращаешься с ней как с таковой.

– Это не так. Я забочусь о ней. Я бы никогда намеренно не причинил ей боль.

– Прекратите. – Мне удалось сделать свой голос немного громче. Но это не принесло никакой пользы. Все равно вокруг было слишком громко.

Гай усмехнулся, по-прежнему игнорируя меня.

– Ты говорил это обо всех своих женщинах. Ты никогда никого не обижал намеренно. Но делал это снова и снова. Я видел, как они плакали по тебе, когда ты двигался дальше.

– Тебе стало легче?

– Пошел ты, – выплюнул Гай. – Дело не во мне. Дело в тебе и моей сестре.

– Прекратите. – Я вырвала свою руку из руки Хита. – Прекратите говорить обо мне так, будто меня здесь нет.

– Я ненавижу тебя за это. – Челюсть Гая дернулась, и он повернулся, как будто собирался уйти, но прежде чем сделал шаг, он развернулся, двигаясь так быстро, что я едва успела осознать, что происходит.

Хит увидел это. Он даже не попытался пошевелиться. Он просто позволил костяшкам пальцев Гая врезаться в его челюсть.

Звук удара эхом разнесся вокруг нас.

Венди вскрикнула, схватив меня за руку, чтобы оттащить.

Но Хит положил руку мне на плечо, удерживая меня позади себя, и что-то проворчал.

Вышибалы бросились к нашему углу бара, крича и расталкивая людей с дороги.

Я затаила дыхание, не мигая переводя взгляд с Гая на Хита. Не деритесь. Пожалуйста, не деритесь.

Хит выпрямился, сердито глядя на Гая.

А мой брат сердито посмотрел в ответ.

Но, к счастью, больше ударов не последовало.

– Вы оба выметайтесь. – Один из вышибал схватил Гая за локоть, пытаясь оттащить его. Только все вышибалы были меньше Гая и Хита.

– Отпусти меня. – Гай вырвал свою руку, и на этот раз, когда он повернулся, он не остановился, пока не оказался за входной дверью. Вышибала последовал за ним на улицу.

– Ты тоже должен уйти, – сказал Хиту другой вышибала.

– Уже ухожу. – Хит поднял руки, когда вышибала толкнул его в плечо, подталкивая к заднему выходу.

– О боже мой. – Рука Венди нашла мою.

Я крепко сжала ее, глядя на высокую фигуру Хита, когда он пробирался мимо групп людей. Большинство из них не обратили внимания на то, что только что произошло. Даже те, кто был приглашен Венди, не обратили особого внимания.

– Пошли. – Я потащила Венди за собой, проталкиваясь через комнату.

Гай был в ярости. Единственным человеком, который мог бы поговорить с ним прямо сейчас, была я. Но я пошла не к парадному входу. Я выбрала заднюю дверь.

Я выбрала Хит.

Он стоял на заснеженной парковке на другой стороне переулка. Его рука была на челюсти, потирая место, куда его ударили. Когда он услышал, что я приближаюсь, его рука опустилась, и он шагнул к нам.

– Ты в порядке? – спросил он.

– Да. – Я сглотнула. – А ты?

– Я в порядке, – проворчал он. – Я ожидал этого.

Он казался таким… спокойным. Тем временем мое сердце бешено колотилось в груди. А дыхание стало тяжелым, холодный воздух превратил его в клубящееся облако вокруг нас.

– Я возвращаюсь за своим пальто. – Венди вырвала свою руку из моей. – Подожди меня.

– Хорошо. – Я кивнула, задержав дыхание на минуту, когда она бросилась к бару. – Это было…

– Мне жаль. – Он провел рукой по волосам. – Господи.

– Что он тебе сказал в ту ночь, когда ты пришел к нему домой?

Взгляд Хита метнулся к моему.

– Стелл, это не имеет значения.

– Что он тебе сказал? – Я стиснула зубы.

Он глубоко вздохнул.

– Он рассказал мне о своем друге. Приятеле по университету. О Дэйве. Что он пригласил тебя на вечеринку братства. Что вы, ребята, держали это в секрете. И что это… закончилось плохо.

– Он накачал меня наркотиками. И хотел изнасиловать меня.

Хит вздрогнул.

– Не говори этого.

– Почему? Это правда. Это самый унизительный момент в моей жизни. Тот, в котором нет твоей вины.

Шутка не удалась.

Хит выглядел так, будто сейчас ему было больнее, чем после того, как Гай ударил его кулаком в лицо.

– Я не хотела, чтобы ты знал, – призналась я. – Гай не имел права рассказывать тебе эту историю. Поэтому ты хотел, чтобы мы были секретом?

– Что?

– Это что, вызывает жалость? – спросила я. – Поэтому, да?

– Ты не была секретом в том баре, Стелла. – Он указал через мое плечо, на его лице появилось напряжение. – Я сказал тебе, что собираюсь рассказать Гаю. Это не имеет никакого отношения к тому, что этот ублюдок сделал с тобой в колледже.

Так почему же я не могла избавиться от этого неприятного ощущения в животе?

– Я ожидала, что сегодня все будет не так, – прошептала я, и мой подбородок задрожал.

Хит потянулся ко мне, но я высвободилась из его объятий. Если бы он прикоснулся ко мне, я бы растаяла. Если бы он обнял меня, я бы заплакала.

– Мне нужно поговорить с Гаем.

– Мы можем навестить его завтра. Вместе.

Я покачала головой.

– Нет. Сейчас.

– Хорошо. – Он сделал еще шаг, но я подняла руку.

– Я пойду одна. Он мой брат.

Когда я падала с качелей или брусьев, Гай всегда первым подбегал ко мне. Если я падала с велосипеда, он был единственным, кто держал меня за руку, пока папа вынимал гравий из моих ободранных колен. Гай присматривал за мной в старших классах, отпугивая всех подонков своими угрозами. И пытался делать то же самое и в колледже.

Я подозревала, что большая часть гнева Гая была не из-за Хита. А из-за меня. Потому что я хранила секрет. Я позволила Хиту убедить меня, что именно он должен был рассказать Гаю. Но это было ошибкой.

Я должна была сказать ему.

Гай должен был услышать это от меня.

– Стелл…

– Скажи Венди, что я ей позвоню. – Я побежала прочь, мчась так быстро, как только могла, не рискуя упасть в снег в своих сапогах на каблуках.

– Стелла! – окликнул меня Хит, но я не сбавила скорость.

Я добежала до конца переулка, завернула за угол и помчалась к тротуару на Мэйн-стрит, осматривая оба направления в поисках Гая.

Он ушел недалеко. Сразу за баром «Кристалл» мой брат расхаживал взад-вперед, сжав руки в кулаки. Возможно, он ожидал, что мы тоже выйдем через парадную дверь.

– Гай, – закричала я, бросаясь к нему.

Он перестал расхаживать туда-сюда и посмотрел за мое плечо, как будто ожидал увидеть Хита.

– Я одна, – сказала я, замедляя шаг.

Адреналин убывал, и холод просачивался сквозь мой свитер. Эти брюки были симпатичными, но не теплыми. Я обхватила себя руками за талию.

– Прости меня.

– Ты не знаешь, что делаешь, Стелла.

– Я больше не ребенок, Гай. Я знаю, что делаю.

– Он не тот, за кого ты его принимаешь.

– Гай. – Я грустно улыбнулась ему. – Это Хит. Я точно знаю, какой он. Он добрый. Обходительный. Умный. Он насвистывает, когда бреется, и любит свою семью. Он предан настолько, что попросил меня сохранить это в секрете, потому что знал, что ты взбесишься.

– В секрете? Он просил тебя хранить вас в секрете? Это подозрительно, Стелл. Это не мило.

– Я забочусь о нем. Забочусь с тех пор, как была маленькой девочкой.

– Точно. – Он развел руками. – Ты превратила его в мечту или фантазию. Что произойдет, когда иллюзия разрушится? Что произойдет, когда ты поймешь, что он бабник? Что он использует тебя, и ты будешь отброшена в сторону, когда он закончит?

– Этого не случится. – Я верила в это до мозга костей. Хит не использовал меня. Это было по-настоящему.

Мы были настоящими.

– Случится! – Гай провел рукой по волосам. – Он игрок. Я знаю, потому что мы не такие уж разные. Ты знаешь, почему Мэл бросила меня? Потому что я клеился к другой женщине. Это было глупо. Это был идиотский поступок. Но я был пьян, а эта девушка хотела пофлиртовать. Появилась Мэл и застукала меня примерно в двух секундах от поцелуя с другой женщиной. Она покончила с нами и сказала мне никогда больше ей не звонить.

Мое сердце сжалось из-за моего брата-идиота.

– Мне жаль.

– Это моя вина.

– Да, это так. Но это не значит, что Хит поступит так же со мной.

– Я видел, как он играет с женщинами, Стелл.

– Когда? В старшей школе? Колледже? Ты знаешь Хита. Ты знаешь его. Ты действительно думаешь, что он будет играть со мной?

В его взгляде промелькнуло сомнение, но он не сдался. Он просто вздернул свой упрямый подбородок.

– Неважно. – Я всплеснула руками. Сегодня вечером мы с ним не поговорим. Он принял решение, и ничто из того, что я скажу, не изменило бы его. – Если он будет играть со мной, тогда я брошу его, как Мэл бросила тебя.

– И я потеряю своего лучшего друга.

– Я не прошу тебя выбирать.

Он моргнул.

– Серьезно? Как будто я смогу дружить с человеком, который причинил боль моей сестре.

Если бы только мой брат был так же предан своим подружкам, как он был предан мне.

– Я не знаю, что будет с Хитом. Но ты не можешь защищать меня все время.

– Порви с ним, Стелла. Покончи с этим сейчас, пока все не зашло слишком далеко.

Я фыркнула.

– Нет.

– Да.

– Это не твое дело, Гай. Ты не имеешь права указывать мне, что делать.

– Тогда не приходи ко мне плакаться, когда он разобьет тебе сердце. Меня не будет рядом, чтобы осушить твои слезы. Не в этот раз. – С этими словами он повернулся и зашагал по тротуару, оставив меня в одиночестве.

Мой подбородок снова задрожал, но не только от холода.

Я была в нескольких секундах от того, чтобы расплакаться, когда пара сильных, знакомых рук и успокаивающий запах окутали меня.

Хит не ушел. Конечно, он не ушел. Он бы никогда не бросил меня вот так. Кое-что, что Гай понял бы, если бы вытащил голову из задницы.

Хит, вероятно, притаился за углом, вне поля зрения, но слышал весь наш разговор.

– Давай, детка. – Хит обнял меня крепче. – Пойдем домой.

Глава 12

Стелла

– Вот тебе и веселая новогодняя ночь, да? – Я опустила взгляд на свои колени, пока Хит вез нас через весь город к себе домой.

Собираясь сегодня вечером, я заботилась о своей прическе и макияже, у меня кружилась голова от того, что я заканчиваю один год и начинаю другой с Хитом рядом. Теперь все, что я хотела сделать, это смыть блестящие тени с век и снять эти брюки с блестками.

Этот дискотечный шар сдулся.

Вся наша неделя свиданий была катастрофой. Было ли это признаком того, что наши отношения были ошибкой? Были ли мы обречены?

– Эй. – Хит потянулся через консоль и провел большим пальцем по моей щеке. – Пока не ставь крест от этой ночи. У нас еще есть час до полуночи.

Я грустно улыбнулась ему.

– Может, тебе стоит просто отвезти меня домой. Тогда мы сможем начать все сначала завтра.

– Нет. Мы можем начать все сначала у меня дома. – Он кивнул на заднее сиденье. – Кроме того, ты уже собрала вещи.

На самом деле, это он собрал мои вещи. Мой чемодан стоял на полу позади нас. Когда он приехал за мной сегодня вечером, я все запихала в рюкзак. Как и той ночью, он был набит до отказа, что аж трещали швы. Хит бросил на него один взгляд, затем направился к моему шкафу, чтобы вытащить чемодан.

– Хорошо. – Я проверила свой телефон в сотый раз с тех пор, как мы забрались в грузовик.

От Гая по-прежнему ничего.

Когда мы вернулись в переулок, Венди уже ждала нас. Она решила остаться в центре, понимая, почему у меня не было настроения для вечеринки. Она, вероятно, поехала бы со мной домой, но Хит не дал ей возможности предложить. После моей ссоры с Гаем он дал мне всего мгновение, чтобы обнять Венди, прежде чем усадить меня в свой грузовик и включить обогрев.

Вдалеке в небе взорвался золотой фейерверк. Его завитки исчезли, когда мои глаза наполнились слезами.

– Мне больно от того, что он не хочет, чтобы я была счастлива, – прошептала я.

– Мне жаль, детка. Это моя вина.

– Нет, не твоя. – Скатилась слеза. – Как он может не хотеть, чтобы ты был со мной?

– Не плачь. – Его рука легла мне на плечо, скользнув к шее. – Или подожди, пока мы не вернемся домой, и я не смогу обнять тебя.

Я всхлипнула, но битва была проиграна. Слезы лились непрерывным потоком, и к тому времени, как мы въехали в его гараж, я была уверена, что мои блестящие тени и тушь для ресниц размазались по всему лицу.

Хит заглушил двигатель и вылез, обогнув капот, чтобы открыть мою дверь.

Когда он вытащил меня, я уткнулась лицом в изгиб его шеи и позволила ему занести меня внутрь.

– Гай – отстой.

Он усмехнулся.

– Сегодня? Да.

– Как твое лицо? – Я приподняла голову, чтобы посмотреть на красное пятно у него на челюсти.

– Все будет хорошо. Меня бьют не в первый раз.

– Правда? Кто еще тебя бил? – И как я могла об этом не знать?

– Тобиас и Мэддокс, когда мы были детьми. – Он пожал плечами. – Братья ссорятся.

– О. – Я снова уронила голову ему на плечо. – Мы с Гаем никогда не ссорились по-настоящему.

– Он разберется. Когда увидит, что у нас все серьезно, он передумает.

– Ты прав. Но тем временем я собираюсь заставить его замолчать. Придурок. Я имею в виду… ты его лучший друг. Как он вообще мог такое о тебе сказать? Тебя это не бесит? Что он думает, что ты плохо ко мне относишься? Потому что это выводит меня из себя.

Волна гнева прокатилась по моим венам. Злость была хороша. Она высушила слезы, и когда Хит усадил меня на край своей кровати, я хмыкнула и скрестила руки на груди.

– Он не имеет права так говорить о тебе.

– Защищаешь мою честь? – Хит снял с меня один сапог.

– Да.

– Это чертовски сексуально. – Его пальцы скользнули по моей лодыжке, прежде чем он перешел к другому сапогу, снимая его и отбрасывая в сторону. Затем его руки скользнули вверх по моим ногам, направляясь к поясу моих брюк.

Если гнев победил печаль, то похоть собиралась надрать злости задницу.

Я подняла руку к волосам Хита, взъерошив пряди, которые он расчесывал ранее.

– Ты поцелуешь меня в полночь?

– Глупый вопрос, Стелл.

Я схватила его за волосы и дернула.

– Ты дразнишь меня?

– Всегда. – Он усмехнулся и придвинулся ближе, встав на колени, прежде чем прикоснуться губами к моим. – Все твои полуночные поцелуи – мои. Канун Нового года или нет. Ты моя.

Моя. Это было слово, которое я была готова слушать на повторе, пока оно звучало его глубоким голосом.

Я наклонилась, желая еще одного поцелуя, но он отстранился, и выражение беспокойства омрачило его красивые черты.

– Что?

– Я хотел поговорить о том, что случилось в колледже. Когда Гай рассказал мне, это потрясло меня до глубины души. Я не был уверен, что сказать. Я должен был поднять эту тему на этой неделе, но… каждый раз, когда я думаю об этом, я злюсь. Мне так жаль, что с тобой это случилось.

– Все в порядке. – Я убрала его руку со своего колена, переплетая наши пальцы. – Могло быть намного хуже, и все позади.

– Нам стоит поговорить об этом?

– Я говорила об этом. Гай думает, что это секрет, но мама знает. Она посоветовала мне пойти на терапию. Мне стыдно, что я поставила себя в такое положение. Что доверилась кому-то, кому не должна была. Эти эмоции, вероятно, всегда будут со мной. Я усвоила тяжелый урок. Но в остальном это в прошлом.

– Если ты когда-нибудь захочешь поговорить, я здесь.

– Спасибо. – Я наклонилась для поцелуя, но он снова отказал мне.

Он усмехнулся, когда я нахмурилась.

– Ты получишь то, к чему стремишься, достаточно скоро.

– Чего ты ждешь?

– Прости, что попросил тебя хранить нас в секрете. – Он обхватил мое лицо ладонями. – Больше никаких секретов.

Что-то лопнуло в моей груди. Это было чувство сомнения в том, что он действительно хотел меня. Я не знала, насколько сильно мне нужно было это услышать, пока слова не слетели с его губ.

– Ты красивая, – сказал он. – Умная. Веселая, и твои причуды очаровательны.

– У меня нет причуд.

– Согласен не согласиться. – Он улыбнулся. – Я уважаю тебя, Стелла. Я не могу сказать, что всегда относился к женщинам правильно. Я не горжусь этим. И не знаю, к чему это приведет, но я всегда буду уважать тебя.

– Знаю, что будешь.

– Больше никаких секретов.

Я покачала головой.

– Больше никаких секретов.

– Я поговорю с папой в понедельник. Я думаю, что ему будет все равно, но он попросит, чтобы мы не афишировали это в офисе.

– Меня это устраивает. – Мне нужно было время в «Домах Холидэев», чтобы утвердиться. Мне не нужно было, чтобы мои коллеги или клиенты думали, что ко мне относятся лучше, потому что я встречаюсь с Хитом.

– Хорошо. – На этот раз, когда я наклонилась, он встретил меня посередине для поцелуя, которого я так жаждала.

Поцелуя, который снял бы напряжение этой ночи. Поцелуя, который заверил бы меня, что больше прятаться не придется. Поцелуя, который обещал бы, что все будет хорошо.

Этот поцелуй привел к другому и еще к одному, пока мы не стали связаны во всех отношениях. Затаив дыхание, кожа к коже, в полночь, когда Хит был похоронен внутри меня, я перестала запрещать себе влюбляться в Хита Холидэя.

И вместо этого влюбилась в него.

– Знаешь, чего я о тебе не знаю? – спросил Хит, когда мы стояли на кухне следующим утром.

– Чего?

– Какой тебе нравится кофе? Я должен знать. Я видел, как ты пьешь его на работе. Но был слишком занят, пялясь на твою задницу, чтобы вспомнить, добавляла ли ты сливки или сахар.

– Сливки и сахар.

– Сладкий. – Он притянул меня к своей груди. – Как и ты. Я должен был догадаться.

Кофейник заваривался на стойке рядом с нами.

Этим утром мы проспали, потому что он не давал мне уснуть допоздна. Я проснулась в его объятиях, и после того, как он снова занялся со мной любовью, мы запрыгнули в душ, прежде чем переодеться в домашние костюмы. Хит попросил меня провести день здесь с ним. Только мы вдвоем.

Это было лучшее начало года, которое у меня когда-либо было.

– Что будем есть на зав…

Его прервал звонок в дверь.

Он проворчал.

– Вот тебе и день вдвоем.

– Что, если мы просто проигнорируем?

– Хороший план. – Мы стояли неподвижно, устремив взгляды в сторону двери.

В дверь позвонили снова, и не один раз, а пять.

– Есть только один человек, который так делает. – Гай. Я посмотрела на челюсть Хита. Там образовался небольшой синяк, но щетина скрывала большую его часть. – Мы можем не обращать на него внимания.

– Тебе решать, детка.

Мои ноздри раздулись.

– Я не хочу, чтобы он испортил нам день. Но хочу услышать, что он хочет сказать.

– Хорошо.

– Мы дадим ему пять минут. Либо он извинится за это время, либо мы закопаем его в снег.

– Я этим займусь.

Я рассмеялась.

– Легче шоколадного (прим. ред.: героиня говорит фразу «piece of chocolate cake», что в дословном переводе обозначает «кусочек шоколадного торта», оригинальная идиома звучит «a piece of cake» и обозначает «очень легкая задача или достижение»).

Хит открыл рот, но вместо того, чтобы поправить меня, просто улыбнулся.

– Я люблю шоколадный торт.

– Я тоже. Давай испечем его позже.

– Пока ты готовишь.

– Ты справишься.

Он отпустил меня и взял за руку, провожая нас к двери. Он открыл ее, но отступил в сторону, чтобы я могла выйти впереди.

На крыльце стоял Гай.

С Венди.

– Привет. – Я улыбнулась ей, затем посмотрела на своего брата. – Что происходит?

– Мы можем зайти внутрь? – спросил он. – Здесь холодно.

– Тогда тебе следовало захватить пальто.

– Стелла.

Я жестом пригласила Венди войти.

– Она может войти. Ты – нет.

– Доброе утро. – Переступая порог, Венди поджала губы, чтобы скрыть улыбку. – С Новым годом.

– С Новым годом. – Я переводила взгляд с нее на Гая. В руке у нее был зеленый смузи. У Гая был другой. В отличие от меня, он выпил половину стакана. – Как вы двое оказались вместе?

– После того, как вы, ребята, ушли прошлой ночью, наша вечеринка переместилась в другой бар, – сказала она. – Я нашла там этого идиота, пьяного. И поскольку я лучший человек, чем он, я позволила ему отоспаться на моем диване.

Я кивнула.

– Стелла. – Зубы Гая стучали. – Пожалуйста.

– Нет. Ты придурок, засранец-неудачник.

В детстве это было величайшим оскорблением. Я понятия не имела, почему оно пришло мне в голову, но пришло, и что ж… оно подходило.

Грудь Хита затряслась от беззвучного смеха.

Венди фыркнула.

– Я знаю, – пробормотал Гай.

– Ты задел мои чувства. Засранец. – Вот такое вот оно. Оскорбление от взрослой женщины.

– Прости, – сказал он.

– Хорошо. – Победа. – Теперь ты можешь зайти внутрь. Но просто потому, что мне тоже холодно, а ты выпускаешь все тепло наружу.

Гай вошел внутрь и стряхнул снег со своих ботинок. Он был сосредоточен на мне, но рискнул взглянуть на Хита.

– Как челюсть?

Хит пожал плечами.

– Лучше, Стелла поцеловала ее.

Венди, которая потягивала свой смузи, поперхнулась напитком, кашляя и отплевываясь.

– О боже, мне это нравится. Я так рада, что никто из вас не относится к нему снисходительно.

– Я сожалею, что сел в твою машину прошлой ночью, – сказал ей Гай.

– Продолжай пресмыкаться, Мартен, – приказала Венди. – Встань обратно на свои фигуральные колени, чтобы мы могли оставить этих двоих наедине наслаждаться днем.

Он вздохнул, но не стал спорить. Затем расправил плечи и посмотрел Хиту в лицо.

– Я люблю свою сестру.

– Я знаю.

– Я не хочу, чтобы ей причинили боль.

– Я не собираюсь причинять ей боль, – в голосе Хита была такая убежденность.

Гай услышал ее. Венди тоже.

Она прислонилась к моей руке и сделала вид, что падает в обморок.

– Хорошо. – Гай кивнул, затем повернулся ко мне. – Хит – мой лучший друг.

– Я знаю.

– Я также не хочу, чтобы пострадал и он.

Я кивнула, мое сердце забилось сильнее. Для такой занозы в заднице, у него действительно было мягкое сердце.

– Я сожалею о том, что сказал прошлой ночью. – Гай подошел ближе, протягивая руки. – Простишь меня?

– Да. – Я шагнула в его объятия. Но один вдох, и я оттолкнула его. – От тебя воняет, как от бара.